Текст книги ""Фантастика 2026-13". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Алла Белолипецкая

Соавторы: Ольга Войлошникова,Владимир Войлошников,Евгения Савас,Наталья Точильникова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 227 (всего у книги 339 страниц)

* * *

На обеде Субоптей пригласил меня за новый стол – большой. Там теперь сидели маманя, трое младших двенадцатилеток и Лиза, которая, как оказалось, присутствует здесь в последний раз.

– Улетаю, Илюша. Сразу после обеда сегодня дирижабль на большую землю идёт, так я с ним до Красноярска, а там пересадят меня.

– Не хочешь ещё раз попробовать?

– Ой, нет, увольте! Да и… Знаешь ли, чувствую, в целительстве как будто больше теперь могу. Похоже, вся магическая сила, что мне была отмеряна, туда ушла.

– Тоже слава Богу!

– Мам, может, подольше побудешь? – Иринка, кажется, собралась хлюпать носом.

Лиза погладила её по голове:

– Не положено, милая.

– Ага, у других-то папы здесь!

– Зато с тобой бабушка! Она до самого сентября останется. И дядя Илюша. И вообще, вы вон какие молодцы! Все втроём с первого раза обращение прошли, медвежата наши!

Мелкие разом приосанились и начали поглядывать на разбросанных по столовой родственников со значением. Мол – видали? Мы-то вон чё! И вы там смотрите, ушами не хлопайте.

14. МЕДВЕЖЬЯ ШКОЛА. БУДНИ И ПРАЗДНИКИ

ГЛАВНЫЙ ЗАПУГИВАТЕЛЬ

После обеда мы отыграли ещё два стресс-теста с Киприяновскими девками. А после ужина, чтоб последнюю ученицу на завтра не оставлять – ещё один, последний. Остались только из школьного возраста вышедшие. И если касательно Катерины с Натальей я ещё допускал, что с ними моё выступление прокатит, то в отношении дядьёв и старших парней было подозрение, что могут они забуксовать. Как матушка – взять и не испугаться. А что? Я на их реакцию смотрю – как они на мастеров в медвежьих шкурах поглядывают. Нету страха-то перед Зверем. Другой подход нужен. А какой?

Пошёл я в учительскую, а там, как специально, та тётя из самолёта сидит, Томпуол. Она, оказывается, общим семейным координатором нам назначена.

Ну, на ловца и зверь!

Она услышала, что я по делу, пригласила в кабинет, чаю налила.

Изложил я ей свои сомнения, вот мы вдвоём и призадумались. Сидим, молчком прихлёбываем.

– Слушайте! – пришла мне в голову мысль. Не знаю, насколько гениальная, но точно новая. – А давайте-ка сделаем манекен!

– Манекен? – удивилась Томпуол.

– Вы, должно быть, читали отчёты обо мне? Когда у меня планка упала?

– Когда вы увидели, как медведи пожирают людей, – быстро ответила она. – Вы ещё решили, что им сбрасывают живых.

– Именно! Если я выскочу с окровавленным манекеном… Желательно бы, чтобы из-за стены кто-нибудь крик изобразил, как будто человек ещё жив…

– Мы сделаем лучше! – она даже подскочила и заходила туда-сюда по кабинету. – Вы потащите меня! Поверьте, я очень натурально умею кричать. А вместо крови краску возьмём.

– Не годится! Киприяновы все в деревне выросли. Да и сеструхи мои тоже. Даже курице бошку рубишь – запах крови. Вот тут, – я постучал себя по лбу, – не поверят. В столовой каждый день мясо. Неужели крови не найдут?

– Ах-х… с кровью, боюсь, мне будет сложнее.

– Боитесь нечаянно обернуться? Тогда давайте вернёмся к идее манекена.

Она остановилась, потопала носком расшитого унтика по полу.

– Нет, я справлюсь! Сегодня же вечером потренируемся с вами, я всё обеспечу. Приходите через часок на стресс-блок.

* * *

Кроме Томпуол на стресс-блок явилось ещё десятка два преподавателей. Они приволокли с собой целую кучу изрядно поношенного хлама, из которого мы смастерили для Томпуол костюмчик, вполне подошедший бы какой-нибудь Таймырской бабе Яге – рваньё, лохмотья, куски шкурок.

– Осень дазе похозе, сто миска драл, – одобрил Субоптей. – Кровью мазать будем?

