Текст книги ""Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

– Сергуня? – ответила она, обернувшись наконец ко мне передом. С этой стороны тоже неплохо, подумал я… да что там неплохо, шикарно.

– Так, цэ я…

Мы с ней учились в одной школе и как бы не на одной парте до 8 класса, а потом я ушел в более углубленное заведение и 2 года ее не видел. Ну надо ж, как жизнь меняет людей, два-то года назад Аня была не то чтобы совсем серой мышкой, но в призовую тройку классных красавиц явно не проходила.

– А почему на украинском?

– Когда волнуюсь, автоматом перехожу на ридну волынску мову. Ты тут какими судьбами-то, учиться будешь?

Глаза зеленые и очень большие, нос чуть вздернут, остатки веснушек на щеках, раньше их много было.

– Угу, на корфак поступила. А ты чего здесь?

– Тоже учиться буду, рядом с тобой, вон там, – и я ткнул пальцем в потолок. – Слушай, повернись еще раз вокруг оси, а?

– Зачем?

– Хочу посмотреть на тебя в динамике.

– Да пожалуйста, – и она крутанулась на одной ноге, хвост при этом просвистел мимо меня как вертолетная лопасть. – Ну как?

– Ваще отпад. А пройдись к окну пару метров и назад?

– Да пожалуйста, – и она прогулялась танцующей походкой к окну и назад. – Что, нравлюсь?

– Не то слово…

– Теперь твоя очередь.

– Какая очередь?

– Ну в динамике себя показать, не все же мне одной отдуваться.

– А, в этом смысле… да пожалуйста, подержи, – сунул я ей в руки папку с бумагами. А потом продемонстрировал 3–4 каты из тайцзинного набора, побыстрее конечно, чем обычно.

– Это что такое было?

– Китайская народная гимнастика. А вот кстати, тебе говорили, что ты похожа на Наталью Селезневу в Иване Васильевиче?

– Угу, было такое. Вот смотрит – ты на мне дыру сейчас протрешь!

И чувство юмора на месте.

– Ну как же мне не смотреть, если боярыня красотою лепа, червлена губами и бровьми союзна!

– Так чего тебе еще надо, хороняка?

– Ничего не надо, ваше сиятельство, – засмеялись мы одновременно. – Я тоже этот фильм очень люблю, снято на совесть, на века. Ты тут дела закончила?

– Да, вроде все, что надо, сделала.

– Ну так поехали домой, нам же в одну сторону.

Вышли из 5 корпуса, оживленно вспоминая учебу: – А помнишь, как Мишка Лебедкин подглядывал в нашу раздевалку, а вы его внутрь запихнули? – Ну еще бы не помнить, как он сейчас? – Не очень как, говорят по кривой дорожке пошел, условный срок у него уже есть. – Ну надо ж, родители такие культурные, врачи оба, а туда же… – А помнишь Зинка Банникова нажралась портвейна в колхозе, а мы ее прятали от воспитателей? – А как же. Что там с ней сейчас? – Беременная, говорят на 6 месяце. – А от кого? – Молчит. – Ну ё-моё…

На улице Аня решительно зашагала направо.

– Эй, ты куда? – схватил я ее за рукав.

– Ну так остановка 40-го же там или ты на трамваях ездишь?

– Слушай, дорогая, зачем 40-й, зачем трамвай, когда машина есть?

– Такси что ли, так это дорого.

– Зачем такси, зачем деньги, слушай, такой красивый девушке наоборот доплачивать надо, чтобы рядом посидела, – и я подвел я ее к своей копейке и открыл пассажирскую дверь. – Эх, прокачу.

– Вот ты меня сейчас удивил, Сороколет… откуда у тебя машина?

– Наградная, за подвиг выдали, – скромно сказал я (что вообще-то было недалеко от истины). – Да шучу я, родственник дал покататься до следующего лета, могу документы показать.

– Ладно, без документов верю. А хорошие у тебя родственники, у меня таких нет (где-то я это уже слышал), ну чего стоишь, поехали, эх, прокатимся, – тряхнула она в очередной раз своим хвостом, и добавила, – Карп Савельич, я не верю своему счастью. Да, показал бы машину-то, что там и где?

