Текст книги ""Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Генри Крейн

Соавторы: Александра Полстон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 302 (всего у книги 332 страниц)

– Поздравляю, дорогая, вам удалось расколоть семью.

– Не надо, отец, – возразил Мейсон, – она тут не при чем. Так было всегда, с того самого дня, когда доктор в родильном отделении сказал: поздравляю, мистер Кэпвелл, у вас сын.

СиСи с подчеркнутой любезностью, которая сама по себе является оскорблением, сказал:

– Мейсон, будь джентльменом, помоги даме уйти отсюда.

Мейсон гордо вскинул голову.

– Мы не уйдем отсюда, отец, и не сдадимся. Мы будем продолжать нашу борьбу до тех пор, пока не закроем это заведение.

По лицу СиСи стала разливаться бледность.

– Вы в пределах моей собственности, – сквозь плотно сжатые губы произнес он, – уходите отсюда, я даю вам пять минут, и не секунды больше. Если после этого вы еще будете находиться на территории казино, то я распоряжусь, чтобы вас утопили, как котят. Разговор окончен.

С этими словами Ченнинг–старший резко развернулся и зашагал прочь. На сей раз ни Лили Лайт, ни Мейсон не делали попытки остановить его. Проводив Ченнинга–старшего выразительным взглядом, Лили обернулась к Мейсону и сделала сочувственное лицо.

– В одном он прав – мне удалось поссорить вас, извини, – с сожалением сказала она.

Мейсон с деланным равнодушием пожал плечами.

– Нет, нет, не надо извиняться, я сказал ему все, что хотел. Между нами всегда была напряженность, забудь об этом. Знаешь, я собираюсь съездить на Восточное побережье поговорить с архитектором насчет нашего будущего храма. Думаю, что они примут мое предложение.

Она пытливо взглянула на Мейсона.

– По–моему, ты чего‑то не договариваешь, что тебя смущает?

Он с сожалением покачал головой.

– Я не хочу оставлять тебя здесь одну. Боюсь, что это будет ошибкой с моей стороны.

Она беспечно улыбнулась.

– Нет, нет, не бойся. Я справлюсь с любым, кто встанет на нашем пути. Храм будет построен, я никогда не отказываюсь от своих мечтаний, – с энтузиазмом воскликнула она.

– Но ведь мой отец явно намерен применить силу для того, чтобы не допустить закрытия казино. Тебя это не останавливает? – с сомнением спросил Мейсон.

– Я не отступаю ни перед угрозой силой, ни перед ее применением, – спокойно ответила Лили. – Чем они могут запугать меня? Тюрьмы я не боюсь, а широкий общественный резонанс идет только на пользу нам Сейчас сюда прибудут журналисты, и мы начнем новый этап борьбы против этого вместилища порока

Уитни участливо наклонился над забившейся в угол Элис:

– Не бойся, поедем со мной в больницу, там тебе окажут помощь.

Она испуганно вскинула голову и, снова увидев перед собой доктора Роулингса, взвизгнула и отскочила в сторону.

– Нет, нет, не приближайтесь ко мне! Вы не можете хотеть добра, точно также вы говорили и Брайану.

Уитни растерянно оглянулся

– Что она несет? Она ведь явно больна.

– Не трогай ее. Пол, ты же видишь, она хочет что‑то рассказать. Очевидно, доктор Роулингс запугал ее до такой степени, что теперь она везде видит его мерзкую физиономию.

Будто к подтверждению его слов, Элис снова воскликнула:

– Я хотела остановить вас, чтобы вы не причинили зла Брайану.

Уитни ошалело вертел головой по сторонам.

– Да она просто не в себе, – пробормотал он. Перл заступился за девушку

– Не мешай ей, пусть скажет, что хочет.

– Я… Я хотела выйти, надрывно кричала Элис, – я хотела выйти из церкви, а вы… Я хотела вернуться к себе, а вы не позволили. Нет, я должна была остаться и посмотреть. Вы сказали, что я должна увидеть все это собственными глазами, я ничего не могла поделать, – она вдруг умолкла.

– Что он заставлял тебя посмотреть? – осторожно спросил Перл.

Несколько мгновений Элис молчала, испуганно заламывая руки, а затем снова выкрикнула.

– Сколько крови, кровь на запястьях, веревка слишком тугая, вы делаете ему больно, боже, доктор Роулингс, вы так сильно его ударили, я подумала, что он мертв. Вы заставили меня подойти к нему.

