Текст книги "Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Жан-Кристоф Гранже

Соавторы: авторов Коллектив,Бернард Корнуэлл,Анна Кэтрин Грин,Дж. Джонс,Лен Дейтон,Челси Бикер,Арно Штробель,Дженюари Гилкрист,Джон Карр,Кристен Перрин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 101 (всего у книги 344 страниц)

Эпизод 5

– Уверена, что ничего серьезного? – уточнил Брент через опущенное стекло, высадив Маргарет у прокуратуры. – Рабочий день уже закончился.

Гарри ему голову намылит, если с непоседой Никсон что-то случится в его отсутствие. Так и не вышел на связь, паразит. Но дома Салли устроит холодную войну, если он позволит этим двоим снова взять себя в оборот.

Мардж покачала головой, мягко улыбаясь.

– Езжай к Сэл, наверняка тебя ждет божественный ужин. Мне просто надо в документы заглянуть, одна мысль есть.

– Звони, если что, – не очень уверенно пробормотал Брент, кивая ей и поднимая стекло.

Маргарет кивнула.

– Хорошо! – и помахала, дожидаясь, пока автомобиль Финчли отъедет.

Он надеялся, что его помощь не понадобится.

Она знала, что не позвонит, даже если это будет необходимо.

Просто оба придерживались элементарных правил вежливости.

Так и есть. При включенном слабом свете Маргарет отыскала дело Росса Тейлора. И она не ослышалась у Колахана – в деле имя обвиняемого им работника не значилось, но он упомянул сам – Рональд Тейлор. Это ведь не может быть простым совпадением.

Сбросив контрольный вызов Гарольду – это не просто так себе информация! – Мардж проверила адрес Эвы Тейлор и, погасив свет, побежала вниз, перепрыгивая ступеньки. На выходе кивнула охраннику:

– Доброй ночи!

– Заработались, мисс? – улыбнулся пожилой мужчина с ямочками на щеках.

– Первый день, – вернула она ему улыбку.

Маргарет цыкнула на моросящий дождик и поспешила в укрытие автобусной остановки.

Подательница заявления, мисс Эва Тейлор проживала в отдельно стоящем домике на краю города. Маргарет понимала, что шесть вечера в ноябрьский дождь – поздновато, чтобы забираться в такие дебри автобусом, но она хотела быть секретарем, которым можно гордиться. И девушкой тоже. Да что там – человеком, ведь так она поступала еще, когда не была ни той, ни другой. А как говорил Пратчетт, какая разница, кем ты была в прошлом, считается только то, что ты делаешь сейчас.

И Маргарет свернула с дороги в поперечную улочку.

Раз Гарри куда-то запропастился, она не станет тянуть с расследованием.

– Вредина ты, Гарри, – пробурчала Маргарет себе под нос, когда телефон снова не отозвался.

Постучала в двери у слабо освещенного крыльца. Тейлоры, похоже, жили не так чтоб плохо, но и не так чтоб чересчур хорошо. Это радовало – один и тот же социальный статус, с такими и общий язык найти проще. Они вряд ли в обеденный перерыв ходят по суши-барам…

У двери зашуршали, несколько замков и цепочек отчетливо заскрежетали, заставляя Мардж попереживать и на секунду пожалеть о своем длинном носе. Дверь отворила женщина лет пятидесяти с бледным как смерть лицом.

– Что вам угодно? – чуть ли не прошептала она из-за цепочки.

– Эва Тейлор? – Женщина чуть заметно кивнула. – Я Маргарет Никсон, – представилась Мардж как можно жизнерадостнее, – помогала в связи с пропажей вашего отца.

Ну, да, приукрасила, куда без этого.

– Несказанно рада, что мистер Тейлор нашелся.

Эва Тейлор переменилась в лице.

– Издеваетесь?!

Маргарет растерялась.

– То есть…

– Ничего отец не нашелся… С чего вы взяли?!

Но как же… Ведь Изабель Мейсон сказала…

– Но вы… не звонили разве, что Росс Тейлор вернулся домой?..

– Я была бы счастлива это сделать, но нет! – развела руками мисс Тейлор.

Маргарет вздрогнула. Это что же, козни инфузорий?.. За то, что она «увела» последнего холостяка из отдела? Да как так можно!

– В таком случае… – тряхнула волосами мисс Никсон, пытаясь собраться с духом, который сейчас пребывал в совершенно невменяемом состоянии, – давайте поговорим. Могу я войти? Простите, нас дезинформировали… Я помощник следователя Гарольда Кингстона. Для расследования хочу задать вам пару вопросов.