И пахнет от нее очень приятно… не Шанелью номер 5 конечно, но приятно…

– Вуаля, – открыл я капот, – автомобиль ВАЗ-2101, он же в народе «единичка» или «копейка», в оригинале назывался Фиат-124, двигатель бензиновый карбюраторный 1,2 литра в 65 лошадей, максимальная скорость 140, разгон до 100 км/ч за 20 секунд. Трансмиссия, сама видишь, 4-хступенчатая механическая, извини, коробок-автоматов у нас пока не делают. Заднеприводная. Клиренс… ну дорожный просвет значит…

– Да знаю я, что такое клиренс, давай дальше.

Вот кто бы мог подумать, что первым человеком, кого заинтересовали ТТХ моей копейки, будет одноклассница…

– Даю дальше, клиренс 17 см, нормально по нашим грязям проходит со свистом, объем бензобака 39 литров. Внутри все аскетично, но приемник есть, хороший приемник, венгерский. Объем багажника, – открыл я багажник, – 380 литров, мешков 5 картошки влезет. Хватит или продолжать?

– На первое время достаточно. Заводи, Козлевич.

Разворачиваться не стал, свернул в первый проулок и обратно покатил по параллельной улице имени Лядова (не композитора, партхоздеятеля), а вот слева пролетело здание института НИРФИ, знаменитого тем, что здесь работал… нет, скоро будет работать Боря Немцов, будущий губернатор-реформатор, а затем пламенный оппозиционер и дамский любимец. Речное училище, поворот налево мимо универсама, улица Ульянова (это папаша Ильича, он здесь работал несколько лет), а на ней Олень, кафе, излюбленное местной золотой молодежью.

– Заберем еще одного товарища, ладно? Он тут возле Оленя должен ждать.

– Конечно, а что за товарищ?

– Ты его вряд ли знаешь, Вовчик Малой, наш младший… мушкетер, в соседнем подъезде живет. Поступил в пединститут, какие-то дела щас там решает.

Вовчика почти не ждали, быстро появился, с удивлением воззрился на Анюту, открыл заднюю дверь, сел.

– Вот, познакомьтесь, это Вова, мой лучший кореш, а это Анюта, мы с ней в одном классе 8 лет учились.

– Красивая… – сходу сказал Вовчик, наморщив лоб, – где-то я тебя видел.

– Да и ты тоже ничего так… – ответила Аня, – я тебя тоже видела, не вспомню где…

– Не напрягайтесь так, друзья, – помог я им, выруливая на улицу Дзержинского, – ты, Вова, ее скорее всего мог увидеть в фильме «Иван Васильевич», она очень похожа на Селезневу в роли Зиночки. А ты, Аня, могла видеть его в «Мелодиях и ритмах зарубежной эстрады», это ж вылитый Бьорн Ульвеус из группы АББА.

– Ну да, наверно, – почти синхронно сказали Аня с Вовой и мы двинулись дальше под хит группы Синяя птица «Там где клен стоит над речной волной, говорили мы о лювиииии с тааабой». Синяя птица вообще в этот и несколько последующих лет была феноменально популярна в СССР, хотя предпосылок к этому было не сказать, чтобы очень много.

Площадь Лядова (вот же повезло Лядову у нас – в народе кстати к этому имени порой добавляют спереди букву Б в связи с тем, что площадь облюбовали для ночных дежурств женщины со сниженной социальной ответственностью), а за ней Окский съезд к Молитовскому мосту… а нет, он же еще Окским пока называется, мост этот, молитвы в Советском Союзе не очень приветствуются. Здесь у нас был… нет, будет… да наверно и был, и будет оползень. Это такое проклятие верхней части нашего города – местность неровная, подземных речек много, через каждые 200 метров в Оку впадают, поэтому мелкие оползни на крутых склонах происходят каждый год, по весне обычно или осенью, а раз в 10 лет – крупные с перекрытием дорог и последующим полугодовым восстановлением разрушенного.

Ну едем дальше, после моста у нас прямо по курсу круглая как блин Комсомольская площадь, в народе Комса.

– А чего это ты там про мушкетеров заикнулся? – вспомнила Анюта.