Словно осознав, что перед ней нет доктора Роулингса, она вдруг заговорила в третьем лице.

– И тогда он спустился в подвал, в туннель, нет, это был мрачный сырой подвал. Он отнес туда Брайана. Брайан был связан, но он открыл глаза, увидел меня и хотел что‑то сказать… Он хотел что‑то сказать…

– Где это было? – спросил Уитни. – Ты можешь сказать что‑нибудь конкретно? В каком месте все это произошло?

Она как будто не услышала его слов.

– Там были кирпичи, там было много кирпичей, а он их складывал все выше и выше, а Брайан был там, Брайан был за этой стенкой, я слышала, как он стонет. Он так тихо говорил: кто‑нибудь, помогите мне, помогите. А Персиваль все лаял и лаял, а потом кирпичи кончились, и ничего не осталось, и ничего не осталось. Где Брайан? Где Брайан?

Она метнулась к стене и, ломая ногти, стала царапать ее, словно хотела вырваться из замкнутого пространства.

– Помогите мне вырваться! – кричала она. – Я больше не могу находиться здесь. Доктор Роулингс оставил его там. Я хочу помочь ему, но не могу.

Все трое бросились ей на помощь.

– Успокойся, Элис! – кричал Перл. – Не надо, с тобой друзья. Доктор Роулингс больше никогда не запрет тебя в подвале.

Обернувшись к Уитни, он скороговоркой произнес:

– Теперь ты понял, почему она испугалась там, внизу? Я оказался прав, она знает о судьбе моего брата. Нам нужно только выяснить, где он.

Он снова повернулся к отчаянно рыдавшей девушке и стараясь не спугнуть ее, успокаивающе сказал:

– Элис, скажи, куда они его положили? Где его тело? Где я могу найти своего брата?

Она прижалась лицом к стене и, содрогаясь в истерике, произнесла:

– Северный… Северный…

– Санглент, – закончил за нее Перл. Северный Санглент был районом Бостона, где когда‑то находилась клиника доктора Роулингса.

– Да, да, – начала кивать головой Элис, – он там, помогите ему, пожалуйста.

– Это совсем недалеко от больницы, – потрясенно прошептал Перл.

– Норд–Кумберленд–Черч, – сказала Элис, – он там.

Перл кивнул.

– Да, я знаю, где находится эта церковь.

Элис бросилась в объятия Уитни. Сквозь слезы и всхлипывания Пол расслышал ее слова:

– Помогите Брайану, помогите. Он там, я ничего не смогла поделать.

Перл потрясенно отвернулся.

– Норд–Кумберленд–Черч… Сколько раз я был рядом с этой церковью и даже не подозревал, что там может находиться мой брат.

Кортни осторожно положила руку ему на плечо.

– Перл, ты веришь в то, что такое возможно?

Он кивнул.

– Думаю, что это правда. Я должен его найти, я немедленно отправлюсь в Бостон. Я должен добраться до него хотя бы мертвого.

Толпа журналистов, которая еще полчаса назад осаждала столовую дома Кэпвеллов, с фотоаппаратами и телекамерами наперевес ворвалась в вестибюль казино. Здесь их уже ожидали Мейсон и Лили Лайт.

– Проходите, господа, – распорядился Мейсон как один из организаторов шоу.

Оказавшись в вестибюле в одиночестве, СиСи Кэпвелл немедленно распорядился вызвать Брика Уоллеса, который сидел в своем кабинете с бумагами.

Когда Брик появился в вестибюле, СиСи указал ему на ватагу журналистов, окружившую Лили Лайт.

– Немедленно убери ее отсюда, сделай что хочешь. Посади ее на катер и вывези в открытое море, воспользуйся моим вертолетом, но чтобы ее через минуту здесь не было.

Брик тут же бросился к журналистам.

– Господа, пресс–конференции сегодня не будет, – с этими словами он схватил Лили за руку и потащил к выходу. – Мисс Лайт, пойдемте со мной, ваше внимание к казино становится все более и более назойливым, и я, как управляющий, не могу этого допустить. Вы должны немедленно покинуть пределы частного владения.

Она стала отбиваться кулаками.

– Я никуда не пойду, вы должны закрыть этот храм порока.

Каждый ее шаг сопровождался вспышками фотокамер и фиксировался на видеопленку.

