Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Соавторы: Александра К.,Евгений Рудашевский,Натали Карамель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 111 (всего у книги 353 страниц)

– И что ты сделаешь? Убьёшь меня?

– Много чести! – Элина спрятала руки под столешницу, чтобы не запустить тяжёлым подсвечником в наглого дроу. – Я просто отошлю тебя куда-нибудь с поручением… К примеру, в Синие Горы, на север. И ты поедешь, как миленький. Потому что я найду тех, кто сможет тебя заставить. И ты пробудешь там столько, сколько мне будет угодно. Хоть вечно. И никогда больше не увидишь Рэйшена.

Кажется, ей удалось немного сбить спесь с этого мальчишки. Лицо Мадога стало серым – так бледнеют дроу.

– Это несправедливо, – глухо произнёс он.

– Жизнь вообще несправедлива, если ты заметил.

– Ты обещала мне! Если Рэйшен захочет остаться со мной, ты обещала его отпустить! Ты сама так говорила!

– Говорила. И я не отказываюсь от своих слов. А Рэйшен уже сказал, что хочет остаться с тобой? И в Синие Горы с тобой поедет?

Мадог потупился. Знает же – Рэйшен не поедет.

– Иди ужинать, Мадог. И запомни: будешь раскалывать команду – уедешь навсегда.

Мадог поднялся, отшвырнул стул и ушёл, громко хлопнув дверью.

* * *

Элина сидела одна в тишине опустевшего кабинета. Голодная, усталая и всё ещё злая. Она бессильно закрыла лицо руками. Когда же закончится этот ужасный день? Скрип двери заставил её вздрогнуть. Опять дурные вести?!

– Как я люблю, когда ты сидишь на месте и никуда не уходишь! – Рэйшен часто прятал чувство вины за шуткой. – Ты велела прийти, когда разберусь с нашими гномами, и вот я здесь.

Элину затопила тёплая волна облегчения. Наконец-то! Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Никто не посмеет тронуть её. Кроме, разве что, самого Рэйшена.

– Хорошо, что ты пришёл. Я уж думала, что до ночи не доживу…

– Почему? Что случилось? И вообще, ты хоть ужинала?

– Я не могу ужинать, – Элина криво усмехнулась, – потому что ещё не обедала.

– Идём! Немедленно!

– Я не могу, Рэйшен, – в её голосе прозвучало отчаяние. – Мне принесли такие бумаги, за которые меня в момент прихлопнут. И бумаги выкрадут! Вот, взгляни!

Элина давно знала, что Рэйшен терпеть не мог бумажную работу. Разбираться в этом – всё равно что интриговать при дворе: ничего не поймёшь, а голову потеряешь. Но он не стал отказывать Элине и покорно взялся за чтение.

Вскоре Рэйшен отбросил листы, словно ядовитую жальницу.

– Ничего себе! Это действительно надо спрятать. И переписать. Помнишь, мы с тобой когда-то целую книгу прегрешений барона Жадвильского переписывали?

– Помню! Но здесь мы вдвоём не справимся! Ты даже не представляешь, сегодня Сныст – король воров! – просил у меня защиты и покровительства! Акилла, оказывается, мёртв! А Мадог на прочность меня проверял!

– Стой, стой. Расскажи по порядку. Мадог меня сейчас не интересует.

Рэйшен легко перебросил стул ближе к Элине, уселся рядом и хозяйским жестом привлёк её к себе. Рассказывая, Элина чувствовала, как напряглась рука Рэйшена на её плече.

– Как же больно потерять всех друзей в одночасье, – губы Рэйшена кривились в странной гримасе, то ли скорбной, то ли насмешливой. – Акилла, Квэддо, Харлен…

– Квэддо с Харленом живы и здоровы…

– Те, кого я когда-то знал, – нет…

Элина погладила Рэйшена по светлым растрёпанным волосам, легко коснулась чувствительного длинного уха…

– Ну, у тебя есть друзья среди гномов. Вайсдорн, Вахольдер… И все экспедиторы – твои друзья. Даже Мадог. И я всё ещё у тебя есть.

Рэйшен сжал её в объятиях так, что у неё перехватило дыхание.

– Ты права. Не время раскисать. Ты сама должна помнить, что все экспедиторы – на твоей стороне. Даже Мадог. И прошу – никуда не ходи без меня!

Элина кивала, соглашаясь с каждым словом. Ей очень хотелось, чтобы кто-то взял на себя хоть часть этой ноши.