Каких – она пока не придумала.

– А я уж думала, вы заодно с Ронни, – покачала головой мисс Тейлор.

И она приготовилась закрыть дверь. Маргарет не могла этого допустить!

– Ронни – Рональд Тейлор? Ваш брат?

И незаметно просунула в щель двери ботинок. Дверь больно ударила по ступне, заставив поморщиться, но Маргарет не сдалась.

– Мисс, – недовольно насупилась Эва Тейлор, – а ну, уберите ногу!

– И не подумаю, – непреклонно возразила Маргарет.

– Я вызову полицию! – начала мисс Тейлор угрожать, но осеклась, поняв, как нелепо это звучит. – Документы у вас хоть есть?

Тут Маргарет пришлось приготовиться к поражению.

– Нет… Я первый день работаю… – повинилась она. – А шеф пропал со связи, вот и… так вышло… Хотела сама…

Эва Тейлор щелкнула цепочкой и отворила дверь.

– Заходите. Стажер, значит… – с ворчанием окинула взглядом женщина гостью, пропуская внутрь уютного коридора с обоями в цветочек.

На ламинат с ботинок Маргарет натекла приличная такая лужица.

– Простите, – сконфузилась девушка, переступая с ноги на ногу. – Сегодня дождь…

Мисс Тейлор крякнула и сказала:

– Погодите.

А потом исчезла в одном из дверных проемов. Дом казался старым, но настолько обжитым, что классика здесь смешалась с современностью так крепко, что уже не отделить. Вешалка, например, явно в стиле модерна… На ней висела кепка вроде тех, что носят пожилые джентльмены, и тартановая куртка, пропахшая табаком.

– Мистер Тейлор не вернулся… – пробормотала Мардж, сжимая кулаки. – Ну, Изабель!.. Хотя, я тоже хороша, конечно: дала себя обдурить! Гарри ведь вечно мне повторяет, что эмоциям на работе не место, а я…

– Вот, держите, – вернулась мисс Тейлор с полотенцем и тапочками. – Обсохните у камина.

Мардж была тронута – она ведь и не надеялась, что, вообще, удастся поговорить, а здесь – такая забота.

– Спасибо, – улыбнулась она благодарно и принялась расшнуровывать вконец промокшие ботинки.

– Да что тут скажешь, мисс стажер… – Мисс Тейлор вглядывалась в огонь трещащего камина, сидя в кресле, и рука ее с чашкой чая застыла в воздухе. Маргарет Никсон устроилась напротив – прямо как Холмс и Ватсон в том русском фильме, которому королева поставила памятник. – Вышел позавчера на прогулку и не вернулся. Ронни – вы верно сказали, это мой брат, но они с женой живут в городе, – позвонил мне и сказал, будто отец у него. Но… он наврал. Я съездила к ним с Джил – пока они на работе, а ключи у них есть. Нет там отца и не было. Он курит крепкий табак, и по запаху его найти несложно. Понимаете… Ронни с отцом – два сапога пара, у них обоих вечно куча идей, да и он хороший человек, не подумайте. Бедовый просто. Ужасно такое говорить о собственном брате, правда?

Мисс Тейлор отпила из старинной фарфоровой чашки и поставила ее на блюдечко, наблюдая за реакцией Маргарет, укутанной в большое полотенце поверх платья.

– Правда… – протянула девушка в ответ. – Не знаю, почему вы мне это рассказываете.

– Я знаю, когда у моего братца что-то там нечисто, – отрезала мисс Тейлор, – и когда ему нужна помощь. – Посмотрела на мисс Никсон и, смягчаясь, добавила: – Ну, и ты выглядела, как мокрый воробушек.

– Значит, Рональд Тейлор – ваш брат, – повторила Маргарет уже давно озвученную мысль. – И он работает в стройкомпании? У «Колахана и сыновей»?

Мисс Эва Тейлор кивнула.

– Дизайном занимается.

Маргарет встала, придерживая полотенце на плечах.

– Не знаю, как это связано… Но мне кажется… – Она прошлась из угла в угол, ловя попутно приятное тепло камина и шаркая домашними туфлями Тейлоров.

– Что? – уловила мисс Тейлор, что девушка готова чем-то поделиться.

– Понимаете, – развернулась Маргарет к ней резко с возрастающим энтузиазмом, – сегодня утром к нам поступило ваше заявление, а также обвинение Колахана в разглашении коммерческой тайны. Обвиняет он как раз вашего брата. Я вот думаю… разве это совпадение?..

