Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Соавторы: Евгений Аверьянов,Сергей Тамбовский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 243 (всего у книги 347 страниц)

Я попыталась подняться. Некромантка широко улыбнулась, будто получала удовольствие, ощущая свою власть надо мной. И в этот момент послышался гул. Нарастающий, стёрший всякую улыбку с губ некромантки и заставивший Талрема отвлечься.

– Купол… пал, – недоумённо пробормотала приспешница и устремила взгляд вверх.

Рыкнув, она с ненавистью посмотрела туда, где я уже видела силуэты драконов. Талрем, ругнувшись, вынужден был отвлечься. Посмотрел на зеркало и направил туда импульс. Из него вышли тени… сотни теней!

– На защиту, – бросил он короткий приказ, а затем наткнулся на меня. – Сколько же от тебя и твоего истинного проблем. Убить тебя, что ли?

– Я с удовольствием, – садистски ласково произнесла некромантка.

– Бесполезно. Его высочество вы сразу не убьёте, сначала он впадёт в безумство. Поверьте, с сумасшедшим драконом, потерявшим истинную, вам лучше не связываться, – едко откликнулась я.

Некромант поморщился, признавая правдивость моих слов. Словно почувствовав, что речь зашла о нём, вниз спикировал огненный дракон. Всполохи пламени прошлись по стенам, и копотью застыли наверху. Наследник бросился ко мне, уже по пути обратившись человеком, и схватил меня за плечи, прижав к своей груди. Как же приятно слышать, как бьётся родное сердце!

– Джесси, ты как?

Он смотрел обеспокоенно. Его взгляд блуждал по моему лицу. И я никогда прежде не видела Яра таким растерянным, таким подавленным. Каково ему было последние часы, когда я находилась здесь, фактически в плену?

– В порядке, любимый, – откликнулась я с улыбкой и заметила позади чёрный шар. – Яр, берегись!

Некромант успел скастовать заклинание и запустить его в наследника. Но Яр отбился щитом. А затем принял обличье дракона и схватил некроманта, забирая из тронного зала. Талрем полоснул заклинанием по драконьим лапам, и я хватанула воздух полными лёгкими от испуга, но всё обошлось: чешуя оказалась прочной. Однако Яр всё равно разжал лапы, и Талрем полетел вниз, расправляя чёрные, полупрозрачные крылья.

– Дракс, – выругалась я, поняв, что сейчас произойдёт.

Огромная тень дракона воспаряла вместе с хозяином к небесам. Не менее сильная – а я уже понимала, насколько могущественны тени, заточённые в зеркале, – он собирался настичь красного дракона, чтобы схлестнуться в поединке.

Вот только Яр – смертный. Его силы имеют лимит. Магия – конечна. А Талрем… бессмертный! И силы тени его дракона безграничны!

Дракс! Ненавижу некромантов!

– Яр, – обеспокоенно шепнула я, впервые за вечер почувствовав, как паника подступает к горлу.

«Береги себя», – шепнула мысленно.

«Я в порядке, любимая, – в тон мне отозвался Яр, скопировав мои же слова. – Лучше береги себя, чтобы дождаться меня целой и невредимой. Договорились?»

Я не ответила, потому что беречь себя я особо не собиралась. Нужно действовать. Но как? Ведь единственный способ сделать дракона смертным – вернуть Аяне душу! Собственноручно убить сестру?

Или разбить зеркало? А если я этим усилю теневого дракона? В книге Бажены упомянуто именно зеркало! Оно должно помочь. По крайней мере, быть может, дракон Талрема станет осязаемым? Бороться с тенью – почти нереально!

А как пройти к зеркалу? Некромантка стоит на пути, пронзая меня гневным взглядом. К тому же в книге Бажены говорилось о моей сестре…

Откинув страх, я доползла до сестры – тихо, так, чтобы некромантка ничего не заподозрила, хоть она и следила за мной. В конце концов, со стороны может показаться, что я всего лишь хочу её утешить. Эрелин рыдала, прижимая к себе раненую руку – некромант надрезал её, чтобы смешать их кровь в чаше. Я приобняла сестру, но она тут же скинула мои руки.

