Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Соавторы: Александра К.,Евгений Рудашевский,Натали Карамель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 104 (всего у книги 353 страниц)

Глава 23

Тальво неспешно добрался до баронского особняка и подивился: зачем людям в провинции такие здоровенные дома? Это не замок, а просторный особняк, который при желании может взять хорошо вооружённый отряд! Впрочем, не его ума это дело.

Тальво постучал в запертые ворота. После недолгих разговоров с привратником его впустили. Всё в этой поездке шло удивительно легко – как по маслу. Услужливый парнишка принял лошадь. Самого Тальво проводили в дом.

Посланец глазел по сторонам. После королевского замка удивляться было особо нечему, но интересно же посмотреть, как люди живут. Был барон – и не стало барона. Вместо него – вчерашний солдат, капитан кондотты Квэддо. А чем Тальво хуже него?

Эти размышления прервало появление девушки в тёмном закрытом платье. Она без стеснения рассматривала Тальво, так что он вспотел и принялся неуклюже приглаживать взлохмаченные волосы.

Неловкость длилась недолго. За дверью раздались шаги и невнятные голоса. В комнату размашистым шагом вошёл человек с глазами цвета стали, по-военному коротко стриженый. За ним – второй, с такой же военной выправкой, и чёрная повязка скрывала один его глаз. За ними следовали солидные мужчины, одетые по столичной моде. Тальво понял, что это капитан Квэддо, его одноглазый лейтенант Харлен и королевские советники.

Вместо приветствия Квэддо воскликнул:

– Малена, вот ты где!

Строгий взгляд девушки смягчился:

– Мне хотелось бы послушать…

Советники зашумели, но Квэддо лишь отмахнулся от них. Одноглазый Харлен обернулся и смерил каждого злобным взглядом. Возражения умолкли. Квэддо, по-прежнему глядя на Малену, сказал:

– Я не против. Это лишь на пользу.

Только после этого Квэддо и Тальво официально представились. Тальво доложил о цели визита.

– До нас доходили слухи, – задумчиво проговорил Квэддо, – значит, Элина и правда в тюрьме.

Харлен гадко усмехнулся. Тальво поёжился. Квэддо производил хорошее впечатление. Зачем он держит при себе этого одноглазого? И кто, интересно, эта девушка? Она совсем не обрадовалась известию об аресте Элины.

– Капитан, позволь мне опросить прислугу, – сказал Тальво, – и разыскать мальчика с кухни…

– Опросишь, – вместо Квэддо ответил одноглазый, – но я буду присутствовать. Иначе – никак.

Тальво пожал плечами. Пускай.

Харлен удовлетворённо кивнул. Но снова вмешалась Малена. На этот раз её голос звучал строже:

– Если будет присутствовать Харлен, тогда и я должна быть! Надеюсь, дар Тальво, ты не возражаешь!

Тальво не возражал. Чем она может помешать?

Зато одноглазый обозлился:

– Это ещё зачем?! Не женское это дело! Ты, Малена, и так нос суёшь повсюду. Аптекарскому делу учишься – зачем тебе отвлекаться?

Малена нахмурилась:

– Мне кажется, Харлен, ты задумал что-то нехорошее. Потому и хочешь отовсюду меня вытолкнуть!

– Бабские выдумки!

Тальво увидел: лицо Квэддо затвердело как камень. Серые глаза превратились в две льдинки.

– Ты забываешься, Харлен! – холодно сказал он. – Веди себя как подобает. Не позорь нас перед посланником генерала Римардо!

Харлен кинул сердитый взгляд на Тальво, как будто всё это было его виной.

– Приступишь к делу завтра, – обратился капитан к Тальво, – а сегодня – отдыхай с дороги.

* * *

Разговор закончился. Тальво проводили в отведённую комнату. Ужин обещали подать позже, и Тальво с удовольствием растянулся на кровати и задремал. Проснулся он от громкой перепалки за окном. Вначале он хотел прикрикнуть на спорщиков, но вовремя вспомнил: он не в Глорке. Он в Жадвиле. Пришлось прикусить язык.

Голоса показались знакомыми. Спорили Квэддо и одноглазый Харлен, считая, что здесь их никто не услышит.

