Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Соавторы: Александра К.,Евгений Рудашевский,Натали Карамель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 353 страниц)

Глава 50

У городских гномов, подданных человечьего короля, работы с появлением дроу прибавилось. Записывали и заверяли договоры и подряды на работу, кое-кто из дроу уже ухитрился взять у гномов денежную ссуду – наряды и украшения любили все женщины, независимо от расы. А вот писем дроу из местного клана не писали. Они давно утратили связи с остальными кланами, а с людьми из других мест и подавно. Поэтому гном-письмоводитель очень удивился, когда в его скромную каморку вошла (он не сразу припомнил её имя) Фаирн. Гном не помнил имя, но отлично знал, что это местоблюстительница нынешней матроны клана, поэтому приветливо улыбнулся посетительнице:

– Ясного тебе неба, дара! Чего изволишь? Заверить договор? Рассчитать проценты по займу?

– И тебе ясного неба, почтенный гном, – вежливо отозвалась Фаирн. Любезные слова давались ей легко, а слышать ответные любезности было очень приятно. – Нет, я не нанимаюсь на работу и денег в долг не беру.

– Тогда чем же я могу быть тебе полезен?

– Помоги мне письмо составить, – решительно проговорила Фаирн, – а потом и отправить, конечно. Даже, наверное, два письма.

Гном воззрился на неё с превеликим удивлением. Таких просьб даже в нынешние изменчивые времена он не слыхал. Однако удивлялся он недолго, клиентка как-никак ждёт.

– А куда письма будем отправлять, дара Фаирн?

– В столицу.

Письмоводитель был гномом весьма неглупым, он сразу сообразил, что женщина-дроу собирается писать доклад своей матроне в Глорк, и надо бы запомнить хорошенько, что именно она напишет, и доложить старейшинам. А уж в Глорке есть кому принять информацию и проследить за любой персоной, вплоть до короля, старый Андебрингер об этом позаботится.

Впрочем, хитрая дроу быстро спохватилась:

– Письма очень личные, я сама составлю и запечатаю, а ты уж прими к отправке.

– Как скажешь, почтеннейшая, – рассыпался в любезностях гном, досадуя про себя на недоверчивость дроу.

Конечно, он всё равно узнает, что в этих письмах, просто теперь придётся греть печати над огнём, вскрывать, а потом вновь запечатывать… Гном-почтовик был мастером своего дела, но лишней возни не любил.

Тем временем Фаирн старательно возила стилосом по листу, время от времени задумчиво возводя глаза к потолку. Никто из их клана не сталкивался с такой ситуацией, поэтому каждое слово Фаирн обдумывала, крутила на языке так и этак, прежде чем записать. Наконец письмо было готово. Матрона получит полный отчёт обо всем произошедшем. Фаирн взяла второй лист. Это будет куда более личное письмо. Фаирн занервничала. Таких писем дроу не писали, это было не принято, но ей почему-то казалось, что надо его отправить.

* * *

Следующие несколько дней выдались расслабленными и свободными. Но что за свобода без денег? Полли решила показать Мадогу и Меуригу Глорк, точнее, ту его малую часть, которую знала сама, но с прогулки все трое вернулись совсем невесёлыми.

– Вы что, поссорились? – удивлённо спросил Ингерам.

Полли молча качнула головой и тут же спряталась у себя в комнате к большому сожалению Гри, который всё ждал, когда его бывшая невеста сменит гнев на милость.

– Да чего нам ссориться, – буркнул в ответ Мадог, плюхаясь за стол и жадно хватая ломоть хлеба.

Меуриг тоже не удержался и прихватил кусок.

– Как из голодного края вернулись, – кухарка, зная отменный аппетит дроу, поспешила поставить на стол какой-никакой еды.

– Наверное, из голодного, – прожевав, согласился Меуриг. – Денег-то у нас нет. А гулять по рынку или вдоль кабаков без денег грустновато. Я-то думал, что королевским служащим бесплатно чего дадут…

Ингерам фыркнул:

– Если только по зубам! А вы думали, отчего я такой домосед? Я просто уже научен, что без денег в городе делать нечего! Впрочем, Элина говорила, что скоро жалованье дадут.

– Нам, небось, ничего не полагается, – проворчал Мадог.

