Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Генри Крейн
Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 332 страниц)
Эпилог
Джо не удалось установить новый контакт с Доменик. Телефон не отвечал, а пойти в отель Ароебич он не осмеливался. В одно прекрасное утро Круз показал ему небольшое объявление, помещенное в самом уголке местной газеты, после рекламных объявлений.
«Полиция Санта–Барбары обнаружила в ложбине холма Санренхил сгоревший автомобиль. Рядом с ним была найдена искореженная белая каска и несколько клочков черного кожаного комбинезона. Расследование этого случая ничего не дало. Человеческих жертв не обнаружено».
Так говорилось в объявлении. Джо и Круз переглянулись. Все их надежды рушились. А Джо не мог даже обратиться в полицию. Что он мог сказать Мейсону? Что он по ночам встречается с его матерью? Значит, таким образом Доменик решила покинуть его. Возможно, она снова уехала на Аляску. Но неужели она убегала от Джо? Или от Лайнала? Может быть, в конце концов она осталась в Санта–Барбаре? Но каким‑то образом изменила свою внешность.
Келли тоже исчезла. Она ушла, чтобы навсегда расстаться со своим прошлым. С маленькой девочкой, слушающейся своего папочку. С женщиной, слушающейся своего старшего брата, своего жениха. Ее приютила Селли, старая подруга по колледжу, потом по университету. Только Тэд знал номер ее телефона. Она полюбила своего младшего брата. Несмотря на свою наивность и хвастовство, он обладал твердой волей и щедрым сердцем. Келли, в свою очередь, помогла ему в решении его проблемы с Лейкен. Был устроен незабываемый завтрак на пляже с участием семейства Локридж и семейства Кепфелл – в их полных составах. Чтобы такой завтрак состоялся, очень хотел Тэд, и он не слишком заботился о том, какой оборот впоследствии примет взаимная вражда двух семей. Он расчетливо поставил свои условия. Или так – или, он исчезает. Впрочем, его требования не выходили за пределы возможного. Пусть ему и Лейкен позволят любить друг друга.
Представители обоих семейств сидели за длинным прямоугольным столом друг против друга. И, услышав этот ультиматум, застыли в немой неподвижности. Будто речь шла о подписании перемирия, когда на самом‑то деле это было всего лишь временным прекращением огня. Тэд вел себя очень уверенно, и на то были основания. Он заплатил по счету собственными долларами, которые заработал, разнося пиццу, потому чувствовал себя хозяином. Колли сидела рядом с отцом. Внимательно наблюдая за ним, она сразу поняла, что он но собирается разрушать союз этих молодых людей, как он однажды уже поступил с Келли. И вообще, отец держался тогда очень незаметно. Как, впрочем, и все остальные. Это можно было расценивать как победу.
Тэд часто звонил Келли и сообщал новости семьи. Ей казалось, что отец ее понимает, и Питер тоже. Но однажды Питер застал Тэда, разговаривающего с ней, и выхватил у него из рук телефонную трубку. Нет, Питер так ничего не понял. Она уже в который раз повторила ему, что ей нужно побыть одной. Хотя бы некоторое время. То самое время, которое достаточно для того, чтобы послушать шелест листьев на деревьях.
На пляже «Бермудский треугольник» произошли изменения. Наступила осень, мягкая, теплая и приятная. В колледж пришли новые преподаватели. Денни не сводил глаз с Джейд, а Джейд мечтала о Голливуде. Ее отец так и не вернулся домой. Обычно дома была одна мама: Джо приходил редко. Джейд грустила, считая Санта–Барбару скучным местом. Тэд и Лейкен искрились счастьем. Поглощенные собой, они никого но замечали вокруг. Мистер и миссис Локридж снова жили вместе. Надолго ли? Лайнал развлекал ее интересными географическими рассказами, но никогда не говорил об Аляске. Впрочем, никто и никогда не говорил об Аляске. Аугусте удалось заставить Уорена признаться ей во всем. Он подтвердил ее догадку о том, что украл драгоценность с виллы Кепфелла. Минкс больше не участвовала в экологической кампании. Лайнал не заплатил по телефонным счетам, и телефон отключили. Сантана закончила переделку виллы. Она часто виделась с Кепфеллом–старшим. Роза Ангрейд терпеливо ждала, когда она наконец вновь обретет внука.