– Заики заикаются, а я четко говорю, что у нас во дворе организована рабочая группа под условным названием «Мушкетеры», Вовчик вон у нас Арамис, я Д’Артаньян. Атос с Портосом тоже имеются…

– Все в игрушки играете? – грустно спросила Аня.

– Какие еще игрушки? – вступился обиженный Вова, – у нас все исключительно по серьезке – дом под нашим управлением со вчерашнего дня, клуб под девятым подъездом с бильярдом и спортзалом тоже отжали, там у нас штаб теперь. Райком в курсе и почти что уже дал добро на такой эксперимент. Приходи, все покажем, все расскажем, может вольешься в наш дружный коллектив…

– А что, и приду, все равно до понедельника делать нечего.

– И еще у нас начала работать секция по китайской гимнастике, по утрам на стадионе собираемся, – продолжил я, – тоже можешь присоединиться.

– Ладно, подумаю.

А мы тем временем одолели проспект Ленина и ехали уже в районе Автозаводского ПКО.

– Ты же на Лескова где-то живешь? – утвердительно спросил я, – щас забросим.

Вдруг я увидел слева по курсу двух остальных членов нашей команды, они стояли за столиком уличной пивнушки и тянули пиво из больших граненых кружек. Ударил по тормозам.

– А вон и остальные наши мушкетеры, пошли, познакомишься, заодно и по пивку вдарим, а?

– А что, можно и по пивку, все равно…

– До понедельника делать нечего, – подхватил я.

– Здорово еще раз, пацаны, принимайте в команду Анюту Буонасье, должна же у нас быть своя Констанция, раз мы мушкетеры – сказал я, открыв дверь, – справа Валерик-Атос, слева Андрюха-Портос, – и добавил для Ани, – или тебе Миледи больше нравится?

– Остановимся пока на Констанции, – скромно ответила Аня.

Валера с Андреем с удивлением вытаращились на нашу компанию.

– Ну ты и хват, Сорока, – наконец выговорил Валера, – машину заимел, клуб под себя подмял, теперь вон какую красотку подцепил…

– Ну это еще вопрос, кто кого подцепил, – вступила в диалог Аня.

– Вова, притарань пожалуйста пива даме. Не будем уточнять, кто там и кого цеплял, короче мы с Аней в одном классе раньше учились, а сейчас в одном корпусе политеха будем учиться, только я на 4 этаже, а она на 3-м. Она в курсе наших дел и выразила свое горячее желание присоединиться к нашему движению, правильно я говорю, Ань?

– Ну если в общих чертах, то да, – ответила она.

Вова принес кружку и поставил перед Аней, другую себе оставил.

– А тебе пива надо? – спросил он у меня.

– Ну я как бы за рулем, так что отложим.

– Слушай, Анюта, а у тебя таких же красивых подруг нету в загашнике, а то подогнала бы нам парочку, как мы тебя на четверых-то делить будем? – неожиданно разразился длинным предложением Андрей.

– Неа, такая красивая я одна, – сказала Аня, прихлебывая из кружки, – но малька похуже могу поискать, ага.

– Насколько похуже-то? – озабоченно уточнил Вова.

– Ну вот примерно настолько, – и Аня развела большой и указательный пальцы на расстояние в пару сантиметров.

– Годится, – радостно ответил за всех Валера, – подгоняй!

– А я их знаю? – спросил осторожно я, – это не Лена с Олей случайно?

– Не, это Верунчик и Инна.

Это были две подружайки из топа красавиц класса, насколько я помнил этот список.

– У тебя же вроде с ними отношения не очень какие были?

– Да не, это все в прошлом, сейчас мы душа в душу живем.

– Ну и ладушки, список дам общим голосованием утверждаем и ждем вас завтра в 8 утра на Пионере, тренировки у нас там по утрам. Спортивное чего-нибудь наденьте… и если велосипеды есть, на них приезжайте, и купальники тоже, потом примем водные процедуры на Земснаряде.

На этом мы и расстались с Анютой… ну то есть остальные мушкетеры расстались, а я ее еще до подъезда довез. На прощание сказал:

– Где ж ты раньше-то была, подруга… семиструнная?

– А то ты сам не знаешь, на соседней парте сидела, – показала мне язык Анюта и застучала каблучками по лестнице.

