Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Генри Крейн
Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 95 (всего у книги 332 страниц)
Сантана поспешно выхватила ключ из руки Круза.
– А я думала, что я его потеряла. Этот ключ надо отдать Гринвальду, моему клиенту. Я работала у них над интерьерами, а потом забыла вернуть, – сбивчиво и торопливо говорила она. – Должно быть, он выпал из моей сумочки, когда я ехала в машине.
Круз пожал плечами.
– Ну, что ж, в таком случае тебе повезло, что ты потеряла его в автомобиле, а не где‑нибудь на улице. Впредь – будь внимательнее, а иначе скоро все ограбления квартир в городе будут вешать на тебя.
– Почему? – искренне удивилась Сантана.
– Количество клиентов, которым ты делала интерьер, исчисляется уже десятками…
Круз повернулся и зашагал к выходу из ресторана, оставив Сантану наедине со своими мыслями.
Марк Маккормик сидел за стойкой бара со стаканом виски в руке. Показавшийся в дверях метродотелъ окинул взглядом зал и, заметив Марка, уверенна направился к нему. В его руках был широкий белый конверт.
– Доктор Маккормик, вам заказное письмо, – сказал он, останавливаясь у стойки и протягивая конверт Марку. Портье уже расписался за его получение.
– Спасибо.
Когда метродотель удалился, Марк распечатал конверт и развернул письмо. На бланке стоял штамп Медицинской Ассоциации Южной Калифорнии.
– Доктор Маккормик, – прочел Марк. – Совет Медицинской Ассоциации в настоящий момент рассматривает вопрос о совершении вами грубых нарушений медицинской этики, что может повлечь за собой запрет на медицинскую практику.
Дочитав до конца уведомление о приглашении доктора Маккормика на заседание Совета Ассоциации, Марк в сердцах хлопнул по стойке бара. Его лицо исказила гримаса ненависти.
– Мейсон!..
СиСи Кэпвелл с большой коробкой в руках вышел из комнаты Мэри и направился в гостиную. В этот момент в дом вошла София.
– Здравствуй, дорогой. Я рада тебя видеть.
Она поцеловала его в щеку.
– Я тоже, – улыбнулся он.
– Ты разрешишь, я составлю тебе компанию?
– Конечно.
– А чем ты занят?
СиСи оглянулся и показал рукой в сторону коридора.
– Роза сейчас собирает вещи Мэри, я хочу отослать их ее матери, – в его голосе слышалась грусть.
– Мэри была замечательной женщиной… – задумчиво сказала София. – Таких сейчас можно встретить очень редко. Я думаю, нам повезло, что мы знали ее.
СиСи кивнул.
– Я ценил ее дружбу.
– Ты не должен забывать, что до конца жизни обязан ей, – промолвила София. – То же самое я могу сказать и о себе. Я обязана ей всем, что у меня есть. Ведь это она настояла на том, чтобы я согласилась сделать операцию по удалению раковой опухоли… И я потеряла очень близкого друга.
СиСи взял ее за руку.
– А я потерял дочь…
Неизвестно, сколько бы продлилась наступившая пауза, но в дверь позвонили.
– Извини.
СиСи отправился открывать.
На пороге стоял Джордж Мосс – семейный адвокат Кэпвеллов.
– Джордж?.. – удивленно воскликнул СиСи. – Какими судьбами?
Мужчины обменялись рукопожатиями
– Миссис Армонти… – почтительно кивнул Мосс Софии. – Рад видеть вас, хотя в данный момент это, наверное, не совсем уместное заявление…
– Привет, Джордж, – озабоченно сказала она. – Что‑то случилось?
Мосс, представительный седовласый мужчина, нерешительно переминался с ноги на ногу.
– У меня плохие новости, СиСи, – наконец промолвил он. – Прежде, чем появиться у тебя, я был в ведомстве окружного прокурора.
– Вот как? – удивленно сказал СиСи. – У нас какие‑то неприятности?
– Да, – хмуро ответил Мосс. – Похоже, мать Мэри, миссис Бассет, подала иск на отель «Кэпвелл», требуя выплатить ей два миллиона долларов.
С выражением неподдельного удивления на лице СиСи произнес:
– Мать Мэри? Два миллиона?..
