Текст книги ""Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Helena Reuelly

Соавторы: Александра К.,Евгений Рудашевский,Натали Карамель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 118 (всего у книги 353 страниц)

* * *

Элине было совестно расспрашивать Ингерама о произошедшем, ведь она его действительно бросила. Надо подождать, пока он поест. Однако он сам начал рассказ, с удовольствием запуская ложку в горячее варево.

– Хорошо, что Эли сегодня отправила меня с Лорканом. Город разбит на участки, и на каждом участке – свои стражники. Два участка мы обошли. Никто, конечно, не радуется проверкам, особенно когда тебе говорят: «В твоих услугах больше не нуждаемся».

Рэйшен согласно хмыкнул. «Наверное, раньше ему нередко приходилось такое выслушивать».

– А в третьем участке, – Ингерам вздохнул, – начальник резкий попался. Решил с нами поспорить. Оказалось, что спорить с Лорканом – дельце неприятное. Начальник такого не ожидал…

Пришла очередь Элины согласно кивнуть. Она на собственной шкуре знала, каково это – столкнуться с Лорканом при исполнении.

– Слово за слово, начальник вскочил и кинулся на Лоркана. Я успел приметить, что мужик уже и нож достал. Лоркан тоже увидел, но мужик этот проворней оказался. Я едва успел руку подставить, чтоб тот хрыч Лоркана по лицу не полоснул. Вот и получил…

Ингерам поднял раненую руку и потряс ею. Капля крови сорвалась с кожи и звонко ударилась о край столешницы.

– Эй, осторожнее! – возмутился Рэйшен. – В жратву не капай!

Ингерам поспешно опустил руку, а Дэвлин протянул ему тряпку, брошенную Элиной.

– Перетяни пока. Подсохнет – снимешь.

– Да она в крови вся, – проворчал Ингерам.

– Ну, от рубахи своей оторви полосу, – посоветовал Рэйшен.

– Ага, щас, – буркнул Ингерам, приматывая тряпку поверх рукава рубахи. – Так вот, на чём я остановился? Зацепил меня, значит, этот мужик ножом, но для Лоркана я время выиграл. Оказывается, Лоркан тоже с собой нож таскает. И мужику тому достойно ответил, прям никто не ожидал… Я лишь два раза моргнуть успел, как всё уже кончилось.

– Постой, постой, – Элинина ложка оставалась чистой. Есть не хотелось. – Что значит «кончилось»? Этот мужик ткнул в Лоркана ножом…

– Ну да, – нетерпеливо перебил её Ингерам, – ткнул. И они оба упали на пол. Грохоту было – тебе не передать! Только Лоркан упал раненым, а тот мужик – мёртвым.

Ложки перестали стучать по котелкам. Элина обвела взглядом своих экспедиторов. У Мадога горели глаза. «Небось, представляет, как он бы расправился с нападавшим. А ещё лучше – Рэйшена бы защитил». При этой мысли Элина поморщилась.

– Не ожидал я Лоркана такой прыти, – задумчиво проговорил Дэвлин.

– Ты просто его не знаешь, – буркнула Элина. – Это его специальность – работа с ножом. И с людьми.

Дэвлин уважительно кивнул. Для него всё было понятно. А вот Элину интересовали и другие вопросы.

– А что делали пятеро наших солдат, пока вы там резали друг друга?

– Молодые совсем, неопытные, – пренебрежительно махнул рукой Ингерам. – Крови не видели. Испугались. Но не разбежались, не отступили. Лоркана дотащили до дома.

– Поговорю ещё с ними, – бросил Дэвлин.

Элина решительно не завидовала этим ребятам, но сейчас следовало узнать до конца, что же произошло в том участке.

– А как повели себя стражники? Защищали своего начальника? Дали вам спокойно уйти?

– Да там такие же мальчишки, как и наши! Они к месту прилипли от страха! Им ещё тело убирать придётся!..

«Точно! Тело!» Элина хлопнула себя по лбу.

– Дэвлин, есть дело. Как поешь, возьми тех пятерых парнишек и иди в участок. Глянь, чего там народ делает. Может, уже вилы точит, чтобы идти штурмом на баронский дом? Твоя задача – этого не допустить. Запугай их, что каждый смутьян будет жестоко наказан. Чтоб помыслить не смели! Мы им тут налоги отменяем, а они, видишь ли, бунтовать надумали? Участок закрыть. Молодых стражников забрать с собой. Приведёшь сюда, покормишь, объяснишь, что теперь у них будет новое начальство.

