Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Соавторы: Александра К.,Евгений Рудашевский,Натали Карамель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 353 страниц)

Глава 16

– Мадог, – раздался ласковый голос сверху, – как ты себя чувствуешь?

Мадог резко вскочил. Как он мог не услышать, что эти двое вошли? Они же не скрывались, Меуриг и Полли. Точно, чувства делают тебя слабым. А ещё слепым и глухим.

– Тебе больно?

Полли всё спрашивала о чём-то, а Мадог думал, какая же она настырная. И вытолкать за дверь нельзя: Меуриг заступится за неё, и случится новая драка. А с Мадога на сегодня хватит драк.

– Отстаньте от меня, это пустяки.

– Мадог, за что он тебя так?

– Просто так, – буркнул Мадог.

И тут Полли отчего-то рассердилась.

– Вот не ври! Не смей наговаривать на Рэйшена! Он никогда просто так не дрался, даже если очень хотелось! И сейчас не стал бы! Зачем ему это?

Ужасно, но Меуриг полностью поддерживал эту настырную человечку, которую можно было заткнуть одним приличным тумаком…

– Он решил, что я шпионю и что-нибудь сделаю его драгоценной Элине, – брякнул Мадог, только чтобы от него отвязались.

У Полли и Меурига так вытянулись лица, что у Мадога даже настроение немного поднялось.

– Да поговорить я с ним хотел! И он меня обнаружил в умывальной комнате!

Меуриг проявлял какую-то несусветную тупость:

– А что ты делал в умывальной комнате? Это не лучшее место для разговоров.

Мадог закатил глаза. Зато эта девчонка Полли оказалась сообразительной заразой.

– Ты прятался там, да? А Рэйшен тебя обнаружил, и решил, что ты замыслил что-то нехорошее? Но зачем тебе было прятаться?

– Я хотел поговорить с ним, – упрямо повторил Мадог. – А он пришёл с ней. А при ней я говорить не стану.

– Зато при ней ты получил по зубам, – укоризненно заметил Меуриг.

– Я просто не сопротивлялся, – пояснил Мадог. И сам неожиданно для себя добавил: – Лучше бы он убил меня.

– Почему?!

Меуриг и эта девчонка Полли выглядели так, будто им небезразлично, что приключилось с Мадогом. Ну, Меуриг, понятно, – они спали в казарме на соседних койках, выросли рядом. Но отчего Полли проявляет сочувствие? Следит по поручению Элины, а после ей докладывает? Но Мадог не слышал, чтобы девушка получила такое задание. Мысли Мадога потекли в другом направлении. Разве он мог что-то заметить, когда его распирало от счастья и гордости, что рядом с ним Рэйшен? Чувство утраты с новой силой охватило Мадога.

– Мадог, почему ты так сказал?

Мадог опустил растрёпанную голову на руки. Может, люди живут так мало, оттого, что испытывают такие бури чувств? Когда Полли жалостливо погладила его по волосам, он не выдержал. Эмоции словно прорвали какую-то плотину внутри Мадога. Не поднимая головы, он взахлёб принялся рассказывать обо всём, что с ним произошло. Это было неправильно, постыдно для воина-дроу, но он ничего не мог с собой поделать.

К счастью, ни Меуриг, ни Полли ни словом не попрекнули его. На самом деле Полли просто была смущена чувствами Мадога, но у неё хватило такта ничего не сказать об этом.

– Мне очень жаль, что ты так страдаешь, – Полли робко протянула ладошку к волосам дроу, – но знай, что у тебя есть все мы. И я, и Меуриг, и… ну, и все остальные.

Мадог ощутил, как ладонь девушки легко прошлась по его встрёпанным волосам, и замер. Он счёл своё унижение полным и абсолютным. Ниже падать некуда.

– И Рэйшен тоже не отказывается от дружбы с тобой, – Полли, не встретив протеста со стороны Мадога, осмелела. – Просто, кроме дружбы, он ничего не может тебе предложить.

* * *

Дэвлин тревожился. Это не укрылось от глаз Лоркана и Ингерама, хотя Дэвлин и считал, что умеет скрывать свои чувства.

– Да не переживай ты так, – грубовато проговорил Лоркан. – Что с Рэйшена взять, с ним только эта шальная баба умеет управляться.