В 6 часов вечера я загнал наконец машину в гараж и думал, что этот суматошный день здесь наконец завершится, но у этого дня видимо были свои планы на меня – когда я шел по двору к своему подъезду, сбоку мне отчаянно засигнализировал руками Вовчик. Повернулся к нему, пошел узнать, что там стряслось. Оказалось, что по второму разу приперся папаша-алкаш, сейчас он вот сидел на лавочке, смолил папироску и периодически грязно выражался.

Ну ты сам же напросился, Сергуня, раз взялся отвечать за дом, давай, отвечай… Драться мне категорически не хотелось, а слов папаша очевидно понимать уже был не в состоянии – что же делать-то? Но тут я увидел сидящего за доминошным столом нашего главного хулигана Игорька и в мозгу ослепительным метеором составилась выигрышная комбинация в два хода, ведь не все же мне одному надрываться, как Корчагину.

– Слышь, ты, – сказал я папаше как можно более жалобным и тоненьким голоском (как его зовут, я и не знал никогда, так что без имени), – давай вали отсюда, а то Игорька позову, он тебя в два счета уроет.

Папаша естественно полез в бутылку и в энергичных выражениях пояснил, где он видал и как имел всех Игорьков, а равно его родственников.

– Так что ты, значит, говоришь, насчет Игорька и его матери? – во весь голос повторил я, стараясь, чтоб он донесся до играющего в карты Игоря. Игорь вроде что-то услышал и насторожился.

Папаше было уже все равно и он так же громко подтвердил, кого и в каких позициях он будет иметь. Краем глаза я заметил, что Игорек встал и быстро перемещается к нам. Дальнейшее, я думаю, понятно без пояснений – два точных удара и папаша натужно захрипел под скамейкой.

– Еще раз тебя здесь увижу, закопаю прямо посреди двора, понял? – сказал Игорь, возвращаясь обратно к картам.

– Эй, Игорь, можно тебя на два слова? – сказал я ему вдогонку.

– Ну? – повернулся он.

– Ты вроде на гитаре хорошо играешь?

– Вроде хорошо…

– И поешь неплохо?

– Вроде неплохо…

– Мы тут музыкальную группу организуем, приходи завтра-послезавтра в клуб, может как-нибудь договоримся о сотрудничестве, заодно в бильярд шары погоняем…

– Ну может и приду.

– Да, и спасибо тебе большое за вовкиного папашу – что бы мы без тебя делали.

Пришел домой, сна ни в одном глазу, что-то излишне взбодрили меня последние дела. Поворочался, тут в голову вдруг прилетела одна мысль… покрутил ее в разные стороны, вроде можно попробовать. Встал, оделся, сказал матери, что забыл одно срочное дело сделать, щас сделаю и через часик вернусь. Спустился во двор, выкатил из гаража свою желтенькую ласточку и покатил на ней к Московскому вокзалу.

А мысль была такой – раз уж мне так деньги нужны, может попытаться заработать их частным так сказать извозом? Таксистом в смысле поработать? Из своих воспоминаний про советское такси было только то, что работало оно плохо, ловилось редко, постоянно ехало в парк а таксисты в своем подавляющем большинстве были зажравшимися и обнаглевшими хамами. Спрос в смысле на поездки в легковом автотранспорте есть, а предложение оставляет желать много лучшего, так что почему бы и не?

Теперь когда и где работать – ну когда, понятно, вечером и ночью, днем-то общественный транспорт неплохо ходит, а где… рестораны и кафе и почему-то сразу в сторону отмел, оттуда хоть и небедный клиент по вечерам выходит, но облюют пожалуй всю машину, да и вдобавок есть большие риски по башке схлопотать, ну их, рестораны… а вот вокзалы это гораздо интереснее, жд и авто… жд предпочтительнее, с автостанций совсем уж неимущий народ ездит… ну и аэропорт тоже можно проверить. Начнем пожалуй с Москарика, туда ведь дневной московский поезд под названием «Буревестник» в полдвенадцатого ночи же приходит и опаздывает к тому же очень часто, так что народу некуда деваться, кроме такси. На часах одиннадцать, едем на Москарик, решено.