Дэвлин кивнул.

– Сделаю. Мадога дашь?

Элина немного подумала. До вечера, до допроса Ашкута, ещё оставалось время.

– Дам. – Она обернулась к молодому дроу: – После ужина – ко мне в кабинет. Наши дела ещё не закончены.

Глава 19

Талула пересчитывала выручку. Уже в третий раз с её девочками расплачивались фальшивыми монетами. Талула в гневе оттолкнула монеты. Они упали с конторки и с жалобным звоном раскатились по полу. На шум заглянул один из её вышибал. Она раздражённо махнула рукой, мол, всё в порядке, и вышибала тихо притворил дверь, чтобы не отвлекать хозяйку от дел.

Талула прошлась по комнате. Её прекрасный весёлый дом в последнее время утратил свой лоск. Покровительство барона было для неё золотой жилой, а теперь, когда Руфус покоится в могиле, дела покатились под гору. Реальную власть захватили те, кто держался близко к Руфусу. Но если барон относился к Талуле по-доброму, захаживал к ней по старой памяти и три шкуры не драл, то люди, которые его сменили, Талулу попросту пугали. Жестокие, жадные, они обижали её девочек, скандалили, отказывались платить, иногда устраивали пьяные дебоши… Это отпугнуло респектабельных клиентов, и денежный ручеёк обмелел. А теперь и вовсе грозил превратиться в поток фальшивок.

Талула вздохнула, припудрила лицо новомодным средством «Эльфийская бледность» и отправилась к человеку, который всегда готов был дать ей ценный совет. Не бесплатно, конечно.

Талула нашла Сныста, как обычно, в его развалюхе: он сидел перед очередным кувшином вина, держа в руках тлеющую чиазовую палочку. Вокруг клубился зеленоватый дым. Талула вдохнула и невольно закашлялась. В последнее время она не употребляла ничего подобного: не хотела состариться раньше времени.

– Закрывай быстрее дверь, – сказал Сныст, не поворачивая головы. – Не то всё выветрится. Какой смысл дымить, если тебя не одурманивает?

Талула нехотя послушалась. Ей хотелось бы поспорить с этим ловким пронырой, но она пришла в роли просительницы. Она аккуратно присела рядом с королём воров, и он, не отрываясь от курительной палочки, плеснул ей из кувшина в щербатый стакан.

– Угощайся. Не отравлено.

Талула сделала небольшой глоток. «Ничего себе! Такого вина у неё в заведении давно не бывало! Наверное, с гибели Руфуса… Откуда же этот негодяй берёт его? И с ней не делится!»

– Так что случилось?

Сныст выдохнул дым Талуле прямо в лицо. Она поморщилась, но – ничего не сделаешь! – принялась рассказывать.

Сныст слушал молча, не перебивал. Время от времени он отхлёбывал вино и потягивал чиазу. Наконец Талула закончила перечислять свои обиды. Сныст по-прежнему молчал. Она толкнула его в бок:

– Скажи что-нибудь! Ты же обещал помогать мне! Тогда, после войны…

– Сейчас ты просишь от меня невозможного, – равнодушно ответил Сныст. – Я не в силах справиться с этим. Фальшивомонетчики, знаешь ли, – это для меня слишком. С ними должны бороться власти.

– Ты что, совсем нюх потерял, что ли?! – Талула почти кричала. Сныст был последним рубежом её защиты, и сейчас эта защита рассыпалась на глазах. – Да новые власти, похоже, и сами причастны! Ты знаешь, кто расплатился фальшивкой?

Она назвала имя известного купца. Он не принадлежал к числу самых богатых торговцев, но крепко стоял на ногах и считался надёжным партнёром в сделках.

Сныст лишь плечами пожал.

– И что я сделаю? Послать моих людей, чтобы его ограбили? И что теперь с него взять? Фальшивые монеты?

Талула похолодела. Её все бросили! Дело всей жизни катится под откос, и никто ей не поможет!

– Вы, мужчины, всегда так! – в отчаянии сказала она. – Бросаете в самое трудное время! Слабаки!

Сныст рассмеялся каким-то странным, недобрым смехом.

– Так обратись к женщине. В чём проблема-то?

– К какой ещё женщине? Сныст, не пей больше. И не кури. Тебе хватит.

Сныст снова выпустил дым в лицо Талуле, наслаждаясь тем, как она морщится.

– Есть тут одна. Может, ты что-то слыхала о ней. Старший королевский экспедитор. Элина зовут.

