Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

– Фамилия?

– Сороколет (и мысленно добавил «ваше благородие»).

Дама склонилась над журналом, потом подняла голову и сказала:

– Нет здесь никаких Сороколетов.

– Не может быть, – довольно натурально возмутился я, – вчера заказывали 4 билета. Можно я сам журнал посмотрю?

– Смотри, мне-то что… – и повернула его ко мне.

Поводил с минутку пальцем по строчкам, шевеля губами и имитируя глубокую работу мозга.

– Действительно нет, это безобразие! Я буду жаловаться! – громко объявил я.

– Жалуйся куда хочешь, имеешь право, – меланхолично сказала дама, закрывая журнал.

– И все равно я этого так не оставлю, – на автомате пробуровил я на выходе из кабинета, все, что нужно, я уже увидел.

Вышел обратно в кассовый зал, там в уголке уже стоял Вовка с подошедшими девчонками, махнул им рукой.

– Значит так, друзья, даю установку – сегодня мы все семья Абрамовых, медленно перемещаемся к той вон кассе, не привлекая лишнего внимания, если из кассы попросят подтвердить, что вы Абрамовы, подтверждайте, ясно?

Народ несколько ошарашенно покивал, и мы пошли к кассе предварительной продажи, которая была закрыта задвижкой. Я постучал, задвижку сразу убрали.

– Здрасьте, у нас тут должен быть заказ на Абрамовых, 4 билета, – бойко сказал я внутрь.

Там немного помолчали, видимо сверяя что-то с чем-то, потом ответили:

– Да, есть такой заказ, а вы точно Абрамовы?

– А то как же, – так же без запинки отвечал я, – сами смотрите, все четверо в наличии, – и я ткнул пальцем по направлению к остальным.

Из кассы молча посмотрели на нас и сказали: – С вас рупь восемьдесят.

Я, просунул внутрь деньги и, вконец обнаглев, добавил: – И если можно, на балкон.

В кассе хмыкнули и выкинули на прилавок билеты.

– А теперь быстро ко входу, – шепотом сказал я, – пока настоящие Абрамовы не пришли.

Просочились внутрь, отошли подальше, и тут Верунчик потребовала объяснений:

– Это что такое сейчас было, Сереж?

– Все очень просто, друзья, – пойдемте мороженое закажем, там все и объясню.

В Мире было аж два буфета, по одному на этаже, мы поднялись в верхний, там почему-то всегда свободнее было. Взяли по три шарика пломбира с вишневым сиропом (вкусно, аж жуть), тут я и рассказал им чистую правду.

– К директору я пошел с надеждой чисто на шару пролететь, вдруг разжалобится, нотам у нее был мужик и они ругались, и пока я стоял в сторонке, понял, что в системе нашего кинопроката есть такая опция «предварительный заказ билетов» по телефону. То есть мужик билеты заказал, а его в списке не было. Ну и когда очередь до меня дошла, повторил то же самое, а когда меня тоже в списке не оказалось, попросил посмотреть журнал и там увидел нужную строчку с 4 билетами. Дальнейшее наверно понятно…

– Ну ты орел, – восхищенно сказала Вера.

– Ага, орлуша, – согласился я, – однако пойдемте в зал, второй звонок уже дали.

– А вы к нам приставать во время фильма будете? – поинтересовалась опять же Вера, притворно надув губы.

Посмотрел на Вову, ответил за обоих:

– Ясен пень будем, но очень умеренно, – и я показал вчерашним анютиным жестом насколько умеренно мы будем приставать, – такие красивые девушки, как вы, уважать себя перестанут, если к ним не поприставать…

Уселись в рядок на балконе, меня посередине между девочками посадили, а Вовку слева от Веры. Я честно говоря до последнего момента опасался, что сейчас вдруг из прохода выпрыгнут страшные Абрамовы и с криками «Держи гадов!» начнут вытаскивать нас из кресел за волосы. Но нет, обошлось. Журнала почему-то не было, наверно потому что фильм очень длинный, два с лишним часа, началось сразу с заставки Метро-Голдвин-Майер с рыкающим львом.

