Текст книги ""Фантастика 2026-13". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Алла Белолипецкая

Соавторы: Ольга Войлошникова,Владимир Войлошников,Евгения Савас,Наталья Точильникова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 304 (всего у книги 339 страниц)

28. ДРУЖБА НАРОДОВ

ШТАБНЫЕ ПЛАНЫ

Короче, день был дан этому разношёрстному образованию на обустройство, а прям назавтра, с утра, нам предстояло отправиться на боевое слаживание. Что это за зверь такой, в условиях, когда все члены отряда – оборотни, я понимал с трудом. Ну да, думаю, отцы-командиры объяснят.

А потом началось самое муторное. Мы сидели в штабном корпусе и составляли, мать их, планы. Тёрли шеи, чесали в затылках. Рожали в муках, ядрёна колупайка! Всё требовалось расписать по регламенту, да чтоб в трёх экземплярах, да ещё с заверением у безопасника, да с согласованием с представителями египетской стороны… Вышел из здания администрации через четыре часа взопревший, как конь после пахоты. Вот ей-Богу, лучше б за рычагами шагохода на боевой выход сбегал! И не спрыгнешь теперь…

Как сказал атаман Никита Тимофеевич:

– Кому, как не оборотню, этими полузверьми командовать? – потом посмотрел на меня и разъяснил со значением: – Ты не думай, Коршун, я не со зла это говорю. Просто высших тут в отряде раз-два – и обчёлся. Все остальные – просто оборотни. Кому-то в штабах пришла светлая мысль, – он с сомнением посмотрел на список личного состава, – направить в зоны с максимальной вероятностью антимагии простых оборотней. Дескать, они не подвержены шоку. А боевая подготовка у них очень даже разная…

– Так я-то?.. – попробовал возразить я.

– Вот и думай, как справляться будешь! Ты в отряде, кстати, не один такой! Вот совместно и думайте. На то вам и дано время на слаживание. А то там, – атаман кивнул куда-то в сторону, – пока обычные солдаты да пилоты без магии на шагоходах воюют.

– Как же на шагоходах? – удивился я. – А магические контуры как же? Усиления? Модули пушечные и прочее?

– А вот так, каком кверху! – сердито ответил Гусев. – С хранения сняли старые образцы техники, чтоб не сказать «старинные», чудом в переплавку не угодившие. Из музеев, с постаментов памятных… Такое. Вообще без магических потрохов. Некоторые такие уродцы, чуть не кустарные образцы, ещё на пару́! Прям как на Первой Польской, будь она неладна!

Я сразу вспомнил заслуженный Дашковский паровой дирижбандель. Кажись, он тоже мог на чистом пару, без применения магии пыхтеть? Глядишь, его тоже мобилизовали. Аппарат, в смысле. Мишке в зоне высокой концентрации антимагии делать было нечего.

Выходит, наши на всякой древней рухляди против новейших англских безмагичных шагоходов бьются! Кисловатая картина. И Хаген, поди, там, и Пушкин со Швецом. Да и батя! С пулемётом он ловок обращаться, сто пудов напросился – вот тебе и разгадка, почему никто из них с раннего ранья в госпиталь не прибёг. А я-то удивлялся! Понятно, думал, Сокола да Витгенштейна, скорее всего, на приём важного начальства кинули. А остальные где? Вот и ответ. Даже если в бой не заслали, тренируются где-то в полях на ходячих самоварах бегать.

Таких вот глубоких полон дум, шёл я к своему домику. А! Забыл рассказать, мне ж ординарца выделили. Дожился! Теперь даже сапоги самому себе невместно почистить. Командир же, не хухры-мухры. Вот этот парнишка и вёл, показывая дорогу. И, кажись, боялся он меня до судорог. А, вот это неприятное чувство, да. Пусть уважает, любит, только не боится. Потому как где-то на задворках шевельнулось:

Страх – это вкусно! – А потом, перебивая себя же: – Не-е, любовь, смех, радость это вкуснее! Да-а!

Растём над собой, да?

Да! Мы самые!

Эт точно!

ПРАЗДНУЕМ ЖИЗНЬ

А около командирской палатки меня ждали все. Я имею в виду, все мои друзья. Только я их не сразу заметил. В затёртой полевой форме у входа в мой домик стояла… жена. И такими мечтательными глазами на меня смотрела, что я аж потерялся. Реально утонул.