– Сейчас я одна, – воскликнула Лили, – но скоро ко мне присоединятся тысячи. Мы добьемся того, чтобы это заведение закрыли. Люди оставляют здесь кровью заработанные деньги, чтобы мистер Кэпвелл мог пить шампанское.

СиСи вскипел и бросился расталкивать журналистов.

– Немедленно выключите камеру! – закричал он, прикрывая рукой объектив одного из самых назойливых телевизионщиков.

– Вы хотите что‑нибудь сказать? – последовал вопрос из толпы журналистов.

– Никаких комментариев не будет, – рявкнул СиСи. – Вы не имеете права здесь снимать. Выключите эту камеру или я ее разобью.

Брику с трудом удалось оттащить в сторону Ченнинга–старшего.

– Мистер Кэпвелл, не нужно, этим мы создаем только лишний ажиотаж.

Он повернулся к журналистам.

– Вы получили свои материалы, а теперь я прошу вас покинуть пределы казино, иначе я буду вынужден прибегнуть к силе. Сейчас мы вызовем полицию и прекратим все это.

Лили возмущенно замахала руками.

– Вы и прессу хотите контролировать в этом городе? – гневно воскликнула она. – Вы все контролируете, даже умы.

Самообладание покинуло Брика, и он бросился к телекамере, оттолкнув Лили Лайт.

– Выключите немедленно! – закричал он.

Коротко ухнув, проповедница упала на пол и замерла без движения. Объективы мгновенно зафиксировали это. Мейсон тут же бросился на помощь ей.

– Спокойно, – закричал он, – отойдите все!

Мисс Лайт потеряла сознание. СиСи сунул руки в карманы брюк и надменно отвернулся.

– Да она в порядке, Мейсон, – холодно сказал он. – Эти театральные трюки мы уже не раз видели, с ней ничего не случилось.

– Ладно, дорогая, снимки сделаны, можешь вставать.

Мейсон осторожно перевернул упавшую навзничь Лили Лайт и обращаясь к журналистам сказал:

– Ей дурно. Вы видите, как здесь обращаются с людьми, которые борются за правду?

Брик сквозь плотно сжатые губы процедил:

– Я ее не трогал. Она сама подвернулась под руку.

Мейсон зло сверкнул глазами.

– Ты ее толкнул, причем, сделал это намеренно. Просто так это не сойдет тебе с рук.

Брик склонился над лежавшей с закрытыми глазами Лили.

– Это получилось случайно, – попытался оправдываться он, – я не хотел.

Мейсон грубо оттолкнул его.

– Не подходи, ты и так наделал много дел, – закричал он. – Мы приехали сюда, чтобы помочь людям, чтобы покончить с безумием в этом городе, а с ней обошлись вот так.

Он стал с нежностью гладить ее по щекам.

– Лили, Лили, ты слышишь меня?

Она открыла глаза и обессилен но посмотрела на Мейсона.

– Что со мной случилось? – слабым голосом спросила она.

– Ну слава Богу, – вздохнул Мейсон, – ты пришла в себя. Ну ничего, даром им это не пройдет, они еще поплатятся. Пойдем, я унесу тебя отсюда.

Под звуки непрерывно щелкавших затворов фотоаппаратов Мейсон осторожно поднял Лили Лайт на руки и понес к выходу.

– Ей нужен воздух, ей очень плохо, расступитесь! – кричал он.

На мгновение задержавшись возле двери, Мейсон обернулся и с угрозой произнес:

– Ты никогда не ошибался, отец, но сейчас ты допустил крупный промах, ты вызвал на себя огонь прессы, и теперь берегись!

ГЛАВА 13

Окружной прокурор выдвигает дополнительное обвинение в адрес Сантаны. Лили Лайт начинает утро с посещения миссис Кастильо. Брик Уоллес не намерен отступать. Поклонники Лили Лайт переходят к насильственным методам. Бостон, Норд–Кумберленд–Черч. Иден не может добиться откровенности от Круза. Джину одолевают подозрения. Лили Лайт ведет душеспасительные беседы с Сантаной.

Утро в доме Кастильо началось довольно рано. Круз находился в ванной, когда Иден, уже приведшая себя в порядок, услышала звонок в дверь. Открыв, она с удивлением увидела перед собой на пороге окружного прокурора.

– Доброе утро, мисс Кэпвелл, – с подчеркнутой любезностью сказал он.