– Уйди, Джесселин! Это ты во всём виновата!

– Тебе нельзя волноваться, у тебя ребёнок, – прошептала я спокойно и наклонилась ниже. – Ты видишь там зеркало? Тебе нужно его или разбить, или пройти через него и… я не знаю, может, как-то отключить? Попробуй, Эрелин, а я пока отвлеку некромантку.

– С чего ты взяла, что я буду это делать⁈ – зашипела она.

– Будешь, если хочешь спастись. Ты не хуже меня знаешь о возможностях Талрема. И если будем сидеть сложа руки – наши защитники погибнут.

– Твои защитники. Меня спасать никто не спешит!

– Я тебя спешила спасать, дура, – не выдержала я и отвесила лёгкий подзатыльник сестре. – Как ты не понимаешь, что я не собиралась тебя выдавать? Если бы не мама…

– Мама, – словно опомнившись, прошептала она. – Её надо спасти!

– Надо. Но сначала следует спасти себя.

Теперь в глазах Эрелин что-то прояснилось. Она уверенно кивнула, а я поднялась на ноги и… бросилась к выходу. Некромантка отреагировала мгновенно и кинулась мне наперерез. Жаль, что здесь нет тех Теней, глядишь, они бы мне помогли, но сейчас все улетели наверх. Туда, где сражаются драконы.

Теперь уже наверняка не удастся скрыть их существование…

Она нагнала меня. Больно ударила в спину так, что я рухнула на колени и застонала. На полу отражалась её тень, я видела, как она занесла руку с кинжалом для решительного удара, и перекатилась в сторону. Вовремя. Лезвие заскрежетало по мрамору, а я резко поднялась, хотя всё тело ломило – многочисленные ушибы мне точно обеспечены.

– Ах ты!.. – рыкнула некромантка и бросилась на меня.

Краем глаза я успела заметить сестру: она прикоснулась к зеркальной поверхности и… её буквально затянуло внутрь. Я вовремя успела увернуться от очередного удара и подставить некромантке подножку, а после рванула к сестре.

Пока бежала, сердце колотилось в районе горла. Я боялась не того, что меня догонят, а того, что моя подсказка сестре окажется ложной. И она навсегда останется заложницей зеркала. Я подбежала, буквально врезалась в зеркальную гладь, но меня она внутрь не пропустила – подозреваю, из-за магии… из-за источника Эрелин, наполненного чернью. Сейчас она – истинный некромант, вот заколдованное зеркало ей и подчинилось.

– Эрелин, выходи, главное, выходи, – прошептала я. – Меня совесть сожрёт, если с тобой что-то случится…

Сестра вынырнула внезапно. Я успела отскочить в сторону перед тем, как зеркало рассыпалось тысячами осколков, а из зазеркалья выпала сестра. В зале резко потемнело. Тени, обретшие свободу, собирались рвануть вниз, но, опомнившись, растворились в воздухе.

– Спасибо… спасибо… спасибо… – теперь это была не тройная благодарность, она всё множилась и множилась.

Сколько душ некромантов успел заточить Талрем? И теперь они все свободны! Я улыбнулась, но обрадоваться не успела. Одна-единственная тень – тень дракона – осталась у Талрема и начала впитываться в его тело.

Некромант закричал. Я подбежала к сестре, поглядывая наверх, и помогла ей подняться. Там, в поднебесье, рычал молодой мужчина, после стольких лет заново трансформируясь в дракона. Неужели он стал… смертным?

Но ведь тогда Аяна…

Додумать не успела. Я заметила движение справа, но не чёрной тени, а светлое, словно собирающееся из частичек. Я уже видела ранее такое, поэтому предвосхитила приход Хранительницы. Она окинула осколки зеркала неприязненным взглядом и повернулась ко мне.

