Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Соавторы: Евгений Аверьянов,Сергей Тамбовский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 305 (всего у книги 347 страниц)

– Ну наконец-то без взрывов и криков. Хоть день нормальный.

– Не спеши радоваться, – сказал Алексей, глядя в сторону заката. – Если расчёты верны, завтра будет не просто день.

Я не стал спрашивать, что он имел в виду.

После вчерашнего я понял одно: с ним никогда не бывает «просто».

Утро началось тихо. Туман стелился между холмами, а солнце, пробиваясь сквозь серые облака, окрашивало землю в бледно-золотистый оттенок. Мы двинулись на восток.

Алексей шёл первым, уверенно, будто дорогу знал заранее. Я держался позади, стараясь не шуметь. Даже попугай молчал – видимо, понимал, что здесь лучше не болтать.

Через пару часов Алексей остановился и указал на землю.

– Видишь?

Я присмотрелся. На влажной глине отпечатались странные следы – глубокие, с неровными краями, будто их оставили когти.

– Тварь?

– Да. Причём не одиночная. – Он коснулся пальцами следа и нахмурился. – Судя по рисунку давления, прошло трое.

Он вытер руку о перчатку.

– Совсем свежие. Час, может, два.

– А направление?

– На северо-восток, – сказал Алексей, чуть прикрыв глаза. – Туда, где разлом.

Я попытался почувствовать хоть что-то – воздух, магию, остатки энергии. И вдруг ощутил лёгкое покалывание в пальцах, будто статический разряд. В груди вспыхнуло ощущение огня, но не жгучего, а тревожного, настороженного.

Глава 11

– Ты тоже чувствуешь? – спросил я.

Алексей кивнул.

– Это фоновая энергия разлома. Её не спутаешь. Маги разных направлений ощущают её по-разному. Для меня – как свист ветра. Для тебя, полагаю, как жар.

– Угадали, – буркнул я.

– Значит, идём верно.

Он достал из-за спины короткое копьё, похожее на стальной посох, и сжал его в ладонях.

– Дальше будет плотнее. Слушай внимательно: если почувствуешь резкий скачок жара – это не просто фон. Это переходный слой, перед самым ядром.

– Понял.

Мы двигались медленно, всё чаще натыкаясь на следы когтей и сгоревшие кусты. Через какое-то время воздух стал гуще – буквально давил на кожу. Трава вокруг темнела, будто выгорела, а земля покрывалась тонкой сетью трещин.

– Близко, – сказал Алексей.

И в тот момент из-за валуна выскользнула тварь. Низкая, с длинными руками, словно собранная из обугленных корней. Её глаза светились бледным светом, а из пасти вырывался тихий треск – как от ломающегося угля.

– Не вмешивайся, – предупредил Алексей.

Я и не собирался. Хотел лишь увидеть, как сражается настоящий универсал.

Он не колдовал в привычном смысле – не было ни заклинаний, ни вспышек. Воздух вокруг него дрогнул, и в следующее мгновение копьё охватило пламя, за которым вспыхнула вода, потом ветер, и всё слилось в один удар.

Тварь просто рассыпалась – словно её и не было.

– Быстро, – выдохнул я.

Алексей обернулся.

– Это была только разведка. Настоящее ядро дальше. И там, возможно, не одна.

Попугай встрепенулся на моём плече:

– Замечательно. Значит, сейчас начнётся весёлое утро.

Я усмехнулся, но руку всё же положил на рукоять ножа. Весёлое – это мягко сказано. Разлом напоминал трещину в самой земле. Воздух над ним мерцал, будто над раскалённым металлом, а из глубины доносился гул, похожий на далёкое дыхание.

– Готов? – спросил Алексей.

– А у меня есть выбор?

– Нет, – усмехнулся он и шагнул вперёд.

Я последовал за ним. Мир вокруг потемнел. Воздух стал вязким, будто тягучий дым.

Пахло сыростью и гарью одновременно.

– Держись рядом, – бросил Алексей. – Разломы редко бывают прямыми. Здесь легко потеряться.

Мы двигались по неровной поверхности, освещённой слабым светом от стен – они светились изнутри, как живые.

Вскоре впереди послышалось шуршание.

– Гости, – тихо сказал Алексей.

Из тени вышли три твари. Узкие, вытянутые, с полупрозрачной кожей и искрящимися глазами.

