Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Генри Крейн
Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 57 (всего у книги 332 страниц)
– Нет, это невозможно, – едва слышно выдохнула она. – Я не могу.
Но Тиммонс настаивал на своем.
– Давай проведем эту ночь вместе. Ведь нам было так хорошо вдвоем.
– Мама, я не просила об этом, – повторяла Сантана в трубку.
Тиммонс понизил голос.
– Ты потрясающая женщина.
– Нет, нет, – сказала Сантана. – Не стоит.
– Мои школьные фантазии не идут ни в какое сравнение с тем блаженством, которое я испытал сегодня вечером на пляже. Мы встретимся? Что ты скажешь?
Она не нашла в себе сил сопротивляться.
– Мама, возможно, я заеду к тебе сегодня.
– Я буду в «Ориент Экспресс», – удовлетворенно сказал Тиммонс. – Приезжай.
Она еще несколько секунд ошеломленно стояла у телефона, затем положила трубку. Растерянно потоптавшись на месте, она вернулась в комнату, где ее дожидался Круз.
– Мама пригласила завтра на ужин, – соврала она, – но я отказалась. У меня назначена встреча с клиентом. Пожалуй, я пойду к себе, не буду тебе мешать.
Она поспешно вышла из комнаты, чтобы не выдать себя. Круз проводил ее озабоченным взглядом. После этого он вернулся к изучению документов.
– Нет, нет! Не пугайся, Келли. Я твой друг!
Перл стоял у стены, держа Келли в тесных объятиях и зажав ей рукой рот. Она дергалась, пытаясь закричать.
– Не бойся меня. Ты слышала, что я сказал? Я твой друг, – повторил Перл.
Она затихла и успокоилась.
– Я не хочу, чтобы ты кричала. Нам нужно поговорить. Сейчас я медленно уберу руку. Очень медленно. Затем мы будем говорить шепотом. Нас никто не должен услышать. Понятно? Очень тихо…
Последние слова он произнес едва слышно. После этого Перл отпустил руку. Келли испуганно прошептала:
– Кто ты? Что тебе надо?
– Я хочу помочь тебе.
В этот момент в коридоре зажегся яркий свет.
– Черт! – выругался Перл. – Нас заметили.
– Это ты, Перл? – простонала она.
– Пока они не пришли, придется говорить быстрее. Да, я рад, что ты вспомнила мое имя. Перл – так меня зовут.
– А почему тебя здесь называют другим именем?
– А, мистер Капник? – усмехнулся он. – Да, здесь я – Леонард Капник. Понимаешь, мне не нравится психушка, я здесь не потому, что сошел с ума. И мне не хочется, чтобы здешние врачи знали мое настоящее имя. Теперь тебе понятно?
Она согласно кивнула.
– Здесь отвратительные врачи! – убежденно сказала Келли. – Я ненавижу эту больницу!..
В коридоре раздались шаги санитаров.
– У тебя прекрасный вкус! – улыбнулся Пер. – Я разделяю твои убеждения.
Он оглянулся и менее оптимистично произнес:
– Кажется, нам сейчас придется туго. Келли, ради всего святого, прошу тебя, не выдавай меня.
В этот момент из‑за угла вышли санитар и медсестра, миссис Ходжес.
– Мистер Капник, а мы ищем вас в вашей палате. Почему вы оказались здесь?
Перл гордо поднял голову, как обычно, выпятил грудь и заговорил, растягивая слова:
– Вы, что, не знаете, где нужно искать президента Соединенных Штатов? Разумеется, в Овальном кабинете Белого дома! Почему вы не зашли туда? Все важные вопросы, касающиеся национальной безопасности нашей страны, решаются именно там!
На этот раз миссис Ходжес была настроена более миролюбиво.
– К вам пришла сестра, – сказала она с улыбкой. – Мисс Кэпвелл, а почему вы не отдыхаете в своей палате?
– Не хочу, – тихо ответила девушка… Миссис Ходжес обратилась к санитару:
– Генри, проводите леди в палату.
Тот подошел к Келли и, словно конвоир, стал за ее спиной. Она направилась по коридору, сказав на прощание Перлу:
– Пока.
Он с удивлением проводил ее взглядом.