Мисс Тейлор выпрямилась, и чашка, до которой она успела дотронуться, вздрогнула.

– Разглашение коммерческой тайны?! Ну, мисс Никсон, скажу я вам, что-то в этом есть, Колаханы всегда были нечисты на руку, я и не удивлена, что Ронни пошел против них… – Женщина вдруг умолкла и поднесла ладонь ко рту.

Маргарет встретилась с ней взглядом.

– А если отца… забрали они? Колаханы? Чтобы заставить Ронни сотрудничать? А я-то, глупая… Потому он и солгал мне…

Мардж была вынуждена признать, что что-то в этом есть.

– Знать бы, в чем конкретно Колахан обвиняет мистера Тейлора… – почесала она затылок.

– Так надо с ним поговорить, – пожала плечами мисс Тейлор нетерпеливо.

– Мой шеф поговорил… – вздохнула Маргарет.

– И?..

– И пропал.

Мисс Тейлор стала еще прямее.

– Так ведь все ясно!

– Нет, – покачала Мардж головой, понимая теперь, как она перед Гарольдом выглядела со своими эмоциями, – нет никаких доказательств, что это Колахан. Он даже навстречу мне пошел, камеры наблюдения разрешил посмотреть, Гарольд ушел без всяких проблем, отошел куда-то по своему желанию… И все равно я волнуюсь. – Обняла Мардж себя за плечи. – Потому и поехала к вам, заметив это совпадение… Чтоб себя занять…

Мисс Эва Тейлор подняла бровь.

– Гарольд?.. Ты что, влюблена в своего шефа?

Но Маргарет уперлась взглядом в фото на камине. Знакомое лицо. Смутно знакомое… Словно виделись, разговаривали недавно, но… на этом все. Что это за женщина?

– Да, мы встречаемся, – потому отозвалась она честно и отстраненно. – Мисс Тейлор, а кто это? – ткнула она пальцем в улыбающееся лицо невесты на свадебном фото.

Мисс Тейлор хватило взгляда.

– Это Рони с Джил.

Джил, Джил…

Джин Колуэй! Точно! Макияж иной, одежда тоже, но… руку на отсечение, это она!

– А она… писатель?

– Джил? Писатель?! Где там! Хотела бы сценарии писать, но пока всего актриса массовки в театре… Что случилось?

Еще одно совпадение, это слишком… Маргарет срочно начала искать фото писательницы Джин Колуэй.

– Да просто…

Но до того, как Гугл успел выдать ответ на запрос, экран засветился звонком от… Брента Финчли.

– Простите, – бросила Маргарет мисс Эве Тейлор и провела пальцем по зеленой кнопке. – Брент, ты послушай!

– Мардж, Гарри нашелся, он в больнице, – из ветра прозвучал голос Финчли. – Езжай к нему.

– Как… в больнице?.. – Сердце Мардж упало.

– Его нашли за городом ограбленного и избитого, он плелся по обочине и, едва завидев, что кто-то остановился, потерял сознание. Пожилая пара позвонила в скорую и полицию. Я выезжаю на ту дорогу.

Маргарет Никсон сглотнула, не замечая, как полотенце упало к ногам.

– Госпиталь Александры?

– Да.

– Уже еду.

– Я еще не говорил с врачами, Мардж, ничего не знаю. Салли заставила меня позвонить тебе, сказала, ты разберешься.

– Мне повезло, что твоя жена – моя подруга… Брент, удачи.

Маргарет опустила телефон и уставилась в пустоту. Внутри разлилась темнота.

Мисс Эва Тейлор подошла к ней и тронула плечо:

– Вызвать такси?

Мардж Никсон медленно кивнула.

Эпизод 6

Сестра Уиннсберг на ресепшене состроила серьезную мину:

– А кто вы ему, милочка?

– Я его секретарь! – воскликнула Маргарет, сжимая сумку в руках в комок. Сестра Уиннсберг ни чуточки не изменилась. – Неужели вы меня не помните? Сломанная нога, табуретка?

– Тогда вы были его девушкой, – пожала сестра плечами, одними губами читая свои бумажки.

– Вот как раз тогда и не была! А теперь – есть. – Маргарет едва не легла на высокую стойку, чтоб привлечь хоть больше внимания.

– А говорите – секретарь, – спокойно повела бровями сестра Уиннсберг.

– И секретарь тоже… Ну, прошу вас, сестра Уиннсберг… Хоть скажите, он… ведь будет жить?