Если кому-то лень залезть в Википедию, то краткое содержание у этого бегающего Логана такое: 23 век, после ядерной катастрофы люди живут в закрытом куполом городе, а поскольку ресурсов очень ограниченное количество, то всех достигших 30 лет убивают лазером, обставляя это хитрым образом – вы мол взойдете на огненную колесницу, а потом возродитесь, может быть. Но под куполом не все такие тупые, как могло бы подуматься, поэтому некоторые подаются в бега, не дожидаясь колесницы, таких отлавливает спецкоманда песочных людей, где и служит герой Йорка. И вот ему неожиданно от компьютера, который управляет всей жизнью под куполом, поступает команда втереться в доверие к беглецам (у которых что-то типа подпольной организации) и выяснить, куда они там убегают. Йорк втирается и вместе с подругой (Дженни Эгаттер, прочно забытая ныне) убегает из-под купола. Потом идет путешествие по закупольному миру, любовь с подругой, разрушенный Вашингтон, где он и встречает героя Устинова, а тот ведает ему страшную правду – мол мир давно очистился, а вас там под куполом дурят компьютеры. Йорк возвращается под купол, устраивает революцию, в финале все настолько счастливые, что дальше не бывает, смотрят на закат. Все. Декорации картонные, компьютерная графика смешная, мораль убогая. Разве что на красивых манекенщиц посмотреть, их там немеряно собрали в массовку, да на сиськи Эгаттер, мелькающие пару раз.

Я в общем все понял через 15 минут после начала, потом откровенно скучал, после 1984, Бразилии и Эквилибриума все это выглядело смешно. Попытался естественно поприставать к Анюте, но она никак не реагировала, как кукла пластмассовая сидела… а какой смысл лапать пластмассовую куклу? Да никакого. Один только раз она отмерла и спросила у меня, что это за штука на шее у подруги героя, а ответил что анх, египетский крест. Зато с другой стороны ряда приставали ко мне – Вера разошлась не на шутку, только что в ширинку ко мне не залезла… такие дела.

Зажегся свет, народ потянулся к выходам, оживленно обсуждая увиденное ну еще бы, в СССР антиутопий до этого кажется не показывали… официальная же пропаганда твердо стояла на том, что ядерных катастроф на нашем веку не будет, потому что потому. А значит описывать жизнь после таких катастроф смысла не имеет, а тут вон оно чо…

Ну обсудили фильм и мы естественно. Вере все понравилось, особенно красивые американские девчонки и парни, Вове запомнились технические детали будущего, ну там компьютерные примочки, поезда на магнитной подушке, робот этот смешной из Святилища, а Анюта только и сказала про коптский крест, что мол ну очень красивый, мне бы такой. Про крест ответил, что ладно, попробую что-нибудь придумать для дорогой Анюточки, а вот про красивых девчонок неожиданно для самого себя выдал целую программную речь:

– Их наверно по всей Калифорнии собирали. Почему? Да мало там красивых женщин. Самые красивые и в самых больших количествах все в России собраны… ну еще на Украине конечно. А вы не знали что ли? Странно, это общеизвестный факт… иностранцы, когда к нам приезжают, почти все кипятком писают от толп красавиц на улицах – у них они все в кино да на телевидении собраны, а среднестатистически там крокодил на крокодиле. И я даже могу сказать, точнее предположить, почему это так случилось, если интересно. Интересно? Ну слушайте – значит пункт 1, Россия находится на перекрестке разных рас и народностей, сами смотрите, с запада европейские народы, с севера финно-угры, с востока тюрки и азиаты, ну и на юге лица кавказских национальностей, гены здорово перемешаны в крутой такой коктейль, а как хорошо известно, самые здоровые и красивые дети рождаются в семьях с максимально разными генами. Ну и пункт 2, называется «охота на ведьм», было это в 15–17 веках во всей почти католической Европе, ну и немного в Америке, про Салемские процессы слышали? Не? Ну неважно – короче всех… ну не всех, но почти всех красивых женщин там обвиняли в колдовстве и после пыток сжигали на костре. 200 лет изводили короче на корню генетических красавиц, выживали только крокодилы, ну вот и получили то, что получили. Избежали этого варварства только Северная Европа, шведы там, норвежцы, датчане разные и православные страны, в них не были так озабочены вопросами колдовства и ведьмачества, другие проблемы были.