– Эли, я знаю, где спрятать документы. У нас в спальне. Я подниму пару половиц под кроватью. В такой тайник никто не сумеет добраться без шума. А потом ты усадишь всех экспедиторов за бумаги. Пока они будут заняты переписыванием, гномы смогут открыть первую почту. Или банк. Будет укреплённое помещение – там и храни всё, что нужно. А теперь можешь отругать меня за утреннее поведение. А я пообещаю, что больше не буду.

Глава 5

Следующим утром арбалет переместился под стол в Элинином кабинете.

– Смотри, не прострели себе ногу! – заботливо напутствовал Рэйшен Элину.

Она даже не успела отшутиться, как в кабинет влетел Меуриг.

– О, ты ещё сюда не прибегал! – обрадовался Рэйшен. – Тебя выгнали из кухни? Отобрали кочергу?

– Сковородник, – машинально поправил Меуриг. – Дара Элина, мы, видимо, останемся без хлеба.

– Без хлеба? – насторожилась Элина. – А что произошло?

Меуриг протянул к ней кулак и разжал его. На ладони лежал песок вперемешку с грубо помолотой желтоватой мукой. Элина с недоумением растёрла щепотку этой смеси между пальцами, пытаясь раздавить песчинки.

– Что это такое? Какой-то вид муки?

Рэйшен посмеивался: он знал, что Элина никогда в жизни не подходила к печке и хлеба не пекла. Однако Меуриг сохранял серьёзность.

– Это мука с песком. Точнее, песок с мукой.

– И она вся такая?!

Меуриг кивнул.

– Постой, постой… Песок в муку подсыпали, когда мы приехали?

– Вряд ли. Там целый мешок такого добра. Я увидел, только когда открыл.

– Кто имеет доступ к кладовым?

Меуриг пожал плечами.

– Узнай! Отними ключи. Проверь, что с остальными припасами. С нынешнего дня всё – только через тебя! А кто занимался закупками продуктов? Ладно, это я выясню сама.

– А что будет с хлебом?

– А ничего не будет, – нехорошо усмехнулась Элина. – Я пошлю Полли и Ингерама купить хлеба для экспедиторов. Остальным придётся потерпеть.

– Эли, – вмешался Рэйшен, – солдатам такое очень не понравится. Будь осторожнее.

– Не переживай, мы прямо сейчас узнаем, кто им так удружил. Я на него пальцем покажу при всех.

Рэйшен нахмурился. Было видно: он считает это рискованной затеей. Саботажник может затаить злобу на Элину, и в городе не останется ни одного безопасного места для неё. Однако Элина была непреклонна. И Рэйшен с видимой неохотой согласился.

Меуриг топтался в дверях, никак не решаясь уйти.

– Что-нибудь ещё? Что нам надо знать?

– Да, есть кое-что, – слова молодого дроу падали тяжело, будто камни, – что ты думаешь о дочке управителя?

Элина заулыбалась.

– Малена – славная девочка, хотя немножко нудная. Помнится, они с Полли очень дружили.

– Дружили, – веско повторил Меуриг. – А вчера Полли после разговора с этой девицей плакала. Я сам видел.

– Эй, приятель, Малинка точно не имеет отношения к испорченной муке, – заметил Рэйшен.

– Но я с ней поговорю, не переживай, – завершила разговор Элина. – А сейчас займись кладовыми. Каждая крупинка будет проходить только через твои руки. Любой, кто попытается тебе воспрепятствовать… Ты сам понимаешь, что нужно сделать. Отныне кухня и кладовые – целиком в твоём ведении. Докладывать будешь мне напрямую.

* * *

– Ты будешь заниматься девчачьими ссорами? – удивился Рэйшен, когда Элина потащила его вниз по лестнице баронского особняка.

– Может, и буду. Мне вообще всё равно, кто сейчас попадётся: Малена, Ашкут, Харлен или сам Квэддо.

Рэйшен только плечами пожал. Элина усмехнулась. Вслух он мог бы сказать, мол, матрона знает лучше.

Внизу без дела слонялся Харлен, с интересом принюхиваясь к запахам, доносившимся из кухни. Судя по этим запахам, неизвестный саботажник не успел испортить остальные продукты.

– Ясного тебе неба, Харлен, – приветствовала его Элина. – Ты-то мне и нужен! Поднимись в мой кабинет!

