Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Глава 61. Сердце, Кольцо и Неудержимый Жених

Ювелир Моро, человек почтенный и видавший виды, все же не смог скрыть восхищения, когда Лео ворвался в его лавку, словно ураган, пахнущий ночной прохладой и лошадиным потом. Граф Виллар был бледен от волнения, глаза горели, как угли, а пальцы нервно барабанили по прилавку.

«Моро! Оно готово? – выпалил Лео, едва переведя дух. – Показывайте! Ради всего святого!»

«Месье граф, – ювелир поклонился, стараясь сохранить достоинство, но его глаза тоже засветились профессиональной гордостью. Он достал из сейфа небольшой футляр из темно-синего бархата. – Поверьте, даже королевские регалии редко видят такое совершенство...»

Лео почти вырвал футляр из его рук. Он щелкнул застежкой. И замер.

На черном бархате лежало чудо. Платиновая оправа невероятной тонкости и изящества казалась сплетенной из лунного света. А в ее центре горел сапфир. Не просто камень – это была глубокая, живая синева ночного неба, почти черная в тени, но вспыхивающая целыми созвездиями внутреннего огня при малейшем движении. Сапфир был огранен так, что ловил и преломлял даже тусклый свет ламп в лавке, рассыпая по стенам синие искры. Вокруг него, словно роса на лепестке, сияли безупречно чистые бриллианты, подчеркивая, но не затмевая королевское величие центрального камня. Это было кольцо не для простой невесты. Это был символ. Символ верности (платина), надежды (сапфир) и вечности (бриллианты). Символ Елены. Символ их будущего.

Лео выдохнул. Закрыл глаза. Внутри него бушевал вулкан эмоций. Обожание. Благодарность. Неверие в свое счастье. Лия, Гаспар, прошлые ошибки, королевские интриги – все это отступило, растворилось в сиянии камня. Осталась только она. Елена. Ее серые глаза, в которых растаял лед. Ее редкая, ослепительная улыбка. Ее рука в его руке. Ее «да». Ничто иное не имело значения. Абсолютно. Он клялся себе, клялся этой синевой сапфира: он посвятит всю свою жизнь, каждое дыхание, каждую мысль тому, чтобы оправдать ее доверие. Чтобы ее глаза всегда светились счастьем. Чтобы она была не просто счастлива – самой счастливой женщиной на этой и всех возможных планетах. Он сможет. Он должен.

«Это... совершенство, Моро, – прошептал Лео, голос его дрожал. – Благодарю вас. Вы – гений.»

Он почти не слышал заверений ювелира в его чести и восхищении графиней. Лео осторожно, как святыню, вынул кольцо из футляра. Оно было холодным и невероятно тяжелым в его ладони – тяжелым невесомым счастьем. Затем он достал из внутреннего кармана камзола шкатулку Анри. Нажал на скрытую пружинку. Крышка открылась беззвучно, и внутри загорелся мягкий, теплый свет. Лео бережно опустил кольцо на бархатное ложе. Сапфир и бриллианты вспыхнули под искусственным светом с ослепительной силой, превращая шкатулку в крошечную сокровищницу. Он захлопнул крышку. Теперь его будущее было надежно спрятано у него в руке.

«Матиас! – крикнул он своему кучеру, врываясь обратно в кабриолетку. – К тетушке! Быстрее ветра!»

Кабриолетка помчалась по ночным улицам Парижа. Лео сидел, крепко сжимая шкатулку. Он не замечал ни домов, ни прохожих. Он видел только Елену. Слышал ее смех в карете. Чувствовал тепло ее руки. Предвкушение предстоящего вечера заставляло сердце бешено колотиться.

Маркиза д’Эгриньи, успевшая переодеться в домашнее и углубиться в вечернюю корреспонденцию за чашкой шоколада, чуть не поперхнулась, когда Лео ворвался в ее будуар без доклада, запыхавшийся, с горящими глазами.

«Леонард! Боже мой! – воскликнула она, вскакивая. – Что случилось? Пожар? Вторжение? Ты выглядишь так, будто за тобой гонится вся гвардия короля!»

«Тетушка! – Лео схватил ее за руки, чуть не опрокинув столик с шоколадом. – Никакого пожара! Случилось счастье! И мне срочно нужна глава семьи! Вы! Сейчас! Мы едем к Елене на ужин! Я делаю предложение! Официально! Как подобает!»