Я даже не успел подумать – Алексей уже поднял руку, и с кончиков пальцев сорвался поток воздуха, срезавший первую тварь пополам.

Вторая попыталась прыгнуть, но её встретил острый каменный шип, вырвавшийся из земли.

Третья метнулась ко мне, и я инстинктивно ударил кулаком – в тот момент по телу прошёл жар, и зверя отбросило назад огненной волной.

– Неплохо, – бросил Алексей, не оборачиваясь. – Но постарайся без пожаров.

– Само получилось, – ответил я, чувствуя, как сердце бьётся в висках.

Мы шли дальше. Воздух постепенно густел, будто насыщался энергией. Я ощутил едва уловимый поток, бегущий вдоль стен, будто тянущийся к чему-то в глубине.

– Слушай, – сказал я. – Я никогда не задумывался, но ведь по потокам можно найти ядро, верно?

Алексей усмехнулся:

– Верно. Именно по этому принципу работают группы зачистки. Потоки энергии сходятся в точке ядра.

Он покосился на меня.

– Для этого и нужна академия. Чтобы не бегать вслепую.

Мы прошли ещё немного, и тоннель вывел в огромный зал. Посреди него плавало ядро – словно капля жидкого света, заключённая в воздух. Вокруг него – существо, переплетённое из тумана и металла.

Хранитель.

Алексей не стал ждать.

Вспышка – и на его ладонях засияли руны. Потоки воздуха и воды слились, образуя вращающийся вихрь, в центре которого мелькали молнии.

Он ударил точно в грудь хранителя. Того скрутило, но не развеяло.

– Быстро сюда! – крикнул Алексей.

Я сорвался с места. Пламя поднялось внутри меня само собой, не по воле – по инстинкту. Огненный удар врезался в существо, расплавляя его оболочку. Раздался треск – ядро засияло и раскололось, словно стекло.

Мир содрогнулся. Разлом начал рушиться. Потоки энергии вырвались наружу, пронизывая всё вокруг.

Я упал на колено – внутри будто взорвался костёр.

Каждый вдох обжигал.

– Алексей! Что… это?!

– Избыток! – крикнул он, перекрывая гул. – Не держи в себе! Расслабься, иначе сожжёшь каналы!

Я попытался сосредоточиться, отпустить, как он сказал. И в следующее мгновение всё внутри рвануло наружу.

Поток пламени прорвался сквозь меня, ослепительно яркий, ревущий, как буря. Воздух завибрировал, пламя разошлось во все стороны, испаряясь в воздухе.

Алексей мгновенно поднял щит – плотный, словно из камня, облитый водой. Волна ударила в него, рассеявшись, и лишь тогда я рухнул на колени, чувствуя, как тело возвращается в норму.

– Ну вот, – сказал он спокойно, опуская руки. – Теперь понял, зачем тебе нужна тренировка?

Я выдохнул, с трудом удерживая равновесие.

– Да… Пожалуй, понял.

– Хорошо. Тогда отдыхай. Завтра – следующий разлом.

Попугай с плеча мрачно добавил:

– Я надеюсь, этот хотя бы без фейерверков.

Разлом растворился ближе к закату. Воздух за пределами разлома казался странно чистым – будто мир сам облегчённо выдохнул.

Алексей бросил короткий взгляд на горизонт, убедился, что земля больше не дрожит, и только тогда разрешил привал.

Костёр разгорался медленно. Сухие ветки потрескивали, и в треске было что-то успокаивающее. Я сидел напротив, грея руки у огня.

Всё тело ныло, будто после марафона, а внутри ещё шевелился отголосок того огненного выброса.

– Слушай, – начал я, – а не будет проблем из-за всех этих ядер, что я поглощаю?

Алексей поднял взгляд.

– Теоретически – могут быть. Практически – у тебя нет выбора.

– Обнадёжили, – усмехнулся я, но всё же ждал объяснения.

– Сейчас это необходимость, – продолжил он спокойно. – У тебя перекос в сторону огня, и чтобы стабилизировать потоки, нужно расширить диапазон. Иначе при следующем выбросе тебя просто разорвёт изнутри.

Я покосился на свой кулак, где ещё тлел слабый жар.

– И ты считаешь, что это безопасно?

– Нет, – признал Алексей, не меняя тона. – Но риск оправдан.