* * *

Харлен замер. Он лихорадочно соображал, как избежать разговора. Рэйшен насмешливо поглядывал на бывшего друга, как бы невзначай преграждая путь к бегству. Харлен прекрасно понял намёк.

– А я, может, не хочу быть нужным, – буркнул он. – Особенно в твоём кабинете.

– А я не спрашиваю твоего желания. Если ты ещё не понял: я приказываю – ты выполняешь.

Харлен нехотя поплёлся вслед за Элиной. «Как же его так угораздило! Почему им не попался Квэддо? Он же теперь тут главный! Или, на худой конец, Ашкут! На нём вообще клейма ставить негде! Пусть бы Элина с Рэйшеном им занялись!»

Рэйшен слегка подтолкнул Харлена, и тот влетел в кабинет.

Элина уселась за стол. Харлену сесть не предложили. Рэйшен тоже остался стоять. Харлен прекрасно помнил его излюбленную позу – расслабленно привалиться к дверному косяку.

Харлен ждал града упрёков, вопросов, но Элина молча рассматривала его. Даже улыбалась, гадина этакая. Что смешного в старом солдате без одного глаза?

– Харлен, скажи мне, зачем тебе деньги? – неожиданно спросила Элина.

Кажется, даже Рэйшен удивился вопросу.

– Ну… э-э-э… Всем нужны.

– Всем нужны, – охотно согласилась Элина. – Но тебе-то они зачем? У тебя нет жены, нет детей, нет своего дома… Подарков своим любовницам ты не даришь, денег им не носишь. Раньше ты много пил, но вчера и сегодня я вижу тебя трезвым…

– Я бросил, – буркнул Харлен.

– Весьма похвально. Я спросила бы, что тебя подвигло бросить пить, но не буду. Мне не интересно. Итак, куда же ты деваешь такую прорву денег? Где ты хранишь их? Ведь в Жадвиле нет банков, да и других надёжных мест…

– Да нет никакой прорвы!

– А сколько есть?

Харлен прикусил язык. «Клятая баба! Она любого заболтает! Но если заупрямиться…» Харлен осторожно повернул голову к Рэйшену. Тот кровожадно ухмыльнулся. Всё ясно. Отсюда можно выйти ограбленным. Или избитым. А скорее всего – одно и другое вместе…

– Что ты от меня хочешь, а? Я понимаю, что просто так ты не отцепишься…

– Поосторожнее в выражениях, – процедил от двери Рэйшен.

– Хорошо, хорошо… Спрашивайте!

Элина улыбнулась.

– Кто занимается закупкой продуктов?

От удивления единственный глаз Харлена вылез на лоб. Он ожидал чего угодно, но не этого вопроса.

– Ну, допустим, я. А что?

– Когда привезли мешок муки на кухню?

Харлен почесал в затылке.

– Да не помню. Незадолго до вашего приезда.

– Кто привёз?

– Кузен Ашкута, деловой такой мужик.

– Он всегда привозит продукты?

– Ну да. Он вообще много чем занимается, строительством, чем-то ещё… Но это ты лучше у Квэддо спроси, это его дела.

– Ладно. Вернёмся к муке. Ты проверял, что в мешке?

– Нет. Зачем?

Элина закатила глаза.

– А кто расплачивается с этим кузеном Ашкута?

– Сам Ашкут и расплачивается.

– А тебе что-нибудь достаётся?

– Эли… – начал было Харлен, но Рэйшен перебил его.

– Не Эли, а дара старший экспедитор!

Элина продолжала улыбаться. «Вот же сволочная баба!»

– Эли – это только для друзей, Харлен. Так что из денег достаётся тебе?

– Мне платят за то, что я присматриваю за домом! Жалованье платят, ясно тебе?! Квэддо из своих рук выдаёт!

– Конечно, ясно. Куда уж яснее. Тебя используют. А деньги делят между собой.

– Чего используют?! – завопил обескураженный Харлен. – Как это – делят между собой?! Да тебе-то откуда знать?!

Рэйшен только посмеивался. «А ещё другом себя называл!»

– Я такие трюки сквозь стены вижу, – Элина пренебрежительно махнула рукой. – Тебя обманули. Сам спроси у Ашкута.

– Чего мне у него спрашивать, – запал у Харлена иссяк, и сил на крик совсем не осталось.

Ничего Харлен не станет спрашивать. Он и раньше подозревал, что его обвели вокруг пальца. Но сейчас подозрения переросли в уверенность.

