Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

– Я стесняюсь, – сообщила Люда, – вы на меня глазеть будете.

– У нас же два чемодана есть, – вспомнил Сергей, – может там найдётся чего подходящее переодеться.

И мы в шесть рук начали исследовать содержимое реквизированных из АНа вещей.

– Не слишком-то это здорово, – немного поупиралась Людочка, – вещи-то чужие.

– А нас оправдывает ситуация, – парировал её удар я, – в экстренных случаях сотрудники, например, правоохранительных органов имеют право реквизировать имущество и транспортные средства граждан. У нас сейчас как раз такой экстренный случай.

И Люда нехотя согласилась… для неё в одной сумке нашёлся тёплый махровый халат, а нам с Сергеем досталось по свитеру крупной вязки, ему серый, а мне чёрный. И вот, когда мы переоделись в сухое и снова уселись у костра, я краем глаза уловил какое-то шевеление справа от нас.

– Смотри-смотри, – толкнул меня в бок Сергей, тоже заметивший это, – по-моему это те, кто с нами вместе летели…

Глава 21. Время собирать камни

Время собирать камни

И точно – эти трое, что вышли из-за скалы, деливший наш пляж примерно пополам, были из пассажиров АНа. Два мужика и одна женщина, по-моему, они сидели почти рядом с нами, через пару рядов, припомнил я.

– Эй-эй, – заорала Людочка, – мы здесь, идите к нам!

И они дружно побрели на наш голос.

– А ещё есть уцелевшие? – спросил я у первого мужчины, он был в спортивном шерстяном костюме.

– Да, почти все целы, – ответил он, присаживаясь на камень возле костра, – они там, чуть подальше, где речка течёт. Мы все вместе туда перебазировались, когда самолёт сел.

– А чего нас тогда бросили? – задал логичный вопрос Сергей, – мы ж там и утонуть могли вместе с АНом.

– Впопыхах, – продолжил мужик, – паника была, не заметили, что кто-то остался. Меня Анатолием зовут, можно просто Толик. А это Вася и Даша.

– А лётчики живые? – спросил я.

– И лётчики, и даже стюардесса живая, – ответил всё тот же Толик, – мы тоже костёрчик запалили, перебирайтесь к нам уже – вместе надо держаться.

– Правильно он говорит, – подала голос Люда, – пошли туда… только костёр загасить надо.

Через десять минут мы передислоцировались в дальний конец песчаного пляжа, зажатого между двумя вершинами со снеговыми шапками наверху. Здесь сидела, стояла и ходила приличная толпа народу, и даже горели два больших костра. К нам сразу подошёл товарищ в форме и с погончиками, командир АНа судя по всему.

– Так, ещё трое, давайте я вас запишу, – и он достал мятую тетрадку и простой карандаш. – Диктуйте ФИО, возраст, откуда родом. Да, меня зовут Ираклий Вазгенович.

О как, подумал я, только грузинов нам тут не хватало, но подчинился… по окончании переписи не выдержал и спросил у него:

– А куда это мы попали?

– Судя по моим картам, это один из островов Курильской гряды, – быстро ответил он, – Алаид или Онекотан… а может даже и Парамушир…

– Парамушир, это где Северо-Курильск? – проявил знание предмета я.

– Он самый, – подтвердил он, – точнее сказать не могу, у нас все приборы вышли из строя в конце полёта.

– Курилы, – продолжил я, – это ж кажется совсем в стороне от направления Камчатка-Магадан – как нас сюда могло занести?

– Могло, Петя, могло, – перешёл он на более понятный язык, – погода сильно испортилась, воздушные вихри, турбулентность – дрейф в 100–150 километров просто мог случиться.

– А когда нас спасатели найдут? – задала насущный вопрос Людочка.

– Сложно сказать, – рассеянно отвечал Ираклий, – в теории должны найти в скором времени, но на практике разное бывает – так что я бы на быстрое решение наших проблем не рассчитывал.

– А это значит, что нам надо обустраиваться на новом месте? – продолжил его мысль Сергей.

– В точку попал, – довольно отвечал Ираклий, – у нас тут все делом заняты… из неохваченных направлений осталась только разведка территории – займётесь?

