Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Глава 33

В зале разворачивался очередной акт драмы. Рэйшен, который рассчитывал на немедленное освобождение Элины, жутко разозлился. Дроу в гневе был страшен. Королевская стража, обязанная следить за порядком, откровенно боялась к нему подступиться. К счастью, Дэвлин, Меуриг и Мадог удерживали взбешённого приятеля. Ингерам оттеснил Поллианну подальше. Он помнил, как попал Рэйшену под горячую руку и валялся какое-то время без сознания.

– Уводите его! – перекрывая шум, крикнул Лоркан. – Выталкивайте к выходу!

Совет был хорош, но трудновыполним. Мадог в очередной раз отхватил несколько тяжёлых ударов. Дэвлину это надоело. Он отвесил сыну такую затрещину, что тот затих. Этого хватило, чтобы экспедиторы покинули зал.

Генерал Римардо задыхался от ярости. Опозориться перед королём, на глазах у всех! Сам Витерий изволил удалиться, бросив на прощание презрительный взгляд на Элининых обвинителей.

Римардо повернулся к Руфусу.

– Ты! Ты!!! – задыхаясь от гнева, проговорил генерал.

Руфус трусливо съёжился, словно ожидая удара. Если бы не советники, жадно, словно вороньё у виселицы, следившие за происходящим, этот удар непременно последовал бы. Однако генерал не хотел окончательно портить свою репутацию. Он ухватил Руфуса за рукав и поволок его прочь. Серьёзный разговор состоится в генеральских покоях.

– Лонваль, сынок, беги за королём, – велел казначей.

Молодой человек вскочил, но Квирк остановил его.

– Почтеннейшие, позвольте мне. Мой дорогой брат не в духе. Дайте ему время, а потом я поговорю с ним. Ждите меня с новостями.

Старый казначей пожевал губами, а потом неохотно кивнул. Эта неожиданная дружба Витерия с Квирком удивляла его и не вызывала доверия. Но ничего не поделаешь. Квирк сбил с пути старшего королевского сына, ныне сосланного куда-то на далёкие восточные границы, а теперь отчего-то король приблизил его к себе. Слово Квирка обрело особый вес.

– Приходи ко мне в кабинет, дар Квирк, – произнёс Арлан Колле, – мы будем ждать.

Квирк самодовольно улыбнулся и, легко перепрыгивая ступеньки, поспешил к выходу.

Советник Сиерс, крайне недовольный поворотом дела, последовал за генералом и Руфусом. Он собирался отчитать юного Руфуса, однако, услышав под дверью, как генерал распекает Руфуса, решил зайти попозже.

Ледяная ярость захлёстывала Римардо. Он готов был убить этого самонадеянного щенка, втянувшего его в безобразную историю. Он рассчитывал на свидетеля, на неопровержимые доказательства. Они бы заставили умолкнуть Элину и её наглого дроу! И оказалось, что всё опирается на слова существ, которых никто не видит, а некоторые в них даже не верят!

– Ты мелкий негодяй, – сквозь зубы прошипел генерал. – Ничтожество. Ты ни на что не способен! Даже простые дела ты проваливаешь из-за собственной глупости!

Руфус краснел и бледнел, глотая эти оскорбления. Ему хотелось сказать, что генерал сам ухватился за это дело, мечтая убрать Элину. Вдобавок Римардо оказался несведущ в судебных тяжбах и плохо подготовился. Однако Руфус промолчал. Понимал, что потеряет последнего покровителя.

Наконец поток презрения иссяк. В покои ворвался Сиерс, но и ему досталось от Римардо.

– Ах, советник, вот ты где! – насмешливо бросил генерал.

– А где мне быть?

– Может, займёшься воспитанием дочери? Она позорит род связью с дроу! И если бы только это! Прелестная Криана бегает к экспедиторам! Выполняет их поручения! Навещает арестованную в подземельях!

Сиерс выпучил глаза так, что они едва не выпали из орбит.

– Как ты смеешь… говорить это о моей дочери?!

Генерал лишь усмехнулся. Его люди тайком следили за Крианой и её служанкой. Никаких сомнений не было. С плохо скрытым злорадством Руфус наблюдал, как Сиерс задыхается от гнева и стыда и не может защитить дочь.

Квирк нашёл короля в дурном расположении духа. Однако Витерий не отказал родичу в беседе, и это был хороший знак.