Он покрутил в пальцах ветку, глядя на огонь.

– Я держу руку на пульсе. Замечу, что энергия ведёт себя нестабильно – остановим.

– Замечательно, – буркнул попугай с ближайшего камня. – Значит, ждём, когда наш универсал вспыхнет как факел, и тогда «остановим».

– Лучше уж так, чем ничего, – ответил я.

Алексей усмехнулся, но в глазах мелькнуло одобрение.

– Ты быстро схватываешь. Это хорошо. Главное – не переоценивай себя.

Он чуть подался вперёд:

– Помни, сила – инструмент. Но если инструмент управляет тобой, долго не протянешь.

Я кивнул, наблюдая, как угли переливаются оранжевыми искрами. Всё это время я чувствовал странное спокойствие. Будто пламя, бушующее внутри, впервые стало послушным. Хрупкое равновесие – но моё.

– Завтра двинем дальше, – сказал Алексей. – По карте в трёх днях пути есть ещё один разлом. Водный. Он тебе сейчас в самый раз.

– Без огня, – уточнил я.

– Именно. Нужно немного остыть.

Попугай встрепенулся и хмыкнул:

– Прекрасно. Теперь будем тонуть вместо того, чтобы гореть. Разнообразие – залог успеха.

Я рассмеялся. Алексей тоже чуть улыбнулся, подбросил в костёр ветку и коротко сказал:

– Привыкай. Это только начало.

Мы шли по кромке старого поля, когда Алексей вдруг остановился. Из подсумка он достал несколько кристаллов и соединил их особым образом. Воздух над ладонью дрогнул, и возникла полупрозрачная фигура мужчины в форме.

– Вернадский, – голос звучал чётко, будто человек стоял рядом. – Капитан Пётр Громов. Ситуация следующая: из периметра Московского разлома вырвалась крупная тварь. Двигается к северо-западу, в сторону поселений. Подтвердите местонахождение и передайте координаты.

Алексей нахмурился:

– Крупная – разумная?

– По данным – нет, – ответил капитан. – Но следы нестабильны. Возможно, новая форма.

– Ясно, – буркнул Алексей. – Только у меня ученик. Универсал, нестабилен. Оставлять его одного опасно.

– Оставь в укрытии, – отрезал Громов. – Вы ближе всех. Найдите тварь и пришлите маяк. Приказ Империи.

Алексей на мгновение замолчал, потом сказал спокойно:

– Пётр, мне нужны ресурсы. Малые ядра всех стихий, кроме огня – хотя бы по сотне каждой. Эти ядра я должен использовать для стабилизации ученика. Мы как раз начали курс выравнивания потоков, и если я сейчас брошу всё и пойду ловить вашего монстра – последствия будут, мягко говоря, нерадостные.

Громов недовольно прищурился:

– Ты серьёзно? Семьсот ядер за одно задание?

– Я серьёзен, – ответил Алексей. – Вы меня отвлекаете от самостоятельного сбора. Обычно я добываю ядра сам – через малые разломы. Теперь вы перекрыли эти зоны, и собрать их негде. Хотите, чтобы я отложил обучение и занялся вашей проблемой – тогда компенсируйте потери.

Молчание длилось секунду. Потом голограмма кивнула.

– Хорошо, я оформлю запрос. Семьсот ядер смешанного типа получишь после отчёта. Но ученик остаётся в укрытии – условие не обсуждается.

– Принято, – коротко сказал Алексей и разъединил кристаллы. Изображение растаяло.

Он повернулся ко мне.

– Ты остаёшься здесь. Укрытие в двух километрах, на холме.

Я глянул в сторону, куда он показал. До холма – открытое поле. Монстр уже где-то на подходе.

– Я не останусь, – сказал я твёрдо. – Если след свежий, нужно идти сейчас. Пока доберёмся до укрытия, он успеет уйти к людям.

Алексей прищурился:

– Ты понимаешь, что можешь стать его ужином?

– Понимаю. Но сидеть в яме и ждать – глупее.

Он усмехнулся краем губ.

– Упрямый. Ладно, идёшь со мной, но подчиняешься без споров. Если скажу «отход» – сразу делаешь шаг назад, понял?

– Понял.

– И не геройствуй. Твоя стихия нестабильна – не хватало ещё привлечь внимание всех тварей округи.

