Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Генри Крейн
Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 332 страниц)
– Нет, но…
– Меня просто оторопь берет, когда я представлю, как этот бездушный фараон звонит в дверь и сухим голосом сообщает девочкам, что их отец погиб…
Линда вздохнула.
– Да, Круз, я все понимаю. Но, согласись, это ужасная обязанность…
– Да, а что делать? Круз поднялся.
– Ты поможешь мне? – спросил он, на секунду замявшись. – Конечно, если тебе это так тяжело, можешь вернуться на работу…
Линда посмотрела на молодого человека снизу таким взглядом, словно Круз обидел ее до глубины души. Она покрутила головой, встала и решительно произнесла:
– Нет, Круз, я иду с тобой.
– А что ты скажешь на работе?
– Неужели там не поймут, что мне надо отлучиться! Я попрошу Катти, она обслужит моих клиенток.
Круз уныло подумал, что комиссар Соммер не отпустил бы его никогда.
– Подожди меня здесь, пожалуйста, – попросила девушка. – У меня это займет ровно одну минуту.
– Хорошо, – кивнул Круз и снова опустился на скамейку.
Он молча смотрел на Линду, которая пошла к парикмахерской и скрылась в дверях. Молодой человек не очень‑то и верил, что ему не придется выполнять скорбную обязанность одному.
Но Линда в самом деле появилась через несколько минут. На этот раз на ней не было халата.
В руке девушка держала какие‑то ключи.
– Что это? – спросил Круз.
– Кет сразу сказала, чтобы я шла, куда мне надо, – ответила Линда. – Более того, она оказалась настолько любезна, что согласилась одолжить нам с тобой свою машину. Это ее ключи.
Круз вздохнул и удивленно помотал головой:
– Есть еще настоящие люди на свете…
Он поднялся со скамейки. Линда его повела за угол здания, где на маленькой стоянке стоял такой же небольшой автомобиль.
– Посмотри, какая у Кет машина, – сказала Линда. – Она не потребляет много топлива, Кет просто нарадоваться не может на нее.
Круз рассеянно глянул на автомобиль.
– Машина как машина, – бросил он.
Линда стала открывать дверь со стороны водителя.
– За руль сяду я, – объяснила она. – Ты сейчас слишком взволнован, Круз, и не спорь, пожалуйста.
– Я и не думаю спорить, – сказал Круз.
Он подождал, пока девушка откроет ему дверь и забрался на переднее сиденье.
Линда за рулем выглядела очень уверенно и изящно. В ней была какая‑то грация, которая присуща девушкам, сидящим на коне, на мотоцикле, за компьютером.
Однако у Круза Кастильо было сейчас не то настроение, чтобы развивать в мыслях эту тему.
– Помнишь, куда нам надо ехать? – спросил Круз. Девушка отрицательно помотала головой.
Круз назвал адрес. Линда вставила ключ в гнездо и завела двигатель.
Автомобиль плавно тронулся с места и влился в поток уличного движения.
Круз с большим трудом поднимался по лестнице. Ноги у него были словно ватные.
Линда шла впереди. Она остановилась у нужной им двери и нерешительно посмотрела на спутника.
Круз вздохнул и придавил кнопку звонка.
Дверь открылась сразу, как будто по ту ее сторону только и ждали, когда Круз приедет.
Это была соседка Джекоба. «Миссис Кроуфорд», – вспомнил Круз ее имя.
Лицо соседки было заплаканным.
– Миссис Кроуфорд, – запинаясь, пробормотал Круз. – Вот мы и пришли…
Он остановился. Он совершенно не знал, что сказать дальше.
Но соседка опустила голову и произнесла:
– Входите, мистер Кастильо. Дело в том, что я уже знаю о случившемся…
«Ей уже позвонили! – подумал Круз. – Но кто это мог быть? Не иначе, как негодяй Соммер. Идиот, не мог подождать…»
– Вы сообщали детям? – быстро спросил Кастильо. Женщина отрицательно помотала головой.
– Нет, мистер Кастильо. Какое там! У меня нет мужества… Как только я об этом узнала, я просто спряталась. Честное слово, мне просто страшно показываться девочкам на глаза…
Круз прошел в прихожую. За ним последовала Линда.
– Добрый день, миссис Кроуфорд, – поздоровалась девушка.