– Брат мой, – Квирк заговорил нарочито ласково, чтобы Витерий не мог сорвать на нём злость, – ты выглядел достойно. Обвинители посрамлены. Отчего же ты сердишься?

Витерий вскочил с удобного кресла и в раздражении принялся мерить шагами свои покои. Он сдерживался в присутствии родича, чтобы не сболтнуть лишнего.

Сыновний заговор был свеж в памяти. Витерию было стыдно: он обещал Элине неприкосновенность. Получается, солгал. Конечно, он надеялся, что правда о смерти барона никогда не всплывёт… Но какова изворотливость этой женщины! Никто не смог найти неопровержимых доказательств её вины!

– Адар, – снова заговорил Квирк, – эту женщину следует отпустить. А мальчишку, что выдвигал голословные обвинения, вышвырни восвояси.

– Я не могу!

– Отчего же?

– Он из дворянской семьи!

Квирк усмехнулся:

– У него нет ни титула, ни земель, ни денег. Просто вышли его куда-нибудь подальше. Пусть он докажет свою верность короне и заслужит титул.

Витерий понял, на что намекал его родич. Своего старшего сына король отправил далеко на восточные границы. Почему нельзя поступить так же с мелким безземельным дворянчиком? Витерию пришла в голову мысль, что вокруг него теперь будут скалить зубы три партии: Римардо с Сиерсом и их сторонники, казначей с сыном (и Квирком, что удивительно!) и поклонники Элининых дроу. "Никакого покоя не дадут, – думал король. – Надо что-то предпринять".

– Мой дорогой Квирк, твои разумные слова мне очень помогли. Ступай. Я скоро объявлю свою волю.

Квирку оставалось лишь откланяться.

Оставшись один, Витерий довольно потёр руки. Идея, пришедшая ему в голову, показалась весьма недурной. Он избавится от соперничающих сторон одним махом. Суд этому очень помог.

Король выглянул за дверь.

– Позвать ко мне Белгоя!

Глава 34

К вечеру всё было решено. Настроение Витерия взлетело до небес. Он даже некоторое время поиграл со своими младшими детьми. Это позволило ему больше не думать о придворных интригах. Впрочем, король быстро утомился от звонких детских голосов и вернулся к себе. Белгой уже ждал у дверей, по-простецки утирая рукавом пот с лица.

Витерий отдал распоряжения, и Белгой покорно всё записал, лишь иногда с удивлением поглядывая на монарха.

– А Элину освободить и позвать ко мне!

Белгой поклонился так низко, как только позволяли его габариты.

Эдрик вскоре получил этот приказ. Лязгнули тяжёлые замки. Решетчатая дверь отворилась. Элину вывели наружу. Теперь можно было не бояться, что ей выкрутят руки или разобьют лицо.

Предстоящая встреча с королём становилась похожа на прогулку по тонкому льду. Один неверный шаг погубит не только саму Элину, но всех её экспедиторов.

– Адар, – Элина согнула спину в поклоне, и волосы упали ей на лицо.

Витерий выждал некоторое время, а потом, видя, что Элина и не думает распрямляться, недовольно проговорил:

– Я ведь разрешил тебе даже сидеть в моём присутствии, зачем ты так…

Элина с трудом разогнулась.

– Как прикажешь, адар.

– Я велел принести сюда арзы и пирожных. Ты ведь по-прежнему любишь арзу?

У Элины закружилась голова. Она бы сейчас душу продала за чашку горячего бодрящего напитка. Но покупателей на душу не было: арзу королю приносили совершенно бесплатно. Элина осторожно взяла чашку. Оказывается, за время заключения она отвыкла от изящной посуды. Руки загрубели, пальцы стали неловкими, и Элина едва не выронила чашку на пол. От пирожного пришлось отказаться: мало ли что туда подсунули. В арзу отраву не насыплешь, а в пирожное – запросто.

Витерий был неприятно удивлён переменой, произошедшей в Элине. Не так уж долго её держали в подземельях, отчего же она не смотрит Витерию в лицо, отводит взгляд? К чему эти поклоны? Раньше она смотрела дерзко, лишний раз головы не склоняла. Спорила с королём, возражала ему. Забывала о правилах приличия. Кроме того случая, когда она на коленях упрашивала Витерия пощадить Рэйшена… Почему всё изменилось за несколько дней?