После некоторых обсуждений решили, что сейчас зря кровь расплёскивать – толку нет, засохнет до завтра. А вот перед стресс-заходом – в самый раз. Зато порепетировали как следует, пока все не согласились, что выглядит наш выход более чем натурально.

– И ещё из громкоговорителя нужно сигнал тревоги подать, – предложил кто-то. Типа: «Прекратить все эксперименты! Медведь-людоед на базе!»

Это новшество было также одобрено, на чём мы и разошлись спать.

И что я вам скажу, господа – выстрелило белее чем здорово! Заслышав предупреждение и буквально через секунду увидев меня, Пашка-брательник аж глазами побелел от ярости. Перекинулся мгновенно! И как попёр на меня!

Ох, и здоров братец оказался! И ухваткам казачьим обучен тоже нехило. Так что ринулся в рукопашку – что характерно, абсолютно молча!

Я даже удивиться успел. А потом вспомнил – он же из пластунов*!

*Пластуны – казачьи подразделения,

занимающиеся разведкой и диверсиями.

Вот это спарринг получился, моё почтение! Но Харитоновская школа всё же покруче даже специальной армейской будет. Взял я его на болевой, ору:

– Пашка, успокойся, это я, Илья!

Пока до него в горячке допёрло, думал – руку себе сломает, выдираясь. Ну лапу, в смысле.

Зато потом сидели, хохотали! Назад, правда, он не сразу сообразил – как. Тут уж я своим опытом с радостью поделился. Ну и психологиня его увела на беседу.

Следом на стресс-испытание зашёл Артём. И всё повторилось тютелька в тютельку, разве что рукопашником он был не таким сильным.

– А что, Илья Алексеевич, – спросила Томпуол, – до обеда больше часа, может, ещё одного возьмём?

– Отчего бы и не взять? Бодро дело-то идёт. Единственное, я всё время опасаюсь, как бы вас не затоптали.

– Ой-ё, это мелочи, не переживайте. Я всегда успею отползти. Так зовём?

– Зовите.

Что ж, в итоге все трое Киприяновских парней к обеду сидели за медвежьим столом. А потом настала очередь дядек.

Из столовой я шёл в сопровождении Субоптея. Томпуол побежала раньше – переодеваться, кровью обливаться. А я смотрю – перед нами целая толпа народа валит, и все – туда же.

– Это что? Смотреть?

– Охо! – засмеялся Субоптей. – Знаес, кто утром не присол, все локти себе искусали. Такое пропустить! Настоясяя схватка двух Великих Медведей!

– А что, неплохо со стороны получилось?

– Офигеть просто, вот как я сказу! Все преподаватели идут смотреть!

Потому что я самый сильный!

Ты нос не задирай-ка. Сейчас дядья пойдут, а они тоже все ветераны, да драться не дураки. Взрослые бойцы, матёрые.

Но у нас есть Харитоновская школа.

Вот это правильный подход.

* * *

В общем, с дядьями получилось примерно как с братовьями. Ну и подраться пришлось тож. Здоровы же они были! Но я ловчее, моложе, быстрее и обучен лучше – исход без вариантов.

Со всех сторон я чувствовал десятки любопытных взглядов. А и пусть смотрят. Мы для них, должно, как возвращающаяся легенда.

* * *

На следующее утро остались только сеструхи. Наталья удивила меня пуще всех. Увидела меня с окровавленным человеком в зубах, разом перекинулась, сама на задницу плюхнулась и лапой за сердце хватается:

– Фу ты! Напугал меня, Илюшка! – и никаких тебе прыжков, ни драк. Только спросила: – Кого тащишь-то там? Томпуол⁈ – и сразу в человека обратно вернулась, кинулась помогать подняться. – Бе-е-едненькая! Измотали вас, верно, без передыху куклу изображать!

Да и Катерина тоже. За сердце хвататься не стала, но остановилась и прищурилась этак подозрительно:

– Илья, ты?

Вы видели подозрительно прищурившегося белого медведя? Точнее, медведицу? Очень забавно.

На этом наши с Томпуол выступления закончились, и затворников тоже не осталось. Всех разбили по небольшим подгруппам – не только детей, и взрослых тоже. Прежде чем возвращаться в привычную жизнь, нужно было научиться себя контролировать и дружить с внутренним Зверем. А для этого имелись годами наработанные упражнения.