– Да, – снова кивнул Мосс. – Она считает, что вы косвенно виноваты в смерти ее дочери.
– Мы можем что‑либо предпринять?
– Я думаю, что мы сможем переадресовать иск строительной компании, которая проводила работы на крыше отеля и по чьей вине была небрежно установлена вывеска.
СиСи в задумчивости прошелся по комнате.
– Ты считаешь, что она права? Мосс пожал плечами.
– Я не знаю, права она или нет, но у нее есть почти стопроцентные шансы выиграть это дело.
– СиСи, – вмешалась в разговор София, – я думаю, что мы не должны допустить, чтобы миссис Бассет была вынуждена довести это дело до суда. Мы должны немедленно выплатить ей всю сумму.
СиСи с одобрением посмотрел на Софию.
– Да, ты права. Послушай, Джордж, – он подошел к адвокату и положил ему руку на плечо. – Поступай по своему усмотрению, но сперва, как ты уже слышал, мы должны выплатить два миллиона миссис Бассет.
Мосс хмуро покачал головой.
– Боюсь, что только этим дело не ограничится…
– А что, есть еще какие‑то неприятности?
– Да. Миссис Бассет потребовала возмещения морального ущерба в размере двадцати пяти миллионов долларов, а окружной прокурор Тиммонс посоветовал ей возбудить уголовное дело по этому поводу.
Изумлению Ченнинга–старшего не было предела.
– Что?!!
Мейсон в глубокой задумчивости сидел в гостиной своего дома, теребя в руке крестик, который он нашел на месте гибели Мэри.
После ее похорон он совершенно перестал думать о своей внешности. Его лицо покрывала густая щетина, щеки впали, под глазами обозначились темные круги. Общую картину дополняли расстегнутая рубашка и измятый пиджак.
Услышав звонок в дверь, Мейсон неохотно поднялся и, слегка пошатываясь, пошел открывать.
На пороге с букетом желтых гиацинтов в руке стояла Джина Кэпвелл.
– Мейсон… – нерешительно сказала она. Он хмуро смерил ее взглядом.
– Зачем ты пришла?
– Я проходила мимо и вот решила зайти, чтобы принести цветы и выразить свои соболезнования…
Джина протянула букет. Ни один мускул не дрогнул на лице Мейсона.
– Как трогательно, – равнодушно сказал Мейсон. – Хочешь зайти?
– Да.
Она вошла в комнату.
– Мэри всегда нравилась мне. Она была такая… такая заботливая. Наверное, из нее получилась бы хорошая жена и мать… Мне очень жаль, Мейсон, что так произошло. Какая нелепая смерть!.. Ведь это был несчастный случай?..
Мейсон закрыл за Джиной дверь и направился в гостиную.
– Это не был несчастный случай, – мрачно произнес он. – Виновные понесут наказание. Ну, ладно.
Он поставил букет в вазу и вопросительно посмотрел на Джину.
– Ты была на похоронах? Я видел тебя. Не скрою, для меня это было весьма удивительно. Я признателен тебе за этот жест. Понимаешь, что я имею в виду?
– Да, – с некоторым смущением сказала Джина. – Вообще‑то, меня туда никто не приглашал, но я решила что ничего дурного не будет, если я приду на похороны. Я не могла иначе. Хотела застать тебя и поговорить…
– Да, я быстро ушел, – кивнул Мейсон. – Я не мог долго оставаться в церкви. Это было слишком тяжело для меня.
– Я понимаю – ты не захотел видеть, как Марк Маккормик будет там разыгрывать из себя безутешного вдовца. Честно говоря, меня передернуло от этого фарса. Я думаю, во всем происшедшем виноват в первую очередь он.
Мейсон отвернулся и промолчал.
– Мейсон, у меня для тебя кое‑что есть.
С этими словами Джина покопалась в сумочке и достала оттуда небольшой конверт.
– Я не католичка, даже, честно говоря, я совсем не верю в Бога, но вчера я взяла дневную выручку из своей булочной и заказала в церкви заупокойную мессу по Мэри.
Она протянула конверт Мейсону. Тот задумчиво повертел его в руках.
– Спасибо, Джина. Это благородно, я даже не ожидал от тебя такого шага.
Он снова отвернулся и медленно прошелся по гостиной.