К самому вокзалу естественно парковаться не стал, чтобы не светиться сверх меры, аккуратненько загнал копеечку на параллельную улицу, где совсем никого не было – и идти недалеко, и безопасно. Поплелся к вокзалу, по дороге изучил стоянку такси, как там и чего… такси довольно много стояло, 24 Волги в основном, желтенькие, с шашечками и зеленым огоньком, все как полагается. Таксисты же, где половина в форменных фуражках с залихватским козырьком, остальные без, стояли кучкой возле диспетчерской будочки и рассказывали друг другу анекдоты, судя по заливистому ржанию.

Обошел компанию стороной, зашел в вокзал – о, заодно освежу в памяти, что тут и как по сравнению с 21 веком. Да если по большому счету, то нету эскалаторов на второй этаж и красивых надписей, дублированных на английский для гостей чемпионата мира, а так то же самое. Да и здоровенной люстры нет, ее кажется на заре капитализма кто-то пристроил сюда за немеряные деньги, редкостный кич. Зато мозаики на боковых стенках те же, и несгибаемый рабочий Павлик Власов слева, и поднимающий пролетариат на бой Ильич справа. И комната милиции на том же самом месте… только табло не электронное, а из наборных жестяночек, прикольно так они крутятся. И еще информационные автоматы хорошие, железные все такие железные, с крутящимся барабаном из пластинок таких жестяных, на коих написано все, что хотелось бы узнать пытливому советскому путешественнику. И крутятся они с таким интересным звуком… затрудняюсь его как-то обозвать, но интересным, это точно.

Посмотрел на табло, там уже написали, что Буревестник прибывает на 1 платформу, то есть выход прямо в вокзал, без подземных переходов, а опоздание вполне божеское, 15 минут… но все равно на трамвай не успеют, последний как раз в это время от универмага должен отчалить, значит есть шанс заработать некую копеечку в карман.

Поезд прибыл, народ с чемоданами и сумками с перрона потянулся (зачем в Москву-то в основном ездили? правильно, за колбасой и апельсинами, была еще такая дурацкая загадка «Длинное, зеленое, пахнет колбасой», отгадка у которой была «Поезд из Москвы в…» вместо точек каждый подставлял свой родной город), я вышел на улицу и скромно встал неподалеку от уже начавшей образовываться очереди к стоянке такси. Подождал, пока очередь не окрепнет и наберет мощь и тихонько обратился к семейной, судя по всему, паре с двумя большими сумками, которая была в хвосте.

– Вам куда надо, товарищи?

Глава семьи, кряжистый такой мужик за 40 в зеленом болоньевом плаще и кепке, внимательно посмотрел на меня и ответил:

– А тебе зачем это, мальчик?

– Вообще-то не мальчик уже, права имею, а надо мне это затем, что могу отвезти вас, куда вам там надо, за очень умеренные деньги, дешевле, чем они, – и я ткнул пальцем в сторону таксистов.

– Нам в Сормово, – быстро ответила спутница мужика, – переулок Союзный, знаешь?

Я знал.

– Трояк, – закинул я удочку, – а таксисты меньше, чем за 4 не повезут.

– Договорились, – так же быстро сказала спутница.

– Хорошо, сейчас я еще кого-нибудь одного найду, чтоб по пути и подгоню машину во-он туда, – и я показал куда.

Походил по очереди, нашел еще одного барыгу с двумя узлами судя по всему с колбасой, ему в 7 микрорайон надо было, за 3 с полтиной сговорились. Я быстренько добежал до припаркованной своей машинки, завел и подогнал к тому месту, куда показывал – и пара, и барыга были на месте, загрузил из вещи в багажник, поймал неприязненный взгляд откуда-то их таксистского комьюнити и мы резво стартовали в Сормово.

Поездка прошла без единой запинки, по просьбе барыги включил приемник на Маяк и под бодрые звуки песен Софочки Ротару и Левы Лещенко мы незаметно добрались куда там надо было моим пассажирам. Высадил в Союзном пару, потом в Седьмом (он только начал строиться, надо ж, я его совсем не таким помнил) барыгу, 7 рубчиков с полтиной грели карман, потом поглядел на часы, было 00.20 – можно было еще успеть на проходящий Свердловский поезд, вдруг зацеплю еще кого-нибудь. И отправился обратно на Москарик.