– И ещё, Харлен, – Элина по-прежнему улыбалась. – Кладовыми теперь ведает мой экспедитор. Сдай ему ключи.

* * *

Как Элина и ожидала, завтрак в доме не задался. Люди Квэддо роптали, не получив положенную порцию. Элина продемонстрировала им мешок с испорченной мукой и пояснила, что прежние интенданты сплоховали. Уплатили за дрянной товар.

– Не впервые! – раздался чей-то возмущённый голос.

– Да, точно, как-то раз уже тухлятину в пирог запекли!

– Скоро с голодухи ног не потянем!

– До тренировочной площадки не дойдём!

Элина не перебивала, давая недовольству выплеснуться наружу, и даже немного обрадовалась. Нет, не тому, что люди останутся голодными. Тому, что они собирались на тренировку к Дэвлину, ждали её.

– Это Ашкутов родич нам дрянь всякую таскает! – крикнул кто-то из задних рядов, и ропот сразу стих, будто все ждали, кто первый назовёт имя вслух. – А денежки берёт как за высший сорт! Может, хоть сейчас порядок наведут!

«Ясно. Значит, всё-таки Ашкут».

Где-то в глубине души Элину утешало, что Квэддо, при всех его слабостях, не опустился до того, чтобы кормить своих солдат хлебом из песка. В этой грязной истории оставался крошечный островок чего-то, напоминавшего честь.

– Потерпите немного. Я разберусь, что здесь происходит. Теперь кухней заведует мой экспедитор…

– Видели! – выкрикнул кто-то. – Очередной красавчик дроу! Сковородник крутил одной рукой, как тростинку!

– Хана Ашкуту!

Солдаты заржали, радуясь будущему падению своего начальника.

Элина поманила рукой Рэйшена, и они оставили эту развеселившуюся компанию. У Элины имелся план, и Рэйшен должен был ей помочь. А не думать про Мадога и яблоки.

* * *

Сныст отшатнулся от хлипкого стола, крайне удивлённый, когда дверь его домишки распахнулась, и Рэйшен, пригнувшись, шагнул через порог.

– Ты что себе позволяешь? А если я не один?

– Ничего страшного, – нагло ухмыльнулся в ответ дроу. – Я тоже не один.

Сныст остался недоволен: незваных гостей он не любил, а предпочитал сам являться, куда и когда ему удобно. Впрочем, его недовольство быстро развеялось. Он помнил, что Элина хорошо платит.

В этот раз Элина расспрашивала его о детях-беспризорниках. В прежние времена такие бездомные оборванцы за небольшую плату рассказывали Элине городские новости. К сожалению, в огне мятежа многие из этих оборвышей бесследно исчезли, а новых уличных сирот Сныст не контролировал полностью.

– Осведомители нужны? – понимающе усмехнулся Сныст.

– И посыльные тоже. Особенно пока почты нет. Кстати, а есть ли в городе подходящие участки для почтовой станции?

– Спроси у Квэддо. Или у Ашкута. Этот точно знает.

Элина хитро улыбалась.

– Я предпочту спросить у тебя. Не бесплатно, ясное дело.

Жадность взяла верх.

– Мест хватает. Но лучшие из них застолбили бывшие люди барона.

– А что они делают с этими участками? Что-то строят? И документы показать могут?

– Иногда строят. Трактир, доходный дом, бордель… – Сныст цинично усмехнулся. – Но часто так и стоят пустыри, как дыры в челюсти. Новые хозяева ждут, пока цена подрастёт. А документы… Ты думаешь, мне их показывают? И вообще скажи своему дроу, чтобы перестал играть со сталью! Небось, у себя в конуре он ножами не кидается?

Под укоризненным взглядом Элины Рэйшен ловко спрятал оба кинжала.

– Тогда, Сныст, я возвращаюсь к нашим беспризорникам. Вопрос серьёзный.

– И недешёвый! – Сныст важно поднял вверх палец.

Небольшая кучка монет перекочевала из Элининых рук в руки короля улиц.

– Опять серебро, – недовольно заметил он. – Здешнего золотишка у тебя, смотрю, пока не завелось?

Рэйшен лениво придвинулся к Снысту поближе:

– Не нравится королевское серебро – верни. Золото Эли раздобудет, это вопрос времени. Тогда и заплатит тебе.

Сныст молниеносно спрятал деньги куда-то в складки одежды.