Ингерам об этом ничего не знал и порадовать ребят не мог. Элины, Рэйшена и Дэвлина дома не было: у них вечно находились дела. Элина моталась в королевский замок каждый день, а два дроу сопровождали её. Все надеялись, что она порешает вопросы с деньгами. Баба она нахальная, торговаться умеет как никто…

– Кому это ничего не полагается?

Только вспомни Элину с Рэйшеном, легки на помине. И Дэвлин, конечно, куда без него.

– Это Мадог жалуется на безденежье, – немедленно наябедничал Ингерам.

– Я не жаловался! – вскинулся тот.

– Ясно, не оправдывайся, – Элина улыбнулась. – Деньги будут завтра, казначей мне лично пообещал. Так что жалованье я вам завтра к обеду привезу. А сегодня пока только письма.

Дэвлин был хмур и неразговорчив. Его не радовала даже мысль о деньгах, которыми он сам, без чьего-либо ведома и надзора, сможет распорядиться. В такое настроение его привела поездка в банк к гномам. Элина улаживала вопросы со ссудой, которую Рэйшен так необдуманно взял у торгового дома Андебрингеров. А Дэвлин думал, что он бы не церемонился со старым Хердером, а тряхнул бы его за шкирку, чтобы тот подрыгал своими короткими ногами подольше. После такого банкир бы на всё согласился, как миленький. Однако Элина так злобно зыркнула на Дэвлина, не хуже, чем женщины из правящего дома в родном клане, и Дэвлин прикусил язык.

– Ну что, кто ждал писем? – весело спросила Элина, потрясая пачкой, которую получила у гномов, в том же торговом доме Андебрингеров.

– Лоркан, – ткнул приятеля в бок Ингерам.

Лоркан насупился. Его лицо всё ещё не пришло в порядок после оплеух Акке, и никаких писем от Клодии, чьим именем он так неудачно назвал подружку, ему читать не хотелось. Хотя…

– Мне есть что-нибудь? – уточнил спецпорученец.

– Конечно, держи!

Лоркан сделал вид, что ему вовсе не интересно содержание письма, но письмо забрал и решил прочесть попозже, вдали от любопытных глаз и острых языков. Всё же Клодия пришлась ему по сердцу: мягкая, послушная, да ещё и владелица постоялого двора. Сокровище, а не женщина, не то что некоторые!

– Мальчики, а вы чего стоите?

Мадог с Меуригом растерянно переглянулись. От кого бы им письма получать?

– Может, из нашего клана кто-нибудь… – нерешительно предположил Мадог.

– Ллотх, помилуй нас! – Меуриг сложил пальцы в охранном знаке. – Только не это!

Письмо Руфусу Элина передала с недовольным лицом. Задурил он голову девчонке с постоялого двора, сломать ей жизнь для него – что травинку сорвать, пройдёт и не заметит. Руфус нагловато усмехнулся, видя начальственное недовольство. Девчонка с постоялого двора имеет право отправить ему письмо!

Дэвлин с недоумение наблюдал за этим обменом недовольными взглядами, пока Элина не сунула и ему в руки письмо.

– Вот, теперь и ты письма получаешь! Ну, улыбнись же! Разве ты не рад?

Дэвлин пожал плечами. Раньше он и впрямь не получал писем, разве что разведдонесения. Хотя это, конечно, не то… Он рассмотрел подпись на конверте и поморщился. Письмо было от Фаирн. Что ей от него надо? Сам он и не вспоминал про неё. Ворча, как голодный медведь, Дэвлин убрался к себе, чтобы прочитать и осмыслить весточки из Рудного Стана.

Глава 51

В руках у Элины осталось несколько конвертов, которые были адресованы лично ей. Наверняка любознательный Хердер Андребрингер уже знал, о чём там пишут. С особым волнением Элина разглядывала письма из Жадвиля, от своих приятелей-гномов, Вайсдорна и Вахольдера. Она обещала прислать им весточку, но так уж вышло, что они сами разыскали её. И вести из Жадвиля были неутешительными. Этот край так и не стал процветающим, не помогла даже помощь королевских советников. Квэддо слушал по большей части не их, а своего давнего друга Харлена и, как ни странно, тех самых гвардейцев барона, с которыми раньше враждовал.

– Что творится в голове этого Квэддо, – пробормотала Элина.