– Пока? Что это значит? Нет! Это меня не устраивает! Я, конечно, желаю вам приятно провести сегодняшнюю ночь, но смею надеяться на продолжение нашего знакомства. Как жаль, что мои избиратели совершенно не похожи на вас!
Когда санитар увел Келли, Перл повернулся к миссис Ходжес и продолжил:
– Вернемся к нашим дебатам о сестре. У меня, кажется, нет и никогда не было сестры.
Миссис Ходжес рассмеялась, а затем повернула голову и громко крикнула:
– Грета!
– Грета? – забеспокоился Прел. – У меня не было никогда никакой сестры Греты! Может быть, вы имеете в виду мою кошечку?
– Успокойтесь, мистер Капник, – сказала медсестра. – Ваша сестра говорила мне о том несчастном случае, который произошел с вами.
В коридоре показалась Кортни. Увидев Перла, она широко улыбнулась. На ней был яркий шелковый костюм в крупный горошек, который резко контрастировал с унылыми бело–зелеными стенами клиники.
Когда сияющая от счастья Кортни остановилась рядом с медсестрой, Перл смерил ее оценивающим взглядом с ног до головы, а затем, будто вспомнив, закричал:
– Ах, да! Грета! Конечно!..
Она бросилась ему на шею.
– Здравствуй, дорогой.
Перл отметил про себя, что очень соскучился по этим рукам и губам.
– Ну, что нового на нашем ранчо? – спросил он, продолжая изображать из себя президента. – Давненько Я не бывал в Кэмп–Дэвиде…
– Леонард, – сказала Кортни. – У мамы опять перелом бедра, на том же месте.
Перл изобразил на лице глубокую скорбь.
Кортни повернулась к миссис Ходжес и пояснила:
– Врачи опасаются, что кости плохо срастутся. Большое вам спасибо, но не могу ли я поговорить с братом наедине?
Миссис Ходжес с удивлением посмотрела на всхлипывающего мистера Капника и недоуменно пожала плечами.
– Разумеется.
Направленный в грудь Дэвида Лорана пистолет словно отнял у него дар речи.
– Не понимаю, чего ты ждешь? – воскликнула Шейла. – Ты видишь, Джулия поверила всем моим словам. Конечно, неприятно оказаться в таком положении, но теперь ей известно, что ты любишь только меня…
Дэвид наконец‑то осмелился издать хоть один звук:
– Это неправда, Джулия, – едва слышно произнес он.
– Что? – Шейла вытаращила глаза.
– Я любил тебя, но это было давно. Теперь все чувства, которые были между нами, позади!
Шейла отрицательно покачала головой.
– Я не верю тебе! После всего, что между нами было, после всего, что я сделала для тебя… Ты говоришь мне такие слова?
– Ты убила мою жену! – с горячностью воскликнул Дэвид. – Ты никогда не думала, что я не могу любить убийцу?..
Похоже, он только сейчас стал приходить в себя.
– Да ты, что – спятил? – закричала Шейла.
– Когда я нашел тело Мадлен, рядом с ним лежал предмет, который принадлежит тебе… Я нашел его там!
– Я не верю!
– Он спрятан в надежном месте! – воскликнул Дэвид.
– Я все равно не верю!
– Я тоже! – добавила Джулия. – Если ты знал, что Шейла – убийца, тогда почему ты молчал? Она вытерла рукавом халата слезы.
– Я ведь уже объяснял тебе… – снова принялся говорить Дэвид. – Тогда я испытывал к ней какие‑то чувства и, к тому же, я не мог доказать, что это сделала она. Все улики были против меня… кто бы прислушался к моим словам? Поэтому я решил взять Шейлу в союзники.
– Да катись ты ко всем чертям! – воскликнула Шейла.
Голос ее был решителен, однако в глазах у нее сверкали слезы.
– Я не собираюсь выслушивать здесь все эти наглые обвинения!
– Шейла! – взмолился Дэвид. – Шейла, Мадлен отнюдь не была для меня тем препятствием, которое я хотел устранить. Она вовсе не представляла для меня никакой опасности! И мне вообще непонятно, зачем ты решила ее убить? Почему, скажи мне?
– Прекрати! – выкрикнула она. – Я не убивала Мадлен! Когда я вошла в комнату, эта гантеля была уже там, на полу. Я ее видела. Да, я не стану отрицать, что эта гантеля принадлежит мне, но она была оставлена тобой!
