Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Глава 11

– Так вот значит, какая ты, Эрелин Эндервуд, – с эхом прозвучал голос Хранительницы.

Эрелин… настоящая, да, только я это имя с собой не ассоциировала. Но не рассказывать же о своих проблемах древней сущности? Я огляделась. Внучка шамана исчезла, словно её и не было, а я неприязненно передёрнула плечами, поняв, что осталась наедине с одним из самых могущественных существ этого мира.

И одновременно родственницей того, кому принадлежит моё сердце.

– Рада знакомству, Хранительница, – откликнулась и попыталась сделать книксен, хотя, стоя наполовину в воде, это почти нелепо. – Вы меня искали?

– Набрела случайно. Я люблю бывать в Малоземье, – пояснила она и склонила голову набок. Её глаза на мгновение вспыхнули, и женщина нахмурилась. – В тебе чернь, наследница герцога. Ты знала об этом?

– Это и хотел сообщить ваш внук, когда искал вас.

– Так вот зачем я ему понадобилась, – хмыкнула она. – Полагаю, ты знаешь, откуда в тебе магия некроманта?

– Да, как и то, какая судьба меня ждёт, – подтвердила я. – Я должна стать жертвой ритуала.

– Не люблю это слово – «должна», у нас всегда есть выбор, – откликнулась хранительница и ступила в воду. От неё исходил такой свет, словно она была звездой, но при этом осязаемой: от её движений по воде поплыли круги. Она подходила всё ближе, пока не оказалась на расстоянии вытянутой руки. Оглядела меня придирчиво. – Но в целом ты права. Для этого тебя заразили.

– Чтобы обменять душами с дочерью Талрема, – кивнула я. – Почему вы просто не можете отпустить душу девушки, зачем столь жестокий обмен?

– Я уверила Талрема, что не могу отпустить душу просто так, – призналась она, и я приоткрыла рот.

– Вы солгали ему?

– Если бы сказала правду, то пришлось бы отпустить душу девушки. Понимаешь, пока она в моих владениях, я забираю всю боль, но стоит вернуть её душу – боль вернётся, а вместе с ней и ненависть, и жажда мщения. Она ведь не зря в последние минуты прокляла весь ваш род – она ненавидит вас.

– Тогда к чему моя смерть?

– Потому что он оказался расчетливее и недоверчивее, чем я думала: не поверил мне и заключил со мной сделку. Я обязана выдать душу его дочери в обмен на душу Эндервуд. И теперь просто так вернуть её душу уже не в силах. Он сделал так, чтобы я более была не властна над душой его дочери.

Всё это никак не укладывалось у меня в голове, пока я изумлённо не выдохнула:

– Вы боитесь его?

– Он силён, Эрелин, очень силён, – отозвалась Хранительница. – Раманские с ним не справятся. Нельзя оживлять тело Аяны.

– Но тогда и проклятие никогда не снять, и от некроманта не избавиться. А с каждым годом он будет становиться всё сильнее и злее. Если не я, то будет другая…

– Не будет, если ваш род совсем прервётся, – жестоко заявила женщина, и у меня остановилось сердце.

– Вы собираетесь меня убить?

– Я помогаю женщинам, а не убиваю их, – оскорблённо откликнулась Хранительница. – Женщины – прекрасные создания, полные теплоты и доброты, но их так часто ломают в своих руках жестокие мужчины. Я лишь предлагаю тебе никогда не заводить детей. Это в твоих силах.

Вот только Эрелин уже беременна. Причём от некроманта. Я прикусила губу. Говорить об этом Хранительнице или нет?

– Значит, вы предлагаете мне держаться подальше от вашего внука, – заключила я, решив всё-таки сначала поговорить с Яром о своей сестре и осведомлённости Хранительницы. – Но при этом сохранить жизнь.

Я представила себе жизнь без раманского принца: небольшой домик, сад и много зверей, которых я лечу каждый день. Да, открыть лечебницу для животных было бы здорово! Вот я улыбаюсь, смеюсь, работаю, а потом поднимаю взгляд и… в этом взгляде пустота. Тоска. Боль. Моя жизнь показалась такой пустой без Данияра.