– Добрый день, мисс Дайал, – ответила соседка, – хотя какой же он добрый?
Она поднесла к глазам носовой платок, которого Круз раньше не заметил.
– А где дети? – спросил Кастильо.
– Там! – показала соседка. – Я, честное слово, боюсь заходить к ним…
Она заплакала. Линда обняла женщину.
– Не убивайтесь, миссис Кроуфорд, – Линда пыталась утешить старуху. – Джекоб теперь на небесах.
– Да, подняла женщина заплаканные глаза. – Таких, как мистер Мак–Клор, Господь всегда забирает к себе первыми. Я просто уверена, что мистер Джекоб теперь на небе и смотрит на нас…
– Миссис Кроуфорд, проведите нас к девочкам, – попросила Линда.
– Конечно, – шмыгнула носом женщина и пошла впереди Круза и Линды по коридору.
У двери, из‑за которой доносились веселые детские голоса, соседка остановилась и умоляюще посмотрела на молодых людей.
– Ведь они ничего, ничего не знают, – пролепетала женщина. – Боже мой, бедные малютки. Мистер Кастильо, – старуха смотрела на Круза таким взглядом, что у того защемило сердце. – Может быть, вы сами скажете им об этом… Я не могу присутствовать, у меня больное сердце…
– Идите, миссис Кроуфорд, – мягко сказал Круз. – Мы сами им все скажем.
– Я буду на кухне, – почти прошептала старая женщина и медленно скрылась за углом коридора.
Круз и Линда остались одни.
– Линда, честное слово, это так тяжело! – сказал Круз, неожиданно привлекая девушку к себе.
Он обнял ее, как бы ища у нее защиты.
– Я понимаю, – ответила Линда. – Но не можем же мы здесь стоять все время…
Она отстранила от себя Круза и подтолкнула его к закрытой двери.
– Давай, – сказала она.
Круз попытался проглотить комок, стоявший у него в горле и мешавший говорить и дышать. Ничего не получилось, и Кастильо приоткрыл дверь.
Он увидел Мегги и Санни, которые сидели за столом и играли в дочки–матери.
– Посмотри, Санни, – с важным видом говорила Мегги. – У мальчугана коклюш…
Она протягивала Санни куклу и тыкала пальчиком в игрушечное тело.
Круз приоткрыл дверь шире. На скрип двери девочки повернули головы и моментально повскакивали из‑за своего стола.
– Ой, дядя Круз! – воскликнула Мегги и обняла Круза за ноги.
С другой стороны к Кастильо подбежала Санни и уткнулась лицом в полу пиджака.
– Дядя Круз, – повторила за сестрой малышка. – А где папа? Он пришел с вами?
У Круза на глаза навернулись слезы.
Из ванны показалась Элли, она расчесывала волосы. Ее только что умытая мордашка так и светилась свежестью.
– Привет, дядя Круз! – радостно воскликнула девочка.
– Привет, дорогая, – сказал Круз.
– Как дела? – спросила девочка.
Она стремилась держаться важно, как взрослая. Круз решил, что дальше тянуть не имеет смысла.
– Ну‑ка, пойдем поговорим, – сказал он Элли. Осторожно взяв девочку рукой за плечо, Кастильо
провел ее в спальню, закрыл дверь и усадил на кровать.
Пока садился сам Круз, девочка продолжала расчесывать свои волосы, однако, она уже заметила сдержанность всегда такого веселого папиного друга. В глазах малышки появилась тревога.
Круз обнял девочку и притянул к себе.
– С твоим папой произошло несчастье… – сказал Круз.
Его голос прозвучал глухо.
Девочка посмотрела на Кастильо широко раскрывшимися глазами, слезы навернулись на ее глаза, губы задрожали.
Элли приставила кулачок ко рту и укусила его маленькими острыми зубками. Круз понял, что она так стремится сдержаться от плача, помня о присутствии сестер в соседней комнате. Круз понял также, что слабые нервы девочки не выдержат, самообладание ей изменит.
Рывком он притянул малышку к груди.
– Эй, Линда! – крикнул Круз. – Иди сюда!
За дверью раздались торопливые шаги, в спальню вбежала Линда, присела рядом с кроватью на колени, посмотрела Крузу в глаза.
Девочка стала вырываться.
– Где мой папа?! – истошно кричала Элли, молотя кулачками по плечам и груди Круза. – Отвечай, сейчас же отвечай! Где мой папа?
