Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Слишком много «не», чтобы их перечислять.

Глава 10

Аэнрика Раманская

Дни летели незаметно. Вскоре уже все в Стенфридской академии знали, что я – пустышка, – и более не возлагали на меня никаких надежд. И да, учиться оказалось не так сложно, если на тебя просто махнули рукой. Все понимали, что я лишь дополнение к Инвергарду, что он забрал меня из-за нашей связи, а не из-за магии. И по этой же причине отчислять меня никто и не планировал.

И это неимоверно бесило! Вейлан не хотел меня брать в Стенфрид. Я кричала ему в лицо, что он возьмет свои слова о пустышке обратно, а в итоге… я учусь здесь лишь благодаря ему, иначе бы уже вылетела. Это все просто раздражало!

А еще источник. Он всю последнюю неделю был нестабилен и даже бытовая магия выходила из-под контроля. Но сегодня, в выходной, я планировала восстановить его во что бы то ни стало! Поэтому, встав пораньше утром, я собралась пойти в свободный зал и медитировать. Но, когда проснулась, Серафия уже не спала и придирчиво разглядывала свои платья.

– В чем дело?

– Ваше высочество, а ваше высочество, – Серафия улыбнулась и подсела ко мне ближе, – а вы ведь шить умеете?

Моё лицо вытянулось. Кивнула, не став упоминать, что у меня даже есть сундучок с нитками, ножницами и кружевами, который я везде вожу с собой. Нет, модельером я становиться не собиралась, но бытовая магия была моим хобби и отдушиной. Когда все шло не так, я брала одежду и… начинала кромсать, чтобы сотворить нечто новое.

Опять же, споры иногда выигрывала…

– А к чему этот вопрос?

– Ну вы ведь знаете, что скоро будет бал? Туда все-все собираются идти! А у меня совсем нет платья. Я рассчитывала купить его здесь, по местной моде, но тут совершенно ничего нет. Я даже пару модных журналов взяла из библиотеки, датированных этим годом. Помоги, Рика!

И так на меня посмотрела, что я сдалась без боя. Тем более мне действительно хотелось доказать самой себе, что я чего-то стою. Я поднялась и направилась к гардеробу Серафии. Подруга быстро отобрала три платья, которые пойдут в расход.

Я вытащила свой сундучок, прислушалась к внутреннему источнику, взглянула на картинку из журнала, что выбрала Серафия, и размяла пальцы.

Ну-с, приступим!

Я потянулась к внутреннему источнику, забирая магию и направляя её на платья. Было тяжело. Даже на лбу выступили бисеринки пота. С невероятным трудом мне удалось распороть несколько швов на первом платье – и озорно отскочил воротничок-стойка, приподнявшись в воздухе.

Серафия едва в ладоши не захлопала. Я ей улыбнулась и… пригнулась, так как воротник полетел на меня, словно хищная птица, пытаясь заклевать.

– Что происходит⁈ – изумленно воскликнула подруга.

– Магия, – поморщилась я. – Она вышла из-под контроля!

Как и воротничок. Он продолжил летать вокруг нас, а затем ринулся к моему сундучку. Верные иголочки, что всегда помогали мне скреплять ткани, быстро взобрались на него, сделав его не просто хищной птицей, а летающим игольчатым ежом!

Мы с Серафией одновременно попятились к двери.

– Дракс! – выругалась соседка. – Ты можешь его усмирить?

– Не получается, – покачала я головой, – магия не откликается.

Я пыталась воззвать к источнику, но чувствовала лишь жжение и неприятное опустошение. Зачем я вообще ввязалась в это? Хотела что-то доказать себе? Доказала!

– Ты же боевой маг – уничтожь его! – напомнила я.

– Точно, – кивнула девушка, пока это игольчатое нечто настраивалось на нас. – Никогда прежде не приходилось воевать с одеждой.

– Ты никогда прежде не жила с бытовой магичкой, – хмыкнула я самодовольно, уверенная, что Серафия справится.

Как же я ошибалась! Она скастовала заклинание – слабенькое, ведь сильные в общежитии были запрещены, – но воротник увильнул, зато заклинание попало в стекло. Магию стекло впитало, но задрожало. Завыла сирена.