– Мейсон, – торопливо сказала Джина. – Если тебе понадобится какая‑нибудь помощь, можешь смело обращаться ко мне. Несмотря на все, что происходило между нами, ты остался моим самым близким другом.
Он обернулся и мрачно произнес:
– Джина, ты всегда умела польстить мне в нужную минуту, но мне все же непонятно цель твоего визита. Чего ты хочешь? Что тебе нужно?
Джина опустила глаза.
– Я не преследовала личных мотивов, Мейсон, Я просто хотели помочь тебе. Я останусь рядом с тобой, если мое присутствие поможет пережить боль от потери. Поверь, ты мне очень дорог, и я сделаю все…
Не мгновение она умолкла. Мейсон смерил ее недоверчивым взглядом.
– Мне нужно свести счеты с убийцами Мери. Спасибо за цветы. Я очень признателен за то, что ты пришла, но… Не сочти это за грубость, но я попрошу тебя покинуть мой дом.
Джина нерешительно посмотрела на дверь.
– Но я не хочу оставлять тебя в таком… неопределенном состоянии…
– Умоляю тебя, – настойчиво повторил Мейсон. – Уходи.
На лице Джины появилась обиженная улыбка
– Ну что ж, хорошо. Я только хотела тебя попросить об одном. Позвони мне, если передумаешь…
Она направилась к выходу и, на мгновение задержавшись в дверях, обернулась и еще раз внимательно посмотрела на Мейсона. Он демонстративно отвел взгляд.
Когда Джина ушла, Мейсон снова уселся за свой стол и, достав из ящика несколько конвертов, стал перебирать их. Надписи на них говорили о том, что конверты предназначены Джулии Уэйнрайт, СиСи Кэпвеллу, Марку Маккормику и… Джине Кэпвелл. Несколько секунд Мейсон задумчиво разглядывал последний конверт. Подержав его немного перед глазами он, наконец, разорвал его на мелкие клочки, которые выбросил под стол.
ГЛАВА 2Перл организует побег. Джулия в доме Мейсона, Марк пытается переложить свою вину на плечи адвоката, Мейсон обращается на помощью к Джине, Иден намерена покинуть дом окружного прокурора.
Перл сунул голову в дверь общей комнаты и радостно улыбнулся. Здесь уже сидели Келли, Элис, Оуэн Мур и еще один из пациентов по фамилии Бейкер.
– Отлично, – потирая руки, сказал Перл. – Господин вице–президент, вы должны мне дать отчет в своих действиях.
Перл шамкал, произнося все это – он изображал Рональда Рейгана. Мур вскочил с места и стал отчаянно трясти головой.
– Все в порядке, господин президент. Все в порядке. Мы с Бейкером, – он показал в сторону своего приятеля, – уже установили кинопроекционный аппарат и экран…
И, на самом деле, посреди комнаты на подставке стоял небольшой допотопный кинопроекционный аппарат, а возле стены в свернутом состоянии был установлен экран.
– Отлично! – воскликнул Перл. – Поздравляю вас, господин вице–президент! Наш план начинает осуществляться. Итак, приступайте к делу.
Радостно подскочив, Мур вместе с Бейкером бросились к экрану и стали разворачивать его. В этот момент дверь общей комнаты неожиданно открылась и на пороге показалась медсестра, мисс Ролзон, розовощекая женщина невысокого роста. На вид ей было около тридцати.
– О, мисс Ролзон! – воскликнул Перл, подскакивая к ней. – Сейчас у нас будет киносеанс. Мы будем обучать персонал действиям во время чрезвычайных ситуаций. Вы не хотите присоединиться к нам? Затем мы пообедаем, а после этого собираемся провести вторую половину дня в саду. Вы не возражаете?
Медсестра окинула взглядом комнату и, не найдя ничего предосудительного в том, чтобы позволить пациентам посмотреть кино, благосклонно кивнула.
– Но с вами остаться я не смогу, господа, – сказала она. – Мне еще нужно заняться делами. Я надеюсь, – она посмотрела на Перла и подмигнула ему, – что господин президент позаботится о порядке в общей комнате.
– Да, да. Разумеется… – наперебой стали кричать все находившиеся в комнате. – Мы доверяем это дело господину президенту. Кто, как не он, должен заботиться о национальной безопасности. Только у него есть необходимые полномочия!
