Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Соавторы: Евгений Аверьянов,Сергей Тамбовский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 274 (всего у книги 347 страниц)

Глава 6

Я шёл осторожно, не углубляясь слишком быстро. Всё внутри подсказывало – рано или поздно этот разлом проверит меня по-настоящему. А пока нужно было разогреться, нащупать новый предел.

И шаг за шагом я приближался к следующему столкновению.

Не успел пройти и сотни шагов, как тишина треснула – будто кто-то когтями по металлу провёл. Сердце отозвалось ударом, и я замер.

Из-за изломанного корня вывалилось нечто, похожее на гигантскую крысу, только с костяными наростами вдоль хребта и мордой, искривлённой в подобие человеческой ухмылки. Глаза сверкнули красным, и существо издало низкое, гулкое рычание.

– Ну, привет, – выдохнул я, перехватывая копьё.

Монстр рванулся вперёд. Движения были резкими, рваными, но скорость – пугающая. Я отскочил, едва избежав удара когтей, и тут же нанёс укол. Древко дрогнуло, наконечник впился в плоть, но не глубоко – кость под шкурой держала удар.

Тварь взвыла, развернулась, ударила хвостом, и меня едва не сбило с ног. Я стиснул зубы, удержал равновесие и пошёл в контратаку, заставляя себя не тратить лишнюю силу.

Каждый выпад – точный. Каждый удар – выверенный. Я чувствовал, как тело работает иначе: быстрее, крепче, чем ещё неделю назад. Это ядро действовало. Пусть и немного, но действовало.

Монстр рванул снова, открывая пасть с игольчатыми зубами, и я воткнул копьё прямо в глотку. Взрыв тёплой крови окатил руки. Существо дёрнулось, затрепыхалось, и рухнуло на камни.

Я вырвал оружие, тяжело дыша. Несколько секунд слушал тишину. Никто больше не шевелился.

– Вот и разогрелся, – пробормотал я и присел, чтобы вскрыть тушу и достать ядро.

Ещё один шаг вперёд.

Вытащил ядро крысообразной твари – мутное, серое, не особо ценное, но лишним не будет. Спрятал в сумку и двинулся дальше.

Чем глубже я шёл, тем гуще становился воздух, и тем страннее звучали шаги. Казалось, камни сами шепчут под ногами, предупреждая: «Ещё немного – и назад не вернёшься».

Следующим мне попалась пара существ. Вроде бы обычные волки, но слишком крупные, с перепончатыми лапами и спинами, покрытыми наростами, будто их вывели специально для болот. Они рычали синхронно, почти по-военному, и пошли врассыпную, пытаясь взять меня в клещи.

– Умные, значит, – буркнул я, поднимая топор.

Бой вышел дольше, чем с крысой. Один из них метнулся прямо под копьё, но я успел развернуться, вытащить клинок и рубануть по шее. Второй бросился сбоку, и пришлось прыгать в сторону, ощущая, как когти скользнули по коже доспеха. В конце концов я добил их обоих, но уже вымотался куда сильнее.

Третьим стало нечто совершенно иное. Оно вылезло из тени, будто сама тьма приняла форму. Длинные конечности, узкое туловище, без лица – лишь дыра, засасывающая взгляд. От него несло холодом, и с каждой секундой казалось, что воздух становится тяжелее.

– А вот это уже серьёзно… – прошептал я, пульс участился.

Тварь двигалась беззвучно, но быстро. Мне пришлось вложиться всерьёз: и клинок, и свет, и усиление. Каждый удар отзывался болью в рёбрах, но выбора не было.

Бой был долгим и изматывающим. Казалось, я сражаюсь не только с телом врага, но и с его присутствием, с этой давящей тьмой. В конце концов клинок нашёл цель – грудь монстра. Вспышка света прорезала его, и существо рассыпалось, будто пепел.

Я рухнул на колени, тяжело дыша. Тело гудело, но внутри зародилось странное чувство: я выдержал. Стал крепче.

И впереди наверняка ждало ещё больше.

Я позволил себе лишь пару минут отдыха. Слишком рано расслабляться. Этот разлом чувствовался особенным – будто он не терпел слабых.

Шёл я долго. Коридоры сжимались, превращаясь в узкие проходы, потом вдруг расширялись в огромные залы, где каменные стены светились бледным фосфорным светом. В каждом таком зале я ожидал нападения, и оно действительно случалось – но враги становились всё сильнее и хитрее.