Внезапно образ Хранительницы стал теплее и ближе. Её глаза, полные сострадания, заглядывали точно внутрь меня. Она успокаивает, поддерживает, помогает. Только Хранительница никогда не обидит, не причинит боли.

– Тебе так больно, – внезапно сказала она и прикоснулась тёплыми пальцами к моей щеке, – я понимаю. Мужчины ранят. Позволишь мне забрать твою боль?

Лёгкий, маленький ручеёк потянулся откуда-то изнутри меня к Хранительнице. Мне становилось легче. Боль действительно отступала. На губах появлялась улыбка. Неужели я могла переживать из-за таких пустяков? Всё это незначительное, мирское… А впереди – долгая и счастливая жизнь среди лесов, моих любимых зверей. Я буду помогать им. Более того – я стану их частью…

Браслет Вантегросов, удерживающий меня на грани реальности, соскользнул с моей руки, упав в воду. Так легко и непринуждённо, словно это был не сильнейший артефакт, а дешёвая побрякушка, купленная на ближайшей ярмарке. Но мне было всё равно. Пусть хоть затеряется в этой реке! Моя душа выше, намного выше всех этих мирских дрязг…

Но что-то продолжало меня удерживать. Что-то тонкое, едва уловимое… та самая чешуйка, которую я однажды нашла в лесу и с тех пор всегда носила с собой.

– Стой!!!

Нечеловеческий голос ворвался в сознание, а затем я почувствовала, как больно падаю на камни. Голова наполовину погрузилась в воду, и я закашлялась, приподнимаясь на колени и убирая волосы от лица. Внутри меня что-то схлопнулось, запирая оставшуюся боль внутри, а после я увидела перед собой сжимающего руки Данияра.

– Айлин быстро сообразила и позвала меня, – рыкнул он. – Решила забрать душу моей истинной⁈

– Здравствуй, Яр, – весело откликнулась Хранительница. – Не вовремя ты. Не мог прийти на пару минут позже?

– Чтобы ты окончательно завладела новой душой? – едва сдерживая ярость, уточнил наследник. – Не ожидал такого от тебя, не ожидал. Ты ещё более подлая, чем о тебе говорят.

– Это не подлость, дорогой мой, а холодный расчёт. Ты не понимаешь, что план Кейна Эверуса – провальный? Он рассказал мне когда-то о нём. Собирался воскресить Аяну, чтобы навсегда уничтожить Талрема и очистить земли. Даже спас твою истинную, чтобы незавидная судьба досталась другой. Только я не согласна с этим планом. Вам не одолеть Талрема. Его сила… дорогой мой, ему почти четыре века! И он был изначально сильным магом. И с каждым годом оттачивал свои умения, не говоря уже о том, что некромантия для всех – закрытая наука. Вам не одолеть его.

– Если не хочешь помогать, то просто не мешай, – бросил ей Яр и наконец развернулся ко мне, подав руку. – Ты как, в порядке?

Яр помог мне подняться, и теперь мы стояли близко друг к другу. Я сразу же осознала, что на мне почти нет одежды, да и бельё всё промокло. Был вечер, жара спала, стало несколько прохладно, и реакция тела не заставила себя долго ждать, поэтому я смущалась и прятала взгляд.

Вот и о чём я думаю? Тут моя судьба решается, а я переживаю из-за близости с наследным принцем!

– В порядке, – кивнула я и, наконец, осознала, что пыталась сделать Хранительница.

Смущение отступило и на его место пришла злость. Я нахмурилась, глядя на потенциальную родственницу.

– Почему? Вы ведь говорили совсем о другом!

– Так было бы проще, – отмахнулась она, словно и не пыталась вытянуть мою душу. – Тебе было больно, я всего лишь хотела помочь. Это моя природа.

И я вдруг поняла отчётливо, что она пришла ко мне не как к Джесселин Эндервуд, не как к истинной своего внука. Она пришла на зов моей изнывающей души.

– Вы не искали со мной встречи – вас притянула моя боль, – догадалась я и поджала губы. – Уходите. Я не собираюсь прислушиваться к советам столь непостоянной особы.

– Помягче, девочка, – ощетинилась женщина, но меня тут же закрыл Яр.

– Тебе действительно лучше уйти. И не приближайся к Джесселин. Как бы больно ей ни было, с ней рядом всегда буду я. Иди к тем, у кого нет защитников.