Элина грела руки о чашку с арзой. Как приятно сидеть на нормальном стуле, держать в руках хорошую посуду! И под ногами не лежит влажная солома, не пищат крысы в углу, дожидаясь, когда можно будет броситься на объедки.

Правда, перед ней сидел мужчина, который дал ей слово, а потом взял его обратно. Он обещал, что не станет принимать никаких мер в связи с убийством барона Жадвильского, в обмен на верную службу. Верную службу он получил. Вот только слово своё не сдержал. Какая ирония судьбы: этот трусоватый, себялюбивый человек облечён королевской властью. А значит – опасен.

Витерий пытался говорить с ней по-старому – в приятельском тоне, но она либо отмалчивалась, либо отвечала набором пустых почтительных фраз. В конце концов, Витерию это наскучило, и он напрямик заявил:

– Уж не знаю, что заставило тебя прикусить язык, но я надеюсь, что ты не утратила свою хитрость и изворотливость! Я собираюсь поручить тебе важное дело. Никто с этим не справился, и я очень рассчитываю на тебя и твоих экспедиторов.

Элина с сожалением отставила пустую чашку.

– Я вся внимание, мой король.

Витерий неожиданно разозлился. Эта протокольная вежливость его раздражала. Что ж, если Элина не хочет нормально разговаривать – пусть убирается из столицы ко всем демонам!

– Я намерен отправить тебя и твоих экспедиторов в Жадвиль. Наведите там порядок. Наладьте сбор налогов и податей. Угомоните лихих людей на дорогах… Да что я тебя учу, ты же и сама помнишь, чего собиралась добиться ещё во времена своей кондотты, верно?

– Разумеется, адар.

Элина на миг подняла глаза, но тут же склонила голову.

– Полномочия останутся при тебе. Грамота, которую я тебе дал… Она сохранилась?

– Да, адар, она в сохранности.

Элина очень надеялась, что это так.

– А вот перстень верни. Мой младший сын, будущий наследник, должен видеть символ власти.

Элина кивнула. Король выждал ещё немного. Она могла бы выразить хоть какую-то признательность за его заботу о ней: он же пытался решить дело до суда, даже приличного жениха ей подобрал, покладистого такого, да и судебный вердикт вынес целиком в её пользу. Что за отвратительная, неблагодарная женщина! Должна же она хоть что-то сказать! И Элина не подвела его:

– Сколько времени у меня на сборы, адар?

Не этого он ожидал.

– Три дня, – сухо ответил Витерий. – Надеюсь, успеете подготовиться, опытных интендантов у тебя хватает. Кольцо не забудь.

Ишь, какой у нас король обидчивый! Вначале грозил повесить, чтобы не ссориться с армейским генералом, потом обещал смягчить наказание, вешать не будет, просто закопает живьём! А теперь недоволен, что Элина с ним дружеские разговоры не разговаривает!

Однако Элина не была бы собой, если бы не вспомнила самую важную вещь для снабжения – деньги.

– Адар, я надеюсь, что жалованье за моими экспедиторами сохранится.

Король поморщился.

– Разумеется. Но, – он назидательно поднял палец вверх, – никто из Глорка не повезёт столько денег в это бандитское гнездо. Следовательно, или ты пришлёшь людей, чтобы забрать жалованье, или вы все получите всё после возвращения.

– Мы организуем доставку денег, – немедленно откликнулась Элина.

– Я не закончил, – Витерий хитро усмехнулся, – ты и твои экспедиторы и носа не посмеете показать в столицу, пока не наведёте порядок в Жадвиле. Ясно?

Элина кивнула. Куда уж яснее – в Жадвиле она и её люди останутся без денег. В столицу нельзя, король запретил, а посылать посторонних людей – рискованно. Что ж, совсем недавно она находила законные способы заработать. Выкрутится и сейчас. А уж со временем они вернутся, и тогда она предъявит счёт просвещённому монарху. И он заплатит. Заплатит, как миленький. А пока ничего не остаётся, кроме как отправиться в ссылку. Королевское поручение было именно ссылкой, никаких сомнений.

Глава 35

Оставшись один, Римардо немного успокоился и перевёл дух. Что ж, проигранное сражение не означает поражение в войне. Генерал знал это не понаслышке. Он уже собрался кликнуть Тальво и готовиться ко сну, как в покои вошёл распорядитель Белгой, отдуваясь и обливаясь пóтом. За ним следовали два крепких парня из южан. Римардо замер. Что надо этому ничтожеству? Почему с ним южане?