Сначала были трое существ, похожих на обезьян с лишними руками и глазами, вылезавшими прямо на груди. С ними я справился топором, но каждая секунда боя стоила литров пота.

Потом на пути оказался змей, чёрный, словно вырезанный из самой ночи, с капюшоном, напоминающим корону. Его клыки чуть не пробил кольчугу, и лишь чудо позволило уйти без серьёзного ранения.

Я уже начинал понимать ритм этого разлома: он наращивал напряжение. Шаг за шагом, бой за боем, он вёл меня туда, где должен был ждать главный противник.

И вот, наконец, я вышел в очередной зал – и сразу понял: это конец пути.

Здесь не было ни слабого света, ни дрожащих теней. Всё помещение тонуло во мраке, но ровно посередине стояло нечто. Огромное, вдвое выше человека, с массивными плечами и руками, будто вылепленными из камня. Голова – волчья, с клыками, но глаза горели холодным жёлтым светом.

Это был не зверь, а хозяин разлома.

Он поднял голову, и звук его рычания прокатился по залу, как грохот камнепада. Я почувствовал, как по коже побежали мурашки, и крепче сжал копьё.

– Ладно… – выдохнул я. – Проверим, кто из нас здесь лишний.

И тварь ринулась вперёд.

Он двигался быстрее, чем можно было ожидать от такой громады. Одним прыжком тварь пересекла половину зала и обрушила на меня лапу размером с мою грудь. Я едва успел выставить копьё вперёд. Удар сбил меня с ног, древко треснуло, а тело отлетело к стене, словно игрушечное.

В глазах потемнело. Рёбра снова отозвались болью, но я поднялся. Монстр не ждал – он уже разворачивался, готовясь нанести следующий удар.

Я рванул в сторону и рубанул топором по его лапе. Лезвие вошло, но неглубоко, лишь разозлив зверя. Волчья морда развернулась ко мне, и из пасти вырвался жаркий, звериный хрип.

Слишком крепкий… мои атаки почти не проходят.

Я отскочил назад, одновременно вытягивая свет. Лезвие клинка засветилось бледным сиянием, и я метнулся вперёд, рубанув по боковой части туловища. На этот раз существо взревело – свет явно причинял ему боль.

Но радоваться было некогда. Его лапа ударила сбоку, и меня швырнуло на каменный пол. Мир качнулся, дыхание перехватило.

Я откатился, поднялся, задыхаясь. Монстр снова шёл ко мне – шаги, как удары барабана, отдавались в груди.

«Если идти лоб в лоб – не выстою. Нужно искать слабое место...»

Я сжал зубы, перехватил клинок обеими руками и приготовился к следующему заходу.

Зверь ударил снова, и я ушёл в сторону, скользя по камню, едва не потеряв равновесие. Его когти прошли в сантиметре от плеча, оставив в воздухе резкий свист.

Я не стал сразу атаковать. Вместо этого позволил ему ринуться снова – раз, другой. Каждое движение я запоминал, каждую ошибку, каждый сбой в ритме. Монстр был силён и быстр, но его мощь делала удары предсказуемыми: он всегда бил в лоб, рассчитывая задавить весом и скоростью.

На третьем заходе я метнулся прямо под удар, скользнул внутрь, рубанул клинком по подмышке. Лезвие вспыхнуло светом и вошло глубже, чем прежде. Тварь взвыла, отшатнулась, ударив лапой в воздух.

Вот оно… там броня слабее.

Я рванулся следом, атакуя снова и снова. Каждое попадание вызывало вспышку боли в глазах монстра – он начал пятиться, но всё ещё был опасен. Его хвост, длинный и костяной, хлестнул по моему боку. Я охнул, едва не потеряв дыхание, но удержался на ногах.

Кровь текла по губам, но я уже чувствовал азарт. Слабость найдена, и теперь оставалось только выжить, довести начатое до конца.

Монстр снова ринулся на меня, распахнув пасть. Я перехватил клинок, выставил его поперёк – и в тот миг, когда челюсти сомкнулись, вонзил лезвие прямо сбоку, под основание черепа.

Тварь взревела так, что стены задрожали, а я стиснул зубы и надавил сильнее, вливая в клинок побольше света.

Монстр дёрнулся, сбросил меня, и я покатился по полу, ударившись плечом о камень. Клинок выскользнул из руки, отлетел в сторону. Существо мотало головой, хрипя и завывая, но не падало. Его тело всё ещё было полно ярости и силы.

Я поднялся, пошатываясь, на ноги. В висках стучало, дыхание сбивалось. Существо заметило мою слабость и с неожиданной скоростью рвануло на меня.

Я выдернул клинок, встретил удар сбоку, но лапа отбросила меня к стене, словно тряпичную куклу. Рёбра снова отозвались болью, и я понял – ещё пара таких атак, и моё тело просто не выдержит.

Зверь навис надо мной, раскрыв пасть, из которой пахнуло тухлым мясом. Я выхватил нож и ткнул в морду, но лезвие лишь скользнуло по костяной броне. Он рявкнул и опустил лапу – я перекатился в последний момент, почувствовав, как камень подо мной треснул от удара.

Я заметил свой клинок в трёх шагах. Вдох – рывок. Мир качнулся, но я ухватил рукоять, и в тот же миг монстр прыгнул на меня сверху.

Я поднял клинок обеими руками, в последний миг вложив остатки сил и света в лезвие. Чудовище само насадилось на него, и сияние вспыхнуло внутри его черепа.

Он завыл, забился, но я не отпускал, пока свет не разорвал его голову изнутри. Кровь, пар и клочья чёрной плоти брызнули во все стороны. Тварь рухнула на бок, содрогнулась и затихла.

Я стоял, тяжело дыша, дрожь пробегала по телу. Руки едва держали оружие, но внутри была лишь одна мысль: добил… наконец-то добил.

Я вытер лезвие о спутавшуюся шерсть поверженного чудовища и, отдышавшись, вонзил клинок в грудь. Пришлось попотеть, прежде чем добраться до пульсирующего ядра. Оно было размером с кулак, чёрное, с мутными прожилками, будто внутри клубился дым. Я спрятал его в сумку – для продажи оно не годилось, слишком грязное, но для накопления опыта и энергии могло сойти.

Дальше путь вёл к сердцу разлома. Я шёл медленно, прислушиваясь к себе, к боли в рёбрах и к тяжёлому дыханию. Внутри было тихо, слишком тихо – словно после недавней грозы.

Наконец, впереди засветилось ядро разлома. Огромная, сияющая трещина, похожая на кристалл, вросший в землю. Оно бледно пульсировало, напоминая сердце больного зверя. Я знал, что стоит мне его уничтожить – разлом закроется, энергия хлынет в тело. Но стоило взглянуть на собственные руки, дрожащие от недавнего боя, и я понял: сейчас это меня добьёт.

Я уселся рядом, прислонился спиной к каменной стене и закрыл глаза. Решение было принято: ядро подождёт. Ему некуда деваться, а мне нужно время. Пусть тело успокоится, пусть энергия предыдущего ядра хоть немного уложится в каналах. Тогда я смогу принять новую порцию и не рухнуть без сознания.

Я замер, чувствуя, как тепло от ядра разлома медленно заполняет пространство, словно готовилось к нашей будущей схватке.

Прикрыл глаза лишь на минуту, но темнота накрыла, утянула вниз. Сон пришёл тяжёлый, вязкий, как трясина.

Мне снился дом. Каморка под крышей, запах сырости и старых книг. Отец стоял в дверях – в том же сером камзоле, с тем же усталым взглядом.

– Ноль, – сказал он, и слово эхом разлетелось по комнате, обернулось шёпотом десятков голосов. – Ты – ноль.

Я сжал кулаки, хотел ответить, но губы не слушались. На месте отца уже стоял ловец душ, его синие глаза светились в полумраке.

– Все мы начинали как нули, – сказал он. – Разница лишь в том, кто соглашается на силу, а кто цепляется за гордость и умирает.

Я отступил, споткнулся о собственный клинок, лежащий на полу. Поднял его – а в отражении лезвия увидел не себя, а лицо магистра огня, которого убил в у того разлома. Его губы шевельнулись:

– Ради чего ты живёшь, Кирилл? Ради золота? Ради гордыни?

Я хотел закричать «нет», но горло перехватило. Рядом зажглись десятки ядер, они крутились вокруг меня, пульсировали, и каждое тянуло силы. «Ты не сможешь нас удержать, – шептали они. – Ты сломаешься».

Тьма сомкнулась, и только один луч – золотой, словно от того самого ядра – пробил её насквозь. Я потянулся к нему, пальцы почти коснулись света…

Я вздрогнул и открыл глаза. Холодный камень под спиной, ровное дыхание ядра разлома рядом. Лоб был мокрым, сердце колотилось так, будто я пробежал несколько вёрст.

Я провёл рукой по лицу, чувствуя, как дрожь постепенно уходит. Это был всего лишь сон. Но слишком уж правдоподобный.

Ради чего я живу? – этот вопрос остался в голове, как игла.

Я выдохнул, заставил себя подняться. Нельзя долго сидеть рядом с этой дрянью – ядро разлома будто само шептало, тянуло, вбирало в себя мысли, искажая их.

Встал, поправил перевязанную курткой грудь. Боль в рёбрах всё ещё давала о себе знать, но теперь она казалась чем-то родным – напоминанием, что я жив

Подошёл ближе. Ядро мерцало бледным светом, словно дышало. Чем ближе я был, тем сильнее ощущал его ритм – пульс, уходящий в землю и воздух вокруг. Оно будто проверяло меня, оценивая: готов ли я, достоин ли.

– Не ты решаешь, – пробормотал я, сжимая клинок.

Я сосредоточился, вплетая в движения то немногое, что осталось от магии. Свет откликнулся, огонь подхватил, воздух поддержал. Внутри возник резонанс, и я нанёс удар.

Мир вспыхнул. Ядро разлома треснуло, с него слетела оболочка, и в меня хлынула энергия. Сначала холодная, как ледяная вода, потом обжигающе горячая. Я едва удержался на ногах, зубы свело от напряжения.

Секунды растянулись в вечность, и вот наконец свет ядра погас. Разлом начал схлопываться, воздух взревел, словно кто-то гигантский рвал ткань мира и снова зашивал её.

Я рухнул на колени, переводя дыхание. Новая сила бурлила во мне, но я уже знал: усвоится она не сразу. Сейчас главное – выйти отсюда живым.

Я поднялся, держась за стену из почерневшего камня. Мир вокруг уже трещал – небо, если это можно было назвать небом, стягивалось в складки, будто кто-то сминал его огромными руками. Деревья гнулись в сторону портала, камни срывались с обрывов и катились туда же, к центру.

Я пошёл быстрым шагом. Каждый шаг отдавался в груди болью, но останавливаться нельзя. Разлом умирал, и вместе с ним мог похоронить меня.

Ветер стал гуще, вязкий, словно я шёл сквозь воду. Тьма клубилась над землёй, в ней мелькали остатки тех, кто жил здесь – тени монстров, растворяющиеся в вихрях. Их крики были похожи на свист и треск рвущейся ткани.

Я ускорился, почти побежал, хотя рёбра отзывались огнём. Земля под ногами треснула, и мне пришлось перепрыгнуть через зияющую щель, из которой вырывался ослепительный свет. Казалось, сам мир изнутри полыхал огнём, пока зашивалась дыра.

Портал был всё ближе. Я видел, как он пульсирует, как его края сжимаются, оставляя меньше и меньше времени.

– Давай, только не вздумай закрыться раньше, – прошептал я, стиснув зубы.

На последних метрах мир словно ожил, вытянув из глубины последние силы. Ветер толкал меня назад, свет бил в глаза, ноги вязли в трещащей земле. Я закричал – от боли, от злости, от решимости – и рванул вперёд.

Прыжок – и разлом выпускает меня домой.

Я рухнул в траву по ту сторону портала, а за спиной громыхнуло. Мир дрогнул и стих. Разлом исчез.

Я лежал, глядя на голубое небо. Настоящее. Живое. И впервые за последние дни позволил себе улыбнуться.

Я шёл обратно к Петербургу. Дорога, по которой недавно тащился караван, теперь казалась спокойной и пустой. Солнце стояло высоко, воздух был чистым – ни намёка на тьму разлома. Но внутри меня она всё ещё жила: и боль в рёбрах, и тяжесть от поглощённой силы, и мысли, которые не давали покоя.

Городские стены встретили привычным шумом. Люди торопились по делам, стражники лениво проверяли повозки, а где-то на площади торговцы уже перекрикивали друг друга. Петербург жил своей жизнью, словно и не существовало ни разломов, ни монстров.

Я сжал кулаки. Как будто всё это – мои бои, мои раны, моя кровь – происходило в другом мире, а тут царило спокойствие и порядок. На поверхности. Но я уже знал: под этой гладью гниль. Те самые теневые структуры, которые диктовали правила, забирали половину чужого труда и называли это «договором».

Стоит ли пытаться их побороть?

Я честно признал себе: нет, пока не стоит. Сил недостаточно. Один человек, пусть даже с магией всех стихий, не справится с организацией, что пустила корни в столице. Они переживут и не таких, как я.

Но и играть по их правилам? Соглашаться на кабалу? Нет. Это означало бы сдаться ещё до того, как началась настоящая борьба.

Значит, нужен третий путь.

Вопрос – какой?

Глава 7

Я шёл по улицам, сливаясь с толпой, и думал: может, стоит собрать свои силы в тишине, работать в обход их систем, искать союзников. Или… ударить так, чтобы они сами пришли договариваться. Но для этого нужно стать тем, кого они не смогут игнорировать.

А пока – играть в их игру, но по своим правилам.

Мы с Владом сидели в маленькой комнате над таверной. За окном доносился шум улицы – колёса по булыжникам, возгласы торговцев, лай собак. Всё это казалось далеким, будто и не имело ко мне отношения.

– Ну что, решил? – Влад подался вперёд, положив локти на стол. Его глаза изучали меня так, словно хотел достать ответы прямо из моей головы.

– Решил, – кивнул я. – Продавать ядра пока не будем. Слишком много внимания к этой торговле. Да и смысла нет. Деньги важны, но сила важнее.

– Ты хочешь их поглощать, – не столько спросил, сколько подтвердил он.

– Да, – я усмехнулся. – Иначе всё это лишено смысла. На экзамене в Академию уровень силы роли почти не играет, но кто сказал, что после поступления будет легче? Там тоже начнётся борьба. И чем сильнее я буду к этому моменту, тем проще мне станет.

Влад медленно кивнул.

– Верно. Жизнь учит: лучше подготовиться заранее, чем надеяться на авось. Но, Кирилл, ты должен понимать: каждое ядро – это не просто сила. Это и риск. Ты уже видел.

Я машинально коснулся рёбер, где ещё чувствовалась тупая боль.

– Видел. Но лучше рискнуть и прибавить себе шансов, чем сидеть в стороне и ждать, пока меня сожрут заживо.

Влад вздохнул, но спорить не стал.

– Хорошо. Но отдыхать тоже нужно. Ты и так на ногах держишься чудом.

– Знаю, – я откинулся на спинку стула. – Один день. Всего один. А потом снова на охоту.

Мы замолчали. Шум улицы казался громче. Я поймал себя на мысли: странно, как быстро можно привыкнуть к тому, что твоя жизнь теперь зависит от монстров и ядер, а не от привычных дел.

Пока что к нам никто не приходил, никто не угрожал. Но и мы больше не пытались толкать ингредиенты с монстров. Баланс. Тишина перед новой бурей.

Я знал: долго так не будет.

Шёл без цели – просто бродил по улицам Петербурга, прислушиваясь к шуму города. Торговцы выкрикивали цены, из лавок доносился запах свежеиспечённого хлеба и жареного мяса, мальчишки носились между телегами, зарабатывая пару медяков, помогая разгружать товар.

Всё это отвлекало от мыслей о разломах, о теневых структурах, о золотом ядре, спрятанном у меня в сумке. Но слишком долго отдыхать мне не позволили.

На узкой улочке, где пахло сыростью и дымом, я услышал низкие голоса. Двое стояли у стены, укрывшись в тени. С виду – обыкновенные горожане, но голос и интонация выдавали в них людей с куда более грязными делами.

– Ну что, приказ получили, – буркнул первый, худой, с длинным плащом, в котором терялись его очертания. – Сегодня ночью собираем «налог».

– Ха, – второй, широкий в плечах, усмехнулся и сплюнул себе под ноги. – Опять эти аристократы решили в гордость поиграть? Думают, что их герб и старые заслуги что-то значат? Реальные хозяева города им быстро объяснят, где их место.

– На этот раз цель интересная, – продолжил первый, понизив голос. – Молодой барон и его слуга.

У меня в животе всё сжалось. Барон. Молодой. Слуга. Слишком уж знакомое сочетание. Я почувствовал, как пальцы сами сжались в кулаки.

«Значит, всё-таки за мной», – мелькнула мысль.

Я замедлил шаг, притворившись случайным прохожим, и прижался ближе к стене, делая вид, что поправляю сапог. Сердце билось громко, но дыхание я держал спокойным.

Первый мужчина посмотрел по сторонам и снова заговорил:

– Работа простая. Немного шума, немного крови, и они поймут правила.

– Или не поймут, – хмыкнул второй. – Тогда придётся показать серьёзнее. Главное – доложить начальству, что налог собран.

Я понял, что вылазку сегодня придётся отложить. Нельзя лезть в разлом, когда за твоей спиной готовятся ударить ножом.

С этими двоими шутить нельзя. Они явно были не исполнителями низшего уровня – слишком уверенно держались, слишком спокойно обсуждали, кого «собирать».

Я шагнул обратно в тень, позволяя им уйти вперёд, и принял решение: прослежу. Узнаю, кто их ведёт и где они собираются нанести удар.

Я шёл за ними на расстоянии, стараясь держаться так, чтобы между нами всегда было несколько прохожих или телега. Петербург помогал мне скрываться: толпа, шум, запахи рыбы и дыма сбивали след и внимание.

Постепенно я решился на большее – сосредоточился и попробовал нащупать их ауру. Нить силы всегда выдаёт того, кто владеет магией. Это не так просто в толпе, где энергетика людей клубится и гудит, словно рынок в час пик, но я справился.

Первый – худой, в плаще. Его энергия была неровной, рваной. Силы немного, крошечные искры, больше на попытки, чем на настоящее умение. Второй, плечистый, держался увереннее, и поток в нём был чуть плотнее. Но и его сила не поднималась выше уровня мастера. Может, и вовсе обычный маг.

Я выдохнул, но облегчения это не принесло.

Маги. Не магистры. По идее, Владу ничто серьёзное не угрожает.

Но это – если судить только по силе.

Я прекрасно знал, что порой слабак может оказаться опаснее мастера, если у него под рукой окажется ядро, артефакт, или банально удачная ловушка.

«А что если у этих двоих как раз такой козырь в рукаве?» – мелькнула мысль.

Слишком уж уверенно они говорили о «налоге», словно знали наперёд, что им никто не сможет помешать.

Я замедлил шаг, позволив им скрыться за углом, и, задержав дыхание, выглянул следом. Двое направлялись к южным кварталам – туда, где улицы уже не сияли богатством, а постепенно превращались в запылённые переулки, тесные дворы и пахли не пряностями, а гнилой капустой и грязной водой.

– Отлично, – пробормотал я себе под нос. – Значит, место встречи не в ресторане для приличия. А ближе к их реальным делам.

Я продолжил следовать за ними.

Шел за ними почти целый час, стараясь не слишком приближаться. Они вели себя расслабленно, но каждый раз оборачивались по очереди – привычка тех, кто знает цену осторожности. Наконец, их путь привёл к трактиру с потрёпанной вывеской «Три котла». Здание стояло на стыке южных кварталов и старой пристани – место шумное, людное, и при этом достаточно укромное для мутных делишек.

Они вошли внутрь, не оборачиваясь. Я притормозил и сделал вид, будто разглядываю уличного торговца с жареными каштанами. Трактир снаружи ничем не выделялся, но аура внутри ощущалась… липкой. Слишком много людей с неровными потоками силы. Не новички, но и не чистые маги. Пахло дешёвой выпивкой, перегаром, и ещё – чем-то опасным, тяжёлым, от чего невольно хотелось держать руку ближе к клинку.

Я отметил место про себя.

Запомнить. «Три котла». Слишком мутные личности здесь крутятся. Если что-то начнётся, это будет одним из первых очагов.

Время тянулось. Я прошёлся по округе, сделал вид, что занят своими делами. Но каждый раз взгляд невольно возвращался к дверям трактира. Солнце клонится к закату, а эти двое всё ещё не выходят. Сидят, словно ждут кого-то, или просто убивают время до сумерек.

Я сжал зубы.

Хорошо. Пусть сидят. Значит, вечером я посмотрю, что будет дальше. Если они выйдут к Владу или кому-то из наших – тогда и стоит действовать.

Пока же – просто пометка в памяти: здесь опасность, и она связана с теневой структурой, что возомнила себя хозяином Петербурга.

Они наконец вышли из трактира, шатко, будто просто перебрали. Но я видел – шаг у них слишком ровный для пьяных. Это была игра, маска, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Я держался чуть в стороне, но с каждой минутой становилось всё яснее: дорога у них прямая – в сторону улицы, где сейчас должен быть Влад.

Сердце неприятно кольнуло.

Значит, это действительно «налог», о котором они болтали. На этот раз цель – мой человек.

Я дождался, когда они свернут в узкий переулок, почти утонувший в темноте. Никого лишнего, только крысы да запах сырости. Вдохнул глубже, вогнал максимум энергии в тело. Мышцы натянулись, жилы зазвенели, дыхание стало тяжёлым и рваным. Силы оставалось не так много, но этого должно хватить.

Два шага – и я настиг их. Первый удар – в затылок ближайшему. Он даже не понял, что произошло: рухнул лицом вниз, не издав ни звука. Второй успел обернуться, вскинул руку, вспыхнула слабая искра заклинания… но кулак уже врезался в его челюсть. Щёлкнуло, словно раскололась сухая ветка, и он отлетел к стене.

Пара секунд – и оба без сознания.

Я быстро огляделся. Темнота, никого рядом. Отлично. Сдёрнул с них пояса, верёвки на случай, если оживут слишком быстро, у меня с собой были. Туго связал руки и ноги, кляпы сделал из тряпья, что валялось в грязи.

Потащил обоих за ноги, скользя по булыжной мостовой, пока не наткнулся на старый, полусгнивший сарай в глубине двора. Дверь держалась на одной петле, внутри пахло плесенью и гнилыми досками. Идеальное место для временной «ямы».

Я втащил их внутрь, швырнул в угол и прикрыл дверь.

В груди пульсировала злость и холодное удовлетворение.

Ну что ж, уроды. Хотели дёрнуться на Влада? Теперь сами расскажете, кто вас послал. Я это из вас вытяну.

Накинул капюшон, опустил его так, чтобы лицо тонула в тени. Вдохнул глубоко, пригладил дрожь в руках и плеснул пленнику на лицо ледяной водой из глиняного кувшина, что валялся в углу сарая.

Тот захрипел, зашевелился и открыл глаза. Взгляд – растерянный, испуганный. Я навис над ним, тяжело дыша, голос нарочно сделал низким и холодным:

– У тебя один шанс выжить. Всего один. Расскажешь всё, что знаешь – останешься жить. Попробуешь соврать – трупом выйдешь отсюда. Понял?

Бандит задрожал, закивал так отчаянно, что капли воды полетели в стороны.

– Я расскажу! Всё расскажу, только не убивай!

– Кто вы такие? На кого работаете? Где найти ваших хозяев? – я давил короткими, чёткими вопросами.

Он сбивчиво заговорил, глотая слова:

– Мы… мы из гильдии. Теневой. Нас растят с детства. Берут беспризорников, если у кого-то дар есть. Растят, оплачивают Академию… а потом мы работаем на них. Всю жизнь. Другого пути нет.

– Кто именно вас растит? – я наклонился ближе.

– Не знаем! – он чуть не плакал. – Никто не знает! Хозяева в тени, мы их в лицо не видели. Есть слухи… что это императорская кровь. Что они и правят городом. И в свету, и в тени.

– Кто вам задания даёт?

– Связной. Бармен в "Трёх котлах". Он всё передаёт.

Я откинулся назад. Негусто. Но даже этого хватало, чтобы понять: корни уходят глубже, чем можно было представить.

Я поднял голову, посмотрел на второго. Тот уже приходил в себя. Подождал немного, потом ещё плеснул воды. Он заморгал, закашлялся, попытался дёрнуться, но верёвки держали.

– Твои слова должны совпасть с его, – холодно произнёс я. – Один шанс. Говори.

И он, почти не раздумывая, повторил всё то же самое. Слово в слово. Лишь пару мелочей добавил, которые только подтвердили, что первый говорил правду.

Я стоял молча, слушал, а в груди всё крепче сжималось.

Убрать их? Или оставить? Они пешки. Простые расходники. И мне, чёрт возьми, шестнадцать лет. Я ещё не готов стать палачом. Даже если это враги.

Я тяжело вздохнул, развёл руками.

– Живите. Пока. Но запомните – если хоть раз пересечёмся снова… никто вас не спасёт. Лучше бегите из города.

Оба закивали, сжавшись, будто я их уже резал ножом.

Я затянул узлы потуже, проверил – не выберутся. В темноте сарая стоны и шорох верёвок звучали почти как эхо. Убивать их не хотел. Но и отпускать сейчас – глупость. Пусть посидят. Запомнят. Может, решат вообще ноги унести из этого города.

Я выпрямился, накинул капюшон и тихо пробормотал:

– Вот и получите время подумать о своей «работе».

Выходя из сарая, ощутил странное облегчение. Тяжёлый груз выбора упал с плеч: кровь пока не на моих руках. Но и жалости к ним не было.

Улицы встретили вечерним гулом столицы. Фонари зажглись, воздух стал густым от запахов дыма, вина и человеческой тесноты. Я шагал уверенно, хотя внутри всё сжималось.

Бар я нашёл быстро. Уютное место, если бы не знать, что здесь плетут нити чужих смертей. Дверь скрипнула, впуская меня внутрь.

Сразу ударил в нос запах дешёвого спирта и жареного мяса. Несколько столов заняты пьяными ремесленниками, в углу гремели кости, азартные выкрики срывались в общий шум. Всё выглядело обыденно, почти мирно.

И только фигура за стойкой – слишком спокойная. Бармен – мужчина лет сорока, крепкий, с густыми усами и тяжёлым взглядом. Его движения были медленными, выверенными. Он наливал кружки, будто точно знал, кому какая достанется.

Я сел за один из ближних столиков, прикрывшись капюшоном. Изучал. Маг он или нет?

На первый взгляд – обычный трактирщик. Но чувствовалось что-то скрытое. Аура – плотная, вязкая, будто он специально прячет её за маской обыденности. Не новичок, не слабак. Такого с плеча не сбросишь.

Я опустил глаза к своей кружке, сделав вид, что просто пришёл выпить. Но внутри уже рождался план: узнать уровень силы бармена, его привычки, его связи.

Противник может оказаться куда серьёзнее, чем два трусливых мага в переулке. А значит, и действовать нужно осторожно.

Я сделал вид, что увлёкся кружкой, но взгляд держал на стойке. Бармен работал привычно, но в его действиях было что-то… лишнее.

Каждому обычному посетителю он наливал одинаково, почти не глядя. А вот когда заходили «свои», картина менялась. Он чуть кивал, задерживал взгляд, бросал короткие слова, которые утопали в общем шуме. Словно пароли и отклики, непонятные постороннему уху.

Один парень в потёртом кафтане получил не только кружку эля, но и маленький мешочек, ловко скользнувший под столешницу. Другому бармен незаметно сжал руку, и тот вышел так, будто получил приказ. Всё это длилось секунды, но для внимательного глаза – как на ладони.

Я сделал глоток кислого пойла, мысленно морщась. Ну вот и он – связной. Не слишком высокого уровня, чтобы скрывать следы идеальной иллюзией, но и не простак. Иначе бы не доверили.

В какой-то момент бармен поднял глаза и посмотрел прямо в мой угол. Взгляд был цепким, хищным, будто он почуял чужака. Я опустил голову, сделал вид, что ковыряюсь в кружке, но сердце стукнуло сильнее.

Заметил? Или просто показалось?

Уйти сразу было бы подозрительно. Оставаться слишком долго – тоже ошибка. Я решал, что делать: продолжить наблюдение или сменить тактику, выманить его из этого логова и проверить, на что он способен.

Один из подвыпивших посетителей подошёл ко мне будто случайно – плечом задел, кружку опрокинул, эль плеснул мне на сапоги. Я поднял глаза и увидел ухмылку.

– Извини, барчонок, – голос тянулся как гниль. – Неловко вышло. А может, ты сам виноват? Сидишь тут, пялишься, словно что-то ищешь.

Несколько человек у соседних столиков сразу оживились, переглянулись. Я понял: проверка. Не бармен, так один из его людей.