Наступил день, когда Келли решила покинуть Селли для того, чтобы воссоединиться с тем, кого она считала своей жизнью. С единственным чемоданом в руке она вышла из дома и случайно встретила Круза. Он сообщил ей последние новости. Под седло мотороллера Джо кто‑то подсунул пакетик с героином, и полиция задержала его. Но Джо тем не менее удалось скрыться. Если Келли вдруг захочет его повидать, он может передать Джо, чтобы тот пришел на пляж. Келли согласилась. В одиннадцать часов она пришла к назначенному месту. Сопровождавший ее Круз сразу же исчез, и к ней неслышно подошел Джо. «Словно кот», – подумала она про себя. Она не заметила приближающегося Мейсона, услышала только его резкие отрывочные приказания. По песку заскользили лучи электрических фонарей. Джо побежал к морю, и догнать его не смогли…
Через два дня Келли увидела, что катера Круза на место нет. Она сразу же подумала о Кельнерал Коулз, поэтому нашла рыбака, который согласился туда ее отвезти. Там ее уже ждали.
Они сидели рядом на буром скалистом выступе, который возвышался над маленькой бухточкой. Джо был погружен в свои мысли и не отрываясь смотрел на море, а Келли слушала, как деревья шуршат листвой. В расщелине скалы рос совсем маленький оранжевый цветок. Из таких цветков получился бы прекрасный букетик, подумала Келли, – букетик для мамы. Келли улыбнулась очень счастливой улыбкой и придвинулась к парню.
Снизу Круз прокричал им, чтобы они пошевелились.
Генри Крейн, Александра Полстон
Санта–Барбара I. Книга 2
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Семейство КЭПВЕЛЛОВ
Си Си Кэпвелл (Ченнинг–старший) – отец, владелец корпорации "Кэпвелл Энтерпрайзес".
София – мать его детей, находится в разводе с Си Си.
Келли, Идеи, Тэд, Мейсон – дети.
Джина – бывшая жена Си Си.
Грант – брат Си Си.
Семейство ЛОКРИДЖЕЙ
Минкс – мать.
Лайонелл – сын.
Августа – его экс–жена.
Брик Уоллес – сын Лайонелла и Софии.
Уоррен, Лейкен – дети Лайонелла и Августы.
Семейство АНДРЕЙД
Роза – мать.
Рубен – отец.
Сантана – дочь.
Брэндон – сын Сантаны.
Круз Кастильо – муж Сантаны, полицейский.
Кортни, Мадлен – дочери Гранта Кэпвелла.
Кейт Тиммонс – окружной прокурор.
Дэвид Лоран – муж Мадлен.
Мэри Дюваль Маккормик – жена Марка Маккормика, подруга Мейсона.
Марк Маккормик – бывший врач.
Перл – дворецкий в доме Кэпвеллов.
Ш е й л а – его сестра.
Джулия Уэйнрайт – адвокат.
К е р к – экс–муж Идеи.
X е й л и – племянница Джины.
Доктор Роулингс.
Доктор Мор.
ЧАСТЬ I
ГЛАВА 1Окружной прокурор Кейт Тиммонс и его положение в Санта–Барбаре. Блестящее образование, полученное Кейтом в Колумбийском университете. Почему Тиммонс выбрал в качестве своей профессии именно юриспруденцию? Планы Кейта по окончанию университета. Перспективы на будущее. Загадочный мистер Харрис.
Кейт Тиммонс, окружной прокурор, хотя и не занимал в городе положение вроде того, которое занимал СиСи Кэпвелл, однако также был достаточно известен. Этому способствовали прежде всего два обстоятельства – во–первых, Кейт прожил в городе около двенадцати лет, а во–вторых – его профессия, как никакая другая, требовала ежедневного общения с людьми.