* * *

Квэддо неприкаянно бродил по двору. Он не жалел об отобранной печати и полномочиях. Он стыдился того, что не справился. Элина обещала привести его к власти, а эта власть оказалась ему не по размеру, словно чужие сапоги. Он ловил себя на мысли, что считал Элину достойной не власти, а просто толкового мужчины. Себя.

Ранение Лоркана стало неприятной неожиданностью. Квэддо не мог поверить, что Городская стража напала на его старого приятеля. В голову лезли воспоминания, как при старом бароне неугодные исчезали бесследно, а Городская стража брала взятки за беззаконные действия. Как Рэйшена травили собаками и подослали убийц… Вот тогда-то между ним и Элиной всё и завертелось… Квэддо тряхнул головой. «Наваждение какое-то! Хватит об этом думать!»

У ворот раздался нерешительный стук. Квэддо посмотрел по сторонам. Как назло, солдаты разбежались кто куда. Часть ушла вместе с Элиниными дроу в мятежный участок, а остальные сплетничали по углам. Даже верный Харлен куда-то подевался! Квэддо покачал головой и подошёл к воротам.

Женский голос показался знакомым. Квэддо открыл окошко в воротах. Его удивление было безмерным: за воротами стояла Талула! Когда-то он и сам стоял перед ней просителем. Сегодня всё изменилось.

– Чего тебе? – спросил Квэддо.

– Открой ворота! – высокомерия у Талулы не убавилось. – Я к вашей экспедиторше.

– Зачем?

Квэддо видел, как злится Талула, но порядок есть порядок. В доме не та обстановка, чтобы просто так впустить бывшую пассию Рэйшена.

– Я по делу!

– По какому?

– Ты слуга ей, что ли? Я, может, жалобу хочу подать! На важного человека!

Квэддо очень хотелось просто захлопнуть фортку у этой нахалки перед носом, но она найдёт способ проникнуть в дом и наябедничать на самого Квэддо.

– Я доложу о тебе. Если Эли согласится, я тебя впущу.

«Эли» не согласилась.

– Пусть приходит завтра. Сегодня я занята. Не могу думать ещё и о её жалобах.

Квэддо не стал спрашивать, чем она занята, запершись вдвоём с Рэйшеном.

У ворот он с затаённым злорадством сказал Талуле:

– Приходи завтра. Сегодня они с Рэйшеном заняты.

Брань по ту сторону ворот пролилась бальзамом на его раненое сердце.

* * *

Дэвлин с удовольствием думал о предстоящем деле. «Пусть Эли переведёт дыхание, пусть Рэйшен попрыгает вокруг неё. И пусть Мадог этого не видит».

Пятёрка, которую он дал Лоркану в помощь, привела его в участок, где и произошёл «инцидент». Тело убитого начальника участка убрали, лишь пятна на полу напоминали о том, что здесь произошло. Стражники, трое зелёных юнцов, примерно таких же, как Лорканова пятёрка, жались по углам участка. При виде двоих дроу стражники затрепетали, словно листья на ветру.

– Так-так-так! – многозначительно сказал Дэвлин. – Вы, значит, здесь. Кто прибрал труп?

– М-местные, – проблеял один из стражников. – Пришли, тело унесли, пятна затёрли.

– Местные, говоришь? А вы, что ли, не местные?

– Пришлые мы, все трое.

– Откуда родом?

– Сразу после предместий городских есть деревня, оттуда мы…

– Что, крестьянская жизнь не по нраву? Работать не любите?

– Мы любим! Но какой смысл работать, коли земли нам совсем не достанется? А налоги плати!..

– Раз вы пришли в Городскую стражу, как вы посмели напасть на королевского экспедитора, а?

Парни снова стушевались.

– Мы и не смели. Это всё он, начальник наш… покойный. Мы бы живого человека резать ножом не смогли…

Дэвлин вздохнул. «Покойный начальник набрал чужаков на участок, чтобы удобнее было им манипулировать и обделывать свои тёмные делишки. А ведь этих начальников назначил управитель Квэддо! Или его помощники».

За стенами участка начали собираться зеваки. Они наверняка ждали от дроу какого-нибудь кровавого зрелища. «Люди, что с них взять!»

Дэвлин выглянул наружу. «Почти одни женщины. Неудивительно, что Элина презирает и недолюбливает человеческих мужчин. И какая-то мелюзга прячется за мамкиными юбками».

Зрители ахнули, когда из дверного проёма показались двое рослых дроу.