Очнулся от приветственных воплей, хлопанья по плечам и мужским объятьям. А сам на Симу кошусь.

– Да обними жену-то! Коршун, ты чего, как сам не свой! – наконец подтолкнул меня к ней Иван. А сам стоит, Машу приобнял, и лыбятся оба во все тридцать два.

Пришлось исполнять приказ великого князя. Не подумайте плохого, не то, чтоб я сам против был. Просто неловко на виду у всех было. Но справился. И даже на отлично, так считаю!

Батя, враз помолодевший, похвастался мне, что принят в расчёт артиллерийского орудия, тогда как Саня, Хаген и Антон, как я и подозревал, единым экипажем были посажены на древний агрегат, который сами не иначе как керосинкой и не называли. И у всех них сегодня на самом деле весь день шли учения.

Сокол снова возмущался:

– Нет справедливости в жизни! Эти, безмагичные, на чайниках со свистками поедут, те, зверюги, своим ходом пойдут! И только мы, бедные рядовые маги, вынуждены прозябать, улыбаясь толстопузым дядькам в больших погонах!

– По́лно уж страдать! – мягко сказала Маша. – Все живы. Будем и этому рады.

– Праильно! – весело поддержал её батя, тут же поразив всех неожиданными знаниями: – Как там эти средневековые студиозусы пели? «Будем счастливы, пока мы молоды!»*

*Строки из старинного студенческого гимна «Гаудеамус»

И-и-и, как на всех военных попойках… Да что на военных? На всех, по большей части, мужских попойках!…веселье затянуло в свой круг вообще всех, кто мимо проходил. Даже тех, кто крокодил. И бегемот тоже. Потихоньку вокруг моего домика вырос целый лабиринт из принесённых столов, лавок… Люди ели, пили, закусывали, общались.

Вот что меня всегда радовало, так это неизменно уважительное отношение в женщинам на подобных сборищах. Вроде бы, грубые казаки или просто бойцы, ан нет. Ты позволишь себе грубость в отношении дамы, да даже если она куртизанка из спец.отряда сопровождения – тебе ж потом руки́никто не подаст. Оно, конечно, находились уроды, только тех уродов потом по пескам да сопкам закопали. Не думайте, не сами мы их… Просто на войне, ежели тебе не поможет друг-товарищ, ты ж кончишься быстро.

Так что сейчас наши дамы сидели, словно королевишны какие в окружении рыцарей. И это вообще не учитывая, что почти всякая могла бы половину этого отряда, ежели магия есть, в порошок стереть. Но то такое.

Высокое начальство всячески одобряло происходящее братание – в том числе с братцами-крокодильцами, с которыми после третьей рюмки даже при отсутствии переводчика завязалось вполне себе взаимопонимание. Застолье ширилось, откуда-то притащились музыкальные инструменты, загудели дивные египетские флейты, переливами откликнулись арфы, забренчали какие-то странные погремушки и медные тарелки. Внезапно и девчушки выскочили – все по египетской моде разряженные, так при их виде у наших служивых чуть глаза не повыпадали от изумления. Девушки оттанцевали и хотели убежать, но тут с другого края рявкнула гармошка и в круг ворвался разухабистый парень с частушкой:

Раздайся, народ,

Тут медведь на круг идёт!

С крокодилицей спляшу,

Свою удаль покажу!

И пока египтянки хлопали ресницами, медведь (бурый, – подсказал мне Зверь) подхватил первую попавшуюся танцовщицу под ручку и закружился с ней в центре площадки.

С краю тут же выскочила рыжая девка:

Надо жёнкам подсказать,

Надо понаказывать,

Чтоб навили нам верёвок —

Муженьков привязывать!

В общем, пошёл хохот и общее разгулье. В круг аж очередь стояла, кажный хотел ловко чего-нибудь с подковыркой исполнить. С девчачьей стороны в кругу были египтянки, которые ни бельмес не понимали и только хихикали, да рыжая девка, которая частушек знала, кажется, мильён, а если не знала, на ходу придумывала. Мне особенно понравилась одна про парня, который с крокодилицей пошёл гулять, а как полез целоваться, она ему нос откусила. Но так я, братцы, хохотал, что забыл, в каком порядке слова в строку складывались…

А гвоздём сегодняшнего вечера стал… вы думаете, кто? Удивительно, но нашёлся среди прибывших оборотней мой старый случайный знакомец. Тигр с дальневосточного фронта! Задиристый да закусистый, тут он подвыпил и чувство самосохранения слегка подрастерял.

