Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Генри Крейн
Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 139 (всего у книги 332 страниц)
Приобретенные дома помогает Тэду. Цифры, названные в кабинете. За машину можно заплатить паштетом. Чужой человек в доме. Любовь и бизнес несовместимы. Не дружат собаки и кошки…
Не прошло и двух месяцев, как дом Тэда и Каролины Кэпвеллов приобрел подобающий вид. Многочисленные комнаты заполнились мебелью и всевозможными вещами. СиСи сильно помог сыну, особенно благодаря Софии. Ведь та не отстала, пока СиСи не подписал чек.
Тэд долго упирался, не соглашаясь принять от отца деньги, но потом, под нажимом Каролины согласился.
Началась совсем другая жизнь. У Каролины не было ни минуты свободного времени. Она собственноручно отполировала всю мебель, привела в порядок все, что только можно было привести. И потом перед ней встал вопрос: если в доме все сияет и все в порядке, то что же, собственно говоря, теперь делать ей? Когда Тэд уходил на службу, а теперь он пропадал на работе от рассвета до заката и даже по выходным брал на себя массу обязанностей, Каролина ходила по дому и не знала, чем заняться. Мориса она отдала в престижную загородную школу, и теперь сын навещал мать лишь по выходным дням.
Странное дело, но дела у Тэда Кэпвелла после приобретения дома пошли в гору. Каждый считал, что если адвокат смог приобрести себе такой дом, то лучшего защитника ему не найти. Процветал сам Тэд Кэпвелл, процветала фирма, с которой он сотрудничал. За два месяца он сделался ее ведущим специалистом и теперь уже львиная доля ее доходов приходилась на Тэда. Тэду начинало казаться, что даже Джейк Уоренджер начинает ему завидовать, хотя и у Джейка дела шли великолепно. Он провернул два огромных дела, которые принесли ему и деньги, и известность.
Тэд оборудовал себе в доме роскошный кабинет, обставил его антикварной мебелью. И хоть самому хозяину этот кабинет казался слишком роскошным и даже неудобным для работы, он был доволен, потому что теперь он мог принимать клиентов у себя дома. Он это и начал делать, ведь его офис был куда скромнее. Поэтому в доме он принимал только важных клиентов, и у тех язык не поворачивался называть небольшие суммы. Суммы называл сам хозяин. И в первые дни Тэд Кэпвелл смущался, называя суммы, но потом он настолько привык и понял, что другая цифра в этом кабинете прозвучит смешно и некстати. Клиенты покорно соглашались платить любые деньги за его услуги.
Теперь Тэда было уже нелегко узнать: в нем мало что осталось от того незадачливого, романтически настроенного парня, которого все знали в Санта–Барбаре как ведущего популярной программы на ультракоротковолновой радиостанции. Сейчас это был очень солидный респектабельный мужчина и только когда он снимал очки, можно было заметить, что он еще молод. Все, кто только видел Тэда и Каролину, считали, что жена намного моложе своего мужа, хотя все было наоборот: Каролина была старше Тэда на пять лет.
Когда вечером из кабинета Тэда Кэпвелла ушел последний клиент, Каролина поднялась на второй этаж и тихо приоткрыла дверь.
– Ты не занят, Тэд? – спросила она вкрадчивым голосом.
– Занят, я работаю.
– Ты все время работаешь, – вздохнула она, – ведь хоть изредка нужно отдыхать.
– Изредка я и отдыхаю. Понимаешь, если я перестану работать, то все это, – Тэд огляделся вокруг, – думаю, ты догадалась, что произойдет.
– Нет, я не догадываюсь, – Каролина пожала плечами.
– Тогда я тебе объясню: все это может рухнуть.
– Ах, рухнуть? Думаю, этого не произойдет. Разреши, я войду.
– Входи, – Тэд кивнул. Каролина прикрыла за собой дверь.
– Ты меня, конечно, извини, что я отвлекла тебя от работы, но у меня серьезный разговор.
– Серьезный разговор? – Тэд снял очки в тонкой золотой оправе, положил их на свой массивный письменный стол, именно такой, о котором мечтал.
– Я тебя слушаю, Каролина, – он посмотрел на жену, сидя в старинном мягком кресле.
– Знаешь, что я тебе хочу сказать?