– А вы их убили, да? – раздался звонкий детский голос, а за ним – не менее звонкий шлепок.

Мадог фыркнул. «Ишь, распустился совсем!» Дэвлин подумал, что в дровских казармах Мадог всегда был холоден и бесстрастен. Кто же мог подумать, что внутри у него бушует настоящая буря? «Эли», – ехидно подсказал внутренний голос.

– Мы здесь не для того, чтобы убивать! – командирским голосом ответил Дэвлин.

Толпа слушала его очень внимательно. «Вон, несколько мужчин подтянулось. Дети подошли поближе».

– Мы здесь, чтобы навести порядок! Чтобы на улицах не убивали!

– И не грабили? – тот же голосок.

– Желательно – да! В Жадвиле действуют королевские законы, и никто не посмеет их нарушать!

Народ оживился. Какая-то баба крикнула:

– А правда, что налоги отменили?

Дэвлин подал знак Мадогу, и тот зычно ответил:

– Правда! И долги по старым налогам прощают!

Люди, сообразив, что ничего плохого с ними не произойдёт, совсем осмелели. Ребёнок со звонким голосом уже подобрался вплотную к Мадогу:

– А можно потрогать? А нитки настоящие серебряные? У, волосы-то длинные!

Дэвлин усмехнулся: Мадог стоял столбом, не зная, что делать с этим непоседой. Народ подступил совсем близко.

– А чего теперь будет-то?

– А вот чего: стражников из вашего участка я забираю с собой! – объявил Дэвлин. – Завтра дара старший королевский экспедитор назначит нового начальника, и стражники смогут вернуться сюда, как только пройдут инструктаж.

– Чего пройдут? – спрашивали друг у друга люди.

– Бить их будут, вот чего, – пояснил какой-то словоохотливый дед.

– А, это хорошо, это правильно! – одобрили другие.

Дверь в участок закрыли, подперев снаружи каким-то бочонком.

– Следите, – напутствовал людей Дэвлин, – чтоб никто не влез. Сможете?

– Как не смочь! Сможем! Порядок должен быть!

Дэвлин смотрел на трёх испуганных молодых стражников, убеждённых, что теперь их изобьют до полусмерти.

– Не тряситесь, – тихо сказал он им. – Инструктаж – это наставление. Словами, а не кулаками. Сами увидите.

* * *

Элина зашла в комнату, где лежал раненый. Лоркан тяжело, с хрипом дышал и пока не приходил в себя.

– Если он не очнётся к ночи, – тревожно проговорила Малена, – нам понадобится более опытный лекарь…

Элина сразу вспомнила: Балим. «Опытный и циничный человек, который способен вытащить пациента из самой Бездны. Ох, и заломит же он цену! Но это ерунда». С ним Элина договорится.

– Прости, Малинка, что я не выделила денег на зелья и травы… Завтра Лоркан придёт в себя, и ты закупишь всё, что тебе нужно.

Малена с благодарностью кивнула.

– А ещё приходила такая толстая крикливая баба, требовала пустить её к Лоркану… Насилу вытолкали.

Элина захихикала, как девчонка:

– Завтра придётся пустить. Все будут ему завидовать. Представляешь, герой, ранен при исполнении, да ещё женщины к нему ломятся!

Малена неодобрительно покачала головой. «Какая же она правильная и строгая. Могла бы быть повеселее…»

Пришёл Квэддо и привёл с собой Ингерама.

– Он ведь тоже ранен, – пояснил бывший управитель.

Совсем недавно он докладывал о Талуле, а Элина велела её не пускать. «Конечно, Квэддо и его компания решат, что Элина ревнует Рэйшена к его бывшей. Ну и пусть. Сейчас главное – обдумать вопросы к Ашкуту». Сам Рэйшен тоже нисколько не взволновался, услышав имя Талулы. Его больше интересовало, где провести допрос. Сейчас он как раз нашёл комнатёнку в дальнем крыле особняка и наводил там порядок, по его собственному выражению.

– Что ты будешь делать с провинившимися стражниками? – поинтересовался Квэддо.

– А чем они провинились? – искренне удивилась Элина. – Они не нападали на моих людей.

– Они должны были остановить схватку.

Элина посмотрела на Квэддо как на дурачка.

– Ты же видел Лоркана в деле, правда? Тот, кто рискнул схватиться с ним, да ещё и застать врасплох, не хуже его.

– Может, и лучше.