– Ты взял себе слишком много воли, Харлен! Ты перечишь мне при этих ослах из столицы! Ты тиранишь Малену! Чего ты добиваешься?

– А ты возомнил себя бароном, да? Ходил хвостом за этой пришлой бабой, Элиной! В глаза ей заглядывал, ждал золотых гор… Но появился дроу – и всё встало на свои места. Тебя послали куда подальше! Если бы не генерал, не сидел бы ты на этом месте!

– Прекрати! Рэйшен нам когда-то жизнь спас! И я сожалею, что Элина в тюрьме! Но генералу и его посланнику окажу всемерное содействие! Просто я требую, чтобы ты не перечил мне, по крайней мере, прилюдно!

– Да как не перечить, когда ты превратился в тряпку?! Одна баба исчезла – и на шею села другая!

– Не забывай, Харлен, ты говоришь о моей дочери!

– А верно ли она твоя, Квэддо? Может, Элина обманула тебя? Оставила шпионку в наших рядах?

Ответ Квэддо прозвучал устало. Наверное, ему надоело постоянно говорить Харлену одно и то же:

– Ты мелешь чушь. Не лезь со своими желаниями раньше моих приказов. Ты подаёшь дурной пример остальным.

– Это я-то дурной пример подаю?! Кому? Бывшим гвардейцам барона?! Да они никогда не признают в тебе командира!

Тальво повернулся на бок, и кровать громко скрипнула под его телом. Спор мгновенно оборвался. Спорщики разошлись в разные стороны. Посланец генерала призадумался. Что-то неладно в Жадвиле, когда начальство меж собой не в ладу. Впрочем, его это не касалось.

Его дело – найти мальчишку-поварёнка, который мог видеть Элину в день убийства барона. Удастся привезти мальчишку в Глорк – генерал наградит Тальво. А награда Тальво нужна. Слишком долго удача обходила его стороной.

К ужину Харлен и Квэддо, видимо, помирились. Никаких пререканий. За стол сели они, Малена и какой-то мужчина с неприветливым лицом. Он беззастенчиво разглядывал Тальво, а от Малены демонстративно отворачивался. От такого взгляда Тальво как-то расхотелось есть. Ни одного советника за столом не было.

Под конец ужина заговорили о делах. К удивлению Тальво, разговор начал этот наглый мужик. Он представился Ашкутом.

– Слыхал, что тебе надо найти кого-то из слуг? Поговорить маленько, так?

– Так, – кивнул Тальво.

– Я тебе помогу. Я служил ещё покойному барону. А теперь – и новым властям.

Ашкут странно посмотрел на Квэддо. Лицо капитана закаменело.

– Завтра с утра начнём, – сказал Харлен, откидываясь на спинку стула. Ноги его коснулись кончиков сапог Тальво. – Решили уже. Малена с вами пойдёт.

– Да? – неприятно удивился Ашкут. – И с чего это? Ты, Квэддо, девчонку к власти готовишь? Тебе король титул так и не дал, думаешь, ей что-нибудь перепадёт?

Тальво подумал: "Со мной пойдёт тьма народу: Харлен, Малена, Ашкут…" Если найдётся несчастный поварёнок – перед сборищем он заробеет и напрочь откажется говорить. Но его мнения никто не спрашивал.

С самого утра Тальво ждал "помощников". Как ни странно, первой явилась Малена. Тальво думал, что её придётся ждать: женщины любят долго прихорашиваться. Вслед за ней – Харлен. Он коротко кивнул. Осмотрелся по сторонам, будто опасаясь угрозы.

– Урод этот не явился ещё?

– Ты про Ашкута? – уточнила Малена.

– А что, к нам ещё кто-то хотел присоединиться? – язвительно осведомился Харлен.

Тальво показалось, что Малена готова ответить – но сдержалась.

Тут и появился Ашкут. Он шёл нетвёрдой походкой, и весь его помятый вид говорил о том, что Ашкут пил всю ночь. Компания отправилась на кухню. Малена вела Тальво, а Харлен и Ашкут хрипло переругивались за их спинами.

На кухне начался переполох. Повара растерялись, отвечали невпопад, а один уронил что-то в чан с супом – и тут же получил затрещину от Ашкута.