Меня просили пока не уезжать – на случай непредвиденных обстоятельств. Чтоб я не изнывал от безделья, меня присоединяли то к одной группе, то к другой. Учёба мне показалась дельной, хотя на некоторые задания Зверь смотрел довольно скептически. А по мне – хуже не будет. Учимся.

О ВРЕДЕ НЕУМЕРЕННОСТИ

Через неделю все занятия в медвежьей школе были отменены, потому всенародно справляли какой-то местный праздник. Я, если честно, название пытался заучить, но… не то что запомнить, я его так и не выговорил. В переводе значилось «Поклонение медведю». Наставник Субоптей весьма обстоятельно рассказывал, что таким образом местные народы, в основном тунгусы, поклоняются духу медведя. Пропитываются им. И, говорят, это помогает им пробуждать в себе Зверя. Рассказывал он с этакой хитринкой, подразумевая: тунгусы в своём звере сомневаются, так и сяк прикладываются, чтоб его выманить, не то что природные самоеды да монголзеи. Каждый – сразу медведь, к чему ещё духа вызывать.

Тем не менее, праздновали все. А главным событием этого праздника было… поедание медвежьего мяса. Ага. Чтоб сильнее духом пропитаться?

Ну не знаю, что-т сомнительно. Это если я рыбу ем – в рыбу превращусь?

Если верить, всё возможно.

Ну его нафиг, мне медведем лучше!

Тут согласен! Нафиг-нафиг ваших рыб. Медведь – наше всё. Большой, белый и пушистый. А рыбу только жрать вкусно. Кстати, Субоптей завтра на рыбалку приглашал. Пойдём?

Ещё бы! С удовольствием!

* * *

Но пока мы шли на праздник.

Местом гулянья была выбрана горушка неподалёку от Кайеркана. Она была уже вся заставлена невысокими столбами с медвежьими черепами на верхушке и костями, свисающими ниже. Как сказал наставник: мясо медведя никоим образом нельзя осквернять и, например, собакам отдать – ни-ни. Только так, чтоб птицы и насекомые очистили, и, значицца, в таком случае Дух медведя уйдёт на небесные просторы охотиться.

Оно, конечно можно смеяться. Дескать, примитивные верования и всё такое. Можно говорить, что это костыли для неполноценных изначально оборотней. Да хоть что можно.

Но на моих глазах несколько подростков, отведав под руководством старших в роду медвежьего мяса, инициировались! А могло ведь с ними ничего не случиться. Жил да был бы себе просто какой-нибудь тунгус-охотник или оленевод. А так – самый крупный хищник на планете, на минуточку!

Больше скажу, никаких тяжёлых случаев, как на Кавказе, у них не было. Матушка специально опросила наставников, я сам слышал. А значит, работала эта метода. Как Афоня часто говаривает: «Работает? Ничего не трогай!»

Вывод какой?

Будем участвовать в этих праздниках! И медвежатину есть будем. Может, и Лизавету зря домой отправили? Глядишь, отведала бы мяска, да и обратилась.

Мысль эта мне так понравилась, и я решил, что если всё спокойно будет, следующим летом обязательно её уговорю да привезу сюда, на праздник.

И Серафиму как раз привезём. А потом пообещаем всех на тёплое море скатать, за компанию.

Отличный план!

Хотя по честному-то, сам я не люблю это мясо. И в человеческом, и в зверином виде.

Но колоритно здесь, ярко, красиво. Все в национальных костюмах. Для нас-то диковина. Ткани и кожа выделанная, да всё мехом оторочено и сверху бисером богато украшено. Красиво и жарко, наверное. Я б точно сопрел. Но, по-любому, это ж как для нас – парадка. Слишком ярко. Что-то я не видел, чтоб они в обычное время по делам так ходили.

Я вон тоже на праздник китель с медалями надел, саблю наградную, сапоги, чтоб синее небо отражалось, начистил. Да и брательники от меня не отстали. Честь казацкую не уроним!

Пока гуляли, смотрели. Местные-то особо к нам не лезли, тоже больше со стороны глазели. Но как смотрю, девушки-то местные парням Киприяновским глазки строят, успевают. Прослышали, должно, что среди приезжих Великие Звери проявились. Может, по поводу желанных детишек и намекнул кто. Да и вообще тут, говорят, совсем другие на этот счёт традиции, и у некоторых народов ребёнка от чужака прижить даже замужней жене – никакая не измена, а наоборот, благо.