Я молча кивнул. В груди уже привычно ныло от лишней энергии. Семьсот ядер – звучало многообещающе: наконец-то можно будет выровнять потоки.

Мы двинулись по следу. Попугай на моём плече зевнул и пробормотал:

– Двуногий, ты опять идёшь туда, где жарко пахнет смертью.

– А ты разве не за приключениями летел? – буркнул я.

Он обиженно хмыкнул, но замолчал. Впереди темнел след твари. Мы шли быстро – и чем ближе подходили, тем сильнее чувствовалось: спокойных дней у нас не будет.

Мы шли по тропе между выжженных холмов, по направлению, куда показывал след – к северо-западу, в сторону границы, через которую, по докладу, прошла большая тварь. Это ещё не был разлом: место казалось нормальным, но с легким налётом чужой энергии – сигналом, что изтуда что-то вырвалось.

Алексей шёл вперёд, держал прибор в руке и внимательно смотрел по сторонам. Я шёл за ним, нащупывая потоки энергии пальцами на запястье: они то поднимались, то клонились вниз, как будто кто-то тянул за нитки пространства. Попугай молчал на плече – чувствовал, что сегодня не до разговоров.

Первые твари ударили почти без предупреждения. Одна выскочила из высокой травы, другая – из-под валуна; обе – мелкие, но быстрые, с жесткой чешуей и узкими зубами. Они не походили на тех, что мы рубили в заставе: пахло не только кровью, но и следами чужой магии.

Алексей среагировал первым: короткий жест – и перед нами вырос полупрозрачный щит, плотный и тонкий, как лист металла. Одна из тварей врезалась в него и отскочила сломав себе пару конечностей; вторая бросилась на меня, и я встретил её ударом – выпустил контролируемый взрыв огня, ровно настолько, чтобы отбросить, не расходуя лишнего.

– Без лишних эффектов, – крикнул Алексей, когда мы отбились. – Мы не ищем шоу.

Я притормозил дыхание и стал действовать вплотную к нему. Он уже не учил – просто работал. Его приемы были точны: земля, ущемляющая лапы; ветер, закрывающий проход; вода, тушащая огненные вспышки. Я подстраивал свой импульс под его ритм, не делая лишних огненных всплесков.

Через десять минут выскочила еще пара. На этот раз Алексей бросил в них сгусток земли, я добавил к этому сжатый поток воздуха – и тварь разлетелась по кустам, оставив после себя только следы и запах паленой кожи.

– Не пройдём мимо, – сказал он тихо, когда всё стихло. – Они проверяют границы. Такие мелочи идут сначала – разведка. Где-то рядом что-то крупное.

– Значит, след держим? – спросил я.

– Держим, – кивнул он. – И если мы пропустим их, они поведут за собой более серьёзных монстров. Нельзя позволять этому добраться до людей.

Мы шли дальше, осторожно проверяя каждый заросший овраг и каждый валун, не давая мелочи нас зажать. Дорога была однообразна: короткие выстрелы, точные движения, минимум огня – потому что огонь оставляет след, а нам нужна тишина и скорость.

Попугай ворчал, но клевал крупицы с моей руки, будто напоминая: даже в таком деле нельзя забывать про еду.

Чем дальше шли, тем свежее становились следы – кто-то явно двигался в том же направлении. Мы ускорили шаг. До города было далеко. Нам нужно было перехватить тварь сейчас – на открытой местности, где её можно было бы загнать, а не ждать, пока она доберётся до окраин.

Я глянул на Алексея, который время от времени проверял направление, сверяясь с каким-то небольшим прибором на ремне.

– Что это за штука у тебя была? – спросил я. – Та, что показывала офицера.

– Артефакт связи, – ответил он не отвлекаясь. – Новая разработка имперского артефакторского отдела. Работает даже при перепадах энергии, где обычные магические каналы глохнут.

– Хм. И много таких у вас игрушек, о которых простые маги даже не слышали?

Алексей коротко усмехнулся:

– Невероятно много. Империя не любит делиться тем, что считает нужным скрыть. А если кто и видел подобные устройства, то, как правило, не имел возможности рассказать об этом дальше.

Я понял намёк и больше не спрашивал.

Шли мы ещё минут двадцать, пока Алексей внезапно не поднял руку, останавливая меня. Его взгляд скользнул по земле. Я последовал за ним и увидел след – глубокий, почти в локоть, с неровными краями. Камни на дне следа плавились, будто кто-то прошёл по ним раскалённым металлом.