– Дра-а-акс! – рыкнули мы одновременно и бросились в коридор.

Воротник – за нами. Я все воображала, как он ухватит меня за филейную часть. И представила лицо Вейлана, который бы хохотал от такого зрелища. Этого позора моя психика не переживет!

– Его нужно выманить на улицу! – догадалась Серафия. – Разойдись!

Двое студентов, стоящих у лестницы, одновременно отскочили в стороны, когда мы опрометью бросились вниз. Воротник по-прежнему гнался за нами. Он уже точно выбрал цели и не желал от них отступать.

– Вот и сшили платье, – причитала Серафия.

– Извини, – пробормотала я, едва не навернувшись на лестнице. – Это фиаско!

Соседка кивнула. Мы выскочили в холл и пробежали мимо группы удивленных студентов прямо на улицу, без шапок и плащей. «Ёжик» попутно пугал остальных студентов.

– Ты – приманка, – отдала приказ Серафия, а сама встала за дверью, чтобы заодно придержать её для отстающего воротничка.

– Конечно, и роль привычная, – пробурчала я. – Почему я всегда приманка?..

Впрочем, справедливости ради, ситуацию создала я. С моей магией творилось что-то странное. Раньше она была послушна. А сейчас? Почему внутренний источник так нестабилен? Неужели из-за истинной пары? Ведь все начало меняться после того поцелуя…

Я шумно выдохнула. М-да, просто прекрасно! Даже мой отец и брат теряли контроль над драконом позже, но никогда – над источником. Я и так давно не летала, ведь нам запрещали выходить в город, а теперь еще и проблемы с магией.

Я бросилась по дорожке, балансируя так, чтобы не поскользнуться. Впереди я заметила Ловису с подругами. Они застыли, бросив взгляд на меня, а затем одновременно двинулись в мою сторону. Я же оглянулась на воротник – он как раз вылетал из двери. Серафия мгновенно отпустила дверь и начала кастовать заклинание. С одной стороны на меня неслась предательская деталь одежды, а с другой стороны – Ловиса. До столкновения осталось немного. Крикнуть и предупредить девушек я бы не успела, а вот уйти с траектории полета посчитала необходимым.

Шаг в сторону – «ёжик» приближается – глаза Ловисы распахиваются – секунда – прямое попадание!

Иголки достигли лица девушки, возможно, несколько даже успело уколоть до того, как заклинание Серафии попало в цель. Огненный шар поглотил воротничок, растворившись и оставив после себя лишь клубы дыма и немного сажи, в основном осевшей на белых шубках и симпатичных лицах Ловисы и её подруг.

Во дворе наступила такая тишина, что было слышно, как чирикают птицы на крыше академии. Кажется, они обсуждали происшествие с большим оживлением. Студенты, высыпавшие из академии и общежития, брали с них пример.

– Ты-ы-ы! – завизжала Ловиса, и я инстинктивно сделала шаг назад.

А что? Она почти на голову выше меня! И крупнее! Я вообще вся в бабушку-гномку – хрупкая, невысокого роста. Меня сбить – как нечего делать!

– Ловиса, давай поговорим как цивилизованные люди! – взмолилась я. – Извини, это было случайно! Я признаю свою вину и готова возместить ущерб. Мне очень жаль.

– Жаль⁈ – рыкнула она. – Случайно⁈ Уверена, ты специально натравила её на меня! Какая же ты невыносимая!

Из-за сажи на лице Ловисы гримаса выглядела еще более пугающей.

– Знаешь, иглоукалывание на Востоке считается полезным для сохранения молодости, – мягко произнесла подошедшая Серафия, но Ловиса не оценила.

– Еще раз извини, – повторила я.

И крышечку терпения окончательно сорвало. Ловиса бросилась на меня и толкнула так, что я полетела вниз и, не так больно, как обидно, – шлепнулась в снег. И от этого стало еще горше. Но подниматься не стала, лишь села более царственно, скрестила ноги и вздернула бровь. Пусть знает, кто тут принцесса!