Народ помолчал, усваивая услышанное, потом Вера осторожно сказала:

– А мне все-таки эта актриса понравилась, ну которая подруга главного…

– Ну да, – согласился я, – она старалась конечно… но сиськи у нее например гораздо хуже, чем у тебя… и у Анюты. Так что вы бы обе не слабее сыграли бы.

Вера аж запунцовела вся, а Анюта… Анюта опять никак не реагировала… ПМС что ли у нее начался или дома не все ладно? Зачем тогда соглашалась в кино идти, сидела бы дома и решала свои проблемы…

Дошли потихоньку до Лескова, тут Вере надо было налево, Вовчик пошел ее провожать, а Ане направо, так что мы вдвоем остались.

– Аня, у тебя все в порядке? Чо ты молчишь-то всю дорогу? Может помочь чемнадо?

И тут она меня удивила, кинулась с разбега мне на шею, и сказала в рыданиях:

– Ты не обращай внимания, Сереженька, у меня это бывает, спасибо тебе за все и не бросай меня пожалуйста.

Потом поцеловала в обе щеки и убежала в подъезд. Мдааа… Анюта похоже решила включить Настасью Филипповну, сначала к сердцу прижмет, потом к черту пошлет, потом наоборот… ну и хорошо, так даже веселее… только учти, дорогая, что Филипповна очень плохо кончила…

Подождал Вовчика, у него по всей видимости с Верой все гораздо интереснее складывается, пошли через парк домой. Мимо летнего кинотеатра Родина… попалась мне когда-то на глаза заметка про этот кинотеатр и вообще про парк, так вот, устроили все это, друзья мои, весной 1944 года – вот прикиньте ситуацию, немец в Пскове, под Смоленском и в Севастополе сидит, когда и чем война закончится, совершенно еще не ясно, а они здесь значит строят кинотеатры и сажают деревья в парках… нет, все-таки такой народ победить нельзя, что ни говорите…

Во дворе мне сначала Марина повстречалась, та которая мать Вовчика, сильно благодарила за избавление от бывшего мужа и приглашала заходить на чай. Сказал, что да, обязательно, как с делами разберусь. А потом Андрюха с доминошной скамейки огорошил тем, что тебе, Сорока, из райкома звонили и просили срочно зайти. К Станислав Игоревичу. Вот прям сегодня. Вот прям очень срочно.

Поплелся в райком, чо… такие вызовы игнорировать себе дороже выйдет. В холле уже знакомая строгая дежурная с том же строго-сером костюме сначала спросила у меня фамилию, потом документы, потом пропустила без документов, укоризненно кивая при этом головой. Поднялся на второй этаж, постучал в известную мне дверь Игоревича, вошел.

– Вызывали, Станислав Игоревич? – бодро спросил с порога.

– Вызывать я тебя буду, когда под моим началом работать начнешь (а что, такой вариант рассматривается? – с ужасом подумал я), а пока просто приглашал на беседу. Садись, в ногах правды нет. Что так долго шел-то, рабочий день уже почти закончился.

– Так в кино ходил, у меня ж каникулы.

– С девками поди, уж не с Анютой ли своей?

– Так точно, с ней.

– Ай молодец, наш пострел везде успел.

Далее Игоревич помолчал, глядя в окно на стаю ворон, и наконец начал, медленно и четко:

– Значится так, Сорокалет, мы тут обсудили твой вопрос и возникло мнение, что есть смысл дать вам поработать, например месяц… а там по результатам будем дальше решать. Так что слушай и запоминай… или записывай, вон ручка и бумага.

– Спасибо, я лучше послушаю, у меня память очень хорошая, – отозвался я.

– Ну слушай. Значит пункт А – название ваше хоть и дурацкое, но оставляем, а то еще хуже чего придумаете. Пункт Б – завтра с утра идете все четверо в ЖЭК на Ильича и там вас оформляют на полставки каждого, работать будете только в своем доме… ну если очень попросят, то в соседних. Пункт В – там же в ЖЭКе оформите передаточную ведомость по клубу и бомбоубежищам, ты за старшего у нас, стало быть на тебя все это добро и повесят. Согласен?