– Нет, но надеюсь, это важно, если ты решилась оторвать меня от работы.
– Да, это очень важно, – Каролина переминалась с ноги на ногу.
Тэд поежился. Он не любил, когда Каролина вот так стоит посреди кабинета.
«Неужели она опять забеременела?» – подумал Тэд. Но Каролина заискивающе улыбнулась:
– Звонила подруга Джейка Уоренджера.
– Ну и что?
– Она очень благодарила нас за ужин и восхищалась моим паштетом.
– Да? – Тэд пожал плечами, еще не понимая, куда клонит Каролина.
– Да, она восхищалась моим паштетом и я сегодня утром отвезла ей фунт паштета.
– И что?
– Как это что, она заплатила мне тридцать пять долларов.
– Что? – Тэд оторвал взгляд от текста.
– Она заплатила мне тридцать пять долларов наличными, – повторила Каролина.
– Не понял, – Тэд пожал плечами, – ты что, берешь деньги с друзей?
– Нет, я беру иногда чеки, но сейчас заплатили наличными, и я не могла отказать.
– Я не понимаю тебя, Каролина, ты сама потребовала деньги?
– Нет, мне предложили. Раньше когда‑то я зарабатывала, но всегда получала не наличными, а теперь это было так соблазнительно… Ведь я тоже хочу зарабатывать.
– Неужели тебе мало денег? – изумился Тэд.
– Нет, денег вполне достаточно, но я думаю, что смогу сама заработать тоже немало, и я подумала…
– О чем ты подумала? – уже немного разозлившись, спросил Тэд.
– Я подумала, что наша машина недостаточно вместительна.
– Каролина, неужели в нашу машину мы не влезем втроем? По–моему, там места хватит и для десятерых человек.
– Нет, но это не то. Ты же посмотри, наша машина совсем не модная и я бы хотела такую… знаешь, теперь выпускают… с широкими шинами, не знаю как они там называются, но смотрятся очень прилично.
– Да, – вздохнул Тэд, – я видел такие машины, но по–моему, нам немного рано думать о ней.
– Нет, Тэд, – Каролина слегка улыбнулась, – это в самом деле, чудесная машина и я даже уже договорилась о ее покупке. Я все оформила, осталось только подписать…
– Ты хочешь сказать, осталось только заплатить? – съязвил Тэд.
– И это тоже.
– И ты, Каролина, уверена, что такая машина тебе жизненно необходима?
– Конечно, Тэд, это всего лишь какая‑то часть счастья, но она необходима.
– Так во сколько это обойдется нам?
– Тэд, я заплачу своими деньгами.
Тэд растерялся, он никак не мог взять в толк, о каких своих деньгах говорит Каролина. Ведь он привык считать, что деньги у них общие, а если быть поточнее, заработаны они им.
– Ты не ответила, сколько это будет стоить?
– Двадцать пять тысяч, – проговорила Каролина, прикрыв глаза.
Ей самой было немного страшно называть эту сумму. Ведь она знала, что денег у них сейчас не так уж и много.
– Двадцать пять тысяч, – повторил Тэд.
– Тебя смущает сумма? – спросила Каролина, стараясь держаться как можно более спокойно.
– А тебя нет?
– Ну и меня немного. Правда, я имела время подумать, в отличие от тебя.
– Спасибо, что предупредила, а не поставила перед фактом, – ответил Тэд.
– А почему я должна от тебя что‑то скрывать?
– И, в самом деле, почему? Я же говорю, спасибо, что предупредила. Так ты собираешься, Каролина, расплатиться своими деньгами?
– Разумеется.
– Только интересно, где ты их возьмешь?
– Заработаю.
– На паштетах?
– Да! – Каролина даже притопнула ногой, так ее злила недогадливость Тэда.
Тэд Кэпвелл задумался.
– Тогда тебе еще придется продать семьсот фунтов печеночного паштета и тогда можешь покупать машину на свои деньги.
– Так ты не хочешь сделать покупку? Но ведь я же договорилась, ты представляешь, как я буду глупо выглядеть?
– Единственно ради этого я позволю тебе впустую истратить наши с тобой деньги. И, пожалуйста, Каролина, больше не говори о моих деньгах, о твоих… Это все наше.
– Тэд, я понимаю, это, конечно, безумие – двадцать пять тысяч за машину – к тому же, что одна у нас уже есть.