Дэвлин ничего не ответил. Что с ними разговаривать, с этими людьми! Но второй парень, которого он смутно припоминал по Дикому лесу, удивил его.

– Эх, Лоркан, он же видит, что между ними что-то случилось…

– Ну, померились силой два дурня, ничего страшного.

– Нет, они врут. Что-то произошло. Ты лицо Мадога видел?

– Да он всегда такой смурной.

– Он не смурной, а сдержанный.

– Это одно и то же.

Ингерам досадливо мотнул головой:

– Это для тебя одно и то же, а для дроу – совершенно разные вещи.

Дэвлин слушал-слушал, да и решил идти к Элине, чтобы выяснить, что у них там произошло.

– Не ходи, – приказным тоном заявил Ингерам. – Всё, что случилось, уже случилось. Если Элина с этим не справилась, ты и подавно не справишься.

– Это почему же? – вскинулся Дэвлин, и Лоркан с Ингерамом на всякий случай отодвинулись подальше.

– Слушай, Дэвлин, мы тебя, конечно, остановить не сможем, но просим по-хорошему, – Ингерам имел очень убедительный вид, – не ходи. Оставь их в покое. Эта заноза Элина найдёт, как испортить нам всем жизнь, поверь мне, не трогай её.

Судя по виду Дэвлина, он не слишком поверил, но остался на месте. В конце концов, его ведь так редко по-хорошему просили.

* * *

Полли шла к себе с чувством выполненного долга. Она жалела Мадога, но её симпатии были на стороне своевольного Рэйшена и, конечно, дары Элины. Однако девушке не суждено было спокойно улечься в кровать. Под дверью её поджидал Лонваль, и таким сердитым Полли его ещё не видела.

– Ага! Значит, вот ты какая! – Лонваль говорил свистящим шёпотом, и презрение волной обдало девушку.

– О чём ты?

– Не делай вид, что ничего не понимаешь! – Лонваль больно сдавил руку Поллианны.

– Да что я должна понимать?

– Ты в Рудном Стане делала вид, что осуждаешь свою подружку за шалости на сеновале, а сама?!

Полли онемела. Она даже не понимала, о чём говорит этот обозлённый молодой человек. Что он хочет от неё? Чтобы она одобрила похождения Руфуса и Тати? Нет, этого не будет!

– Я видел, куда ты ходила! – Лонваль шипел не хуже рассерженного кота.

– И что?

– Ты берёшь пример со своей драгоценной дары Элины, так? Она ничуть не заботится о своей репутации! Слышала бы ты, что говорят о ней при дворе! Ты хочешь быть такой же, да?

Полли не могла взять в толк, о чём болтает этот парень, и уже начала примериваться, куда бы ему двинуть, чтобы он отцепился от неё.

– При чём тут это? Мы не при дворе, и я никому не позволю говорить гадости о даре Элине!

– Конечно, – усмешка Лонваля была полна яда. – Ты отказала мне, потому что у тебя перед глазами были эти дроу!

Одна рука оставалась у Полли свободной, и девушка отвесила Лонвалю хлёсткую пощёчину.

Глава 17

– Ах ты…

Молодой придворный был взбешён. Как это так, деревенская девчонка, дочь какого-то там кузнеца, посмела ударить его, сына королевского казначея! Она корчила перед ним такую недотрогу в городе, а сама путается с дроу! Ну, сейчас она…

Лонваль не успел додумать, что именно он с ней сделает, потому что Полли ударила его ещё раз, да так, что молодой человек потерял равновесие и начал заваливаться на пол. Полли ловко высвободила руку, которую Лонваль до сих пор стискивал. Однако молодой придворный не собирался спускать с рук этой девице ни одного удара. Она ответит за оскорбление аристократа! И её драгоценная дара Элина ответит за гибель отца Руфуса!

С двух сторон послышались шаги.

– Что у вас тут такое?

Лонваль быстро осмотрелся. Ага, конечно, прибежали тут всякие. С одной стороны стоял Руфус. Он-то и спрашивал, что здесь происходит. С другой стороны подошли те самые молодые дроу, которыми Лонваль попрекал Поллианну.

– Он подкараулил меня! – возмущённо ответила Полли, потирая руку. Завтра на запястье проступят синяки от хватки Лонваля.

– Лонваль! – Руфус схватился за голову.

Тоже мне, нашёлся поборник чистоты нравов!