– Потише, дроу, потише! Я не с тобой договариваюсь! – и он снова обратился к Элине. – Ладно, думаю, что здесь и на прежних оборвышей хватит, и на новых останется. Будем приручать. Я тебе сам весточки через них присылать буду. А насчёт городских земель… Будешь идти по городу – посматривай по сторонам. Где-то свежие постройки, где-то пустые участки бурьяном поросли… Это всё баронские ребятки под себя подгребли. В этом я тебе не помощник…

* * *

– Ты хочешь вывести Ашкута и его прихвостней на чистую воду? А потом посадить в тюрьму за махинации? – поинтересовался Рэйшен, когда они шагали по улицам Жадвиля.

– Хочу. Но не только.

В Элининых глазах плясали демонята. Она собиралась разворошить огромный змеиный клубок. Рэйшен понял, что его ждёт работа. Много работы.

– Мне нужно место для стройки, Рэйшен. Для солидных респектабельных зданий.

Рэйшен поморщился. Он не любил этих заумных слов, но покорно выслушивал и даже запоминал: если Элину нужно было отвлечь от чего-то неприятного, эти слова работали, как магическое заклинание. Другим женщинам полагалось дарить украшения и притиранья, чтобы порадовать, но Элину радовали деловые разговоры. «Купчихой бы ей стать! Я бы всегда у неё в охране ходил…»

– Эй, Рэйшен, ты совсем меня не слушаешь! О чём ты задумался?

– О солидных зданиях, – не моргнув глазом, соврал дроу.

– Врёшь ты всё! – засмеялась Элина. – С таким лицом ты о других вещах мечтаешь!

– Подловила! Куда идём сейчас?

Элина вмиг посерьёзнела.

– Есть такое место, ты там не был, а вот мне довелось побывать. С Квэддо. Это дом стряпчего Апиуса.

– Так он же помер! Давно уже!

Элина вздохнула. В этом городе слишком много смертей.

– Ты прав. Но вот его дом мне очень даже интересен. Он был серьёзно укреплён: Апиус опасался за те сведения и документы, которые держал в доме. Если бы удалось заполучить всё это…

– Мы могли бы туда переехать и не видеть отвратительных рож бывших баронских гвардейцев! – радостно закончил Рэйшен.

– Не угадал. Этот дом я хочу предложить нашим гномам…

– Зачем им такая махина?!

– Для почты. Или ещё лучше – для банка. А вообще мне бы надо не меньше четырёх таких участков.

– Метишь в землевладельцы?

Рэйшен шутил: он знал, что Элина предпочитает звонкую монету.

– Упаси Небеса, нет! Просто я раздала много обещаний… Гномы Сельбермина, гномы Глорка… Всем хочется поделить этот пирог. Но первыми всё равно будут гномы с Железных Гор – они были моими друзьями…

Рэйшен знал, что Элина снова и снова вспоминает свою сожжённую таверну и навсегда утраченных друзей. Он хотел бы обнять её и рассеять эту печаль, но на людях Элина всегда была сдержанной и даже слегка отстранённой. Вот и сейчас её взгляд затуманился…

– Ну, показывай дорогу к дому-крепости! Не то мы опоздаем к обеду, и Меуриг обидится!

Дом стряпчего пустовал. Наглухо заколоченный, он производил впечатление сгорбленного угрюмого старика. Удивительно, что никто не позарился на это строение. Соседи только пожимали плечами и опасливо оглядывались. В очередной раз несколько монет, перекочевавших из рук в руки, сделали людей более словоохотливыми.

– Никто из чистой публики не захочет спать на кровати, где хозяина дома задушили! – сообщили одни.

– Что-то неладное творится с этим домом, – шептали другие. – Те, кто его охранял, вытащили всё ценное и разбежались. А по ночам там по-прежнему горят свечи, кто-то ходит и шуршит.

– А вы не пробовали поймать того, кто шуршит? – поинтересовался Рэйшен.

На него посмотрели, как на безумца.

– Да что ты! А если там демон какой шастает!..

Рэйшен презрительно фыркнул, а Элина задумчиво проговорила:

– Нет, это даже хуже, чем демон…

– Вот видишь! Ещё хуже! Пусть власти с этим разбираются, а мы… Нам не с руки детей сиротами оставлять.

– Ты и вправду думаешь, что там хозяйничает кто-то похуже демонов? – спросил Рэйшен по пути домой. – И кто это может быть?

– Люди! – с горькой уверенностью выдохнула Элина.