Перл, подбоченясь, выставил вперед ногу и важно произнес:
– Национальная безопасность обеспечивается прежде всего безопасностью отдельных граждан государства. Я и вице–президент, – при этом он показал рукой в сторону Мура, – неусыпно заботимся об этом.
Мисс Ролзон улыбнулась.
– В таком случае я спокойна.
С этими словами она покинула комнату, закрыв за собой дверь. Еще несколько секунд Перл вслушивался в затихавшие за дверью шаги, затем радостно улыбнулся и, потирая руки, отправился к Келли.
– Ты выглядишь испуганной… Тебя что‑то беспокоит?
Девушка растерянно теребила краешек халата.
– Перл, ты уверен, что это получится? Как ты сможешь организовать ужин для нескольких человек? К тому же, нам как‑то нужно покинуть клинику… Ты уже думал об этом?
– Ничего не бойся, – принялся успокаивать её Перл, взяв за руку.
– Но я боюсь и сомневаюсь… – пробормотала Келли.
– И не в чем не сомневайся, – решительно заявил Перл. – Мы отлично поужинаем. Потом, когда вернемся, я покажу вам кино. В этом мне поможет вице–президент.
Мур с готовностью вскочил.
– Только прикажите, сэр. Я жду ваших указаний.
Перл на мгновение задумался.
– Так, выключай свет и запускай кинопроектор, на прежде посмотри, чтобы в коридоре не было никого из медицинского персонала. Если появится доктор Роулингс, мы все садимся и чинно начинаем смотреть кино. Если его не будет и обстановка окажется благоприятной, то мы немедленно сматываемся через вентиляционное отверстие. Да, и еще одно, последнее указание. Мур, ты уходишь в паре с Элис. Бейкер и Келли идут следом за тобой, а я прикрываю ваш отход. Все понятно?
– Да.
– В таком случае, приступаем к делу.
Мур осторожно открыл дверь и высунул голову в коридор. Там было пусто.
– Все в порядке, – сказал он. – Я запускаю кинопроекционный аппарат.
Мур выключил в комнате свет.
– Отлично, – прошептал Перл. – То, что надо. Кромешная тьма. Включай кино, Мур. Келли, еще раз проверь, все ли тихо.
Та прислушалась.
– Тихо.
– Все в порядке, – улыбнулся Перл. – В таком случае – сматываемся.
Мур включил кинопроекционный аппарат и под стрекот пленки вся компания без шума проскользнула к вентиляционной решетке в дальнем углу комнаты. Перл аккуратно открыл ее, и в образовавшуюся дыру первым нырнул Оуэн Мур.
– Остальные за ним, – скомандовал Перл.
Перл проследил за тем, как четверо его друзей исчезли в вентиляционном отверстии, затем подбежал к двери и еще раз выглянул в коридор. Там никого не было. Очевидно, уверенные в том, что киносеанс – это абсолютно безвредное занятие, санитары и медсестры отправились по своим делам. Именно это и было нужно пятерке беглецов.
Последним в вентиляционное отверстие нырнул Перл. Осторожно высунувшись наружу, он взял решетку и закрыл ею дыру. Побег удался.
Не прошло и четверти часа после того, как Джина Кэпвелл покинула дом Мейсона, и в дверь снова позвонили.
Мейсон даже обрадовался этому звонку, потому что, еще мгновение и он, наверняка, потянулся бы к бутылке. Так дурно он себя еще никогда не чувствовал.
Звонок повторялся снова и снова.
– Иду! – устало крикнул Мейсон. На пороге стояла Джулия.
– А, это ты… – равнодушно промолвил Мейсон. – Заходи.
Джулия нервно теребила в руках сумочку.
– Мейсон, я только что была в ведомстве окружного прокурора. Там мне вручили уведомление о предъявленных мне обвинениях.
Ее голос едва не срывался на крик, но она пыталась сдерживаться.
– Мейсон, мне непонятно, зачем ты все это затеял?
Равнодушное лицо Мейсона напоминало маску. Едва шевеля губами, он ответил:
– Я стараюсь приблизить исполнение твоей заветной мечты, Джулия. После своего очередного процесса ты собиралась прекратить адвокатскую практику.
