Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Соавторы: Александра К.,Евгений Рудашевский,Натали Карамель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 93 (всего у книги 353 страниц)

Глава 42

Сегодня король припозднился с обедом, шутка ли, столько всяких дел навалилось. Слуги вот-вот должны были внести серебряные тарелки и столовые приборы для своего повелителя. Витерий даже заулыбался, представив кусок мяса, истекающего соком, ароматные запеченные овощи и нежный соус…

За дверью раздался шум и подозрительные крики. Витерий вскочил со своего места. Не доверять своей гвардии причин у него не было. Но всё-таки непонятно, кто посмел… Ах, да, конечно, Элина и её экспедиторы. Король вздохнул. Что ещё надо этой женщине? Она вроде отправилась опрашивать кого-то зачем-то, Витерий даже не особо вслушивался, что она хотела. Пусть себе допросит пару-тройку слуг… Похоже, допросила.

Дверь распахнулась. Король поморщился. Он хорошо помнил, кто позволяет себе такие выходки. Этот несносный дроу!

– Адар, – как ни странно, в королевский кабинет ввалились стражники. Вид у них был виноватый и огорчённый, – прости нас, но они говорят, что это срочно и много времени не займёт…

– Ну, пусть войдут. А вы поторопите там с обедом. Почему-то экспедиторы расследуют дела гораздо быстрее, чем слуги кормят своего короля.

Стражники смутились и, пятясь, отступили за дверь. Интересно, отчего это они так, сами съели королевский обед, что ли? Долго думать над этим Витерию не пришлось, потому что в кабинет ворвалась Элина и её экспедиторы, и вид у всех четверых был весьма взбудораженный. Может, они кого-то убили, мысленно предположил король, а вслух скомандовал:

– Докладывайте!

Элина вкратце рассказала всё, что им удалось узнать. Во время её рассказа Ингерам кивал головой с самым честным выражением лица, красивая девушка с ясными голубыми глазами взволнованно прижимала руки к груди, а Рэйшен… Он, как обычно, стоял со скучающим видом. Не волновала его ни судьба залётного музыканта, ни тем более замужество девчонки-горничной.

– Так от меня-то что нужно? – с некоторым раздражением спросил Витерий, когда Элина умолкла. – Ради вот этого вы мешаете мне обедать?

– Адар, у тебя в подземельях сидит невиновный человек вообще без всякого обеда. Прикажи освободить его! А солдат, которые его оклеветали, прикажи наказать!

Витерий устало поглядел на Элину. Она прямо как маленькая.

– Ты же понимаешь, что если я начну наказывать своих солдат налево и направо, то очень быстро останусь и без охраны, и без армии. Зато озлобившихся мужиков, умеющих держать в руках оружие, будет хоть отбавляй.

Элина вздохнула. Да, об этом она как-то не подумала.

– Тогда выгони их со службы! Нечего порочить мундир!

Настала очередь Витерия вздыхать:

– Мне что, за каждую мелкую провинность людей разгонять? А на их место? Из тёмных переулков кого-то позвать? И чем, по-твоему, они опорочили мундир? Они не крали, не убивали…

– Ну да, только пытались насиловать, – ядовито вставила Элина.

– Пытались, – Витерий назидательно поднял вверх указательный палец, – но не изнасиловали. Всё, не спорь со мной больше, не то передумаю твоего музыканта отпускать!

Элина склонила голову. В конце концов, нельзя иметь всё сразу. Сейчас главное – вытащить этого дурака Гри из темницы. Витерий тем временем нашёл на маленьком столике клочок пергамента и торопливо начеркал там несколько строк.

– Возьми, отдашь это стражам в подземелье. А теперь убирайся с глаз моих и забирай своих головорезов, они мне аппетит портят!

