Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Глава 11
Зина-корзина

Зина-корзина

Меня, оказывается, помнили в этой самой больнице – врачиха в окошке приемного покоя тут же набрала нужный номер на телефоне, и буквально через две минуты сюда спустился хирург Иннокентий Палыч. Собственной персоной.

– Как хорошо, что ты сам зашел, – обошелся он без приветствий, – а я уже хотел тебя из Москвы вызывать.

– Я в курсе ваших проблем, – отозвался я, – пойдемте, по дороге подробности расскажете.

Он и рассказал мне все, пока мы взбирались на четвертый этаж. Зина перелезла через перила своего балкона, чтобы освободить какую-то там птичку… она запуталась в сетке, что была привязана между домом и ближайшей березой. Ну и свалилась вниз, а птичку так и не освободила кстати. Третий этаж, внизу, правда, не асфальт был, а палисадник с цветочками, но и этого хватило для компрессионного перелома.

– Грустно все это, Иннокентий Палыч – констатировал я ситуацию, – ну да делать нечего, будем работать с тем, что есть, и надеяться на лучшее.

Зина лежала одна во всей палате, лицо у нее при этом было белым, как мука.

– Зина-Зинаида, – вспомнил я классику от Эдуарда Багрицкого, – что с тобой теперь, белая палата, крашеная дверь…

– Свалилась вот, – пояснила она, – на свою голову.

– Ясно, – ответил я, – Иннокентий Палыч, подождите в коридоре, пожалуйста, я вас позову…

* * *

С меня семь потов сошло, пока я что-то сумел сделать с этим чертовым восьмым позвонком Зинаиды. Но все же что-то сумел.

– Теперь твоя задача, – объяснил я ей, – лежать тихо-спокойно, не ворочаться минимум двое суток и думать о хорошем. Ясно?

Она кивнула и все же задала главный вопрос:

– Я на ноги-то встану когда-нибудь?

– Обязательно, – сказал я твердым голосом, – через неделю примерно. Кстати я тебе денег задолжал… за то предупреждение возле тира…

– Денег не надо… а оно тебе помогло, мое предсказание? – справилась она тихим голосом.

– На все сто, – ответил я, – не поехал я никуда в тот день, а эта машина, на которой меня собирались увезти, через пять минут попала в страшную аварию. И еще маленький вопросик – если ты так хорошо видишь будущее, чего ж свое-то не разглядела? Зачем полезла через перила?

– Я же тебе говорила, кажется, – пояснила она, – про себя я ничего не вижу, такое ограничение моих способностей стоит.

– Ну тогда про меня еще что-нибудь расскажи – чем сердце успокоится, дальней дорогой, казенным домом или пустыми хлопотами?

– Будет всего понемножку, – сказала она, – а точнее, извини, не скажу, не до того мне сейчас.

Я кивнул и вызвал Иннокентия. Тот выслушал мою сбивчивую речь, пожал руку и сказал, что будет моим должником на всю оставшуюся жизнь. А я в ответ попрощался с ним и отправился на железнодорожный вокзал, пора уже было и на поезд садиться…

* * *

А в купе скорого поезда «Огни Заволжья» мне неожиданно встретился Антон… тот самый, который в августе месяце собирался меня прикончить в колхозе «Заветы Ильича». Вместе с мутным карликом-лешим, как уж его там звали-то… Генрихом кажется. Антон этот еще запомнился мне тем, что лечился в психушке напротив нашего института.

– Здорово, – протянул я ему руку, – помнишь меня?

– Как не помнить, – ответил он на рукопожатие, – сколько раз припомню этот смерч, столько и вздрогну. По лезвию ножа прошли, можно сказать.

– В командировку едешь? – сменил я тему.

– Ну да, в Академию наук на Ленинский проспект, дело небольшое есть. А ты?

– А я возвращаюсь домой, – пояснил я, – после сделанного дела в нашем ИПП. Слушай, вот что мне так и осталось непонятным…

– И что именно? – заинтересовался он.

– Как ты в психушку угодил и почему так быстро выпустили?

– Это информация под грифом «совершенно секретно», – тут же вылетело из него.

– Да ладно,– поморщился я, – не далее, как пять… нет, уже шесть часов назад я имел беседу с товарищем Горлумдом. И он мне практически все вывалил… остались только мелкие детали.

– Правда? – задумался Антон, – ну тогда пойдем покурим, чтобы лишних ушей рядом поменьше было.

– Пойдем-ка покурим-ка, – вспомнил я не к месту Масяню, и мы гуськом вышли в ближайший тамбур.