– Что ты наделала⁈

Ответить я не успела. В зале поднялся гул. Свист. А следом за ним из зазеркалья вылетела… душа. Мы с Эрелин едва успели пригнуться и отскочить в сторону. Осколки хрустели под нашими ногами. Мы застыли рядом с Хранительницей. Теперь я обратила внимание на некромантку: она стояла на коленях перед гробом, к которому и летела душа.

– Так вот где вы её прятали, – прошептала я. – И Талрем не знал об этом…

– Что ты наделала, Джесселин⁈ – завыла Хранительница и бросила на меня ещё один раздражённо-разочарованный взгляд.

Душа тем временем ниспадала к телу Аяны. Оно выгнулось – неестественно, пугающе, а затем девушка пронзительно закричала. Мне стало страшно. Неужели я действительно всё испортила? Словно пытаясь оправдаться, я сказала:

– Я всего лишь хотела спасти жизнь того, кто мне дорог! Яр бы не справился с бессмертным Талремом и его тенями!

– Какая ты правильная, – поморщилась хранительница. – Сейчас очнётся Аяна, и убьёт вас обеих. А с ними выжжет и весь Фаргос… О, боги, она сильнее отца, ничто не способно сдержать её! Что тебе стоило отдать жизнь сестры? Быть может, так её гнев был бы меньше, если бы она знала, что отомщена и земли Фаргоса принадлежат ей! Глупая девчонка! Твоя сестра всю жизнь издевалась над тобой, а ты её пожалела?

– Пожалела. Потому что Эрелин не виновата, она была так воспитана – в ненависти ко мне. Нам не повезло с матерью.

– С матерью… – глухо повторила Хранительница, и что-то блеснуло в глубине её глаз. Она посмотрела вверх, на Яра, и шумно выдохнула. – Что теперь делать? Я не могу позволить этому мальчику умереть! Я видела, как он растёт, я наблюдала тайно, я жила каждым его мгновением…

– Это называется материнская любовь, – пояснила я. – И обычно матери, бабушки ведут себя иначе, а вы желали убить его истинную. Забрать мою душу!

– Я хотела спасти его до того, как он связал свою жизнь с тобой! – рыкнула она. – Не думай ранить меня своими словами!

– А-а-а! – раздался крик Аяны, и она поднялась, пытаясь прийти в себя.

Вокруг неё клубилась тьма. Такая густая и непроницаемая, что мы с Эрелин невольно отступили.

– Ранят не слова, а осознание их правильности, – парировала я тихо. – Лишь когда мы осознаём, что в чужих речах есть доля истины, мы принимаем их близко к сердцу, иначе – отвергаем. Вам нужно было раньше решить эту проблему.

– И как по-твоему? Талрем связал меня клятвой! Нарушение клятвы лишит меня сил, – произнесла она хрипло. – Некому будет заботиться о лесах и душах…

– Насколько они нуждаются в вашей заботе? – уточнила я мягко. – Может, ваши «дети» выросли и пора их отпустить?

– А новые души? В мире будет ещё много несчастных девушек, чьи души изранены!

– Людей нужно учить справляться с душевной болью, а не вырывать её полностью. Душевная боль – часть нашего существования. Без неё мы не были бы собой. Без неё не было бы доброты, любви, привязанности. Благодаря боли мы можем заботиться о тех, кого мы любим. Отбери у нас душевную боль – и мы превратимся в жестоких кукол.

Хранительница смотрела на меня с обидой. Я посмела подвергнуть сомнению сам смысл её существования. Но ведь это действительно так. Она подарила Талрему надежду. Он увеличивал свою мощь более трёх столетий, он лелеял свою боль, а сама Хранительница словно раздувала её мехами.

– Я не нужна этому миру? – спросила она, и я ощутила, сколько боли в её словах.

– Вы нужны нам, – произнесла уверенно и взяла сестру за руку. Кивнула в небо. – Нужны вашему внуку. Возможно, нужны и дочери, что была лишена вашей любви. Жить нужно не вечным. Жить нужно здесь и сейчас.