Машину загнал на прежнюю стояночку, подошел ко входу в вокзал – там было уже довольно пусто, даже таксистов возле стоянки почти не осталось. Прошел в вокзал, посмотрел время прибытия свердловского – опаздывал на полчаса. Вернулся на улицу и тут ко мне подрулили двое значит таксиста в форменных значит фуражках, один высокий и тощий, второй низенький и толстый. Пат и Паташон. Тот, что повыше, сразу без предисловий мне и заявил:

– Слушай, парень, дергай отсюда и чтоб больше мы тебя не видели. Нам тут конкурентов не надо.

– А если увидите? – решил уточнить я детали вопроса.

– Если еще раз увидим, – медленно продолжил Паташон, – я лично тебе руку сломаю. Монтажкой сломаю.

Я посмотрел в его холодные черные глаза, глубоко сидящие в переносице и как-то сразу понял, что этот шутить не будет и сломает все, что он там обещал…

– Меня всегда убеждали убедительные доводы, – ответил я этой паре, – уже ушел.

И я ушел… ну его нахрен такие приключения за такие незначительные деньги. Не буду я больше таксистом работать.

Дома, когда уже засыпал, в мозгу всплыли следующие горестные строчки:

 
От райкома и до Анюты
На такси недалеко как будто,
Но дорожка та неровная
От Анюты и до райкома на.
 

За окном стояло утро седое, утро туманное. Встал и прыг-скок на пустую кухню, закусил бутербродом с кофе, постучал Валерке, велик с гвоздя и на Пионер, тренироваться, тренироваться и еще раз тренироваться. Чтобы пузо не росло и мышцы крепли.

В ожидании красивых девчонок собрались все мушкетеры, начали без них, задерживались они где-то. Я предельно упростил программу и сделал что-то вроде short course for beginners – ну ловим птичку, катаем мячик, толкаем стенку, обнимаем мир, пропитываясь энергией вселенной и тд. Где-то посередине прикатили девочки, только Аня с Верой, Инна видимо не смогла или не захотела, не стал уж уточнять. Сказал им встать в ряды тренируемых.

Продолжили, но дело как-то сразу застопорилось – неожиданная проблема возникла в том, что девоньки надели самые обтягивающие трико и майки, какие нашли, и их увлекательные выпуклости и впадины заняли парней гораздо больше, чем абстрактные упражнения, к тому же штаны в районе ширинки у них у всех явно оттопырились.

Ну чего, сказал «break» и переставил девочек задний ряд.

– А почему нас назад? – возмутилась Вера.

– Видите ли, дамы, – тихо начал я, – ваши откровенные одежды вызывают у ребят… хм… срабатывание некоторых внутренних… хм… механизмов, в результате чего им становится уже не до занятий. А тут они вас хоть видеть не будут. И на следующую тренировку, если соберетесь, наденьте что-нибудь просторное, компрене ву, мадемуазель?

– Ну ясен пень компрене, – захихикали девочки, при этом Вера очень заинтересованно посмотрела на меня. Больше вопросов не последовало.

С горем пополам закончили тренироваться, потом сели посидеть на скамеечке и тут Валерик сразил меня неожиданным вопросом:

– Сорока, а чего ты так зациклился на Китае? Все же боевые искусства сейчас из Японии идут, каратэ там, дзюдо, джиу-джитсу. А в Китае щас Мао, хунвэйбины и дацзыбао еще, а больше ничего хорошего, да и враги они нам. Расскажи, почему Китай, не дай помереть дурой?