Белгой остановился прямо напротив хозяина покоев, немного отдышался и извлёк из внутренних карманов одежды какой-то свиток. Южане стояли в непринуждённых позах, с любопытством оглядывая скромное убранство.

– Что ты хотел, дар Белгой? – сдерживая раздражение, спросил Римардо. – И почему входишь ко мне без стука и без предупреждения?

Однако Белгоя это нынче почему-то не смущало.

– Дар Римардо, когда тебе понадобилось поговорить с вдовой Руфуса Жадвильского, ты явился ко мне поздним вечером без стука и предупреждения. Думаю, мой статус позволяет сделать то же самое. Тем более что я действую по поручению короля.

Генерал лихорадочно думал: король гневается и послал арестовать Римардо? Наверное, именно поэтому он прислал южан вместо гвардейцев, преданных генералу. В случае сопротивления парни Квирка быстро скрутят Римардо и тумаков ему надают с удовольствием. А он уже не в том возрасте, чтобы терпеть побои.

Белгой тем временем развернул свиток. Внизу явственно виднелась королевская печать.

– Повелеваю сим… – важно читал распорядитель, и генерал от волнения плохо улавливал суть написанного. – Отправиться на восточную границу государства, дабы укрепить… усилить… защитить… В течение трёх дней.

Белгой закончил. Южане за его спиной скучающе переминались с ноги на ногу. Никакой дисциплины! Хотя, погодите…

– Что значит – на восточную границу?

– Тебе, дар Римардо, наш милостивый король даёт три дня на сборы, а дальше ты должен отправляться на восточную границу, там, говорят, нынче неспокойно. Возьми бумагу.

Римардо принял свиток из потных рук распорядителя и ошеломлённо посмотрел на ровные строки королевского приказа. И правда, не соврал толстяк… Это фактически ссылка! Собраться и подготовить боеспособный отряд за три дня! Как такое возможно! Генерал и спросил у Белгоя, как он такое себе представляет.

– Я не могу этого знать, мой дорогой друг, – с масленой улыбкой ответил толстяк, – но наш мудрый король считает, что если у тебя есть время, чтобы мешаться в дела судебные и отнимать королевское внимание, значит, у тебя достанет сил быстро и эффективно собрать отряд и выполнить королевский приказ. Если ты откажешься, значит, отправишься в отставку, покинешь Глорк и будешь жить у себя в поместье…

Это была настоящая опала и высылка из столицы. Римардо вежливо склонил голову перед Белгоем, давая понять, что приказ принят к исполнению. После ухода распорядителя генерал вызвал Тальво. Он не мог заменить Лоркана, но с этим пришлось смириться.

– Итак, Тальво, нас ждёт большой поход, – сообщил генерал. – Времени на сборы мало, спать в ближайшие ночи не придётся…

Руфус знал, что дело проиграно, генерал отправляется на восток, а его с собой не берёт. Молодой человек уже побывал у матери и закатил скандал, что она не поддержала его обвинений и вообще не явилась на суд. Баронесса выслушала сына на удивление спокойно, а затем попросту выставила его из своей комнаты и заперла за ним дверь. Как ни орал Руфус под дверью, он добился лишь того, что явились гвардейцы и вывели его под руки.

С горя он отправился туда, где просиживали своё свободное время все солдаты королевского замка, и влился в компанию каких-то выпивох.

Сиерс успел подслушать об очередной опале Римардо и высылке экспедиторов из столицы. Насчёт него самого никаких распоряжений не последовало, и Сиерс вздохнул с облегчением. Его семья давно утратила все земли и доходы с них, поэтому высылка из столицы была бы просто гибельна.

Хейла металась, собирая вещи. Она упросила генерала взять её с собой на восток. Римардо согласился. Она была умна, решительна и хороша собой. Как бы ни сложилась его жизнь дальше, такие люди рядом всегда нужны.

Складывая сумки, Хейла цедила проклятия сквозь зубы. Доставалось больше всего Элине. За то, что ухитрилась выкрутиться на суде. За то, что осталась в живых. За то, что уезжает и – самое главное! – увозит с собой Рэйшена. Больше Хейла не увидит его ярких глаз, его нахальной усмешки… Девушка в ярости топнула ногой. Если ей не быть с Рэйшеном, она забудет его в яростных приграничных стычках!