– Такой же, как твой отец, – поморщилась Хранительница и истаяла, растворившись прямо в воздухе.

Только теперь я смогла облегчённо выдохнуть. Дракс! Я чуть не стала одной из нимф! А ведь мне действительно становилось так хорошо, спокойно…

– Джесси, посмотри на меня, – голос Яра вывел из невесёлых раздумий, и я подняла взгляд на парня. Он такой взрослый, решительный, уверенный в себе, что мне невольно хотелось прижаться к нему, чтобы он защитил меня от всех невзгод. – Я сделал выбор. И мой выбор меня не страшит, потому что я точно знаю, что приложу все силы для того, чтобы мы оба выжили. Я не потерплю поражений, учту все ошибки и смогу защитить тех, кто мне дорог. Ты всегда называла меня самоуверенным, но подумай, что у меня есть основания для моей самоуверенности.

– Хранительница говорила, что вы с отцом не справитесь.

– Отец – может быть, – хмыкнул он. – Но, во-первых, я сильнее отца, во мне намешано много магии. – Яр поморщился, судя по всему, вспомнив недобрым словом Хранительницу. – Во-вторых, мне есть за что бороться. За нас, Джесселин. Но я не справлюсь без тебя. Мне нужна ты, твоя решительность и безоговорочная поддержка.

На глаза наворачивались слёзы. Я шумно выдохнула, чтобы не заплакать, и сложила руки на груди, прикрывая теми оную и заодно пытаясь унять сердцебиение. Какое сложное решение: бороться за свою жизнь, став для всех врагом, или стать жертвой, которую станут благодарить?

А ведь этот выбор нам приходится делать ежедневно. Выбирать: быть удобным для всех или быть удобным только для себя. Как ни странно, но тётушка ввиду своей набожности воспитывала меня удобной для всех. Слушаться, не перечить, быть тише воды и ниже травы. Внутренне я противилась этому, но внешне – следовала.

– Яр, мне больно, – ответила тихо.

– Хранительницу не позову – даже не надейся, – решил пошутить Яр, и я хмыкнула сквозь слёзы. – Джесси, спроси у себя: чего ты хочешь? Ты готова отпустить меня, а не бороться за наши чувства? Готова быть воспетой в легендах или в моём сердце? Готова быть спасительницей земли или любимой мамой и женой? Джесси, тебе нужно выбрать: либо вечность в истории, либо короткий миг жизни со мной.

Вот только выбрав себя, я ещё и подвергаю опасности Яра. Ради него я не могу позволить себе тот выбор, о котором мечтаю.

– Моя жизнь от меня не зависит. Прости, Яр.

Но он не простил. Я попыталась уйти, но наследник схватил меня за руку и, дёрнув на себя, прижал к своему телу. Мы встретились взглядами. Кто бы знал, как мне было жарко, а в ушах набатом звучал не водопад, а стук сердец. Наших сердец.

– Ты тоже прости меня, Джесси. Но я не отпущу тебя. И если выбор твоей жизни ты сделать не способна, то я выберу за нас двоих.

Наклонившись, принц поцеловал меня. Одновременно сильно и нежно. Так, как это умеет делать только он. Это было похоже на падение в бездну и полёт одновременно. На сладкий глоток воды после долгой жажды. На первый луч солнца, пробивающийся сквозь шторм. Его губы мягко скользили, то нежно прикасаясь, то сжимаясь в страстном порыве, и с каждым движением где-то внутри меня загоралась новая звезда.

А когда они наконец разомкнулись, между ними осталась лишь тонкая нить дыхания – дрожащая, как паутинка на рассвете, и такая же прекрасная.

Мы встретились взглядами.

– Подумай вот о чем: неужели сдаться – это всё, на что ты способна, Джесселин?

Всё, на что хватает моей любви к Яру – отпустить его, чтобы он обрёл счастье. Я с самого начала знала, что нам не быть вместе. Я собиралась ответить утвердительно, но принц не позволил – встряхнул меня так, что у меня воздух вышибло из груди, а затем уверенно произнёс:

– Скажи, что не любишь меня и что не желаешь быть со мной. И я уйду. Не оборачиваясь. Клянусь.