Элина взяла пергамент из рук короля и пристально и нагло посмотрела ему в глаза. Ингерам уже начал переживать, что эдак они отсюда живыми не выйдут, но Элина тут же склонила голову, пытаясь изобразить почтительность, развернулась на каблуках и, не говоря ни слова, вылетела за дверь. За ней – уже без всякого поклона – неспешно вышел Рэйшен. Зато Полли и Ингерам кланялись за всех четверых.

– Да идите, идите уже! – беззлобно молвил Витерий и с облегчением выпроводил своих незваных посетителей.

Какое-то время все молча шли за Элиной, но, похоже, она от злости не разбирала дороги и опомнилась только в незнакомой части замка, старой и мрачной.

– Это ещё не подземелья?

– Нет, Эли, это не они, видишь, здесь даже окна есть, – мягко сказал Рэйшен.

– Чего ж ты молчал-то?! – возмутился Ингерам. – Какого рожна мы тащились в эти чигиря?!

– Да ладно, неужто у тебя есть какие-то дела на остаток дня? – деланно удивился дроу.

– Может, и есть, – огрызнулся бывший лейтенант, – не все такие бездельники, как ты!

– Прошу вас, не ругайтесь! – взмолилась Полли. – Нам надо найти эти клятые темницы, забрать Гри и побыстрее уйти отсюда! Хоть это и замок самого короля, но местечко гнусное!

– Полли права, не ссорьтесь, – мрачно проговорила Элина, – давайте лучше поскорее покончим с этим мерзостным делом и забудем о нём. Извините, я вспылила и мчалась, не разбирая дороги.

– Да выбраться отсюда – раз плюнуть, – успокоительно сказал Рэйшен, – я уверен, что найду дорогу. Нам, в общем-то, надо вниз и вниз. Вот и лестница, кстати.

– Умный ты больно, – буркнул Ингерам, – а если лестница не туда ведёт?

– Она ведёт вниз, и поверь, мы очень скоро окажемся в подземельях.

Так оно и оказалось. Вокруг сгустилась темнота, где-то громко капало. Элинины ботинки намекнули, что такого климата они не любят: ноги экспедиторши промокли. Каждый шаг гулко отдавался под мрачными каменными сводами. Полли беспокойно оглядывалась, словно ожидая, что вот-вот кто-то выскочит на неё из засады.

– Не переживай, – неуклюже пошутил Ингерам, – драуга здесь нет.

От такой шутки нервно дёрнулся даже Рэйшен, не говоря уж об Элине, которая судорожно схватилась за нож.

– Всё-всё, – примирительно проговорил Ингерам, чувствуя, что сейчас ему прилетит от рассерженного дроу, – это шутка такая. Неудачная, признаю. Кстати, а здесь вообще хоть кто-то есть? Ну, кому-то же мы должны передать королевское распоряжение и всё такое…

Действительно, эти подземелья ведь кто-то охраняет?

– Эй! – заорала Элина, и её спутники снова вздрогнули, на этот раз от неожиданности. – Именем короля! Я желаю говорить с начальником охраны!

Её вопли поддержал своим зычным голосом Рэйшен. Если здесь и был кто-то, он мог решить, что происходит восстание. Впрочем, очень скоро Рэйшен умолк и насторожил чуткие уши. Элина, зная, каков слух у дроу, тоже притихла и выжидательно поглядела на своего спутника. Немного погодя все услышали чьи-то шаги.

– Один человек, идёт уверенно, не спешит, не боится, – заключил Рэйшен.

Ингерам согласно кивнул:

– За королевской бумажкой топает, просто сам пока этого не знает.

Из темноты выступил высокий худой мужчина в плаще. В руках он держал факел, что было очень кстати для всех, кто не обладал ночным зрением.

– Что за шум? – ворчливо спросил он. – Кто вы вообще такие и как здесь оказались?

– Королевские экспедиторы, – представилась Элина, выступая вперёд, – у нас есть письменное распоряжение короля.