Кейт оценивался в городке весьма разноречиво – многие считали этого моложавого, выглядевшего, несмотря на сорок два года, мужчину весьма лестно; другие же – в том числе Мейсон и Круз – считали, что Тиммонс – скрытый честолюбец, карьерист, – последний же в частных беседах характеризовал Кейта как законченного проходимца – аргументы, выдвигаемые в подобных случаях Крузом, звучали весьма убедительно.
Впрочем, рейтинг мистера Тиммонса как юриста и как человека был в городке достаточно высоким – подавляющее большинство жителей считало, что это – настоящий джентльмен; аргументы в пользу этого утверждения, кстати, были не менее убедительны, чем обратные у Круза. Тем более, что сам мистер Тиммонс держался со всеми преувеличенно любезно, мягко, был уступчив в беседах и спорах…
Однако, у Тиммонса в биографии было несколько страниц, которые он тщательно скрывал не только от знакомых, но и от очень близких ему людей – даже от Сантаны…
Около пятнадцати лет назад двадцатисемилетний молодой человек по фамилии Тиммонс заканчивал Колумбийский университет по специальности юриспруденция. Колумбийский университет – один из самых престижных в Соединенных Штатах, а юридический факультет по праву считается одним из лучших во всей Америке.
Тиммонс закончил его просто блестяще – его фамилия значилась в первых пяти процентах.
Незадолго до получения диплома, Кейта вызвал в свой кабинет куратор, достопочтенный мистер Лихновски, один из самых авторитетных профессоров на факультете.
– Кейт, – мягко сказал он, – буквально через несколько дней мы расстанемся…
В голосе мистера Лихновски прозвучала потаенная печаль – Кейт, который среди прочих студентов всегда отличался неуемным трудолюбием и прилежанием, был одним из любимых выпускников за все время работы Лихновски в Колумбийском университете, и профессор не скрывал этого.
Тиммонс с мягкой полуулыбкой кивнул ему в ответ и произнес:
– О да…
Лихновски внимательно посмотрел на Тиммонса.
– Ну, и что же ты собираешься делать?..
Разумеется, у Кейта были кое–какие планы на будущее, но он по некоторым причинам не хотел делиться ими со своим куратором.
Неопределенно пожав плечами, Тиммонс произнес:
– Буду юристом… Постараюсь доказать, что меня тут учили не зря…
Ответ был слишком обтекаемым, чтобы профессор не понял этого.
– Послушай, – улыбнулся Лихновски, – ты ведь не на торжественном рауте и не на интервью в фирме… Я хочу поговорить с тобой не как твой куратор, а как товарищ… Как старший товарищ – понимаешь?..
Кейт сдержанно улыбнулся в ответ.
– Да, мистер Лихновски…
После окончания университета Кейт думал поступить именно так как и многие выпускники–юристы – купить соответствующую лицензию и открыть частную юридическую контору – дело это всегда верное и наверняка принесет хороший доход, так как жить в Соединенных Штатах, не обращаясь к помощи юриста, практически невозможно.
Словно угадав мысли Кейта относительно его будущего, Лихновски продолжал так:
– Наверняка ты поступишь именно так, как все…
Тиммонс насторожился.
– Что вы имеете в виду, мистер Лихновски?.. Что значит – как все?..
– Ну, бьюсь об заклад, пойдешь в Министерство юстиции, оформишь лицензию… Ну, и так далее…
– А что же тут плохого?.. Лихновски слегка поморщился.
– Я не говорю, что тут что‑то плохо, отнюдь нет… Просто мне кажется, что ты способен на большее…
– На что же?..
– Понимаешь, – в голосе Лихновски послышались доверительные интонации, – понимаешь, я не советовал бы тебе спешить с частным юридическим делом…
– Это почему же?
– Многие считают, – продолжал профессор, – что это достаточно неплохой вариант, прежде всего потому, что… – профессор поднял глаза на собеседника, – ну, почему же?..
– Потому что дает стабильность, – произнес Кейт. Лихновски наклонил голову в знак согласия.
– Совершенно верно.
Кейт спросил слегка удивленно:
– Так что же тут плохого?..