Глаза наполнились слезами. Сказать ему, что не люблю? Но как? Если он стал центром моей жизни. Он стал единственным счастьем, которое мне довелось увидеть. Я могу солгать в том, что боль сильнее моих чувств, но полностью отрицать их существование – не могу.

Но должна! Ради него.

– Я… не… – Губы дрожали.

Я смотрела на самого прекрасного на свете парня и не могла поверить в то, что он выбирает меня. Даже сейчас, зная, какая судьба мне уготована.

Но почему так? Тирон наказал всегда выбирать себя. Почему я должна умирать из-за ошибки моего скверного предка? Неужели не существует других способов? Я люблю жизнь. Во всех её проявлениях. Почему я?..

Злость взяла верх. Я сглотнула, сдерживая набежавшие слёзы и смотря сквозь эту пелену на того, кто ждал с замиранием сердца моего ответа, ловил каждую реакцию. И ради него, и ради себя, если это потребуется, я справлюсь со всем. И пусть идут к драксу все, кто желает сделать из меня пешку!

Кейн Эверус, отец, матушка, Хранительница… пусть подавятся своими планами! Легче погубить мою жизнь, чем искать другой выход. Это не моя вина. Не моя ошибка. И я не желаю быть жертвой обстоятельств!

Шумно выдохнув, я подняла взор к возлюбленному. Яр улыбнулся, почувствовав перемену моего настроения, но не давил, лишь ждал моего ответа. Давал мне выбор… всегда давал мне выбор, даже когда говорил, что сделает его за меня.

Какой же мерзавец Фарас! Как он мог давить на девушку в ту злополучную ночь? Наверняка ему не составило труда взять её силой: он был неслабым магом, мог наложить заклинание или же подсыпать снотворное. Методов масса, особенно когда её внутренняя драконица изначально была положительно настроена к Фарасу и не ожидала от него ничего дурного.

Но это ошибки прошлого… и я не собираюсь их повторять. Если кто хочет искупить вину Фараса – пусть искупает. Но это буду не я. Данияр прав. Мне страшно. Страшно идти против всех, в особенности – против судьбы. Я слишком долго с ней боролась и в какой-то момент у меня опустились руки, но главное, что рядом со мной оказался тот, кто способен меня поддержать.

Мой предначертанный. Я сама выберу свою судьбу. И я выбираю Яра.

Лавина чувств схлынула с меня, отпустила тело. Боль вытянулась, словно её забрала Хранительница, оставив душу. А ведь я всего лишь перестала ставить себе рамки.

Мы справимся. Иначе зачем мне достался самый самоуверенный парень во всём Райвиме?

– Я люблю тебя, – произнесла твёрдо, глядя в сияющие зелёные глаза, подсвечиваемые светлячками. – И не могу солгать. Люблю так сильно, что внутри меня всё трепещет. Люблю настолько, что целовала тебя всегда сквозь боль и жаждала всё новых поцелев. Люблю тебя, Данияр Раманский.

– Джесс, – выдохнул наследник и на мгновение опустил взгляд на мои губы, чтобы вновь поднять его к глазам, – ты приняла решение?

– А ты в своём уверен? – спросила тихо.

– Я не сомневался с той минуты, как выкрал тебя, Джесселин Дервуд, – он сделал акцент на сокращённой фамилии. – Ты моя. И ничьей чужой быть не можешь. Ни черни, ни некроманту, ни Хранительнице я тебя не отдам.

И в этот раз его поцелуй был уже не вопросом, а обещанием. Яр наклонился ко мне и запечатлел на губах страстный, лишающий меня воли и разума, поцелуй. Я шумно выдохнула, привстав на цыпочки и прикасаясь почти обнажённым телом к мужскому. Принц рвано дышал. Его ладони заскользили по моим плечам вниз.

Его дыхание смешалось с моим, губы почти соприкоснулись, но не торопились завершить начатое. Мучительная пауза. Я приподнялась на носках, теряя терпение – и тогда он наконец закрыл это расстояние.

Поцелуй был не таким, как я ожидала. Не осторожным, не робким. Горячим и влажным, как сам водопад за спиной. Руки Яра плотно обхватили мою талию, прижимая меня так близко, что я чувствовала каждый его вздох, каждое движение. Когда мы наконец разорвали контакт, губы всё ещё горели.