– Нет, – отрезала Элина. – Лучший остаётся в живых. И как вчерашние мальчишки могли остановить двух опытных бойцов? Наши ведь тоже не вмешались. Их, по-твоему, тоже наказать?

Судя по лицу Квэддо, его бы это устроило.

– Нет уж, не бывать такому. Их накормят и отпустят поболтать с нашими солдатами. Пусть посмотрят, как у нас всё устроено. А завтра вернутся в свой участок и расскажут остальным.

* * *

Солнце убежало за горизонт. Элина знала, что никаких причин откладывать допрос больше не осталось. Дом жил своей жизнью, из кухни доносились аппетитные запахи и громыхание котлов. Повсюду сновали люди, слышались разговоры… Всё шло правильно.

– Рэйшен, зови Мадога. Заберём Ашкута из его комнаты.

Элина видела, что Рэйшен и Мадог ждут не дождутся вечера. Они переглядывались, и в каждом их жесте ей мерещились тайные знаки, даже головы они поворачивали как-то хищно. Сможет ли она удержать их от чрезмерного применения силы? Или лучше было позвать Дэвлина, опытного, хладнокровного? Когда-то в Рудном Стане ей довелось проводить жестокий допрос. Дэвлин проявил себя отлично. Лучше, чем Рэйшен. А сейчас она берёт с собой Мадога… А лучше бы – арбалет.

* * *

Ашкут лежал на кровати и, кажется, дремал.

– Хватит дрыхнуть, у нас дела! – В голосе Рэйшена звучало веселье. Он предвкушал развлечение.

Ашкут открыл глаза, но даже не пошевелился, увидев нависающих над собой дроу.

– У меня нет дел, – отозвался он в тон Рэйшену.

– А это не тебе решать.

– Пофиг. Я не пойду. Не хватало ещё быть на побегушках у вашей бабы. Если вам надо – несите меня!

Рэйшен видел, что Мадог ищет его взгляд. «Растерялся парень. Мало сталкивался с такими наглецами. Ничего, ещё научится».

– Нести? Что ж, можно. Сделаю одолжение для слабосильного старика!

Рэйшен умело прижал точку сна и жизни на шее Ашкута, и тот прекратил болтовню.

– Давай, Мадог, подхватим его с двух сторон, будто пьяного ведём!

«Эли будет довольна. Сможет вызнать всё, что ей нужно. Не такой уж сильный противник этот Ашкут».

Глава 20

Элине пришлось напрячь глаза, чтобы рассмотреть тёмное подвальное помещение. Хорошо, что Рэйшен заботливо подвесил в углах под потолком два фонаря. Элина и Ашкут уселись на стулья с разных сторон грубо сколоченного столика, шершавого и занозистого. Разница была лишь в том, что у Элининого стула была спинка, а у стула Ашкута – нет.

Поодаль на полу тускло поблёскивали два длинных кинжала Рэйшена. Элина видела, что Ашкут тоже заметил их, но, зараза, даже в лице не изменился. «Так уверен в себе? Считает себя невиновным? Отличный актёр? Скоро узнаем».

Дроу встали справа и слева от Ашкута. Элина откинулась на спинку своего стула и принялась рассматривать своего пленника, выдерживая паузу. Он в ответ нагло подмигнул ей. «Что ж, время начинать».

– Вижу, ты настроен поговорить со мной. Это хорошо. Ты знаешь, что я нашла твой схрон с деньгами?

Ашкут не дрогнул.

– Очень хорошо! – ответил он. – А то я беспокоился, что мои парни без денег останутся. А того, кто увёл казну, ты нашла?

«Каков наглец! – Элина почти восхитилась его выдержкой. – Вот бы ей так!»

– Извини, Ашкут, это секретные сведения.

– Ты, если что, у Квэддо спрашивай, он же тут главный. Был главным, – поправил сам себя Ашкут, – пока ты не появилась. И помощничек у него есть, Харлен зовут, одноглазый такой. Да ты его знаешь, наверное.

Элина дала Ашкуту возможность ещё немного поболтать. Он в красках расписал ей, какие непорядочные люди эти Квэддо и Харлен.

– Непорядочные, говоришь? – Элина изобразила улыбку. – И ещё трое непорядочных из числа твоих парней. Их следы мы видели в схроне с деньгами.

Ашкут обрадовался и широко улыбнулся щербатым ртом. «Рано радуешься, подонок».

– Видишь, какая ты молодец, хоть и женщина! Вот и вор нашёлся!

«Ты думал задеть меня дешёвым оскорблением? Не выйдет!»