В дверном проеме показалась миссис Кроуфорд. Она сказала:
– Номер врача этих девочек записан на кухне! Я только что позвонила ему, доктор сейчас приедет…
Это было как нельзя более кстати, потому что Элли внезапно побледнела и потеряла сознание.
Врача звали Аластер Проуз, он был хорошим знакомым Джекоба Мак–Клора. Как только он узнал, что с Джекобом случилось такое несчастье, он сразу же примчался в квартиру Мак–Клора.
Сделав беглый осмотр, Аластер закатал Элли рукав и послушал пульс. Видимо, оставшись удовлетворенным, он расстегнул девочке платье и внимательно выслушал грудь стетоскопом.
– Обычный обморок, – облегченно констатировал
Он растер виски Элли спиртом и дал ей понюхать ватку, слегка смоченную нашатырем.
Девочка сморщила носик и чихнула. После этого она открыла глаза и обвела собравшихся довольно осмысленным взглядом.
К Элли подошла маленькая Санни и удивленно спросила:
– Что это с тобой произошло, сестренка? Ее поддержала Мегги:
– Элли, ты что решила покинуть нас?
Элли переводила взгляд с Мегги на Санни, и ее детские глаза наполнились совсем не детскими слезами.
Она ничего не ответила сестрам, только внезапно стала всхлипывать и повернулась к стенке, зажав зубами край полушки.
– Я побуду с детьми, – сказала Крузу и Линде миссис Кроуфорд. – А вы пройдите на кухню, вам надо поговорить с доктором…
Круз кивнул и прошел за Аластером Проузом и Линдой на кухню.
Войдя туда, он плотно закрыл за собой дверь. Доктор Проуз не спеша сел на стол и проговорил:
– Элли – очень умная девочка. С такими, в большинстве случаев, труднее всего. Но обычно они потом быстрее всех успокаиваются. Санни – совсем маленькая. Когда она вырастет – она уже не будет помнить отца.
Он перевел дух, посмотрел на молча слушавших Круза и Линду. Затем продолжал:
– Мегги… Ну, конечно, она больна… Вот о ней нужно позаботиться. Ежедневные уколы инсулина…
– Что? – удивилась Линда. – Инсулин?
– Да, а вы разве не знали? – спросил Проуз. – У девочки сахарный диабет…
– Диабет… – повторила Линда.
– Да, Линда, – Круз сжал руку девушки. – Я знал это, успокойся…
– Иногда Мегги нужно делать по два укола в день, – продолжал доктор Проуз. – Утром и вечером. И к тому же, несколько раз в день нужно будет делать анализы крови. Вы справитесь, я думаю…
– Ага, – кивнул Круз.
– Извините, доктор, – перебила Проуза Линда. – Вы говорите, что надо будет делать уколы? Аластер кивнул.
– Но я так боюсь игл… – поморщилась девушка. Аластер посмотрел на Круза.
– А у вас, мистер Кастильо, надеюсь, таких проблем нет?
– Нет, – спокойно ответил Круз, глядя перед собой в одну точку. – Я не боюсь уколов, мистер Проуз, только я не знаю как их делать. Я никогда никого не колол…
– Это не так страшно, – успокоил его Аластер Проуз. – Ну ладно!
Доктор хлопнул себя руками по коленям и поднялся с места.
– Приводите ко мне девочек послезавтра, и мы С вами все обсудим, – сказал он.
– Хорошо, спасибо большое, – поблагодарил Круз.
– Что обсудим? – не поняла Линда.
Она недоуменно глянула на Круза Кастильо. Молодой человек выразительно посмотрел на девушку.
– Линда, девочкам нужен постоянный уход, понимаешь? Доктор сейчас нам сказал лишь самые общие вещи…
– А–а-а, теперь понятно, – улыбнулась Линда. – Спасибо вам большое, доктор Проуз…
Аластер подал руку Крузу, после чего откланялся и удалился.
– Что же теперь будет с девочками? – спросила Линда Круза, когда они остались одни и вернулись на кухню.
– Не знаю, – ответил тот. – Надеюсь, что‑нибудь хорошее.
Линда подошла к окну и долго смотрела вдаль.
– Круз, – сказала она, резко повернувшись. – Круз!
– Да? – отозвался Кастильо.