Так что девицы вовсю улыбались, качали головками, играли на солнце бисерными украшениями. Оно, конечно, красота непривычная – они ж все на тунгусский манер узкоглазенькие, носики кнопошные… Но красивые, ладненькие. Понятно, почему прапрадед жену отсюда привёз. Ежели тут красотки такие водятся.

Сима лучше!

Конечно! Ты совсем, что ли? Симушка вообще самая-самая!

Вот и не смотри на других.

Такой большой медведь, а не то думаешь!

Это как это?

А каком кверху! Я ж думаю о парнях наших! Мож, им какая местная приглянется?

А-а!

Вот-вот!

Меж тем праздник подходил к своему главному моменту. Массовое угощение мясом медведя. От огромной жареной туши каждый местный подходил и специальным ножичком отрезал кусочек. Местные-то ножи странные. Нам особо и непривычные – они как бы вогнутые с одной из сторон и выпуклые с другой. А тунгусы – ничего, умело ими пользуются.

Попробовали мяса. Ну что сказать – обычная медвежатина. Потом к столам отошли. Там уже всякая еда – пирожки-лепёшки разные, птица, рыба, оленина, из рыбы да ягод непривычные диковиные блюда. Ну и алкоголь, конечно. Прям что-то много алкоголя. И тебе наливки разные, и вино, да и просто водки было полно.

Вот там-то он ко мне и прицепился. Кто? Да местный один. Я, вообще, пьяница не очень. Так, в хорошей компании, да под закусь… Или вот с князьями чего учудить. А тут – посреди поля в незнакомой толпе, не-е.

А этот всё лезет и лезет – «Давай выпьем!»

– Не, – говорю, – дядя, я сегодня пить не буду.

И началось!

«Ты меня не уважаешь!» – да: «Приехали тут!» А у самого глаза-то вроде не пьяные, но и не трезвые – не пойму какие! И прилип, как банный лист к заднему фасаду.

– Слышь, мужик, чё те надо? Иди гуляй давай.

Он тут местный вожак, – пояснил Зверь. – Верно, самый сильный. Был.

Чё ж его в учителя не взяли? Характер склочный.

Итак сам смотри – задира. Не иначе, хочет тебя вызвать…

А-а-а! Так чего сразу не скажет?

Не знаю…

Так давай ему поможем.

– Дядя, сдаётся мне, ты поссориться хочешь? Да?

Он удивлённо вскинул голову.

– Да, хочу! А то приехал! Ты от какой реки будешь?

– А с Ангары-реки. Та, что жена Енисею. Дочка Байкалова. Слыхал?

– Слыхал. Ну что, биться будем?

Вот же незамутнённое сознание. Никаких тебе сомнений. «Биться будешь?» – и всё!

Я вздохнул:

– Ну давай, коль не шутишь.

– Чужак! Такими вещими не шутят!

– Артём! – Я оглянулся на старшего двоюродного брата. – Подержи китель и саблю, а?

Тёмка только усмехнулся. Он ещё очень остро переживал переполняющую его звериную силу и от этого почему-то был удивительно благодушен:

– Ты смотри, не прибей там его. Дурак он, конечно, но проблемы лишние, сам понимаешь…

– Никому не нужны, чё уж тут. Буду бить сильно, но аккуратно.

Братовья понимающе заулыбались.

– Давай, Илюха, дело доброе!

Площадка для поединков была устроена тут же неподалёку. Многие желали силами померяться – вся обстановка располагала. С двух сторон аж очередь стояла. Но как только предыдущая пара вымелась с этого странноватого ринга, мой супротивник, важным жестом отодвинув всех остальных, забрался внутрь и на общее ворчание закричал:

– Тихо, тихо! Сам с чужаком драться буду!

Пока я подошёл, он уж в нетерпении приплясывал на противоположной стороне.

Странным от него пахнет. Поводья дашь?

Говно вопрос, конечно дам. И если от него странным несёт – давай аккуратнее, а?

Хорошо. Ничего ему не поможет! Мы самые сильные! Самые большие!

Странный дядька в костюме с кучей ленточек ударил в бубен, и мой противник прыгнул в центр круга, на лету превращаясь в медведя. Ну здоровый, чё! Изрядно покрупнее даже наставника Хоряу, а тот среди мастеров один из самых здоровых.

Давай!

Даю!

И он дал! Зверь подпрыгнул высоко-высоко, как бы метров не на пять. И упал уже на четыре лапы, а потом встал на задние и заревел. Как бы крут ни был местный боец, но он отшатнулся-таки на полметра. Ссышь, когда страшно?