Нечеловеческий, пронизывающий визг пронёсся по залу. Я вскрикнула, почувствовав, как из ушей хлынула кровь. Сестра заплакала, упав на бок и поджав колени к животу. Аяна вошла в силу, нашла нас взглядом.

– Отродье Эндервудов, – прозвучал её голос, такой проникновенный, словно вырывался не из её горла, а из пасти великана. – Вы все должны были умереть!

Она бросилась на нас. Хранительница вышла вперёд. Протянула руку, но Аяна лишь усмехнулась.

– Во мне больше нет боли – ты забрала всё. Лишь ненависть и злость.

Да, потому что когда уходит боль, всё, что нам остается, – это ненависть и злость. Боль рождает доброту. Её нельзя забирать! Лишь с ней мы можем понимать, насколько ценна жизнь. Насколько ценно каждое мгновение…

– Ты права, – кивнула Хранительница. – Но я могу отдать тебе то, что поможет тебе обрести покой.

Аяна стушевалась, посмотрела испуганно, а затем…

Захрипела. Пугающе громко, потому что из рук Хранительницы хлынула белая магия. Яркая, ослепляющая. Она рванула к источнику Аяны, и та, выгнувшись, приходила в себя, пока её источник наполнялся новой, живительной силой.

Силой Хранительницы.

Та отдавала всю себя без остатка, лишалась способностей, питавших её столько столетий. Аяна вспыхнула белым светом и… исчезла, переместившись в неизвестном направлении. А бывшая Хранительница рухнула на колени, полностью обессиленная. Казалось, она даже постарела – теперь женщине передо мной было не вечно тридцать, а за пятьдесят. Я подползла к ней и проверила пульс, но в этом не было необходимости: она сама посмотрела на меня светлыми, усталыми глазами.

Она простилась со всем, что ей было дорого, но главное – со всей силой, которой владела.

Почти безграничной, всеобъемлющей. Я не полагаю, что она просто так в один миг передумала из-за моих слов, нет. Скорее, она начала сомневаться много лет назад, после рождения дочери. И слова Яра, его ярость в отношении неё при последней нашей встрече тоже были немаловажными. Она наверняка сомневалась все эти десятилетия. Она слишком долго жила, чтобы не устать от бытия, чтобы не потянуться к чему-то простому и человеческому.

– Теперь Аяна – Хранительница. Сила Хранительницы будет сдерживать её злость и ненависть, ведь моя сила не властна над всем живым. Теперь она будет помогать другим – таким же обесчещенным девушкам, лишённым иного пути.

– Спасибо, – прошептала я с благодарностью и посмотрела вверх.

Чёрный дракон уступал огненному. Яр теснил Талрема – теперь уже смертного, пусть и сильного дракона. Но принц справится. Это я знала точно.

Боль в ушах нарастала, как и во всём теле. Краем глаза заметила, как некромантка сбежала. Вздохнув, я легла рядом с Хранительницей. Она подложила руку мне под голову и убрала с лица фиолетовую прядь.

Сознание покинуло меня.

Эпилог 1

Я пробуждалась. Всё тело ломило, но это можно пережить, ведь я сразу же почувствовала привычный можжевеловый запах, а затем ощутила сильную ладонь на своей талии. Губы мужа тронули мой подбородок и прошлись наверх, к виску.

– Проснулась?

– Да, – выдохнула облегчённо и открыла глаза, тут же награждённая сладким поцелуем.

Его тепло – всё, что мне нужно. Я обняла Яра, продолжая его самозабвенно целовать, ощущая дрожь во всём теле и пробуждающееся желание. Яр отстранился первым.

– Как себя чувствуешь?

– Сносно, – кивнула я и теперь всё-таки огляделась.

Мы лежали в спальне, причём в спальне принца, которую я успела запомнить ещё при первом посещении. Грудь Яра была перебинтована, на скуле – тонкая полосочка, судя по всему, оставшаяся после глубокой раны, но главное – что он жив.

– Ты победил Талрема?