Маркиза уставилась на него, ее обычно непроницаемое лицо выражало полнейшее недоумение.

«Сейчас? Леонард, милый, посмотри на часы! Посмотри на меня! Я в домашнем! Волосы... Я не готова! Мы не можем явиться как бродячие комедианты! Нужны переговоры, подготовка, подарок для хозяйки дома, наконец! Ты с ума сошел?!»

«Подарок уже там! – торжествующе заявил Лео. – Половина моих оранжерей и все кондитерские запасы Шато Виллар уже осыпают ее дом! А этот... – он показал шкатулку Анри, – это главное! Тетушка, вы должны! Я не могу без вас! Вы – моя скала! Мой якорь! Мой дипломатический щит! Она ждет! Я не могу ждать! Прошу вас!»

Он смотрел на нее с такой мольбой, с таким обнаженным, мальчишеским отчаянием и надеждой, что даже железная маркиза не устояла. Она вздохнула, громко и театрально, закатив глаза к потолку.

«Дети! Господи, дай мне силы... – пробормотала она. Но в ее глазах уже мелькнула знакомая искорка азарта. Она хлопнула в ладоши. – Мари! Мою темно-бордовую тафту! И жемчужное колье! Быстро! Леонард, дай мне пятнадцать минут! И не кажись мне на глаза, пока я не позову! Ты своим видом нервы треплешь!»

Ровно через четырнадцать с половиной минут маркиза Элиза д’Эгриньи вышла к ожидавшему в холле Лео. Она была безупречна. Бордовое платье строгого, но богатого покроя подчеркивало ее осанку, жемчужное колье и серьги говорили о достатке и вкусе, а прическа была уложена с царственной простотой. На ее лице – привычная маска светской неприступности, но в уголках губ таилась едва уловимая улыбка. Она была готова. Глава рода. Защитница. Посол. Она взяла поданную горничной накидку и трость с золотым набалдашником.

«Ну что, безумный племянник? – спросила она, окидывая Лео оценивающим взглядом. Он стоял, сжимая шкатулку, готовый ринуться в бой за свое счастье. – Готова. Поехали творить историю. И да поможет нам Бог, если ты еще что-то забыл.»

Лео сиял. Он подал ей руку, почти выволок на крыльцо и усадил в кабриолетку с почестями, достойными королевы. Сам вскочил рядом с кучером Арно.

«Вперед! К графине де Вальтер!» – скомандовал он, и кабриолетка рванула в ночь, увозя неудержимого жениха, его бесценное кольцо в светящейся шкатулке и его грозную, но сдавшуюся под натиском любви тетушку – навстречу самому важному ужину в их жизни. Ветер трепал волосы Лео, а в груди ликовало одно-единственное слово: Елена.

📚✨📚✨📚✨📚✨📚✨📚✨📚✨📚✨

Любимые читатели! 💖 Спасибо за компанию в этом путешествии! ☀️

Чтобы наши книжные тропинки не терялись, подпишитесь на мой профиль! ✨

Так вы точно не пропустите новые главы! 📖

Ваши оценки и отзывы – мой лучший компас! ★✍️

Глава 62. Откровение под Светом Луны и Глубина Искупления

Карета с героями вечера подкатила к поместью Елены. Дом был преображен: арки из роз, гирлянды цветов, тонкий аромат, корзины сладостей – сказочный порог в новую жизнь. Лео вышел первым, помог выйти тетушке и Арману. Его лицо было бледным, пальцы нервно сжимались. Он поправил несуществующий галстук – рефлекс из прошлой жизни.

«Дыши, кузен, – тихо сказал Арман, похлопав его по плечу, его глаза светились теплом. – Она уже сказала «да». Сегодня – красивая формальность.»

«Формальность? – маркиза д’Эгриньи фыркнула, поправляя жемчужное колье. Она сияла спокойной уверенностью. – Формальность, которая заставит тебя стоять на коленях? Я бы назвала это капитуляцией твоего холостяцкого эго. Готовься платить выкуп. – Ее глаза блеснули весело, снимая напряжение.»

Лео кивнул, пытаясь улыбнуться. Сердце колотилось. Дверь открыл Жорж. Елена ждала их в гостиной, сияя тихой радостью.