Шкуру давай! Они хотят праздника, я им устрою!

Я накинул щиты, которые уже привычным северным сиянием окутали мою фигуру. К чести противника, он сразу метнулся вперёд и принялся охаживать меня ударами здоровенных лап, периодически пробуя укусить. Только вот щиты не поддавались. Когти и зубы вязли в переливающемся сиянии, а я просто стоял и смотрел на эти потуги.

Со стороны, должно быть, казалось, что он бьёт не меня, а ледяную статую Великого Зверя. И ничего его удары этой статуе не делают.

Зверь подождал немного, а потом рыкнул:

– Надоел!

И треснул противника лапой. Да так, что он кубарем улетел из ринга и врезался в один из столбов с медвежьими костями. Хорошо хоть никого из зевак, собравшихся поглазеть на поединок, не пришибло… И чего-то вставать мой супротивник не желает…

Ты его не убил часом?

Да не должен был. Это ж поединок, а не бой насмерть. Так, покрасоваться перед самками…

Так-та-а-ак. А кто мне про Симу недавно задвигал? А?

Волна смущения.

Ладно. Это я так, по-дружески!

Я, не оборачиваясь, подошёл к лежащей туше. Мда. А запах, если ближе-то подойти – сильнее.

Как будто… грибами пахнет?

– Эй, любезный! – Я повернул морду к давешнему мужику с бубном и ленточками. – А у вас тут грибы растут?

– Почему не растут? Однако растут, много растут! А почему Великий Мишка спрашивает?

– Да пахнет тут…

– Да? – ленточный мужик мгновенно обернулся медведем и склонился над поверженным. – Ох ты-ы! Э-э-эрх!

– Чего там?

– Это хулама дэгиннэктэ! Гриб такой, красный с белыми пятнышками. Ядовитый.

– Мухомор?

– Ну может и мухомор. Хулама дэгиннэкте шаманы едят, духов видят. Уметь надо. Меру знать. Простым нельзя. Дурным станешь! – шаман вновь обернулся человеком и стоял над медведем, потирая затылок.

– Короче. Победил кто? – надоело мне уж тут топтаться. На рыбалку хочу!

– Ты, конечно! Приз забирать будешь? – кивнул он на череп медведя, прилаженный на столбике напротив поединочной площадке.

И куда я с ним?

– Тебе дарю! Владей! Всё, я пошёл.

15. МЕДВЕЖЬЯ ШКОЛА. ПОРА И ЧЕСТЬ ЗНАТЬ

ПОТОЛКУШКИ

Я скинул шкуру и подошёл к братьям. Те радостно захлопали меня по плечам:

– Силён, Илюха! Силён! А что сразу не вмазал? Выпендриться захотелось?

– Ну, что-то типа того…

Праздник разворачивался всё шире, народ ещё прибывал, пополнялись угощениями столы. Когда народу собралось уж совсем густо, посмотрели мы и на невиданные соревнования. К примеру, медвежья стенка на стенку. Я как услышал, подумал – ну всё, сейчас пойдут друг друга в лоскуты рвать. Ан, нет! Пасть не открывать, на задние лапы встать, передние – к бокам прижать да не поднимать. И строй на строй – кто кого перетолкает. По-разному сходились – сперва молодые совсем, для разогреву. Потом постарше. Компания на компанию. А потом и род на род пошли.

– Я смотрю, тут у них круговая система, – сказал Пашка. – Каждый род с каждым.

– Интересно, победитель будет? Или они чисто из спортивного интереса? – усмехнулся Серёга.

И тут к нам с хиханьками-хаханьками подкатил небольшой мужичонка и давай мелким бисером рассыпаться. Мол – так и сяк, новые вы у нас, большие медведи. А что ж обычаев наших не уважаете? Не выходите, дескать, на потолкушки.

– Это будет избиение младенцев, – пробормотал Артём. – Слишком разные весовые категории.

Я пожал плечами:

– Ну уж, не избиение. Вытолкаем их за линию – и дело с концом. Отцов ток зовите да дядь Егора.

– А чё тока отцов-то? – задиристо спросил маманин голос сзади, я аж подпрыгнул.

– Мама! Вы ж не утерпите – или кусаться начнёте или лапами махать!

– Да ладно тебе! Не дурнее уж других. Давай, выкликай первый десяток, мы с девками тоже пойдём.