Малена старалась говорить с поварами ласково. Тальво тоже был вежлив. Кое-как они выяснили: какой-то парнишка служил здесь при покойном бароне, но после резни в усадьбе исчез. Как сквозь землю провалился. Нет, никто не знает его родню. Никто не знает, куда парень мог деваться. И мёртвым его не видели.

– Да что же он, растаял, что ли? – в сердцах воскликнул Тальво.

Его награда уплывала из рук.

– Погодь, не шуми, – ухмыльнулся Ашкут, – вот тут-то я тебе и пригожусь.

– Чем это?

– Спрошу у человечков кой-каких. Может, им что ведомо… Только деньгу мне подкинь. Человечки мои тоже кушать хотят.

Харлен прищурил единственный глаз. Тальво растерялся. Деньги у него были. Но он не ожидал, что придётся тратить их на осведомителей.

Глава 24

Сныст оказался деловым и занятым человеком. "Ей-ей, не хуже Элины!" – подумал Лоркан. В развалюху, где они ночевали, то и дело заглядывали подозрительные оборванцы и что-то шептали Снысту на ухо. Тот внимательно слушал, отвечал – и человек исчезал. Лоркан только диву давался.

После одного такого визита Сныст задумчиво поглядел на гостя.

– Да, Лоркан, твой генерал настроен серьёзно. Если его посланник найдёт то, что ищет, Элине несдобровать.

Лоркан напрягся. Конечно, Сныст – личность подозрительная, но помощь этого типа ему не помешает.

– Ребята мои говорят: один из бывших баронских головорезов ищет парнишку, что работал на кухне перед самым бунтом. И мальчик может рассказать в суде, что видел Элину в доме барона…

– Этого парнишки в баронском доме нет?

– Нет.

– Так пусть ищут до посинения!

Сныст усмехнулся:

– Не получится, приятель. Они дали денег моим людям. Просят моей помощи. А значит, я должен либо отдать им мальчишку, либо показать его труп. Мне не с руки ссориться с властями, кто бы они ни были.

Лоркан подумал: "Чего ещё ожидать от бандюги?"

– А мне-то ты зачем об этом рассказываешь?

– Затем, что парня я найду. И ты сможешь поговорить с ним первым. А потом сам решишь, что делать.

– А если Тальво повезёт его в столицу?

– Лоркан, ты как дитя, право слово! Мало ли что в дороге может случиться! Или в самом Глорке!

Лоркан вынужден был согласиться. Оставалось только ждать.

Люди Сныста работали куда лучше Городской Стражи: солнце ещё не успело достигнуть зенита, как Сныст позвал Лоркана за собой. Они последовали за очередным оборванцем в такие мрачные и вонючие трущобы, в каких Лоркан давненько не бывал. Среди этого прибежища грязи и нищеты Сныст чувствовал себя как рыба в воде. Оборванец остановился возле развалюхи, где вместо двери висела тряпка, отгораживающая жильцов от внешнего мира. Сныст нырнул под неё. Лоркан шагнул следом, стараясь не касаться стен.

Внутри было темно. Вонь стояла такая, что у Лоркана заслезились глаза. В полумраке он разглядел скрюченную женщину неопределённого возраста и какую-то кучу тряпья на полу. Сныст толкнул Лоркана в бок. Указал на тряпки. Лоркан вначале не понял, а потом куль с тряпками зашевелился. Там лежал мальчик-подросток. Худой, с запавшими глазами, он был похож на умирающего. Лоркан подошёл поближе.

– Ясного тебе неба, парень.

В этой темноте и грязи приветствие прозвучало глупо и неуместно. Мальчик шевельнул губами и кивнул. Лоркан пытался что-то спросить, но парнишка молчал. Он даже не пытался встать. Потом он кое-как выпростал одну ногу, тощую, как у цыплёнка, согнутую под странным углом. Сломана. И срослась неправильно.

– Он не говорит. Почти, – хриплым голосом сказала женщина. – И не встаёт. Давно уже. Совсем ослаб.

– Кто его так? – спросил у неё Лоркан. – Он же не был таким.

Женщина сипло засмеялась и сплюнула прямо на пол.