Ужин прошел легко. Елена сияла, ее серые глаза постоянно находили Лео. Тетушка Элиза вела беседу с изяществом, рассказывая забавные истории о юности Лео, заставляя Армана смеяться, а Лео – краснеть. Арман был сдержанно счастлив, поддерживал разговор, его мысли явно были о своей скорой свадьбе. Еда и вино были превосходны, но Лео почти не чувствовал вкуса. Его мысли были заняты шкатулкой и моментом после кофе.

Когда последние чашки убрали, в гостиной воцарилась теплая тишина. Лео почувствовал взгляды. Тетушка кивнула. Арман подал ободряющий знак. Елена смотрела с мягким ожиданием.

Лео встал. Колени слегка дрожали. Он подошел к Елене, которая тоже встала. В комнате слышалось тиканье часов и его сердцебиение. Он опустился на одно колено, взял ее руку. Его пальцы были холодными.

«Елена… – голос дрогнул. Он достал шкатулку Анри. Нажал. Крышка открылась, мягкий свет озарил ее лицо и сияющее кольцо. В ее глазах отразились синие искры сапфира. – Елена де Вальтер, – начал он тверже, глядя в ее глаза. – Ты – чудо, перевернувшее мою жизнь. Мой свет, мое счастье. Я любил тебя с первой встречи. Я ошибался, был слеп, но ты дала шанс. Шанс доказать, что я достоин. Прошу… Согласись быть моей женой. Позволь любить, оберегать, делать счастливой всю жизнь. Выйдешь ли ты за меня? Официально, навсегда?»

Слезы блеснули в глазах Елены. Она смотрела то на его лицо, то на кольцо. Ее губы сложились в ослепительную улыбку.

«Да, Леонард, – прошептала она звонко. – Да. Официально. Навсегда. С радостью.»

Она протянула руку. Лео дрожащими пальцами надел кольцо на ее безымянный палец. Сапфир загорелся как звезда. В комнате – возгласы восхищения. Арман широко улыбался. Тетушка смахнула влагу с ресниц и хлопнула в ладоши.

«Браво! Наконец-то! – воскликнула она. – Старости нужен отдых. Арман, проводишь? А вам, молодые люди, – кивнула Лео и Елене, – наслаждайтесь моментом. Вечер принадлежит вам.»

Арман подал руку маркизе. Они ушли. Лео и Елена остались одни в залитой лунным светом гостиной. Счастье витало в воздухе.

Лео держал руку Елены, не отрывая взгляда от кольца и ее сияющего лица. Он поднял ее руку к губам, целуя пальцы, ладонь, потом нежно коснулся ее губ. Первый поцелуй невесты и жениха – нежный, трепетный, полный обещаний. Елена ответила, ее руки обвили его шею.

Разомкнув объятия, Елена была запыхана, глаза сияли серьезностью и облегчением.

«Леонард… – начала она тихо. – Теперь я должна рассказать все. То, что ты должен знать.»

Лео улыбался.

«Что бы ни было, моя любовь, ты – моя Елена. Этого достаточно.»

«Не совсем, – покачала головой она, сжимая его руки. – Мое сердце больше года назад принадлежало другому мужчине. Не Гаспару. Человеку, который видел во мне легкую добычу. Я провела с ним лишь одну ночь, но этого хватило для того, чтобы отдать ему навсегда своё сердце. Но я для него была лишь «экзотическим фруктом».

Слова «экзотический фрукт» ударили Лео как обухом. Улыбка замерла. Кровь отхлынула от лица. Он замер, будто в него влили лед. Его пальцы непроизвольно сжали ее руки так сильно, что она чуть не вскрикнула.

Елена видела его шок, его остекленевший взгляд. Она продолжала мягко, но неумолимо:

«Я его безумно любила. Так безумно… что когда узнала о его смерти… спасая женщину с ребенком из горящей машины… мое сердце остановилось. Я очнулась здесь. В теле Елены де Вальтер, которая любила Гаспара. Я не знала его. Не знала их любви. И я носила траур… не только по Гаспару и Елене, но и по нему. По тому, кого любила до последнего вздоха. По тебе, Лео Виллард. По тебе.»

Лео словно получил удар в солнечное сплетение. Он ахнул, воздух перехватило. Его ноги подкосились. Он рухнул на колени перед ней, не в силах стоять. Не слезы, а волна немого ужаса, вины и осознания сокрушительной правды накрыла его с головой. Он задыхался.