– Нет, Каролина, если тебе приятно, то пожалуйста.
– Тэд, неужели ты не хочешь доставить себе удовольствие проехаться в новой машине?
– По–моему, это немного дороговато для простого удовольствия, но если это доставит удовольствие тебе, то пожалуйста. Но впредь предупреждай меня немного пораньше, до того, как ты оформила бумаги.
– Впредь, Тэд, я буду покупать на свои деньги.
– Откуда ты их возьмешь?
– А почему бы мне не открыть свой бизнес?
Тэд изумленно посмотрел на свою жену, обошел стол и уселся за него, подперев голову руками. За письменным столом он почувствовал себя немного увереннее. Жена казалась ему уже клиентом, с которым он ведет деловой разговор.
– Так ты хочешь открыть свой бизнес?
– Естественно. По–моему, деньги не будут лишними.
– Неужели ты считаешь, что сможешь заработать больше меня?
– А почему бы и нет?
Каролина смотрела на мужа холодно, словно бы ожидала на каждое свое предложение отказ, и Тэд уловил это ее настроение. Он понял: спорить бессмысленно.
– Ну что ж, если хочешь, открывай собственный бизнес. Но я не думаю, что это тебе необходимо.
– А я думаю иначе.
Каролина повернулась и вышла в коридор, а Тэд остался сидеть в кабинете, не зная, чем заняться. Конечно, дел было по горло, но возвращаться к бумагам, думать о чужих проблемах, пусть даже за них платили большие деньги, Тэду не хотелось. Теперь проблемы возникали в его собственном доме – он не мог понять собственную жену.
«И чего ей неймется? Почему она не может спокойно сидеть на месте? Ведь все у нее есть: дом, машина, обстановка, ребенок. Придумала какой‑то бизнес… Лишняя обуза, а что мы будем иметь от него? Каких‑нибудь пару долларов в день, но это же несерьезно».
Тэд сидел в тяжелом раздумье. Дверь в его кабинет снова приоткрылась. Он приподнял голову и посмотрел на жену.
Тэд только открыл рот и хотел что‑то у нее спросить, но та опередила его.
– Я все‑таки открою свой бизнес, я решила твердо и ты можешь мне не возражать – не поможет.
Дверь громко хлопнула, и Тэд услышал торопливые шаги жены, которая спускалась на кухню. Он вскочил из‑за стола, хотел броситься за ней вдогонку, но остановился.
«Что я скажу ей? – подумал Тэд. – Человек может только сам убедиться в ошибочности своих поступков, а уговаривать и разубеждать у меня просто не хватит сил. Но дело в том, что ее ошибки могут мне очень дорого стоить и лучше попытаться ее отговорить, прежде, чем она начнет собственное дело. Ведь с высоты своего положения я понимаю: это сущий бред пытаться торговать паштетом, к тому же, если готовить его самой».
Тэд распахнул дверь. Его взору предстала пустая лестница, а из кухни слышался звон посуды. Он некоторое время колебался, несколько раз брался рукой за перила и наконец решился.
Тэд буквально ворвался в кухню. Каролина стояла возле плиты, весь ее вид выражал решительность и напор.
– Подожди, Каролина, чем ты хочешь сейчас заняться?
– Я хочу готовить очередную порцию паштета. Я уже созвонилась с друзьями, и они готовы его купить.
– Каролина, опомнись, зачем тебе это нужно?
– Нет, я уже все решила, можешь меня не отговаривать.
– Это безумие.
– Не думаю.
– А нужно думать.
– Не хочу, я тебе все уже сказала.
– Каролина! – Тэд подбежал к жене и схватил ее за руку.
Та зло вырвалась.
– Я сказала тебе – не мешай, у тебя же полно дел, иди и работай. Я же не мешаю тебе просматривать бумаги.
– По–моему, Каролина, я только что сидел и занимался именно этим, а теперь мне не идет в голову работа, я все время думаю о тебе.
– А ты не думай.
– Не могу, ведь ты же моя жена.
Но Тэд не был бы хорошим адвокатом, если бы не умел убеждать. Он понял, что идти напрямую невозможно. Каролина вбила себе в голову идею разбогатеть на печеночном паштете и отговорить ее сейчас не удастся.