Джулия всплеснула руками.
– Мне обидно, что в твоем сознании засела идея–фикс. Мэри встречалась с Марком не по моей инициативе! Клянусь, я не вынуждала ее вступать в переговоры с ним насчет обвинения в изнасиловании! Все обстояло совершенно не так!
Мейсон мрачно выслушал ее монолог и холодно произнес:
– Я не верю ни одному твоему слову.
Джулия едва не разрыдалась от собственного бессилия.
– Но я сказала тебе правду, – потеряв всякую надежду убедить Мейсона, промолвила она. – Да, я собиралась поговорить с Мэри и хотела успокоить ее…
Мейсон покачал головой.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Джулия.
– Я хотела сказать ей, что не собираюсь унижать ее на допросе, что постараюсь поскорее завершить процесс… – торопливо сказала она.
Мейсон неопределенно хмыкнул. Джулия заметила, что он немного смягчился, и решила воспользоваться этим.
– Поверь мне. Именно так я и хотела сделать! – горячо воскликнула она.
– Ну, хорошо. А почему ты намеревалась дать подобные гарантии? – недоверчиво спросил он.
Джулия запальчиво воскликнула:
– У меня была определенная уверенность в собственных силах, Мейсон. Это сложно объяснить, но это так.
Разговор был прерван очередным звонком в дверь. Помолчав несколько секунд, Мейсон скептически произнес:
– Я открою, а ты пока репетируй свою роль получше. А то, что‑то мне не верится в искренность твоих слов.
Джулия униженно умолкла.
Когда Мейсон открыл дверь своей квартиры, на пороге с белым конвертом в руке стоял Марк Маккормик. На его лице проступали следы плохо сдерживаемой ярости.
– А… – уныло протянул Мейсон. – Бывший доктор Маккормик! Чем обязаны появлению столь почетного гостя в нашем доме?
Марк тяжело дышал, словно после быстрой ходьбы. Глаза его метали молнии.
– Я возмущен до предела! – пытаясь не сорваться на крик, проговорил он. – Медицинская Ассоциация угрожает лишить меня лицензии.
Мейсон в ответ едва заметно шевельнул уголками рта.
– Я думаю, что тебе пора отдохнуть от медицинской практики, – все с той же невыразительной интонацией в голосе произнес он.
Марк по–прежнему стоял на пороге. В ответ на последнюю реплику Мейсона он закричал:
– Это не смешно! Что ты им сказал?
– Что ты слишком долго был врачом.
Маккормик разъяренно швырнул конверт в лицо Мейсону и заорал:
– Ты что, шутишь?
С этими словами он решительно вошел в дом.
– Ты мешаешь мне жить, Мейсон! – уже не пытаясь контролировать себя, выкрикнул он.
Мейсон был готов задушить Марка собственными руками прямо здесь, в присутствии Джулии. Однако, несмотря на это, он проявил свои чувства совершенно иным образом. Громко хлопнув дверью, он застыл у порога и вызывающе сказал:
– Это всего лишь прелюдия, Марк.
Маккормик обреченно покачал головой.
– Значит, я верно догадался?
– Да, – решительно заявил Мейсон. – Я уведомил совет Медицинской Ассоциации в фальсификации тобой медицинских карт. Я подал апелляцию, и дело будет пересмотрено. Тебя обвинят в мошенничестве и даче ложных показаний В результате это приведет к тому, что и тебе, и Джулии придется поменять профессию.
Похоже, Марк только сейчас заметил, что, помимо него и Мейсона, в комнате находится еще и Джулия, которая молча стояла в углу гостиной, вытирая проступавшие на глаза слезы. Маккормик оглянулся и посмотрел на нее, словно в поисках поддержки.
– А, он и за тебя взялся?
В ответ на это Джулия резко вскинула голову и решительно сказала:
– Что касается меня, Марк, то можешь не рассчитывать на мою помощь.
– Ну, допустим, – скептически хмыкнул он. – А если речь пойдет о моей жизни? Что ты тогда будешь делать?
Демонстрируя явное неуважение к своему бывшему клиенту в деле Мэри, Джулия подошла к Мейсону и обратилась к нему, игнорируя вопрос Марка.