– Я турист со стажем, – подал голос Сергей, – 16 походов, в том числе три четвёртой категории сложности.

– Ну и отлично, – вежливо улыбнулся Ираклий, – значит, кое-что знаешь и умеешь.

– Да, – вспомнил я ещё один момент, – у вас же рация в кабине должна быть – наверно можно связаться с кем-нибудь.

– Вышла она из строя, – строго ответил мне капитан, – когда молния в нас попала, так что толку от нашей кабины теперь ноль.

– Тогда ещё одно предложение, – никак не хотел униматься я, – в самолёте же куча вещей осталась. Может, перетащим хотя бы половину сюда – ночью холодно будет, а там в чемоданах тёплые вещи должны остаться.

– Мысль хорошая, – на секунду задумался он, – ладно, самолётом другие люди займутся, а вы вдвоём…

– Втроём, – встряла Люда, – тоже хочу на разведку.

– Хорошо, вы втроём идёте осматривать окрестности… тут дикие звери могут водиться, так что могу дать вам ракетницу – ничего более мощного у нас нет.

– Давайте ракетницу, – вздохнул я, – а что насчёт раненых, есть такие?

– Трое, – помолчав, ответил Ираклий, – но насчёт них не беспокойся, там всё под контролем.

– Хорошо, – ответил я, переглянувшись с Сереем, – мы готовы к разведке. Давайте ракетницу.

Командир, послал нас ко второму пилоту, Аликом его зовут, сказал, он всё и выдаст. Мы подошли к Алику, получили требуемое устройство без малейших вопросов, и направились к ущелью, которое промыла речка, впадающая в этот залив.

– Смотрите, – показала пальцем Люда, – рыба плавает.

Мы одновременно с Сергеем глянули, куда она показывает – действительно, там нарезали круги длинные и шустрые рыбины диаметром не больше 3–4 сантиметров.

– Гольцы это, – сказал я, – видели мы таких в Берёзовой бухте. Толку с них только мало, а поймать сложно, так что не отвлекайся от поставленной задачи.

– Есть, – чётко ответил Людочка, – не отвлекаться. А ты откуда про этих гольцов знаешь?

– Так всё лето сидели в гарнизоне на юге Камчатки, – ответил я, – там примерно такая же речка была, Берёзовый ручей называлась. В заливе можно поймать раз в десять больше лососей, чем в этом ручье грёбаном…

Люда затихла, а мы все втроём начали прыгать по камешкам по обеим сторонам местного ручья – по берегу тут пройти было очень сложно, кедровый стланик всё застилал. Примерно через пару сотен метров Сергей, который впередсмотрящим шёл, остановился и поднял руку вверх. Мы с Людочкой застыли в тех позах, в которых нас застал этот сигнал.

– Чего там, Серёга? – тихо спросил я.

– Медвежье говно, вот чего, – так же тихо ответил он. – По обеим сторонам ручья.

– Значит, здесь медведи водятся, – удивительно логично и так же не к месту заметила Люда.

– Получается, что так… – тихо ответил я. – Я слышал такую штуку – медведи не выносят громких звуков, поэтому, если орать что-нибудь или там весёлые песни петь, они от этого места стараются дистанцироваться…

– Я тоже про это знаю, – тихо ответил Сергей, – начнём что ли… Людочка, давай ты запевай, у тебя голос вроде получше наших будет…

Люда не заставила себя ждать и тут же заголосила «Вместе весело шагать по просторам», а мы с Серёгой подхватили «Просторам-просторам», но тут откуда-то спереди раздался громкий «Буммм»…

– А это ещё что такое? – спросили мы одновременно с Людой, а продолжил я один, – взрывают там что-то?

– Очень похоже на взрыв, – тихо отвечал Сергей, – но поручиться я не поручусь. Пошли посмотрим – где наша не пропадала…

И мы продолжили наши прыжки по тем же камням к перевалу… примерно через пару сотен метров слева нарисовался прогал в вездесущих зарослях стланика, а за ним достаточно большое и ровное место, поляна такая с редкими каменными берёзами на ней.

– Проверим, что там? По-моему бумкнуло где-то в этой стороне, – спросил я у народа, и народ дружно согласился.