– Я не хочу останавливаться, – прошептал он, и в его глазах читалось то же безумие, что пульсировало у меня в крови. – Ты станешь моей, Джесселин Дервуд, на земле и на небе?

Я застыла. Водопад рядом шумел, но даже его гул не мог перекрыть голоса того, кто звучал в моём сердце.

Я больше не боюсь. Больше не боюсь будущего. Шаманы, судьба… всё это поблекло в моём создании. От каждого нашего шага зависит следующая минута, и я лишь желаю, чтобы мы шли вместе с Яром. Рука об руку. Эгоистично? Очень! Но любовь не терпит сомнений.

– Лишь твоей, – повторила и сама потянулась к губам Яра.

Я увидела красные всполохи портала и тут же опомнилась – браслет Вантегросов остался где-то здесь!

– Яр, браслет… он слетел с руки.

Принц опустил взгляд и хмыкнул. Видимо, в суматохе он этого не заметил, а сейчас осознал в полной мере. Нехотя разложив поисковое заклинание, он вытащил из воды браслет и… открыв ещё один портал, не глядя зашвырнул туда артефакт. А после, подхватив на руки, увлёк меня в первый…

Боги, какой силой обладает Данияр Раманский, что держит открытыми сразу два портала⁈ И я в нём сомневалась⁈

Мы вышли в полутьме, но тут же зажглись несколько огоньков, благодаря которым я смогла оценить обстановку. Небольшая гостиная с плетённой мебелью. На полу – мягкий ковёр перед незажжённым камином, на котором расставлены детские игрушки. Поодаль – выход в кухню-столовую, судя по тому, что я успела увидеть в дверном проёме.

Но Яр не дал мне более детально осмотреть интерьер и понёс в спальню. Здесь было витражное окно, и я сразу обратила внимание на догорающий за ним закат: лучи красного солнца пробивались сквозь горы, заливая широкую кровать, застеленную лоскутным одеялом, и плетёные кресла мягким светом.

– Где мы?

– В моём убежище в Раманских горах. Ты первая гостья.

Щёки вспыхнули румянцем. Яр поставил меня на пол. Ноги утонули в ворсистом ковре. Мы стояли, прижавшись друг к другу. Я всё так же в одном нижнем белье, поэтому, чтобы уравновесить нас, я начала медленно расстёгивать рубашку принца. Пуговичка за пуговичкой, всё больше открывая совершенное тело наследника.

– Прошло три недели с нашей первой встречи, – прошептала я и коснулась губами ключицы Яра. Тот рвано выдохнул. Его руки закаменели на моей талии. – Что ты думаешь обо мне теперь? Изменилось ли твоё мнение обо мне?

– Нет, – улыбнулся Яр. – Ты всё так же очаровываешь меня, булочница. Едва тебя увидел, не мог отвести взгляда. Чуть не забыл, зачем пришёл.

– А затем решил поиграть, – прищурилась я.

– Это было весело, – кивнул наследник. – Особенно когда ты провалилась в чужой дом.

Я поморщилась от не самых приятных воспоминаний, а принц громко рассмеялся и подхватил меня на руки, закружив. Я разместила руку на его оголённых плечах и поцеловала сначала в лоб, потом в нос, спустилась к подбородку. Но едва поставив меня на ноги, Яр тут же перехватил инициативу.

Его пальцы вплелись в мои волосы, а губы нашли мои – намеренно медля, словно давая мне время передумать. Но разве можно передумать, когда весь мир сузился до этого дома, запаха можжевельника и вкуса родных губ?

Я ответила, теряя себя в этом поцелуе, в том, как руки Яра скользили по моей спине, прижимая ближе. За окном густела ночь, горный ветер шевелил листья деревьев и кустов, но нам было плевать на весь мир – ведь в эту секунду он принадлежал только нам.

Яр держал меня легко, словно я весила не больше горстки лепестков, а я прижималась к его груди, слушая ровный стук сердца. В спальне пахло сосновым деревом, сухими травами и чем-то неуловимо его – тёплым, древесным, с лёгкой горчинкой дыма.

Свечи мерцали, отбрасывая танцующие тени на стены, когда его высочество опустил меня на покрывало, сшитое из лоскутов мягкой ткани. Руки Яра медленно скользнули по моим бокам, словно запоминая изгибы, а губы снова нашли мои – уже без прежней игривости, только с глубокой, жгучей уверенностью.