Глава 43

– Да уж вижу, что экспедиторы, – прищурившись, мужчина внимательно оглядел всю компанию, стоявшую перед ним. – Давайте ваше распоряжение.

Элина только гаденько ухмыльнулась в ответ.

– В чём дело? – удивился мужчина с факелом. – У тебя нет письменного распоряжения короля?

– У меня есть всё, что нужно, почтенный, – почти вежливо ответила Элина, сохраняя на лице ухмылочку, – да только я не знаю, кто ты такой. Не могу же я отдать важный документ первому встречному!

– Это я-то первый встречный?!

– Даже если второй, то это неважно. Кто ты такой? Или в ваших подземельях забыли о вежливости? О субординации, в конце-то концов?

“Ага, кто бы говорил”, – подумал Ингерам, припомнив, как Элина перечила королю, забывая его титул и игнорируя приличия. Однако укор подействовал на мужчину с факелом. Тот торопливо склонил голову:

– Ты права, дара, а я прошу прощения за свою нечаянную грубость. Я – старший дневного караула, моё имя Эдрик…

На миг он прервался, видимо, ожидая, что его имя знакомо Элине. К сожалению, она не поинтересовалась, кто сторожит королевских пленников в здешних темницах, и имя стража было для неё пустым звуком. Эдрик явно был разочарован. Зато его знали и Рэйшен, и Ингерам.

– Эдрик? – переспросил дроу. – Эдрик по прозвищу Надёжная Сталь?

– Он самый, – сдержанно улыбнулся страж. – А ты – Рэйшен из клана Речного Песка? Самый знаменитый наёмник королевства?

– Он самый, – Рэйшен просто лучился самодовольством.

– Решил снова послужить королю?

– Вроде того.

У Ингерама заблестели глаза. Вот это да! Эдрик Надёжная Сталь прославился ещё во время войны за объединение королевства, он воевал на границе, именно в тех местах, где довелось служить Ингераму, так что среди Лесной Стражи Эдрика знали и помнили. Правда, отчего-то Ингерам думал, что Эдрик героически погиб, защищая королевский штандарт, но вот герой перед ним, живёхонек! Жаль только, что никакого благородства и героизма в его теперешнем занятии нет: сторожить заключённых – дело нехитрое, спокойное и наверняка хлебное.

– Что ж, Рэйшен, давай сюда свои бумаги, – Эдрик протянул руку к Рэйшену, более не обращая внимания на Элину, – надеюсь, тот, кого ты конвоируешь, не слишком буйный. Или буйная.

И Эдрик обвёл внимательным взглядом всю компанию, словно пытаясь догадаться, кто же из экспедиторов останется здесь, в подземельях. Ингерам вспыхнул от возмущения, но благоразумно придержал язык.

– Нет, брат-солдат, ты не к тому обращаешься, – сейчас в голосе Рэйшена сквозила добродушная фамильярность, – вот кто у нас главный.

От тычка в спину, лёгкого по меркам дроу, Элина едва удержалась на ногах. Она поняла, что сейчас Эдрик испытывает некоторое презрение ко всем, кто пошёл служить под начало женщины.

– Что ж, Эдрик Надёжная Сталь, вот королевское предписание, – и Элина отдала клочок пергамента стражу.

– Рэй, подержи-ка факел, – уже совсем другим тоном сказал тот, – а я пока прочитаю.

Рэйшен с удивлением принял чадящий факел из рук Эдрика, а тот взял пергамент обеими руками и подносил его то ближе к глазам, то дальше, медленно шевеля губами. Элина догадалась, что страж плохо обучен грамоте. Среди экспедиторов все умели читать, писать и считать, даже Лоркан, которого Элина считала туповатым солдафоном. Рэйшен отлично управлялся со стилосом и бумагой, всех дроу обучали этому с малолетства, Мадог с Меуригом тоже были грамотными. А этот, как его, Эдрик, с трудом осилил десяток слов, небрежно начёрканных королём на каком-то обрывке.