«Лия… – вырвалось хриплым шепотом. – Боже… Лия! Это… это ты?! Я слепой, жестокий идиот?! Который… который сломал тебе сердце?! Который выгнал тебя с визиткой?! – Его голос сорвался, стал глухим, сдавленным от невысказанных рыданий, сжимавших горло. Он прижал ее руки ко лбу, дрожа всем телом. – Прости… Прости меня! Я не знал… Не понимал… Был слеп, глуп, самовлюблен! Прости! Я… я не достоин… – Он не мог говорить. Горечь осознания парализовала речь. Он был причиной всей ее боли, ее холодности.»

Елена (Лия) опустилась перед ним на колени. В ее глазах не было упрека, только безмерная жалость и любовь. Она взяла его лицо в ладони, заставляя поднять голову.

«Леонард… Лео… – прошептала она, гладя его щеки. – Тише. Все хорошо. Я простила тебя. Давно. Еще там, когда поняла, что ты изменился. Когда увидела твою боль, раскаяние здесь. Когда ты признался в своем прошлом поступке, не зная, что говоришь обо мне… Это требовало мужества. Настоящего. Ты стал тем, кем должен был стать. Я видела, как ты стараешься, как любишь… меня. Эту меня. И я люблю тебя. Люблю Леонарда де Виллара. Того, кто спас меня от короля, от одиночества, от прошлого. Прошлое привело нас сюда. К этому кольцу. К нашему «да». Оно больше не больно. Оно часть нас. Простила. Искренне.»

Лео смотрел на нее, его глаза, полные немой агонии, искали подтверждения. Он нашел его в ее взгляде – чистоту, принятие, ту самую искренность. Он стиснул зубы, сдерживая бурю внутри, лишь глухой стон вырвался наружу. Его плечи напряглись от усилия сдержать рыдания.

«Но как… – выдохнул он хрипло. – Как ты можешь? Я… я был таким дураком! Не увидел… что ты – все, чего мне не хватало! Ты – моя вторая половина! Та, что делает меня целым! Человеком! А я… выбросил тебя!» – Голос его прервался.

Елена не стала успокаивать словами. Она наклонилась. Ее губы коснулись его век, щек, смывая незримые следы муки. Потом нашли его губы. Это был поцелуй спасения. Исцеления. Глубокий, невероятно чувственный, полный любви, боли, прощения и будущего, копившегося в двух жизнях. Сила океана, нежность луны, безоговорочное принятие.

Лео замер, потом ответил на поцелуй – сначала с осторожностью, потом с нарастающей страстью и благодарностью, впитывая прощение каждой клеткой. Это был самый глубокий, значимый поцелуй в его жизни. Стирающий границы между Лео и Леонардом, Лией и Еленой. Соединяющий осколки прошлого в сияющее целое их будущего. Они оставались на коленях, в сиянии сапфира и лунного света, потерянные друг в друге, наконец нашедшие свою истинную половинку сквозь время и боль. Прощение было даровано. Любовь обретена. Навсегда.

Глава 63. Обещание Рассвета и Бурная Кутерьма Счастья

Их поцелуй, начавшийся как мост между прошлым и будущим, между болью и прощением, быстро набрал силу. То, что было нежностью и исцелением, вспыхнуло знакомым, но теперь очищенным от горечи пламенем страсти. Руки Елены вцепились в плечи Лео, ее тело прижалось к нему, откликаясь на каждый его жест с отчаянной жаждой, которая не оставляла места для сомнений. Ее дыхание стало прерывистым, губы – требовательными. Она явно хотела большего. Сейчас. Здесь. Стремясь стереть последние тени воспоминаний о холодном утре после «той ночи», заменить его жаром настоящего.

Но Лео, охваченный волной собственного желания, нашел в себе силы мягко, но твердо отстраниться. Его руки легли на ее плечи, создавая небольшую дистанцию. Он тяжело дышал, его глаза, темные и глубокие, смотрели на нее с такой любовью и решимостью, что у нее перехватило дыхание.

«Елена… моя любовь, моя Лия, – прошептал он хрипло, его большие пальцы нежно гладили ее ключицы. – Я хочу тебя. Боже, как я хочу. Больше всего на свете. Но не так. Не здесь. Не сейчас. Я люблю тебя. И в этот раз… – он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, – в этот раз я сделаю все правильно. С самого начала. Как должно быть. Я дождусь нашего дня. Нашей свадьбы. Когда ты будешь моей женой перед Богом и людьми. Я хочу, чтобы первая ночь нашей настоящей любви была священной. Не омраченной тенью прошлой ошибки. Пожалуйста, пойми.»