– Вот она, – сказал Алексей тихо. – Судя по отпечатку, минимум три метра в холке.

Я присел рядом, осторожно провёл рукой над отпечатком – воздух дрожал, будто всё ещё помнил жар.

– Свежее. Час, максимум полтора.

– Верно, – кивнул Алексей. – Идёт быстро. Если не перехватим до заката, придётся ждать ночь. А ночью такие твари становятся куда хуже.

Он выпрямился и посмотрел вперёд, туда, где тропа переходила в каменистую равнину.

– Готовься. Дальше будет всерьёз.

Мы лежали за каменным уступом, наблюдая, как монстр медленно перемещается по низине. Он был огромен – не просто крупная тварь, а воплощение разрушения. Каждое движение отзывалось глухим гулом в земле, будто кто-то бил молотом по броне.

Алексей молча разъединил кристаллы и спрятал их в подсумок. Потом, не оборачиваясь, тихо произнёс:

– Двигаемся назад. Наблюдать можно, но вступать в бой – глупость. Это не наш уровень.

Я кивнул, хотя внутри всё протестовало.

– Думаешь, она настолько сильна?

– Не думаю, – ответил он спокойно. – Знаю. Смотри на землю – следы плавятся. Это не плоть, это концентрированная энергия. Для нас двоих – слишком рискованно. Пока военные не подойдут, вмешиваться нельзя.

Я посмотрел на него, изучая профиль – спокойный, уверенный, даже равнодушный. И всё же… было что-то странное. Он не выглядел испуганным. Ни дрожи, ни тени сомнения. Просто холодная оценка.

Я вспомнил, как он сражался в прошлый раз: без вспышек, без суеты, будто комбинировал заклинания машинально. Он называл себя адептом, хотя по уровню силы многие мастера позавидовали бы.

Вот что значит реальная сила универсалов, – подумал я. Не громкие титулы и не ритуалы, а умение управлять каждой каплей энергии так, будто ты сам – часть стихий.

Монстр поднял голову и издал низкий рык, от которого дрогнули камни под ногами. Алексей коротко бросил:

– Отходим. Без шума.

Глава 12

Мы двинулись вдоль склона, стараясь не наступать на мелкие камни. Попугай сидел молча, втянув голову в перья. Даже он понял, что это не время для шуток.

Когда мы отошли на безопасное расстояние, Алексей наконец выдохнул:

– Пускай военные играют в героев. Наша задача – выжить и не дать этой дряни уйти незамеченной.

Я кивнул. Но в глубине души всё ещё гудело странное чувство – смесь уважения и сомнения. Если Алексей действительно адепт, то как далеко может зайти тот, кто сильнее него?

Мы затаились за каменным хребтом, когда воздух впереди дрогнул. Сначала я подумал, что это снова монстр подаёт голос, но нет – пространство словно разверзлось, и из вспышки света шагнули трое.

Военные. На первый взгляд – обычные люди в чёрных мундирах с серебряными знаками Империи. Но стоило им сделать несколько шагов вперёд, как воздух вокруг загудел – будто ожил. Песок под ногами поднялся, замер в воздухе и начал вращаться спиралями. Магия, чистая, концентрированная.

– Архимаги, – тихо сказал Алексей. – Смотри внимательно, второй раз такое вблизи вряд ли увидишь.

Они окружили монстра на расстоянии сотни метров. Один поднял руки, и вокруг образовалась сеть из молний; второй сжал кулак – и земля под тварью дрогнула, превращаясь в вязкий поток, похожий на лаву. Третий выдохнул, и воздух вспыхнул огненным столбом, ослепив всё вокруг.

Монстр взревел. Взрывная волна сорвала верхний слой грунта, и я едва успел закрыться, когда над нами пролетели раскалённые осколки. Огромная тварь рванулась из ловушки, разрушая всё, что было вокруг, и ударила лапой – одной, но хватило, чтобы отбросить архимага света метров на двадцать.

– Чёрт... – выдохнул я.

– Спокойно, – сказал Алексей, не отводя взгляда. – Они справятся. Это не самый сильный вариант. Просто – упрямая.