– А я и не утверждаю, что это плохо… Я только хочу сказать, что так ты никогда не достигнешь в жизни настоящего успеха, – продолжал профессор. – Да, ты довольно быстро станешь преуспевающим молодым человеком, достигнешь настоящего стандарта жизни… Ну, и все…
Тиммонс несмело спросил:
– Вы что‑то предлагаете?..
– Конкретно – ничего… Впрочем, – профессор слегка улыбнулся, – впрочем, я предлагаю тебе еще и еще раз подумать… А что может быть более конкретное, чем это?..
Посмотрев на собеседника исподлобья, Кейт несмело поинтересовался:
– Например – чем бы я мог заняться?..
Профессор улыбнулся.
– О, молодой человек с твоей головой, с твоими способностями… Ты бы многого мог добиться… Мне кажется, если тебе предложат место адвоката или юридического консультанта в какой‑нибудь фирме, тебе не стоит отказываться…
Не желая спорить с Лихновски, Тиммонс, кротко улыбнувшись, произнес:
– Хорошо, мистер Лихновски, я обязательно учту ваш совет… Большое спасибо…
Видимо, в тот день профессор был в неплохом расположении духа, и поэтому решил побеседовать со своим выпускником и на отвлеченные темы, относящиеся к юриспруденции лишь касательно.
Закинув ногу за ногу, он спросил:
– Кстати, Кейт, я вот никак не могу понять – почему ты избрал именно наш факультет?..
Мягко улыбнувшись, Тиммонс произнес:
– Честно говоря, я и сам никогда над этим не задумывался… Хотя…
Кейт сказал сущую правду – он и сам не мог понять, почему поступал именно на юридический – просто шесть лет назад, когда он, скопив денег, записался в Колумбийский университет, он почему‑то решил, что именно юридическое образование – то, что многие называют «классическим», «образованием в чистом виде»… Однако теперь эти юношеские размышления шестилетней давности были забыты…
– Может быть, твои родители имели отношение к правоведению? – поинтересовался Лихновски.
– Нет, – кивнул в ответ Тиммонс.
– Может быть, ты решил взять с кого‑нибудь пример? – спросил профессор.
Этот разговор становился для Кейта все более и более тягостным – наверное, потому, что любознательность Лихновски на этот раз простиралась несколько далее, чем требовали сложившиеся обстоятельства. Чтобы как‑то закруглиться, Тиммонс ответил своему куратору с вежливой улыбкой:
– Да, пожалуй… Когда я был совсем маленьким, моим кумиром был Бенджамин Франклин, а он, как известно, был блестящим юристом…
Профессор слегка вздохнул.
– Да–а-а… – протянул он. – А я вот тоже…
– Тоже решили последовать чьему‑нибудь примеру?
– Совершенно верно. Мой дядя был адвокатом в Новом Орлеане… И я всегда ему завидовал.
Чтобы прервать воспоминания не в меру словоохотливого профессора, Кейт перевел разговор в первоначальное русло.
– Значит, мистер Лихновски, вы не советуете мне открывать частную юридическую практику?
Мистер Лихновски наклонил голову.
– Нет, Кейт… Мне кажется, что ты способен на большее… Стать частным адвокатом ты всегда успеешь…
– Значит, – продолжал Кейт, – если мне предложат какое‑нибудь место в частной фирме…
– Не раздумывая соглашайся, – прервал его Лихновски энергичным жестом, – и ты увидишь, что не пожалеешь… Честно говоря, я и сам бы с удовольствием поработал в какой‑нибудь серьезной фирме, но…
При этих словах профессор развел руками – мол – «ничего не поделаешь – возраст!..» Кейт несмело спросил:
– А вы что – действительно считаете, что такое предложение может последовать?..
Лихновски только улыбнулся в ответ.