– Зачем подкараулил? – речь Мадога была слегка невнятной из-за сильно разбитой губы, но выражение лица не сулило ничего хорошего.

– Не твоё дело! – огрызнулся Лонваль, с трудом поднимаясь на ноги. Надо же, обычная деревенщина, а так больно дерётся!

– Моё, – мрачно ответил Мадог.

– Да?! Это ещё почему?!

– Потому что.

Лонваль мельком оценил кулаки Мадога, а заодно и стоящего за его спиной Меурига, и передумал говорить те гадости, которые вертелись у него на языке. Руфус хотел помочь приятелю, но тот злобно дёрнул плечом, всем своим видом выражая гордый отказ.

– Полли, теперь всё в порядке? – заботливо осведомился Меуриг. – Запри дверь изнутри.

– Спасибо, ребята, – с чувством ответила Полли, подразумевая под "ребятами" не только молодых дроу, но и Руфуса. – Хороших снов всем.

Девушка юркнула за дверь, послышался звук задвигаемой щеколды. Мадог немного постоял напротив Лонваля, хмуря светлые брови, а потом, не говоря ни слова, ушёл. Меуриг, пожав плечами, последовал за приятелем.

– Лонваль, что на тебя нашло? – Руфус был поражён увиденной сценой. – Ты зачем… Ой. То есть ты ещё в Рудном Стане к ней подкатывал, да?

Лонваль раздражённо подтолкнул Руфуса в сторону.

– Ну, давай, расскажи мне, какой я безнравственный!

Руфус, который уже забыл, как в столице пытался охмурить Полли и что из этого получилось, вдруг почувствовал себя оскорблённым.

– Ну как ты мог! Я от тебя такого не ожидал!

– А что такого? Она только что явилась от дроу, с которыми… Ну, сам понимаешь! Я её, видишь ли, не устраиваю, а они чем-то лучше меня!

Руфус оторопел от этого натиска:

– Лонваль, ты совсем сдурел, что ли? Полли – такой же королевский экспедитор, как и мы! Разве можно своих…

– Тебя это, я смотрю, раньше не смущало!

– Она не была экспедитором! Лонваль, она не просто деревенская девица, она – наш товарищ! И, честно тебе скажу, – голос Руфуса стал заговорщицким, – она дерётся как наёмник. Говорят, ещё в Жадвиле её обучали, так что не лезь к ней, себе дороже.

* * *

Дэвлин прекрасно слышал шум в коридоре. Кажется, кто-то из человечьего молодняка пытался пристроиться на ночь к девчонке Полли. Это были ничтожные пустяки, но Лоркан с Ингерамом встрепенулись.

– Выйти, что ль, разобраться? – пробурчал Лоркан. – Вот вечно с этими бабами морока…

Ингерам поднялся с кровати, но Дэвлин лениво проговорил:

– Можете отдыхать, я слышу, мои мальчики подтянулись.

– Теперь я и вправду беспокоюсь, – сказал Ингерам. – С ними нам не сладить.

Дэвлин самодовольно захихикал. Лоркан и Ингерам прожгли его негодующими взглядами, но Дэвлину такое было нипочём. Отсмеявшись, он сказал:

– С ними не надо справляться. Они вашу девчонку не обидят. А тот, кто к ней пристаёт, – пожалеет об этом.

Лоркан выругался. Если "мальчики" Дэвлина покалечат кого-то из людей… И хорошо, если этого бестолкового Руфуса. А вот если тронут казначеева сына – беды не миновать. Ингерам, судя по лицу, думал о том же самом, но, как и Лоркан, не спешил на помощь. Беду придётся разгребать Элине, а сам Ингерам, если что, быстро "уволится" из рядов королевской экспедиции. Ушёл же он из Лесной Стражи. Дэвлин смотрел на людей и, кроме презрения, ничего не испытывал.

– Не трусьте, – грубовато сказал он, – дело кончилось миром, все расходятся по комнатам. Стычки не было.

– За своего Мадога ты побольше волновался, – укоризненно молвил Лоркан.

– Он рос на моих глазах. Я его учил. А за ваших мальчиков мне тревожиться незачем, я их знаю лишь несколько дней. И уважения они у меня не вызвали. А вот девочка ваша получше будет. За неё, правда, тоже можно не переживать: мои мальчики в обиду её не дадут.