– Я не собирался его убивать, хотя нанёс ему многочисленные раны – впрочем, и он в долгу не остался. Мы забрали у Вильгельма его клинок – я смог нанести рану Талрему и ослабить его, думаю, только благодаря этому и выжил.

– Ты опять рисковал жизнью ради меня, – тихо произнесла я. – Ты постоянно спасал меня, не просил ничего взамен, давал мне выбор. Спасибо, ваше высочество.

– Помнишь, что я тебе говорил о благодарности? – мягко улыбнулся Данияр. – От тебя она мне не нужна. Ты – самое дорогое, что у меня есть, Джесселин Эндервуд. Я мог бы тысячу раз признаться тебе в любви, но я предпочитаю действовать, а не говорить. Но если тебе это так важно… Я люблю тебя, Джесси. Не помню, когда влюбился. Возможно, в полной мере осознал, когда перестал видеть тебя каждый день. Мир поблек, хотя остался прежним. И я был прежним, но всё остальное…

– Не имело вкуса, – кивнула я, вспомнив и свои чувства. – Ты – моя специя, Данияр Раманский.

– Как и ты моя, Джесселин… Раманская, – откликнулся Яр и запечатлел на губах поцелуй.

Тихо застонал. Я осознала, что стон был связан не только с желанием, поэтому отстранилась, бросив взгляд на перебинтованную грудь.

– Давай будем осторожны? – попросила я, и принц вздохнул, взял мою руку и поцеловал пальцы. – Так что в итоге с Талремом?

– Некромант должен был предстать перед судом. Я собирался схватить его в сети, когда почувствовал, что в нём больше не осталось магии и сил на сопротивление, но не успел: чёрный дракон упал на сломленное дерево и… ствол пронзил его сердце. Талрем мёртв.

– Сочувствую Аяне, – прошептала тихо.

– Новой Хранительнице, – хмыкнул Яр. – Не ожидал, что леди Лесана отдаст свою силу.

А я не ожидала, что Хранительница имеет такое смертное имя.

– Как она? Где? Сколько мы провели здесь времени? – засыпала я вопросами принца и приподнялась.

– С бабушкой всё в порядке. Она теперь смертна и сейчас находится у целителей. Ты проспала три дня, а я – сутки. Последние двое провёл здесь, дожидаясь, когда ты очнёшься, моя дорогая жёнушка.

Я смутилась. Непривычно осознавать себя чьей-то женой, особенно женой самого невероятного огненного дракона.

– И пока ты не уточнила про мать и сестру, сразу скажу, что они живы. Но, к сожалению, леди Ириса тронулась умом и её поместили в лечебницу. Не знаю, удастся ли ей восстановить рассудок, но вряд ли… Зато хорошие новости об Эрелин: некромантия полностью покинула её тело, видимо, оставшись в том зеркале. И раз уж я начал тебе рассказывать, то закончу ещё одной чудесной новостью: монахиня, что воспитывала тебя, тоже пришла в себя. Она в полном здравии и всё вспомнила. И очень ждёт твоего пробуждения.

Я улыбнулась. Пусть мне было грустно за леди Ирису, но… она никогда не была мне родной, а после всего, что она сделала, это меньшее, чем она могла расплатиться – рассудком.

Зато за Эрелин я искренне рада. Тем более она теперь будет наследницей герцогства…

– А земли?..

– Проклятие спало. Новая Хранительница сняла проклятие с твоего рода, ведь теперь наследником земель будет её единокровный брат. Он не станет драконом, в нём нет нашей магии, да и вообще пока никакой магии, как и в твоей сестре, так что Эрелин под присмотром целителей благополучно доносит беременность.

Улыбка сама собой расплылась на моём лице.

– Спасибо, Яр. Спасибо, что спас меня и сестру. А из драконов никто не пострадал?

– Нет. Тени просто сдерживали других драконов, они не способны причинить вред, только сам Талрем. А его я взял на себя. Мои раны незначительны, Кейн Эверус и целители меня быстро поставят на ноги. Шаман, кстати, просил передать свои сожаления, что настаивал на ритуале. Он был обманут Хранительницей.