У Джулии от изумления едва не отвисла челюсть.
– Ты тоже была на месте убийства Мадлен? – спросила она.
– Да, – кивнула Шейла. – Я хотела поговорить с Мадлен. Дэвид, она не любила тебя. Ты был для нее вещью, такой же, как норковое манто или бриллиантовое кольцо. Я хотела, чтобы она согласилась на развод. Я зашла в ее дом и застала лежащей на полу.
Шейла припомнила обстоятельства того рокового дня.
…Она вошла в дом и увидела лежавшее на полу тело. Мадлен лежала на боку, ее пышные золотистые волосы рассыпались вокруг, рядом с головой виднелась небольшая лужица крови. Здесь же лежала испачканная одним концом в крови гантеля.
– Мадлен! – воскликнула Шейла, бросаясь к ней.
Она присела на колени и дотронулась до тела женщины. Та еще была жива. Она громко застонала и открыла глаза. Увидев Шейлу, она еле слышно прошептала:
– Уходи… Уходи…
– Мадлен, что случилось? – торопливо спросила Шейла. – Кто это сделал?
– Это твоя вина… – прошептала Мадлен едва слышно. – Убить должны были тебя…
С этими словами она закрыла глаза и потеряла сознание.
Шейла вскочила и бросилась к выходу из дома…
– Мои опасения подтвердились, – продолжала она. – Дэвид оказался в таком отчаянном положении, что решился на этот безумный поступок. Конечно, смерть Мадлен устранила многие наши проблемы. В прошлом мы часто это обсуждали. Но после твоего ареста я не жалела ни сил, ни времени для того, чтобы избавить тебя от тюрьмы. Какую я получила благодарность? Ты – подонок!
Дэвид попытался оправдаться.
– Но, Шейла…
– Ты захотел избавиться от меня! – гневно воскликнула она. – А какой способ ты для этого избрал? Извиниться и спокойно уйти? Да? Не дождешься! Ничего у тебя не выйдет!
Шейла стала подходить ближе, направляя пистолет в Дэвида.
– Тебя надо убить, – со злобой сказала Шейла. Джулия, воспользовавшись тем, что она на мгновение осталась без внимания, бросилась на Шейлу и выбила у нее из руки револьвер. Пока Шейла приходила в себя, револьвер оказался в руке у Джулии.
– А ну, назад! – скомандовала она. – Оба к столу. Им не оставалось ничего другого, как повиноваться.
– А теперь Дэвид, рассказывай. Рассказывай все, что знаешь! – сказала Джулия. – Хотя я склонна больше верить Шейле, чем тебе. Она, во всяком случае, не обманывала меня! Я думаю, что она сказала правду, когда говорила о том, что ты боялся развода с Мадлен.
ГЛАВА 23Мейсон и Мэри в растерянности. Тиммонс в доме у Сантаны. Джулия выходит победительницей. Перл пытается докопаться до истины. Круз Кастильо приходит на помощь Джулии.
Отец Мэтклифф внимательно выслушал рассказ Мэри о неудачной истории ее замужества с Марком Маккормиком.
– Он был очень плох. Все думали, что он умрет. Я просто пожалела его, когда решила выйти за него замуж. Но он выздоровел. Этого никто не ожидал, но вышло именно так. Вы понимаете, ведь я была монашкой, я не знала, как нужно вести себя женщине, которая начинает жить семейной жизнью. Может быть, я сделала что‑то не так, но ведь он изнасиловал меня. Теперь я беременна, но это ребенок не от Марка. Врачи сказали, что после перенесенной им травмы у него не может быть детей. Я уверена, что это ребенок Мейсона. С Марком я давно не живу. Мы хотели бы пожениться с Мейсоном, но формально я продолжаю оставаться в браке с Марком.
– Чего же вы хотите от меня? – спросил Мэтклифф.
– Отец Мэтклифф, мы хотим чтобы вы дали нам совет. Святой отец, как нам теперь поступить? Могу ли я получить развод с благословения церкви?
Отец Мэтклифф хмуро покачал головой.