– Доброе утро, Кейт, – с легким недоумением ответила Иден. – Чем обязана такому раннему посещению?

Тиммонс показал на папку, которую держал в руке.

– У меня есть к тебе небольшое дело, разрешишь войти?

Иден посторонилась.

– Конечно.

Пройдя в гостиную, окружной прокурор с любопытством осмотрелся.

– А где Круз?

– Он в ванной комнате.

По лицу Тиммонса проскользнула какая‑то недобрая усмешка.

– Ну что ж, наверное, это к лучшему, – сказал он, открывая папку. – Вот, взгляни. Я хочу, чтобы ты подписала это.

Иден быстро пробежалась глазами по строчкам официального документа.

– Что это?

– Это по поводу Сантаны, – ответил Тиммонс.

– А что ты хочешь от меня? – недоуменно пожав плечами, спросила Иден. – По–моему, у вас уже есть заявление по поводу того происшествия на Испирейшн–плэнт.

Тиммонс нервно усмехнулся.

– Я думаю, что это будет дополнительным аргументом в пользу стороны обвинения.

Иден гордо подняла голову и отвернулась.

– И не подумаю. Я не буду подписывать эти документы.

В гостиной появился Круз. Вытирая влажные после душа волосы полотенцем, он с удивлением посмотрел на окружного прокурора и, не поздоровавшись с ним, обратился к Иден:

– Что здесь происходит? Как он сюда попал?

– Я его сюда впустила, – сказала Иден, – но, честно говоря, я не подозревала об истинной цели его визита.

– А что случилось? – спросил Круз.

– Он прибавил еще пару обвинений в вооруженном нападении. Сантана, если ее вина будет доказана, получит длительный срок тюремного заключения.

Круз побагровел.

– Хочешь расправиться с ней? А Сантана ведь всегда считала, что ты на ее стороне.

Тиммонс торопливо захлопнул папку и, не осмеливаясь поднять глаза на Круза, оправдывающимся тоном произнес:

– Здесь нет никаких сторон. Все обвинения против Сантаны доказаны, осталось только сформулировать все это надлежащим образом.

Иден возмущенно всплеснула руками.

– Сантана была под действием наркотиков, и я не считаю ее виновной. Да, она совершила на меня наезд, но по–моему, это было обыкновенной случайностью, совпадением обстоятельств.

Окружной прокурор кисло улыбнулся.

– Это очень благородно с твоей стороны, однако все вокруг полагают, что она виновна.

Круз едва сдержался, чтобы не взорваться.

– Все? – возмущенно воскликнул он. – Кейт, да о чем ты говоришь? Если бы Сантана даже знала… Хотя она уже знает, что ты предал ее.

Тиммонс одел на лицо равнодушную маску.

– Дружба не должна влиять на ведение дел, Кастильо, когда ты это поймешь?

Сквозь плотно сжатые губы Круз процедил:

– Я подумаю об этом, а сейчас забирай свое барахло и немедленно уматывай отсюда.

Тиммонс пытался хорохориться.

– Вообще‑то у меня нет необходимости в подписи Иден, – с деланной беспечностью заявил он, – Джина Кэпвелл представит факты, и мое ведомство выдвинет обвинение против Сантаны, так что эта бумага вовсе и не нужна. Она просто облегчила бы дело.

Круз смерил окружного прокурора презрительным взглядом.

– Что ж, тебе придется обойтись без нашего участия, – холодно ответил он. – Мы в эти игры не играем. А теперь уходи.

– Ладно, – нервно улыбнулся окружной прокурор, – вы еще услышите об этом. Бумага, которая у меня сейчас в руках, это только начало. Я не намерен оставить безнаказанным вооруженное нападение Сантаны на Джину Кэпвелл. Если вы думаете, что ее ожидает прощение, вы жестоко заблуждаетесь. Счастливо оставаться.

Окружной прокурор исчез за порогом, хлопнув дверью. Круз тяжело вздохнул и повернулся к Иден.

– Ты молодец, что отказалась подписывать эту грязную стряпню. Но, прошу тебя, больше никогда не пускай его в дом.

Телевизор в палате, где лежала Сантана, заменили на новый, и теперь после завтрака она лежала в своей постели, следя за выпуском утренних новостей.

– Полиция Санта–Барбары арестовала в казино проповедницу мисс Лили Лайт за нарушение частных владений, – читал диктор.