А что? Честно сказать, я и не против был. Пускай разомнутся, силушку почуют. Но строгую инструкцию сеструхам ещё раз прочитал.

Маманя, к слову, даром что невысокая женщина, а медведицей получалась весьма крупной, как бы не с меня статями. Катерина с Натальей – те чутка поменьше, но всё одно сильно крупнее чужих медведей.

Подошли дядья. Встали мы кружком, меж собой сговорились: баб между старшими поставить через одного, а мы, молодняк, по краям попарно. Хрен нас продавят!

Так, в общем-то, и вышло. Но ощущения, знаете, как будто на детском празднике взрослых зазвали с ребятишками поиграть. Мне всё страшно затоптать их было. Однако навозились и насмеялись, так что снова чего-нибудь перекусить захотелось. Пошли мы к столам.

– А чё ты, Ильюша, всё оглядываешься? – спросила маманя.

– Да младших смотрю. Что-то не вижу никого.

– О-о, их так-то тоже приводили. Посмотреть, мяса медвежьего попробовать.

– Ага, чуть не под конвоем, – сделала большие глаза Катерина.

– Да почему «чуть»? – не согласилась Наташа. – Натурально, под конвоем. Вокруг оцепление преподавателей, человек тридцать. Чтоб никто ближе чем на три метра не подходил.

– Боятся, чтоб не убежали, что ли?

– Ты чё! – Катерина перешла на громкий шёпот. – Боятся, чтоб не украли! Свете с Люськой по четырнадцать, а Тоньке вообще пятнадцать! По местным меркам – самый невесточный возраст. Да и за маленьких страшно – украдут да спрячут в тундре – поди поищи!

Я подумал, что государь-император, лично заинтересованный в благополучном восстановлении родов Высших белых медведей, такого самоуправства бы не допустил и покражу бы точно нашёл. Но зачем детям такие переживания, в самом деле? Так что – бережёного Бог бережёт.

– А чё их рано-то так увели?

– Как – рано? – маман достала из кармашка часы на цепочке. – Одиннадцать уж, детское время кончилось! Спать давно пора.

И тут до меня дошло. Вот я пень берёзовый! Полярный ж день! А мы всё это время просто привыкли жить по режиму. Встал – побежал. И за день так наскачешься, что вечером в комнату пришёл, а там шторы плотные. Упал да вырубился.

Солнце стояло высоко и не собиралось никуда закатываться. А народ, похоже, не собирался расходиться. Игрались ещё какие-то игры – и в медвежьем виде, и в человечьем. Попутно для молодёжи приглядывались женихи-невесты. Девки вовсю строили глазки отличившимся парням. Вон и наши уже в большом кругу с кем-то танцуют, разбавляя северную пляску казачьими коленцами. А и пусть. Дело молодое. А поджениться им вряд ли дадут, я почему-то был в этом уверен. Вот молодуху хорошенькую в койку подложить, а может, и не одну, чтобы понесли, и в роду свой Высший оборотень появился – в это верю.

Я приметил, что и вокруг меня тоже нарезают круги несколько разнаряженных девиц и решил, что хватит с меня праздника.

– Наташка, Катюха, пошли-ка до расположения. А то вы у нас – тоже невесты справные. Как похитят вас, будете знать!

– Сплюнь, Ильюша! – маман, кажется, испугалась. – И впрямь, пошли-ка. Да запрёмся от греха. А то мало ли кому что с пьяных глаз взбредёт.

«А ПУСТЬ ВЫЙДУТ!»

Пошли мы в общежитие. Я ещё на этаж к младшим поднялся – смотрю, там целый усиленный взвод охраны сидит из мастеров. Спросил шёпотом:

– Ну чё тут у вас? Всё нормально? Помощь нужна?

– Всё спокойно, – уверила меня Томпуол, – в каждой комнате тоже находится наставник. Но мы будем дежурить, сменяя друг друга, пока праздник совсем не закончится и приезжие не откочуют.

– А если кто-то захочет вернуться и напасть позже?

– Такого ещё не было…

– Но и высших оборотней в составе учеников у вас ещё не было?

– Это верно. Мы будем решать вопрос. Уверяю, дети не останутся без охраны.

Я вернулся к себе, лёг даже, но тревога не проходила и не спалось. Два часа так промаялся – и таки дождался.

Зазвенело разбитое стекло, закричало сразу несколько голосов – одни гневно, возмущённо, другие пьяно и требовательно.