– Мейсон, я подам тебе веревку, когда ты решишь вздернуть Марка на ближайшем дереве. И, вообще, ты разве не понимаешь, почему я согласилась вести его дело? У меня не было достаточных доказательств. Другой адвокат мог легко добиться оправдательного приговора. Я собиралась подыграть тебе. Ты бы выиграл без боя.
Пока Мейсон никак не отреагировал на страстную речь Джулии, Марк тут же заявил:
– Это неправда!
Кто иной, как не Марк, мог знать, что Джулия говорит правду. Тем не менее, он лгал и надеялся, что это поможет ему.
– Я хотела подыграть тебе, Мейсон, – продолжала Джулия. – Ты бы выиграл этот процесс.
Марк был готов на все, чтобы выгородить себя и переложить всю вину за происшедшее на плечи Джулии.
– Все, что она говорит – наглая ложь! Джулия обещала вдребезги разбить все обвинения Мэри. Мейсон, она обещала убедить Мэри забрать обратно исковое заявление.
Теперь наступил черед возмущаться Джулии.
– Ты лжешь, Марк! – резко заявила она. – Ты пытаешься расквитаться со мной.
Маккормик ухмыльнулся.
– А ты пытаешься спастись в одиночку.
– Почему бы вам не рассказать все по порядку, – мрачно сказал Мейсон. – Объясните мне, как вы втроем оказались на крыше. И, может быть, это поможет мне восстановить истинную картину событий.
– Джулия организовала эту встречу, – торопливо сказал Марк.
– Это неправда, – снова повторила Джулия.
Но Марк пропустил это заявление Джулии, словно не услышав его.
– Мейсон, я очень сожалею о случившемся, – сказал он. – Я любил Мэри. Ты можешь думать обо мне все, что угодно, но в ее смерти нельзя винить никого. Иначе я бы первым потребовал наказать виновных. Мейсон, это был несчастный случай.
Мейсон отвернулся.
– Может быть ты прав, Марк, – глухо сказал он. – Возможно, я вел себя чересчур эмоционально…
Маккормик почувствовал слабину в позиции Мейсона и тут же ухватился за это. Он вел себя, как плохой боксер на ринге, который случайным ударом разбил противнику бровь и теперь целенаправленно наносит удары в больное место, чтобы вывести его таким образом из боя.
– Да, Мейсон. Честно говоря, я не осуждаю тебя за это, – сочувственно сказал он.
В поведении Мейсона все больше проступала нерешительность.
– Я бы попросил вас уйти. Я хочу остаться один я хорошенько все обдумать, – тихо произнес он.
Воспользовавшись тем, что он колеблется, Джулия также решила надавить на Мейсона.
– Мейсон, пожалуйста, забери свое заявление.
Возможно, ей не следовало излишне давить на него, поскольку он тут же вскинул голову и решительно сказал:
– Я сообщу тебе о своем решении.
Плохо скрывая торжество в голосе, Марк произнес:
– Джулия, давай оставим его одного. Пусть Мейсон осознает свои ошибки.
Следом за Джулией он направился к выходу.
– Мейсон, мы ждем твоего звонка, – обернувшись у двери, сказал Маккормик.
Кэпвелл мрачно усмехнулся.
– Не волнуйтесь, я позвоню. И очень скоро…
– Что ж, в таком случае, нам пора.
Джулия и Марк вышли из квартиры, оставив Мейсона одного. Некоторое время он задумчиво стоял у окна, затем вернулся к своему рабочему столу и, открыв ящик, снова стал перебирать написанные им письма.
Некоторое время он сидел в нерешительности, затем медленно потянулся рукой к телефону. Набрав номер, он дождался, пока на другом конце провода снимут трубку, и сказал;
– Джина, это – Мейсон… Скажи, ты не передумала? Тогда у меня есть к тебе одно поручение…
Оставшись в одиночестве в доме окружного прокурора, Иден несколько минут сидела, задумчиво поглаживая по спине мурлыкавшего от удовольствия кота. Затем она поставила опустевший бокал на столик и поднялась с дивана.
Ее внимание привлек большой школьный альбом, который лежал в углу на крышке секретера. Взяв альбом в руки, она с любопытством пролистала несколько страниц.
Юношеские фотографии Кейта Тиммонса вызвали у нее улыбку. Вихрастый молодой человек взирал на нее с немного потемневших снимков.