Антон достал из кармана пачку Родопи, предложил мне, я не отказался и после прикуривания он поведал мне вот что.

– Это случилось год назад, когда я работал на Кроте в бункере…

– Захватывающее начало, – подбодрил его я, – ты не останавливайся, жги дальше… кстати – чем ты там занимался в этом бункере?

– Налаживал приемную аппаратуру, АЦП и ЦАПы разные. И вот во время очередного эксперимента мне неожиданно стало плохо… очнулся я уже в психушке на койке. Прикрученный жгутами к спинке.

– Тебе что-нибудь объясняли, что именно случилось?

– Горлумд говорил чего-то, но слишком умное – я не запомнил. Если коротко, то на мой организм как-то странно повлияли эти СВЧ-лучи. Так что ум за разум зашел… временно.

– Долго в больничке-то провалялся?

– Четыре месяца…

– А никаких побочных эффектов не вылезло при этом?

– Что ты имеешь ввиду? – озабоченно спросил он.

– Ну необычные способности, нестандартные болячки…

– Да нет, ничего такого не заметил, – вслух начал размышлять он, – хотя… железные предметы одно время прилипали к ладоням. Сейчас это уже прошло.

– Ну и ладно тогда, – я затушил свою сигарету и выкинул ее в бачок напротив туалета, – пошли на свои места, а то не ровен час утащат нашу поклажу.

– Да не, – успокоил меня Антон, – тут не воруют.

– Стой, – притормозил его я, – и последний вопрос – что у тебя общего с этим карликом было, так что вы на пару меня зарезать собирались?

– Он моим дальним родственником оказался, – смущенно ответил он, – троюродным братом по отцу.

– А познакомил вас Пугачев, конечно, – даже не спросил я, а выдал утвердительное предложение.

– Точно, откуда знаешь?

– Догадался, – буркнул я, – если б не этот смерч – зарезали бы меня?

– Вообще Генрих попугать тебя хотел, – помявшись, отвечал Антон, – чем-то ты ему насолил перед этим… а резать не собирался.

– Ладно, поверю, – вздохнул я, – на следующий год-то в колхоз поедешь?

– Куда ж я денусь, – усмехнулся он, – у нас на сельхозработы не ездят только лица, приближенные к начальству… вот в вашем отделе, сколько я знаю, таких пять штук, все программисты.

– Значит, вместе еще картошку пособираем, – пропустил я мимо ушей его выпад в сторону программистов, – и сено поворошим… а хорошо же мы время провели в этом августе, согласись.

– А пожалуй и соглашусь, – кивнул он, – у меня столько приключений никогда еще не случалось.

Где-то я эту фразу уже слышал, подумал я перед тем, как заснуть на верхней полке скорого поезда «Огни Заволжья»…

Гавана, Сира Гарсия и Лурдес

Клиника имени Сира Гарсии имела юридический адрес на 20-й улице, дом 4101. Меня туда выдернули с утра на следующий день после вечеринки. Кстати заодно попытался узнать, кто этот (или эта) Гарсия… и не узнал – все пожимали плечами, мол, больница сто лет уже работает, изначально так и назвали ее, а почему, не в курсе…

Да и не очень хотелось… а здание у этой клиники было впечатляющим, в классическом колониальном стиле и необъятных размеров. Меня тут встретили, как родного, проводили, куда надо, и сделали все в полном соответствии с картой, выписанной товарищем Молотовым в Москве. Аппаратура у них тут, надо честно признать, была высшего класса и напоминала космическую технику. Да и врачи отличные работали, со мной конкретно имел дело Серхио, прекрасно знавший русский язык.

К обеду я, короче говоря, освободился и тут же отправился в тот самый Лурдес, где служил Аскольд Букреев – вчера договорились встретиться у входа в этот центр. Это оказался южный пригород Гаваны, огороженный по периметру немаленьким забором. Внутри явно просматривались огромные антенны космической связи, одна из них даже и крутилась вокруг собственной оси. И еще несколько зданий там стояло, все из белого кирпича. Я позвонил с проходной по нужному номеру, и через пять минут Аскольд вышел из ворот базы, весь хмурый и сосредоточенный.

– Пойдем вон в то кафе, – предложил он мне, – там недорого и кондер есть, а то сваримся на этом солнце.

Я согласился, и мы немедленно переместились в указанном направлении – кафе называлось «Парадайз», как же еще.

– Я понял твои проблемы, – начал беседу он, выцедив полстакана лимонада со льдом, – ты мне хорошо помог тогда в колхозе, теперь я тебе помогу… постараюсь по крайней мере… потому что долг платежом красен.