– Круз, нам придется взять девочек к себе! – сказала Линда.
– Вот как? – поднял брови Кастильо.
– Ты что против? – насторожилась Линда. Молодой человек помотал головой.
– Нет, что ты. Я только хотел спросить, почему об этом говоришь мне ты?
Линда посмотрела на Круза непонимающим взглядом.
– Как это? Что ты имеешь в виду?
– Я хочу сказать, что ты меня опередила с таким предложением буквально на одну секунду.
Просияв, девушка подошла к Крузу и положила ему руки на плечи.
– Ты у меня прелесть, – заверила она его. – Я думаю, что мы прекрасно позаботимся о них…
– Я тоже на это надеюсь, – ответил Круз.
– Хороший человек этот доктор, – сказала Линда после небольшой паузы.
– Почему ты так решила?
– Я думаю, что теперь по таким вызовам, как этот, уже не ездят.
– Но ведь он был добрым знакомым Джекоба, – сказал Круз. – Вдобавок, доктора также бывают разными, как и все остальные люди… Ох, черт, до чего, все‑таки, тяжело!
Круз внезапно подошел к стене и довольно сильно ударил по ней кулаком.
– Осторожно! – воскликнула Линда. – Ты можешь сломать себе руку!
– Ерунда! – ответил Круз. – Что такое рука? Мне просто жить не хочется, когда я думаю, что еще вчера на этой кухне Джекоб мучался, придумывая, чем бы накормить своих «мартышек», как он их называл, в очередной раз…
– Да! Кстати, Круз! – воскликнула Линда. – Нас ждут мартышки, пойдем! Чувствую, нам с тобой придется здорово потрудиться, чтобы понравиться им!
Будильник вспорол утреннюю тишину. Круз привычно протянул руку в стремлении нащупать и выключить звонок, даже не открывая глаз, но будильника почему‑то на привычном месте не оказалось.
Круз решил, что будильник стоит со стороны Линды, он протянул руку в сторону, надеясь встретить там плечо лежащей рядом девушки.
Однако его рука встретила не плечо, а подлокотник кресла.
Тогда Кастильо раскрыл глаза и понял, что не будильник, а он сам находится в непривычном месте. Молодому человеку пришлось переночевать на двух составленных вместе креслах. Широкую кровать в спальне теперь занимали три девочки. Линда расположилась на холостяцком диванчике Круза. Этот диванчик был слишком узок для двоих человек.
От звонка будильника девушка беспокойно заворочалась и вот–вот могла проснуться. Круз одним прыжком соскочил на пол, протянул руку к будильнику и выключил назойливый звонок.
Сразу же после этого он чуть не упал: ноги затекли настолько, что совершенно не хотели держать Кастильо. Парню пришлось сесть на пол и некоторое время усиленно растирать их обеими ладонями.
Но вот, наконец, кровообращение пришло в норму. Круз смог подняться и одеться.
Первым делом после этого он решил пройти в спальню и посмотреть, как девочкам отдыхается на новом месте.
Осторожно ступая, он подошел к двери и только взялся открывать ее, как дверь распахнулась от чьего‑то толчка с той стороны.
На пороге перед Крузом предстала заспанная Мегги.
– Что такое, малышка? – присел перед ней на корточки Кастильо. – Почему ты подхватилась в такую рань?
Девочка терла руками глазки и ничего не отвечала. Круз подумал, что Мегги, как и он сам, проснулась и еще не совсем пришла в себя, просто не успела сориентироваться на новом месте.
– Ты хочешь в туалет? – наконец нашелся Круз. Но девочка отрицательно помотала головой. Такой ответ Круза озадачил. «Что еще могут хотеть по утрам маленькие дети?» – лихорадочно подумал он.
– Ты хочешь есть? – спросил Круз наугад. На этот раз Мегги кивнула утвердительно.
Круз вздохнул с облегчением. «Как все просто! – весело подумал он. – А я уже начал волноваться, что не смогу ей угодить, и она вздумает поднять шум. Конечно, она могла разбудить Лииду, и та сразу поняла бы, в чем дело – в женщинах эта понятливость присутствует от природы, хотя у Линды и детей‑то не было – но теперь с Мегги справлюсь я сам и тем самым сдам первый экзамен!»
Испытывая по утрам чувство внезапного голода,
Круз обычно не думая долго спускался вниз и заходил в пивную или же покупал в близлежащем магазине завтрак.
Так он решил поступить и на этот раз. Думая только о том, какая это нехитрая наука – быть отцом, Круз Кастильо обнял Мегги за плечи и повел девочку в прихожую. Там он вскользь заметил ей, снимая с вешалки спортивную куртку:
– Если Мегги желает есть, то мы с ней сейчас пойдем и купим завтрак!
Накинув куртку на себя, Круз уже собрался открыть входную дверь, как вдруг девочка потянула его за рукав.
– Дядя Круз! – несмело пропищала она. – Мне надо сперва одеться!
Круз с недоумением уставился на пижаму малышки.
«Ну и остолоп же я! – подумал Кастильо. – Это же надо – быть таким слепцом, не заметить даже, что ребенок не одет после сна…»
– Хорошо, хорошо, – поспешил успокоить Кастильо девочку. – Сейчас я тебя одену. Давай пройдем к моему письменному столу, только тихо, а то мы разбудим нашу тетю Линду, а она так устала вчера…
Круз и Мегги на цыпочках прокрались к письменному столу Круза. Молодой человек подхватил ребенка под мышки и усадил на стол.
– Вот тебе платье! – сказал Круз, подавая одежду девочке.
– А это не мое платье, – шепнула Мегги. – Это одежда Санни!
Круз снова выругал себя. Следовало быть более внимательным, платья двух сестренок различались, как минимум, на три номера.
Круз посмотрел на кресло, на спинке которого висело еще два платья. Но в котором вчера была Мегги, а в котором – Элли? Для Кастильо тяжело было отыскать вопрос труднее, и поэтому Круз решил просто–напросто спросить Мегги.
– А где твое платье, мартышка?
– Вот оно, – показала девочка.
Круз вздохнул с облегчением. Ребенок сам помогает своему воспитателю – это большое преимущество, взрослому надо всегда о нем помнить и активно использовать. Это сильно помогает в жизни.
Девочка стала снимать пижаму. Круз решил было помочь ей, как вдруг понял, что ему неловко смотреть на голенькое тельце ребенка.
Он ничего не смог с собой поделать – ему так хотелось отвернуться, что он проделал это и только тогда вздохнул с облегчением.
Круз Кастильо воспитывался в серьезной пуританской семье!
За его спиной девочка сопела, сражаясь с одеждой, но ни разу не призвала на помощь. Наконец, она произнесла:
– Все! – и даже похлопала Кастильо по плечу. Круз обернулся и помог ребенку спрыгнуть на пол.
– Слушай, а который час, а? – спросил Круз и тут же выругал себя за этот вопрос.
Что поделать, он привык общаться только со взрослыми!
Девочка же сразу ответила, как будто это было в полном порядке вещей:
– Не знаю!
«Если бы я чего‑то не знал, то не смог заявить об этом с такой откровенностью! – подумал Круз. – А вот она – может, и, похоже, ничуть при этом не смущается! Ну и ну, вот удивительно!»
Круз нашел часы на столе и поднес их к лицу.
– О господи! – воскликнул Кастильо. – Вы всегда так рано встаете?
Вопрос он адресовал невозмутимой Мегги.
– Да, – просто ответила девочка.
Кастильо уныло подумал о том, что его и Линду теперь ожидает.
– Ну что, пойдем? – спросил он.
Они вышли в прихожую. Девочка принялась искать свои туфельки.
В гостиной зашевелилась Линда. Она с трудом открыла глаза и посмотрела вокруг, потом села на диванчике. Одеяло соскользнуло вниз, обнажив округлые плечи девушки.
Линда сладко потянулась, но тут услышала детский голос, которому отвечал басок Круза. Вспомнив, что к квартире находятся дети, девушка быстро натянула одеяло на себя.
Она протянула руку, нащупала блузку, одела ее и только тогда села на постели.
Теперь, когда у них с Крузом появились девочки, следовало следить за своим внешним видом все двадцать четыре часа в сутки. Линда уже не могла, как раньше, сбегать на кухню и выпить стакан апельсинового сока в одной ночной рубашке.
«Надо будет приобрести какие‑нибудь костюмы для дома, – подумала девушка. – И ночные костюмы. Пижамы и тому подобное… Да–да, теперь мы с Крузом должны принять вид благопристойной пожилой четы…»
Девушка усмехнулась таким мыслям: уж очень непривычными они ей показались.
Из прихожей донесся голосок Мегги:
– Так ты ведешь меня завтракать?
– Да!
Это ответил Круз.
– А как же мои сестры? – снова спросила девочка.
– О Господи, Мегги, не волнуйся за них, – ответил Кастильо. – Они еще спят, и давай не будем их будить. Мы их тоже накормим, когда они проснутся…
ГЛАВА 7Новый напарник Круза Кастильо. Завещание Мак–Клора. Что такое опекунство? Детский приют. Знакомство с отцом Джозефом. Дети–сироты.
Комиссар Джонатан Соммер стоял перед столом в своем пуленепробиваемом «кабинете» и разговаривал по телефону. За ним было забранное жалюзи окно, сквозь него на пол кабинета падали редкие лучи солнца.
– Послушай, это все не так просто, – проговорил в трубку Джонатан Соммер и стал выслушивать ответ.
– Нет, нет, Пит, – сказал он через некоторое время. – Я не могу этого сделать. Для того будут нужны люди, а у меня сейчас людей нет… Точно, ты правильно информирован, вчера убит один инспектор…
На стенах висели портреты преступников. Комиссар продолжал говорить:
– Да, вот теперь ты меня понял. Я буду рад… Да. Пришли мне еще народу. Да. А то у меня здесь люди убивают друг друга, накуриваются до смерти… Ну и прекрасно. Да. Ну, пока, все. Пока. Соммер положил трубку.
Хлопнула входная дверь. Комиссар услышал ее звук по мелкому сотрясению стенок его «кабинета». Он повернул голову и увидел, что в комнату инспекторов вошел Круз Кастильо.
Круз пришел достаточно рано, почти никого в здании полицейского участка еще не было. Комиссар увидел, как Кастильо прошелся по комнате до того пятачка, который был отгорожен шкафчиками, где хранились спецформа и личное оружие полицейских.
У Круза были опущены плечи, он буквально волочил ноги. «Парень переживает смерть напарника», – понял комиссар Соммер.
Старик взял в руку папку с бумагами, неслышно открыл дверь, вышел из своего отделения, так же неслышно закрыл дверь за собой и спокойно пошел к Крузу.
Он увидел, как Кастильо присел возле шкафчика Джекоба Мак–Клора, открыл его и бездумно уставился на куртку, бронежилет и другие вещи покойного.
Комиссар осторожно кашлянул, но Круз, хотя и понял по кашлю, кто пришел, никак не отреагировал на появление еще одного человека.
– Круз, ты еще сердишься на меня, сынок?
Кастильо совсем не ожидал услышать от комиссара такой тон. Соммер проговорил эти слова самым настоящим отеческим тоном, да еще и слово выбрал – «сынок»! Ну и ну!
У Круза не было сил продолжать злиться на старика. Он молча помотал головой.
– Ну вот и прекрасно, – сказал Джонатан Соммер.
Очень трудно было старику Соммеру подобрать такие слова, чтобы не рассердить нервного полицейского. Но он недаром так долго работал в полиции. Если Соммер хотел, он мог запросто выкинуть на улицу неугодного ему человека. Но если так было нужно – тогда старик был само обаяние и отеческая забота.
– Сынок, ты будешь работать в паре с Мартином Гастингсоном. Пока. Ты знаешь, я только что разговаривал с управлением…
– Ну и что? – Круз спросил только для того, чтобы не сидеть как истукан.
– Они меня обнадежили. Сказали, что пришлют нам новобранцев. Ну, что это такое – ты можешь легко представить. Среди этих ребят могут попасться маменькины сынки, а могут быть такие парни – просто чудо!
– Такие как Джекоб, – пробормотал себе под нос Круз Кастильо.
– Что? – не расслышал старик. – Да, такие, как Мак–Клор…
Возникла непродолжительная пауза. Через несколько секунд комиссар сказал:
– Ты введи Мартина в курс дела. Расскажи, что как…
– Это лишнее, сэр, – возразил Круз. – Парень ведь прекрасно работал у себя на участке. К тому же, в последнее время работал один. У него опыта – хоть отбавляй…
– Не совсем, – покрутил головой Джонатан Соммер. – У него был спокойный участок. Твой же участок, – старик Соммер поймал на себе пристальный взгляд Круза, поперхнулся и поправился: – твой и Мак–Клора участок гораздо опаснее. У вас кто‑то распространяет наркотики. Несколько ограблений, вот теперь это убийство. Вам будет чем заняться с Мартином. Л на его участок я найду людей…
Круз уныло кивнул.