– Как Рэйшен – Элину? – язвительно уточнил Ингерам.

– Только по другим причинам, – спокойно ответил Дэвлин.

* * *

Рэйшен, вернувшись к Элине, радостно отрапортовал:

– Ну, всё, отвёл Мадога в общий зал! Все сидят, едят-пьют, всё благополучно!

– И как ты объяснил всем, отчего Мадог такой побитый?

– Как и договаривались, – Рэйшен повёл широкими плечами, – это была дружеская стычка. Просто немного неудачная. Для Мадога.

– Неужели они поверили?!

– Ну да. Я же тебе говорил, люди такие дураки…

– Если ты забыл, я – тоже человек!

Рэйшен сразу пошёл на попятный:

– Ты – совсем другое дело. Ты бы не поверила, начала докапываться и испортила бы мне весь вечер…

Он спохватился, что сболтнул лишнего, однако Элина, казалось, не обратила на это никакого внимания.

– А что Дэвлин? Он поверил?

– Наверное, да, – Рэйшен беспечно тряхнул лохматой гривой, кое-где схваченной кожаными ремешками.

– И тебя не беспокоит, что чувствует Мадог?

Рэйшен поморщился. Похоже, Элина начала-таки докапываться, только на этот раз до него:

– Эли, мне всё равно. Будь Мадог на моём месте, ему бы тоже было плевать. Я рад, что ты чётко обозначила, что ничего ему не светит.

Да уж, недаром люди обзывали дроу бесчувственными! Но сделать с этим ничего нельзя, а значит, надо заниматься своими насущными проблемами.

Рэйшен опустился на кровать рядом с Элиной, и кровать тяжко скрипнула под его весом.

– Эли, ты же не собиралась меня делить ни с кем, правда? Я же только твой? – лукаво прошептал Рэйшен. – И я никуда от тебя не денусь.

"Конечно, не денешься. Пока тебя не увлекут какой-нибудь рискованной затеей, и ты не помчишься за тридевять земель сломя голову". На этот раз всё обошлось, можно было перевести дыхание. Элина обняла Рэйшена и отбросила лишние мысли.

Глава 18

Утром все вчерашние недоразумения как-то сгладились и даже забылись. Элина с Рэйшеном завтракали вместе с остальными. Кто накрыл гостям стол, Элина так и не поняла, потому что гномов поблизости не наблюдалось. Зато были слышны всякие постукивания, покрикивания, лязг и дребезжание. Наверное, работа по добыче серебра шла полным ходом.

Время от времени Элина поглядывала на Мадога. Разбитая губа за ночь затянулась, словно по волшебству, да и настроение у парня было куда лучше, чем вчера вечером. Между Мадогом и Меуригом сидела Полли, свеженькая, словно лесная ягодка, и непринуждённо болтала с обоими. Меуриг и раньше был более общительным, а теперь и вовсе по-свойски трепался с девушкой. Мадог, хоть и пытался по-прежнему быть суровым и неприступным, время от времени сдержанно хмыкал в ответ на ту или иную шутку.

До обеда все просто отдыхали, слонялись взад-вперёд по доступным коридорам, иногда выбираясь на поверхность под неяркое солнце Синих Гор. Элина, к великому неудовольствию Рэйшена, так и сделала. Усевшись на грубо сработанную, но прочную скамью, она подставила лицо солнцу и глубоко задумалась. Рэйшен, который вновь ощущал свои силы, свою кипучую энергию, не смог долго выдержать.

– Эли! Ну, что ты тут уселась! И вид у тебя такой, будто ты кислого пива хлебнула!

Элина криво усмехнулась в ответ.

– Ну, Эли! – не отставал Рэйшен. – Это время можно было провести по-другому!

– Не торопись. Подождём.

– Да чего ждать-то?!

– Меня очень волнует, куда девался дядюшка Хагерит. Сдаётся мне, что он как-то нас проверяет…

– Да пусть делает что хочет…

Рэйшен не успел договорить, как дядюшка Хагерит вырос перед ними, будто из-под земли и многозначительно прокашлялся. Элина поднялась на ноги и отряхнула потрёпанные штаны:

– А вот и наш хозяин. Ясного тебе неба, дар Хагерит! Нашёл ли ты то, что искал?

– А откуда знаешь, что я что-то искал?

Элина даже на расстоянии ощутила, как напрягся Рэйшен.