Глава 6

Кроме пререканий с Харленом, Квэддо с утра не нашёл никакого занятия. Харлен брюзжал без остановки, и Квэддо вынужден был выслушивать поток жалоб на Элину:

– Ключи сдал какому-то сопляку дроу! Дожил на старости лет! Распекали как мальчишку!

– Честно говоря, Харлен, Эли поступила с тобой довольно по-доброму: она не позорила тебя при всех…

– Эли! – фыркнул Харлен. – Она нам с тобой больше не Эли! Сказала – это только для друзей! А у неё теперь другие друзья!

Квэддо вздохнул. После того как по его вине Элина попала в лапы наёмного убийцы, она перестала считать их с Харленом своими друзьями. И была права.

– Это не штука – отнять у старика ключи, особенно когда за твоей спиной красуется здоровенный дроу! Вот пусть попробует с Ашкутом так поступить!

– Этот здоровенный дроу тоже был нашим другом, – тихо проговорил Квэддо. – Лучшим из всех. Неужто ты забыл?

– Не моя вина, что он перестал им быть, – злобно огрызнулся Харлен, – в аккурат, когда ты решил его бабу увести… А потом, когда не получилось, переметнулся на другую сторону, а от бабы решил избавиться, раз уж тебе не досталась…

– Мне очень стыдно. И я надеюсь, что смогу…

Квэддо не успел договорить: вернулась та самая парочка – «здоровенный дроу» и его «баба», – и в доме сразу стало шумно и людно. Квэддо подумал, что именно так должна кипеть жизнь в самом сердце города. Однако он чувствовал, что эта жизнь обходит его стороной, и здесь, среди множества людей, к нему подступало одиночество.

* * *

Во дворе баронского особняка Элину подхватила повседневная круговерть.

Меуриг что-то толковал ей о кладовке, ключах и вороватых людишках. Сковородник, кажется, намертво прирос к его руке, и Меуриг то и дело машинально покручивал его в пальцах, словно боевой шест.

Дэвлин с небольшой группой своих новых почитателей говорил о том, чтобы на тренировки приходили абсолютно все, а не только желающие.

Какой-то не знакомый Элине человек сердито выговаривал ей за то, что позволила своим дроу калечить яблоню.

Два советника пытались подсунуть ей какие-то бумаги с проектом новых налогов…

– Хорошо. Хорошо! Это я позже посмотрю! – Элина улыбалась, кивала, соглашаясь с кем-то. – Меуриг, не маши этой палкой! Дэвлин, к вечеру соберёшь всех, кого считаешь нужным… Прости за яблоню, почтенный, я недосмотрела, они больше не будут…

И даже в новом рабочем кабинете Элине не удалось спрятаться. В уголке, смиренно сложив руки за спиной, стояла Малена.

– Кто тут у нас? – ухмыльнулся Рэйшен. – Давно стоишь?

– Могу я… – Малена говорила тихо, но настойчиво: – поговорить с дарой Элиной наедине?

– Не можешь.

– Это личное! Да и сам подумай, вряд ли я смогу причинить ей какой-то вред. Я не воин и не…

– Чтобы ткнуть ножом врага, не нужно быть воином!

– Я не враг ей! – на глазах у Малены выступили слёзы обиды. – И никаких ножей у меня нет! Мне спросить надо… Очень надо, Рэйшен!

– Спрашивай, – пожал плечами дроу, – я тебе не препятствую…

Элина решила остановить эти препирательства. Они могли длиться до ночи: Рэйшену в них равных не было.

– Малена, – Элина мягко взяла девушку под локоть и усадила возле стола, – он никуда не уйдёт. Так надо. Ты можешь сказать всё, что пожелаешь, я тебя выслушаю.

Рэйшен занял свою позицию у двери, приняв скучающий вид.

Малена, вздохнув, принялась рассказывать, как не задался у них с Полли разговор, и обе девушки разошлись, донельзя обиженные друг на друга.

– А, помню, Меуриг что-то говорил! – небрежно обронил Рэйшен.

Элина сердито зыркнула на него, сдвинув брови.

– Молчу, молчу, – пробурчал он.

– Я была слишком резка, и теперь Полли не захочет со мной разговаривать!

Малена грустно заглядывала Элине в лицо.

– Вы долго не виделись. За это время произошло… много всего. С каждой из вас. Вы обе изменились. И сейчас вам просто нужно познакомиться заново. Без обид и нравоучений. У тебя – свой путь, а у Полли – свой. Этот путь не плох и не хорош, просто они у вас разные.