Я конкретно задумался, что ж ему такого ответить-то? – Ээээ… – начал я осторожно, – видишь ли, Валерик, в чем дело… Китай древняя и великая страна, а китайцы древний и умный народ, у них там было государство, регулярная армия, порох и бумага, когда наши предки-славяне еще по лесам коренья собирали первобытно-общинным способом. Да, сейчас у них тяжелый период в жизни, Мао-Шмао там разные, хунвейбины-шхунвейбины, но в истории им и потяжелее приходилось, а в конечном итоге все устраивалось наилучшим образом. Так что Китай еще себя покажет, он еще первой державой мира станет, дайте срок. А Япония… ну что Япония, да, страна мощная, электронику хорошую клепают, автомобили замечательные, но у них сейчас пик развития, дальше дорога только вниз, а у Китая все наоборот… А японские боевые искусства, они же все родом из Китая. Вот это тайцзи взять – в Китае им миллионы занимаются, оно в программу школ входит, вот представьте себе площадь Тяньаньмынь в Пекине, а на ней сто тыщ китайцев синхронно выполняют движения… всех продвинутых мастеров этих боевых искусств кстати Мао выгнал из страны, они или в Гонконг уехали или на Тайвань. Слышали про такого артиста Брюса Ли? Не? Кулак ярости, Путь дракона, Игра смерти? Не? Ладно, услышите еще.

Народ помолчал, переваривая, что я им наболтал, потом пошли смотреть обещанный клуб. Девчонки поахали и поохали, и тут же пристроились играть в бильярд. Играть они конечно не умели, но изгибались и показывали товар лицом очень даже умело… даже меня проняло. Вера при этом как-то невзначай стала оказывать мне знаки внимания.

Вера – натуральная блондинка, с хорошей фигурой, правильными чертами лица и выдающимся бюстом, смешливая, с родинкой возле уголка губ, родители у нее кстати с Украины, не из западенской, из Луганска, как он там сейчас называется… Ворошиловград что ли. И все бы хорошо, но каждого этих позитивных качеств у нее было слишком, перебор, одним словом примерно как 22 в очко … так что она мне не катила от слова «никак», то ли дело Анюта, это идеальные 21 балл. А вот с Анютой у меня контакт как раз и не спешил налаживаться, она больше с Вовчиком болтала… ну ладно, еще не вечер на дворе, а раннее утро, там видно будет.

– Короче такое дело, пацаны… а также девчонки, мы в этом клубе организуем музыкальную группу, под стиль «дворовая песня», там нужно будет 3–4 музыканта… клавишник, гитарист, ударник… ну может еще баянист опционально… плюс некоторые песни будут женскими, так что нужна еще особа женского пола, умеющая петь… и двигаться, хотя это вот не очень обязательно. Кто может предложить свои услуги?

Услуги предложили сразу и все. Когда гвалт немного стих, я сказал, что ладно, напишите пока на бумажке, кто что умеет, а там разберемся. И инструменты еще где-то достать надо будет. Насчет инструментов предложений сразу стало в разы меньше, Валера только про свой баян сказал, да Вовчик высказал уверенность, что он при случае сыграет на пианино, которое на сцене стояло.

– Хорошо, отложим вопрос до завтрашнего утра, которое как известно вечера мудренее, и поехали наконец на Земснаряд.

Но девчонки купаться не захотели, холодно мол и вообще в сентябре не купаются. Тогда я позвал желающих в кино:

– Видел вчера афишу на Кирова, в нашем Мире показывают фильмы с Московского кинофестиваля, там в основном лабуда какая-то из соцстран, но есть, говорят, крутая американская вещь под названием «Бегство Логана», с Майклом Йорком и Питером Устиновым, в 3 часа, пошли?

– Ну Питера Устинова я допустим знаю, он Пуаро играл, а кто такой Йорк? – спросила Вера.

– Ну ё-моё – Ромео и Джульетта, Кабаре, Убийство в Восточном экспрессе.

– А, вспомнила… только я слышала, что там давно все билеты проданы, один же день только показывают, так что поздняк метаться, – грустно сказала Вера.

– Ничего, прорвемся как-нибудь, – не очень уверенно ответил я.

Валера с Андреем идти в кино отказались, девчонки же с Вовчиком решили рискнуть.

– Ну значит в полтретьего возле Мира, ага?

Проводил девочек, помахал рукой, потом решил озадачить народ наполнением так сказать бюджета нашей организации:

– Такое дело, ребята, надо где-то деньги добывать, жить-то хочется, даже больше того – хорошо жить хочется, приодеться вон надо, аппаратуру для группы прикупить, девчонок в кафе сводить, а у родителей тянуть копейки это же не наш метод, правильно?

Ребята вразнобой согласились, что копейки тянуть это не метод и ни в какие ворота не лезет, даже в футбольные.