– Куда ж я денусь, – не очень уверенно отвечал я.

– Хорошо. Пункт Г – там же в ЖЭКе получите под роспись инструменты для вашего ансамбля, они все равно без дела второй год пылятся. Доволен?

– Да у меня ваще нет слов, одни междометия!

– Хорошо. Ну и последний пункт – если в клубе или в бомбоубежищах будет замечены пьянки-гулянки или другие какие беспорядки, все договоренности тут же отменяются и…

– …карета превращается обратно в тыкву, – закончил я за Игоревича.

– Правильно все понимаешь, молодец. Вот как-то так, если вкратце… да, дальнейшие контакты будешь поддерживать, если что, с райисполкомом, Белов Семен Иванович там есть такой, райкому тут больше делать нечего. Запиши… ах, ну да, запомни телефон.

И он продиктовал номер. Тут меня черт дернул за ногу:

– Станислав Игоревич, а чего это вдруг такая щедрость? Ну ЖЭК-ВЖЭК, ведомость-полставки, это еще понятно, но инструменты это явно неожиданная щедрость сверху… вот вы тут недавно про мой альтруизм говорили, и я все объяснил… теперь ваша очередь – расскажите, в чем тут дело, чтоб я в курсе был, – сказал я и сжался, допрыгаешься ты сейчас, Сергуня, отберут все взад и еще по мордасам выпишут…

Но нет, не выписали. Игоревич как-то поморгал по-простецки и сказал:

– У меня рабочий день закончился, пошли, проводишь меня до дому, если у тебя других дел нет, а я по дороге попытаюсь объяснить…

– До пятницы, Станислав Игоревич, а точнее до понедельника я совершенно свободен, – бодро отвечал я (пронеслась конечно у меня в голове ослепительная мысль, что Игоревич возможно педофил или того хуже, маньяк какой, и сейчас вот он затащит меня в лесополосу и станет расчленять на органы, но я ее быстро отогнал, уж если райкому не верить, то кому тогда?).

Вышли из здания райкома и подались к Автозаводскому парку, похоже Игоревич жил примерно там же, где и Анюта.

– Понимаешь, Сергуня, я дело на тебя затребовал из политеха… – как-то неуверенно начал он.

– Ну и чего там такого интересного, в моем деле? – подбодрил его я.

– А интересного там то, что оказывается медаль тебе полагается…

И он опять надолго задумался… тут слева по борту нарисовалось парковое озеро. С водой! И с каруселью из лодочек, на которой катались детишки!! Я уж и забыл, когда оно водой наполнялось – в последние 30 лет грязная яма тут была.

– Ну чего встал? – спросил Игоревич.

– Да вот озеро красивое… детишки… уточки.

– Озеро как озеро, пошли дальше, – ответил он и снова замолк.

Видя филологический ступор Игоревича, я снова решил ему помочь:

– Может по пивку, а? Вон ларек и очереди почти нет… глядишь легче разговор наладится…

Игоревич внимательно посмотрел сначала на меня, потом на ларек и коротко сказал: – Ага.

Взяли по кружке, встали к столику, Игоревич отхлебнул, по-прежнему молча. Тогда продолжил я:

– Что хоть там в этих делах написано-то? Как в фильме про Штирлица – беспощаден к врагам, характер нордический, чемпион по теннису, да? – неуверенно спросил я.

– Не, про характер там ничего нет… просто дело в том, что ты Сергуня, очень похож на моего сына…

– Вообще-то каждый человек на кого-то похож, а дальше-то что?

– А дальше, Сережа, то, что сын утонул 7 лет назад и мать вместе с ним, и я не успели с тех пор так бобылем и живу, а ты недавно успел и скоро медаль за это получишь…

– Стоп, – быстро сказал я, – Игоревич, нажми на паузу, я сейчас, – и быстро подошел к соседнему столику.

– Мужики, продайте пузырь водяры, две цены даю, очень надо.

У мужиков ничего не было, за вторым столом мне тоже ничем не помогли, а вот третий вошел в положение и выдал бутылку Русской в обмен на 7 рублей. Быстро вернулся к Игоревичу, на ходу снимая козырек с бутылки.