Драка будет, – предупредил меня Зверь. Причём в самый тот момент, когда все хохотали, и казалось, что состояние расслабленное – дальше некуда.

Я повёл головой, прислушиваясь уже сознательно – и услышал! Сквозь гул голосов, сквозь хохот и притопы разобрал, как ехидный, подначивающий голос раскручивал тигра на драку:

– Видал, Ероха, мишка-то уже сколь чинов превзошёл? Казачий войсковой старшина уже! А ты всё хорунжий.

– Да отстань ты, Данька! Ну повернулась к нему воинская удача…

– Передом, ага, – хохотнул заедливый Данька. – А к тебе – задом!

Тут вокруг них ещё засмеялись, и я не разобрал, что тигр Ероха ему ответил.

– Я-то думал, меж вами не все слова ещё сказаны, – снова подкусил Данька. – Тогда-то вам есаул схлестнуться не дал, а теперь, поди, никто не запретит. Аль ты боишься? Думаешь, мало облик подрос? Или трусишь супротив герцогу выходить?

Тут я обернулся и поймал взгляд Ерохи, сердитый такой. Злой даже. Но сразу понял, что злится он больше на Даньку, приставшего к нему, как клещ. Однако было в нём и что-то ещё. Желание реванша.

Разберёмся-ка мы с этим, не откладывая на завтра? – спросил я сам себя, и Зверь радостно откликнулся:

Так и я про что! Разобраться надо!

Я направился к спорщикам, проталкиваясь сквозь толпу, и без обиняков спросил:

– Господа, у вас остались ко мне какие-то вопросы?

– Что вы-что вы! – зачастил Данил. – Ни в коем случае, ваша светлость! А вот друг мой, Ерофей Середин, большое желание имеет пригласить вас на дружескую… э-э-э… потасовку, так сказать. Поломаться по-товарищески, понимаете ли.

– Ах, желаете подраться? – я усмехнулся. – Это можно! Отчего бы и не подраться⁈

В этот момент гармошка вдруг как-то смолкла, и мои слова нарочито громко прозвучали в случайной паузе.

– Опять! – с досадой вскрикнула Серафима.

– Да ладно, чего ты? – успокоил её голос Есении. – Пусть подурачатся. Я, в конце концов, здесь.

Мигом вокруг нас была размечена ильиными огнями площадка – гораздо бо́льшая, чем пятачок, на котором танцевали – зверюгами-то мы куда как здоровее станем!

Елозливый Даня немного стушевался, когда договариваться об условиях к нему подошёл князь Витгенштейн.

– Избиение младенцев уж не устраивай, – усмехнулся, подходя ко мне, Петя. – считаю, эта драка в некотором роде должна стать началом вашего дальнейшего слаживания. И их сильно мордой в грязь не валить, и себя как следует представить.

– Без магии? – уточнил я.

– Без. Но со свойствами без ограничений. Так что ты в полном своём облике.

– И на том спасибо.

Зрители вымелись за световое ограждение (в сумерках, кстати сказать, удобно), и Петя объявил:

– Прошу начинать, господа!

Тигр обернулся первым, вызвав у меня невольное уважение. Вот это зверюга! Такой спокойно «Саранче» голову откусит, не поморщится. А, может, и «Пантере». Не удивлюсь, если он, воспользовавшись невнимательностью дохтура, двойную порцию водорослевого эликсира отхлебнул.

Я стоял, ждал. Тигра мягко шел вокруг меня, слегка поводя хвостом. Красивая зверюга. Ага.

Мы лучше! Дашь мне? – и столько желания, тоски по нормальному, простому бою было в этой мысли, что я не смог отказать.

Да па-ажалста! Мы самые! Только не убей!

Да!

И это последнее «ДА!» вырвалось у меня таким рёвом, что Ерофей не выдержал и бросился на меня. Ну как на меня? На то место, где я только что был. Зверь мягким рывком увел нас в сторону, всё еще не принимая облик. Тигр мгновенно свернулся – видимо, ожидая удара – потом выпрямился, вновь пошёл по кругу.

– Брезгуеш-ш-шь? – прошипел он.

– Ты чего? – даже немного удивился я. – Щас как дам за такие слова!

За кругом рассмеялись.

– Так за тем, вроде, и собрались? – рыкнул тигра и улыбнулся. Хотя до Айко и её дочерей ему всё же далековато…

О чём я вообще думаю?