Женщина с насупленным лицом уставилась на просительницу. Маргарет сжала ладони.

– Ваш шеф-опекун-молодой человек – в реанимационном отделении, – сжалилась та. – Пока вам к нему нельзя.

– Но…

– Никаких «но», ждите, – захлопнула папку сестра Уиннсберг. – И без самодеятельности, мисс Никсон, хватит, мы с вами тогда намучались.

Маргарет сидела под светящейся красным табличкой у дверей реанимационной, вцепившись в свою сумку. Внутри все будто бы умерло. Ни грусти, ни ярости, ни страха. Если с Гарри что-то случится, она ведь…

Девушка дергала собачку молнии на сумке туда и обратно.

Переживет, конечно. Снова научится улыбаться, и смеяться, и любить, и ненавидеть. Ведь жизнь – она такая. Ко всему привыкаешь, все принимаешь, идешь вперед – она умеет заставлять.

Проблема в том… что она не хочет. Не хочет улыбаться, смеяться, любить, ненавидеть без него. Не хочет, чтобы он никогда больше не узнал о ней ничего, чтобы он больше никогда не назвал ее «прекрасной леди», чтобы не запретил соваться туда, куда она и так сунется.

Не хочет никогда больше с ним не спорить и не ссориться. Обижаться, мириться, доказывать, сомневаться, выяснять отношения. Если человека нет, то это все… теряет смысл.

Все это имеет значение, только когда он рядом.

Мардж уронила лицо в ладони. Просто быть вместе… а остальное – неважно.

– Гарри, пожалуйста, только будь жив… А я пусть и буду брыкаться, но никуда не денусь…

Она покопалась в сумке, чтобы взять бумажные салфетки и высморкаться.

– …я ведь люблю тебя…

Бормоча, Мардж уткнула нос в салфетку и подняла глаза.

Табличка безмятежно мигнула. Как в прошлый раз.

«Больница пыталась скрыть врачебную ошибку».

Она подскочила. А если… как с дядей Финчли получится – врач что-то напутает, и информацию сольют, медсестру ушлют, дадут взятку…

Мардж помотала головой. Эмоции, Мардж. Эмоции гони прочь.

Девушка вновь опустилась на пластиковое сиденье. Что за дело… Тейлоры. Как Джил Тейлор превратилась в Джин Колуэй?.. Заставляя руки слушаться, Маргарет выудила телефон. Нужно себя отвлечь. Отвлечь, пока не появится доктор, и тогда…

Не может же все быть так плохо, правда? Просто не должно. Когда она его любит. А он недавно сказал, что любит ее. Значит… нельзя, чтобы что-то случилось.

Нужно ждать. Терпение – добродетель.

Гугл загрузил ранее поданный запрос. Фото Джил Колуэй найти оказалось нелегко. Сетевой автор, скрытый от ненужных взглядов. Одно, другое, третье… И все же наконец бесконечные ссылки привели на закрытый профиль соцсетки. И… лицо там было совсем иное. Не Джил Тейлор – определенно.

Маргарет приблизила фото и вгляделась. Нет. У той Джил Колуэй, которая Джин Тейлор, не было татуировки на шее. И лицо ее не было нежно округлым…

Если так… Тяжелые торопливые шаги в конце коридора. Маргарет подпрыгнула от неожиданности. Подошел Брент Финчли.

Он кивнул девушке и присел рядом, не вынимая рук из карманов.

– Никаких следов. – Он глядел в пустоту и даже не обернулся. – Вероятно, проезжие. Ободрали как липку, ничего при нем не осталось, даже куртки.

Маргарет проговорила тихо:

– Думаешь, случайно?

Брент пожал плечами.

Посидели.

– А если… – напряженным шепотом сообщила Мардж свои опасения, – врачи повторят историю с подкупом?

– Я им руки поотрываю, – угрюмо сообщил Финчли.

Маргарет кивнула.

– Но вероятность, что такое случится так быстро, маленькая, правда?

– Правда.

И еще немного тишины.

– Как Сэл отнеслась к тому, что ты уехал?

Брент невесело усмехнулся.

– Она знала, за кого выходит замуж. Обещала приехать.

– У тебя замечательная жена.

– Я знаю.

Зазвонил телефон, и сердце подпрыгнуло до самого горла от неожиданности.

– Прости, – пробормотала Маргарет Никсон Бренту Финчли и встала, проводя по зеленой кнопке ответа: – Алло!

Звонила Эва Тейлор.

– Живой? – только и уточнила она.