Сражение продолжалось. Каждый удар архимагов сопровождался таким количеством энергии, что воздух дрожал, будто собирался лопнуть. Монстр всё ещё двигался, ломая барьеры, но постепенно терял форму, рассыпаясь на куски расплавленной плоти.

Когда наконец всё стихло, Алексей сказал негромко:

– И запомни: это далеко не худший случай. Бывает, что даже архимаги гибнут. Некоторые твари куда сильнее, чем кажется на первый взгляд.

Я молча кивнул, наблюдая, как дым поднимается над выжженным кратером.

– Я слышал, – сказал я тихо, – что ядра таких тварей называют "сердцами стихий". Правда?

Алексей усмехнулся:

– Правда. Один раз я видел такое. Издали. Даже с трёх километров его аура едва не сожгла всё живое вокруг. Нечто среднее между источником и разумным штормом.

– Говорят, если поглотить такое ядро, можно получить родство со стихией, – продолжил я.

Он рассмеялся коротко, без радости.

– Да, можешь. Если выживешь. Сначала убей существо, способное разорвать архимагов пополам, потом попробуй удержать его сердце в себе. Оба шага почти гарантируют смерть. Но, – он усмехнулся, – если вдруг кто-то это сделает, я бы хотел на это посмотреть.

Я невольно улыбнулся.

– Судя по всему, ты бы ещё и ставки принял.

– Естественно, – ответил он спокойно. – Мир держится не на смелости, а на любопытстве. А универсалы, как ты заметил, очень любопытные твари.

Когда всё стихло, туман над полем рассеялся, оставив после себя лишь запах гари и металла. Монстр лежал неподвижно, будто гора, что наконец устала расти. Земля вокруг ещё дымилась, а воздух дрожал от остаточного жара.

Алексей поднялся первым и направился к архимагам. Я пошёл следом, но, заметив взгляд Алексея, остановился в нескольких шагах позади. Он хотел поговорить с ними без лишних ушей.

Я воспользовался моментом и подошёл ближе к телу монстра. Даже мёртвое, оно внушало странное, почти физическое давление. Словно само пространство не хотело признавать, что такая сила больше не дышит.

Кожа напоминала сплав камня и металла, плотная, с прожилками энергии, которые всё ещё тускло мерцали под поверхностью. Из разорванной груди виднелся проблеск – золотисто-серебряный свет. Один из архимагов аккуратно достал оттуда предмет, напоминающий кристалл размером с кулак.

Ядро. Оно переливалось серебром, но сквозь блеск прорывался мягкий золотой оттенок – как у расплавленного солнца. От одного взгляда по коже прошёл озноб.

– Серебро с золотым, – произнёс один из магов, изучая ядро через защитный купол. – Вот почему она так сопротивлялась. На пути к осознанию.

– Значит, почти разумная, – тихо сказал я сам себе.

– Верно, – отозвался Алексей, появившись рядом. – Говорят, золотое ядро появляется только у тех тварей, что начинают развиваться дальше инстинктов. И это уже почти разум.

Я кивнул, не отрывая взгляда. Зрелище завораживало.

– У меня было одно похожее, – сказал я после короткой паузы. – После Московского портала. Ловец душ. Тогда ядро было золотым. Только... потратить пришлось не на развитие.

Алексей повернул голову.

– На что же?

– В лабиринте были оковы, магические. Без разрушения ни выйти, ни выжить. Пришлось выбрать – сила или свобода.

Он кивнул одобрительно.

– Верный выбор. Сила без воли – лишь клетка покрепче.

Я усмехнулся.

– А я-то думал, ты скажешь, что я растратил редчайшее ядро впустую.

– Нет, – спокойно ответил Алексей. – Если ты тогда остался жив, значит, потратил правильно.

Он обернулся на архимагов, которые уже готовили перенос ядра в защитный контейнер.

– Такие находки сразу уйдут в Империю, – сказал он негромко. – Нам ничего не достанется, кроме опыта. Но опыт – куда ценнее.

Я посмотрел на обугленное поле и подумал, что, пожалуй, он прав. Хотя где-то глубоко внутри зудело другое чувство – жадное, упрямое, почти детское: хотелось бы добывать подобное самостоятельно, для себя.

Мы вернулись к стоянке уже под вечер. Солнце садилось за лес, воздух тёплый, пропитанный запахом дыма и металла. Алексей молчал, пока не разжёг костёр и не уселся на камень рядом.