– Ну хорошо, – вкрадчивым голосом начал Тэд. Каролина насторожилась.
– Ты, по–моему, задумал какой‑то подвох…
– Да нет, что ты, ты меня убедила: печеночный паштет – это идеальное занятие, это здорово.
– Ты в самом деле так думаешь? – недоверчиво улыбнулась Каролина.
– Конечно, – Тэд сбросил пиджак и повесил его на спинку стула, – это великолепная идея. Во всяком случае, это лучше, чем делать кровяную колбасу или коптить окорока.
– Я так и думала, что ты издеваешься, – Каролина заложила руки за спину.
– Нет, я абсолютно серьезно. Ты представляешь себе, как бы мы жили тут, если бы ты обвешала всю кухню окороками, во дворе мы поставили коптильню? А так в наши холодильники спокойно может набиться тьма печенки. Ты будешь ее варить, а Морис перестанет ходить в школу и будет помогать тебе перекручивать ее на мясорубке. Я думаю, нам следует купить большую емкость и промышленный холодильник.
Каролина уже не хотела слушать Тэда, а тот вновь напустил на себя серьезный вид.
– Не обижайся, это так, прорвалось немного из прошлого. Я и в самом деле верю в успех. Я только жалею об одном…
– О чем?
– Что это не я подтолкнул тебя к этой мысли. Каролина горделиво улыбнулась.
– Да–да, именно не я. Ведь всегда важно человека подтолкнуть к великим свершениям, но ты сделала это сама.
– И я не жалею о своем выборе, – бросила Каролина.
– А вот я жалею о твоем выборе, потому что кто‑то должен заниматься домом. Неужели ты хочешь, чтобы я превратился в домохозяйку? Ты посмотри, сколько у нас в доме всего из обстановки, ведь за этим нужно присматривать.
– Я успею делать и то, и другое.
– Сомневаюсь. Ты втянешься в дело, и мне придется самому заниматься домом, ведь каждому человеку кажется, что его дело самое главное. До этого ты присматривала за всем у нас и все было великолепно, а теперь ты думаешь только о печеночном паштете.
– Да не думаю я о нем.
– А о чем же ты думаешь?
– Я думаю о деньгах.
– Хорошо, Каролина, только давай не будем ссориться, – уже почти выкрикнул Тэд, теряя самообладание.
– А я и не ссорюсь, – спокойно ответила Каролина, доставая из морозильника большой кусок печени.
– Тебе нечем другим заняться?
– Я займусь этим позже.
– Хорошо, Каролина, ты убедила меня окончательно. Я понял, что с выбранной дороги ты не свернешь. Но тогда у меня есть одно предложение…
– Ты не станешь меня отговаривать от занятий собственным бизнесом?
– Нисколько, я только облегчу тебе жизнь.
– Похвально, – вздохнула Каролина, – но по–моему, ты приготовил мне очередную гадость. Как ты собираешься облегчить мне мою жизнь, вот такими ссорами?
– Нет, мое предложение крайне рационально: нам нужно нанять прислугу.
– У нас есть лишние деньги? – холодно осведомилась Каролина.
– Но ты же заработаешь много денег на печеночном паштете, и мы сможем содержать прислугу.
Каролина задумалась, а Тэд пытался не упустить спасительную возможность.
– Я уже прикинул, что это будет самый удобный вариант и даже знаю человека, который нам подойдет.
– По–моему, выбирать прислугу следует мне и вообще, Тэд, мне кажется, ты перестал считать меня хозяйкой в этом доме, тебе хочется сделать меня здесь лишней, – она обиженно отвернулась.
– Нет, Каролина, я говорю абсолютно серьезно: так будет лучше всем. Недавно мне один из клиентов порекомендовал чудесную женщину, чудесную домработницу.
– Она молодая? – спросила Каролина, ехидно улыбнувшись.
– Нет, – гордо ответил Тэд, – это пожилая полная женщина.
– Ну у тебя и вкусы, – вздохнула жена, – мог бы привести молодую и красивую.
– Я же сказал, я хочу облегчить тебе жизнь, а не усложнить.
Тэд попробовал обнять Каролину, но та зло толкнула его локтем в бок. Удар получился не сильным, но больным. Тэд поморщился, ему не хотелось показать, что он обижен на жену.