– А вы, ребята, случайно не обманываете короля? – спросил Эдрик, дочитав до конца. – Этот парнишка тут уже шашни крутит с заговорщицей…

– Да ты что, Эдрик! – возмутился Рэйшен. – За кого ты нас принимаешь!

– Какая такая заговорщица? – насторожилась Элина. – И почему у парнишки есть возможность с ней разговаривать?

– Может, дара, ты слыхала эту историю, если, конечно, тебя допустили к этим сведениям, – снисходительно бросил страж, – речь о бывшей фаворитке короля.

– Слыхала, – Элина скопировала снисходительный тон Эдрика, – и даже принимала участие в её аресте.

– Ах, вот как, – теперь Эдрик говорил более уважительно.

– Так как же музыкант вступил в сговор с этой, м-м-м, фавориткой? Почему у них есть возможность разговаривать?

– Ты, дара, видимо, не знаешь, как здесь всё устроено. Пойдём, я тебе покажу, и заодно заберёшь этого прохиндея. Кстати, уверена ли ты, что делаешь всё правильно?

– Разумеется, – холодно ответила Элина. Этот Эдрик выводил её из себя. – Я знаю Гри лично и могу поручиться, что он слишком глуп и труслив, чтобы устроить нападение, да ещё в королевском замке. Давай, дар Эдрик, не будем терять твоё и моё время, и покончим с этим делом.

Ряды камер, мимо которых проходили экспедиторы, производили удручающее впечатление. Ни в одной из них не была окошка, даже самого маленького. Глухие толстые стены, за которыми был не воздух, а тяжёлая сырая почва… Видимо, чтобы пленники не задохнулись раньше времени, вместо дверей в камерах были решётки от пола до потолка. Толстенные прутья, сквозь которые заключённым просовывали дневную порцию еды и питья, было не разогнуть руками и не распилить. Мерзко и противно стало на душе у Элины. Никто не должен находиться в таких условиях, это же отвратительно. Тоже мне, нашёлся просвещённый монарх, который гноит людей заживо в таких казематах! Тут, небось, и крысы шастают! Узник отвернётся или задремлет, а они тут как тут – сожрали пайку! Или самого узника…

Надо отдать должное просвещённому монарху, его подземелья почти пустовали. Экспедиторам пришлось довольно долго следовать за Эдриком, сворачивать из одного тёмного коридора в другой. Здесь были заняты сразу две камеры.

Элина даже не сразу сообразила, кто именно им нужен, потому что оба узника вид имели измученный и потрёпанный.

– Их что, бьют здесь? – тихо спросила у стража экспедиторша.

Ответом ей был гневный и возмущённый взгляд. Наверное, и без телесных наказаний здесь можно сойти с ума в темноте и спёртом воздухе. Эдрик поднял факел повыше.

– Ну, проверяй, дара, этот ли тебе нужен.

Оба узника поднялись на ноги и приникли к прутьям решётки. Только сейчас Элина догадалась, что один из этих несчастных – женщина, бывшая фаворитка короля. Нечёсаные волосы падали на лицо, от изодранной одежды исходил тяжёлый запах немытого тела. Если король хотел отомстить наивной девице за “шпионаж” и глупость, то месть удалась на славу. Элина с ужасом и жалостью глядела на эту некогда красивую девушку, к ногам которой стареющий король бросал драгоценности, наряды, изысканные яства…

– Эли, что с тобой? – шепнул Рэйшен ей на ухо. – Мы вроде как Гри должны забрать.

Второй узник, в котором Элина уже без труда признала молодого барда, с надеждой и страхом смотрел на экспедиторов.

– Гри, – негромко окликнула юношу Элина, – мы пришли забрать тебя отсюда…

Глава 44

Глаза барда подозрительно заблестели. Он провёл по лицу грязной рукой, сделал несколько судорожных вздохов и хрипло ответил:

– А вы можете и эту девушку освободить? Она ни в чём не виновата, честное слово!