Рэйшен, беспардонно глядевший ей через плечо, пояснил:

– Советники короля для Квэддо – соглядатаи и враги, а гвардейцы – это свой, в общем-то, брат-солдат, а он плохого не посоветует.

Элина только языком поцокала в ответ. Что же написать ребятам? Что в столице оказалось всё не так хорошо и благополучно, как кажется из провинции? Что при дворе каждый норовит подставить ножку другому? Элина вздохнула и отложила это на потом. В Рудном Стане всё шло гладко: её дроу не буянили, не затевали ссор с горожанами. Однако, дочитав письмо Фаирн до середины, Элина вытаращила глаза и даже потрясла головой, словно не могла поверить своим глазам. Рэйшен немедленно сунул нос в бумагу, а когда дочитал до конца, в голос расхохотался.

– Чего хохочешь? Радоваться за людей надо, а он тут…

– Они не люди, – привычно отмахнулся дроу. – И вряд ли Дэвлину это вообще нужно.

– Почему же? – запротестовала Элина. – С тобой он очень даже пытался наладить отношения. По-твоему, получается, что ты ему нужен, а другой ребёнок – нет.

Рэйшен лучился самодовольством:

– Я – совсем другое дело!

Элина закатила глаза.

Дэвлин с недоумением смотрел на строки, написанные рукою Фаирн. Ну, и что он должен делать с этим письмом и этой вестью? Он и думать забыл обо всём, что случилось в Рудном Стане. Мадог с Меуригом прочли свои письма и обрадовались, молодые глупцы, почувствовали свою значительность, принялись подталкивать друг друга в бок локтями, а закончили шутливой потасовкой. Люди таких шуток не понимали, поэтому на шум сразу прибежала Элина. Парни притихли, уткнувшись в бумагу. Однако старшая экспедиторша даже не думала уходить.

– Дэвлин, я, наверное, могу тебя поздравить, – начала она.

– С чем? – наигранно удивился дроу. – Новый чин я вроде не получил. Или ты решила меня всё же повысить?

– Не придуривайся, ты знаешь, о чём я, – Элина указала на письмо в руках Дэвлина. – О ребёнке.

Дроу лишь повёл могучими плечами:

– Это дело Фаирн, а не моё.

– Ты же думал о том, чтобы остаться в новом клане, влияние, власть и всё такое…

– Я передумал, – сухо ответил Дэвлин, складывая и пряча письмо, – в Глорке я вижу больше перспектив.

– В любом случае я рада, – помолчав, ответила Элина.

– Чему?

– Что ты останешься здесь, с нами.

Дэвлин ещё не придумал никакого ответа, а Элина уже убралась восвояси.

Полли читала письмо от подруги. Та живописала свои отношения с женихом и лёгкую тоску по молодым весёлым аристократам. "Ах, как я завидую тебе, Полли, что ты каждый день проводишь в компании блестящих молодых людей, глядишь, и сама аристократкой заделаешься! А я буду вспоминать, как и мне перепало немного внимания от твоих влиятельных друзей". Полли сморщила хорошенький носик. Наверное, от волнения перед предстоящей свадьбой у Тати помутилось в голове. Для этих "блестящих молодых людей" такие девушки, как Тати или сама Полли, – лишь развлечение на одну-две ночи, не более. Надо попытаться образумить подругу, но как бы при этом не навлечь на неё неприятности. Клодия, мать Тати, женщина строгая… Полли вспомнила, как эта строгость пала под натиском Лоркана, и вздохнула. Не станет Полли поучать подругу, не напишет ни одного слова о личной жизни, о том, как загораются глаза одного молодого дроу, когда он смотрит на Полли, и никакие аристократы с ним не сравнятся…

Лоркану и Руфусу пришлось читать свои письма в присутствии Ингерама. Не так-то легко от него было избавиться: вроде и не в казарме живёшь, а спрятаться негде. К счастью, он не отпускал своих жестоких шуточек, а просто валялся на кровати, глядя в потолок, и легкомысленно насвистывал.

Руфус, читая, недовольно сопел и хмурился. Что эта провинциалка о себе воображает! Ну, скрасила она ему кое-какие деньки в своей глуши, и что с того? Если эта дурочка повадится писать ему письма, это его очень обременит. И не хватало ещё проблем с её семьёй! Вряд ли Элина станет выручать Руфуса, если эти простолюдины ополчатся на него. Планы, которые вынашивал Руфус последние дни, вообще в себя Элину не включали. Молодой человек раздраженно скомкал письмо и швырнул его в дальний угол комнаты.