Да-да, я могла предъявить ей за нападение на королевскую особу, но по-хорошему – она могла предъявить тоже самое, а это вызовет уже международный конфликт.

– Кажется, я извинилась, но если ты еще желаешь мне что-то рассказать, то позволяю тебе продолжить речь.

Ловиса открыла рот. Да, выглядело так, что она не имеет права сидеть в присутствии монаршей особы. Её щеки вспыхнули, но она все же прошипела:

– Ты мстишь мне, да?

– Извини?..

– Не строй из себя глупую! Ты ревнуешь. Не обольщайся сильно насчет отношения к тебе Вейлана. Меня он любит по-настоящему, а ты лишь его истинная.

«Лишь», – мысленно передразнила я. Так сказать могла только не-драконица. Истинность – это нечто большее, чем просто любовь. Конечно, без взаимности истинность действительно ничто, но с любовью… это целый мир, открытый лишь тем, кто идёт рука об руку.

И пока наши с Вейланом чувства не определены, согласна, но меня раздражает подобная пренебрежительность к драконьей физиологии.

– С чего ты взяла, что истинность не подразумевает чувств? Тебе не понять…

– Мне не понять? Ты заблуждаешься!

– Если я заблуждаюсь, то почему ты так взвинчена? – спросила с улыбкой. – Может, ты боишься, что мы с Вейланом любим друг друга?

– Вот как? – уточнил знакомый голос, и я застыла.

А потом медленно перевела взгляд на Инвергарда. На свою бывшую он не смотрел, его взгляд был направлен на меня. Мне даже жаль Ловису, но я не сомневалась в благородстве Вейлана и правдивости его слов – он завершил с ней отношения правильно, расставив все точки. А то, что она сама расставила запятые, не его проблема.

И тем более не моя. Решила бы все с ним.

Но если она хочет показательных выступлений…

Я поднялась, преодолела разделяющее нас с Инвергардом расстояние и, положив ладони ему на плащ, приподнялась на цыпочки. Почувствовала, как его сердце ускорило свой бег.

– Знаешь, Инвергард, не обольщайся слишком, это лишь концерт для одной конкретной леди, – шепнула и потянула северянина на себя, чтобы коснуться губ.

Вновь внутри словно взорвалась портальная арка, когда наши губы соприкоснулись. Руки Вейлана легли на мою талию, приподнимая меня над землей, буквально впечатывая в мужское тело. Я забыла, как дышать, забыла, как думать, забыла, кто я и где. Даже холода не чувствовала, настолько притягательны были губы Вейлана. Твердые и вместе с тем такие податливые. Он не стремился перехватить инициативу, хотя отвечал с жаром, позволив мне делать неумелые попытки и пробовать его на вкус.

Вокруг улюлюкали. Пф, студенты везде одинаковы!

– Значит, заявляешь на меня права? – усмехнулся Вейлан, когда я отстранилась, и… полез за новой порцией поцелуев, но я выставила руки.

– Я это сказала, чтобы утереть нос Ловисе.

Девушка, кстати, уже ушла. Я не знала, в какой именно момент, но мне было все равно. Надеюсь, теперь она перестанет меня доставать.

– Ну-ну. А еще ты говорила не целовать тебя, ведь так ко мне привязывается твоя драконица.

– Это была вынужденная мера, Инвергард. Договоренности все еще в силе.

Вейлан вновь потянулся к моим губам, но я отскочила. Нет, не нужно! Его поцелуи сводят с ума, а мне еще нужен мой рассудок.

Развернувшись, я направилась в тренировочную, но далеко уйти не успела – Вейлан догнал меня, переплел наши пальцы и просто шел рядом, заодно выпустив магию так, чтобы холод больше не касался моего тела. Я опустила голову, пряча довольную улыбку.

Дверь в тренировочный зал с тихим щелчком закрылась за нами, поглотив посторонние звуки. В зале было прохладно. Я разулась и ступила на татами. Вейлан щелкнул пальцами, и магические светильники под высокими сводами вспыхнули мягким серебристым светом, отбрасывая длинные пляшущие тени.