– Ладно, шеф, все будет сделано.
Молодой человек встал с лавочки, прошелся туда–сюда между шкафчиков.
– Да, Круз, прочти еще это!
Кастильо обернулся к комиссару и увидел, что старик протягивает ему папку с бумагами, которая с самого начала разговора была у него в руках.
Круз взял папку и спросил:
– Что, прямо сейчас прочесть?
– Прямо сейчас! – подтвердил Соммер.
– Что это? – удивленно поднял брови Круз. – У Джекоба было завещание?
– Да! – сказал комиссар. – Я проглядел его. Он немного оставил после себя.
– Почему? – спросил Круз Кастильо. – А страховка? Ведь он страховал свою жизнь!
Старик комиссар со скептическим видом помотал головой:
– Почти вся страховка пойдет на оплату медицинских счетов его жены…
– Почти вся? – Круз ахнул.
– Да, мой мальчик, – кивнул Соммер. – Такова реальность…
Но Круз уже не слушал комиссара. Он вчитался в текст завещания и строчки запрыгали у него перед глазами:
– Как? Мак–Клор хотел, чтобы я стал опекуном над его дочерьми?
Соммер внимательно посмотрел на Круза.
– Да, я читал, Кастильо.
– Секунду! – произнес Круз и опустил руку с завещанием. – А как же его родственники?
– У него никого не было! – сказал комиссар.
– Как никого? У него же брат был!
– Читай завещание, Кастильо! Там написано черным по белому, чтобы за его детьми присматривал ты! Он все переложил на тебя, делай все, что угодно.
Круз на несколько минут лишился дара речи. Он оглянулся в поисках того, куда бы присесть.
Комиссар пододвинул Крузу пластиковый стул.
– Садись, сынок, садись…
Круз сел, комиссар опустился на стул рядом.
– Кури! – старик протянул Крузу коробку сигар, но Круз помотал головой:
– Спасибо… Я не курю…
– Молодец, – сказал Джонатан Соммер, откусывая и выплевывая кончик сигары.
Он взял сигару в рог и, прикурив се от спички, с наслаждением затянулся.
– Ну, так что ты намерен делать, Круз? – спросил прищурившись, Соммер. – Ты на него пожаловаться уже не сможешь…
– Ах, ради Бога, комиссар, молчите, – взмолился Круз. – Дайте подумать…
– Думай, сынок, думай, – спокойно сказал Соммер. – Только у тебя нет особенно времени. Все надо решать быстро…
Круз уже не слышал начальника. Он размышлял. Вот на него свалилась громадная забота: только что не было детей – и тут на тебе – сразу три девочки! И пока что ума нельзя приложить, что с ними делать?
У Круза в голове было совершенно пусто. Он даже не знал, с какой стороны подступиться к этой проблеме. Девочек надо было усыновить? Или удочерить? Как это правильно называется – оформить опекунство?
«Трудно соображать, когда в горле сухо», – подумал Круз. Нет, он сейчас не собирался употреблять спиртное. Было стишком рано, к тому же Круз отдавал предпочтение выпивке по причине радости, а не горя.
«Хорошо бы выпить кофе», – подумал Круз и рассеянно пошел к своему столу.
Комиссар Соммер проследил за Крузом взглядом, по ничего не сказал.
Но Кастильо не дошел до рабочего места. По дороге он вспомнил, кто ему может помочь. Дело в том, что у них в участке был отдел по работе с детьми и подростками, а также по борьбе с детской преступностью. «Детский отдел», как его все называли. Там работала Луиза – бойкая и острая на язык девушка. Она‑то и должна была быть в курсе всего, поскольку в се компетенцию входила также борьба с нарушениями различных требований правовых отношений между взрослыми и детьми.
«Луиза мне скажет, что такое опекунство, и с чем его едят!» – думал Круз Кастильо, открывая дверь детского отдела.