На экране в это время появилась видеозапись, сделанная вчерашним вечером: отчаянно жестикулируя, Лили Лайт заявляла о своем намерении продолжать борьбу до тех нор, пока казино «У Ника» не будет закрыто.

Сантана не услышала, как в палате скрипнула дверь, и на пороге возникла та же фигура в белом, которая была и на экране.

– Доброе утро, – тихо сказала Лили Лайт.

Сантана стала в растерянности вертеть головой, переводя взгляд с настоящей Лили Лайт на ее телевизионного двойника.

– Это вы? – слабым голосом произнесла Сантана. – Вы мисс Лайт?

Та кивнула:

– Да.

Направившись к телевизору, проповедница щелкнула выключателем и подошла к кровати Сантаны.

– Вы знакомая Мейсона? – спросила та.

– Да, – улыбнулась Лили, – не знаю, что бы я без него вчера делала. Он оказал мне неоценимую помощь. В том, что я сейчас нахожусь на свободе, его заслуга. Кстати, именно он попросил меня навестить вас, миссис Кастильо.

Сантана растерянно улыбнулась.

– Мне очень приятно. Я только что видела вас по телевизору и представить себе не могла, что вы так скоро появитесь здесь.

– К сожалению, я вынуждена признать, что первый раунд борьбы с казино мы проиграли, это заведение пока еще открыто, но, могу уверить вас, что ненадолго. Мистер Кэпвелл уже почувствовал силу наших убеждений, думаю, очень скоро он убедится в том, что вера может совершать чудеса. Впрочем, – она широко улыбнулась, – я пришла поговорить не об этом.

– О чем же? – обеспокоенно спросила Сантана. Лили наклонилась над ее кроватью и, доверительно взглянув Сантане в глаза, сказала:

– Я пришла поговорить о тебе, о том кошмаре, который тебе пришлось пережить за последние недели. Мейсон мне все рассказал.

Сантана недоверчиво повела головой.

– Не могу поверить, что тебя волнуют мои проблемы.

Лили сочувственно взяла ее за руку.

– Мейсон мне также сказал, кто виноват во всех твоих несчастьях, – продолжила она. – Заблудшая Джина Кэпвелл. Очевидно, она наш общий враг, ты согласна со мной?

Сантана растерянно молчала.

Наступившее утро не обещало легкого дня для управляющего казино «У Ника» Брика Уоллеса. Телефон разрывался от звонков, и Брику приходилось то и дело отвечать на вопросы бесконечных журналистов.

– Мне плевать на Лили Лайт! – в сердцах закричал он в трубку. – Казино открыто и будет работать, я не намерен отступать.

Не прощаясь с очередным представителем прессы, он швырнул трубку на рычаг телефонного аппарата и в бешенстве стал расхаживать по гостиной. Эмми, его жена, сочувственно смотрела на мужа.

– Брик, дело из рук вон плохо, – тихо сказала она, – может быть, тебе все‑таки стоит отступить?

Поправив съехавший на бок галстук, он упрямо заявил:

– Я должен с ней справиться. Она не добьется того, чтобы я отступил перед ней. Казино будет работать, чего бы мне это не стоило.

– Эта женщина ищет славы, – сказала Эмми, – а ты собираешься встать на ее пути. Может быть, этого не стоит делать? Ведь мы не знаем, на что она способна, что будет дальше?

Брик задумчиво кивнул.

– Да, она мастер создавать общественное мнение, но казино – такое же коммерческое заведение, как и все другие.

– Ты прав, – тяжело вздохнула Эмми, – но это отнюдь не облегчает твою жизнь.

Брик отвернулся к окну.

– Она решила, что я испугаюсь ее последователей, но я не сдамся.

Он повернулся к жене.

Мне только жаль, что это коснулось тебя.

– Сколько же это будет продолжаться? – с тоской спросила Эмми.

Брик опустил глаза.

– Может быть, я зря вернулся в казино? – с сомнением произнес он и тут же возразил самому себе. – Нет, нет, я не должен покидать его только из‑за того, что меня стали преследовать эти фанатики. Я не позволю закрыть мое заведение, я не доставлю ей этой радости. Ты ведь все равно будешь любить меня, правда?

Она хитро улыбнулась.

– Безусловно, да.

Брик засмеялся и заключил ее в свои объятия.

– Молодец.

В этот момент раздался звон разбитого стекла, и в комнату влетел булыжник с привязанной к нему запиской. Эмми даже не успела закричать от страха. Брик бросился в прихожую и распахнул дверь. Он успел увидеть лишь удаляющиеся спины нескольких человек и вернулся в дом.