– Мы сможем помириться?

– Я в этом уверена, Малинка! Не сомневаюсь, что и Полли тоже этого хочет…

Малена по-детски шмыгнула носом:

– Вот только вокруг неё всё время вьётся этот сердитый парень-дроу с кухни… Я пока не запомнила его имя.

– Он вовсе не сердитый! – рассмеялась Элина. – Когда ты поближе познакомишься с Меуригом, сама это увидишь!

Малена приободрилась, слёзы высохли. И в этот миг её прозрачные серые глаза были точь-в-точь глазами Квэддо – та же ясность, та же прямота и решительность… Призрак старой дружбы – или того, что от неё осталось – заставил сердце Элины сжаться.

– Ах да, вот ещё что, – голос Малены оторвал Элину от грустных размышлений, – пока тебя не было, приходил какой-то мальчик, передал тебе письмо.

Малена порылась в складках платья и извлекла оттуда на свет довольно мятое письмецо, запечатанное не знакомой Элине печатью.

– И от кого – не сказал? – Элина не спешила брать письмо в руки. Вдруг бумага пропитана ядом?

– Сказал, что какой-то дядька из приезжих попросил передать тебе, сунул письмо в руки и исчез.

Конечно, вряд ли письмо отравлено, иначе Малене уже стало бы плохо. Однако писем без обратного адреса Элина не любила.

– Спасибо, Малинка, прочту попозже.

И Малена, успокоенная, покинула кабинет.

* * *

Рэйшен плотно притворил за девушкой тяжёлую дверь, приглушая звуки дома.

– Что за бумажку она тебе притащила?

Элина сломала печать на письме и принялась читать. Смысл написанного не сразу дошёл до неё. Строки расплылись перед глазами. Слова ядовитыми шипами впивались в неё. Почерк незнакомый. Зато отправитель был отлично осведомлён о делах самой Элины и её экспедиторов. И о том, чего они не должны были делать.

Элина чувствовала, как кровь отливает от лица и холод охватывает тело. Непроизвольно она потёрла шею, а потом подняла глаза на Рэйшена, едва шевельнув побелевшими губами:

– Что ты наделал…

Она видела его искреннее недоумение, и это заставило её продолжить, голос срывался на шёпот.

– Рэйшен… Перед нашим отъездом из Глорка вы с Мадогом уходили на полночи… Сказали, выпьете, попрощаетесь со столицей… А сами отправились в замок.

Элина задыхалась от этого письма, каждая буква которого источала угрозу. Королевские подземелья что-то сломали в ней, чего не могли сломать ни принц-убийца Имраин, ни жестокая принцесса Шианнон… Тогда она была одна. А теперь под ударом все. Это письмо без подписи вызвало у неё животный страх. Не только за себя – как она сможет защитить и Рэйшена, и всех своих экспедиторов, включая Мадога, если даже сюда, в глухую провинцию, за ней могут явиться посланцы короля с обвинениями!

* * *

Теперь Рэйшен понял. Понял, о чём говорилось в письме. О его мести. О том, как он заставил заплатить баронского сынка за донос на Элину, а двух солдафонов – за то, что норовили искалечить её при «задержании». Кто же мог узнать о том, что известно только самому Рэйшену? И Мадогу…

Рэйшен, видя волнение Элины, решительно забрал из её руки лист и принялся читать. Одни намёки. Никаких доказательств. И даже подписи нет.

В конце он поднял яркие сиреневые глаза и сказал:

– Не стоит волноваться. Это всего лишь шантажист!

Рэйшен видел, как Элина тяжело опустилась на стул, как положила голову на массивную столешницу. Он чувствовал её страх. Запах страха никогда ни с чем не спутаешь. Но Рэйшен был уверен, что сможет заслонить её от всего. Обязан.

Он поднёс письмо к лицу. Ноздри его раздулись, как у хищника.

– Можно догадаться, кто прислал нам привет из столицы…

Элина встрепенулась.

– И чем пахнет?

– Это наш давний знакомый, Квирк, – ухмыльнулся Рэйшен, снова приходя в хорошее настроение. – Я же сказал – шантажист. Высокопоставленный южный шантажист. А сам-то ничего не знает: в письме ни одного доказательства, одни предположения.

* * *

Элина не забыла, что Квирк, брат королевы, давно мечтал заполучить экспедиторов к себе на службу. Ему не удалось их ни уговорить, ни подкупить, видимо, теперь он решил их запугать. И если дела Элины в Жадвиле пойдут неважно, он пустит в ход все средства шантажа, доступные ему.