– Ах вы, суки…

Я даже сапоги надевать не стал – выскочил в коридор в исподнем, сразу обратился в медведя. Проходы да лестницы здесь везде свободные, на оборотней рассчитанные. По коридору уже бежали маманя да сёстры, к малышне наверх кинулись.

Ну а мы выход проверим.

Молодые самцы. Штук тридцать. Спиртом воняют – фу, – сразу сообщил Зверь.

Посмотрим, кто там чем воняет!

На крыльце, плотно перегораживая вход в здание, стояло несколько мастеров, все в шкурах, а напротив них – целая толпа молодых и сильно пьяных самцов.

– Как вам не стыдно⁈ – гневно кричала Томпуол. – В каком виде вы явились⁈ Зачем вы вообще сюда пришли, здесь дети!!!

– Да какие дети, ы-э! – ревели в ответ. – Девки в самой поре!.. Почему закрыли?.. Выпустите их, может они хотят?.. Пусть выберут лучшего!

Я как это услышал, у меня аж планка упала. Вот так, значит? Отдать вам наших девочек? Вам, пьяни подзаборной⁈

Вылетел я, сбив преподавателей, как кегли. И как начал люлей раздавать – только треск пошёл! Насколько они пьяные были, настолько же я был зол. Старался не убить только, но переломанные лапы, свёрнутые носы – это не считал. А уж когда самые здравомыслящие побежали – всем от щедрот ильиным огнём добавил, шкуры подпалил как следует.

Вернулся к крыльцу – зубы горят, когти светятся.

Преподаватели, принявшие человеческий вид, смотрели на меня с опасением.

– Безумства не ждите, – хмуро буркнул я, – но с крыльца я не уйду.

– Я немедленно отправлю срочную депешу о произошедшем инциденте, – сурово сказал директор. Остальных прошу рассредоточиться по периметру большим кольцом. Битых окон нам больше не надо. Хорошо, сейчас лето.

Так я и сидел, медленно-медленно успокаиваясь.

Приходила какая-то толпа, но на дальних подступах была остановлена мастерами. Минут пять они стояли. Выкрики постепенно сменились более спокойным гулом голосов. Ушли.

Всё, не придут сегодня. Спи. Я покараулю.

Я думал, не смогу уснуть – перенервничал-таки, да и светло – какие уж тут сны? Но постепенно усталость взяла своё.

КАВАЛЕРИЯ ИЗ-ЗА ХОЛМОВ

А разбудило меня ворчание приближающегося мотора.

Автобус. Нет, два автобуса!

Слышу. Кто едет, интересно?

Тут ездить-то, в общем-то было особо некуда, городок крошечный. Только от причальной мачты автобусы и бегали.

– К нам ведь едут, – пробормотал я вслух. По лестнице протопали торопливые шаги. Директор! – Не знаете – кто? – спросил я его и подвинулся, освобождая дверной проём.

– Очень надеюсь, что охрана, – он встал рядом. – До сих пор мы не сталкивались с подобными проблемами, прошу меня понять.

Автобусы остановились, и из них начали выгружаться военные. В походной форме, в беретах (эт по новой моде, ха!) в бронежилетах, обвешанные оружием по самое не могу. Но это было не главное.

Ты чувствуешь – все они медведи!

Да. А ещё все они – маги.

Я разглядывал приехавший отряд, и у меня зрело ещё одно предположение.

Хм. Смотри: они все – молодые, здоровые, рослые (что для северных народностей довольно большая редкость). Да и на морды… тьфу, на лица глянуть – нормальные парни, страшных нет. С интеллектом, я надеюсь, тоже всё нормально. Спорим, их отобрали довольно давно и ждали только повода сюда прислать?

Потенциальные женихи?

Естессссно! Зачем государю непонятные браки Высших медведиц с тундровыми кочевниками? У них там, насколько я понимаю, с магией не густо. Кстати, это вполне может играть определённую роль… Не поэтому ли медвежья кровь у нас не угасла? Все в роду всегда были способны к магии. Разной, да. Но, видимо, это как-то способствует передаче… Умникам надо сказать, пусть проверяют эти вопросы, у них бошки большие.

Приехавшие не могли не заметить кровавые пятна и подпалины по всему двору. Время от времени я чувствовал быстрые брошенные на себя взгляды. Смотрите-смотрите, любуйтесь.

Пашка идёт.

Из-за угла школы действительно вывернул Пашка. Морда довольная, китель на плечи накинут, фуражка набекрень. Тоже гарь увидел и меня на крыльце, перестал улыбаться, шаг ускорил.