– Вне всякого сомнения… Ты ведь и сам наверняка хорошо знаешь, что у нас в Америке многие солидные и презентабельные фирмы устраивают настоящую охоту за выпускниками этого университета… Тем более, за такими, как ты…
Поднявшись со своего места и вежливо попрощавшись, Кейт произнес:
– Непременно так и поступлю, мистер Лихновски… Спасибо вам за добрый совет…
Совет Лихновски прозвучал для Кейта достаточно неожиданно – во–первых, он, зная, какую необыкновенную конкуренцию приходится выдерживать юристам, решившим связаться с частными фирмами, и не помышлял о подобном поприще – кроме того, он, человек, склонный к свободолюбию, не хотел от кого‑нибудь зависеть. Во–вторых, Тиммонс хотел как можно скорее вернуться в родной городок – тем более, что он прекрасно знал, что там ему никто не сможет составить конкуренции…
Тиммонс рассчитывал приехать в Санта–Барбару, взять в Федеральном банке кредит и купить на него дом, обустроиться, жениться, и «зажить, как все».
Кстати говоря, для женитьбы у него была подходящая кандидатура – двадцатилетняя Барби Джаггер, работавшая тут же, в Колумбийском университете лаборанткой на факультете органической химии. Тиммонс в то время любил ее, да и сама Барби всем своим видом показывала, что явно неравнодушна к этому молодому человеку. И хотя разговоры о браке, если и велись, то только вскользь, полушутя, вопрос этот давно был решен – так, во всяком случае, казалось и Кейту, и самой девушке.
Совет Лихновски привел Кейта в состояние легкого смятения.
«А что, если действительно попробовать?.. – подумал он. – Ведь этот старый профессор по–своему и прав – частная адвокатская практика от меня никуда не уйдет…»
И хотя Кейт, как правило, никогда не советовался с Барби по сколь‑нибудь серьезным вопросам, на этот раз он решил изменить этому обыкновению…
Рабочий день Барби как раз подходил к концу – оставалось сделать какие‑то последние записи в журнале наблюдений, и остаток дня был свободен.
Увидев в лаборатории Кейта, девушка радостно заулыбалась.
– Привет!.. – поздоровался Кейт. – Ну, как у тебя дела, дорогая?..
Девушка, делая в журнале какие‑то записи, – делала она это очень поспешно, – произнесла:
– Сейчас, сейчас… Одну минутку… – захлопнув журнал, она подняла глаза на молодого человека. – Как дела, спрашиваешь? Все отлично…
Дождавшись, пока Барби переоденется, Кейт, откашлявшись, произнес официально–шутливым тоном:
– Барби!.. Через несколько дней я получу диплом… И поэтому я хотел бы с тобой кое о чем поговорить… Точнее даже не поговорить, а посоветоваться… Что ты делаешь сегодня вечером?
Это сообщение прозвучало для девушки новостью – за все их время знакомства Кейт ни разу не сказал – «мне надо с тобой посоветоваться…» Да и сама девушка, понимая, что ни по возрасту, ни по каким‑либо другим показателям не может претендовать на роль советчицы, была разве что только тихой и любящей подругой – но не более того.
– Посоветоваться?..
Кейт кивнул.
– Да, именно так…
Девушка растерянно ответила:
– Ну что ж, хорошо… Только не знаю, смогу ли я дать тебе сколь‑нибудь толковый совет…
Кейт самодовольно улыбнулся – эта фраза – «не знаю, смогу ли я дать тебе сколь‑нибудь толковый совет», – явно польстила его самолюбию…
– Может быть, поужинаем вместе?..
Девушка благодарно улыбнулась.
– Было бы неплохо.
Спустя несколько часов Кейт и Барби сидели за столиком небольшого студенческого ресторана «У папаши Оскара». По случаю предстоящего окончания университета Кейт заказал устриц и бутылку шабли – несмотря на то, что он не относился к разряду малоимущих студентов, Тиммонс никогда не любил шиковать подобным образом.
Изложив Барби содержание недавней беседы с Лихновски, Кейт внимательно посмотрел на свою девушку и спросил:
– Ну что ты скажешь по этому поводу?..
Барби пожала плечами.
– Честно говоря, ничего сказать не могу… Хотя, как мне лично кажется, в этом есть смысл…
– Ты имеешь в виду – мне стоит подумать, если какая‑нибудь фирма действительно заинтересуется мной?