Я впустила его поцелуй, позволила ему разомкнуть свои губы, и мир вокруг потерял чёткие очертания. Остались только ощущения: пальцы любимого, расстёгивающие застёжки белья, его горячее дыхание на моей коже и голос, произносящий моё имя так, будто оно священно.

– Джесси, ты – совершенство, – выдохнул Яр, и я смущённо улыбнулась, притягивая его к себе.

Это было всё, что ему нужно.

Одежда наследника упала на пол, и вот уже его тело прижалось к моему – горячее, сильное, живое. Я вздрогнула и зажмурилась, когда его ладонь скользнула ниже.

– Не бойся, – прошептал Яр, целуя мои веки, уголки губ, шею. – Мы не будем спешить. Доверься мне.

И правда – он исследовал меня медленно, благоговейно, с трепетом. Каждое прикосновение, каждый поцелуй будто поджигали мою кожу, и я тонула в этом огне, теряя границы между нами.

Когда боль сменилась волнами тепла, я вцепилась в плечи любимого, чувствуя, как его дыхание срывается в такт моему.

За окном горы молчали и звёзды мерцали. Но нам было не до них.

Потому что в эту ночь мы писали свою историю – без слов, только с помощью вздохов, прикосновений и стонов, затерявшихся в темноте.

Глава 12

– Вот как ты решила поступить, – раздался мрачный голос, и я вздрогнула, осознав себя на летней веранде в лесу, наполненном пением птиц, колыханием травы и криками животных.

Словно и не Фаргос с его вымершими землями. Качественная иллюзия, не более того. Защищающего браслета на мне больше нет, а кольцо Яр вчера не надел… мы были заняты несколько другим.

При воспоминании о другом щёк коснулся румянец. Надеюсь, некромант не способен читать мысли в наведённом сне. Словно вопрошая об этом, я посмотрела на некроманта в соседнем кресле. Он мрачно взирал на меня. Его рука выглядела совершенно обычно – никаких признаков ранений. Я прикусила губу. Талрем был недоволен. Какую стратегию мне выбрать? Покаяться или показать свою независимость?

– Кажется, для брачного ритуала я теперь не гожусь, – ответила мягко, чтобы не разозлить его.

– Но всё ещё есть твоя сестра.

– Наши с ней источники больше не связаны: во мне нет бусины, – ответила с улыбкой.

– Ошибаешься, – хмыкнул Талрем, и по моему позвоночнику пробежал холодок. Признаться, я всегда ощущала себя неуютно рядом с этим мужчиной. – Ваши источники были связаны ещё в утробе, и заклинание шамана тут ни при чём. Он дестабилизировал вашу силу по этой связи, я заметил это, когда встретил тебя, но вы по-прежнему связаны.

Я сглотнула. А это проблема. Настоящая проблема! Своим эгоизмом я подвергла риску свою сестру. Опять! А она беременна! Пострадать может невинный, уже зачатый ребёнок, пусть и от некроманта!

– Вы лжёте.

– Мне не до шуток, – предельно спокойно ответил некромант. – Ты была бы идеальным вариантом, девочка.

– Вы собирались обменять мою душу на душу вашей дочери, – напомнила я. – А о каких вариантах идеальности вы толкуете?

– Узнала всё-таки, – тонко улыбнулся он. – Не думал, что Кеос окажется таким болтливым.

– Вы убили его, – с ненавистью выдохнула я.

– Он нарушил клятву, – жёстко парировал некромант и поднялся, нависнув надо мной. Одной рукой он упёрся в спинку кресла, а второй приподнял мой подбородок. – Ты играешь с огнём.

– Огонь – стихия моего истинного, а значит, не причинит мне вреда. А вот вас может испепелить, – едко отозвалась я.

Хотела ведь быть покладистой… не получилось!

– Как самоуверенно. Нахваталась от своего избранника? Что ж, значит, за всё с лихвой ответит твоя сестра. Я перенесу в неё твой источник и использую в ритуале. Твой брак ничего не решит, моя милая. Как только кулон станет чёрным… я заберу тебя. И твоя судьба будет ещё менее завидной, чем судьба твоей сестры.