– Начинаем, – голос Вейлана прозвучал над моим ухом так интимно, что я подпрыгнула и тут же залилась краской.

Резко обернулась, уткнувшись носом в грудь парня. Подняла взор и… утонула в льдистых глазах.

Вейлан нарочито медленно снял свой форменный китель, оставшись в простой белой рубашке с закатанными до локтей рукавами. Я попыталась не смотреть на то, как ткань обрисовывает рельеф его плеч, когда он достал из стенного шкафа четыре тренировочных кинжала – тяжелых, с затупленными лезвиями, обтянутыми мягкой кожей.

– Лови!

Естественно, поймать я ничего не смогла. Лишь отпрыгнула в сторону и подняла их с пола под усмешки Вейлана. Знал ведь, что я совершенный ноль в этом, но продолжал забавляться.

– Когда-нибудь получится, – пробормотал он и встал напротив.

Сердце колотилось где-то в горле, и я была благодарна слабому освещению, которое скрывало моё раскрасневшееся лицо.

Инвергард встал передо мной в боевую стойку. Изящно, без единого лишнего движения. Совершенство в каждом мускуле. Аж бесит!

Почему рядом с ним я, принцесса Рамании, чувствую себя, как пятилетний ребенок перед учителем? Я часто смущаюсь, путаюсь и тем более не могу показать себя во всей красе. Но что из раза в раз удивляет еще больше, так это то, что он видит во мне красоту даже тогда, когда я ошибаюсь.

И это невероятно подкупало.

– Это базовая стойка. Я уже обучал тебя ей, помнишь?

Я послушно приняла позу, чувствуя себя неуклюжим подростком. Вейлан медленно обошел меня, и его взгляд был почти осязаем – горячий, изучающий. Он остановился сзади, и я замерла.

– Локоть ниже, – он коснулся моей руки кончиками пальцев.

От этого легкого прикосновения по спине побежали мурашки. Его пальцы скользнули к моему плечу, мягко надавливая.

– Расслабься. Противник должен видеть в тебе угрозу, а не испуганного кролика. Хотя твоей осанке, принцесса, мог бы позавидовать кто угодно.

Это комплимент?

Его дыхание коснулось моей шеи. Он был так близко. Слишком близко. Я могла уловить его запах – чистый, морозный, с примесью мяты.

Я заставила себя дышать ровнее, сосредоточившись на тяжести клинка в руке. Но все мое существо было сконцентрировано на точке, где его пальцы все еще касались моего плеча. На тепле, что просачивалось сквозь тонкую ткань рубашки.

– Хорошо. Теперь атакуй меня, – Вейлан вновь оказался впереди.

Я встретила его взгляд. Его светлые глаза казались бездонными. В них не было насмешки, только вызов. И что-то еще… что-то напряженное, скрытое, словно под тонкой пленкой льда клокотала лава.

Я сделала выпад. Неуверенный, резкий. Инвергард парировал его одним движением, даже не сдвинувшись с места. Наши кинжалы встретились с глухим стуком.

– Слишком предсказуемо, – сказал он тихо. – Ты смотришь туда, куда собираешься ударить. Не делай мне таких подарков.

Он не убирал свои клинки. Мы стояли близко, и тишина зала густела, наполняясь невысказанными словами и этим странным, тягучим напряжением, которое возникало между нами каждый раз, когда мы оставались наедине. Это была не просто тренировка. Это был танец, в котором мы оба боялись не услышать музыку.

Мы продолжили.

Пот заливал глаза, а руки дрожали от напряжения. Я едва успевала парировать удары, отскакивая по соломенному полу тренировочного зала. Каждый удар учебного кинжала Вейлана отдавался гулким эхом в пустом зале.

– Слишком широко расставляешь ноги, Рика, – его голос был спокоен и ровен. – Потеряешь равновесие.

Вейлан Инвергард оказался не столько учителем, сколько мучителем. Моим личным. Наказанием и наградой. Он двигался с грацией тени, его удары были не сильными, но невероятно точными. Он не атаковал – он указывал на мои ошибки. И указывал на них очень настойчиво.