– К сожалению, это не в наших силах. Я уже просила короля за неё…

Девушка задрожала всем телом, даже Эдрик заметил это и нахмурился.

– Король рассердился и велел оставить всё как есть, – со вздохом закончила Элина. – А теперь, дар Эдрик, выпусти этого мальчишку, мы его забираем.

Эдрик, неодобрительно поджав губы, снял с пояса связку тяжёлых ключей, погремел ими немного, подбирая нужный, и наконец решетчатая дверь отворилась. Гри, не веря своему счастью, вышел на негнущихся ногах из своей камеры.

– Полли, и ты здесь! Я уж думал, что больше никогда тебя не увижу!

Кажется, он был и в самом деле рад всех видеть. Однако Поллианна отшатнулась от своего бывшего жениха: запах мог отпугнуть и человека покрепче, а мысль о ползающих в одежде насекомых ужасала.

– Да-да, я грязный, прошу прощения…

Эдрик притворил дверь опустевшей камеры и погрозил пальцем бывшей королевской фаворитке, которая приникла к решётке своей клетки.

– А ты, преступница, сиди! Ишь!

Девица беззвучно заплакала. Элина вернулась и подошла поближе к узнице.

– Что происходит? – грозным шёпотом осведомился Эдрик. – Эту отпускать не велено, на неё приказа нет!

– Спокойно, братец, наша Эли дурковать не станет. Щас мы всё увидим…

Тем временем Элина говорила девушке:

– Дают ли тебе воду? Достаточно? Тогда почему ты даже не умоешь лицо? А вон валяется гребень, почему ты не расчёсываешь волосы? Как тебе не стыдно?!

При этих словах даже Ингерам и Эдрик машинально провели пятерней по волосам, стараясь пригладить их. Полли тихонько хихикнула. Ох, уж эта дара Элина, даже в тюрьме норовит навести порядки!

– Я думаю, со временем король простит тебя, только в столице жить не разрешит, выдаст замуж куда-нибудь в глухомань. А пока сидишь здесь, нечего терять человеческий облик, поняла? Подавай прошения о помиловании, пиши королю, что раскаиваешься, что сожалеешь… Он смягчится.

Девушка перестала лить слёзы и слушала каждое слово. Когда небольшая процессия покидала это подземелье, Эдрик, который шёл замыкающим, обернулся. Он увидел, что оставшаяся в одиночестве "преступница" подобрала гребень и осторожно пытается распутать волосы.

* * *

– Наконец-то солнышко! – простонала Полли, когда экспедиторы избавились от Эдрика и выбрались на вольный воздух. – Как можно там находиться?! Я бы умерла на второй же день!

– Что ты, Полли, люди – существа живучие…

Элина не успела договорить, как Гри, ко всеобщему изумлению, закатил глаза и рухнул наземь.

– Вот те раз! – потрясённо воскликнул Ингерам. – Эк его!..

Рэйшен присел на корточки и поднёс руку ко рту болезного.

– Ничего, живой. Такое бывает, когда кто-то отвык от солнца и света. У нас в клане случалось, если долго не покидать нижние этажи, а потом выйти в лес, валились даже очень крепкие ребята, не такие, как этот хлюпик. Щас очухается.

И правда, Гри открыл глаза и недоуменно похлопал ресницами, мол, как я тут оказался и кто все эти люди? На миг ему померещилось, что он снова в Элининой компании где-то в Жадвиле, нет, наверняка Рудном Стане, ведь с ними Ингерам. И Рэйшен тут, Полли рядом. Вон какое обеспокоенное у неё лицо, а ей нельзя волноваться, ведь у них с Полли будет… Жестокие воспоминания обрушились на Гри ледяным водопадом. Молодой бард снова прикрыл глаза.

– Эй, эй, вот этого не надо! – Рэйшен жёсткими пальцами потёр уши музыканта и даже зачем-то потянул его за нос.