– А то! Он на кухне баронской работал. Разве туда взяли бы такого? Да только вот после смерти барона солдатня измывалась: били смертным боем да бросили помирать. После ко мне привезли, я его выходила. Лечила как могла. Вот такой он теперь…

С улицы раздался свист. Сныст встрепенулся – условный знак.

– Идём, – коротко бросил Сныст, и мужчины направились к выходу.

– Эй, погоди! – женщина змеиным движением ухватила Сныста за рукав. – Ты денег обещал!

– Позже, – отмахнулся он.

Лоркан следовал за Сныстом. Они вышли, обогнули хибару и прислонились к хлипкой стене. Их не было видно, зато они видели всё. Лоркан присмотрелся и увидел знакомые лица: Тальво, Ашкут и Малена. Быстро же они добрались!

Они вошли в хибару осторожно, словно боялись заразиться. Слов Лоркан не слышал. Вначале что-то говорил Тальво, а потом – Ашкут. Этот тип не выбирал выражений. И тут же до ушей Сныста и Лоркана донёсся пронзительный крик. Лоркан подскочил от неожиданности. Что они делают с несчастным искалеченным мальчишкой? Он рванулся было в хибару, но Сныст грубо остановил его:

– Сиди здесь, я сам!

Он тут же исчез за тряпкой. Вопли не прекращались. Лоркану казалось, что сейчас у него лопнет голова. И вдруг всё стихло. Он огляделся: на улице не было ни души. Никто не поинтересовался, что происходит у соседей.

Тем временем вся компания высыпала на улицу.

– Я должен забрать мальчика в столицу! – взволнованно говорил Тальво. – Может, наши медики помогут!

Сныст презрительно усмехнулся. Ашкут, багровый от злости, бурчал:

– Ваши медики сумеют развязать ему язык! Должны же быть такие средства!

Малена чуть не плакала. Она отдала скрюченной женщине все деньги, что были при ней.

– Зря ты это, – продолжал ворчать Ашкут, – ей не для мальчишки. На чиазовые палочки пойдёт…

– Не меряй всех по себе! – гневно ответила Малена.

Сныст решил вмешаться:

– Что ж, уважаемые дары, ступайте домой. Здесь вы больше ничего не увидите.

И троица убралась восвояси. Малена и Тальво всё время оглядывались, а Ашкут ворчал себе под нос.

Только теперь Лоркан выбрался из-за хибары, чтобы увидеть, как Сныст отсчитывает монеты в грязную руку нищенки.

* * *

Эдрика отчитали за самоуправство и лишили части жалованья. А после велели униженно просить прощения у советника Сиерса. Сиерс брезгливо скривил губы и приказал:

– Пусть посидит в одиночестве и подумает о своём поведении!

Эдрика заперли в караулке. Вместо стыда и угрызений совести он просто злился. А потом злость прошла. Эдрик принялся думать. Это дело непростое. Но если какой-то дроу смог, то уж Эдрику сами Небеса велели.

Надзиратели в темнице не поняли, куда он делся. Зато без его нравоучений и принципиальности им было в разы легче. Когда Белгой присылал еду и вино для своей "невесты", под строгим взглядом Эдрика было невозможно забрать львиную долю себе. А теперь – "невесте" не доставалось ни крошки. Зато надзиратели ели, пили и веселились. И никаких тебе дроу в подземельях! Никаких визитов короля! Сказка, а не жизнь!

Элина мучилась от голода. Зато крысы перестали её беспокоить. Умные твари моментально сообразили: еды здесь больше нет. Они попросту перестали приходить.

Через несколько дней Эдрик вернулся. Элинина вынужденная голодовка прекратилась.

Глава 25

Тальво не смог привезти мальчишку-поварёнка в Глорк. При виде формы несчастный, начинал вопить как резаный. Даже если бы он молчал, как тащить калеку? Верхом невозможно. Нанять телегу – дорого, да и медленно. Всё равно пацан не жилец. Поразмыслив, Тальво решил возвращаться в столицу один.

Лоркан в это время уже скакал во весь опор домой.

Сныст, как обычно, был погружён в дела. К нему стекались какие-то тёмные личности. Они шептали что-то ему на ухо, выслушивали приказы и крадучись уходили.