– Они уже убежали, – тяжело дыша, сказал Уоллес. – Эмми, ты в порядке?

Хотя руки ее дрожали, она старалась ничем не выдать своего волнения.

– Да.

Наклонившись, Эмми подняла с пола камень с привязанной к нему запиской.

– Смотри, они оставили здесь какую‑то бумажку.

– Что здесь?

Брик развернул скомканный листок и прочитал вслух:

– Закрой казино или мы сделаем это за тебя. Он бросил взгляд на жену и мрачно усмехнулся:

– Да, коротко и ясно.

– Наверное, нам нужно позвонить в полицию, – сдавленным голосом сказала Эмми. – Хорошо еще, что они бросили камнем в гостиную, а не в спальню Джонни.

Брик кивнул.

– Ты права, я немедленно обращаюсь в полицию.

А вот и Перл и Кортни встретили это утро вдалеке от Санта–Барбары, на противоположном конце Соединенных Штатов. Улетев последним рейсом в Бостон, к десяти часам утра они оказались в Северном Санлейнде, в районе церкви Норд–Кумберленд–Черч.

К счастью, посетителей в это утро здесь было не слишком много и, воспользовавшись этим, Перл и Кортни направились к двери, которая, очевидно, вела в подвал.

Перл осторожно потянул за ручку и, убедившись в том, что дверь открыта, кивком головы подозвал к себе девушку.

– Идем, мы уже почти у цели.

Держа перед собой включенным маленький ручной фонарик, Перл стал осторожно спускаться по скрипучей деревянной лестнице, увешанной лохмотьями паутины и покрытой толстым слоем пыли. Здесь не было никаких признаков жизни.

– Ты уверен, что это тот самый подвал, о котором говорила Элис? – обеспокоенно спросила Кортни. Он задумчиво осмотрелся по сторонам.

– Конечно, существует вероятность того, что она ошиблась, однако я склонен верить ей. Видишь, спуск сюда действительно похож на туннель, и сам подвал выглядит таким сырым и заброшенным, как она описывала. Это должно быть здесь.

Кортни опасливо прижалась к Перлу.

– Боже мой, неужели ты думаешь, что твой брат находится где‑то здесь?

Он тяжело вздохнул.

– Если только это не игра воображения Элис.

Испуганно оглядываясь по сторонам, Кортни слабым голосом проговорила:

– Надеюсь, что так. Но вообще‑то здесь ужасно.

– А представь себе, каково было Брайану? – мрачно сказал Перл. – Ведь у нас есть возможность в любой момент покинуть это подземелье.

Перл стал шарить лучом фонарика по стенам.

– Ты помнишь, что она говорила о красном кирпиче? Здесь должна быть стена из красного кирпича.

Луч фонарика замер на кирпичной кладке, сделанной явно неумелой рукой.

– Вот, смотри, – возбужденно воскликнул Перл, – это то, что нам нужно. Не может быть.

Он бросился к стене и, разбросав в стороны нагроможденную рядом с ней рухлядь, приложил ухо к холодным кирпичам.

– Не может быть, – потрясенно шептал он, – не может быть, не могу поверить. Неужели мой брат сейчас находится за этой стеной? Наконец‑то я добрался до него.

Он в отчаянии стал барабанить кулаками по кирпичу.

– Брайан ты слышишь меня? Брайан, это я, твой брат Майкл. Я наконец‑то нашел тебя.

Перл не заметил, как по щекам его потекли слезы.

Иден озабоченно расхаживала по комнате, пока Круз разбирался со скопившимися за последнее время служебными бумагами.

– Я хотела бы ненадолго уехать, – неуверенно сказала она. – Сесть в машину и уехать от всего этого…

Круз тяжело вздохнул и на мгновение поднял на нее глаза.

– Куда?

– Все равно куда.

Она разочарованно взмахнула рукой. Круз понял, что Иден говорит серьезно, и бросил папку на стол.

– Но почему? – недоуменно спросил он.

– Знаешь, – тихо ответила она, – это дело с Сантаной так просто не закончится. Кейт Тиммонс этого не допустит. Я думала, что все уже позади, однако, судебная машина, как видишь, только начала набирать обороты. В газетах снова начнут полоскать мое имя, не обойдя вниманием факты последнего времени. Сам понимаешь – мне этого совсем не хочется. Поэтому бы я и уехала совсем ненадолго, просто уехала…

Круз с сомнением покачал головой.