– Архимаги принесли немного ядер, – сказал он наконец. – Этого не хватит. Придётся самим пройтись по пограничным разломам.

Я кивнул и спросил:

– Давно ты живёшь у границы с Московским разломом?

– Давно, – коротко ответил он.

– Уже привык к монстрам по соседству?

Он чуть улыбнулся уголком губ:

– К такому привыкнуть трудно. Но со временем начинаешь воспринимать всё как часть жизни.

– И всё же... что ты сделаешь, когда найдёшь катализатор?

– Прорвусь к ступени архимага, – ответил он без колебаний. – И закрою Московский разлом.

– Не жалко? – спросил я. – За столько лет он ведь стал почти родным.

Алексей задумался. В его голосе впервые проскользнула усталость:

– Немного жаль. Но это необходимость.

– Почему?

– Потому что если разломы не остановить, они однажды поглотят весь мир.

– Всё настолько плохо?

– Даже хуже, – спокойно ответил он.

Я вздохнул.

– Тогда почему остальные ничего не делают?

– Делают, – ответил он. – Но возможностей у них мало. Маги обычных стихий ограничены своими рамками.

– А почему универсалов считают недомагами?

– Потому что никто не верит, что мы можем перешагнуть ступень адепта, – сказал Алексей. – Слишком долго нас считали ошибкой.

– А я всё же попробую, – произнёс я.

Он посмотрел на меня, и в глазах впервые мелькнуло одобрение:

– Буду рад, если у тебя получится. На самом деле не важно, кто закроет разломы – важно, чтобы их закрыли. В том числе и великие.

– Полагаю, это будет непросто.

– Это будет чудовищно сложно, – кивнул он. – Один универсал не справится.

Попугай встрепенулся на бревне и важно сказал:

– Катализатор поможет лишь подняться на одну ступень вверх.

– Что ты об этом знаешь, пернатый? – прищурился Алексей.

– Побольше вашего, бескрылые, – фыркнул попугай.

– И где же добыть эти катализаторы?

– Да вы всё равно сдохнете там, где они лежат. Даже пытаться не стоит, – протянул он, поправляя крыло.

– А ты не решай за нас, курица ощипанная, – усмехнулся я. – Уже ищу рецепт куриного супа, между прочим.

– Потише, двуногий, – возмутился попугай. – А то улечу, и будешь скучать.

– Так лети, – ответил я. – Может, хоть другие послушают твой бред.

Попугай надулся, но всё же не унимался:

– Катализатор – это ядро особой твари. Вам нужно найти разлом восьми стихий.

Алексей нахмурился:

– Великий, что ли?

– В великом вы точно не выживете, – заявил попугай. – Да и в каждом из них есть главная стихия. Они не совсем универсальны.

– И где искать такие разломы? – спросил я.

– А я почём знаю? – пожал он крыльями. – Я тут всего вторую неделю летаю, ещё не освоился.

Я усмехнулся:

– Вот ведь благодарная птица…

– И вот она – человеческая неблагодарность! – возмутился попугай. – Неудивительно, что вы, двуногие, всё никак не научитесь жить вместе.

Алексей устало улыбнулся и подбросил ветку в костёр:

– Ладно, хватит вам. Завтра идём дальше. Пограничные разломы не ждут, а катализаторы сами себя не найдут.

Огонь трещал, искры поднимались в небо, и я долго смотрел на них, думая о его словах. Мир рушился медленно, но неотвратимо. И если кто-то должен был его спасти – пусть даже ценой собственной жизни, – почему бы не попробовать?

Ночь выдалась тихой, слишком тихой для этих мест. Даже ветер не решался шуметь в ветвях – будто опасался потревожить то, что спало за границей разлома. Алексей дежурил у костра, а я лежал, глядя на звёзды, не в силах уснуть.

Мыслей было слишком много.

Он говорил, что мир постепенно разрушается, и я верил. Если даже такие, как он, – спокойные, уравновешенные, – признают, что всё катится в бездну, значит, так оно и есть.

Катализатор... разлом восьми стихий...

Звучало как легенда, но кто сказал, что легенды не бывают правдой?

Утром мы двинулись дальше. С первыми лучами солнца Алексей сверил карту, проверил артефакт и коротко бросил:

– Пора. До ближайшего разлома два перехода. Небольшой, но нестабильный. Придётся работать аккуратно.