Барби на какое‑то время задумалась, а потом ответила:
– Мне кажется, твой куратор прав в одном – купить в Министерстве юстиции лицензию на право частной адвокатуры ты всегда успеешь…
По глазам девушки Кейт понял, что она хочет его о чем‑то спросить или что‑то сказать, но по каким‑то причинам никак не решается это сделать…
– Барби, – начал Кейт, – когда я получу диплом и мы с тобой уедем…
По выражению лица девушки Тиммонс понял, что избрал правильное направление беседы, что угадал – фраза «когда мы уедем» еще раз подчеркнула, что Кейт в данной ситуации имеет в виду не только себя, но и свою девушку.
– В Санта–Барбару?.. – спросила девушка. Кейт кивнул.
– Да… Впрочем, это вовсе и необязательно… Хотя, честно говоря, мне очень бы хотелось…
– Никогда в жизни не была на Тихоокеанском побережье, в Калифорнии, – ответила ему Барби. – Ты ведь говорил, что твой городок находится именно там?
– Да, действительно, – растерянно произнес Кейт. Его мысли в этот момент были заняты совсем другим.
– Ты сказал – «мы»?
Тиммонс наклонил голову в знак согласия.
– Ну конечно… Разве может быть как‑то иначе… Я думаю, мы с тобой поженимся…
И хотя Барби слышала это утверждение – «мы с тобой поженимся» неоднократно – только за последний месяц, наверное, несколько раз, – она посмотрела на Кейта с нескрываемой благодарностью.
– Когда же?
– Я думаю, как только я получу этот диплом, – ответил Тиммонс, – как только выйду из этих стен, мы с тобой уедем куда‑нибудь… Может быть, мне действительно подвернется что‑нибудь стоящее…
Рассуждения на тему – «что будет, когда…» были любимыми темами Барби.
– Мы купим с тобой домик, – мечтательно произнесла она, – ты каждое утро будешь отправляться в свою контору, а я буду тебя терпеливо дожидаться… А потом – потом ты будешь приходить усталый и голодный, а я буду тебя кормить…
Барби говорила совершенно искренне – она давно мечтала о тихом семейном счастье.
– А я постараюсь заработать как можно больше денег, – серьезно произнес Кейт. – Думаю, что для этого у меня есть все возможности… Выпускники Колумбийского университета недешево стоят – ты ведь и сама это знаешь!..
Неожиданно Барби спросила:
– Кейт, милый, скажи – а у нас будут дети?..
Для Тиммонса этот вопрос был новостью – во всяком случае, никогда раньше его девушка не интересовалась ничем подобным.
Кейт неопределенно пожал плечами.
– Не знаю, – ответил он, – честно говоря, я еще никогда об этом не думал. А ты что – настаиваешь?
– Нет, просто я хотела бы, чтобы у нас было двое детей – мальчик и девочка…
Барби родилась в Орегоне, в семье мормонов – в этой религиозной секте издавна считалось, что дети – именно то, что сплачивает семью.
Кейт решил, что стоит перевести разговор на какую‑нибудь другую тему.
– Послушай, Барби, – сказал он, – а почему бы после получения диплома нам с тобой куда‑нибудь не съездить?
Подняв на собеседника глаза, девушка спросила:
– Куда же?
– Ну, хотя бы в Санта–Барбару…
Барби поспешно согласилась:
– Конечно, конечно…
– Но только сперва я хотел бы кое‑что решить…
Девушка поспешила предположить:
– Насчет того, чем ты собираешься заниматься после окончания университета?
Кейт наклонил голову в знак согласия.
– Да, Барби… Честно говоря, я уже было настроился на частную адвокатуру, но теперь, после этого разговора с Лихновски мне кажется, что есть смысл попробовать… Если, конечно, мною и впрямь заинтересуются, – поспешно добавил он.
Барбара кротко улыбнулась в ответ.
– Конечно же, заинтересуются, мой милый, – произнесла она, – у тебя все получится – я в этом не сомневаюсь… Я верю в тебя, Кейт…
– Вот и отлично.