Понимаю. Я провела ладонью по груди возлюбленного. Бинты… их скоро снимут, а раны под ними заживут. Главное, что теперь всё позади. Теперь моя судьба в моих руках, а над нашими с Данияром жизнями больше не довлеет проклятие.

– Только, – нахмурился Яр, – в тебе больше не осталось магии.

– Переведусь на факультет травологии в РАМе, – я пожала плечами. – А драконов кто-нибудь видел?

– К сожалению, – вздохнул Яр. – Теперь весь Райвим жужжит как переполненный улей. Отец готовится сделать публичное заявление.

– Боги, да после такого к тебе выстроится ещё большая очередь из поклонниц, чем раньше! – воскликнула я и прижалась к нему. – Как хорошо, что я вовремя успела тебя женить!

Яр рассмеялся, погладив меня по щеке.

– Вообще-то это я тебя соблазнил.

– Я купилась на раманский кофе.

– А я так и не получил обещанный вишнёвый пирог, – промурлыкал Яр и навис надо мной.

Настроение стало игривым.

– Яр, скажи, а как ты догадался, что я та… кто тебе нужна? Истинная? Ещё тогда, в лесу?

– Окончательно всё понял на балу у твоих родителей, когда неожиданно почувствовал противоречие. Хотелось спасти тебя и укрыть, твоя просьба задевала все струны моей души, но разум кричал, что этого делать нельзя – последствия неминуемы. Последовавший скандал подтвердил мои опасения.

– А уж к чему это привело… – вздохнула я, и теперь мы оба рассмеялись.

Судьба… что это такое? Я не знала, но точно верила, что предначертанное нам обязательно нас найдёт!

Эпилог 2

Месяц спустя

Ненавижу драконов! Но больше – тех, кто им поклоняется!

С тех пор как всему миру стало известно об их существовании и в частности подтвердились слухи о семье Раманских, интерес к клубу любителей драконов резко возрос. Теперь там было не протолкнуться!

Этот клуб стал самым популярным. В него выстраивались очереди, наши заседания подслушивали под дверью и… Я бы с удовольствием перешла в другой, но нужно было читать мелкий шрифт при подписании контракта с Этари Вирт, будь неладны эти полуорчанки с их любовью подстраховаться!

По контракту я не могла выйти из клуба просто так. И меня не отпускали ни при каких условиях – конечно, ведь в их клубе состоит истинная дракона – Данияра Раманского. Меня расспрашивали обо всем, начиная с того, какие у него чешуйки и заканчивая тем, каков дракон в постели? Правда ли все то, что о них пишут в книгах?

Мне хотелось убежать куда-нибудь подальше, но я не могла… И тогда я вспомнила о разговоре с мадам Урсой, как раз о том самом кладе, который позволял не посещать клуб до конца года!

И вот, вооружившись лопатой и взяв в компаньоны Трея, я копала землю за оранжереями. Трей, которого я разбудила посреди ночи и вручила в руки лопату, пребывал в изумлении. До сих пор. Только его крайней степенью удивления можно объяснить, зачем он вообще пошел со мной, да еще и копает.

– Дракс! Ты не могла выбрать другой клуб? – наконец отмер подельник.

– У меня было только два на выбор. И второй бы тебе понравился еще меньше, – усмехнулась я.

– Только не говори мне, что второй был фан-клуб Данияра Раманского, – с ужасом протянул парень, и я довольно кивнула. Трей схватился за сердце. – Эта академия меня в могилу сведет!

– Какая удача, что сначала нам придется выкопать эту могилу, – подмигнула я и поудобнее перехватила лопату.

Трей шутку не оценил.

– Зачем я вообще тут остался? Нужно было возвращаться в Аверос!

– Просто признай, что тебе в Аверосе стало бы скучно. Тут рядом Яр, у которого ты учишься. Ой, не смотри на меня так, я видела ваши парные тренировки в заповеднике.

– Мне это нужно лишь для того, чтобы перевестись сразу на третий курс. Программу первого и второго я знаю, но практики не хватает.

– Конечно, – иронично протянула я, за что получила от Трея тычок локтем в бок.

Затем парень застыл и схватился за живот.

– Слушай, что-то мне нехорошо.

– Эй, не отлынивай! Ты обещал помочь.

– Во-первых, не помню, чтобы обещал. Во-вторых, мне правда плохо. Слушай, а тот чай, которым меня вечером напоила Бажена, мог быть отравленным?

Моё лицо вытянулось. Сразу вспомнилась гномья настойка со слабительным и… Я сделала самое невинное на свете лицо и заверила:

– Не может быть! Скорее всего, аллергия на что-то.

– Видимо, – поморщился парень, бросил лопату и… сбежал, оставив меня наедине с ямой.

– Бажена, – вспомнила я недобрым словом подругу, желая пойти и разбудить её.

А ведь пожалела её сначала!

Гномка вчера полночи писала второй том своего романа. Первый стал дико популярным после его публикации неделю назад в одном из известных столичных изданий. Конечно, графический роман претерпел множество правок, но имена остались прежними, а на волне слухов и сплетен о наших с Яром отношениях… В общем, Бажена теперь всем раздавала автографы в академии.

Всем, кроме Трея.

О, эта парочка устраивала настоящие баталии! Спорили, ругались, подставляли друг друга по мелочам. Даже магистр Эверус уже обещал отчислить одного из них, если не угомонятся, но это стало даже соревнованием для них, мол, кого первым?

Я же и вовсе находилась меж двух огней. Не говоря уже о противостоянии Яра и Трея, которое, впрочем, все больше переходило в дружбу и взаимовыручку. Так что единственный, кто меня поистине всегда радовал, это… Стэгги! Малыш был образцом хорошего поведения. Подумаешь, пару раз подпалил стог сена в заповеднике… так никто ведь об этом не знает!

На факультете травологии мне учиться нравилось. Благодаря этому я, кстати, и получила доступ в оранжереи в это время суток. Элис тоже вернулась к учёбе, Кейн Эверус вылечил её, но теперь она кардинально изменила свое отношение ко мне, узнав, что я – не сестра, да и в целом исправилась и больше не рисковала собой и окружающими.

Перевод на другой факультет не спас меня от реферата у магистра Фаута. Но в этот раз я смогла разложить все по полочкам и докопаться до истины, кто именно был повинен в проклятии моего рода. Но главное – оно спало!

Студенты в академии легко приняли известие о том, что у меня есть близняшка и именно её они знали, и приняли мою новую личность – Джесселин Эндервуд, невесту кронпринца, что, разумеется, их немало шокировало. Некоторые даже делали ставки, когда закончится и эта помолвка, учитывая продолжительность предыдущих. Мы с Яром лишь смеялись, не собираясь раскрывать наш скоропалительный, но полный нежности и любви брак.

Этот месяц вообще был насыщенным. Недавно завершилось следствие по делу о некромантии и состоялся суд над королём Хандербуга. Подключились все королевства, совету магов Хандербуга пришлось низложить собственного короля и надеть на него антимагические браслеты. Его ждала плаха.

Дочери некромантия не передалась, но на всякий случай и её лишили возможности наследовать трон, передав его племяннику Вильгельма. Тому едва исполнилось восемнадцать, поэтому пока непонятно, какой из него выйдет правитель.

Бывшая Хранительница теперь живёт в Рамании, в королевском дворце, и пытается наладить отношения с дочерью и внуками. У неё даже получается. Мы виделись как-то на приёме…

– Спасибо, Джесселин. Я так устала от этих сил и теперь чувствую покой, – призналась бывшая Хранительница.

– Почему вы не отдали их раньше?