Вещи Крианы собирала Лира. Это не были какие-то жалкие сумки. Лира обливалась потом, укладывая украшения, платья и туфли в тяжёлые сундуки. Советник Сиерс отправлял строптивую дочь в гости к родне, в какое-то дальнее поместье. Лира подозревала, что Криана могла тайком последовать за Дэвлином в Жадвиль. Сам дроу не прислал ни одной записки Криане и даже не попытался с нею встретиться. Криана презрительно кривила губы, но Лира видела, как уязвлена её хозяйка. Чем грубый солдат пленил сердце столичной красавицы – уму непостижимо. Может, и к лучшему будет уехать и успокоить сердце.

Квирк возбуждённо расхаживал по своим покоям. Его жена, прекрасная Шайлих, перебирала образцы тканей, которые ей только сегодня доставили гномы-северяне. Кажется, она даже не слыхала, что в замке состоялся какой-то суд.

Квирк радовался, что король высылает Римардо и Элину. Не будет влиятельных фигур в совете! Правда, оставался казначей. Но он стар и осторожен. Теперь при дворе можно сыграть в свою, особую игру. С южными специями.

Единственный, кого по-настоящему опечалил отъезд Элины, был Белгой. Очень обидно, что он так и не смог приблизиться к этой женщине. Но главное – она осталась жива.

Белгой тайно забрал из подземных темниц то платье и чулки, которые носила там Элина. Эту одежду он развесил у себя в гардеробной и время от времени ласково гладил рукав платья. Ему казалось, что оно всё ещё хранило Элинино тепло.

Белгой знал, что жизнь длинная и непредсказуемая. Может, у него ещё будет возможность что-то сделать для Элины? А сейчас он мог её просто отпустить.

Глава 36

Элину любезно выпроводили из королевских покоев. Она, пошатываясь, добрела до конюшен, надеясь на доброту конюхов, которые помогли бы ей взгромоздиться на лошадь. Хорошо, что был вечер, и солнце не слепило глаза, отвыкшие от дневного света! Элина не раз вспомнила, как после освобождения из подземелий не удержался на ногах Гри.

Возле конюшен было шумно. Элина узнала голоса своих экспедиторов. Громче всех что-то выкрикивал Рэйшен. Ноги плохо слушались, но Элина ускорила шаг.

– Отпусти меня! – почти кричал Рэйшен. – Я иду к королю!

– Ты никуда не пойдёшь! – рычал в ответ Дэвлин. – Мадог, держи его!

Люди старались не попасть дроу под горячую руку. Конюхи, позабыв о своих обязанностях, глазели на происходящее с открытыми ртами.

– Пропустите меня, – голос Элины звучал слабо, и никто не спешил уступить ей дорогу.

Кое-как она протолкалась к своей команде. Лицо Рэйшена было перекошено от ярости, Мадог и Меуриг с трудом удерживали его, и чёрный форменный мундир отчаянно трещал по швам.

– Эй, что вы с ним делаете?! – наигранно возмутилась Элина.

"Держим его, чтоб не натворил бед и не подвёл всех под королевскую расправу", – мысленно ответила она себе.

Дэвлин длинно выдохнул. Его "мальчики" мгновенно убрали руки, и Рэйшен, встряхнувшись, обратил свой гнев на Элину:

– Где ты была?! Почему так долго?!

– У короля. У нас новое задание. Дома объясню.

Лоркан сообразил, что представление закончено, и принялся отдавать команды конюхам, чтобы вывели их лошадей. Постепенно все успокоились, и Элина шепнула Рэйшену:

– Помоги. Мне на лошадь не взобраться…

Гнев Рэйшена утих так же быстро, как вспыхнул. Он оглядел Элину с ног до головы и попросту забросил её на спину лошади. Элина плохо держалась в седле даже в лучшие времена, а теперь и вовсе чуть не грянулась оземь. Лошадь скосила карий глаз в сторону своей хозяйки, мол, ты опять за старые фокусы? Элина вцепилась в поводья и выпрямила спину. Время возвращаться домой.

Пока экспедиторы торчали на суде, Гри прекрасно проводил время в доме, напрочь позабыв Элинины запреты. Он удобно устроился за кухонным столом, прихватив и любимую читарру, и Шёпот Леса. Теперь можно было сравнить звучание инструментов, попробовать наиграть… Гри так увлёкся, что не услышал конского топота.