Вся поляна была усыпана кустами черники… или голубики, я их путаю… среди которых пробегали и брусничные ягоды.

– По крайней мере, с голоду мы тут не помрём, – заметила Люда, закидывая в рот горсть черники.

– Вон там что-то синеется, – Сергей показал пальцем на дальний конец полянки, где торчала скала.

Мы дружно передвинулись в то место, обогнули слева скальный массив, выперший тут из земли, и увидели большой такой бассейн почти круглой формы, в котором периодически булькала вода.

– А ведь это гейзер, – первой догадалась Людочка, – меня родители в детстве возили в Кроноцкий заповедник – там похожие штуки работали…

– Ну да, – отозвался я, – в этом заповеднике ещё Махмуд Эсамбаев плясал в кино… – я начал вспоминать название фильма, но Сергей меня опередил, – в «Земле Санникова».

– Точно, – обрадовался я, – в ней… там ещё Олежек Даль водку пил на крыше колокольни, а Олег Анофриев пел душевную песню про бушующий мир.

– Я тоже вспомнила, – подтвердила Люда и в подтверждение напела один куплет из песни, начинающийся с «призрачно все в этом мире бушующем», – только это давно было, а сейчас закрыт этот заповедник для туристов. А здесь открыто…

И как бы в подтверждение её слов вода в ванне заклокотала гораздо громче, а потом оттуда вылетел фонтан высотой в пару-тройку метров… звук был почти таким же, что мы недавно слышали – буммм.

– А ты говоришь взрыв, – попенял я Серёге, но тот ничего не смог ответить, а только попробовал рукой температуру воды в бассейне.

– Градусов пятьдесят, – сообщил он, – наверно можно тут будет поплавать – говорят, что такие ванны полезны для организма.

– Поплаваем, – пообещал я ему, – а теперь давай заниматься вверенной нам задачей.

– Ага, – вздохнул он, – давай… дальше по ручью пойдём или как?

– Вы идите по ручью, – предложил я, – а я остаюсь здесь и обследую все окрестности.

– Не боишься потеряться?

– Шум ручья далеко слышно, – ответил я, – так что нет, не боюсь.

И мы разделились – они вдвоём упрыгали по камешкам к горному перевалу (не вечно же там будет подъём, должна и вершина быть вместе с перевалом), а я мысленно разделил поляну на квадраты и начал её обследовать. Продуктов человеческой жизнедеятельности мне совсем не встретилось, из чего я сделал вывод, что либо мы на острове находимся, либо в местах, не посещаемых человеком. А ещё я нашёл вход в пещеру, да… внутрь, конечно, не полез, но обозначил это место длинной палкой, с трудом вогнав её в грунт – мало ли, вдруг пригодится.

А вот продуктов жизнедеятельности животного мира было предостаточно – то же медвежье дерьмо мне встретилось минимум трижды. И ещё птицы верещали в верхушках берёз, какие именно, я не понял, но помёта и они много оставили. И в завершение, так сказать, моих исследований, я натолкнулся на большую кошку, которая сидела на берёзе и смотрела не меня злыми зелёными глазами. Я замер, как соляной столб, собираясь с мыслями… это наверно росомаха, подсказало мне моё второе я, они как раз такого размера бывают. Сам знаю, огрызнулся я, собирая всё, что помнил про этих росомах… Хью Джекмана в роли этого животного я сразу отмёл в сторону, и без Хью Джекманов тошно. Значит так – семейство куньих, длина до 80 см без хвоста, конкретно этот экземпляр был поменьше, но полметра в нём насчитывалось. Питается всем подряд, предпочитает падаль. На человека нападает очень редко, однако и такое случается. Хорошо лазает по деревьям… значит, мы вот что сделаем, сказал я сам себе, мы тихо и аккуратно будем удаляться от дерева с росомахой, не поворачиваясь к ней задом… и в глаза ей смотреть не надо, это вредно для здоровья.

Через полминуты я отошёл от этого места на приличное расстояние и увидел, как зверёк сиганул со своего насеста на траву и быстро скрылся в направлении только что найденной пещеры…. Фу, пронесло, подумал я, садясь на камень, но тут сзади очередной раз извергнулся гейзер, заставив меня подпрыгнуть на полметра вверх – нервы ни к чёрту, подумал я.