– Думаю, ты проверял нас.

Гном солидно покивал головой, и его пышная борода качнулась в такт.

– И уже получил ответы.

– Быстро же у вас это делается, – не удержался Рэйшен.

– Сдаётся мне, ты тоже отправлял послания нашей почтой, – спокойно ответил Хагерит. – Должен знать, что мы работаем быстро.

Злость Рэйшена стала почти осязаемой. Элина поспешила вмешаться, чтобы вспыльчивый дроу не натворил глупостей.

– Раз ты пришёл поговорить с нами, значит, полученные ответы тебя устроили, ведь так? – Элина даже позволила себе легко улыбнуться. – Мы именно те, за кого себя выдаём.

– Мда, именно те.

В голосе дядюшки Хагерита звучала задумчивость, которая не слишком понравилась Элине. Где он навёл справки? И так стремительно… Конечно, гномья почта славилась своей скоростью, но разузнать всё за одну ночь! Интернет они сюда провели, что ли?

– В Жадвиле тебя ждут двое наших, – тем временем продолжал Хагерит, – давно от тебя не было вестей, мальчики волнуются.

– Вайсдорн с Вахольдером, – пробормотала Элина, – да, я о них не забыла…

– И что им ответить?

Элина тяжко вздохнула. Её мучила совесть за то, что она дала обещание, а сама даже не удосужилась лишнее словечко ребятам написать. Нехорошо получилось.

– Я сама им напишу. Вернусь в Глорк, и…

– Напиши отсюда, – перебил её Хагерит.

Элина замялась. Этот чересчур любопытный гном явно полезет читать её письмо. Как бы повежливее отказаться? Пока Элина подбирала слова, ей на помощь пришёл Рэйшен.

– Хагерит, матрона знает лучше. Сказано – из Глорка, значит, будет писать из Глорка. А ты что-то чересчур любопытничаешь. Спроси прямо, что тебе интересно.

Хагерит на миг перестал напоминать добродушного бородатого дядюшку. Его лицо застыло, словно высеченное из камня, и Элине подумалось, что это лицо воина или правителя… Но миг прошёл, и дядюшка Хагерит фыркнул:

– Ишь ты, языкастый какой! Да, написал я парочку письмишек, отправил и в Жадвиль, и в Железные горы, и в Глорк. Не соврала дара Элина ни единым словом. И я могу отправить всю вашу компанию куда попросишь.

– В Рудный Стан! – выпалила Элина.

Дядюшка Хагерит добродушно зафыркал, разглаживая роскошную каштановую бороду.

– Что ж, в Рудный Стан так в Рудный Стан. Только дайте нам чуток времени.

– Зачем это? – нетерпеливо перебил его Рэйшен. – Мало разузнал о нас, что ли? Ещё кого поспрашиваешь?

– А говорят, что дроу сдержанные! Да ты сотню торговок перебазаришь! Дай мне закончить!

Элина укоризненно глянула на Рэйшена, и тот заткнулся.

– Вот, другое дело, – заметил Хагерит. – Обычно быстрым путём доставляют почту и срочные грузы, их сопровождают обученные гномы, которые могут выдержать такой путь. Транспорт наш не приспособлен для людей, а для дроу – и подавно.

У Элины вытянулось лицо, но она решила дослушать, что предложит их хозяин. А тот продолжал:

– Нужно немного времени, чтобы мои умельцы приспособили транспорт под вас, а так-то домчим всех в лучшем виде! Надеюсь, у всех вас желудки крепкие?

Рэйшен метнул быстрый взгляд на Элину, а та отчаянно соврала:

– Конечно, добрый дар Хагерит!

– Отдыхайте, набирайтесь сил! Оружие своё получите, когда уже рассядетесь по местам, чтоб ехать… А про банк и торговлю в Жадвиле мысль мне нравится.

Элина раскрыла рот, чтобы привычно обещать вольному гному Хагериту всё то, что она обещала и гномам с Железных гор, и Хердеру Андебрингеру, но дядюшка Хагерит не дал ей и слова сказать:

– Когда придёт время, я сам с тобой свяжусь!

Элину так и подмывало спросить, а как именно он узнает, что время пришло, но дядюшка Хагерит напустил на себя важный и загадочный вид и удалился куда-то в сторону, где стучало и лязгало.