Изначально в ее глазах мелькнула искорка разочарования, легкая тень былой боли от отказа. Но она растаяла почти мгновенно, сменившись чем-то гораздо более глубоким и сияющим. Изумлением. Нежностью. И безграничной любовью, которая вдруг обрела новую, невиданную глубину. Она смотрела на него, будто видя впервые.

«Ты… – она покачала головой, губы ее тронула чудесная, сияющая улыбка. – Ты действительно изменился, Леонард де Виллар. До самой сердцевины. – Она прижала его ладонь к своей щеке. – Я понимаю. И я… я люблю тебя еще больше за это. За твое уважение. За твое обещание. Мы подождем. Наш день будет того стоить.»

Облегчение и волна еще большей любви захлестнули Лео. Он обнял ее, прижимая к себе уже без страсти, а с бесконечной благодарностью и нежностью. Они вышли на прохладную террасу, укутанную серебристым светом луны и предрассветной дымкой. Уселись на широкую каменную скамью, укрывшись одним пледом, который нашел Жорж. Говорили мало. Просто сидели, обнявшись, слушая шелест листьев и первое пение проснувшихся птиц, наблюдая, как ночь постепенно уступает место рассвету. Их сердца бились в унисон, наполненные тихим, глубоким счастьем и предвкушением будущего. Они просидели так до тех пор, пока первые лучи солнца не позолотили верхушки деревьев парка.

Позавтракали легко, в тишине, обмениваясь многозначительными взглядами и улыбками, которые говорили больше слов. Когда настало время прощаться, Лео задержал руку Елены у самых губ.

«Я уезжаю не просто так, – сказал он серьезно, глядя ей прямо в глаза. – У меня теперь самая важная миссия в жизни. Подготовить для тебя свадьбу. Не просто свадьбу, Елена. Самую невероятную, самую красивую сказку, которую только можно вообразить. Ты будешь сиять, как королева вселенной. Обещаю.»

Елена засмеялась, ее глаза сияли.

«Главное, чтобы жених был на месте, Лео. Остальное – детали. Но… – она сжала его руку, – я верю тебе. Создай свою сказку. Нашу сказку.»

Он поцеловал ее руку, еще раз посмотрел в ее сияющие серые глаза, полные любви и доверия, и прыгнул в карету. Всю дорогу до Шато Виллар его лицо озаряла не сходящая улыбка, а в голове уже кипели планы.

Прибыв в поместье, Лео не стал терять ни минуты. Он велел Пьеру немедленно собрать в кабинете ключевых людей: Жана, Мари, Анри, а также садовника Мартена и шеф-повара Луи. Когда все, слегка озадаченные срочностью, собрались в просторном кабинете, Лео встал во весь рост за своим столом, его глаза горели.

«Друзья! – объявил он так громко и радостно, что все вздрогнули. – У меня потрясающая новость, которая касается всех! Я женюсь! Графиня Елена де Вальтер согласилась стать моей женой!»

В кабинете на секунду воцарилась тишина, а затем его взорвали восторженные возгласы и поздравления. Жан крепко пожал руку Лео, Мари прослезилась и бросилась его обнимать, Анри заулыбался своей редкой, но искренней улыбкой, Мартен и Луи зааплодировали.

«Поздравляю, месье граф! Это чудесно!»

«О, наконец-то! Я так рада!»

«Превосходные новости, месье граф! Счастья вам!»

«Ура! Будем пировать!»

Когда первые восторги немного поутихли, Лео поднял руку, призывая к тишине. На его лице появилось сосредоточенное выражение полководца перед решающей битвой.

«Спасибо! Спасибо всем! Но теперь – к делу! – Он обвел взглядом собравшихся. – Свадьба должна быть безупречной. Невиданной. Сказкой, о которой будут говорить десятилетия. И у нас… – он сделал драматическую паузу, – всего два месяца!»

В кабинете снова воцарилась тишина, на этот раз слегка ошарашенная. Два месяца на королевскую свадьбу? Но энтузиазм Лео был заразителен.