– Эй, эй, полегче! – возмутился Ингерам. – Ты здесь не один живёшь, нечего мусорить!

– Ничего, Хейла лишний раз придёт, ей за это деньги платят, – буркнул в ответ Руфус. – Заодно ты на её задницу полюбуешься, что тебе ещё остаётся?

Ингерам неспешно поднялся с кровати. Руфус трусливо съёжился, зная, что бывший лейтенант Лесной Стражи скор на расправу, и рука у него тяжёлая. Однако Ингерам с каким-то злым весельем посмотрел на юношу.

– Ты слышал, Лоркан, что этот наглец лопочет?

Лоркан недовольно оторвался от письма и хмыкнул что-то неопределённое.

– Ну, ты мог бы на него как-то повлиять! – продолжал гнуть своё Ингерам. – Так, по-отечески. Вы же теперь почти родственники.

– Чего? – в один голос вопросили Лоркан и Руфус. – Какие такие родственники?

– Да самые настоящие. Лоркан спит с мамашей, а Руфус с дочерью. Так что вы теперь друг другу не чужие. Почти отец и сын. Или тесть и зять? Или…

Договорить Ингерам не успел, потому что Лоркан запустил в него чем-то острым. Бывший лейтенант навыков не утратил, поэтому успел увернуться, так что ножны (хвала Небесам, что не сам нож!) угодили прямо в висок Руфусу. Тот взвыл, схватившись за голову.

– Заткнитесь оба, – буркнул Лоркан. – Не то прирежу обоих, так, по-отечески.

Ингерам рассмеялся, а Руфус, бурча себе под нос, поднял смятое письмо и направился к выходу.

– Ничего, вы ещё у меня попрыгаете, и очень скоро, – злобно бросил он перед тем, как хлопнуть дверью.

Ингерам проводил зарвавшегося юнца долгим взглядом.

– Эй, Лоркан, чем это он нам угрожает?

– Откуда мне знать, – досадливо отмахнулся тот. – И ты не обращай внимания, мало ли что он там болтает. Видать, в столице ему голову напекло.

Ингерам покачал головой. После Рудного Стана поведение Руфуса ему не нравилось даже больше обычного.

Глава 52

Элинины дела в замке продвигались далеко не блестяще. Все обсуждения финансовых вопросов казначей поставил на паузу.

– Мне надо обдумать всё, что ты рассказала мне, почтенная дара Элина. Но, сама понимаешь, есть и другие дела, которые требую моего внимания. Придётся немного подождать.

Элина вынужденно согласилась: не настолько важной персоной она была, чтобы диктовать условия уважаемым советникам короля. Элинины люди ждали жалованье, но и здесь королевский казначей не торопился. Элина уже начала тревожиться, хотя перед своими ребятами виду не подавала. Каждый день она таскалась в замок в надежде встретиться и поговорить с Арланом Колле. Это привело лишь к тому, что он стал избегать встречи с ней. Может, сам король отдал такой приказ, а может, казначей затаил обиду на Элину за то, что она подвергла жуткой опасности его драгоценного сына.

Вначале экспедиторы приезжали в замок вслед за своей предводительницей, но вскоре им это наскучило, и Элину сопровождали лишь Рэйшен, Дэвлин и, как ни странно, Руфус. Дэвлина каждый день ожидала его высокомерная пассия, Руфус бормотал что-то насчёт друзей, которые его ждут, а Элина, поглощённая мыслями о деньгах, просто махнула на Руфуса рукой. Раз ждут друзья, то иди себе, не мешайся под ногами. С Элиной оставался только преданный Рэйшен. Но даже он как-то раз спросил:

– Что будешь делать, если они обманут нас с жалованьем?

Элина тяжело вздохнула:

– Придётся занять серебро у гномов.

– Ты же сама ругала меня за то, что я у них кредитнулся! – возмутился дроу.

– Тут другое, Рэй. Людям нужно платить за работу. А людям с оружием – особенно. Не переживай, я что-нибудь придумаю.

Как-то раз, поджидая казначея, они столкнулись с Сиерсом. Тот покосился на Рэйшена и, сочтя его неопасным, подступил к Элине.