Ио затем улыбка медленно сползла с ее лица. H следующей странице она увидела несколько больших снимков Сантаны Андрейд. Иден хмыкнула и покачала головой, но это был не последний сюрприз, который ждал ее в этом школьном альбоме.
Здесь же она увидела несколько снимков Круза Кастильо.
– Как занятно, – пробормотала Иден.
В этот момент в комнате раздалась трель телефонного звонка. Захлопнув альбом, Иден положила его на место и подошла к телефону.
– Алло.
На другом конце провода слышалось молчание.
– Алло, – снова озабоченно повторила Иден.
В этот момент она услышала голос Тиммонса.
– Никогда больше не подходи к телефону…
– В таком случае зачем ты звонишь мне? – ехидно опросила она.
– Хотел узнать, ответишь ты или нет.
– Но я подумала, что мне следует подойти к телефону. Ведь это мог звонить ты, чтобы предупредить меня о своей задержке.
Тиммонс неожиданно пошел на попятную.
– Хорошо. Я пошутил. Но интуиция на самом деле тебя не подвела, я действительно задерживаюсь.
– Так что, ты разыскал Мейсона? – спросила она
– Нет, – поспешно ответил Тиммонс. Иден озабоченно взглянула на часы.
– Послушай, Кейт, уже слишком поздно, и я думаю, что им не стоит больше задерживаться у тебя. Пожалуй, я поеду домой.
– Иден, – умоляющим тоном сказал он, – подожди еще немного…
– Нет, – решительно сказала Иден. – Давай лучше перенесем наш романтический вечер при свечах на какое‑нибудь более удобное время
– Ну, хорошо, – неохотно сказал Тиммонс. – Договорились. Хотя, честно говоря, мне очень жаль, что так получилось. У меня были совершенно иные планы в отношении сегодняшнего вечера.
– Ладно, не огорчайся, – с улыбкой ответила Иден. – Это все‑таки не конец, света. У нас все еще впереди.
– Будем надеяться.
– Ладно, пока.
Иден положила трубку. Тут ее взгляд упал на небольшую аккуратную стопку писем, сложенных на столе возле телефона. Она стала разглядывать письма, но в этот момент раздался звонок в дверь.
– Хм… Кто бы это мог быть? – пробормотала Иден.
Тиммонс звонил Иден из ресторана «Ориент Экспресс». Положив трубку, он какое‑то время задумчиво жевал соленые орешки, затем услышал за спиной звуки шагов и обернулся.
Это был полицейский инспектор Кастильо.
– Круз! – с показным радушием произнес Тиммонс – Ужинаешь в одиночестве?
– Нет. Ты ошибся. Я ужинаю здесь со своей женой.
– Вот как? – заинтересованно протянул Тиммонс – А я думал, что ты не выходишь с работы, будучи целиком поглощенным делом о незаконных иммигрантах.
Круз усмехнулся.
– Закон не запрещает полицейским иногда заботиться о своем желудке. Не вижу ничего предосудительного в том, чтобы хорошо поужинать.
– Ну, ладно, – махнул рукой Тиммонс. – Ты не видел где‑нибудь поблизости Мейсона?
– Нет, – пожал плечами Круз. – А что?
– Да мы договорились встретиться здесь…
– Ничем не могу помочь.
– Безобразие, – с показным возмущением произнес Тиммонс – Я слышал, что один из твоих сотрудник отстранен от службы. Альварес? Я не ошибся?
На лице Круза проскользнуло неудовольствие.
– Я сожалею об этом случае, но это было просто необходимо. Кстати, о сотрудниках… Ты не мог посоветовать мне, кем заменить Альвареса?
Окружной прокурор равнодушно пожал плечами.
– Не знаю. Каким‑нибудь опытным оперативником… А почему ты спрашиваешь именно меня?
– Но ты проявил интерес к этому делу. Я решил что у тебя есть какой‑нибудь человек на примете.
– Я думал, что тебя устраивает Альварес Нет, я неверно выразился. Я хотел сказать, устраивал. Его отстранили от службы? Может быть, пусть он продолжает работу?
– Это невозможно, – пристально глядя в глаза окружного прокурора, сказал Кастильо. – Альварес подал в отставку.