Маргарет прошлась по коридору.

– Не знаю, – призналась она. Испытывая странное желание выплакаться этой незнакомой женщине обо всем, что и сама от себя скрывала. Почему мы так легко готовы открываться случайным встречным?

– Что говорят врачи?

– Я пока не видела доктора.

А с другой стороны, ей не казалось теперь правильным откровенничать с кем-либо из Тейлоров.

– Мисс Тейлор… а вы можете мне дать номер Джил, пожалуйста?

– Номер Джил?

– Да… Думаю… об актерском мастерстве давно. Раз уж такое дело… расспросила бы я ее.

На том конце настороженно замолчали.

– Мисс Тейлор? – переспросила Маргарет, закусывая губу.

Неужели она имеет отношение к произошедшему с Гарольдом? Проклятая интуиция кричит везде где не лень, а это перебор. Это не интуиция, Мардж. Это эмоции. Вот как только их охладишь, так и соображать начнешь нормально, так и интуиция работать начнет.

Как только она увидит Гарри, эмоции улягутся. Хотя бы на первое время. А сейчас лучше коротать время за добычей информации. Чтоб эмоции не донимали.

Хотелось выругаться, только она не умела.

– Записываете? – спросила Эва Тейлор.

– Пришлете мне эсэмэской? Не затруднит?

– Хорошо, – согласилась женщина. – Надеюсь, все с вашим шефом будет хорошо.

Мардж закусила губу.

– Да.

– Если вам нужно будет встретиться с Ронни или Джил, только скажите. Я могу вам устроить экскурсию в их квартиру по секрету. Уверена, они во что-то вляпались… И отца втянули. Можно вас попросить, мисс Никсон?

Маргарет с удивлением осмысляла предложение женщины. Вот как Гарри всегда знает – доверять человеку или нет? Поэтому она лишь рассеянно ответила:

– Да?

– Давайте отзовем мое заявление все-таки… Я переживаю за них. Если с вашим шефом, сотрудником прокуратуры, что-то случилось, то что может стать с моим братом и отцом, если Колаханы поймут, что они… ну, вы понимаете?

Маргарет кивнула и облокотилась на стену.

– Я завтра посмотрю, что можно сделать.

– Номер Джил я вам пришлю. Спасибо.

Мисс Тейлор отключилась. Маргарет опустила телефон.

И что теперь? Она съехала по стене на пол и обняла колени, подтыкая под себя не до конца просохшее платье. Нужно все записать…

Тейлоры. Колахан. Джин Колуэй.

Маргарет пришла вдруг идея. Она открыла профиль писательницы из истории браузера. «Написать сообщение». «Зарегистрироваться»? Эх, была не была.

Высунув язык, скорчившись в углу, Маргарет Никсон создавала аккаунт:

«Здравствуйте! Спасибо вам за ваши романы! Скажите, вы не сталкивались с проблемой плагиата?.. А то я не уверена…»

Как бы это сказать? Девушка задумалась. Стерла несколько слов.

«Здравствуйте! Спасибо вам за ваш труд! Можно попросить совета? Я вот хочу начать, но боюсь плагиата. Как вы с этим боретесь?»

Она и не заметила, как в конце коридора скрипнула дверь и раздались голоса.

– Кажется, вполне безобидно звучит… Зато проверю, связан ли визит Джил с настоящей Джин Колуэй. Уверена, что нет, но проверить…

«Отправить».

– Мардж! – взволнованно прокричал Финчли.

Маргарет выронила телефон из рук и наконец повернула голову. Вот он, момент истины. Лицо Брента было смертельно бледным.

Эпизод 7

Прижав телефон к груди, она стояла в дверях палаты. Гарольд лежал на койке весь белый; часть его лица была замотана в бинты, на подбородке пластырь, рука в гипсе, глаза закрыты.

– Отходит от анестезии, – пояснил доктор. – И, скорее всего, пробудет в полубессознательном состоянии до утра, не пугайтесь, это нормально. Детектив Финчли настоял, чтобы я вас пустил.

Маргарет закивала. Он жив. Это главное. Слезы счастья застилали глаза. Что бы ни случилось, смерть отступила, а все остальное – ерунда.

– Он… как его состояние?

– Синяки и переломы никогда не бывают безболезненными, – усмехнулся доктор Уиттерс. – Но можно радоваться, что внутренние органы пострадали косвенно, отделался ушибами. Кровопотеря была серьезной из-за рваной раны на боку, ее мы зашили, так что ваш… гм… шеф будет слаб какое-то время, но пойдет на поправку, не волнуйтесь. Возможно, придется еще ввести анальгетики во избежание болевого шока. Да, еще, полагаю, простуда даст о себе знать – он был мокрый до нитки, можно сказать, мы его с того света вытащили.