– Выпей лекарство, Игоревич, должно полегчать, – и я налил ему сразу 100 грамм в освободившуюся кружку.

Игоревич покрутил головой, потом сказал:

– Себе плесни, что я один буду, как алкаш последний.

Плеснул и себе на дно.

– Ничего, что я тут перед пацаном разоткровенничался? – спросил вдруг он.

– Нормально, Игоревич, в Америке вон каждый второй бегает к психотерапевту душу излить, а у нас здесь всех этих психотерапевтов разговор под водку заменяет.

– Короче, я ответил на твой вопрос про альтруизм?

– Вполне… – и тут у меня неожиданно в мозгу возник хитрый план… покрутил его в разные стороны… вроде не самый плохой план, а, была-не была…

– Слушай, Игоревич, а давай я тебя с матерью познакомлю, а?

Игоревич чуть не подавился.

Ну если вкратце, то не убедил я Игоревича в необходимости этого знакомства, он долго отнекивался, говорил, что так эти дела не делаются и в итоге все-таки пообещал подумать, и на этом спасибо. А так-то все элементы в паззле на свои бы места складывались – он бы получил жену и копию своего сына, мать любящего мужа, а я отца, о котором мечтал все последние 14 лет… но ничего, вода камень точит.

Довел я Игоревича до подъезда, ибо после 400 грамм водки (100 мне досталось) твердо ходить могут не все, а на прощание он мне напомнил еще раз завтрашнюю программу действий из 4 пунктов. Вернулся домой уже поздно вечером, поел, потом нашел чистую нотную тетрадь и до 11 часов сидел и, высунув от усердия язык, записывал нотацию песен, подходящих по профилю нашей будущей группе… чтоб максимально дворовые… и желательно, чтоб баян участвовал… вспомнил 4 штуки. Завтра привезем инструменты, подключим и проведем хотя бы начальный так сказать кастинг.

На стадион пришли все вчерашние участники плюс давно обещанная Инна.

– Салют, Инка, – весело поприветствовал ее я, – давно не виделись, как дела?

– Дела идут, контора пишет, – не менее жизнерадостно ответила она, – пришла вот посмотреть, чем вы тут занимаетесь.

Инна татарка… ну или башкирка, откуда-то оттуда короче, из Заволжья. У нас вообще-то много татар в городе живет, только в нашем классе еще двое были, кроме Инны. На кого похожа? Ну если видели оперную диву Аиду Гарифуллину, то стало быть и об Инне имеете представление.

Чуть раскосые глаза, черные как смоль волосы, ноги умопомрачительной длины, линия талии и бедер, на которые хочется молиться – все это Инна, да. Но был у нее один маленький, но довольно-таки большой недостаток, болтливость. Если она открывала рот, остановить ее было очень сложно. Так что если бы Инна комплектовалась пультом с кнопкой Mute, цены бы ей не было, а без такого пульта ее цена увы, существенно дисконтировалась… И с ухажерами, как ни странно при такой неземной красоте, у нее всегда были проблемы – почему-то все ребята считали, что у нее уже кто-то есть, причем этот кто-то очень здоровый и могучий, и ловить тут нечего, выбирали девчонок попроще, да и неостановимый ее словесный поток далеко не всем удавалось пережить. Так что оставалась Инна постоянно при своем бубновом интересе…

Девчонки сдержали слово, надели свободные одежды, так что тренировка на сей раз протекла спокойно и сонно, неожиданности начались сразу после.

– Сорока, – вдруг подал голос молчаливый Андрей, – все эти плавные движения это конечно хорошо, но не очень понятно, что оно нам даст в конце концов? Лично я не готов целый год водить руками туда-сюда не пойми зачем…

Ну ладно, значит пришла пора показать что-нибудь более продвинутое, подумал я, а вслух сказал:

– Значит ты хочешь увидеть продукт так сказать более высокой стадии переработки, чем сегодняшнее сырье, да?

– Да, – согласился Андрей.

– Ну пойдем, покажу, – и мысленно перекрестился на всякий случай, мало ли что.

– Ну давай, бей меня куда хочешь, – сказал я, вставая в стойку.