– Боюсь, что нет, дитя мое. Церковь не одобряет разводы. Если же вы захотите развестись с ним, вам придется свыкнуться с мыслью, что вас отлучат от церкви. Ведь вы пока еще остаетесь монашенкой. Вам придется сделать нелегкий выбор, дитя мое. Хотя, компромисс возможен. Если ваш бывший муж не станет чинить вам препятствий, то обратившись к светским властям, вы получите то, что вам нужно. А ваше прошение мы должны рассмотреть на церковном совете.
– Благодарю вас, святой отец.
Когда отец Мэтклифф ушел, Мэри и Мейсон некоторое время подавленно молчали. Затем Мейсон задумчиво сказал:
– Мне кажется, что с Марком у нас не должно возникнуть никаких проблем. Ведь он пообещал не вмешиваться в нашу жизнь.
– Но он не знает о ребенке, – Мэри покачала головой. – А это может все изменить.
Мейсон пожал плечами.
– Не думаю, по–моему, как раз наоборот, Марк не станет возражать против развода. Вряд ли он захочет воспитывать моего ребенка. Неужели это доставит ему какое‑то удовольствие…
– Мейсон, ты его не знаешь, – мрачно сказала Мэри. – Он способен на это. Таким образом он отомстит мне за все!
– Да нет… – с сомнением в голосе произнес Мейсон. – Почему он уехал из города, почему не остался? И не сделал твою жизнь невыносимой?
Мэри тяжело вздохнула.
– Пойми, сейчас мы перешли от слов к делу. Церковь может аннулировать наш брак с тобой… Нет, нет. Он непредсказуемый человек! Особенно в критических ситуациях. Своими требованиями он может помешать нам!
Мэри разволновалась. Она активно жестикулировала, едва ли не выкрикивая каждую фразу.
– Но каким образом? – Мейсон по–прежнему не верил в то, что Марк станет чинить препятствия на пути воссоединения в браке Мэри и его, Мейсона. – Но каким образом?
– Мейсон, я не хочу, чтобы у Марка появился шанс помешать нашему счастью. Давай поищем какой‑нибудь другой выход.
Мейсон развел руками.
– Какой выход, Мэри? Подай на развод. Но, при желании, Марк может затянуть решение вопроса на неопределенное время. К тому же, для тебя важно, чтобы ваш брак был расторгнут с освящением церковных кругов.
Мэри вскочила с места.
– Нет, Мейсон. Давай поговорим о другом…
Он тоже встал.
– Нет, Мэри. От этого зависит наше будущее.
Она схватила со стола сумочку.
– Нет, Мейсон! Я не хочу впутывать в дело, которое касается нас двоих, Марка! Я просто не могу этого сделать!
Мэри бросилась к выходу из ресторана. Мейсон направился за ней.
Сантана вышла из спальни, услышав в гостиной какой‑то шум. Круз одевался. На плечи Сантаны был наброшен ночной халат.
– Куда ты собрался? – спросила она.
– Только что звонили из полиции. Они засекли странный звонок. Похоже, звонили из пригорода. Там требуется мое присутствие.
– Когда ты вернешься?
Он неопределенно пожал плечами.
– Не знаю, все будет зависеть от того, что это означает…
– Понятно… – удрученно сказала она. – Наверное, эту ночь мне придется провести без тебя.
– Извини, служба, – мрачно сказал он.
Круз поспешил уйти, чтобы не выслушивать очередной порции обвинений в свой адрес.
Когда дверь за ним закрылась, Сантана, нервно кусавшая губы, бросилась к телефону. Она набрала номер ресторана «Ориент Экспресс».
– Будьте добры, окружного прокурора Тиммонса…
Спустя несколько секунд она услышала в трубке его голос:
– Я слушаю.
– Кейт, это я, Сантана, – дрожащим голосом сказала она. – Круз уехал. Я не могу оставить дома Брэндона одного. Приезжай.
– Он ответил одним словом.
– Еду.
– Только, пожалуйста, не звони в дверь, – поспешно сказала она. – Брэндон уже спит. Просто постучи. Я услышу. Я жду тебя.
В ожидании приезда Тиммонса она выпила еще несколько таблеток, которые помогли ей успокоиться. Спустя несколько минут она услышала у дома шум останавливающейся машины и выглянула в окно. Из автомобиля вышел Тиммонс. Уверенной походкой он направился к двери. Он еще только поднимал руку, чтобы постучать, когда Сантана уже распахнула перед ним дверь.