И врач похлопал Маргарет по плечу.

– Вы прямо местами меняетесь, – подмигнул он девушке. – Помню, как зимой он переживал за вас на этом самом месте.

Мардж Никсон вымученно улыбнулась в ответ.

– Но он поправится, – пообещал доктор.

– Значит, мне можно тут переночевать?

– Вот койка, – кивнул доктор Уиттерс. – Альма принесет вам постель.

Маргарет кивнула с признательностью, дождалась, пока дверь закроется, и робко подошла ближе к кровати. Облокотилась на изножье и посмотрела на него внимательно.

Бледный. Под глазами – мешки. Под одним глазом. Второй скрыт под повязкой. Дышит тяжело и неровно. Как много могут изменить несколько часов. До обеда еще был полон здоровья и энтузиазма. В ресторан пытался зазвать. Нет, теперь она не будет такой неблагодарной и станет ценить каждый миг жизни рядом с ним. Никто не знает, сколько это продлится.

Тихо присела на край кровати и коснулась его руки. Взяла горячую ладонь в свою. Прислонила к щеке.

– Выздоравливай, – прошептала. – Пожалуйста.

Сэл приехала, как и обещала, и привезла поесть. Понимающе обняла подругу.

– Доктор сказал, это все ушибы. Поправится, – закивала Маргарет, глотая тихие слезы на ее плече.

– Знаешь, я тоже каждый раз за Брента холодею, – прошептала Сэл. – Но, Марджи… – она отняла подругу от себя и посмотрела ей в глаза, – жить в страхе – это ведь не жизнь, правда?

Маргарет кивнула, силясь улыбнуться.

– Кто-кто, а ты знаешь, – улыбнулась и Сара Финчли. – Смотри, – она поставила бумажный пакет из Косты на койку Маргарет. – Здесь сэндвичи и круассаны, ничего с ходу не придумала другого. Привезла тебе пижаму, щетку, полотенце. Как в прошлый раз.

Маргарет смотрела на подругу, а в глазах стояли слезы.

– Сэл…

– Ты ведь ночуешь? – подбоченилась Сэл.

– Да…

– Вот и правильно делаешь, – закивала миссис Финчли, доставая из кармана тонкие перчатки и натягивая на руки. – Хотя Софи Мартон не одобрила бы, – и, подмигнув, отправилась восвояси. – Я Брента заберу, но наверняка он с утра снова к вам вырвется на «допрос» – работа у него такая.

Подарив последнюю ослепительную улыбку, Сара Финчли выплыла из палаты. Маргарет вздохнула, ощущая отчетливого котенка счастья в груди. Шмыгнула носом последний раз и развернулась к пакету. Разложила подарки на койке: круассаны с шоколадом! Брауни! Два треугольных сэндвича с яйцом… М-м!

Оглянулась на пациента. Веко у него подрагивало на том глазу, что еще виднелся.

– Гарри, – прошептала она, – интересно, а тебе можно будет есть завтрак? Хотя круассан… я слопаю сейчас, ты уж извини… Если что – куплю тебе по выздоровлении…

Девушка почти счастливо засмеялась. Да к чему загадывать… Не жить ведь в вечном страхе – верно Салли сказала. Есть сегодня – и этого довольно.

Гарольд задышал чаще – хотелось пить, во рту будто суховей пронесся. Кажется, будто его лба порой касалась прохладная ладонь, и голос говорил что-то ласковое, а подчас и посмеивался.

Тело ныло и ломило невероятно. Шевелиться и дышать было трудно.

Он приоткрыл глаза.

Прямо напротив… по-турецки сидела Мардж в пижаме. Со своим растрепанным пучком на голове, грызла круассан, с которого сыпались крошки, и что-то писала, хмуря лоб.

Заморгал. Не пропала.

Кингстон даже попытался подняться – настолько это было невероятно.

– Гарри! – воскликнуло видение, а письменные принадлежности и круассан полетели в сторону, она же, взбрыкнув ногами, наклонилась поближе… Он скосил глаза – соседняя койка была придвинута вплотную.

– Ты что тут делаешь? – язык ворочался с трудом, будто распух. Он хотел поймать ее в объятия и не мог.

Маргарет расплылась счастливейшей улыбкой до ушей. Так близко… Не убегала.