– К сожалению, у тебя не получится. Ведь ты проходишь по делу как пострадавшая, и судья вряд ли разрешит тебе даже ненадолго уехать из Санта–Барбары.

Иден немного помолчала.

– Я что‑то не совсем понимаю… Здесь что‑то не так.

Круз непонимающе сдвинул брови.

– О чем ты?

– Почему Кейт преследует Сантану? То он заботится о ней, то вдруг отворачивается от нее… Его поведение не поддается никакому логическому объяснению. Я теряюсь в догадках… Может быть, он пытается кому‑то отомстить?

– Не думаю, что он по–настоящему заботился о ней, – мрачно сказал Круз. – По–моему, он просто хочет добраться до меня и побольше мне насолить.

Иден пожала плечами.

– Разве он так тебя ненавидит?

Круз хмуро покачал головой.

– Это было всегда, – задумчиво сказал он. – Всю жизнь, сколько себя помню, начиная со школы. Но, похоже, теперь он взялся по–настоящему.

Иден подошла к Крузу и стала задумчиво теребить уголок его рубашки.

– Круз, – доверительно глядя ему в глаза, сказала она. – Мне кажется, что ты чего‑то не договариваешь. Между вами существует какая‑то тайна?

Круз отвернулся.

– Мне кажется, что Кейт поставил своей целью разрушить мою карьеру. И он не успокоится до тех пор, пока не сломает ее, – уклончиво ответил он. – Или даже всю мою жизнь…

Иден потрясенно отступила на шаг назад.

– Неужели все это так серьезно?

От необходимости продолжать разговор на эту тему Круза избавил телефонный звонок. Не скрывая своего облегчения, он направился к столу.

– Кастильо слушает.

Звонил Пол Уитни, его помощник.

– Круз, это я, – сказал он.

– Что случилось?

– Я в доме Брика Уоллеса. Ты должен срочно приехать сюда. Думаю, что без твоего участия мы не сможем здесь обойтись.

– Что, неужели дело так серьезно?

– Да, – ответил Уитни. – Какие‑то фанатики, поклонники Лили Лайт, бросили камень ему в окно.

– Хорошо. Оставайся там, – сказал Круз. – Я скоро приеду. Пока.

– Пока.

Круз положил трубку и, тяжело вздохнув, повернулся к Иден.

– Извини, малыш, – сказал он, направляясь к вешалке и снимая свой пиджак. – Мне нужно ехать.

– Что случилось?

– У Брика Уоллеса проблемы. Фанаты Лили Лайт напали на его дом. Я должен ехать.

Иден грустно улыбнулась.

– А можно, я поеду с тобой?

Круз пожал плечами.

– Не знаю, нужно ли тебе это? Это не совсем то, чего бы ты хотела.

Иден любовно обвила его шею руками.

– По крайней мере, мы будем вместе. Это для меня главное.

Она с такой нежностью и лаской смотрела ему в глаза, что Круз не выдержал.

– Ну, ладно, – рассмеявшись, сказал он. – Поехали.

– Вот и хорошо. За то, что ты выполнил мою просьбу, тебе полагается награда. Вот она.

С этими словами Иден одарила его поцелуем. Они уже собирались отправиться к двери, но Круз вдруг остановился и с нежностью провел рукой по ее белокурым волосам.

– Что? – улыбнулась она.

– Я так счастлив, – мягко ответил он. – Я не могу без тебя. Не могу даже представить, что когда‑то мы могли жить друг без друга.

– И я тоже, – шепнула она, снова обнимая его.

– Но теперь мы всегда будем рядом.

Иден прильнула к Крузу и горячо прошептала:

– Мы больше никогда не расстанемся. Ты мой любимый и единственный на всю жизнь…

Эту ночь Джина провела в квартире Кейта Тиммонса, но утром он исчез так стремительно, что она лаже не успела проснуться.

К тому времени, когда Тиммонс вернулся домой, Джина уже привела себя в порядок и сидела на диване, читая газету.

– Как хорошо, что ты пришел! – воскликнула она, увидев его фигуру, показавшуюся на пороге.

Окружной прокурор выглядел так, словно на него несколько минут назад вылили ушат холодной воды. Понуро, как побитая собака, он поплелся в гостиную.