Он тут же с порога принялся обнимать и целовать ее.
– Я счастлив! – спустя несколько мгновений с наслаждением произнес он.
– Тихо, тихо, Кейт… – она опасливо оглянулась. – В доме Брэндон…
Тиммонс держал Сантану за руки.
– Милая, могу ли я рассчитывать на повторение этого вечера? Ведь, если ты снова пригласила меня, на этот раз к себе домой, то, наверное, ты не считаешь произошедшее между нами ошибкой?
– Не знаю, мне трудно сейчас сказать… По–моему, это было какое‑то сумасшествие, умопомрачение. Я даже не осознавала, что делаю. Мы были так неосторожны…
Тиммонс улыбнулся.
– Обещаю тебе, что с этого вечера я буду заботиться об этом. Но, обнимая тебя, так сложно сохранять спокойствие…
Он снова бросился целовать ее. Сантана вырвалась из его объятий и отвернулась.
– Сантана, не нервничай, – сказал Тиммонс. – Обещаю тебе, мы найдем выход из этого положения. Всем будет хорошо.
– Ты так думаешь? Он развернул ее к себе.
– Мы устраним элемент случайного и ненужного риска, – уверенно сказал он. – Когда сегодня в баре я разговаривал с Джиной Кэпвелл, честно признаюсь тебе, мне стало страшно. И тогда я понял, что мы не должны жить по указке других людей. У нас с тобой, Сантана, тоже есть право быть счастливыми!
На лице Сантаны появился испуг.
– А что хотела Джина?
– Она увидела нас в ресторане, подумала, что у нас роман, о чем сразу и недвусмысленно намекнула. Она считает, что если ей удастся уличить тебя в супружеской измене, она сможет вернуть себе Брэндона. И добиться отмены решения о твоем опекунстве над ним.
– Понятно, – пораженно прошептала Сантана. Она почувствовала, как ее охватывает страх.
– Но… – добавил Тиммонс.
– Что «но»? – она обернулась.
– У нее нет доказательств! И мы не дадим ей возможности получить их!
– Кейт, нельзя ее недооценивать… Джина очень умная женщина и, если она берется за какое‑нибудь дело, она обязательно доводит его до конца.
Тиммонс покачал головой.
– Сантана, не забывай, что на карту также поставлен вопрос о моей карьере. Пресса уничтожит меня, если что‑нибудь пронюхает о моем романе с женой их любимого полицейского! Но все будет нормально, если мы будем соблюдать необходимые меры предосторожности.
Сантана растерянно посмотрела на Тиммонса.
– Мне странно слышать такие речи из твоих уст… Мне кажется, что только что ты сам совершил весьма неосторожный поступок. Тебе не следовало приезжать сюда в такое позднее время…
– Но ведь ты сама просила об этом!
Она отвернулась.
– Да. Я сама не знаю, что на меня нашло! Это все из‑за Круза. Мне показалось, что он навсегда бросает меня и я остаюсь совершенно одинокой до конца своих дней…
Тиммонс снова обнял ее.
– Я не знаю, был ли этот поступок моим последним безумным поступком. Наверное, нет…
Он потащил Сантану за собой на диван и стал торопливо расстегивать на ней халат. Поначалу поддавшись, она затем оттолкнула его и вскочила.
– Кейт, мы не можем это делать сейчас. В соседней комнате спит Брэндон.
Она поспешно запахнула халат, завязывая пояс.
– К тому же Круз может вернуться…
Тиммонс сидел на диване перед журнальным столиком, на котором Круз оставил документы, касающиеся всех дел окружного прокурора. Взгляд Тиммонса упал на папки.
– Что это? – с удивлением спросил он. – Откуда они взялись? Весьма знакомые документы.
Он стал перебирать бумаги одну за другой.
– Круз сегодня изучал их, – сказала Сантана, – целый вечер.
– Зачем это? Интересно…
– Он ничего не говорил мне.
– Что же он задумал?..
– Ты, что – боишься, Кейт?
– Вообще‑то это все старые дела, которые были мной выиграны…
Тиммонс положил папку назад на стол. Он был явно и взволнован тем, что увидел. Интересно, не пронюхал ли Круз чего‑нибудь?