– Пить хочешь?

– Очень.

Вокруг словно стоял туман.

Маргарет резво соскочила со своей койки. Значит, живая. Здоровая. Настоящая. Аромат шоколада донесся до ноздрей невероятной уютностью.

– Постой, – прохрипел он.

– Не постою, – возразила Маргарет, порхнув к столику в глубине палаты. – Доктор Уиттерс сказал, что ты мог простыть. Значит, нужно обильное питье. И никаких возражений! Теперь твой опекун – я.

И с победной улыбкой поднесла к его губам стакан, приподняла одной рукой голову и стала поить. Живительная влага. Ее холодные руки. Как хорошо.

– Настоящая, – пробормотал Гарольд и снова провалился в сон.

Гарольд Кингстон открыл глаза. Белый потолок. Запах лекарств. Хотя нет, он открыл один глаз, левый. Правый был чем-то закрыт. Он потянулся к нему рукой – плотная повязка. Сама рука – в гипсе до локтя.

Больница. Глубокий вдох резью ворвался в легкие.

Ребра.

Маргарет. Здесь еще была Мардж Никсон. Она ела круассан с шоколадом. Гарольд беспокойно завертел головой, слегка приподнялся на здоровом локте, едва не рухнув обратно – его били везде? Кто? Как? Когда?..

Вторая койка отодвинута к окну. Застелена идеально. Показалось. Один…

Мардж не могла прийти. Она до сих пор с ним как испуганный зверек… А как было бы хорошо, если…

– Проснулся? – Ее веселая мордашка выглянула из ванной.

Гарольд мотнул головой. И сразу перед глазом поплыло.

– Вот и чудно, – порхнула Мардж к нему – все то же умопомрачительное бордовое платье! – наклоняясь и легким поцелуем касаясь лба.

Поцелуем?!

– Я знала, что ты справишься. Что-то болит? Пить хочешь? Как себя чувствуешь?

Град вопросов. Как тепло на сердце – что это не меняется.

– Моя прекрасная леди, – выдохнул он со смехом.

Она состроила обиженную мину всего на мгновение. А потом открылась дверь, и вошел доктор Уиттерс.

– Ну, как себя чувствует наш больной?

– Уже как новенький, – усмехнулся Гарольд, приподнимаясь.

– Ну, это вы зря, – придавил легонько доктор пациента к кровати, попутно проверяя пульс, показания приборов у капельницы, уверенными перебежками пальцев – перевязки, – до новенького вам еще далеко.

Гарольд поморщился с неудовольствием мальчишки.

– Да-да, доктор, – поддакнула Мардж, чтобы его подначить и самой отвлечься, – вы уж ему скажите, а то он у нас тут герой, меня не слушается.

– Кто не слушается?! – возопил Гарольд, выглядывая из-за спины доктора Уиттерса, впрыскивающего анальгетик.

Мардж показала ему язык.

Девчонка.

– А надо бы, мистер Кингстон, – закивал доктор, – теперь у вас тоже есть опекун.

Маргарет выразила свой триумф новой рожей. Гарри насупился. И, тем не менее, она не переставая теребила подвеску на шее, старательно скрывая волнение даже от себя самой.

– Состояние удовлетворительное, уверенно идет на поправку. Я зайду после обеда.

Как камень с сердца.

А Кингстон заметил пакетик из кофейни на тумбочке. В животе начало покручивать, и он уже представлял, что же там может скрываться. Маргарет перехватила этот взгляд и невинно осведомилась:

– Доктор, тогда в каких условиях прикажете его содержать?

Доктор Уиттерс поднялся и безмятежно взглянул на девушку, но в глазах его плясали смешинки:

– В очень суровых. Строгий постельный режим. Облегченное питание – только бульон, после общего наркоза никак. Я скажу Альме, она принесет. Слушайтесь своего опекуна, – подмигнул доктор Уиттерс и вышел за дверь.

Маргерет довольно подбоченилась. И констатировала факт:

– Бульон, значит. Отлично, у меня не будет конкурентов! – и быстренько подхватила пакетик.

– Мучительница ты! Я хочу сэндвич, ну, дай… – чуть ли не заумолял Гарольд.

– Ты – больной, будешь есть бульон, раз так надо.

– Могла бы и посочувствовать хоть немного, – попытался сложить руки на груди Гарольд, но гипс помешал ему принять позу Наполеона.

– Да я всю ночь… сочувствовала. Знаешь, как переживала за тебя?