Что ж, по крайней мере, гномы не станут их удерживать силой и даже помогут вернуться в Атрейю. Почему только у Рэйшена стало такое лицо?

– Что случилось, Рэй? Что-то не так? Вроде бы всё разрешилось…

– Разрешилось, конечно, да только сдаётся мне, что теперь за тобой будет вечная гномья слежка. Уж очень много обещаний ты их племени раздала, всё насчёт денег да торговли, а они такого никогда не забывают.

– Слежка? И днём, и ночью, что ли? Как это у них может получиться?

– Уж не знаю, но теперь они с тебя не слезут, пока ты им банк в Жадвиле не организуешь. И если ты собираешься их надуть, то имей в виду, что ничего не выйдет. Гномы – народ миролюбивый, но такого криводушия не простят. Для них сделка – это свято.

– Рэйшен! – возмутилась Элина. – Разве я плутовала на сделках?! Когда-то в Жадвиле моё слово…

– Ладно-ладно, я просто предупредил.

Немного пофыркав, Элина успокоилась. Рэйшен был прав: она щедро раздавала обещания, а для их выполнения требовалось время и усилия. Много усилий.

– Рэйшен, если гномы и впрямь установят за мной слежку, они будут мне как-то препятствовать, вредить?

– Не думаю. Неприятности начнутся, только если ты откровенно решишь их кинуть. А так ты даже не заметишь.

– А ты заметишь?

Рэйшен самодовольно усмехнулся. Конечно, он заметит и предупредит. Значит, можно не волноваться. Надо набраться сил перед возвращением.

Глава 19

О возвращении беспокоилась не только Элина. К ней по очереди подходили Лоркан, Полли, Лонваль, Меуриг и даже Руфус. Под конец этого паломничества Рэйшен рычал, что следующему посетителю он открутит голову. К этому моменту в комнату заглянул молодой гном, но, услышав эти угрозы и завидев свирепое выражение лица дроу, затрясся, как осенний лист, и умчался восвояси.

– Ты его напугал, – укоризненно заметила Элина. – А он наверняка по делу приходил.

– Нечего тут шататься по делу и без дела. Тебе надо отдохнуть, – буркнул пристыженный наёмник. – Ну, чего ты так на меня смотришь?

– Скоро сюда явится дядюшка Хагерит, чтобы разобраться, зачем мы обидели его посланца, и отдыха для меня не будет. Мне придётся объяснять, что ты ничего такого не имел в виду, а если имел, то я успела бы тебя остановить до откручивания голов…

– Да не придёт он…

Рэйшен не успел договорить, как дверь открылась (причём опять без стука!), и на пороге появился Хагерит собственной персоной.

– Как это понимать? Дара Элина, ты клялась мне, что твои дроу никого не тронут. И что я слышу?!

– Что же? – Элина сделала невинное выражение лица.

– Дар Рэйшен грозит ни в чём не повинному гному расправой! Как это понимать?!

– Это не гному, – спокойно пояснила Элина. – Рэйшен обозлился, что наши экспедиторы ходят-бродят, вопросами донимают, спать ему не дают, понимаешь ли. Вот он и разорался, а тут твой гном… К нему это не относилось. Рэйшен гномов очень даже уважает.

– Уважает, – пробурчал Хагерит, успокаиваясь, – коли уважает, пусть ведёт себя сдержаннее… Гном тот по делу приходил. И чем скорее это дело сделается, тем быстрее вы покинете Сельбермин. И я смогу вздохнуть с облегчением.

Элине пришлось долго извиняться перед разобиженным гномом, пока он не сменил гнев на милость.

– Ладно, – Хагерит покровительственно похлопал Элину по плечу, и та охнула: рука гномского дядюшки была весьма тяжёлой. – Пришлю к вам кого похрабрее. Обещал, что отправлю в Рудный Стан, значит, отправлю.

После ухода Хагерита Элина собиралась устроить Рэйшену выволочку, но не успела: явился другой гном. Он сунул голову в дверь и застыл в этой неловкой позе.

– Ну, чего стоишь? – хмыкнул Рэйшен. – Ждёшь, пока я тебе дверью уши прищемлю?

– Я сама тебе сейчас кое-что прищемлю! – рассердилась Элина. – Веди себя прилично!

Гном с любопытством наблюдал за ними, а вид у Рэйшена стал такой довольный, будто его наградили.