Больно надавив на подбородок, он оттолкнулся от меня. Всё окружающее пропало, а я резко вынырнула из сна, тяжело дыша.

– Джесси? – позвал Яр и всмотрелся в моё лицо. – Опять наведённый сон?

Я кивнула и обхватила руками колени. Мы лежали в постели, шторы были наглухо задёрнуты, но из-под них слепило яркое солнце. Сколько сейчас времени? Раннее утро или уже обед?

– Он сказал, что всё равно заберёт меня, чтобы передать силу сестре, – тихо откликнулась с сожалением.

– Значит, нужно найти твою сестру раньше него, – сказал Яр. – Кеос успел упомянуть о сообщнике некроманта в столице… Попробуем его найти. Джесс, посмотри на меня, – Яр огладил рукой мою щёку и развернул меня к себе, нежно поцеловав в губы. – Ты ведь помнишь, что вместе мы преодолеем любые препятствия?

– Мне больше не страшно, но я злюсь. Он ставит свою любовь к дочери выше всего остального, выше других. Будто другие любят меньше него, но это не так. Мои родители любят Эрелин не меньше, чем он своё дитя, так почему они должны стать жертвами? Только потому, что являются потомками Фараса? Мы не в ответе за грехи наших отцов.

– Ты права, – кивнул Яр и теперь наклонился, запечатлев поцелуй на моём обнажённом плече. Вздохнул. – Нужно собираться. Во дворце Рамании ты будешь под защитой: некромант туда не сможет пробиться, даже если маячок среагирует. У него не получилось раньше и не получится сейчас – защиту мы только усилили. Твоя одежда осталась у водопада?

Осознав всё произошедшее, я открыла рот.

– Дракс! Айлин подумает, что со мной что-то случилось!

Но Яр лишь усмехнулся.

– Об этом даже не волнуйся: она позвала меня, значит, осознала, что ты в надёжных руках. Правда, утаить нашу связь точно не удастся.

– Я и не собираюсь таиться, – я пожала плечами. – Некромант уже знает, а твои родители, – я сглотнула, – они примут твой выбор, как ты думаешь?

– Как и сказал Кейн, ни один родитель не примет такого от своего ребёнка, но лучше просить прощения, чем дозволения, – хмыкнул Яр, продолжая гладить меня по щеке. – В любом случае мы уже связаны навеки, Джесселин.

Яр прикоснулся о мне, запуская огненные всполохи, и я заметила, как те пробегают по коже, не причиняя мне никакого вреда. Неужели я действительно стала единственной дракона⁈ А ведь когда-то я думала, что Данияр Раманский – жених моей сестры. И вот – он мой муж!

С ума сойти!

– Чуть не забыл, – Яр извлёк из пространственного кармана уже знакомую мне коробочку и, достав артефакт, надел на мой палец. – Правда, запоздало. Ты ведь теперь уже всё равно моя жена, а кольцо – помолвочное.

– Ни за что его не сниму! – тут же проявились во мне меркантильные нотки.

Яр рассмеялся и притянул меня к себе.

– Придётся. Когда-нибудь у нас будет сын, которому придётся отдать кольцо.

– А если дочь?

– Только если вторая или третья… Благодаря драконьей магии чаще всего первым рождается мальчик, – откликнулся Яр.

– Как вы ещё не выродились с такой магией⁈ – изумилась я. – Вот рождалось бы в семьях по одному ребёнку и все мальчики…

Яр громко рассмеялся, представив это. Покачал головой.

– На самом деле в чём-то ты права. Мужчин-драконов действительно больше, чем девушек, примерно два к одному. Поэтому дракониц мы очень бережём. Но радость в том, что мы абсолютно совместимы со всеми расами.

– На вашу радость, – проворчала я и опрокинула мужа на подушки, нависнув сверху.

Яр заговорщицки улыбнулся и… застыл. Он собирался что-то сказать, но его глаза будто остекленели. Я нахмурилась, глядя на него и ожидая объяснений. Я уже видела такое, когда он ментально общался с отцом. Видимо, и сейчас поступили новости из дворца.