Скрюченной женщине без возраста приносили деньги дважды: один раз кошель от Малены, второй – от Сныста. Его посланник передал что-то на словах. В ответ женщина пожала плечами: "Поступай как знаешь".

Скоро в полуразваленную лачугу вошли несколько человек. Они напоили парнишку из непрозрачной бутыли и, когда он скорчился в своём тряпье, подхватили его на руки и куда-то унесли. Женщина безучастно сидела у стены. В руках у неё дымилась чиазовая палочка.

В баронском особняке Харлен отчитывал Малену:

– Чего ты пошла с этим Тальво? Не бабское это дело – шляться по трущобам! Мало ли кто там окажется!

– Не бабское?! – вскинулась Малена. – Я тебе не прачка, чтоб так со мной разговаривать! Дара Элина не боялась таких мест – и мне не следует бояться! Я аптекарскому делу учусь, мало ли куда придётся идти!

– Дара Элина, говоришь? – Харлен ощерился, как старый пёс. – У неё был любовник, который её защищал. Вот когда ты такого заимеешь, тогда и шляйся, где заблагорассудится! А пока папенька за тебя отвечает – изволь слушаться!

Малена побледнела от гнева:

– Да как ты смеешь!

– Смею – что?!

– Со мной был посланник генерала Римардо! С нами ходил Ашкут, которого весь город боится! А ты несёшь чушь, Харлен! В любовники, что ли, ко мне метишь?

– Да тьфу на тебя, пигалица!

Ссора затихла лишь при появлении Квэддо.

В последнее время он впал в уныние. Управление целой провинцией не вызывало энтузиазма: проблемы росли, как грибы после дождя. Он думал: займёт место барона, усядется в кресло и примется милостиво наблюдать за людской суетой. Да не тут-то было!

От Квэддо требовалось решать такие задачи, о которых он в жизни не слыхивал. Во времена противостояния барона и кондотты этим занималась Элина. Квэддо оставалось только сказать грозным голосом: "Исполнять немедленно!".

Сейчас он всё больше сожалел, что дал генералу уговорить себя избавиться от Элины. Будь она здесь – в городе был бы порядок. Бывшие баронские прихвостни не расхаживали бы с важным видом, пугая прислугу.

Больше всего Квэддо переживал за дочь. Она не вписывалась в их убогие понятия о "приличной девушке". И Харлен, к его неудовольствию, присоединился к бывшим гвардейцам.

* * *

Рэйшен совсем пал духом. Он не выходил из комнаты, целый день валялся на кровати и ни с кем не хотел разговаривать. Никто не починил дверь, сорванную с петель. На всякого, кто приближался, Рэйшен обрушивал поток грязной ругани. Даже Дэвлин перестал соваться к нему. Рэйшен терпел лишь Мадога. Он не боялся ни ругани, ни возможных побоев. Мадог приносил еду, плюнув на запрет Дэвлина.

– Проголодается – сам придёт! – твердил Дэвлин.

Мадог его не слушал.

Ингерам сидел как на иголках. Без Лоркана он почувствовал себя одиноко. Бывший лейтенант Лесной Стражи сбегал в конюшню, где прятался Гри, и там сидел до темноты. Гри боялся даже нос совать в дом. Общество Ингерама его вполне устраивало.

К Дэвлину дважды приходила Криана. Они запирались в комнате и долго шушукались – о чём, дроу не говорил.

Команда экспедиторов разваливалась, как стена дома, не скреплённая раствором. Поэтому возвращение Лоркана вызвало радость у всех, кроме Рэйшена. Его было не узнать: волосы повисли нечёсаными патлами, лицо выглядело помятым и каким-то постаревшим. Хорошо, что дроу не надо бриться, иначе Рэйшен стал бы похож на бродягу.

Лоркан присвистнул:

– А я-то думал, что дроу почти не стареют!

– Только если моются, – буркнул в ответ Дэвлин, недавно привечавший дочь Сиерса. – Плюнь на него, лучше расскажи – какие новости?

Лоркан подробно пересказал всё, что видел и слышал. Впервые за эти дни Рэйшен встрепенулся:

– Сныст! Элинин приятель!