После утешительного диагноза доктора в желудке сделалось пусто и легко – впору сходить с ума, парить под потолком и терять сознание.

– Угу. Круассан уплетая за обе щеки.

– Это я отвлечься пыталась. Год всего знакомы, а я уже второй раз за тебя под дверями операционной волнуюсь, как не стыдно.

– Ты, моя дорогая, в больницах чаще оказывалась за это время, – поднял палец Кингстон.

Маргарет подняла брови и сложила руки на груди – копируя его неудавшийся жест.

– Да ладно, один только и раз, по делу Кэрри.

Гарольд наморщил лоб.

– Два раза во время одного дела.

Маргарет покачала головой со смехом.

– Какой же ты упрямый.

– Не больше, чем ты, Марджи. – Он с довольной улыбкой смотрел, как она подходит и присаживается на краешек кровати, кладет свою ладонь на его руку.

– Я волновалась, Кингстон, – притихла она, перебирая его пальцы. – Очень. Просто… шутить легче.

Гарольд попытался дотянуться здоровой рукой до ее волос. В ребрах стрельнуло, но уже слабее – обезболивающее начало попадать в кровь.

– Тогда ты понимаешь, почему я прошу тебя меня слушаться.

– Еще как… Я себя виню, что не пошла с тобой, что не согласилась на обед, что устроила истерику в первый же день… Я бы не простила себя, Гарри.

– Перестань, здесь нет твоей вины. Это простая случайность.

Мардж перехватила его руку и прижала к своей щеке, вглядываясь в лицо, скрытое под повязкой, в блестящий глаз, пластырь телесного цвета на проступившем щетиной подбородке…

Сейчас.

– Я скажу тебе кое-что… – она наклонилась к самому его уху и шепнула: – Я тебя люблю.

И поскорей отскочила в дальний угол, испугавшись собственного неожиданного признания.

Кингстон не мог поверить ушам. И весьма тупо уставился на Мардж Никсон, которая сама на себя была непохожа.

– Ну… – засмущалась она, заливаясь краской и шаря взглядом по всей палате, – ты же мне говорил… Между делом, правда, но все же… Вот и я подумала, что…

Смешная. Так ему не почудилось. Гарольд хрипло засмеялся.

– Маргарет, подойди, – приказал он, протягивая ладонь.

– Не подойду! – испуганно замотала Мардж головой, пряча руки за спину. – Даже договорить не даешь… То, что я тебя люблю, не значит, что стану слепо делать все, что скажешь. Нет, ну… Я тебя уважаю, конечно, и даже слушаться буду стараться… Но думать – все равно своей головой. Она у меня часто дает сбои, что поделаешь… Но как уж есть, прости…

– В таком случае – поженимся?

У Маргарет Никсон отвисла челюсть. Она заморгала.

– Что?! Так… быстро?..

Она и так пошла на уступки, а он…

Гарольд расхохотался, закашливаясь. Маргарет стиснула кулаки и нависла над ним.

– Ты!.. Ты!..

Он смеялся ей в лицо! И даже здоровой рукой ухватил за запястье, даже за оба, едва она попыталась вырваться…

– Да ты… ты весь забинтованный лежишь, какой из тебя муж, а?.. Выздоровей для начала!

И отбежала на безопасное расстояние.

– Ну, я и не говорил, чтобы прямо сегодня…

– Гарольд Кингстон, ты самый несносный человек из всех, кого я знаю! – топнула Мардж ногой.

– Марджи, если ты не подойдешь, я ведь встану. Швы разойдутся, или что там…

– Шантажист!

– Подойди же.

– Да знаю, что ты будешь делать!

– И что же? – прищурился он лукаво.

– Нельзя тебе напрягаться, помнишь, что доктор сказал? – победно пожала плечами девушка. – Строгий. Постельный. Режим. Прошу помнить – взаимное уважение, вот что важно…

Так и сгреб бы ее в охапку, со всем уважением.

– Нам дело твое решать надо… Кто тебя угрохал – неважно, что ли?

– Ну, не угрохал…

– Но был близко. У меня тут есть кое-какие соображения, – Маргарет присела на свою койку, – но сначала скажи – что ты помнишь?

Гарольд вздохнул. Уже совсем не больно.

– Ничего полезного. А ты… не подвинешь койку обратно, как ночью?

Маргарет наморщила нос. Подумала с секунду.

– Ладно, – и потянула за металлическое изголовье.

За дверью раздались шаги.

– Ах, – сказала Маргарет, – это Брент по твою душу.