А тут и Люда с Сергеем вернулись, я издали услышал, как она распевала «Призрачно всё», отпугивая медведей.

– Ну рассказывай, – приступил к расспросам Серёга, – что обнаружил полезного.

– Давайте вы первые, – предложил я, – а я пока отдышусь.

Они спорить не стали, и Сергей приступил к отчёту о проделанной работе:

– Тут ещё с километр вверх, потом источник, из которого ручей начало берёт, потом вершина горы… снегу там полно.

– И что на вершине? – подстегнул я его, чтобы не останавливался.

– В трёх сторонах море, виден кстати дымок от наших костров на берегу, а в четвёртой стороне горы и пригорки сплошные. Одна гора ну очень высокая, километра 2, если не 2,5.

– Признаков жилья никаких не увидели? – продолжил пытать его я.

– Не, ничего похожего… это скорее всего Парамушир, очень большой остров, где Северо-Курильск на востоке, но пилить до города, я так понимаю, очень долго придётся, если мы решим пешком спасаться. К тому же не очень понятно, где он, этот Курильск. Ну а теперь твоя очередь.

– Особенно-то нечего говорить, – начал я, – пещеру вот только нашёл, большую, красивую – если мы тут задержимся, можно будет рассмотреть её в качестве убежища.

– Покажешь потом, – махнул рукой Сергей, – а кроме пещеры?

– Ещё росомаха на дереве сидела, вон там, – и я показал примерное направление, – на меня не напала, и слава богу.

– Расскажи, какая она, – тут же пристала Люда, – а то я только слышала про них, и видеть не приходилось.

Глава 22. Хлеб, золото и наган

Хлеб, золото и наган

– Ну кошка большая такая… скорее даже и не кошка, а медведь, но маленький… с полметра примерно длиной плюс хвост столько же. Я помню, читал про росомах разные нехорошие вещи, так что лучше держаться от них подальше.

– Это какие же вещи ты про них читал? – заинтересовался Сергей, – я вот в 16 походах был, волков с медведями видел, а росомах ни разу.

– Значит мне повезло так, – уныло ответил я, – а что читал… безбашенный, говорят, это зверёк, нападает на добычу в разы крупнее, на лосей там, оленей, кабанов, и запросто может их загрызть. Если жрать хочет, может отбить добычу у волков, были случаи, когда и на медведей они кидались. На человека она практически никогда не нападает, но проверять это на практике что-то не хочется.

– Ладно, – ответила Люда, – мы всё поняли, маньяк это такой в животном мире. Давайте возвращаться, там на берегу нас наверно уже ждут с отчётом о проделанной работе.

И мы все дружно повернулись прыгать вниз по ручью, как вдруг мой взгляд зацепился за некий блестящий камешек… он тихо и мирно лежал себе на краю нашего ручейка, отброшенный, видимо течением.

– А это вот что такое? – спросил я, подняв этот камешек – размерами он был с трёхкопеечную монету, но весил гораздо больше, чем даже если б был из железа.

– Ну-ка, – Сергей бесцеремонно забрал у меня находку и начал изучать, а Люда стояла рядом и молчала, периодически только хлопая глазами.

– Это, Петюня, – наконец-то высказал своё мнение Серёга, – одно из двух – либо золотой самородок, либо пирит… который выглядит точь-в-точь, как золото, но не золото.

– А как точно установить, что это? – задал я такой глупый вопрос.

– Я не знаю… – растерянно пробормотал Сергей, – мы в походах с таким не сталкивались, в книжках только читал.

– Зато я знаю, – выскочила со своим мнением Людочка, – надо его на зуб попробовать – если вмятина останется, значит золото, а если нет, то пирит – он гораздо твёрже.

– Кто пробовать на зуб будет? – поинтересовался я.

– Давай я, – Люда смело забрала находку у Серёги, – если вы такие боязливые.

И она взяла и надкусила краешек этого камня.

– Вроде бы след остался, – показала она результат, – так что можно считать его золотом.

– Вот что, друзья, – решил взять руководство процессами в свои руки, – давайте так сделаем – эту хрень оставим здесь, это раз… обозначить только место надо.