Тигр вновь метнулся ко мне, и огромная лапа загребла воздух. Над головой, поскольку Зверь заставил меня прогнуться, мало что не на мостик. А потом снова увёл в сторону от очередного удара.

– Да бейся ты! Сколько можно бегать? – не выдержал кто-то за световым кругом. Как бы не Данила этот… Засланный казачок, кажись…

Опять мысли дурные.

Но зверь словно услышал призыв, и следующий удар я уже принял на голубые когти. Мда. Может я в размерах-то громадному кошаку уступал, а вот в когтях – нет. Мало того, мои голубые серпы, однако, отрубили ему пару когтей. Но это уже так, мимоходом отметил. Амурец бешено бил меня лапами, пытаясь прорваться к шее, но Зверь легко уходил, отбивал удары, а потом просто долбанул тигру по морде, и пока тот ошеломлённо мотал головой, пригвоздил его к земле вилкой из когтей. У нас так буку показывают малышам. А теперь два пальца такой «Буки» впились в землю вокруг шеи тигра, и сколько бы он не вырывался – не получилось. Весу во мне всё-таки много.

– Господа, поединок закончен! – вошёл в круг Петр Витгенштейн. – Надеюсь, понятно, чьей победой? – Он оглянулся, по секундантской привычке удостоверяясь, что не найдётся недовольных.

Я сбросил облик и похлопал тигра по громадной шее.

– От здоров же ты, ядрёна колупайка!

– А если бы бой был по-настоящему? – раздался голос из-за круга.

– Взять провокатора! – резко повернулся Витгенштейн.

В темноте раздались короткие звуки борьбы, рычание, тут же оборвавшееся болезненным скулением. Судя по всему, взяли смутьяна.

– А ежели кто думает, что в реальном бою было бы по-другому… – Петя внимательно посмотрел на круг, – Илья Алексеевич, покажешь?

– Хочешь? – спросил я тигра, всё ещё сидящего в облике. – Только не обижайся, ладно?

Хорунжий кивнул. В его жёлтых глазах зажглись огоньки реального любопытства. Уже хорошо, хоть не злится за проигрыш.

– Только я вас предупреждаю! – сердито сказала вдруг Есения. – Если вы сейчас по-боевому сшибаться собрались, я тигра из кусков собирать не буду! У меня такой вал раненых до сих пор, а я на баловство энергию…

– А что, госпожа докторша, – спросил её кто-то из глазеющих, – аль за медведя вы не переживаете?

Дашкова только возмущённо фыркнула, всем своим видом показывая – мол, глупости какие!

– Давай! – благословил нас Петя. – Только без членовредительства…

Я кивнул и отошёл к краю круга.

– Готов? – Тигр кивнул огромной головой.

– Айко… – я развёл в стороны ладони. А тигр уже висел в воздухе, его лапы беспомощно били воздух, и из пасти даже не рык – так, сипение вырывалось. Кажись, лиса ему глотку-то основательно пережала. А потом передние лапы оказались растянуты в стороны. О! Уже и дочки подключились.

Нас накрыла ощутимая пелена безмолвия. За кругом, похоже, даже дышать перестали.

– Хватит, – попросил я.

Хорунжий рухнул на землю и мгновенно сменил облик.

– Это… кх-х-ха… что сейчас было? – он мял себя по горлу.

– Во многих знаниях много печали. Вставай, тигра, пошли, выпьем!

Он поднялся, хлопнул меня по ладони.

– А выпьем, господин командир!

Я оглянулся, скользнул по толпе казаков взглядом, не находя заеду-Данила. Никак, он и оказался провокатор? Или просто, извините, дурак? Впрочем, Петины ребята его приняли – у них не забалуешь. Если этот Данил и в самом деле злоумышленник, да вдруг не один, завтра уже о его подельниках всё известно будет.

А если не найдут дурного умысла и отпустят, я так и так ему велю завтра котомку собирать – и на выход. Не нужны мне в подразделении такие остолопы, что ради глупого веселья товарищей под монастырь подводят…

* * *

Дорогие товарищи, финальная глава десятого тома и старт одиннадцатого – в понедельник, 20 октября, около 7 утра по Москве!

Напоминалка!

Дорогие читатели!

Напоминаем! У авторов есть ещё один впроцессник: «Записки о сломанном мире»

/work/493019

История с попаданцем в мир, переживший магическую катастрофу, в результате чего он подвергается периодическому нашествию монстров и воздействию различных менее привычных видов нечисти (от растительных до вирусных и энергетических).