Сам Рэйшен не забыл парнишку, которого Элина просила пощадить, и был поражён, что кто-то искалечил мальца. Зачем, интересно, Сныст взял его на попечение? Одно хорошо – этот калека не сможет рассказать ни об Элине, ни о Рэйшене, ни об их визите в баронский особняк. Сам дроу благоразумно помалкивал.

– Хорошие у неё знакомцы, нечего сказать, – проворчал Лоркан, и непонятно, чего больше было в его голосе, осуждение или восхищения. – Помнит он её, хочет помочь. А заодно и поживиться. Как без этого.

Сейчас Рэйшен по-настоящему приободрился. Даже волосы попытался пригладить. Он гордился тем, что даже в Жадвиле знают о злоключениях Элины. И если Сныст хочет помочь, значит, этот пройдоха верит, что Элина выйдет на свободу.

– Наверняка калека что-то видел, – задумчиво проговорил Дэвлин. – Может, и суду сообщит. Так, по крайней мере, рассчитывает генерал.

– Откуда бы генералу знать о таких мелких сошках? – удивился Ингерам.

– Не считай его дураком, – назидательно заметил Лоркан, – у него осведомители. Много где. Он что-то разнюхал и решил уничтожить нашу Элину.

Рэйшен злобно ухмыльнулся. Хрен тебе, старый дурак! У дроу не укладывалось в голове: когда-то они обожали генерала. Глядели ему в рот. А за доброе слово готовы были броситься на мечи…

– Значит, свидетеля не привезут, – со злорадством в голосе проговорил Рэйшен.

Полли слушала это, замирая от страха. В те дни, когда в Жадвиле начался бунт, гномы из кондотты – Вайсдорн с Вахольдером – придумали алиби для Элины и Рэйшена. Получается, всё насмарку? Генерал всё разузнал? И даже нашёл свидетеля, который видел их?

Впервые Поллианна осознала: положение экспедиторов шатко. И её самой – тоже.

Глава 26

Если кто-то думает, что жизнь короля – это развлечения и удовольствия, он совершает огромную ошибку.

Витерий вздохнул и потёр усталые глаза. Сколько документов он сегодня прочитал? А подписал? А сколько отклонил? Он уже сбился со счёта. Работа не кончалась.

Элина когда-то рассказывала об ограничении количества рабочего времени, только Витерий забыл, как она это назвала. Надо будет спросить у неё. Разумная идея… Ах да.

Настроение испортилось окончательно. Король резко отодвинул чернильницу и стилос и откинулся на спинку стула. Советники всё поняли без слов и принялись поспешно собирать бумаги.

– Отдохни немного, адар, – мягко и почтительно проговорил казначей, – за дверью тебя ждёт Римардо…

Советники заторопились ещё больше. Витерий обессиленно прикрыл глаза. Что надо этому коршуну? После того, как Римардо ловко обвёл короля вокруг пальца, выудив распоряжение на арест, король не хотел его видеть. Но короли не вольны в своих желаниях.

Король подал знак казначею. Тот наклонился.

– Останься, дар Арлан, – прошептал король. – И Квирк пусть останется.

Если Арлан Колле и удивился, то ничем этого не выдал. Квирк поклонился с лёгкой улыбкой, будто говорил: "Всё по твоему желанию, адар".

Римардо с недовольством посмотрел на них. Он предпочёл бы разговор с глазу на глаз. Но ничего не поделаешь.

Витерий не стал ходить вокруг да около:

– Итак, Римардо, с чем ты явился?

Генерал сжато доложил: вот-вот вернётся его человек из Жадвиля. Можно назначать день суда над смутьянкой и мятежницей Элиной.

– Суд, – задумчиво протянул король, – над главой моих экспедиторов…

Квирк дерзко смотрел генералу в лицо. Казначей брезгливо поджал губы. От этих взглядов Римардо внутренне закипел. Надо подождать, что скажет король.Нечего обращать внимание на пешек. Старик Арлан рано или поздно уступит кому-нибудь место, а выскочка Квирк вернётся на своё побережье…

– Что ж, генерал, – продолжил король, – когда возвращается твой человек?

Римардо не знал этого точно, но отважно солгал:

– Завтра.