– А что в этом хорошего? – буркнул Тиммонс. Джина поднялась с дивана и, опираясь на палку, пошла навстречу Кейту с газетой в руке.

– Ты читал это?

– А что это такое?

– Свежая газета!.. – с таким возмущением воскликнула Джина, как будто утренняя почта была самым большим злом в мире.

Тиммонс уныло отмахнулся.

– Да отстань ты, мне и так пришлось несладко. Не усугубляй…

Джина продолжала гневно размахивать газетой.

– Эти идиоты–журналисты создают Лили Лайт образ мученицы, как будто она страдает за какие‑то возвышенные идеалы. Чушь! Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! У нее же на лице все написано. Неужели никто об этом не догадывается? Ее счастье, что я пока что не догадалась о том, что она затеяла… Но ничего! Я доберусь до нее!..

Тиммонс брезгливо поморщился.

– Да что ты так привязалась к этой Лили Лайт? Она что, разрушает твой хлебопекарный бизнес?

Джина не унималась.

– Она, между прочим, все это не просто так затеяла! Я догадываюсь о ее тайном интересе и догадываюсь, почему она начала атаку именно на казино СиСи Кэпвелла. Но, к сожалению, я пока что не нашла подтверждений своим догадкам. Ты только почитай, что пишут эти кретины! Они ее уже едва ли не мессией в юбке считают! Вот! Вот… – Джина поднесла к глазам газетную статью и, найдя глазами нужное место, стала громко декламировать цитату. – Мисс Лайт заявляет, что она здесь, в Санта–Барбаре, для того, чтобы освободить наши души от мучений. Мы – праздные богачи, которые стали игрушкой в руках дьявола. Ее мишень – казино Кэпвелла…

Джина опустила газету и, нервно жестикулируя воскликнула:

– Да что она себе вообразила? Она думает, что ей удастся побороть СиСи Кэпвелла? Ничего подобного!

Окружной прокурор с кислым видом уселся на диван.

– Джина, по–моему, я догадываюсь, почему ты так беснуешься, – тягостно протянул он. – Ты уже спроецировала себя в жены СиСи Кэпвеллу, а потому боишься за свое семейное состояние… Что, страшно? А вдруг Лили Лайт действительно победит и оттяпает у Кэпвеллов этот лакомый кусочек? Казино, между прочим, не самое убыточное место…

Джина в сердцах отшвырнула газету и, проковыляв к дивану, уселась на мягкие подушки рядом с окружным прокурором.

– Да нет, это глупо!.. Это отвратительно… – тяжело дыша от возбуждения, сказала она.

Тиммонс вяло махнул рукой.

– Да не стоит тебе так беспокоиться! У Кэпвеллов вполне достаточно богатства, чтобы хватило и на тебя.

– А я волнуюсь! – запальчиво воскликнула Джина. – Все было бы не так страшно, если бы не участие в этом деле Мейсона.

– А что Мейсон?

– Он поддался ее чарам и теперь активно выступает на стороне этой авантюристки. Мейсон отнюдь не дурак и прекрасно знает, какими способами можно бороться против собственного отца. Несколько раз он уже делал попытки объегорить СиСи, но тогда у него было слишком мало силенок. А теперь с помощью этой фанатички и ее поклонников у него появляются реальные шансы нанести поражение отцу. Вот что меня по–настоящему беспокоит. Да и она бы ничего не смогла сделать без его помощи. СиСи раздавил бы ее в один миг. Даже вместе с ее раболепствующей толпой. Кстати, Кейт, ты что‑нибудь знаешь о ней?

– Что, например?

– Почему она так ко мне относится? Она так похожа на меня… Временами я сама пугаюсь этого сходства. Иногда мне кажется, что у нас даже привычки одинаковые.

Тиммонс тоскливо пожал плечами.

– Ну, откуда же мне знать?

Он встал с дивана и потащился на кухню.

– А как твое дело? – крикнула ему вслед Джина. – Можно посмотреть? По–моему, они с Мейсоном хотят достать меня…

Тиммонс обернулся.

– Интересно, каким это образом?

– Я не знаю, – пожала плечами Джина. – Может быть, это все шуточки Мейсона, может быть, он надеется, что эта женщина подвергнет меня пытке, чтобы до чего‑нибудь докопаться… Может быть, он еще что‑нибудь задумал. Я не знаю! Но у меня складывается такое впечатление, что они охотятся за мной…