Главный герой нацелен на борьбу со злом и поиски его первопричины.

Книга имеет некоторый оттенок викторианского стиля, но мир не наш, и место действия – не в коем случае не Англия! Оно просто слегка похоже))

Двенадцать глав в бесплатном доступе, милости просим к ознакомлению)

Выход прод – дважды в неделю, среда и воскресенье.

29. ВОПРОСЫ СЛАЖИВАНИЯ

ПОЧТИ ПО-ДОМАШНЕМУ

Спал я плохо. В смысле – хорошо, но мало. Во-первых, приятных – жена. Во-вторых, когда на первый пункт сил уже не осталось, и мы оба лежали, обнявшись в спутанных простынях, меня не отпускала мысль: «Как?»

Как отцы командиры собираются применять оборотней в грязной, железной современной войне? Понятно, вот те же амурцы… Пластуны, проползти, пленного взять, вырезать в тихую окоп с пехотой – это они могут, как никто другой. Но теперь тот же вчерашний тигр-хорунжий, он же ни в какой окоп не влезет! Это ж вагон от железной дороги, тигрой прикинувшийся! Ужасть какой здоровый! Это понятно, что ежели он доберётся до шагохода, он его голыми лапами разорвёт. Но так-то он просто, простите, зверюга с человечьим разумом. А у шагоходов пушки, пулемёты да ракеты.

Ворочался, пока не провалился в короткий сумбурный сон.

А проснулся от запаха кофе. Вскочил, выглядываю, а Сима уже на кухоньке командует. Причём командует в прямом смысле. Вчерашний казачок-ординарец раскочегарил магическую плиточку, и Сима учила его готовить кофе «как их светлость любят».

– Проснулся? Снилось что? Ворочался, вертелся, как юла. Садись завтракать. Мы в обед улетаем, отсылают домой… – она грустно улыбнулась. – Как значит свадьбы всякие – так мы пригодимся, а как война…

– Сима, любимая моя, ну не женское это дело ж! Есть, конечно, разные оторвы… Но в главном-то? Вы то, за что мы сражаемся, даже если и тут, в песках этих, будь они неладны.

– Ну да, Катерина же ещё…

– Вот-вот. Негоже ей тут такой подарочек оставлять. Ты сама-то тож присядь, со мной кофию выпей.

Она с лукавой улыбкой умостилась у меня на коленях.

Смотрю уши у ординарца прям малиновые стали. Он поставил на столик кофейник и тарелку с печеньем.

– Я это… ежли нужон, прям за дверью! – и вышел.

– Тут, прямо на лавке у входа спал, забавный! – Серафима обвила меня рукой, а другой поднесла кружечку и принялась дуть, остужая кофе и обдавая меня ароматами.

– Чего-то дикий он какой-то.

– А ты не узнал? Лёшку? Это ж Парамона дядьки сын. Ты чего? Через три улицы от нас! Карлукский он. Потому-то в ординарцы к тебе и попал! Тут такая знатная заруба была, кого тебе назначить… Очередь до горизонта. А я как узнала его, так и говорю: «Вот этот!» – и всё. Герцогская жена я или как?

– Жена, жена, – согласился я и чмокнул её в розовое ушко.

И все сомнения ночные как ветром сдуло. Всё будет хорошо! Это я сказал, а не собака гавкнула!

РАСКИНУТЬ МОЗГАМИ

В основное расположение я входил уже собранным и сосредоточенным на решении вопросов, что вчера щедро отсыпали мне отцы-командиры. Главный вопрос, как по мне – это как оборотням подойти на прямой боевой контакт? Посекут же всех. А потом я резко остановился, словно споткнулся.

Решение, пришедшее мне, выглядело (вот по-другому не назовёшь) дурацки простым. И если это сработает, мы эту базу, вместе с их деревьями, да железками бегающими… Я осекся. Не хотелось сглазить.

– Так! Семёныча-кладовщика ко мне! Бегом! – рявкнул я ординарцу, а сам помчался к штабному навесу моего Первого Сводного.

– Офицеров ко мне! – это уже другому казачку, стоявшему там для разных поручений.

– Есть! – только пятки засверкали.

Ну, к чести офицеров, собрались буквально за пять минут. Расселись за огромным столом с картой. Я встал во главе его и упёрся кулаками в полированное дерево.