Элина ещё раз прочла письмо. Действительно, фактов было немного: двое караульных, найденные мёртвыми, причём один вроде бы спьяну свалился со стены. Руфус, сын барона Жадвильского, якобы упившийся до смерти в одной из грязных полуподвальных комнат, где любят собираться солдаты тайком от своих командиров…

– Если письмо и впрямь писал Квирк, то он умнее, чем я считала. И готов идти на риск.

– Южане, они такие, – подтвердил Рэйшен с такой гордостью, будто это была его заслуга.

И тут страх Элины прорвался наружу, превратившись в гнев – тот самый легендарный гнев, который Рэйшену довелось увидеть только однажды, когда Элина расправилась с теми, кто держал самого Рэйшена в плену.

– А ты-то чего такой довольный? – накинулась она на дроу. – Разве можно было так подставлять всех нас?! Мне не сносить головы, если эта история откроется! Да и тебе тоже! Повесят не одну меня, а всех нас! Как… Как ты додумался?!

Элина в гневе потрясла бумагой перед самым лицом Рэйшена. Она увидела, как глаза его сузились на неподвижном лице. Он мягко, но решительно перехватил Элинино запястье.

– Никто, кроме нас с тобой, не знает о содержании этого письма. И ты ведь не станешь его хранить, верно?

Элинин гнев погас так же быстро, как и вспыхнул. Он прав. Сейчас он прав. Пусть никто не знает.

– Не стану. Зато у меня появилась дополнительная причина добиться успеха в Жадвиле.

Рэйшен не уловил связи:

– Почему?

– Потому что победителей не судят.

Письмо Элина незаметно кинула в печь, посетив кухню «с инспекцией». Печать растаяла, а бумага скорчилась в огне, превратившись в самый обычный пепел.

* * *

Вернувшись в кабинет, Элина принялась в очередной раз перебирать жалобы купцов и советников. Из сада слышались отрывистые команды Дэвлина. Кажется, его авторитет среди солдат рос на глазах.

Рэйшен устроился на одном стуле, ноги положил на другой и прикрыл глаза. Возможно, дремал, вспомнив старые солдатские привычки. Элина, улыбнувшись, в сотый раз начала читать просьбу одного из купцов освободить его от налогов за эту теркаду, потому что у него уже дважды брали деньги «на вспомоществование городу».

Элина потёрла лоб. Действительно, как можно в третий раз брать с человека деньги? Но если не брать с него, остальные будут обижены. С них, возможно, тоже брали какую-то мзду, просто они не пожаловались… Как же поступить? Отменить бы к демонам свинячьим все эти налоги, а вместо них ввести какой-то один, поменьше прежних… Стоп… Кто-то из советников упоминал об этом. Элина принялась лихорадочно рыться в стопке бумаг.

Сейчас эта стопка не напоминала башню, потому что они с Рэйшеном спрятали часть документов под половицу. Элина заулыбалась, припоминая, как Рэйшену пришлось попотеть, двигая тяжёлую широкую кровать, а потом выдирать две доски, осторожно уложить кучу бумаг и вернуть всё на место. Умаялся, бедный, так, что на стуле готов спать!

Элине показалось, что шум из сада стал другим. Дэвлин всё так же отдавал резкие команды, люди дружно вскрикивали или выдыхали, выполняя их… Но что-то изменилось…

Элина на цыпочках подкралась к окну, стараясь не разбудить Рэйшена. Почти под самым окном говорили двое солдат:

– Говорю тебе, он так и ответил. Мол, пусть теперь жалованье нам король платит. Ну, или эти… искпидиторы его. А к нему незачем теперь обращаться.

– Быть того не может! Король прислал проверку, потому что нам жалованье недоплачивают да налоги утаивают… Вон, песка в муку насыпали.

– Сам говоришь – «недоплачивают», вот мне и объяснили, что доплачивать эта баба будет. Раз она гномами и дроу командует, то и денег найдёт.

– Надо к управителю подойти, спросить, правда ли это, – в одном из голосов прозвучало сомнение.

– Я и хотел подойти! А там уже дружок его одноглазый сидит, говорит мне, дескать, поди прочь, не до тебя, управитель занят! А я же вижу, что не занят, а за бабой этой следит, глаз не сводит! А до нашего жалованья никому дела нет!