Нет, кажется, целью Ашкута стала не Элина. Она заметила, как ноздри Рэйшена раздулись – верный признак еле сдерживаемого гнева.

– А парни твои говорят, что приказ исходил от тебя.

– Врут, собаки. Может, я их чем-то обидел?

– Все свидетели говорят, что сбором налогов ведал ты, Ашкут. Повсюду сновали твои сборщики. Отчитывались перед тобой. Деньги сдавали тебе.

– Врут, врут, – повторял Ашкут. – Это работа Квэддо.

– Точно! Но выполнял её ты. И в итоге казна украдена, а часть монет заменена фальшивыми. Доступа к ним, кроме тебя, никто не имел.

Теперь Элина со скрытым злорадством наблюдала, как Ашкут умолк и, видимо, стал лихорадочно придумывать оправдания.

– Что мне сдали, то в мешках и лежит! – наконец выпалил он. – Чем я-то в этом виноват?

– То есть деньги в мешках ты всё-таки принимал и прятал, – вкрадчиво проговорила Элина.

Ашкут, похоже, принял решение.

– Ладно, ладно, – он примирительно выставил перед собой раскрытые ладони, – подловила. Ну, демоны попутали. Что ты, не понимаешь, как это бывает?

Элина молчала. Ашкут, не дождавшись ответа, продолжил:

– У меня же семья, дети… родственников много. Всем помоги… Ну, как-то оно само так получилось…

– Ты назначал свою родню на должности?

– Не на все.

Сейчас Ашкут выглядел довольным собой. Элина прекрасно его понимала: он собрался признать кражу из казны, за это он отсидит в тюрьме положенный срок, а, может, родичи соберут какую-то сумму в качестве компенсации, тогда вообще домой отправится. А фальшивомонетничество пахнет смертью. Этот запах мало кому нравится.

* * *

– А своей семье ты фальшивые монеты приносил? Или только настоящие?

Ашкут прикусил язык. Как ни ответь на этот вопрос, получается, что о фальшивках он знал. «Надо было убить эту бабу давно, когда он ещё мог до неё добраться».

– Значит, фальшивки – только для казны, так?

– Я ничего об этом не знаю!

Ашкут решил упираться до последнего. «Ничего она не докажет. Даже если её дроу начнут бить, он, Ашкут, выстоит».

– А вот Квирк Харненский знает. Правда, переписку с ним вёл некто Катуш… Тебе это имя больше нравится?

«Подлая баба! Кто мог рассказать? Никто ж не знал!» Эта переписка состоялась ещё когда старый барон был жив, он обещал защиту! Ашкут прекрасно помнил, что барону просто нужно было золото для Монетного двора. А уж увести часть золота предложил сам Квирк. Пока барон раздумывал, как поправить свои дела, его и убили. «Может, эти бешеные дроу нашли мастерскую? Вряд ли, иначе мастер уже сидел бы здесь». По-хорошему, его следовало предупредить, но Ашкуту важно было выбраться самому.

– Первый раз слышу это имя.

– Которое?

– Квирк… Катуш… Куташ…

Лицо ушлой бабы засияло, словно новенькая монетка. «Проговорился! Назвал одно из имён, которое знать был не должен!» Ашкут прикусил язык, но слово было сказано.

– Ты хорошо помнишь все имена, которыми подписывался. Молодец. А теперь скажи, где найти гравера с Монетного двора. Где нынче его мастерская?

– Я не понимаю, о чём ты говоришь. Я и так признал вину с хищением налогов. Чего тебе от меня ещё надо?

Ашкут понимал, чего ей надо. Она отказалась от денег, которые он ей когда-то предлагал, потому что знала – в конце концов она получит всё. «Надо было её убить. А теперь слишком поздно».

* * *

Элина поняла: всё. Ашкут упёрся. Участие в производстве фальшивых монет он будет отрицать. Припереть к стенке его нечем. Пугать именем Квирка бесполезно: к самому Квирку обратиться нет возможности. Да и сейчас, когда Квирк втёрся в доверие к королю, никто Элину не послушает. Въезд в столицу ей запрещён, пока дела в Жадвиле не пойдут на лад. Похоже, Квирк ловко использовал всех. Что делать?

Пока Элина соображала, стараясь сохранить невозмутимое лицо, Ашкут сам пошёл в атаку.