– Давайте мозговой штурм устроим на эту тему, как денег раздобыть… не сейчас, подумайте на досуге, а вечером например или завтра соберемся и обсудим поконкретнее…

И мы разошлись кто куда, я еще посмотрел, что там на доске объявлений написали – а написали там традиционно слово из трех букв и жалобу хозяев квартиры на 5 этаже в 3 подъезде, у них с балкона течет вода на нижний балкон и портит овощи в ящике. Надо что-то с этими дрязгами радикальное сделать… а, подумаю об этом завтра.

До полтретьего была еще куча времени, вытащил опять велик и поехал прокатиться до так называемого «Круглого» озера, оно было в районе станции Петряевка, красивое, чистое, с песочным дном и соснами на берегах. Белочка спустилась с дерева, посмотрела на меня внимательно, увидела, что ловить тут нечего и забралась обратно. Дятел неутомимо долбит где-то на верхотуре. Товарняк вдалеке постукивает на стыках, приближаясь к станции Горький-сортировочный. И воздух такой густой, что ножом можно резать и раскладывать на тарелки… хорошо, товарищи…

Час вдоль железки от Счастливой туда, полчаса на купание, час обратно… да, пока рулил мимо Петряевки, неожиданно всплыло из глубин памяти вот такое:

небылица#7. Химическая авария

Январь 1966-го. Ночь. На Автозаводской станции водоканала рванула емкость с хлором и облако этого хлора пошло на город. МЧС… хотя его тогда еще не было, не помню как называлась эта служба, но объявила она значит экстренную эвакуацию по направлению движения облака – Веденяпина-Октября-Кирова-Комсомольская. Наш дом тоже попал в список. Помню не очень отчетливо, совсем мелкий был, но и не забыл, как меня несут закутанного в одеяло, кругом зеленые машины и военные, жильцы орут и плачут, военные тоже орут и матерятся, в кузова грузовиков чуть ли не закидывали людей, ад короче адский. Отвезли нас куда-то в сторону Петряевки, и сидели мы там всю ночь в палатках, закутанные одеялами, греясь переносными примусами, а утром всех вернули назад.

Приехал, переоделся, съел обед из щей и макаронов по-флотски и вот я готов идти на свиданку, да. Свистнул Вовчика и вот мы уже оба двое рассекаем просторы Соцгорода-1… нет, просто Соцгорода, второй начнут строить лет через 8.

Кинотеатр Мир, он же киноконцертный зал Мир построен в конце 30-х годов, стиль арт-деко, серая такая громада на краю Автозаводского парка. Меня лично с раннего детства угнетали скульптуры рабочих, колхозниц и летчиков, установленные по периметру – смотрели они вниз излишне сурово, да и вообще мне всегда казалось, что они вот-вот спрыгнут с фронтона и спросят с меня, бедного, а ну давай рассказывай, как строишь социализм. А так-то кинотеатр хороший, просторный, и в нем даже есть балкон.

А мы кажется приплыли… очередь в кассу увидели еще от кафе Буратино – она змеилась довольно хитрыми изгибами и впадала в распахнутые двери кассового зала.

– Чо делать будем? – посмотрел на меня Вовчик исподлобья, – облажаемся ведь, как есть облажаемся перед девками… не хотелось бы начинать знакомство с этого.

– Стой здесь, а я пойду разведаю обстановку на месте, – скомандовал я, – попытка не пытка.

Пошел к кассовому залу, с трудом передвигая налившиеся чугуном ноги… внутри стоял достаточно громкий шум-гам, ругались казалось все со всеми, над всеми кассами висели таблички «Все билеты проданы». Собрал разбегающиеся мысли в одну корзинку и решил зайти к директору кинотеатра, вдруг чего да выгорит…

Сделал морду ящиком, билетеру на входе строго сказал «К директору», та не нашлась что ответить и махнула рукой, я деловито протиснулся в фойе. Так, директорский кабинет похоже здесь, слева, стучу, открываю – внутри сидит дама в годах, рядом стоит мужчина в плаще и на повышенных тонах что-то объясняет даме. Я прислушался – речь шла про предварительный заказ по телефону, мол он заказывал, а билетов не дают. Выпроводила наконец этого мужика директорша, строго взглянула на меня и спросила: