Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Генри Крейн
Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 314 (всего у книги 332 страниц)
Переезд в новый дом. Келли разрабатывает интерьер. «Будем сдавать внаем квартиру и студию на первом этаже». Ремонт идет полным ходом. Незнакомец в черном «порше». Первые посетители. «Мы хотим перекрасить все в черный цвет…» Супруги Ватанабэ проявляют интерес к квартире. Мистер Беккер выражает желание поселиться в студии. Новые жильцы переезжают в дом на Аламо–Сквер. Досадное недоразумение с документами мистера Беккера. Владелец черного «порше» интересуется студией. Картер Дуглас намерен заплатить за полгода вперед. Перлу придется выяснять кредитоспособность нового жильца.
Не прошло и двух дней, как Перл и Келли въехали в новый дом. Свидетелями этого были лишь пара соседских котов, да несколько любопытствующих жителей домов напротив, которые высунулись в окна.
Главное, чем был отмечен переезд – Перл вырвал из земли торчавшую перед домом табличку с надписью «Продается».
– Продано, – с удовлетворением сказал он, швыряя кривую доску со сделанной масляной краской надписью в стоявший рядом с домом мусорный бак.
С этого момента жизнь в доме закипела. Келли, на вполне законных основаниях считавшая себя художницей, разработала интерьеры, главной особенностью которых был белый цвет. Стены, потолок, подоконники, дверные коробки, сами двери – все должно было быть белым. Белыми должны были быть розетки, занавески на окнах, дверные ручки, даже вазы для цветов, хотя здесь и допускались некоторые вариации.
Перл целиком и полностью соглашался со всеми предложениями, которые выдвигала Келли, потому что это и на самом деле было здорово. Они делали дом, который должен был быть полон света, он должен был светиться изнутри даже ночью, даже при выключенном освещении.
Весь ансамбль завершали белая мебель и белая сантехника.
Завершив разработку проекта интерьера, Келли вывесила огромные листы бумаги с рисунками на пока еще пустые стены:
– Вот так все будет, – удовлетворенно сказала она. – Я всегда мечтала создать интерьер собственного дома своими руками.
Перл озадаченно пожал плечами:
– Ты хочешь сказать, что мы это все будем делать сами: и красить, и клеить обои, и электропроводку менять?
Она рассмеялась:
– Нет, конечно, не все. Но кое‑что я хотела бы сделать своими руками. Думаю, что и тебе не мешает поразмяться.
Перл уныло махнул рукой:
– Нет, в электропроводку я не полезу. У меня всегда была несовместимость с электричеством.
Келли беззаботно махнула рукой:
– Не бойся, электропроводкой займутся монтеры, а мы с тобой покрасим стены. Это очень просто, даже ты справишься.
Перл сделал вид, что его задел снисходительный тон Келли:
– Что значит «даже я»? Между прочим, открывать двери и впускать гостей – это тоже большое искусство, не каждый может этим овладеть. А я был шикарным дворецким – представительным и строгим.
Келли подошла к нему и обняла за шею:
– Не знаю, уж каким ты там был дворецким, но болтун ты изрядный. Наверное, за это я тебя и люблю.
Прошло несколько минут, прежде чем они смогли оторваться друг от друга. Облизывая чуть припухшие от поцелуя губы. Перл сказал:
– Я не совсем понял, что будет в холле на первом этаже.
– Студия. Здесь смогут работать художники и фотографы. Ведь для студии как раз нужно просторное помещение с белыми стенами. Вот мы и будем сдавать его в качестве студии. Холл очень просторный, и есть все условия для работы.
Перл кивнул:
– Понимаю, согласен. Значит, студию мы будем сдавать за тысячу долларов в месяц, а квартиру за тысячу двести.
Она отрицательно помотала головой:
– Нет. Квартиру – за тысячу триста. Там, между прочим, будет вся мебель и даже кухня.
Он кивнул:
– Хорошо, за тысячу триста. Значит, остается… – Перл, задумавшись, наморщил лоб.
Келли не дала ему довести начатое до конца:
– На надо. Перл, мы займемся этим как‑нибудь в другое время. Надеюсь, что не разоримся и не попадем в тюрьму, как банкроты.
Перл шумно втянул носом воздух:
– Вот именно. А если учесть, что нам еще нужно ремонтировать водопровод, электропроводку и прочее, прочее, прочее… – он замолчал.
Чтобы немного успокоить его, Келли запечатала ему губы поцелуем. Спустя несколько мгновений они вынуждены были оторваться друг от друга, услышав за окном непонятные звуки.
– Смотри, – улыбнулся Перл, – это же кошка.
На козырьке за окном сидела белая кошка, которая мяукала и скреблась в оконное стекло когтистой лапой.
– Это принесет нам удачу, – сказала Келли. – Она, наверное, есть хочет. Иди, впусти ее.
Перл открыл дверь. Быстро взбежав по широкой лестнице, ослепительно белая кошка, подняв хвост трубой, торжественно вошла в дом:
– А вот и наш первый жилец, – провозгласил Перл. – Добро пожаловать в дом Майкла Болдуина Брэдфорда и Келли Перкинс.
Постепенно Перл и Келли стали знакомиться со своими соседями. Это были милые пожилые люди, которые вполне доброжелательно отнеслись к новым жильцам, давая ценные советы и подсказывая, где можно подешевле купить овощи, какой зеленщик жульничает, поливая подвявший салат водой, какие места отдыха находятся поблизости, где можно найти хороший корм для кошки, как поливать газон, и так далее, и тому подобное…
Новые жильцы с благодарностью принимали советы старожилов, рассказывая им в свою очередь о ресторанчиках Пиратского берега и Фишерменс–Уорф.
Через несколько дней Перла и Келли знала уже едва ли не вся улица. Их приветствовали по утрам, как старых знакомых. Их дом тем временем менялся прямо на глазах. Внутри кипела работа: маляры красили стены и клеили обои; водопроводчики меняли сантехнику в ванных и туалетах; до позднего вечера тарахтели машины, приводившие в порядок паркет, допотопная электропроводка была удалена и заменена новой и современной. Потихоньку стала появляться и мебель.
В общем, дом постепенно приобретал совершенно иной вид, и теперь лишь его общие очертания напоминали то обшарпанное здание, которое стояло здесь лишь неделю назад.
Было раннее утро, когда Перл стал вытаскивать на улицу сложенный в большие бумажные пакеты строительный мусор. Он совсем не обратил внимания на стоявший на другой стороне улицы черный «порш», за рулем которого сидел мужчина лет тридцати пяти в темных солнцезащитных очках и внимательно разглядывал лежавший на рулевой колонке фотоснимок, на котором был запечатлен дом, принадлежавший теперь Перлу и Келли.
Увидев вышедшую следом за Перлом Келли, которая несла большую кипу свернутых старых обоев, мужчина вскинул голову и снял очки. Смерив Келли внимательным взглядом, он едва заметно улыбнулся и стал барабанить пальцами по приборной панели:
– Любопытно, – вполголоса произнес он.
Увидев, как Келли остановилась рядом с Перлом и чмокнула его в щеку, мужчина отшвырнул в сторону лист с фотографией дома и, резко надавив на педаль газа, рванул «порш» с места.
Еще через неделю ремонт был закончен. Комнаты приобрели именно тот вид, который хотела Келли – ослепительно белые стены, белые обои, белая мебель, белый кафель, белый мрамор, белый фарфор…
Теперь дом был готов к тому, чтобы в нем можно было жить и сдавать квартиры.
Перл выставил на газоне рядом с домом табличку с надписью: «Сдается квартира на первом этаже – $ 1300, студия – $ 1500».
После того, как объявление было напечатано в газете, к Перлу и Келли стали обращаться желающие снять квартиру.
Первой была пожилая супружеская чета, которая пришла в дом на Аламо–Сквер поздним дождливым вечером. Перл отправился показывать квартиру, располагавшуюся на другой стороне дома:
– Вот здесь отдельный вход, – объявил он. – Мебель и предметы интерьера – наши. Мы просим за эту квартиру 1300 долларов в месяц плюс две тысячи долларов вперед в качестве страховки. Вам нужно будет платить также за газ, электричество и воду.
Хотя Перл делал все артистично и очень убедительно, на лицах посетителей был написан испуг. Им явно была не по карману такая сумма, хотя квартира того стоила. Уныло осмотрев огромные комнаты и просторную кухню с самой современной техникой, старики повздыхали и, пообещав позвонить, ушли.
И если Перл поначалу каждый раз расстраивался, когда очередные потенциальные квартиросъемщики уходили, пообещав позвонить, то через несколько дней он лишь привычно и терпеливо демонстрировал достоинства квартиры очередным посетителям:
– Вот здесь у нас сзади прекрасная кухня – газовая плита, микроволновая печь… – рассказывал он супружеской паре средних лет, которая приехала смотреть квартиру вместе с шустрым мальчишкой лет семи. Он носился по коридорам с черным мелком в руке и, разумеется, не мог не испачкать ослепительно белые стены.
Хозяева еще не успели уничтожить следы пребывания озорника в доме, как в дверь снова позвонили. На сей раз интересоваться квартирой пришла довольно необычная пара – двое молодых людей лет двадцати пяти, обтянутые черной кожей, в цепях и клепках.
– У вас сдается квартира? – хмуро буркнул один из них.
Келли, которая открыла дверь, оторопело отступила назад, но, стараясь не выдать своего смущения, ответила:
– Да, проходите.
Она повела за собой юную пару, демонстрируя комнаты, кухню. Молодые люди поинтересовались также и ванной. Их просьба была удовлетворена – Келли продемонстрировала огромную комнату с большим зеркалом на стене:
– Вот здесь, – сказала она, – двойной душ. Мы заменили кафель и поставили увеличенную ванну.
– Да, – удовлетворенно протянул один из кожаных посетителей, – ванна клевая, что надо. Здесь можно и вдвоем, и втроем плескаться.
– Только нам кое‑что не нравится, – добавил второй. – Мы хотели бы здесь все перекрасить.
Келли непонимающе мотнула головой:
– Что вы имеете в виду? Ванную комнату? Один из парней махнул рукой:
– Да нет, всю квартиру. Мы, конечно, понимаем, что это потребует затрат, но мы все оплатим и привезем свои материалы. А то здесь дышать невозможно.
– Вот именно, – добавил его приятель. – Мы здесь задыхаемся.
Келли озадаченно потерла лоб:
– В какой же цвет вы все хотите перекрасить?
– В черный, – в один голос ответили посетители. Келли пообещала подумать и, посетовав на обилие предложений от квартиросъемщиков, поскорее выставила любителей черного цвета за дверь.
– Этим я никогда в жизни не сдам квартиру в своем доме, – решительно ответила она на вопрос Перла, могут ли эти ребята рассчитывать на квартиру в их доме. – Пусть они даже и пять тысяч долларов заплатят, но в моем доме не будет ни одной черной стены.
Перл криво усмехнулся:
– Может быть, белые стены напоминали им о той психушке, где они долгое время находились.
Келли не понравилась эта шутка:
– Между прочим, я тоже долгое время провела в одном заведении подобного рода, однако это еще ничего не значит. И, между прочим, – несколько обиженным тоном добавила она, – стены там были не белые, а голубые и серые.
Перл миролюбиво махнул рукой:
– Ну ладно, ладно, Келли, я совсем не хотел тебе напоминать об этом. Просто мне показалось, что этим ребятам нужно подлечиться.
– Мне тоже так показалось, – ответила Келли, обнимая Перла за шею. – Просто нужно быть очень осмотрительными в выборе жильцов, а то, знаешь, попадется какой‑нибудь неуемный любитель хэви–металла или сатанист, а потом хлопот с ним не оберешься. Так что, будь бдителен, дорогой. Я всегда буду прислушиваться к твоим советам. В этом доме ты – хозяин…
После молодых людей в черном квартиру смотрели еще одни необычные посетители – супружеская пара предпенсионного возраста. Необычность этих посетителей заключалась в том, что и муж, и жена были японцами.
Они вошли в дом, попеременно кланяясь, поднося к лицу сложенные лодочкой ладони.
– Доблый вецер, – коверкая слова, сказал мужчина. – Мы хотели бы посмотлеть квалтила.
Келли встретила их гораздо радушнее, чем предыдущих посетителей:
– Вот комната, – вела она супругов по квартире. – Здесь, как видите, очень светло. Вот здесь кухня, газовая плита, микроволновая печь, посудомойка, кухонный комбайн. Мусор можно выбрасывать прямо, не выходя из кухни, вот здесь есть мусоропровод…
Пока она рассказывала, японцы восторженно разглядывали стены, даже осторожно трогая их пальцами. Судя по радостным восклицаниям на японском языке, квартира им нравилась.
– Ну как? – спросила Келли.
Они стали оживленно трясти головами:
– Холосо, холосо… Мы будем блать. Келли так же радостно кивнула:
– Я только хочу предупредить вас о наших условиях. Мы должны проверить вашу платежеспособность.
– А, понимаю, – кивнул японец. – С деньгами у нас – все о'кей, – ответил он совершенно по–американски. – Нам нравится эта квартира, очень нравится.
Его жена обнаружила вдруг на стене в коридоре след от черного мелка, который остался от маленького башибузука. Женщина ткнула пальцем в черную полосу и недовольно залопотала что‑то по–японски.
– Вы спрашиваете, что это? – догадалась Келли. – Мы это завтра же уберем, закрасим.
Для пущей убедительности она продемонстрировала движением руки вверх–вниз движения кисти:
– Мы закрасим это, – повторила она.
Японец объяснил это своей жене на родном языке. Та недоверчиво выслушала мужа и еще раз провела пальцем по испачканной стене, на всякий случай понюхав после этого палец.
– Дети, – развела руками Келли. – А у вас нет детей?
– Нет–нет, – торопливо ответил японец. – Нам очень нравится квартира. Мы хотим еще раз посмотреть, а пока подумаем.
После них приходил высокий негр лет тридцати в элегантном деловом костюме и белом плаще. Озабоченно заглянув внутрь микроволновой печи, он объяснил недоуменно взиравшему на него Перлу:
– Только недавно развелся с женой и не часто бывал на кухне. Я подумаю о том, чтобы купить сковородку или что‑нибудь в этом роде. Ну, что ж, если вы снизите цену до тысячи долларов в месяц, то я подумаю.
Перл развел руками:
– Не знаю, все будет решать хозяйка.
Негр пришел на следующее утро и тут же с порога осведомился у Келли:
– Ну, так что, вы снизите цену?
Поскольку никто из претендентов на квартиру еще не выразил реального желания заселиться в дом, Келли была вынуждена согласиться:
– Наверно, да.
– Очень хорошо! – обрадованно воскликнул чернокожий квартирант. – Это мне подходит. Разрешите, я еще раз взгляну на квартиру.
– Конечно, – ответила Келли и, посторонившись, пропустила его в дом.
Следом за ним по лестнице поднялась супружеская чета японцев:
– Доблое утло, – приветствовал Келли мужчина и, низко поклонившись, сказал: – Мы белем вашу квалтилу.
Келли едва не захлопала в ладоши от радости:
– Прекрасно. Вы можете заселиться хоть сейчас. Японец достал из кармана бумаги и протянул их
Келли:
– Вот документы о нашей платежеспособности, – едва выговорил он сложное слово. – Мы переедем завтра утром.
– Очень хорошо, – улыбнулась Келли. – Завтра же я дам вам ключи от своего собственного входа. До свидания!
Пожав руки японцу и его супруге, Келли вернулась в дом. Негр расхаживал по комнате, с удовлетворением разглядывая стены.
– А есть ли такая возможность, чтобы я дал Вам половину сейчас, а половину – в конце месяца? У меня сейчас такой трудный период – в течение 90 дней проводится проверка счета.
Келли с сомнением покачала головой:
– Вначале нам нужно проверить вашу кредитоспособность.
Негр тут же уверенно кивнул:
– Никаких сомнений – у меня солидный кредит. Вообще‑то, я хотел купить квартиру, но не нашел ничего по подходящей цене.
Келли покопалась в ящиках стола и извлекла оттуда желтый официальный бланк.
– Я все понимаю, но, к сожалению, нельзя обойтись без формальностей. Вы должны заполнить этот бланк, потому что мы должны проверить вашу кредитоспособность.
– Поймите, – настойчиво повторил негр, – мне очень нравится эта квартира, у меня хороший кредит, и я не хочу потерять такой выгодный вариант.
Келли широко улыбнулась.
– Поверьте мне, мистер…
– Беккер, – представился он.
– Поверьте мне, мистер Беккер, – продолжила Келли, – вы будете в самом верху списка претендентов. Так что, если у вас все в порядке, вы ничего не потеряете.
Посетитель почувствовал, что препирательства бесполезны и, в улыбке обнажив ослепительно белые зубы, забрал бланк.
– Хорошо, спасибо! – сказал он и пожал протянутую ему руку Келли. – До свидания!
– До свидания, мистер Беккер!
Он еще задержался в дверях:
– Вы должны меня понять: у меня столько беготни за последние несколько дней… – в его словах звучала растерянность.
Келли понимающе наклонила голову:
– Ничего страшного, мистер Беккер.
Он тут же обрадованно воскликнул:
– Я надеюсь вернуться к вам в ближайшие дни. Надеюсь, что вы мне не откажете.
– Всего хорошего!
На следующее утро Перл проснулся от настойчивого звонка в дверь. Спросонья пощупав рукой соседнюю подушку, он обнаружил, что Келли рядом с ним нет.
– Келли, ты где? – крикнул он.
– Я здесь, – донесся ее голос из ванной. – Перл, открой, пожалуйста, дверь – это мистер и миссис Ватанабэ. Они, наверно, приехали заселяться. Пойди, отдай им ключи.
Перл набросил на себя одеяло и, шлепая босыми ногами по полу, спустился на первый этаж. Открыв дверь, он увидел склонившегося в поклоне мистера Ватанабэ, который держал в руках два увесистых чемодана. На улице перед домом стоял большой фургон, из которого рабочие выносили вещи.
Перл даже не успел протянуть мистеру Ватанабэ ключи, как тот шагнул в дом и, клонясь под тяжестью чемоданов, зашагал по коридору. Следом за ним в прихожую вошла его жена.
– Миссис Ватанабэ! – приветствовал ее Перл. – Доброе утро! Возьмите ключи. Извините, что я в таком виде – я только из постели.
Стыдливо прикрывая глаза, та взяла ключи и направилась за мужем по коридору. Перл с удивлением посмотрел на рабочих, которые носили в дом массивные бронзовые скульптуры Будды и расписные вазы, и пошутил:
– Надеюсь, все эти люди не переезжают в наш дом вместе с вами?
Не услышав ответа на свою шутку, он рассмеялся сам и стал подниматься по лестнице. В этой суете и шумихе Перл не обратил внимания на то, что на пороге лежал сложенный вдвое бланк заявления от мистера Беккера. Кто‑то из рабочих, проходя по крыльцу, поднял бланк и, скомкав, швырнул его в мусорный бак.
Перл возился в гараже со взятой напрокат машиной, когда перед домом раздался рев двигателя, и возле гаража остановился супердорогой черный «порш», за рулем которого сидел мужчина в элегантном сером костюме и темных солнцезащитных очках. Перл с любопытством посмотрел на машину. Судя по всему, человек, сидевший за ее рулем, имел неплохие доходы.
Мужчина вышел из автомобиля и направился навстречу Перлу.
– Мистер Палмер? – спросил он.
– Нет, – ответил Перл. – Брэдфорд. Майкл Брэдфорд.
Тот смущенно взмахнул рукой:
– О, извините, мистер Брэдфорд!
Сняв очки, он протянул руку для рукопожатия и представился:
– Очень хорошо, здравствуйте! Меня зовут Картер Дуглас. Я заезжал к вам неделю назад и говорил с вашей женой о том, чтобы снять вашу студию.
Перл смущенно улыбнулся:
– Это моя девушка.
– А! – понимающе кивнул тот. – Значит, не хотим торопиться?
У Картера Дугласа было открытое симпатичное лицо, слегка завивающиеся короткие волосы и прямой честный взгляд.
– Я полагаю, ваша студия еще свободна? – поинтересовался он.
– Да, – ответил Перл.
Он машинально взглянул на часы, и незнакомец тут же предупредительно воскликнул:
– О, наверное, вы торопитесь? Я не буду вас беспокоить.
– Нет–нет, – ответил Перл, – никаких проблем. Я просто занимаюсь жильцами. Келли показывала вам квартиру?
– Нет, – ответил тот, – я хочу посмотреть. Перл показал рукой:
– Ну, тогда давайте пройдем здесь, через гараж – так будет короче.
Картер Дуглас оглянулся и посмотрел на свой черный «порш».
– Это ничего, если я оставлю здесь машину? – спросил он.
Перл пожал плечами:
– Как хотите.
Дуглас нажал на кнопку на брелке с ключами и, ответив призывным гудком, в автомобиле включилась сигнализация.
Перл провел гостя в дом и показал ему большой холл, оборудованный одновременно и под место, пригодное для жилья, и под студию.
– Да, вы хорошо здесь поработали, – сунув руки в карманы брюк, сказал Дуглас, – мне это нравится.
Он прошелся по комнате, разглядывая стены и потолок.
– Наверное, много денег вбухали?
– Да, – ответил Перл, – очень много.
– Понятно. Обожаю старые викторианские дома, – сказал Дуглас, прохаживаясь по комнате и разглядывая мебель. – Моя бабушка, кажется, мать моего отца, владела особняком здесь же, в районе «тихоокеанские высоты».