– Молчишь? Это потому, что тебе больше и спросить нечего! Сама видишь – меня оклеветали! Послушай, ну, осуди меня, засади в тюрьму! Что ж делать, виноват, глаз у меня жадный, руки загребущие! Да хоть сейчас отправь! А сама сможешь наконец-то вернуться в постель к своим дроу! Вон, Рэйшен стоит, изнывает! Думаешь, ему охота возиться со мной, стариком?

Ашкут добавил несколько похабных фраз о физиологических особенностях дроу. Элина, замерев, смотрела Рэйшену в лицо. «Просчиталась. Не успела».

Мадог быстрым, точным движением ударил Ашкута в лицо. Поток непристойностей вмиг прекратился. Ашкут опрокинулся навзничь. Табурет остался стоять. За это время Элина успела только моргнуть.

– Ух ты! – в голосе Рэйшена прозвучало злое восхищение. – Ловко ты его! Я тоже хочу попробовать!

Только тут Элина опомнилась.

– Стоп! – крикнула она, вскакивая со стула. – Отошли от него, оба!

Взгляд Рэйшена – тёмный, тяжёлый – пугал. «Только бы он не успел добраться до кинжалов! Хотя… Что ему кинжалы?»

На Мадога Элина боялась глядеть. Ей пришлось протискиваться мимо Рэйшена, чтобы подойти к Ашкуту.

Лицо его было залито кровью, но сам он гнусно ухмылялся, даже не пытаясь встать.

– Спроси у своего любовника, к кому его больше тянет: к тебе или этому мальчишке?

Элина вздохнула с облегчением. «Раз он болтает – челюсть не сломана. Всё остальное не так важно».

– Советы от старых жадных дураков мне не нужны. Подумай до завтрашнего вечера. Напряги память. У меня ещё остались вопросы. А теперь, – Элина обернулась к своим горе-подручным, – ведите его назад, да так, чтобы никто не видел и не слышал.

* * *

Мадог боялся посмотреть Рэйшену в глаза. То, что Мадог сделал, – позор для любого дроу. Выдержка и хладнокровие… Целый день Мадог старался соответствовать этим требованиям, а сейчас не смог. Он прекрасно понимал, что допрос провален, Элина почти ничего не добилась от этого хитровыделанного Ашкута. Это могло бы доставить Мадогу радость, но… Рэйшен не радовался.

Они швырнули Ашкута на койку, не заботясь о его удобстве. Раздался сдавленный вскрик.

– Ты ему нос сломал, – заметил Рэйшен.

– Она же сказала – главное, что челюсти целы, – уныло ответил Мадог.

– Чтоб вы оба сдохли, – проскрежетал Ашкут.

Мадог ответил бы ему что-нибудь, но Рэйшен грубо вытолкнул его из комнаты и запер Ашкута в одиночестве.

Мадог знал, что их обоих ждёт эта женщина «на разговор», но ноги не хотели нести его к ней в кабинет. «Как славно начинался этот день и как плохо он закончился!»

Рэйшен тоже не торопился. «Неужто и его она посмеет выбранить? Он ради неё вытерпел столько оскорблений!»

– Рэйшен…

Рэйшен прислонился к стене и сложил на груди руки.

– Ну, давай, спрашивай… Герой, демоны тебя раздери…

– Что она с тобой сделает?

Мадог впервые увидел, как светлые брови Рэйшена ползут на лоб.

– Ну и вопросы! Что ты имеешь в виду? Наказание? За то, что мы с тобой провалились?

Мадог потупился.

– Я провалился, – тихо уточнил он. – Это моя вина…

Рэйшен пренебрежительно прищёлкнул языком.

– Я должен был догадаться. Должен был тебя остановить. Или предупредить. А сам тоже вспылил. Так что и я виноват. Ну, вот такой я…

Мадог подумал, что «вот такой» – просто лучший. Но эта женщина сегодня будет думать иначе.

– Ладно, Мадог, идём, чего ты? Да, Эли нам сейчас всыплет, мало не покажется. Но никто не будет отвешивать нам оплеухи или пинки. И плёткой не отхлещут. Ну, давай же, не трусь, если что, я тебя спасу.

Мадог увидел, как Рэйшен улыбается. Улыбается ему! И теперь Мадог готов был вытерпеть даже удары палкой.

* * *

Войдя в свой кабинет, Элина прежде всего заперлась изнутри. Ей хотелось швыряться чем-нибудь тяжёлым, а потом выть от бессилия. «Её уделал какой-то грязный солдафон! А её могучие помощники превратились в ревнивых злобных подростков после пары похабных шуток! Кто, демоны всё раздери, жил в казарме, Элина или дроу?!»