Последующее время Кейт и Барби провели в разговорах о всяких пустяках. Однако по напряженному выражению лица молодого человека можно было сказать, что он думает о чем‑то своем…
Проведя девушку до дверей ее квартиры, Кейт чмокнул ее на прощанье.
– Ты придешь на вручение дипломов?.. – спросил он у Барби.
Та с улыбкой произнесла:
– Конечно же, конечно, мой милый…
Выпускной вечер и вручение дипломов прошли точно так же, как и всегда – Колумбийский университет отличался среди всех учебных заведений Соединенных Штатов приверженностью к традициям – в этом отношении с ним мог поспорить разве что Йельский: сперва – торжественное слово ректора и председателя попечительского совета, затем – речи профессоров и студентов.
Барби, как и было условлено, пришла на этот торжественный акт – ей пришлось выслушать почти час напутствий и благодарностей.
После вручения дипломов Кейт со своей девушкой решили отправиться куда‑нибудь за город вдвоем – несмотря на обещание провести этот вечер с сокурсниками. Тиммонс посчитал за лучшее нарушить свое слово – тем более, что он рассчитывал, что ему уже никогда не придется давать объяснений по этому поводу…
Кейт и Барби уже подходили к стоянке автомобилей, как вдруг Тиммонс услыхал за спиной знакомый голос:
– Одну минуточку, магистр правоведения Тиммонс!
Обернувшись, он увидел своего профессора Лихновски.
– Да, мистер Лихновски, – вежливо произнес Тиммонс.
Подойдя к своему выпускнику, профессор пожал ему руку и произнес:
– Поздравляю…
«Неужели он остановил меня только для того, чтобы сказать это? » – подумал Тиммонс.
Вежливо наклонив голову, Кейт ответствовал:
– Спасибо…
– Очень жаль, что я не смог быть на этом вечере, – произнес Лихновски. – У меня, как назло, сломалась машина… – добавил он сокрушенно, – поэтому и опоздал… Да, – протянул профессор после небольшой паузы, – очень жаль, что мы с тобой расстаемся… Мне будет тебя очень не хватать…
Барби, которая, повиснув на руке своего молодого человека, уже предвкушала, как приятно она проведет предстоящий вечер, как‑то сникла – выслушивать комплименты в адрес Кейта ей, конечно же, было приятно, но они прозвучали так не вовремя!
Посмотрев на девушку, Лихновски улыбнулся.
– Это ваш парень?..
Барби ответила не без скрытой гордости:
– Это мой жених… Профессор слегка удивился.
– Вот как?.. Тогда поздравляю!.. Вы сделали правильный выбор… Кстати, – обратился он к Тиммонсу, взяв его несколько фамильярно за пуговицу безукоризненного клубного пиджака, – кстати, ты, надеюсь, помнишь наш недавний разговор?
Кейт кивнул:
– Да, мистер Лихновски…
Профессор улыбнулся – по этой улыбке Кейт, неплохо изучивший своего куратора за столько лет, сразу же понял, что тот теперь скажет нечто важное.
– Могу вас обрадовать.
При этих словах Тиммонс насторожился.
– Вот как? И чем же, мистер Лихновски?
Лихновски, заметив, какое впечатление произвели его последние слова, решил растянуть удовольствие.
– А я ведь говорил вам, что вами, – неожиданно он перешел со своим бывшим студентом на «вы», – обязательно кто‑то заинтересуется…
Тиммонс внимательно посмотрел на Лихновски и медленно спросил:
– Да… И что же – мною уже интересуются – вы это хотите сказать?
– Совершенно верно…
Лицо Тиммонса приобрело необычайно серьезное выражение – сообщение Лихновски прозвучало для него очень неожиданно.
– И кто же?
Профессор в ответ спросил:
– Название «Адамс Корпорэйшн» вам о чем‑нибудь говорит?.. – не дождавшись ответа, Лихновски продолжил: – Правильно, ни о чем… Этот концерн расположен не тут, а в Иллинойсе… Конкретно – в Чикаго. Кейт пожал плечами.
– «Адамс Корпорэйшн»? Нет, не знаю… А что это за концерн, если не секрет?