– Не делай этого, Рэйшен, ему и так плохо! – испуганно сказала Полли.

– Я в порядке, сейчас поднимусь, – слабым голосом проговорил Гри.

Элина промолчала. Жалеть парнишку она не собиралась, конечно, он несколько исхудал и запачкался, но всё это было дело поправимое. А вот что с ним делать дальше? Она же сама велела даже порога её дома не переступать, и теперь отменять собственное решение ей не хотелось. Но и бросать его в замке было нельзя, Берт и Айко могли отомстить этому дурню. Судя по всему, Гри прекрасно помнил об этом запрете.

– Я… Я сейчас встану и уйду. Спасибо вам всем…

– В смысле – “уйду”? – не понял Рэйшен. – И куда же ты пойдёшь?

Ответом было красноречивое молчание.

– Ну, что, сынку, помогли тебе твои ляхи[1]? – сокрушённо проговорила Элина, не обращая внимания на непонимающие переглядки присутствующих. – У тебя, Гри, остались в замке какие-то вещи? Деньги, одежда? Сейчас заберём всё это и временно отменим запрет на посещение нашего дома.

– Деньги мне вряд ли заплатят после всего… У меня только читарра, – прошептал Гри. – И то, боюсь, что её украли.

– Найдём и вернём владельцу! – хохотнул Ингерам. – Такая у нас работа!

Читарру и впрямь умыкнули. По крайней мере, в той комнате, где жили приглашённые музыканты, инструмента не было. Гри чуть не плакал.

– Да ладно тебе! – утешал его рыжеватый парень с буйными кудрями. – Ты быстро себе на новую заработаешь, голос-то у тебя хороший, петь по тавернам сможешь.

– Это подарок моего наставника…

Парень только руками развёл. Элина подозревала, что, если тряхнуть всех этих молодцов, читарра найдётся где-то поблизости. Но королевского дозволения “тряхнуть” у неё не было, а поднимать очередной скандал очень не хотелось, да и усталость брала своё. В конце концов, Элина собиралась вытащить Гри из тюрьмы, вот она это и сделала, а ради читарры, даже самой лучшей, ложиться костьми она не собиралась.

– Ну что, нашли? – Рэйшен сунул буйную головушку в дверь, чем весьма взбудоражил музыкантов. – Нет? Ну-ка, выйдите отсюда, а я тут, в некотором роде, поработаю.

– Это как?

– По специальности, – съязвил дроу. – Задам парочку правильных вопросов.

Элина недолго думая вытолкнула Гри в коридор. Умением задавать вопросы Рэйшен не славился, а вот умением выбивать ответы… Дверь пришлось притворить поплотнее. Рэйшен понизил голос, поэтому никто толком не расслышал, что именно он спрашивал, но голос рыжеватого парня звучал довольно дерзко. Кудлатый дурачок ещё не знал, что с дроу следует разговаривать двумя способами: вежливо и очень вежливо. Поэтому Рэйшен решил поучить его хорошим манерам, а заодно и вызнать, где же пропавшая читарра.

Полли и Гри подскочили от неожиданности, когда из-за двери раздался отчаянный, почти бабий визг:

– Нет-нет-нет! Не надо, я просто забыл, а сейчас вспомнил! Давай я тебе покажуууу…

Вопль оборвался на высокой ноте, послышалась какая-то возня, а потом дверь распахнулась, и Рэйшен торжествующе потряс перед носом у товарищей добытой читаррой.

[1] Элина цитирует "Тараса Бульбу" Н.В. Гоголя. В Атрейе его, конечно, никто не читал.

Глава 45

– Моя читарра! Спасибо тебе, Рэйшен! – Гри чуть не плакал от счастья.

Кажется, после подземелий он стал куда слезливее, чем раньше.

– Надеюсь, Рэйшен, ты не слишком круто обошёлся с тем лохматым, – Элина напустила на себя строгий вид.