Андрюха медленно размахнулся.

– Сильнее давай, в полную силу.

– Ну держи в полную, – ответил он и выбросил кулак мне в район правого глаза.

Встретил его руками в крест, потянул на себя и в сторону, Андрюха завалился на левый бок. На скамейке зааплодировали.

– Еще есть желающие? – спросил я.

Вышел Валерик. Бил он несильно, я сразу уклонился, он сразу сделал движение назад, ну я помог, так что он уселся на задницу.

– Еще кто-то?

– Я, – подняла руку Инна и вышла на полянку пританцовывающей походкой.

Это уже интересно, подумал я. И точно, интересного было хоть отбавляй, она взяла и зарядила мне круговой мах правой ногой в голову. Ни хрена себе, подумал я, еле-еле уклонясь, а если б попала? И тут же получил прямой правой в район печени, ну это уже было попроще, заплел ее руку, вывернул вверх, уронил Инку на траву, но сам при этом поскользнулся, кретин, и упал сверху. Не сказал бы, что лежать на Инне было неприятно… но встал сразу же, а то народ разное подумать сможет, дал руку ей, помог встать.

– Каратэ занималась?

– А что, нельзя? – ответила она вопросом на вопрос.

– Почему, можно конечно, только не пойму, нахрен тебе мои тренировки, ты сама кого хочешь натренируешь…

– Не помешает, – ответила она.

Мы вернулись к остальным, глаза у них всех, как я заметил, были совершенно квадратные.

– Ну как, конечный продукт тренировок стал понятнее? – спросил я.

Все закивали головами.

– Ладно, а теперь девочки идут в клуб, я там чайник электрический принес, чай, конфетки, можете пока закусить, а мы едем в ЖЭК оформляться на работу и забирать инструменты для ансамбля. Как привезем и подключим, устроим кастинг.

– А что такое кастинг? – спросила Анюта (ну слава богу, ожила моя царевна Несмеяна).

– Подбор актеров на роль, ну или на место участника какого-нибудь творческого коллектива, от английского слова cast – отбрасывать, выбрасывать.

– А что за инструменты?

– Потом объясню, а сейчас балахра, ибн харам!

– Это на каком языке? – спросил Валера.

– На арабском, означает «шевелитесь, сукины дети».

– А еще что-нибудь по-арабски знаешь?

– А то как же, Буратино например по-арабски будет Эль-Саксаули.

А я тем временем быстро вывел свою копейку из гаража, споткнувшись очередной раз о тяжеленный посылочный ящик (надо будет спросить наконец дядю Федю, что там у него за железки лежат, может полезное что-то), подхватил мушкетеров и мы скоренько доехали до ЖЭКа на Ильича. Вопросов там никаких не возникло, еще бы они возникли после ЦУ райкома, но оформление разных бумажек заняло порядка часа, меня и Вовчика взяли половинками электрика, а остальных двух зачли как две половины сантехника, по 60 рублей в месяц каждому, немного конечно, но не помещает. Валера правда попытался качать права, почему мол его сантехником, да он мол в дерьме копаться не будет – я его успокоил примерами из западных фильмов, где мол сантехники главные герои-любовники и вообще идеал западных домохозяек. Валера спросил, где это я такие фильмы видел, отговорился, что на закрытом просмотре в Тамбове. А если не умеете краны чинить, добавил я, так я за полдня научу, нехитрое это дело, прокладки менять.

Дальше вытаскивали из кладовки инструменты, две гитары (одна, я так понял, ритм, а вторая бас), Ионику, усилитель с проводами, две колонки, не сильно мощные, но уж какие есть, и ударную значит установку. В копейку все это не влезло, пришлось за два захода перевозить. Наконец все добро выгрузили в клуб, утерли пот со лбов и захотели хоть чего-нибудь перехватить, от завтрака много времени прошло. Я предложил посетить столовку в нашем доме – заодно и посмотрим, что там и как. Девчонки сказали, что у них денег нет, я ответил, что это ерунда, я все это затеял, я и платить буду за всех. По ходу дела ревизовал остатки денег в кармане, которые еще от председателя Пугачева, и прослезился, скоро все закончится… надо как-то решать финансовый вопрос.