– Почтенная, следила бы ты получше за своими людьми! То есть не людьми!

– Ясного тебе неба, дар Сиерс, – холодно отозвалась Элина. – Чем тебя Рэйшен обидел?

Рэйшен только хмыкнул, прислонившись к стене. Этого припадочного пустоголового Сиерса он мог прихлопнуть, как муху, но, как и в случае с мухой, просто не хотел пачкаться.

– Да какой, к демонам, Рэйшен?! – голос Сиерса повысился до визга, и на Элину попало несколько капель слюны. – Я о другом дроу, он тоже с тобой приезжает, одно лицо с этим… – Сиерс кивнул в сторону Рэйшена. – Глаза только потемнее.

– Так что он тебе сделал-то? Говори по существу, а я разберусь.

– По какому ещё существу?

Сиерс кипятился, а Рэйшен едва удерживался от смеха.

– Этот негодяй соблазнил мою дочь! Он заморочил ей голову!

Элина сразу вспомнила высокомерную девицу, которая цеплялась за Дэвлина всеми конечностями. Это, оказывается, дочь Сиерса! Она, видимо, искренне верит, что связь с дроу подарит ей вечную молодость и красоту.

– Э-э… знаешь ли, дар Сиерс, – Элина осторожно подбирала слова, – твоя дочь сама обратила свой взор на Дэвлина, её ни к чему не принуждали.

– Я растил свою дочь для жизни при дворе, среди аристократов! Да ей только принц был ровней! А это дикое чудовище…

Сиерс осёкся, потому что Рэйшен перестал смеяться, подступил к советнику вплотную, приблизил своё лицо к его и злобно оскалился:

– Слушай сюда, ушлёпок, и запоминай! Да, дроу – чудовища, жестокие и бесчувственные! Мы приходим, куда хотим, и берём, что хотим! И никакой человечишка нам в этом не помеха!

С каждым словом Рэйшена Сиерс съёживался, становясь как-то ниже ростом. В конце концов, он позорно отступил, но, уходя, процедил сквозь зубы:

– Я найду способ убрать тебя отсюда, деревенская выскочка, и тебя, и твоих уродов!

Рэйшен плюнул ему вслед, а Элина пожала плечами:

– Чурбан! А ты, Рэйшен, тоже хорош гусь!

– С чего это я гусь?! – возмутился дроу.

– Нечего было угрожать этому болвану, ну, поорал бы он и убрался восвояси.

– Так ты за него испугалась, что ли? – когда Рэйшен обижался, он становился язвительным.

– Конечно, испугалась, – серьёзно ответила Элина. – Если бы ты убил этого чурбана, куда бы мы прятали труп? Здесь же нет ни единого приличного закоулка…

Хохот Рэйшена эхом отразился от каменных стен. Словно по волшебству, дверь отворилась, и из-за неё выглянул Арлан Колле.

– Что ж вы так расшумелись… Входите, входите, – проговорил казначей.

В его покоях в расслабленной позе сидел Лонваль. Он приветственно кивнул гостям.

– Зачем вы затеяли ссору с Сиерсом? – сразу же начал отчитывать экспедиторов старый казначей. – Вам мало врагов, решили нажить себе ещё одного?

Элине совсем не понравился тон советника. Он не имел никакого права поучать королевских экспедиторов. Ещё меньше ей понравилась усмешка Лонваля. Он лишь обозначил её краешками губ, но Элина сразу ощутила, каким чувством превосходства веет от молодого аристократа.

"Что, демоны всё раздери, тут происходит?" – Элина даже не успела ничего предположить, как казначей сунул ей в руки бумагу.

– Взгляни, вот ведомость, проверь, может, я забыл кого, – торопливо проговорил Арлан Колле. – А если есть вопросы по деньгам, задавай сразу, я объясню, кому и что полагается.

Элина приняла бумагу из рук старика. Рэйшен немедленно заглянул через Элинино плечо и удивлённо присвистнул: напротив каждого имени была написана солидная сумма. Да, король не обидел своих экспедиторов!

– Ну что, Рэй, надолго ли хватит этих денег? Удастся покутить как следует? – всем своим видом Лонваль показывал осведомлённость в делах отца, да и в делах экспедиторов тоже.