– Кто это у нас тут?

Гри чуть не выпустил музыкальный куб из рук от испуга. Перед ним стояла Элина, бледная, исхудавшая, с синяками в пол-лица. Форма висела на ней, как на вешалке, зато выражение лица ничуть не изменилось.

– Вон отсюда!

Гри подумал, что если бы не дроу за Элининой спиной, уж он бы ей ответил… А впрочем…

– Я ухожу, – торопливо проговорил он и не удержался от шпильки, – но ты бы спросила у Рэйшена, что у них было с Мадогом.

Гри выскользнул из-за стола и удрал через заднюю дверь кухни. Шёпот Леса остался стоять на столе, только одна его грань немного дрожала.

Элина с недоумением посмотрела на Рэйшена. Тот виновато отвёл глаза, но тут же нашёл что сказать:

– Меуриг, а чего у нас есть пожрать? Эли после подземелий выглядит тощеватой.

Элина слабо улыбнулась. Рэйшен, прямой и бесхитростный, никогда не умел юлить и врать. Но сейчас не время выяснять отношения. Надо рассказать о предстоящей ссылке.

– Не сейчас, Меуриг. Садитесь все за стол. Вначале – о королевском приказе.

Экспедиторы слушали, не прерывая. Ингерам криво усмехался. "Не поедет", – думала Элина. И ошиблась.

– Выгоняет, – с той же усмешкой проговорил Ингерам.

– Боится, – предположил Дэвлин.

Лоркан сделал обоим страшные глаза. Нечего болтать лишнее!

– И то, и другое, – согласилась Элина, – оспорить приказ я не могу, сами понимаете.

– Когда выезжать? – уточнил Лоркан.

– Через три дня. Лоркан, у тебя большой опыт, сможешь подготовить всё к отъезду?

– У меня тоже большой опыт, – недовольно буркнул Дэвлин. – Могу помочь.

– Помоги лучше натаскать и согреть воды, – попросила Элина. – Я просто провоняла этой клятой тюрьмой и её крысами.

Выбитая дверь поразила Элину до глубины души.

– Что это? – едва слышно проговорила она. – Что здесь произошло?

Воображение рисовало ей самые страшные картины: обыск, драку, грабёж…

– Это… Знаешь… Случайно получилось, – Рэйшен собрался с духом и выпалил: – Это я виноват.

– Ты сломал дверь?! Чем это?

– Мадогом.

Элина задумчиво проговорила:

– После подземелий у меня что-то со слухом. И с головой тоже. В любом случае, раз это твоих рук дело, завтра же приведёшь каких-нибудь мастеровитых гномов, и чтоб дверь висела как полагается!

Рэйшен выдохнул.

Пока Элина оттирала от себя следы тюрьмы, Рэйшен рассказывал, как он хотел вызвать в Глорк Элинин клан, поднять гномов и устроить в городе побоище. И как его с трудом отговорили от этой затеи, один Мадог поддержал.

– Ты ж мой стратег! – умилилась Элина, плотно заворачиваясь в полотно. – Какое счастье, что тебя отговорили, иначе бы мы с тобой уже не увиделись!

Рэйшен уже начал расчёсывать спутанные Элинины волосы. Видеть его лица она не могла, но затылком ощутила, как дроу насупился. В тепле Элину разморило, и она начала клевать носом. Снизу раздавались такие уютные и привычные звуки: стучали миски, переговаривались её экспедиторы, то и дело похохатывая…

Рэйшен бережно уложил Элину в кровать и накрыл одеялом. Что-то он расслабился, стал отпускать её одну, и вот чем всё закончилось. Дроу вытянулся поверх одеяла рядом с Элиной и принялся размышлять.

Они проворонили, что Руфус всерьёз решил подать жалобу. Что генерал ждёт падения конкурентки. Что король ведёт себя как мелочный мальчишка. И, в конце концов, как получилось, что какие-то Берт и Айко посмели ударить Элину?!

Рэйшен долго крутил всё это в голове и счёл, что времени для мести у него достаточно. Ему понадобится помощник. Мадог не откажет. А чтобы усыпить внимание Эли, дроу будет паинькой эти дни. Дверь он починит, это пара пустяков. И Рэйшен заснул, успокоенный, прижимая Элину к широкой груди, словно игрушку.