– Да ничего с ним не будет! – беспечно отмахнулся дроу.

– Судя по звукам, детей у него тоже не будет, – не удержался острый на язык Ингерам.

Полли укоризненно посмотрела на обоих. Несмотря на всё время, проведённое среди грубоватых солдат, кондотьеров и наёмников, такие шутки она считала неуместными и неприличными. Зато Элина относилась к этому спокойно, да и сама не упускала случая посмеяться.

– Оно и к лучшему, – пожала плечами она. – Ворюга и лжец. Дурная кровь.

Ингерам хотел высказаться про наследие таких, как Лоркан или даже Рэйшен, которые, конечно, не воруют, зато убивают без колебаний. Он даже успел открыть рот, но отчего-то передумал.

По дороге домой к ним присоединился Дэвлин со своими мальчиками. Мордобой и разбор ошибок закончился ко всеобщему удовольствию, и темноликая троица возвращалась в прекрасном настроении. “Словно породистые кони, которые потряхивают светлыми гривами”, – подумалось Элине. Гри представлял сейчас ужасный контраст с весёлыми, сытыми и крепкими дроу. Он, как натура тонко чувствующая, прекрасно это понимал и старался держаться как можно незаметнее. Но разве с дроу из королевской экспедиции такое прокатит!

– Эли, ты бы поаккуратнее с этим молодчиком, – Дэвлин мотнул роскошной гривой в сторону Гри.

– Думаешь, он опасен? – насмешливо отозвалась Элина.

– В некотором смысле да. Разве ты не боишься клопов и каких-нибудь вшей с одежды? В любом заточении они верные спутники узника, ну, ещё там крысы с мышами, но этих он вряд ли взял с собой.

Вокруг Гри мгновенно образовалось очень много пустого пространства. Полли прямо плечиками дёрнула от брезгливости. Элина озадачилась. Дэвлин был прав, просто она, занятая бюрократическими вопросами, не подумала о насекомых.

– В доме он ночевать не будет! – выпалила предводительница экспедиторов. – Одежду сожжём, волосы, если понадобится, сбреем!

– Вы что?! За что вы так со мной?!

– Ночевать отправим на конюшню, а читарра пусть в доме побудет, никто у нас даже играть не умеет, так что никто не возьмёт.

Элина не заметила, как Мадог с Меуригом при этих словах обменялись загадочными взглядами.

– Эли, если сжечь его тряпки, в чём он ходить будет? В чём мать родила, чтоб Полли полюбовалась, да и Хейла, наверное, не откажется, – ядовито заметил Ингерам.

– Возьмём штаны и рубаху у Руфуса.

– Они ж друг друга ненавидят!

– Кто? – изумилась Элина. – Штаны и рубаха? Раньше вроде не ссорились… Ах, ты про Руфи и Гри. Ну, похрюкают друг на друга немножко, а потом привыкнут. Гри не будет торчать у нас вечно.

– Ну-ну, – скептически откликнулся бывший лейтенант, покосившись отчего-то на Поллианну.

К счастью, Гри не пришлось стричь налысо, да и Руфуса не оказалось дома, так что почтенная матушка Руфуса самолично принесла блудному музыканту комплект одежды. Старую, истрёпанную в тюрьме, кухарка швырнула в печь. Гри помогли вымыться, накормили и отправили на конюшню – отсыпаться. Молодой бард бросал умоляющие взгляды то на Элину, то на Полли, но – увы! – это не помогло. Читарра осталась в доме, в опасной близости от молодых дроу, а музыканту пришлось укладываться спать на соломе, правда, свежей и чистой.

Мадог подтолкнул приятеля под локоть:

– Ну, давай же! Решайся!

– А что Дэвлин скажет?

– Теперь не Дэвлин у нас главный, а она, – Мадог указал глазами на Элину, – а она вряд ли против.