Я сделала выпад, пытаясь ускользнуть и одновременно нанести удар. Он легко отвел его в сторону, и по инерции я чуть не врезалась в него грудью. Он не отступил. Мы замерли в сантиметрах друг от друга.

– Не бросайся, – прошептал он, и его дыхание коснулось моего виска. – Гнев в бою – роскошь, которую ты не можешь себе позволить.

– Я не злюсь, – выдохнула я, отскакивая и сжимая рукояти кинжалов так, что пальцы побелели. – Меня бесит твое спокойствие.

Уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке. Это сводило меня с ума. Эти намеки на эмоции, спрятанные за маской идеального мага. Он снова пошел в атаку, и наши клинки встретились в серии быстрых касаний.

Вейлан знал. Знал, что от одного его прикосновения, когда он поправлял мою стойку, по спине бежали мурашки. Знал, что его похвала – сухая, короткая – заставляла мое сердце биться чаще, чем от любой угрозы.

– Ложный выпад, а затем укол в незащищенный бок, – он парировал мой удар и провел пальцем по моему боку, поверх тонкой ткани рубашки.

Искра побежала по коже. Я едва не вздрогнула. Это была уже не магия клинков, это была другая магия. Та, о которой не пишут в учебниках. Та, что витала в воздухе между нами с самой первой встречи и которую я упорно старалась не замечать.

Он мне понравился. С первого взгляда, с первой секунды.

А может, все дело лишь в драконице и никаких чувств действительно нет?..

– Концентрация, Рика, – его голос прозвучал тише, с легкой хрипотцой. – Ты рассеянна.

– А ты невыносим, – парировала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Я ринулась в новую атаку, забыв обо всех правилах. Я просто хотела прорвать его защиту. Хотела заставить его потерять то самое невыносимое спокойствие. Вейлан поймал мое запястье, и его хватка была твердой, но не грубой. Он притянул меня к себе, закрутив в импровизированном танце, и вдруг острота клинков отошла куда-то на второй план.

Я оказалась прижата к груди Инвергарда, его рука все еще сжимала мое запястье, а мои кинжалы были беспомощно отведены в сторону. Я могла чувствовать биение сердца ледяного мага. Оно было таким же частым, как и у меня.

– Иногда, – Вейлан наклонился так близко, что его губы почти коснулись моего уха, – чтобы победить, нужно позволить противнику подойти достаточно близко.

Его дыхание обожгло кожу, а взгляд упал на губы. Вся ярость, все раздражение испарились, превратившись в плотное, горячее напряжение, звеневшее между нами, как натянутая тетива. Мир сузился до льдистых глаз Вейлана, до его руки на моем запястье, до сантиметра, что отделял наши губы.

Я перестала дышать.

Он медленно, будто преодолевая огромное сопротивление, отпустил мою руку и отступил на шаг. Воздух снова хлынул в легкие, холодный и безжизненный.

– На сегодня хватит, – сказал Инвергард, и его голос вновь обрел привычную отстраненную твердость. Он повернулся, чтобы убрать свои клинки в стойку. – Завтра повторим базу. Ты все еще слишком предсказуема.

Но я видела, как напряглись его плечи. Видела, как он сжал рукояти кинжалов, прежде чем положить их. И я знала: это была не просто тренировка. Для нас обоих.

Вейлан слово сдержал и на следующее индивидуальное занятие пришел… с кинжалами. И теперь каждый вечер мы занимались. Он обучал меня по особой методике и какой-то невероятной технике – получалось даже у меня. Я была счастлива собственным успехам и не забывала благодарить Вейлана, хотя с каждым днем наши отношения становились все более напряженными.

Ловиса больше не донимала меня. Зато к ней крепко прицепилось прозвище Золушка из-за лица в золе, а ко мне – Иголочка. Последнее особенно раздражало! Зато Вейлан сделал небольшой подарок – два набора острых игл – один для шитья, а второй… кхм, боевой, сложенный в артефакт, который крепился на пояс. В первое мгновение я немало удивилась.