– А где именно? – спросил Перл. Тот пожал плечами:
– Бродвей и… нет, сейчас не помню. Не знаю, его кажется лет 20 назад снесли. Я там практически не был и видел только его старые фотографии. Интересно было бы представить, сколько сейчас мог бы стоить такой дом. Это ваш собственный дом?
Перл кивнул:
– Да.
Дуглас заглянул в ванную и подергал за ручку, включая и выключая свет.
– Да, мы купили этот дом, – ответил Перл.
– Вместе со своей девушкой? – любопытствовал Дуглас.
– Да, мы в каком‑то смысле партнеры, – улыбнулся Перл.
Дуглас остановился в ванной, прислонившись плечом к стене.
– Да, тяжело вам будет, – протянул он, задумчиво глядя куда‑то в угол.
Перл развел руками:
– Всегда приходится с чего‑то начинать. Мы впервые поселились вместе. Кое‑что у нас уже получилось.
Дуглас, наконец, вышел из ванной и, улыбнувшись, спросил:
– Когда я смогу переехать, Майкл?
– Зовите меня просто Перл. Вы можете переехать буквально завтра, только вам придется заполнить бланк заявления. Я проверю вашу кредитоспособность и позвоню вам.
Перл покопался в ящике стола и достал оттуда такой же желтый бланк, который предлагала своему чернокожему посетителю по фамилии Беккер Келли.
Дуглас сделал вид, что не слышал слов Перла. Он полез в нагрудный карман пиджака, достал оттуда пухлый бумажник и произнес:
– Если вы не против, то я заплачу вам вперед за первые шесть месяцев.
– Все равно вам придется заполнить это заявление, потому что… – повторил Перл.
Однако, новый жилец сделал вид, что его не касаются слова Перла.
– Видите ли, я хочу заплатить за шесть месяцев вперед, потому что я много путешествую, выезжаю из страны, и возможно, не смогу платить первого числа каждого месяца.
Он быстро пересчитал пачку сотенных купюр, лежавших у него в бумажнике, и озабоченно сказал:
– Черт, у меня с собой только две тысячи девятьсот долларов.
Закрыв бумажник, он положил его назад в карман пиджака.
– Скажите, а могу ли я заплатить вам две тысячи сейчас, а остальное переведу до конца недели в банк на ваш счет или доплачу наличными? Сколько с меня еще останется?
– Семь с половиной тысяч, – ответил Перл.
– Да, семь с половиной тысяч. Я заплачу. Обязательно.
Перл с сомнением покачал головой:
– Я боюсь, что вам все же придется заполнить заявление, простите, но это необходимая формальность.
Дуглас посмотрел на лежавший перед ним на столе бланк заявления и, подняв голову, лучезарно улыбнулся Перлу:
– Да, я прекрасно понимаю, вы хотите проверить мою кредитоспособность – у меня с этим все в порядке.
Перл пожал плечами:
– Ну, да. А что, у вас какие‑то трудности с этим? Дуглас отодвинул от себя бумагу и беспечным тоном сказал:
– Понимаете, я работаю на один частный фонд, который оплачивает мои расходы, платит мне зарплату, платит за мою машину, жилье, питание, и так далее. Я не всегда располагаю свободными наличными средствами.
– А могу я проверить этот ваш фонд? – полюбопытствовал Перл.
Дуглас стал расхаживать но комнате, демонстрируя некоторое смущение.
– Видите ли, – медленно сказал он, – я связан обязательствами конфиденциальности. Я имею в виду, что владелец фонда – это могущественная семья. У них интересы по всему миру. Поверьте я бы с удовольствием, но не могу.
Он озабоченно умолк и, обернувшись к Перлу, попросил:
– Дайте подумать.
Тот пожал плечами:
– Ну, что ж, я не тороплю вас, мистер Дуглас.
– У меня еще одна проблема, – неожиданно сказал посетитель. – Мне нужно сейчас идти. У вас есть телефон?
Перл кивнул:
– Да, наверху.
Дуглас снова полез в карман пиджака.
– Вы знаете, что я вам скажу? Давайте я вам дам местный телефон, по которому вы можете навести обо мне справки, или телефон адвоката Бернарда Фидлоу. Вы можете также справиться обо мне у моего бывшего домовладельца. Сейчас я напишу в своей записной книжке. Надеюсь, вы не против, если вам придется звонить в другой город? Я не думаю, что у вас будут сложности.