«Два месяца? – переспросил Жан, потирая подбородок. – Ну что ж… Плотный график, но выполнимый. Нужно составить детальный план. Поместье, сады, прием…»

«Цветы! – воскликнул Мартен, загораясь. – У меня уже есть идеи! Арки из белых роз и лаванды! Дорожки из живых лепестков! Гирлянды в зале…»

«А еда! – перебил Луи, размахивая руками. – Фуршет должен быть легким, изысканным! Утиные грудки с ягодным соусом, мини-тарталетки, фондю из лучших сыров! И торт… О, торт! Трехъярусный, с сахарными цветами!»

«Освещение! – вступил Анри, его глаза загорелись техническим азартом. – Я доработаю свои световые шары! Они будут парить, менять цвет… Создам атмосферу волшебства! И… может, небольшой сюрприз для первого танца?»

«Декорации! Ткани, фарфор, рассадка гостей! – затараторила Мари, доставая из кармана вечно готовую записную книжку. – Нужно срочно заказать лучшие ткани на драпировки! И приглашения! Их нужно разработать и разослать немедленно!»

Кабинет превратился в бурлящий котел идей. Лео, стоя во главе стола, лишь направлял поток, кивал, одобрял, иногда вносил коррективы. Его команда работала как слаженный механизм, каждая шестеренка знала свое дело и горела желанием сделать невозможное для своего графа и его невесты. Работа закипела с невероятной скоростью.

Уже поздно вечером, когда первые наброски планов были сделаны, а списки задач розданы, к Лео в кабинет ввели мадам Рене – самую известную и дорогую парижскую швею, славившуюся своими свадебными шедеврами. Женщина с безупречной осанкой и пронзительным взглядом оценила кабинет и самого графа.

Лео встал, приветствуя ее.

«Мадам Рене, благодарю, что приехали так поздно. Дело чрезвычайной важности. – Он подвел ее к окну, за которым уже горели первые звезды. – Вам предстоит создать платье. Не просто платье. Облачение для самой прекрасной невесты, которая когда-либо ступала по этой земле. Для графини Елены де Вальтер.»

Мадам Рене едва заметно приподняла бровь. Имя было известно.

«Платье мечты, месье граф?» – спросила она, в голосе – профессиональный интерес.

«Да. Сказка, воплощенная в ткани. – Лео говорил страстно, с горящими глазами. – Самые лучшие, самые воздушные ткани – французский шелк, итальянское кружево, словно паутина. Вышивка… не просто нити. Жемчуга. Самые мелкие, самые сияющие. И бриллианты. Немного, но… как роса на рассвете. Она должна чувствовать себя не просто невестой. Она должна чувствовать себя волшебницей, королевой эльфов, центром вселенной, созданной только для нее. Времени… – он взглянул на швею, – у нас два месяца.»

Мадам Рене долго смотрела на него, потом медленно кивнула. В ее глазах зажегся огонь творческого вызова.

«Я поняла, месье граф, – сказала она с достоинством. – Графиня де Вальтер будет сиять, как само солнце. И сказка будет соткана по вашему желанию. Завтра утром я буду у нее для снятия мерок и обсуждения эскизов.»

Лео проводил мадам Рене до дверей кабинета, затем позвал Пьера.

«Пьер, завтра с утра – самая важная миссия. Отвези мадам Рене к графине де Вальтер. Лично. Со всем почетом. И… – он улыбнулся, – подготовь букет. Не просто букет. Самый изысканный, самый нежный, который смогут собрать наши садовники. И записку. – Лео подошел к столу, схватил перо и быстро набросал на листе бумаги:

«Моя Елена. Даже звезды сегодня тусклее, чем свет твоей любви в моем сердце. Весь твой Лео.»

И пусть такой букет, с такой запиской, приходит к ней каждый день. Ровно в десять утра. Пока я не приеду сам.»

Пьер взял записку, его лицо светилось искренней радостью за хозяина.

«Будет исполнено, месье граф! Каждый день! Самый лучший букет и самые прекрасные слова!» – Он поклонился и вышел, уже строя планы на завтрашний цветочный рейд.

Лео остался один в тишине кабинета. За окном была глубокая ночь, но в Шато Виллар, казалось, не спал никто. Отовсюду доносились приглушенные голоса, шаги, звуки подготовки – его команда уже начала творить обещанную сказку. Он подошел к окну, глядя на усыпанное звездами небо. Усталости не было. Было только ликующее предвкушение и твердая решимость. Он дал слово. И он его сдержит. Для Елены. Для их сказки. Для их «долго и счастливо».