– Не каждый способен их принять – лишь мои потомки. Да и я не представляла себя другой… Это часть меня. Я хотела поддержки, семьи… но Купава отказалась от этой силы. А больше ни в ком не пробудились мои способности. А отдать свои… мне это казалось неправильным, ведь я верила в свою миссию в этом мире. Но ты подарила мне возможность всё осознать…

С новой Хранительницей я тоже встречалась. Она простила мой род. Проклятие спало. Буйство в её взгляде улеглось. Она приняла свою новую миссию. Но когда я спросила у неё, что заставило её передумать, она меня удивила:

– Ты так самоотверженно пыталась спасти сестру. Ту, что буквально разрушила твою жизнь. Это помогло мне осознать, что в мести нет ничего благородного, зато в прощении – отрада для души.

Она сразу же после этих слов растворилась. Больше я её не видела, но теперь была спокойна за нас с сестрой.

Эрелин осталась жить с отцом. Я иногда справлялась о её здоровье. Даже навестила её в Фаргосе, заодно увидевшись с Карин и пригласив её в Энибург. С Эрелин мы начали неплохо общаться, но я ещё не могла до конца отпустить прошлое. Зато была рада будущему…

К слову, о нём. Об этом самом будущем.

Портал открылся, и из него вышел Яр и… едва не провалился в яму. Зажёг дополнительный магический светильник и наклонился, чтобы посмотреть на меня. Оценить масштабы бедствия, так сказать.

– Джесси, ты что делаешь? Я пришёл забрать тебя на ночь во дворец, а твоя спальня оказалась пуста…

– Надеюсь, ты не успел надумать ненужного?

– Чтобы я ни думал, это оказалось далеко от реальности, – хмыкнул принц и спрыгнул ко мне, заметив и вторую лопату. – Ждала меня?

– Нет, это Трея. Он сбежал, не вынеся тягот физического труда. Ох уж эти принцы нынче пошли – ничего тяжелее пера в руках не держали…

– Я тоже принц, – напомнил Яр и привлёк меня к себе. – А ты – принцесса, спешу напомнить.

– Официально ещё нет. Дождёмся окончания академии, – улыбнулась я и поцеловала мужа. Легко и невесомо. – Ты ведь мне поможешь?

– Обязательно. А после ты мне объяснишь, кому мы копаем могилу?

Я хохотнула. Ну вот я точно выбрала того человека, вернее, дракона! Не паникует, не ругает, а лишь уточняет, для какого трупа мы тут стараемся. Что за совершенный мужчина?

Когда-то я ошибалась, думая, что мы – параллельные прямые. Это не так. Нам не пришлось становиться ломаными. Мы всегда были лучами, исходящими из разных точек, но движущимися навстречу друг другу. И когда пересеклись – стали единой линией, более широкой и сильной, способной встретить любые препятствия.

– Так кому? – вернул меня из размышлений Данияр.

В этот момент я стукнула лопатой по земле, и что-то зазвенело. Яр нахмурился.

– Клад! – воскликнула я. – Помнишь, Этери рассказывала о собрании любовных романов о драконах госпожи Теодермы? Я его нашла!

Принц многозначительно хмыкнул. Притянул меня к себе, провёл губами от виска к подбородку и спросил:

– А тебе зачем эти книги? У тебя есть живой образец дракона, можешь познать всё на практике, а не в теории.

– Так другие как раз и знают о моей «практике»! – застонала я. – Сил моих больше нет ходить в клуб драконов! Теперь, когда они узнали о твоём существовании, словно свихнулись! А если они прознают о нашем браке… мне крышка! Вот и хочу выйти… но Этари составила такой хитрый контракт, что просто так клуб мне не покинуть. Единственная лазейка – отыскать книги.

– Но они ведь рано или поздно всё равно узнают…

– К тому моменту я стану счастливой выпускницей, – осклабилась я и вручила Яру лопату. – Копай, муж мой любимый.

– Не этим я планировал заниматься сегодняшней ночью, не этим…

Я лишь улыбнулась. Не этим, а придётся этим. Потому что любовь – она такая, способна даже наследного принца заставить искать любовные романы посреди ночи в угоду любимой жене!