– Я приглашу эту женщину в дом, ты поговоришь с ней и решишь сама, стоит ли она того, чтобы работать у нас в доме или нет.
Каролина задумчиво посмотрела в потолок.
– Если сказать тебе откровенно, то я сразу же отказываюсь от такого предложения. Я сразу же скажу ей «нет», кем бы она ни была.
– А ты подумай, может быть, это тот самый толчок, о котором я говорю.
– Тебе не кажется, Тэд, что сама идея о том, чтобы чужой человек жил у нас в доме довольно странная?
– Не менее странная, чем занятие по изготовлению паштета, – зло отрезал Тэд и вышел из кухни.
Уже из коридора, чтобы не слышать возражений жены, он крикнул:
– Завтра я приглашу эту женщину в дом, и ты с ней сможешь поговорить.
– Спасибо за заботу, – крикнула Каролина, но Тэд ее уже больше не слушал.
Тэд поднимался по лестнице в свой кабинет. Он понимал, что работа у него сегодня больше не склеится, но ему хотелось побыть одному, подумать, стоит ли отговаривать ее дальше или предоставить самой разувериться в начатом деле. И вообще, Тэду начало казаться, что их жизнь в последнее время разладилась: постоянные размолвки, недоуменные взгляды, недоговаривания, какие‑то странные проекты, придуманные Каролиной… Все это выводило его из себя, а в последнее время просто начало угнетать и злить.
«Боже, ну чего же ей не хватает? Все как у всех, даже лучше. Многие нам завидуют, считают замечательной парой, а мы вот уже чуть ли не каждый день начинаем ссориться, постоянно возникает непонимание и собственно, из‑за чего? Из‑за какой‑то ерунды, из‑за разбитой тарелки, из‑за не поставленной на место вещи, то из‑за царапины на полированной поверхности стола… Как все это надоело. И чего же ей не хватает? Ведь меня, в принципе, все устраивает, а она… Может, у нее кто‑то появился?»
Тэд широко шагал по кабинету из угла в угол.
«Но тогда никто не стал бы заниматься паштетами, – успокоил сам себя Тэд и улыбнулся. – Это странно, если бы Каролина завела себе любовника да еще занялась бизнесом. Это невозможно. Два этих занятия несовместимы».
Тэд успокоился от этой догадки, опустился за свой письменный стол и попытался просматривать оставленные бумаги.
Но мысли путались, он слышал голос жены, слышал, как она покрикивает на кота в кухне, слышал как там гремят кастрюли и сковороды.
«Черт, неужели это она и на самом деле серьезно? Неужели она твердо решила заниматься изготовлением паштета и развозить его на новой машине по клиентам? Ведь это даже стыдно, что у Тэда Кэпвелла, у солидного адвоката, к которому обращаются самые лучшие и самые богатые клиенты, жена дома готовит паштет, а потом его развозит, получая за это наличными. Еще не хватало, чтобы Каролина назвала этот паштет «Паштет Кэпвеллов» или еще что‑нибудь в этом роде – короче, поступит так, как поступила Джина с печеньем. Когда отец узнал, что Джина изготавливает печенье с его фамилией, он пришел в бешенство, он буквально метался по дому».
Тэд вспомнил, как злился отец и вспомнил, что он и его отец очень похожи, что сейчас Тэд понемногу превращается в настоящего Кэпвелла.
Тэд услышал, что дверь его кабинета кто‑то пытается открыть.
«Неужели Каролина?»
Но потом он догадался, услышав грохот в кухне, кто это может быть. Он поднялся из‑за стола, открыл дверь, и в кабинет вбежал пес. Тэд опустился на колени, обнял его за шею и погладил по шелковистой шее.
«О Бенни, в этом доме один ты понимаешь меня и слушаешься. Ну что, пришел, тебе не дали паштета, да? Это знаешь, почему? – пес вместо ответа тявкнул. – Это потому, что я против того, чтобы Каролина занималась его изготовлением. Поэтому ты ничего и не получил. А вот кота она, наверное, кормит этим паштетом. Ну правильно, Бенни, не ешь его, не ешь, я лучше дам тебе конфету».
Тэд взял с комода вазу с конфетами, выбрал самую вкусную, развернул и подал псу. Тот радостно завилял хвостом и, ловко схватив конфету, улегся на ковер у ног хозяина. Тэд удивился сам тому, каким он беззащитным себя чувствует. Он не может даже справиться с собственной женой.