– Круз что‑то подозревает, – сказала Сантана. Тиммонс встал и подошел к ней.
– Как хорошо, что он не смог оценить тебя по достоинству!.. – льстиво сказал он. – Ведь тогда мы бы не полюбили друг друга. А это было бы ужасной, невосполнимой потерей для меня.
Он взял ее за пояс халата и привлек к себе. Сантана не нашла в себе сил сопротивляться. И он стал покрывать жадными поцелуями ее лицо, руки, плечи…
Тиммонс действительно недооценил Джину Кэпвелл. В тот момент, когда он наслаждался любовью с Сантаной, Джина, затаив дыхание, стояла у окна гостиной и наблюдала за тем, как жена Круза Кастильо изменяет ему с Кейтом Тиммонсом…
Дэвид отступил на шаг и сказал:
– Это правда. Я всегда любил только Мадлен.
– Неплохой ход, Дэвид! – едва заметно улыбнувшись, сказала Джулия.
– Не это неправда! – воскликнула Шейла. – Ты только хотел воспользоваться ее богатством!
Она повернулась к Джулии.
– Дэвид не любил Мадлен, иначе он никогда бы не стал моим любовником!
Он повысил голос.
– Я хотел отплатить Мадлен той же монетой за все ее похождения… Но у меня ничего не вышло.
Обманутые Дэвидом женщины с сожалением смотрели на него.
– Что вы молчите? – с презрением в голосе спросил Лоран. – Что, не нравится?
Ни Джулия, ни Шейла не отвечали.
– Ну, так в чем дело? – он развел руками. – Вы же хотели услышать правду! Вот вам правда!.. Слушайте ее… Или не можете? Смелости не хватает… посмотреть истине в лицо?
– Я могу, – улыбнувшись, сказала Джулия. – Продолжай, Дэвид. Мы с удовольствием послушаем всякие пикантные подробности вашей семейной идиллии.
– Я встречался с Мадлен за день до ее смерти. Я обнял ее…
– Мадлен, неужели ты не видишь, как я люблю тебя? И с каждым днем моя любовь становится все сильнее и сильнее…
– Нет, пожалуйста, ничего не надо говорить. Мы совершили много ошибок. Может быть, простим друг другу все, я ведь тоже люблю тебя, Дэвид?
– Я поцеловал ее… – он помолчал. – Никто не сможет заменить мне Мадлен. Никто!..
Шейла смерила его недоверчивым взглядом.
– А я чуть было не поверила тебе… Он с сожалением посмотрел на нее.
– Шейла, почему ты не сознаешься в том, что сделала?
– Я не убивала Мадлен! – воскликнула она. – Клянусь перед Богом! Это не моя вина. На мне нет ее крови. Но… если мы невиновны… то кто же тогда убил ее?
В разговор вмешалась Джулия.
– Кто? – помахивая пистолетом, с улыбкой сказала она. – Перестаньте разыгрывать передо мной комедию! Я не верю вам обоим.
Лоран сделал шаг навстречу Джулии.
– Дорогая, я всегда говорил тебе только правду…
– Не приближайся, Дэвид! Не надо слов, ты уже все сказал!
Но он решился на отчаянный шаг. Дэвид стал приближаться к Джулии, неотрывно глядя ей в глаза.
– Ты ведь не выстрелишь в меня, – тихо произнес он.
Шейла почувствовала, что сейчас наступает очень удобный момент для того, чтобы перехватить инициативу. История повторяется. Сначала она выясняла свои отношения с Дэвидом, и Джулия воспользовалась этим. Теперь Джулии предстоит то же самое. Шейла не упустит свой шанс… Благо, ружье, которое она отшвырнула в сторону лежало теперь недалеко от нее.
После того, как Кортни ушла, Перл остался один. Его сосед Оуэн Мур уже спал, но Перлу было не до сна.
Он по–прежнему намеревался добраться до содержимого архива доктора Роулингса.
Услышав в коридоре шаги, он осторожно подобрался к двери и выглянул в окошечко.