– Банковские операции, оффшор, операции с закладными, – произнес Лихновски, – больше мне о них ничего не известно… Кстати, теперь тут мистер Харрис, младший компаньон… Изучив списки выпускников, он почему‑то остановился на твоей кандидатуре. – Лихновски вновь перешел с Кейтом на «ты».
Кейт понял, что этот разговор может многое решить в его судьбе – многое, если не все. Поэтому, словно забыв о перспективах сегодняшнего вечера, он решил выведать все, что возможно.
– А вы с ним знакомы?
– С кем?
– Ну, с мистером Харрисом, – нетерпеливо сказал Тиммонс.
Лихновски отрицательно покачал головой.
– Я познакомился с ним сегодня утром – в административном корпусе. Узнав, что я твой куратор, мистер Харрис решил вытянуть из меня максимум информации.
– А что его интересовало?
– Ты не поверишь – его интересовало абсолютно все: и как ты учился, и какую тему избрал для дипломной работы… Он даже спросил у меня, куришь ты или нет… Более того – он заинтересовался даже такой, казалось бы мелочью, как твой автомобиль…
Кейт вот уже четвертый год ездил на старенькой «мазде», купленной на какой‑то дешевой распродаже. Он знал, что в Америке автомобиль – не просто средство передвижения, но и показатель успехов владельца… Буквально несколько месяцев назад всю Америку облетело сообщение о том, как одна мичиганская кампания уволила своего сотрудника не за плохую работу, а за категоричный отказ прекратить парковку на стоянке возле офиса его непрезентабельного «олдсмобиля», отпугивающего своим видом потенциальных заказчиков и клиентов…
– Ну, и что же вы сказали этому мистеру Харрису? – поинтересовался Кейт.
– Сказал, что не знаю, на чем ты ездишь, – ответствовал профессор, покосившись на пошарпанный автомобиль Тиммонса.
– Значит, он хочет со мной встретиться?
Лихновски утвердительно покачал головой.
– Совершенно верно…
Кейт продолжал:
– А когда именно?
– Ну, если у тебя есть время – то можешь встретиться с ним прямо сегодня. Он остановился в гостинице «Флауэр», – ответил профессор.
Когда Лихновски ушел, Тиммонс, поразмышляв какое‑то время, обернулся к Барби и сказал:
– Боюсь, что на сегодня торжественный ужин отменяется…
Барби тяжело вздохнула.
– Поедешь в отель к мистеру Харрису?
Кейт произнес извинительным тоном:
– Ничего не поделаешь… Придется.
Девушка сделала слабую попытку отговорить Тиммонса от этого шага:
– Может быть, стоит отложить этот разговор на какой‑нибудь другой раз?
Впрочем, Барби могла этого и не делать – она прекрасно знала Тиммонса – если он что‑то задумал, то никогда не отступится от своего решения.
– Нет, Барби, надо действовать быстро и решительно. Ты ведь сама понимаешь, что такой случай подворачивается не каждый день… В конце‑то концов, я делаю это не только для одного себя, но и для тебя тоже… Для нас с тобой…
И девушке ничего больше не оставалось, как поверить этому утверждению.
Отель «Флауэр» отличался добротностью и основательностью – тут не было броской роскоши, ливрейной прислуги и позолоченных кнопок в лифте. Зато человек, остановившийся тут, ощущал себя, словно дома: номера были очень удобны, прислуга – вышколена до такой степени, что ее совершенно не было заметно, а кухня ничем не уступала лучшим бродвейским ресторанам.
Мистер Харрис, как выяснил Кейт, приехал вчера днем и остановился в самом лучшем, а, следовательно, и в самом дорогом номере отеля – с двумя комнатами, выходящими на зеленый газон и спальней. Портье не без гордости сообщил Кейту, что несколько лет назад в этом номере останавливался скандально известный Президент Ричард Никсон, прославившийся «Уотергейтским делом».
Поднявшись на этаж, где располагался номер мистера Харриса, Кейт подошел к двери и осторожно постучал.
С той стороны послышалось:
– Прошу вас…