Девушка оказалась на месте. После нескольких вежливых и ничего не значащих вопросов и ответов о погоде и личной жизни Круз сказал напрямик:
– Луиза, ты наверное слышала, у меня погиб напарник. Так вот, ситуация такая. У него три дочери, и мне хочется знать, что значит опекунство.
– Опекунство? – переспросила Луиза и на мгновение задумалась. – Ну, это значит у тебя будет много проблем и мало времени. Опекун – это значит, ты полностью отвечаешь за детей. Очень много документов, беготни, очень много головной боли…
Круз внимательно слушал Луизу.
– Потом тебя еще ожидают различные вложения денег – врачи, школа… Потом, ты ведь наверняка захочешь, чтобы у детей были хорошие родители…
– Какие родители? – не понял Круз.
– Новые родители! – пояснила Луиза. – Разве ты не знаешь? Сиротам подыскивают новых родителей. А ты наверняка захочешь, чтобы у них родители были хорошими. Значит, ты будешь сам разговаривать с каждым из них…
– Ну, ладно, ладно… – бросился останавливать девушку Круз. – Это все в будущем. А что сейчас мне делать? Ты подскажешь?
– Отчего же нет? Давай документы!
– У меня только завещание Джекоба.
– Для начала этого хватит… – сказала Луиза. Круз подал ей завещание. Девушка быстро пробежала его глазами и вернула бумагу Кастильо.
– Ну что же, все в порядке, – сказала она. – Знаешь, Кастильо, я вот тебе что посоветую. Ты подготовь все документы и отдай их нам. Ты мог бы пойти в муниципалитет, в городское управление, но к чему тебе эта дополнительная суета? Я сама все сделаю, и недорого возьму. Как коллеге, Круз. Соглашайся…
Круз промолчал.
Луиза смотрела на Кастильо большими голубыми глазами, на дне которых, казалось, затаилась насмешка.
– Кстати, я помню детей этого Мак–Клора, – сказала девушка, которой просто хотелось с кем‑нибудь поговорить. – Как‑то я встретила его с дочерьми, когда они шли по улице… Так вот, эти девочки симпатичные, они должны быстро найти дом, где их согласятся принять. Ну, недели две, может быть, тебе, Круз, придется потерпеть…
– Две недели? – Круз удивленно присвистнул. – Слушай, Луиза, мы с Линдой собирались переезжать, нам просто жить негде.
– Слушай, вот что я вспомнила! – Луиза торжествующе посмотрела на Круза. – Есть один священник. В церкви Святой Девы Марии. У него там приют для детей…
Девушка принялась копаться в документах, которые в большом беспорядке лежали у нее на столе. Наконец она протянула Крузу какой‑то листок.
– Вот, посмотри. Его зовут отец Джозеф.
Протянутая бумага оказалась воззванием к населению города. Подписан документ был неким отцом Джозефом и призывал положить конец общественным катаклизмам, которые становятся причинами появления новых бездомных детей и детей–сирот. В конце документа стояло: «Отпечатано в церкви Святой Девы Марии. Манхаттан.»
– Понятно, – кивнул Круз, прочитав листок.
– Там на обороте я написала адрес, – сказала Луиза.
Круз посмотрел на оборот листка.
– Ага, спасибо, – поблагодарил он, заметив торопливые каракули. – А когда к этому священнику удобнее будет наведаться?
Луиза пожала плечами:
– Да в любое время, – сказал она. – Ведь это детский приют. Отец Джозеф там просто–напросто живет. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление…
– Ну что, Круз, нам выпало работать в паре? Таким вопросом приветствовал Мартин Гастингсон
Круза Кастильо, когда тот вернулся из детского отдела в комнату инспекторов.
Круз хмуро посмотрел на Мартина, отмечая, что приветливая улыбка Гастингсона сейчас выглядит совершенно неуместной.
Но все‑таки Кастильо с чувством пожал протянутую руку.
– Да, Мартин, теперь ты мой новый напарник, – сказал Круз.
– Я думаю, мы сработаемся, – проговорил Мартин. – Но с чего мы начнем? Время выезжать на патрулирование!
– Время, говоришь? – Круз посмотрел на часы. – Ну, тогда поехали!.. Стоп, а где старик?
Мартин пожал плечами.
– Уехал куда‑то…
– Ну ладно, поехали. Кстати, – сказал Кастильо. – Как там в приказе записано: кого из нас к кому прикрепили – меня к тебе или тебя ко мне?