– Подумал, раз у тебя не получается с кинжалами, то ты хотя бы сможешь заколоть врагов иглами – это у тебя отлично получается. Главное, научиться, куда правильно целиться. Что скажешь?

Я даже не знала. Это одновременно было так мило и продумано, что мне оставалось только удивляться и благодарить.

– Спасибо, Вейлан. Пожалуй, я засяду в библиотеке и попытаюсь обучаться. Если что, отец наймет преподавателя. Сама я до этого не додумалась.

Дни продолжили лететь.

Преподаватели махнули рукой. Я спокойно училась, узнавала все больше о Стенфриде и… о Вейлане. Нет, мы с ним не касались темы семей. Я узнавала характер истинного, его взгляды на жизнь и ловила себя на совершенно предательской мысли – он мне подходит.

Магия драконов редко дает осечку. Вейлан словно нейтрализовал мои недостатки и возводил в идеал достоинства. Рядом с ним я ощущала себя… собой.

Это пугало. Поэтому я пыталась все больше отдалиться и сосредоточиться на учебе. Это мне удавалось превосходно. Я старалась изо всех сил, но чаще всего ничего не получалось – магия продолжала чудить.

Так и пролетела половина времени, отведенная для раманцев в Стенфриде. И теперь нам предстояла поездка в Хрустальные пещеры.

Для этого нас и кураторов разбудили утром выходного дня. Уже в восемь мы стояли в темном дворе академии и жались друг к другу. Мы с Серафией бережно держали в руках по камушку, на которые Вейлан посматривал с опаской, как на орудие пыток.

– Все в сборе? – вперед вышла магистр Террианс и бегло оглядела нас. – Прекрасно. На этот раз пойдем порталом. Как оказалось, они здесь доступны.

Её голос сочился язвительностью. Понятно, ведь северяне умолчали о такой силе, когда мы тащились от местного стационарного портала до академии пару часов. Не говоря уже о расстояниях между другими арками.

Я скосила взгляд на Инвергарда. Он стоял спокойно, не подавая и вида, а затем из академии вышел ректор. Он и позвал всех за собой, к воротам. Там остановился и начал призывать магию, а потом…

Открыл ледяной портал. Дракс, они что, все тут так могут⁈ Или по крайней мере – сильнейшие⁈ Это фиаско! Стенфрид действительно хранит слишком много тайн от всего остального мира. Когда другие арки выходили из строя до того, как отец подчинил себе портальную магию, здесь, в Стенфриде, она была доступна, но северяне и не думали помогать всему остальному миру! А как же взаимопомощь и взаимовыручка⁈ У меня огромные вопросы к местным властям!

Что-то такое у меня было написано на лице, потому что Вейлан решил отвести взгляд и вообще пойти первым. Поэтому, когда я вышагнула из портала, Инвергард уже стоял на скалистом выступе. Под плащ тут же задул холодный воздух, и я поморщилась и инстинктивно шагнула к истинному.

Вейлан отреагировал мгновенно. Мало того, что обнял меня со спины, так ещё и распростер над нами заклинание, защищающее от ветра.

– Я его тоже не люблю, – признался Вейлан, и я позволила себе короткую улыбку.

Теперь, в относительном тепле, я смогла оглядеться. Вокруг высились огромные снежные горы и занималась заря – свет едва брезжил, но так мягко ложился на снег, что тот искрил и мерцал, словно сам он пронизан магией. Я шумно выдохнула, восхищенная этой красотой.

– Мой брат живет в горах, – внезапно призналась я. – У него там с юношества уютный дом-убежище, а когда он встретил истинную – этот домик стал их общим. Теперь они растят там сына. Данияр тоже владеет портальной магией, поэтому, когда нужно, переносится во дворец. А еще – его сын владеет портальной магией! И они едва успевают за ним следить…

Вейлан за спиной рассмеялся и тут же прикрыл рот кулаком.

– Извини, просто не ожидал от тебя столько откровений всего за три минуты созерцания гор, – пояснил он. Я смутилась. – Продолжай. Мне правда интересно. Семья – это прекрасно.

Но наследник престола будет лишен семьи, ведь он обязан отдать своего ребенка на воспитание в другую… Это повисло в воздухе. Я сглотнула, не зная, как заполнить эту неловкую паузу.