– Особенно, если долг супружеский, – попробовал пошутить я, но он пропустил это мимо ушей и продолжил.

– Короче ситуация такая… официальным путем ты отсюда ни в одну сопредельную страну не выберешься, даже и думать нечего.

– Значит надо рассмотреть неофициальные каналы… – предположил я.

– Значит, надо, – согласился он. – Вопроса тут два возникает – куда и на чем… самолет-дельтаплан отодвигаем в сторону, слишком сложно и дорого выйдет. Остается морское судно, ну или катер, тоже пойдет. И второй вопрос про направление – ближе всего от Кубы до Флориды, полуостров Ки-Уэст всего-то в 70 км от Гаваны, но это направление, к сожалению, наглухо закрыто пограничной службой. Тут половина наверно всех кубинских пограничников пасется. Даже больше тебе скажу по секрету – одна из антенн в нашем Лурдесе постоянно направлена на пролив между Кубой и Флоридой, данные по неопознанным судам сразу передаются куда надо.

– Значит, надо рассмотреть другие направления, – предположил я.

– Значит, надо, – кивнул Аскольд. – Тут три пути есть – на восток к Гаити, на юго-восток к Ямайке либо на запад в Мексику, город Канкун там ближе всего к нашему побережью.

– Мне Мексика больше нравится, – зачем-то ляпнул я. – И про Канкун этот я что-то хорошее слышал…

– Модный курорт, соперник Акапулько, – сообщил Аскольд, – мексиканские власти в него охрененные деньги ввалили за последние годы. Так что затеряться там очень просто. И международный аэропорт имеется, большой и красивый, связь со ста странами мира. А Гаити с Ямайкой тоже, конечно, варианты, но сам понимаешь… да и ехать, чтоб на катер сесть, придется через всю Кубу, а это под тысячу километров.

– А чтобы в Канкун попасть, сколько придется ехать? – спросил я.

– 150 где-то, – ответил он, – до Сан-Хуан-и-Мартинес, есть там такой городок.

Аскольд помолчал, а потом задал логичный вопрос.

– Слушай, а зачем тебе эти сложности? У тебя же в друзьях ого-го кто – сказал бы им пару слов, тебя бы и официально на Филиппины отпустили… да еще и денег отсыпали…

– Пробовал уже, – признался я, – ответом было «нет» без объяснений.

Глава 12
Гавана и гаванки

– Ясно, – коротко бросил он, – теперь давай финансовый вопрос обсудим… эти ребята, сам понимаешь, бесплатно работать не будут.

– Давай обсудим, – быстро согласился я. – За какие деньги ребята согласны работать, знаешь?

– Пробивал этот вопрос недавно, – усмехнулся он (я уж не стал спрашивать, с какими целями он это пробивал), – штука баксов это минимум. Половина вперед, остальное по прибытии в пункт назначения…

– В Канкун, значит…

– Значит, в Канкун, – со вздохом подтвердил Аскольд. – У тебя такая сумма есть?

– А рубли тут как-то конвертируются в твердую валюту? – спросил я.

– С некоторыми сложностями, но можно устроить… курс, как в Москве – один к четырем.

– У меня есть десять тысяч рублей с копейками, – сообщил я, – банковская упаковка стольников, нераспечатанная, ну и немножко еще четвертаками.

– Значит две с половиной штуки баксов у тебя, считай, есть… в надежном месте-то лежат?

– Ну да, в штаны зашил, – ответил я.

– Держись осторожно, тут карманников хватает… значит так, завтра, крайний срок послезавтра я тебе отзвонюсь, телефон у меня записан. В открытую говорить ничего не буду, адрес, куда подойти, назову завуалировано…

– Как? – не понял я.

– Ну допустим, номер улицы (а тут почти все улицы под номерами идут), это будет время в часах, а номер дома – минуты.

– А квартира?

– Тут почти все дома частные на одну семью, так что обойдемся без квартир. Поехали дальше – документы…

– Верно, – хлопнул я себя по лбу, – с советским паспортом по Канкуну не побегаешь.

– Хорошо сделанный мексиканский паспорт обойдется тебе еще в пять сотен…

– Согласен, – тут же кивнул я, – пять, значит пять. Но чтоб нормально хоть сделан был.

– Сделают, как надо, – отрезал Аскольд. – В городок этот, Сан-Хуан, доберешься на рейсовом автобусе, автостанция недалеко от нашей базы (и он показал пальцем куда-то вправо), это недорого, 15 что ли песо. Автобусы туда ходят два раза в сутки, утром и вечером – поедешь, естественно, вечером, к темноте на берегу будешь.