– Вы чего там шепчетесь? – Элина подозрительно сощурила глаза.

Меуриг не успел ничего сказать, как Мадог выпалил:

– Интересно было бы человечий инструмент опробовать! У нас Меуриг на похожем в казарме играл!

Рэйшен насмешливо фыркнул. Он знал, что в казарме запрещают всё, что отвлекает от обучения воинскому искусству, однако молодые дроу ухитряются обходить запреты. Дэвлин нахмурился и с напускной суровостью сказал:

– Ох, мало вас там пороли!

Наверное, порка Меуригу не помогла, потому что он с горящими глазами потянул к себе инструмент. Если бы Гри видел, как какой-то дроу хватает его драгоценную читарру своими мозолистыми лапами, его бы наверняка удар хватил. Меуриг же был осторожен как никогда. Он нежно пробежал пальцами по струнам, и его огрубевшие руки смогли извлечь из инструмента мелодичный пассаж.

– Ну-ка, ну-ка! – глаза у Элины заблестели.

Меуриг расценил это как разрешение. Правда, сыграть он смог только какие-то не слишком мелодичные воинственные дровские напевы, да и те кое-как. Зато у него оказался хороший голос, и Элина подметила, что у Полли на губах играет одобрительная улыбка. Дэвлин, хоть и хмурился для виду, но вроде был доволен. Ну, как же, его воспитанник оказался такой разносторонней персоной: хочешь – шею свернёт, хочешь – ужин сварганит, а хочешь – песней печаль развеет!

Хейла, которая явилась на свой шпионский пост, стояла рядом с кухаркой в дверях кухни, поглядывая на Рэйшена и Элину, которая расслабленно прислонилась к его плечу.

– Сейчас вот явится сюда ваш узник да поднимет визг, дескать, читарру его драгоценную ломают! – насмешливо сказала девушка.

– Неужто ему не спится после королевских подземелий? Не верю! – лениво отмахнулась Элина.

Однако вскоре Рэйшен подтолкнул её под бок и указал глазами на кухню. Там имелся чёрный ход, которым очень удобно было идти к конюшне. Наверняка чуткие уши дроу уловили шаги. Элина со вздохом выпрямилась. Хейла не солгала насчёт Гри и теперь собиралась наслаждаться скандалом.

Гри появился из-за спин служанок, и вид у него был возмущённый. Однако, заметив целую компанию дроу, бард не произнёс ни слова.

– Что-то случилось? Тебе что-нибудь нужно? – с преувеличенной заботливостью поинтересовалась Элина.

– Я хотел… Я думал… – Гри отчаянно старался придумать повод, чтобы остаться в доме. – Я хотел договориться с Руфусом о возмещении цены одежды… Ну, раз уж ему пришлось уступить мне штаны и рубашку.

Одежда Руфуса сидела на музыканте плохо: Гри был ниже ростом, да и шириной плеч уступал баронскому сыну.

– Это мы без тебя порешаем, – добродушно проговорил Рэйшен. – Зачем нам ваши петушиные бои? В конце концов, Руфи неплохое жалованье получает, не обеднеет. Кстати, а куда это он подевался? Все на месте, даже наш красавчик Лоркан, а Руфи нет. Непорядок!

При этих словах все поглядели на Рицпу. Как бы Руфус ни старался отмежеваться, его мать всегда знала, где бродит её сынок. Но сегодня она беспомощно пожала плечами.

– Право, не знаю! Не сердись на него, Рэйшен, думаю, он ещё в замке, у него столько друзей!

К друзьям Элина причислила бы только Лонваля, да и то с натяжкой, а вот собутыльников там было хоть отбавляй. Но, в конце концов, никаких срочных дел не намечалось, можно было дать личному составу перевести дух. Судя по виду Лоркана, он уже приготовился к активному ночному отдыху, но сейчас встрепенулся:

– А я видел Руфуса в замке! В покоях генерала Римардо!