– Так могу я войти без ущерба для своих ушей? – весело осведомился гном.

Парень оказался не из трусливых, он с большим интересом разглядывал Рэйшена, рассказывая, что ему требуется "снять габарит".

– Снять габарит? – с недоумением уточнила Элина. – Габарит чего? И почему именно здесь?

– Да вот глянуть надо бы, кто насколько высок, когда сидит и когда стоит, кто широк в плечах, а кто, кхм-кхм, в другом месте… У всех ваших такие мерки снимут.

– И зачем эти мерки?

– Да сами скоро увидите, а пока Хагерит не велел говорить.

– Могилу, что ль, нам по мерке копать будете? – мрачновато пошутил Рэйшен.

– Да нет, что ты! Мы свои могилы в камне высекаем, а чужакам такое не положено! Для такого, как ты, уж больно долго стараться придётся.

Такой ответ Рэйшену совершенно не понравился, и он умолк, тем более что гном и впрямь обмерял его бедра, спину и требовал от дроу, чтобы тот пригнулся и дал измерить ширину своих плеч. Плечами Рэйшен по праву гордился, поэтому соизволил присесть на корточки и продемонстрировать гному нужную часть тела.

Затем пришла Элинина очередь, и Рэйшен нахмурился, наблюдая, как гном повторяет всю процедуру обмера.

– Эй, эй, ты там поаккуратнее, – заявил ревнивый дроу, глядя, как гном хлопочет у Элининой груди. – Держи свои лапы подальше…

– Я сугубо по делу, – гном, похоже, за ответом в карман не лез, чем немного развеселил Элину.

Когда "обмерщик" ушёл, Рэйшен недовольно спросил:

– Зачем, интересно, Хагерит подослал его к нам? Полапать тебя, что ли?

– И тебя заодно полапать, так, по-твоему? Может, они нам тут братскую могилу выкопают. По мерке.

– Нет, Эли, он же сказал, что нам такие почести не положены. А если серьёзно?

– А если серьёзно, то не знаю. Но думаю, никакого вреда нам не причинят. Так что больше не пугай ребят Хагерита.

* * *

К Полли прибежали те самые гномки, которым накануне так понравились россказни Лоркана. По правде говоря, Хагерит посылал лишь одну, но за ней увязалась ещё парочка, так что Полли неплохо провела время. Гномки ловко и быстро сняли мерки с девушки, очень по-человечески хихикая и щебеча. Правда, на вопросы, зачем всё это, они отвечали уклончиво, мол, Хагерит велел, да и всё. Разговор быстро перескочил на мужчин, и у Полли больше не было возможности хоть что-либо разузнать.

А после "обмера" к ней заявился Лонваль. Полли, всё ещё под впечатлением от болтовни с гномками, беспечно отворила дверь и застыла. За порогом, мрачный и насупленный, стоял сын казначея. Полли, конечно, не собиралась забывать придворному щеголю ни единого грубого слова, но и держаться букой не считала нужным.

– Я хотел извиниться, – выдавил из себя Лонваль, – ну, за вчерашнее. Я вёл себя непозволительно грубо…

– Извинения принимаются, – дружелюбно ответила Полли и протянула ладонь Лонвалю.

Тот с удивлением посмотрел на протянутую руку, словно на диковинную зверюшку, однако спохватился и пожал её.

– Ты думал, я тебе руку для поцелуя протягиваю, что ли? – рассмеялась Поллианна. – Вот уж нет, я ж не аристократка какая-нибудь!

Лонваль слушал её серебристый смех и досадовал сам на себя. Надо же быть таким неловким, словно он впервые с женщинами разговаривает! В замке-то у него всё очень хорошо получалось! Почти так же, как у Руфуса.

– Знаешь, в Глорке не принято женщинам пожимать руки, – ляпнул Лонваль, понимая, что совершает очередную неловкость.

– Во-первых, мы не в Глорке, – к великому облегчению Лонваля, Полли ничуть не обиделась. – Во-вторых, я всё-таки твой товарищ по королевской экспедиции. Так что можем и руки друг другу пожать…

Дело шло к примирению, но ни Полли, ни Лонваль не расслышали, когда именно к ним сумел подойти Мадог. Он выступил из полумрака коридора, слегка сутулясь, и сурово вопросил:

– Полли, он тебе опять докучает?