И я засунул камешек между двумя гранитными плитами примерно в то же место, где он изначально валялся, а потом надломил две ветки стланика, ближе всего расположенного к камням.

– Нормально? – спросил я.

– Пойдёт, – угрюмо отвечал Сергей, – только у тебя после раз еще и два с три должно идти, т не закончил…

– Ах да, – спохватился я, – продолжаю свои умные мысли. Почему я это сделал так – вот только золотой лихорадки нам тут и не хватало, как на этом… на Клондайке. Так что давайте о нашей находке промолчим.

– Даже капитану не скажем? – спросила Люда.

– Ему в первую очередь не надо – знаю я грузинов, – твёрдо отрезал я. – Ну и три – когда нас найдут, а я надеюсь, что найдут в конце концов, можно будет метнуться сюда и забрать слиток. А на материке поделим как-то поровну… обыскивать нас вряд ли станут.

– А может поищем ещё немного? – вбросил мысль Сергей, – когда такой шанс снова выпадет.

– Я против, – резко ответил я, – будет у нас ещё время, как мне подсказывает интуиция, тогда и поищем, а сейчас надо возвращаться.

Ребята с большой неохотой, но согласились со мной, а на обратной дороге я просветил их, как мог, по этой проблематике.

– Золото на Камчатке и Курилах совсем недавно ведь открыли, в 50-х годах, до этого считалось, что районы эти молодые в геологическом отношении, поэтому драгметаллов тут в принципе быть не может. А потом раз, и в районах десятка рек и ручьев обнаружили рассыпное золото. Сейчас, насколько я знаю, его промышленным способом добывают недалеко от Елизова, откуда мы с таким трудом улетели…

– А на Курилах? – перебил меня Сергей.

– Тут на острове Уруп мощное месторождение нашли, по тонне в год, говорят, намывают. А раз там есть, то и на нашем Парамушире вполне может тоже чего-то проявиться. Как промывают песок в ручьях, интересно?

– Конечно, чего спрашиваешь, – с большим интересом отвечала Люда.

– Для этого нужен лоток, он же драга… в первом приближении пойдёт обычный тазик для воды. В него зачерпывается песочек со дна реки или ручья, а затем все это дело сначала встряхивается, удаляются крупные камни, а потом вращательными движениями убираются все лёгкие фракции – золото же, как самый тяжёлый минерал, остается на дне. Потом всё это дело ещё пару раз промывается, на дне остается так называемый шлих, смесь наиболее тяжелых веществ. И в итоге он либо просеивается вручную – блеск золота позволит его сразу отсеять, либо можно магнит использовать, чтобы убрать всё, содержащее железо. Тяжелый и изматывающий процесс, промыватели это элита в старательских артелях, учиться этому делу надо годами…

– А ты откуда это знаешь? – задала традиционный вопрос Люда.

– Сосед по коммуналке ездил мыть золотишко несколько раз, – несколько разнообразил я своё враньё, – вот он и поделился деталями на коммунальной кухне… он, когда выпивал, очень разговорчивым становился.

– А куда он ездил его мыть? – продолжила пытать меня Люда.

– Так на Камчатку куда-то. Точнее он не говорил никогда, на этом месте его разговорчивость сразу пропадала.

А мы за разговорами про золото незаметно подобрались к устью ручья и нашему стойбищу, осталось буквально два поворота – и должен был показаться пляж. Но не всё оказалось так просто, неожиданно из-за кустов стланика раздался выстрел. Мы остановились, как вкопанные в землю столбы.

– Что-то мне не нравятся эти звуки, – тихо заметил Сергей.

– Мне тоже, – почти одновременно подхватили его мысль мы с Людочкой.

– И какие будут наши действия? – продолжил Сергей, а ответил ему уже я один:

– Есть мнение не торопиться выходить на открытое место, а организовать, так сказать, скрытое наблюдение за противником… ой, за нашими собратьями по несчастью – а там уже и решение примем.

И мы свернули с русла реки налево, там вроде бы была какая-то тропинка в зарослях вездесущего кедрового стланика. Через полминуты, чертыхаясь в душе, мы вышли к обрыву – не особенно он тут и высоким-то был, метров пять-шесть всего – и внизу нам открылась панорама всего этого отрезка пляжа, где разместились уцелевшие в катастрофе.