– Господа, у меня к вам есть один простой вопрос. Как к вражьей базе прорываться будем? Идеи есть?

Идеи были. Разные. Некоторые прям даже не совсем сумасшедшие. Вроде внезапного десантирования с дирижаблей, или даже прикрепить несколько групп к шагоходам, и с их помощью… или дождаться, когда из Матушки России грузовички повышенной проходимости доставят. Это наподобие того, на котором мы на девишник ехали. Их в Твери, говорят, принялись клепать в промышленных масштабах. Но это когда они ещё приедут? Вопрос…

– У меня к вам вопрос, господа – враг шагохода в прямом столкновении обычно кто? – решил я подвести их к своей мысли.

– Другой шагоход, укрытая длинноствольная артиллерия и с недавних пор – пушки Рябушинского. Капитан Халецкий! – чётко ответил один из офицеров. Из той группы, что стояла на построении отдельно от вновь прибывших. Лощёный тип. Интересно, кто он?

Барс!

Ага.

– Господин капитан, простите за нескромный вопрос, а майор Шиманский Анджей Бенедиктович вам не сродственник?

– Дядя, – и улыбнулся. Во-от! Сразу на человека стал похож. – А вы, простите, как с ним?..

– Бидар, – коротко ответил я.

– Простите, так вы – Свадебный Ворон?

Офицеры повскакали с мест, а я стукнул себя ладонью по лицу. Господи Боже, сколько мне эта история отрыгаться-то будет?

– С чего вы это взяли? Моё боевое прозвище – Коршун! – попробовал откреститься я от сомнительной славы.

– Так дядя с Бидара жену себе привёз! Оборотня-змею. Они бы тоже сейчас тут были, но она в тягости и вот-вот… Ну он и рассказал, что это именно вам он своим семейным счастьем обязан. Вы не думайте. Не волнуйтесь. Он вам по-настоящему благодарен!

– Так! Господа офицеры! Пустых, не относящихся к делу вопросов не задаём!

А тут Семёныч под навес заглянул.

– Здравия желаю, господин герцог! Звали?

– Как же, звал! Проходи, дорогой, только тебя нам и не хватало. Это вот, господа, – представил я его всем: – Андреев Василий Семёнович или попросту наш Семёныч, каптенармус! Да не делай ты вид, что мы не знакомы! Ни в жисть не поверю, чтоб снабженцы хоть о каких-то новостях да не знали!

Мы обнялись. Я стукнул его по спине ладонью и тихо прибавил:

– Будешь навеличивать – стукну!

– А как тогда? – удивился каптенармус. – Субординация же!

– Зови Коршуном. – А потом повернулся к офицерам: – Итак, на обычную пехоту боевые машины врага в основном не тратят время. Так? С пехотой разбирается пехота. Так?

– Почти всегда! – ответил гул голосов.

– Семёныч, рожай мне полевые песчаные накидки и, знаешь… – я задумался, – что-то, что можно использовать как щиты от мелкашек.

– Щиты? – удивился он.

– Ну, куски брони от машин, такие, чтоб человек мог поднять и впереди себя нести-бежать некоторое время.

Семёныч почесал шею, высоко задрав брови:

– Даёшь ты задачки, Коршун… Пошёл думать… – он с довольно сомнамбулическим видом пошёл на выход, как вдруг просветлел лицом и обернулся ко мне: – Будет! Кажись, знаю я, как кое у кого спе… Тебе, твоя светлость, это не интересно. Кстати, а дойч твой тут?

– Тут, где ж ему быть? – кивнул я. И Семёныч убежал.

– Итак, господа офицеры. На сегодня будем думать, пробовать, как подобраться к шагоходам вплотную. Идея ясна? – я обвёл сидящих взглядом. Надеюсь, что моё решение не покажется им идиотизмом. Да и, в конце концов, можно же и остальные идеи опробовать.

СЛАЖИВАНИЕ. ПЕРВЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ

После завтрака мы выдвинулись на выделенное место. Хорошо хоть, со всех сторон закрыто дюнами. Не поглядит никто…

Во враги нам выделили три шагохода. Все стандартные «Воеводы», только без магических контуров усиления.

– Так, бойцы, кто у вас самый быстрый? – обратился я к строю.

– Это в каком виде, господин войсковой старшина? Ежели в зверином – то вахмистр Иванов. Он, простите – конь, – ответил один из офицеров.