Элина села прямо на пол и прислонилась спиной к тяжёлому столу. Она пообещала Ашкуту следующий допрос завтра вечером, но ей больше нечего было сказать. Вдобавок этих двоих больше брать на такие «праздники» нельзя. «Надо было договариваться с Дэвлином. Он бы содрал с проклятого Ашкута всю кожу по маленькому лоскутку и заставил бы его сознаться».

– Какая я идиотка! – простонала Элина, закрыв лицо руками. – У меня был такой шанс, и я его запорола!

Если бы она могла заплакать, она бы это сделала. Но слёз не было. После того как сгорела её таверна, Элина разучилась плакать.

Время было позднее, и жизнь в доме замерла. Всё стихло. В этой тишине Элина услышала тяжёлые шаги своих помощников. «Устали, наверное. А теперь ещё и она обрушится на них с обвинениями. Хотя, кроме себя, винить некого».

Элина решительно поднялась с пола, потёрла лицо руками и отперла дверь.

* * *

– Я поговорю с вами поодиночке. Обещайте не подслушивать.

Мадог с Рэйшеном переглянулись. «Сговорились, как тогда, в столице, перед отъездом?» Элина задумалась. «Что-то долго они отсутствовали. А не убили ли ненароком Ашкута?»

– Кого первым пропесочишь? – Рэйшен криво улыбался.

Мадог просто зыркал исподлобья. «Боится. И ненавидит».

– Мадога, – улыбнулась Элина в ответ.

В кабинете она кивнула молодому дроу на стул. За стол садиться не стала, села рядом. Она видела, как Мадог сжимает и разжимает пальцы. Эти тяжёлые кулаки могли гнуть подковы, поднимать тяжести, биться насмерть… Носы, к примеру, ломать.

– Ты костяшки сбил, – рассеянно заметила Элина. – И вообще, руки после допроса хоть вымыл?

– Н-нет. Не успел.

Элина с удовольствием наблюдала, как глаза Мадога полезли на лоб от удивления. «Хоть кого-то удалось огорошить неожиданным вопросом».

– Мадог, ты разговаривал с Ашкутом, пока сторожил его?

Сидя рядом, Элина не могла не заметить, как Мадог напрягся. Даже дыхание затаил.

– Так разговаривал или нет?

– Это он со мной разговаривал, – буркнул дроу в ответ. – Я молчал…

– Ты слушал. Этого достаточно. Он говорил обо мне только плохое, да? Ну, в принципе, всё, как ты думал?

Мадог молчал. Его руки лежали на коленях, как у примерного мальчика. Глаз он не поднимал.

– Ты вёл себя так странно оттого, что послушал Ашкута? Можешь не отвечать, я вижу, что это так. Зато теперь ты получил урок: он наговорит мерзостей не только про тех, кого ты ненавидишь, но и про тех, кто тебе дорог. И я получила урок: надо быть внимательнее к своим. И ещё один урок: мне придётся впахивать больше, чем крестьянину в поле, потому что я не продвинулась ни на шаг в поиске фальшивомонетчиков.

– Я… подвёл… тебя.

Мадог с трудом выталкивал из себя эти слова. «Лучше бы ты сказал правду, как ты меня ненавидишь, чтоб я сдохла или сквозь землю провалилась…»

– Я сама себя подвела, Мадог. Учти это на будущее, когда станешь руководить сбором налогов. Постарайся так не ошибаться.

Мадог медленно поднял голову. Элина иронично усмехнулась:

– Теперь отдыхай. Завтра куча дел. И Рэйшен, наверное, извёлся, всё ухо стёр из-за подслушивания.

Мадог направился к выходу, напоследок смерив Элину недоверчивым взглядом.

«Может, сегодня он будет ненавидеть меня капельку меньше?»

* * *

Рэйшен скрывал чувство вины за развязным поведением и шуточками.

– Эли, Мадог руки так и не помыл! Я видел!

«Что можно сказать в ответ на это?» Элина смотрела на Рэйшена, а он отводил в сторону свои яркие глаза.

– Я же говорила: не подслушивать! Теперь у тебя уши в трубочку свернутся!

Рэйшен явно обрадовался смене темы и дурашливо схватился за свои уши, изобразив панику на лице.

– Но хоть ты послушаешь меня? Вымоешь руки? – дождавшись кивка, Элина продолжила: – Тогда ложись спать без меня. Мне надо кое-что обдумать.