– Хорошо. Тогда суд состоится через два дня.

"Так скоро?" – чуть не сорвалось с губ Римардо. Но он тут же прикусил язык. Ведь именно этого он и хотел.

– Я думаю, адар, – вкрадчиво вступил Квирк, – что надо разрешить экспедиторам вход в замок. И снова разрешить свидания с Элиной.

Король удивлённо воззрился на Квирка.

– А разве я запрещал это?

– Видимо, нет, адар, – Квирк, подлец, поклонился с улыбкой. – Но кто-то же запретил. Распорядись отменить.

Витерий не отрываясь глядел на Римардо. И генерал, и казначей знали этот взгляд. В такие мгновения король принимал решения, от которых не отказывался никогда.

– Суду быть через два дня! – жёстко заявил король. – Все запреты с экспедиторов – снять!

Римардо склонил голову. Он согласился для видимости, а сам думал: "Они об этом ничего не узнают". Но Квирк вмешался снова:

– Я прослежу, адар, чтобы экспедиторам немедленно сообщили эти новости.

– Очень хорошо, – с нажимом ответил Витерий, наблюдая, как у генерала хищно сузились глаза.

За Квирка опасаться не приходилось: драчливые южане были преданы ему. Они могли постоять и за себя, и за своего сюзерена.

* * *

Квирк шёл по замковым коридорам, соразмеряя шаг с неторопливой походкой пожилого казначея.

– Как хорошо, дар Квирк, что ты хочешь предупредить экспедиторов! – отметил Арлан Колле. – Иначе старый лис Римардо нашёл бы способ обмануть их. Я отправлю своего сына, он был с ними в Рудном Стане, хорошо их знает…

Квирк был наслышан о том, как молодой Лонваль Колле пожелал занять место арестованной Элины и какой из этого получился пшик. Посылать Лонваля было бессмысленно: экспедиторы его и на порог не пустят, а молодые дроу и вовсе нанесут лёгкие телесные повреждения. И никто их не остановит.

– Дар Арлан, – мягко возразил Квирк, – пошлю-ка я кого-нибудь из своих молодцов, так будет безопаснее.

Казначей помолчал, взвешивая эти слова.

– А знаешь ли, дорогой друг, – он с усмешкой глянул на Квирка, – вот уж не думал, что назову другом кого-то с Харненского побережья! Нам нужен не просто знакомый. Нам нужен тот, кому они доверяют, кого выслушают…

– Счастлив быть другом старой аристократии! – любезно поклонился Квирк. – Но есть ли у тебя на примете такой человек, дар Арлан?

– Думаю, есть, – загадочно улыбнулся казначей.

– Идём к нему прямо сейчас!

– Не к нему, а ней.

Арлан Колле с удовольствием наблюдал, как распахиваются от удивления глаза Квирка.

Криана внимательно выслушала казначея. Старик шутит с ней, что ли? Но нет – он был совершенно серьёзен.

– Так чего же вы от меня хотите? – спросила девушка.

Ответил не казначей, а высокий гость с Харненского побережья:

– Побудь нашей связной! Сходи к экспедиторам, передай им всё, что услышала.

Криана с недоверием переводила взгляд с одного на другого.

– А потом что?

– А потом вернёшься и расскажешь нам то, что они тебе сказали.

Экий наглец этот Квирк!

– Вы за дуру меня держите? – резко спросила девушка. – Я вам девочка на побегушках?

– Нет, милая, ни в коем случае, – мягко возразил казначей, – мы считаем, что ты – единственный человек, кому можно доверять. Если ты знаешь кого-то ещё, назови мне имя, и я тебя больше не потревожу.

Вообще-то Криана уже продумывала следующий визит к Дэв… к экспедиторам, поэтому горячо заверила казначея, что уж ей-то доверять можно, уж она-то не подведёт. И отец её ничего не узнает.

– Тогда завтра с самого утра и сходи, – вмешался Квирк. – Только не с такого утра, как тут в замке принято, а с нормального утра, когда солнце только поднялось. Сумеешь?

Криана пренебрежительно фыркнула. У неё не было привычки отлёживать бока до обеда, а уж верная Лира точно не даст проспать.