Это был главврач клиники. Он прошел по коридору с небольшим чемоданчиком в руке. Остановившись у двери своего кабинета, он открыл замок, вошел в комнату и вышел оттуда буквально через несколько секунд. Но чемодана с ним уже не было…
Перл решил, что нельзя упускать такую возможность. К тому же, проходя по коридору, мимо палаты Перла, Роулингс крикнул санитару:
– Генри, я ухожу отдыхать…
Спустя несколько минут, когда все утихло и в коридоре было пусто, Перл с фонариком в руке выскользнул из палаты и пробрался к двери кабинета доктора Роулингса. Вытащив из волос шпильку, которую он позаимствовал у Кортни, Перл осторожно покопался в замке, и на удивление быстро открыл его.
– Вот что значит жизненный опыт! – удовлетворенно прошептал Перл, заходя в кабинет.
Чемоданчик доктора Роулингса стоял на столе. К счастью, замки оказались открыты. Перл открыл чемодан и посветил фонариком. Здесь лежали лишь несколько магнитофонных кассет, на которых были написаны разные имена, в том числе и «Келли Кэпвелл».
Увлеченный делом, Перл не услышал, как сзади к нему кто‑то подошел и положил руку на плечо. Почувствовав прикосновение, Перл вздрогнул и резко обернулся.
Перед ним стояла Келли.
– Господи! Келли, почему ты не спишь? Что ты делаешь здесь?
– Ты оставил дверь открытой.
– О, черт возьми!
Перл бросился назад и захлопнул дверь. Это было сделано очень вовремя, потому что спустя несколько мгновений после этого по коридору прошел санитар.
– А что ты делаешь здесь? – удивленно глядя на стол, спросила Келли. – Что это такое?
Она взяла одну из магнитофонных кассет, на которой было написано «Келли Кэпвелл».
– Что это – мое имя? – удивленно спросила она.
– Да. У меня есть одно предположение, – пояснил Перл. – Врачи иногда записывают на пленку разговоры со своими пациентами, возможно, доктор Роулингс предпочитает наговаривать на магнитофон свои замечания.
Она собрала несколько кассет и сказала:
– Я хочу послушать эти записи…
– Нет, нет! Что ты! – возразил Перл. – Не стоит.
– Но я хочу!
Она достала из чемоданчика Роулингса маленький диктофон и вставила в него кассету…
Дэвид медленно приближался к Джулии, которая отступала к стене, держа перед собой револьвер.
– Убери оружие, Джулия, – проникновенно сказал он. – Ты ведь не будешь стрелять.
– Не приближайся.
– Ты ведь не сможешь нажать на курок. Ведь ты любишь меня. Ты ведь не хочешь моей смерти. Это правда, Джулия?
– А может быть, мне интересно наблюдать за умирающим человеком. Ведь в твоей жизни уже такое было? А, Дэвид? Поделись опытом.
На ее лице появилась улыбка отчаяния.
– Джулия, прости… Я жестоко поступил с тобой, но ведь у нас еще есть шанс. Ведь мы с тобой любим друг друга.
– Не строй больших планов, – мстительно сказала она. – Остаток своих дней ты проведешь в уютной колонии строгого режима…
– Каким это образом? – презрительно сказал он. – За какое преступление? Ведь суд признал мою невиновность! Все знают, что я не убивал Мадлен.
– Тебя будут судить за другое преступление! – выкрикнула она. – Не двигайся, а то я выстрелю!
– Ты не сможешь выстрелить. Он резко шагнул вперед.
– Смогу! – Джулия нажала на курок, но выстрела не последовало.
Пока она и Дэвид изумленно смотрели на оружие, Шейла схватила лежавший на полу карабин и направила его на Дэвида.
– Этот пистолет был простой игрушкой, а вот эта штука стреляет! – она передернула затвор карабина. – Ну‑ка, отойдите от двери! И побыстрее. Шевелитесь! И не пытайтесь меня остановить, а то будет плохо.
Подождав, пока Дэвид и Джулия перейдут на другую половину комнаты, она остановилась возле открытой тори.
– А теперь вы останетесь здесь, а я ухожу. И не вздумайте делать какие‑нибудь глупости.
– Куда это ты? – спросила Джулия.
– Да подальше от вашей милой компании! Счастливо оставаться… дорогие.
Шейла повернулась, чтобы выйти, но в ту же минуту увидела перед собой револьвер. Это был Круз Кастильо.