– А как я их там найду, этих контрабандистов? – уточнил я.

– Я все подробно расскажу… через пару дней.

– И что я буду делать в этом Канкуне?

– Где там тебя высадят на берег и что делать после, я отдельно расскажу, тоже чуть позже… а сейчас давай, дружище, мне пора службу исполнять… да, штуку баксов ты отдашь этим ребятам прямо в руки, а за паспорт нужно сегодня или завтра.

– Рублями можно?

– Можно, – милостиво разрешил он.

Тогда я зашел в туалет при кафе и вытащил из заначки две тыщи рублей, двадцать стольников, значит. Вернулся и протянул Аскольду завернутую в газетку сумму.

Я пожал ему руку и не смог не поинтересоваться напоследок:

– В чем хоть твоя служба-то состоит, открой тайну?

– Ничего интересного, – поморщился он, – текущий ремонт приемо-передающей техники. К пультам слежения я даже не подходил ни разу, да и не пустят меня туда, если б и захотел.

– Денег-то хоть нормально платят?

– На жизнь хватает, – не стал он углубляться в эту тему, козырнул и исчез в проходной базы.

А я еще и за лимонад расплатился, ладно, что недорого вышло.

* * *

Весь остаток этого дня я посвятил осмотру достопримечательностей кубинской столицы… ну надо ж было чем-то заняться. Что скажу… город красивый и солнечный, люди приветливые, только все старое-престарое какое-то. Как будто из лавки старьевщика принесенное. Но кубинцы с этим свыклись, похоже.

Хотел на Варадеро съездить, это такой длинный полуостров в 130 километрах от Гаваны, десять километров чистейшего пляжа и гостиниц. Но не сложилось – встретил по дороге одну из подруг, с которыми меня знакомил Теофилло на вечеринке, и она даже немного по-русски разговаривала. Мария ее звали, и была она со сложной смесью генов испанцев, негров и местного доиспанского населения – назвать ее красавицей язык бы у меня не повернулся, но фигура и движения у нее, что надо были. Как у большой кошки в засаде.

– А ты ведь тот русский, которого Теофилло привел? – сразу взяла она быка за рога, Пьетро?

– А ты Мария, если не ошибаюсь? – ответил я.

– Точно, – улыбнулась она, – как дела, Пьетро?

А далее само собой как-то вышло, что я ее зазвал сначала в ресторанчик с местной кухней, а потом и к себе домой… ну как домой, но ту квартиру, что мне власти предоставили. Мария оказалась весьма разговорчивой особой, так что мне собственно можно было и не поддерживать беседу, она у не самоподдерживалась, как реакция деления ядер урана…

Из ее речей я понял, что жизнь замечательна, но было бы гораздо замечательней, если б не мужской пол, который состоял чуть менее, чем целиком, из козлов и баранов.

– А что, на Кубе есть козлы? – уточнил я этот момент.

– Козлы везде имеются, – ответила она с хитрой усмешкой, – но ты, кажется, на них не очень похож…

– Вот спасибо, – сказал я, когда мы уже поднимались в мой номер, – у нас в России, кстати, в школе начинают обучение чтению с фразы «Мы не козлы, козлы не мы».

– Правда, ну тогда я спокойна… – приняла она эту немудрящую шутку за чистую монету и тут же перешла к более насущным вещам, – а горячая вода у тебя тут есть?

– Вчера не было, а сейчас надо посмотреть, – зашел в ванную комнату и покрутил кран с красной кнопкой – и вот чудо, из него пошла вода, ну не совсем горячая, но тепленькая.

– Я в душ, – сообщила она мне, – если хочешь, можно вместе.

* * *

Заснуть она мне так и не дала всю ночь, очень горячей эта Мария оказалась… но штаны с денежной заначкой я все же спрятал подальше, зачем мне лишние проблемы. Остатки Столичной мы вдвоем допили – Мария так и не остановила фонтан своего красноречия, ну а я не препятствовал, акцент у нее очень смешной был.

Обмен валюты в Република-де-Куба оказался сопряжен со значительной долей риска. Аскольд сдержал слово и сообщил мне по телефону координаты обменщика – в четырнадцать часов, сказал, и 22 минуты встретимся завтра. Я раскрыл план столицы и нашел Калле-14, а на ней дом 22, это оказалось между пятой и седьмой авенидами, очень близко от меня кстати. Немного напрягло наличие неподалеку двух посольств, Мексики и Колумбии, но я решил не обращать на это внимания, мало ли что там стоит, даже и лучше, порядок наверняка власти поддерживают.