Тэд устало присел рядом с псом на ковер.
– Бенни, Бенни, – приговаривал он, почесывая пса за ухом.
Тот крутил головой и, громко чавкая, ел конфету. Окончив с этим занятием, Бенни преданно заглянул в глаза хозяину и принялся стучать хвостом по ковру.
– Не расстраивайся, Бенни, – произнес Тэд Кэпвелл, – мне тоже не дают этого печеночного паштета. Мы поступим хитрее: ночью спустимся на кухню, откроем холодильник, и я позволю тебе есть печеночный паштет прямо из пластмассовой формочки, в которой он застывает. Ты съешь его сколько угодно.
Пес словно бы понял слова хозяина и дружелюбно тявкнул. Тэд обнял пса за шею и потерся щекой о его шелковистую шерсть. Пес преданно лизнул хозяина в щеку.
– Вот видишь, какие мы с тобой счастливые! – произнес Тэд. – Мы с тобой пойдем, разорим весь холодильник, а потом все свалим на нашего кота, на Китти. Ведь правда, Бенни, ты же не любишь эту гнусную кошку? Не понимаю, почему Каролина с ней так носится? Эта кошка уже до того разъелась, что не может лежать на стуле, она прямо‑таки стекает с него.
Тэд с тоской вспомнил, что у него масса неоконченных дел, но сидеть на ковре рядом с преданным псом было очень приятно, и невыносимо было прервать эту идиллию. Но его раздражал грохот, доносившийся из кухни.
«Чем можно так греметь? – недоумевал Тэд. – Можно же работать тихо. Вот сейчас пойду и скажу Каролине, что она мешает мне работать. Ну вот, Тэд, ты стал сварливым и недовольным жизнью. Неужели ты сейчас работаешь? Ведь ты занимаешься чепухой – сидишь и разговариваешь с собакой, как будто бы она может тебя понять. Пусть Каролина занимается своим паштетом, если ей так приятно. Пусть она будет счастлива. Неужели ты не хочешь счастья для своей жены?»
– Да, – задумчиво произнес Тэд, на этот раз уже вслух, – но я хочу счастья и для самого себя. Поэтому завтра я приведу в дом прислугу. А теперь, Бенни, пойдем прогуляемся. Пусть в доме все гремит и разваливается, а нам на это ровным счетом наплевать, каждый из нас должен делать свое дело.
Тэд поднялся. Собака, почувствовав, что хозяин берет ее с собой на улицу, радостно залаяла и бросилась в коридор.
Спускаясь по лестнице, Тэд услышал доносившийся из кухни грозный крик Каролины:
– Бенни, ты куда лезешь? Почему ты обижаешь Китти? А ну пошел вот отсюда! Ничего ты от меня не получишь!
«Ну вот, она уже начала кричать и на Бенни» – подумал Тэд.
Он спустился в холл и позвал собаку.
Бенни, виляя хвостом, подбежал и не дожидаясь команды уселся возле ног Тэда. Тот распахнул дверь и они покинули дом.
Каролина посмотрела в окно на беззаботно шагающего Тэда и на весело резвящегося возле мужа Бенни.
«Ну вот, у него невпроворот работы, а он нашел себе занятие, пошел гулять с собакой. Я понимаю, все его разговоры о занятости – ерунда. Вот у меня – настоящее дело» – и Каролина снова принялась за свой паштет.
Кошка Китти подошла к своей хозяйке и потерлась о ногу. Каролина взяла со стола кусок печенки и положила его перед кошкой. Та, радостно урча, принялась за еду. Каролина тыльной стороной ладони погладила зверька по спине.
«Ну что, моя хорошая, Бенни тебя не очень сильно обидел?»
Кошка урчала, радуясь жизни, а Каролина сидела возле нее на корточках и не переставая гладила по голове.
«Я знаю, что Тэд тебя не любит, но не бойся, в обиду я тебя не дам ни Тэду, ни Бенни. Ну как ты можешь кому‑то не нравится? Эти мужчины такие жестокосердечные, ничего не понимают в тонкостях жизни. Ведь ты такая пушистая и такая теплая! Без тебя наш дом был бы пустым, абсолютно пустым».