Надо как-то их всех запомнить хоть по фамилии… Кстати, в Индии артиллерией тоже подполковник Иванов командовал. Династия коней, что ль?

– Почему «простите»? Конь, так конь. Только как он в бою-то может…?

– Так копытами! Лягается – любо-дорого посмотреть. Метровую кладку пробивает.

– Ясно… Кладку, значицца… – Я почесал в затылке. Вот какой из меня начальник, а? – Так. Давайте пробовать. Вахмистр Иванов! Ко мне!

– Есть! – из строя выскочил рослый парень с пшеничными усами и румянцем во всю щёку.

Я прищурился, пытаясь угадать родственное сходство. Получалось не очень, ядрёна колупайка.

– В Бидаре подполковник Иванов служил – вам, часом, не родственник? Павел Сергеевич?

– Дядя двоюродный! – расплылся вахмистр.

Точно, семейство коней, выходит. А то и клан.

– Что ж, господин подполковник показал себя опытным военным, надеюсь, и вы честь своего рода не замараете.

– Рад стараться, ваше высокоблагородие! – вытянулся вахмистр и брови этак сурово свёл.

– А вот это лишнее. Не в той мы ситуации, чтобы друг перед дружкой тянуться и длинными чинами изъясняться. Кто не в курсе, прошу в условиях боевых и к ним приближенных обращаться ко мне позывным «Коршун», в прочее время можно по имени отчеству. Ежели кто вдруг забыл или прослушал – Илья Алексеевич. Ясно?

– Так точно! – весело откликнулся строй.

– Как звать, вахмистр?

– Григорием, Илья Алексеич!

– Так что, Григорий, лекарство пил?

– Так точно. Все пили, и я пил!

– Обращайся. Давай на тебя посмотрим…

Конь из него получился, конечно внушительный. Такая зверюга, по размерам вдвое мощнее любого тяжеловоза.

– А-а-га… – задумчиво обошёл его я. – И сколько весу тягаешь?

– Так не меряли ещё, Илья Алексеич. Как лекарство приняли, так и на дирижабль.

– Вот оно чё… а тогда как силу удара проверили?

– Так это… я на станции случайно стену… того… – смутился конь.

Вообще разговаривать с конём было такое себе ощущение. У нас только папаня в сильном подпитии с конями беседы ведёт. А тут – пожалте. Оно понятно, что оборотень, но – забавно. Особенно когда на лошадиной морде отражаются сконфуженные эмоции.

– Так, верёвки есть?

– Найдутся.

– Так, ребятки! Первая практическая задача такая: обвязать этого коня, – вокруг рассмеялись, – чтоб петель для рук побольше! Будем из тебя, Гриня, мобильный поставщик оборотней делать!

Вскоре Иванов был обвязан по кругу, став похожим на огромную колбасу. Впрочем, смешки скоро закончились, и оказалось, что огромная зверюга может бежать как бы не со скоростью тяжелого шагохода. И тащила при этом человек двадцать. Просто больше зацепиться не удалось. Тут ведь как – может и больше бы влезло, но кажный казак ещё ж и снаряжение с собой пёр. Бонбы всякие, гранаты в разгрузках, автоматы-пулемёты да ещё чего. Как бурундуки по осени толстые. Вот только пилоты приданных шагоходов после опроса доложили, что всё равно по такой махине не промахнулись бы. Так что этот вариант пришлось отложить, только на эвакуацию.

А вот идею с простой пехотой отрабатывали долго. Выданные Семёнычем пустынные накидки отлично прятали человека в песках. А ежели он ещё и по-пластунски ползёт… По крайней мере, если точно не знаешь, куда приглядываться, в глаза не бросаются. Надеюсь, вражескиие наблюдатели окажутся не глазастее.

А вот в нанесением повреждений было не очень. Всё ж таки, простые оборотни – это просто звери. Огромные теперь, да. Но вот когтей как у меня у них не было. Хотя один тур размером с поезд так вмял пластину мишени, что если бы на её месте был шагоход…

Возвращались на базу перемазанные смесью пыли, пота, да ещё над отрядом стоял такой густой смрад звериного пота, что, как говорится, уже не пахнет, а глаза режет. Может кому и ничего, а мне с моим обонянием приходилось несладко.

Однако офицеры решили, что это я от результатов слаживания морщусь. В итоге посыльным был выбран капитан Халецкий. Видимо, как родственник знакомца.