Выражение благодушия сползло с лица дроу, словно плохо приклеенная маска. Рэйшен прищурил сиреневые глаза:

– Хм… Знаешь, Лонваль, Рэем меня называют либо те, кто со мной вместе воевал, либо те, кто со мной спит. Ты из которых будешь?

Лонваль покраснел, скорее от злости, чем от стыда, и промолчал.

– Прекратите оба! – прошипел казначей.

Элина никогда ещё не видела старика таким раздражённым. Он выхватил ведомость у Элины из рук и буквально вытолкал её и Рэйшена за дверь:

– Ступайте, ступайте! Получить жалованье можно будет завтра, а сейчас идите!

Дверь захлопнулась, и Элина с Рэйшеном в недоумении переглянулись.

– Какая муха его укусила? – спросил дроу.

– Наверное, та самая, которая куснула Сиерса.

– И Лонваля тоже, – прибавил Рэйшен. – Видела, как он рожу кривил? Такое ощущение, что купил нас, как рабов на ярмарке…

– Да, я заметила. И это очень странно. В Рудном Стане он из штанов выпрыгивал, так хотел показать себя с наилучшей стороны. Мечтал вступить в наши ряды, так сказать. Интересно, что изменилось?

– Это тебе не глухомань вроде Рудного Стана. Это, мать её разэдак, столица, – Глорк, – с нескрываемой неприязнью добавил Рэйшен.

– Потерпи немного, – Элина положила ладонь на локоть дроу. – Вот получим деньги, и я похлопочу перед королём, чтобы отправил нас в Жадвиль.

Глава 53

– Жадвиль – тоже гадюшник! – фыркнул Рэйшен.

– Но получше Глорка!

– Согласен. Кстати, неужто Дэвлин дерёт дочурку Сиерса?

Элина поморщилась. Когда Сиерс упомянул принца, это был намёк, что дочурку готовили в жёны королевскому наследнику. Наследника выслали из столицы и лишили первородства "благодаря" Элине и Рэйшену, так что Сиерс потерял возможность породниться с королевской семьёй, зато обрёл дурную славу "дровского тестя". Чем не причина для неутолимой злобы?

– В общем, у нас есть теперь ещё один враг, и это Сиерс, – со вздохом заключила Элина.

– А кто был до этого? – удивился Рэйшен.

– Римардо.

– Да ладно тебе! Он нормальный мужик! И в Глорке ничего плохого он тебе не сделал!

Элина вытаращила глаза от возмущения. Какой же Рэйшен непонятливый!

– Ага, мужик он что надо: нанял убийцу, чтобы тот вывез меня из Жадвиля. И если бы не ты…

Рэйшен сконфуженно умолк. Воспоминания давно отгремевшей войны иногда затмевали то, что происходило сейчас. В этих воспоминаниях Римардо был лихим военачальником, решительным и справедливым. И все его любили…

– Зато король на нашей стороне.

– Пока что, – кисло ответила Элина, – но всё может поменяться.

– Да почему?!

– Да потому, что наш король – такой же нормальный мужик… Захотел – слово дал, захотел – назад взял!

Элина осеклась и огляделась по сторонам, не слышал ли кто её крамольных речей. Рэйшен поскучнел:

– Это у тебя, Эли, от безденежья. Вот заплатят нам, и настроение у тебя переменится. Можешь не озираться, нам повезло, здесь никого нет.

В чём-то Рэйшен был прав: отсутствие денег повергало Элину в уныние. В бытность свою трактирщицей, а после – казначейшей кондотты, Элина начинала активно искать способы заработать. Но сейчас, на королевской службе, единственным источником дохода стало жалованье. Финансовый поводок был в руках у стареющего короля, который мог быть жестоким, словно невоспитанный ребёнок, а ещё король не любил ни бунтовщиков, ни дроу, ни дезертиров, ни простолюдинов… И был падок на женскую ласку.

Странное поведение Лонваля тоже смущало Элину и заставляло призадуматься. Может, они с Руфусом на пару решили устроить экспедиторам какую-нибудь пакость? Гадать можно было бесконечно, и Элина махнула на всё рукой: надо решать проблемы по мере их поступления.

Полли показывала город молодым дроу. Точнее, с ней остался один Меуриг. Мадогу наскучило бродить по улицам без гроша в кармане, и он отправился домой, мечтая о том, чтобы Рэйшен уже вернулся, а Элина – нет.