Каролина расчувствовалась до того, что у нее на глазах навернулись слезы. Она принялась вытирать их платком и приговаривать:
– Китти, Китти…
Но почему‑то от этих слов ей становилось все более жаль и жаль саму себя.
«Может, не нужно мне было быть такой настойчивой с Тэдом? – подумала Каролина. – Ведь все‑таки, он желает мне добра. Но с другой стороны, почему я должна слушать его во всем? Почему? Это он должен слушать меня».
Каролина на минутку оставила Китти, доедающую третий кусок печенки, присела на стул возле стола. Перед ней лежала груда мелко нарезанной печенки. От нее по разделочной тарелке растекался кроваво–красный след. Каролина провела пальцем по пластику и за ним потянулся кровавый след.
«Все‑таки, страшные существа, эти люди, – подумала Каролина. – Все люди – убийцы. Может, они и не убивают друг друга, но убивают других живых существ, которые им могли быть дороги. Ведь в сущности, нет никакой разницы между свиньей, кошкой и собакой. Это такие же живые существа: они думают, чувствуют боль. А мы убиваем их, если не ради удовольствия, то ради необходимости. И так происходит в жизни с людьми. Ты не хочешь никому сделать больно, не хочешь никому причинять зло. Это жизнь заставляет поступать таким образом. Ведь неужели я хотела причинить неприятность Тэду, сказав ему о покупке новой машины, о желании заняться бизнесом. Нет, конечно же я хотела, чтобы было лучше, но получилось…»
Каролина растерянно развела руки.
На ее пальцах была липкая кровь.
«Может, в самом деле, не стоит мне заниматься паштетом? Это может повредить, наверное, Тэду, но… Нет, может на самом первом этапе, но потом он сам начнет гордиться мной, и я буду чувствовать себя независимой и мне будет чем ответить ему, когда разговор зайдет о деньгах».
Каролина поднялась, прошлась по кухне. Кошка, покончив с очередным куском печенки, выпросила еще один, но есть его уже не стала. Она сидела и внимательно рассматривала кусок сырой печени, поддев его на коготь. Потом она принялась гонять его по полу.
– Ах ты бесстыдница! – закричала Каролина, но не очень зло. – Ты что делаешь? А ну, отдай сейчас же!
Кошка остановилась и испуганно отпрыгнула в сторону. Она без сожаления позволила забрать Каролине кусочек добычи и выбежала в коридор. Из темноты на женщину смотрели два ярко–зеленых глаза.
«Интересно, а будь кошка побольше, – подумала Каролина, – бросилась ли бы она на меня? Позволила бы так спокойно забрать мне еду? Наверное, она бы перегрызла мне горло, просто из‑за удовольствия, из‑за желания защитить свою самостоятельность. А так она чувствует себя беспомощной передо мной и поэтому беспомощно подчиняется. Разве что затаит злобу и когда‑нибудь выместит ее, поцарапав мне руку. Я‑то забуду уже, за какую провинность, за какую обиду она решила расправиться со мной, а Китти будет помнить. Может, Тэд тоже запомнил сегодняшний разговор надолго и пусть потом все у нас будет хорошо, мы не будем ссориться. Но в глубине души остался первый осадок неудовольствия.
Но если быть честной перед собой, то стоит признаться, что все это недовольство накапливалось давно. Тэд вообще какой‑то странный, и не настолько уж он мне нравится, чтобы я могла прощать ему все, что он творит. Не всегда он себя ведет так, как следовало бы вести. И вообще, мне кажется, он меня не ценит, что я стала для него обузой».
Каролина подошла, налила из графина холодной воды и сделала несколько глотков.
«Да, именно так, он считает, что я для него обуза и вот это, а ничто другое, побудило меня заняться бизнесом. Пусть поначалу у меня не все будет получаться, но я думаю, что у меня хватит энергии для того, чтобы доказать Тэду, что я тоже кое‑что стою в этой жизни и что такую, как я, ему найти будет не так просто».
Китти вернулась на кухню и принялась тереться о ногу хозяйки.
– Хорошая моя, хорошая моя кошечка, – опустив руки, женщина погладила выгнутую спину зверька, – хорошая моя, хорошая, – прошептала она и поднялась из‑за стола, услышав, как отворилась дверь в холле.