– Чё случилось?

– Да так… Погонял тут женихов незванных.

Он присвистнул.

– А эти?

– Щас узнаем.

Отряд тем временем построился, и один из бойцов подошёл к директору, бросил руку к виску:

– Специальный взвод охраны для прохождения службы прибыл. Командир отряда капитан Дугу.

Директор лучезарно улыбался:

– Не надо этого официоза, Хендир! Сколько лет тебя не видел? Четыре? Пять? Уже капитан!

Ага. По ходу, это бывший ученик.

– Шесть, Кула Чутович, – сдержанной улыбкой ответил военный. – Расскажите подробнее, что тут у вас произошло.

Директор рассказал всё в подробностях, по ходу дела представив и нас. Пашка тоже слушал внимательно, хмурился. Уточнил:

– А вы, значит, охранять будете?

– По полному протоколу, круглосуточное обеспечение безопасности.

Ты глянь, как отвечает-то, прям со сталью в глазах, – усмехнулся Зверь.

М-гм…

– Слушай, капитан, только без обид, – я посмотрел на него тоже без улыбки. – Если хоть с кем-то из наших дурное случится, я вас всех мехом внутрь выверну. И тебя первого.

Он неожиданно широко расплылся:

– Учитывая, что примерно то же самое нам обещал император, вам придётся встать в очередь. Но думаю, если с моими подопечными всё же случится что-то дурное, я буду уже слишком мёртв, чтобы переживать о наказании.

– Хм. И ещё. Не знаю, как у вас тут принято, а у нас девочка до семнадцати лет – ребёнок, и замуж ей нельзя. Усвой и остальным передай. Девки – ветер в голове. Дуреть начнут, глазки строить. Или, думаешь, я не понимаю, почему именно вас прислали? Средний балл по окончанию училища какой?

Он, кажется, удивился смене темы и несколько нехотя ответил:

– По отряду – четыре и восемь.

– В горячих точках?..

– Минимум три года.

– Ну вот. Боевая элита. И как к зятьям я к вам вполне положительно отношусь. Но всему своё время.

– Усвоил! – заверил меня Хендир.

– Иначе…

– Помню-помню, мехом внутрь вывернешь.

– И это не фигура речи.

Пашка посмотрел на меня искоса.

– А ты как думал. Пошли… – я слегка потянулся, расправляя плечи и потопал внутрь здания. Медведем. Вспомнил, что обращался-то я в исподнем. После угрожающих речей это было бы… как там Соня говорит?.. «Не комильфо», вроде. Негодяще, одним словом.

Пашке надо сказать, чтоб девчонок с магическим даром выбирал.

Вот сейчас и скажем.

РЫБАЛКА И ПРОЧЕЕ

А спустя буквально час мы отправились на рыбалку. И не на ближнюю, как изначально предполагалось, автобусами в недалёкий городок Дудинку на Енисее, а…

Впрочем, начну с начала.

Должно быть, директору Куле, который, по большому счёту, являлся главой не только школы, но и всего крошечного городка Кайеркана, было досадно и неудобно за пьяный ночной дебош аборигенов, и чтобы загладить неловкость, он сговорился с командиром военного дирижабля. Не знаю, как это было оформлено в бумагах – может, выдали справку с большой печатью, что буран или, допустим, резкое обледенение, и корпус надо чистить – но так или иначе, курьер согласился потратить день на нас.

А чтобы старшие не нервничали, в дирижабль следом за всякими походными приблудами загрузили всех наших от мала до велика (вместе с охраной, всё, процесс пошёл). Правда, для начала пришлось активно собирать мужскую часть. Последними явились дядьки, с честными лицами заявившие, что были в гостях, ночной инцидент улаживали.

Верю-верю.

Да ладно тебе.

Итак, полетели мы на большую воздушную экскурсию над Плато Путорана. Ох, и красивый же край, скажу я вам! Грозный, суровый, к человеку неприветливый. Величественные горы с плоскими вершинами, кое-где даже летом снег лежит, вот что удивительно. А водопадов красивейших множество! И глубокие озёра, узкие, словно огромные трещины.

Около одного такого заповедного озера дирижабль и завис. Высаживаться пришлось десантным модулем – но нас таким не напугаешь! Живо разбили лагерь, печки походные настрополили на магическом контуре – хорошо, дров не надо искать! И сразу давай чай кипятить. И тут…