– Я могу ошибаться, конечно, – тихо сказал Сергей, – но по-моему капитан и его помощник взяты в плен, вон они сидят под скалами со связанными руками. А их на прицеле держит вон тот чувак в камуфляже. А все остальные сгрудились вдоль обрыва, сколько их, кстати?

Я быстро подсчитал и доложил результат:

– Двадцать пять, не считая лётчиков и террориста. А кто этот чувак с пистолетом? Я что-то не помню такого в самолёте.

– Был-был такой, – выскочила со своим мнением Люда, – возле самой кабины сидел.

– Интересно, как он пистолет на борт пронёс, – задал я риторический вопрос, на который тут же получил риторический ответ от Сергея:

– Ты что, забыл, как мы на этот АН садились? В Ключах же никто ничего не проверял…

– Да, забыл, старею наверно, – признался я и тут же продолжил, – так какие будут наши действия, коллеги?

– На пляж идти это какое-то безумие будет, – сообщил Сергей, а Люда согласно покивала, – надо выждать… он, по-моему, один там такой лихой, который с пистолетом – надо же ему будет поспать, не вечно же он будет пугать всех оружием, вот тогда и предпримем чего-нибудь…

– Логичное решение, – похвалил его я, – но есть и другой вариант…

– Подожди со своими вариантами, – выступила вдруг Люда, – а чего ему вообще надо, как считаете? Ладно бы, если он в самолёте заложников захватил и скомандовал лететь куда-нибудь в Японию или Корею, это понятно. А здесь какой смысл в его действиях?

Мы с Сергеем переглянулись, но внятный ответ сумел сформулировать только я:

– А может он просто псих со справкой, это всё объяснило бы…

– У меня других предположений тоже нет, – добавил Сергей, – версия с психом объясняет всё целиком и полностью… кроме пистолета – где он его раздобыл, загадка.

Но больше мы ничего обсудить не успели, потому что откуда-то сзади из зарослей раздалось:

– Попались, голубчики! А ну быстро встали и попрыгали вниз!

Сердце у меня очередной раз за сегодня ушло в пятки – я медленно оглянулся перед тем, как прыгать, там стоял тот самый сосед Люды по ряду, который был без выдающихся внешних примет… я ещё тогда предположил, что таких берут в наружное наблюдение. И в руке у него тоже был пистолет… револьвер скорее, с характерным барабаном и курком сзади, как я успел заметить, типичный наган или этот… Кольт какой-нибудь.

– А ты кто такой-то? – спросила вдруг Люда.

– Пасть закрой, – веско предложил он ей, – и прыгай – там внизу тебе всё объяснят.

Сергей подумал и задавать вопросы не решился, а вместо этого сиганул вниз, а мы с Людой следом – склон тут был земляной, разбиться очень сложно на таком, мы просто съехали к пляжному песочку, а за нами то же самое сделал и этот гражданин. Он почесал дулом своего нагана затылок и громко крикнул напарнику:

– Полный комплект, больше никого тут нету…

А напарник так же громко ответил ему:

– Тащи их сюда!

Мы без лишних разговоров поплелись к остальным нашим товарищам, а этот неприметный хмырь громко топал сзади, напевая какую-то песенку. Я прислушался, это оказалось «Море-море, синь бездонная» авторства Юрия Антонова. Только вот Юрия Антонова нам и недоставало до полного счастья…

Руки нам связывать не стали, а просто толкнули к капитану-грузину и второму, наверно, пилоту, который тоже был в форме Аэрофлота. После чего второй террорист объявил во всеуслышание:

– Мы с другом (и он кивнул головой на первого) везли в самолёте одну сумку, красную, на молнии. Сейчас её нет на том месте, куда поставили – при входе в кладовку. Кто-то из вас её взял, больше некому. Так вот, даём на размышление полчаса, если после этого никто не скажет, где наша сумка, убьём одного из вас. И так каждые полчаса – всё понятно? Время пошло.

И он поднял вверх левую руку, на которую были надеты командирские часы.

– Сейчас 11.31 – ровно в 12.01 придёт очередь кого-то из вас…