– Он не теряет надежды, да? – сочувственно произнесла Поллианна.

Меуриг неопределённо пожал плечами, и девушка перевела разговор на другую тему:

– Дара Элина сказала, что нам скоро жалованье дадут, я тогда вас обоих на рынок свожу! – и мечтательно добавила: – Вот тогда нам гулять будет куда интереснее! Купим чего-нибудь!

Из "чего-нибудь" дроу интересовались только оружием. Впрочем, у Меурига был тайный план. Он быстро сообразил, что в мире человеков инициатива принадлежит мужчинам, и собирался поступить как настоящий мужчина. Для этого надо было всего лишь набраться решимости и сказать нужные слова. Меуриг хотел пригласить Полли в какую-нибудь приличную таверну. В случае позорного отказа он планировал удрать на тренировочную площадку королевского замка и выместить свою обиду на всех, кто под руку попадёт. Так что весть о скорой выплате денег одновременно и радовала молодого дроу, и пугала.

– О чём ты задумался, Меуриг?

Полли была девушкой чуткой и внимательной, от ё глаз не укрылось, что её приятель обеспокоен.

– Я… Ну, о жалованье…

– За это не волнуйся. Дара Элина не обманывает. Если она пообещала, уж она эти деньги из королевских советников вытрясет.

Меуриг кивнул.

– В самом деле, Меуриг, ты сегодня какой-то странный.

И Меуриг решился.

– Полли, – быстро заговорил он, не давая себе возможности пойти на попятный, – давай, как деньги получим, сходим куда-нибудь, посидим, перекусим, пива попьём…

Слова у Меурига закончились, и он умолк, выжидающе глядя на свою спутницу. Интересно, а как Рэйшен сблизился с Элиной? Куда-то звал? Чем-то угощал? Меуриг пожалел, что не расспросил Рэйшена. Уж Рэйшен бы точно…

– Хорошо, Меуриг, – Полли солнечно улыбнулась. – Я, правда, пиво не слишком люблю, но с удовольствием схожу с тобой куда-нибудь.

Меуриг и представить себе не мог, что пара простых фраз может так окрылить и вдохновить его. Если бы ему сейчас велели пробежать вокруг городских стен, а потом голыми руками сражаться с десятком противников, он бы их в фарш превратил, он не сомневался!

Возвращаясь домой, Меуриг присматривался ко всем заведениям, которые попадались по пути. Не всякая харчевня достойна принять Поллианну. Надо будет всё-таки поговорить с Рэйшеном, может, он что посоветует.

– Чего это вы оба довольные такие? – подозрительно спросил Мадог.

Рядом с ним сидел Гри, настраивая свою читарру. При этих словах молодой бард впился взглядом в лицо Полли, а после принялся рассматривать Меурига.

– Просто хорошо погуляли, приятно время провели, – спокойно ответил тот.

Гри чувствовал, что между этими двумя что-то произошло, но они оба не подавали виду: не держались за руки, не прикасались друг к другу, не заглядывали один другому в лицо.

– Между прочим, как там тебя, Мариг, – заметил Гри, нарочно коверкая имя дроу, – твой инструмент, Шёпот Леса, скоро заберут. Соседи приходили…

– Да? Что ж, отдадим, – равнодушно ответил Меуриг. – А ты, наверное, так себе музыкант, поэтому я твою читарру возьму.

– Что? – опешил Гри. – С чего ты взял, что я плохой музыкант?

– У тебя неважный слух и плохая память. Ты давно знаешь, что моё имя – Меуриг.

Мадог злорадно рассмеялся. Пусть хоть кому-то будет хуже, чем самому Мадогу! А у музыкантишки было явно нехорошо на душе. Наверняка у него что-то было с голубоглазой Полли, иначе бы он не трепыхался, стараясь очернить соперника.

– Гри, дара Элина запретила тебе торчать в доме, – холодно проговорила Полли.

– Я уже ухожу, – Гри поднялся и нехотя отправился через кухню к чёрному ходу.

Меуриг проводил барда долгим недобрым взглядом. Никто из экспедиторов не потрудился объяснить, в каких отношениях была Полли с этим парнем, но даже молодые неопытные дроу сообразили, что этим отношениям пришёл бесславный конец.