Дом 22 оказался древней хибарой чуть ли не времен открытия Америки Колумбом… ну может чуть поновее. Звонка я нигде не обнаружил, просто постучал в деревянную дверь три раза. Через полминуты она распахнулась, и бородатый и усатый пират с повязанной наискосок банданой спросил, какого черта и кто я такой вообще.

– Ола дезде Аскольд (привет от Аскольда), – собрал я все свои познания в испанском.

– Контрасена (пароль), – потребовал он.

Вот блин, подумал я, как в шпионских триллерах, но пароль, продиктованный Аскольдом, все же вспомнил.

– Либертад (свобода).

Пират посторонился, пропуская меня внутрь. Потом спросил на чистом русском уже, с акцентом естественно, но вполне терпимым:

– Курс знаешь?

– Аскольд обещал, что один к четырем будет.

– Столько вчера было, – ухмыльнулся пират, – а с утра курс подпрыгнул, четыре с половиной сейчас.

Я не отказал себе в удовольствии поторговаться, сошлись на 4,2.

– Если нужны мексиканские песо, то продам недорого, – добавил он, закончив торг.

– Недорого это почем? – спросил я.

– Четыре тысячи за рубль, – сообщил он, – у них там инфляция, совсем недавно три было.

– Уговорил, – ответил я, – стольник поменяю на песо, пригодится в Мексике. А остальное в доллары.

После довольно длительной процедуры подсчета (у пирата в наличии оказался даже калькулятор компании Касио, что меня сильно удивило), я оказался обладателем суммы в 2350 долларов и четыреста аж тысяч мексиканских песо. Доллары почти все были бумажками номиналом в 100 и 50, с суровыми Франклином и Грантом, а на песо (эти по 10000 были) оказался изображен герой мексиканской революции Эмиль Сапата с лихими закрученными вверх усами.

– Ну удачи тебе, амиго, – пожал мне руку пират (как его зовут, я так и не узнал), – будешь в Канкуне, можешь зайти вот сюда (и он протянул мне листочек с адресом), скажешь тот же пароль, тогда он обратный обмен сделает, если вдруг припрет.

Я его заверил, что непременно зайду, если что, и на этом мы расстались. Я вторично посетил клинику имени Гарсии, лечащий врач Серхио проделал все необходимые процедуры и на словах сообщил, что в третий раз можно и не приходить собственно… но если хочется, то завтра в это же время. Я кивнул и отправился готовить эксфильтрацию с гостеприимного острова Свободы.

Паспорт же еще нужен, вспомнил я… с Кубы меня конечно и без него контрабандисты вывезут, но в Мексике придется билет на самолет брать, а без документов его точно не дадут. Насчет этого пункта мы с Аскольдом договорились немного расплывчато, надо было просто сидеть в своей квартире и ждать звонка. Я и отправился туда пешочком по залитым горячим солнцем гаванским улицам.

Аскольд позвонил почти в шесть вечера, когда мне уже смертельно надоело смотреть местный первый канал.

– Сиди дома, никуда не выходи. В течение получаса к тебе зайдет один товарищ, он все и оформит.

– Паролями надо будет обмениваться? – ехидно поинтересовался я.

– Нет, он тебя в лицо знает… звать его Роберто, кстати.

– Цена не изменилась? – продолжил спрашивать я, – а то обмен-то мне совсем не так сделали, как ты обещал…

– Во всяком деле случаются накладки, – философски ответил Аскольд, – а что касается Роберто – то тут все в силе, как договаривались.

Роберто не обманул, пришел почти вовремя… по-русски он тоже неплохо говорил – забрал у меня фотокарточку (вот как знал, захватил с собой четыре штуки), записал имя с фамилией и взял 250 баксов. Остальное, сказал, завтра отдашь при получении паспорта.

Выпили с ним еще по паре рюмок кубинского рома (это я купил, пока гулял по Гаване, совсем недорого оказалось), он при этом осторожно начал выведывать, что я собираюсь делать в Мексике, я конечно наврал ему с три короба. Не хватало еще о своих планах посторонним лицам рассказывать.

Ну вот, подумал я, практически все готово к дальнейшим приключениям… а да, надо еще уточнить расписание автобусов в этот затерянный Сан-Хуан-и еще что-то там. Проехался до западной автостанции и убедился, что да, два рейса в день туда уходят. Утром в пол-восьмого и вечером в шесть с копейками. Время в пути два часа пятнадцать минут. Цена билета двенадцать песо. Окей.