– А где у нас Хрустальные горы? – уточнила Террианс.

– Пещеры, – поправил её ректор. – За мной.

Мы двинулись друг за другом вереницей. И вскоре я не увидела, а услышала перезвон. А потом – удивительную мелодию. Прекрасная, совершенная, она лилась, словно песня сирен. Я недоуменно обернулась к Вейлану.

– Пещеры, – пояснил он. – Кристаллы в них особенные, они издают мелодию, причем для каждого – свою. Но на таком расстоянии их мало кто слышит. Считай, что тебе повезло.

– А ты слышишь?

Вейлан кивнул. Далее мы молчали, слушая каждый свою музыку. Это было удивительно уютно.

Вскоре замаячил вход. Его было видно издали. На снегу появилось разноцветное сияние – такое красивое, что я застыла, с неверием глядя на это чудо. Ректор легко прошел дальше и увлек за собой студентов. И вскоре мы оказались в первом помещении.

Своды над головой переливались миллионами искр, будто кто-то рассыпал по камню алмазную пыль. Воздух звенел от магии, гудел тихой, незримой силой. Каждый наш шаг отдавался мелодичным эхом, словно пещера отвечала нам на своем таинственном языке.

Хрустальные пещеры были похожи на цепь альковов, соединенных узкими проходами. Легкий лиловый свет окутывал все вокруг таинственным сиянием. С потолка свисали сталактиты, чистые как слезы, и, если прикоснуться к ним, по коже бежали мурашки – так сильно они были заряжены магией.

– А еще их можно послушать, – шепнул Вейлан.

– Кристаллы рассказывают свою историю, – продолжил ректор, укоризненно взглянув на Инвергарда, который опередил его лекцию. – Они впитывают сильные эмоции. Причем не только тех, кто был в пещерах, а тех, кто когда-либо был в горах. Прикоснувшись, можно увидеть обрывки прошлого: чью-то радость, давний испуг, забытый шепот.

– Эти кристаллы как-нибудь используются? – уточнила магистр Террианс.

– Отделить эти кристаллы не представляется возможным. Они устроены так, что способны отражать любую магию. Одним неосторожным заклинанием можно разрушить всю сеть Хрустальных пещер, что очень опасно для гор – сконцентрированная здесь магия может пробудить вулканы.

– Поняли? – обернулась к нам Террианс. – Никакой магии.

– Да, я вчера предупреждал об этом на собрании, – кивнул ректор, и мы согласились. Помним-помним. – Но мы все же научились использовать кристаллы – те, что осыпаются сами, – такое случается редко. Мы используем их для нескольких целей. О первой вы можете догадаться, если приглядитесь к ним. Некоторые из кристаллов способны пульсировать в такт сердцебиению, загораться ярче от страха или любопытства, тускнеть от лжи.

– Артефакты правды? – догадалась Серафия, и ректор кивнул.

– И щиты, – дополнила я. – Если способны отражать магию.

– И это тоже верно, – улыбнулся ректор. – Вы можете погулять по пещере. Но, как и договаривались, – никакой магии! И еще не отходите от своих кураторов.

– Мы туда! – воскликнула Серафия и, схватив Найлса за руку, потянула его в одну из пещер.

Мы с Вейланом, не сговариваясь, двинулись в другую сторону. Отдалились на приличное расстояние, и я не выдержала.

– И много кто у вас владеет портальной магией?

– Единицы. Сильнейшие из сильнейших. Если хочешь знать, я рано овладел портальной магией. Она не такая, как у твоей семьи, – её нужно долго развивать и оттачивать.

– Даже здесь нашел повод похвастаться, – фыркнула я и сложила руки на груди.

Вейлан не ответил. Я отошла к стене, чтобы рассмотреть узоры на кристаллах поближе. Они были похожи на замысловатые письмена. Я потянулась рукой, но едва прикоснулась, почувствовала, как по руке пробежал разряд. Вскрикнув, я отдернула ладонь, и в этот момент раздался оглушительный звон.

Потолок падал.