– Король Хандербуга прибыл в Энибург, – сообщил Яр, моргнув. – Был в академии и… закономерно не нашёл тебя, лишь полразрушенное здание на реконструкции. Трей тоже сейчас во дворце после того, как всех студентов отпустили на внеплановые недельные каникулы, и он не смог ответить его величеству Вильгельму, где ты. И теперь…

– Теперь его величество Вильгельм выдвигает обвинения?

– Ещё нет, но близок к этому, – помрачнел муж. – Нам пора возвращаться во дворец, Джесселин. Нас ждёт там не только король Хандербуга, но и герцогская чета Эндервуд.

Я вздохнула. Не успела порадоваться, что с политической точки зрения всё наладилось – теперь я официальная невеста наследника Авероса, и Раманские не имеют ко мне никакого отношения, как на тебе!.. А ведь ещё пару дней назад герцогине приходилось оправдываться перед королём Хандербуга за всю клевету, получалось, что она зря наговаривала на Данияра и его семью. Где-то убыло, а где-то прибыло. Но теперь опять всё сложилось не лучшим образом! Ведь я уже не просто невеста, а жена раманского наследника по драконьим традициям, но… по человеческим всего лишь невеста. И теперь король Хандербуга будет выторговывать условия, ставя Раманию не в самое выгодное положение.

Впрочем, зато мне удастся поговорить с герцогиней о её связи с некромантом, раз она будет ждать во дворце. Надеюсь, ей не придёт в голову подменить меня на сестру.

– Только мне следует одеться.

Яр окинул меня взглядом, сглотнул и отправился за моей одеждой порталом. Я поднялась с кровати и, обернувшись простынёй, подошла к окну. Там, за окном, высились горные вершины. Скалы, словно поглощающие свет, перемежающиеся поля разных оттенков зелени, и река, с этого расстояния кажущаяся тонким ручейком.

– Мы справимся, – прошептала я и сглотнула.

Приняла бы я другое решение, если бы знала, что меня заменит сестра? Я не знала. Мы с ней не были слишком близки, но, как и прежде, смерти ей я не желала. Мне жаль Аяну и то, что с ней сотворил Фарас, ужасно, но всё это осталось в прошлом. Трагедия потянула за собой другую трагедию и в итоге привела в эту точку здесь и сейчас. Кто разорвёт этот круг мести и ненависти?

– Сестру надо найти, – вновь сама себе напомнила я. – Если её первой найдёт Хранительница…

– Она не заберёт её душу, – подсказал Яр, успевший вернуться. – Для того чтобы откликнуться на силу Хранительницы, нужно испытывать душевную боль. Невыносимую, удушающую. Твоя сестра на такое не способна.

Точно, Яр ведь учился с ней в одной академии, хотя они и не пересекались, но собранной о ней информации достаточно для того, чтобы сложить своё мнение.

Вернулся он быстро, да ещё и высушил одежду, поэтому порталом я переходила в надлежащем виде. К счастью, в уже знакомой спальне, выделенной мне во дворце, ждала только королева Рамании. Она поднялась с софы и окинула нас обеспокоенным взглядом.

– Где вы были⁈ Мы всё с ума сходим! Вы…

Королева осеклась. Её глаза блеснули, словно она переходила на магическое зрение, а затем отшатнулась и села на диван. Даже не так – рухнула. Яр тут же оказался подле матери. Её величество переводила неверящий взгляд с сына на меня и обратно.

– Вот так ты решил избавиться от проблемы с контролем магии? – уточнила она.

Ага, значит, проблемы с контролем всё-таки были! Я укоризненно посмотрела на Яра, и он развёл руками.

– Верно, – не стал отрицать Яр и взглянул на мать, взяв ту за руку. – Не волнуйся обо мне. Я сделал то, что посчитал нужным. Ты учила меня принимать решения и брать ответственность, не страшиться опасности. Я всего лишь поступаю согласно твоему воспитанию.

– Ваше величество, – я опустилась рядом с Яром, – мне жаль, что мы заставляем вас волноваться, но мы не могли поступить иначе. Точнее, я хотела, – прикусив губу, бросила короткий взгляд на… уже мужа, – но Яр доказал мне, что страх – не лучший мотиватор для решений.

– Понимаю, – кивнула она и поджала обескровленные губы. – Но принять это сложно.

Мы молчали. Правильные и нужные слова не находились. Наконец, её величество поднялась. Мы последовали её примеру.