– Не волнуйтесь, ваша светлость, это же только предварительные итоги. Сейчас в расположение придём, посидим с офицерами, обсудим. Может, какие ещё идеи родятся.

– Дай то Бог, дай то Бог, – невесело ответил я.

Ну а правда, прокрадёмся мы на базу – это допустим. А потом что? Нам же не прокрасться надо, а побольше вреда нанести.

Нет. Думать надо.

КАК ЕСТЬ ПРАВДУ-МАТКУ…

Пришёл вечером к отцам-командирам и отчитался по результатам наших экспериментов – и с ползаньем, и с конями… А они смотрят на меня и улыбаются:

– Что, говоришь, Илья Алексеич – бесполезное дело?

– Говорю! – рубанул я. – И ещё раз скажу, коли надо. В лоб, среди бела дня, без поддержки – мы тут навоюем, ага.

– А кто тебе такое сказал? – усмехнулся начальник штаба. – Во-первых, не днём. И, во-вторых, с поддержкой.

– Ага, многие думают, что на верху сплошь деспоты и идиоты, – поддержал спич Гусев. – Многие. И все они ошибаются. Мы тут тоже кое-что придумали, завтра на инструктаже озвучим.

Хорошо, когда командиры толковые есть. Вот совсем не моё – командовать. Иех! Жизнь наша странная. С этими мыслями пошёл я к себе в домик. А перед входом сидит сынок Парамонов и что-то читает. Интересно, у меня такое же глупое лицо, когда я чего-нибудь интересное штудирую? Сидит, хмурится, за ухом карандашик, пометки делает… пришлось кашлянуть, привлекая внимание.

Как он вскочил! Мне аж как-то неприятно стало, честное слово. Как будто я деспот какой иль сатрап! Посмотрел я на мальчишку укоризненно:

– И не за чем так подрываться. Ты, слышь, это, пугаться меня прекрати. Ты ж наш? – он кивнул. – Казак? – Ещё один быстрый кивок. Так дальше пойдёт – у него голова отвалится. – А казаки, брат, ничего не боятся! Кивать не надо. Понял?

Он таки кивнул. Потом смутился и тихонько проговорил, почти прошептал:

– Так я ж не вас боюсь.

– А кого? – удивился я. – Тут, окромя меня, может, человек десять… существ, – поправился я, – страшнее будет. Да и то, некоторые и страшные, а красивые!

– Я, ваша светлость, боюсь напортачить чего, чтоб вы меня выгнали потом. А мне в деревню вот так возвращаться, позору не оберёшься – «самого Коршуна подвёл!»

– А вот это брось. У меня до сих пор ординарцев не было, так что сравнивать-то не с чем.

– А господин Яров?

– Хаген-то? Он вассал мой. Эт, брат, совсем другое. Давай-ка лучше кофию поставь, мне ещё бумажки всякие писать, будь они неладны.

Зашёл в дом, а на столе накрытый полотенцем пирог лежит, судя по запаху – яблочный. Как ещё одно напоминание об уже уехавшей жене. С другой стороны – пусть лучше дома будет. Мне спокойнее.

И записка поверх: «Береги себя! Люблю!»

* * *

Дорогие читатели! Скромно напоминаем, что лайки и добрые отзывы очень мотивируют авторов! Для этого нужно вернуться на главную страницу книги:

/work/489935

* * *

Всех вас приглашаем в новый одиннадцатый том:

/work/502205

* * *

А тех, кто любит читать только законченное – на страницу наших циклов, там много интересного:

/u/id129473957/series

И с чувством глубокого удовлетворения:) объявляем, что с этого дня каждые две недели на первые тома цикла «Хроники Белого Ворона» будет действовать отличная трёхдневная скидка.

И ПАРУ СЛОВ О «ХРОНИКАХ БЕЛОГО ВОРОНА» ОТ ОЛЬГИ

/work/209452

Этот цикл начал зарождаться году примерно в 2016-м, когда моему мужу, Владимиру Войлошникову, начали настойчиво сниться сны на одну и ту же тему. Нет, это не был повторяющийся навязчивый сюжет.

В его снах на Землю пришли восемь давно забытых (а может, и неизвестных здесь богов). Пришли временно, только лишь для того, чтобы объявить: для человечества готов новый мир, пока что свободный от разумной жизни. В этом мире будет возможна магия, но ряд технологий божественным произволом навсегда останется под запретом. В частности, огнестрел и прочие высокотехнологичные изобретения.