Попугай, зевая, перелетел с моего плеча на ветку.

– Снова к вашим разломам? Не успеешь умереть в одном, как лезешь в следующий.

– Привыкай, – буркнул я. – Это теперь наш способ отдыха.

Алексей усмехнулся, накинул плащ и направился к востоку.

– Главное правило, Кирилл, – сказал он. – Чем тише день, тем ближе беда.

Я оглянулся на дымящийся костёр и пошёл следом. Впереди нас ждали пограничные земли – мрачные, странные и живые. Там, где воздух пах гарью и дождём, а каждый шаг мог стать первым в новой истории.

Граница московского разлома всегда жила своей, особой жизнью. Даже когда вокруг казалось тихо, воздух здесь звенел – едва уловимо, как тетива, натянутая где-то в глубине земли.

Мы шли вдоль этой зыбкой линии уже несколько часов. Земля под ногами дышала – то пульсировала теплом, то остывала. Местами пробивались редкие ростки травы, но и они казались неестественными – изломанными, будто им не хватало уверенности, что они принадлежат этому миру.

– Не отставай, – бросил Алексей. – Местами трещины ещё не закрыты. Шагнёшь не туда – улетишь в полупространство. Возвращаются оттуда нечасто.

Я ускорил шаг.

– И часто тут открываются малые разломы?

– Постоянно. Московский разлом словно кормит их. Питаются из одного источника.

Он говорил спокойно, как человек, привыкший к хаосу вокруг. Для него это было обыденностью. Для меня – всё ещё пугающе красиво.

Мы наткнулись на первый карманный разлом почти случайно: трещина между скалами мерцала мягким светом, будто дышала. Изнутри тянуло влажным жаром и запахом гари.

– Пора размяться, – сказал Алексей. – Твоя очередь.

Я глубоко вдохнул и шагнул внутрь. Мир сразу перевернулся – небо стало слишком близко, земля текла под ногами, а воздух резал лёгкие. Местные твари чувствовали чужаков мгновенно. Из тумана выскочили трое – не больше собаки ростом, но с телами, покрытыми полупрозрачной бронёй, и ртами, в которых пульсировала энергия.

– Не стой! – крикнул Алексей из-за спины. – Двигайся!

Я отбросил первую вспышкой пламени, вторую встретил каменным осколком, поднятым с земли. Энергия воздуха усилила импульс, и существо разлетелось, оставив за собой едкий след дыма.

Третья тварь успела прыгнуть – когти вспороли плечо, но я успел вложить в ладонь жар. Вспышка – и она обуглилась, осыпаясь пеплом.

– Медленно, – услышал я за спиной голос Алексея. – Слишком много отдачи. Ты теряешь часть силы.

– Я стараюсь, – ответил я, вытирая лоб. – Они быстрые.

– Быстрые, но неумные. Не борись со стихией, заставь её слушаться. Попробуй объединить воздух с огнём – пусть огонь движется сам.

Я кивнул, поднял руку и сосредоточился. Ветер закружился вокруг ладони, вспыхнул и вытянулся в тонкий поток, напоминающий копьё. Когда следующая пара тварей появилась из-за камней, я метнул импульс вперёд. Вспышка – и обе вспыхнули, как факелы.

Алексей довольно хмыкнул.

– Уже лучше. Могло быть хуже.

Я усмехнулся, но не ответил. Дальше пошло проще. С каждым шагом я чувствовал, как начинает подчиняться воздух, как волны жара становятся направленными. Мы двигались глубже, пока не нашли ядро – небольшой кристалл, пульсирующий ровным синим светом. Вокруг него стоял страж – массивная тварь с четырьмя ногами и длинным гребнем из окаменевших шипов.

Алексей шагнул вперёд, будто просто собирался прогуляться. Его движения были лёгкими, без показного напряжения. Он поднял ладонь – воздух сгустился, земля под ногами поднялась, образуя стену. Когда страж бросился, Алексей не отступил. Ветер и пыль обрушились на него вихрем, а затем раздался гул – камни сомкнулись, словно зубы, раздавив чудовище.

– Видишь, Кирилл, – сказал он спокойно. – Универсалы сильны не количеством силы, а гибкостью. Мы можем использовать каждую стихию, когда она нужна. Огонь разрушает, вода очищает, земля держит удар, воздух ускоряет. Всё вместе – оружие, которого нет у других.