Текст книги ""Фантастика 2026-13". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Алла Белолипецкая

Соавторы: Ольга Войлошникова,Владимир Войлошников,Евгения Савас,Наталья Точильникова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 197 (всего у книги 339 страниц)

Виррих заметно смутился.

– Извините, увлёкся. Я как что интересное увижу, прям вообще обо всём забываю. Смотрите. Лет десять назад у знати, очень модно было эфиопских колдунов ко двору выписывать. К чести сказать, эти негры – хорошие, точные предсказатели. Хотя практика ритуальных жертвоприношений… – увидев, что я передёрнулся, Игорь быстро поправился: – Не думайте плохого, не людских, нет-нет! Там птичек, мышек всяких в жертву приносят. Но всё равно, лично я против. Так вот. Вот это, – он снова ткнул в непонятную строчку, – язык народа амхара, в Эфиопии на нём почти все говорят, еще в Судане, Сомали и ещё кажись где… не помню, так вот, это слово, – он ткнул мощным пальцем в ряд крючков и петелек «የመጀመሪያው», – можно перевести как «первая», а можно как «старшая». У них нет разницы в этих словах. А тут только последний перевод. Он процитировал: «Старшая родит мага великой силы». Но с той же степенью правоты можно перевести как: «Первая родит мага великой силы». Есть разница, да? Судя по всему, предсказание делалось, ага, вот – близнецам. Значит, если берём первое толкование, то получается, старшая родит великого мага, а ежели второе, то кто из близнецов первая родит, у той и будет великий сын.

Прозвенел звонок.

– Ой, мне пора, заболтался я!

– Стоять! Сейчас, Игорь, вы идёте со мной! И не кочевряжиться тут, дело государственной важности!

– Ох ты ж Господи, да я конечно… я ж завсегда… Вы сразу скажите, господин хорунжий, я сильно вляпался?

– Нет. Но если вы оказались правы, то вляпались, я вам скажу, в признательность со стороны трёх княжеских родов. За мной!

Может и есть зелье удачи-то? Ведь не может же, чтоб вот так, а? Да не бывает такого! Я тащил заметно присмиревшего Игоря по коридорам. Он, кажись, даже меньше стал. А пусть не боится, солдат ребёнка не обидит!

В холле, посмотрев расписание, я нашел группу Ивана. Это Витгенштейна на занятиях явно нет, а Великий князь точно сидит, гранит науки грызёт. Ещё один пробег с Виррихом на буксире, и мы стоим у двери аудитории.

Вежливо, негромко постучался. Открыла неожиданно молодая блондинка. Смерила меня недовольным взглядом и, скривив розовые губки, процедила:

– Господин хорунжий, что вам угодно?

– Госпожа преподаватель, извините, не был представлен! Мне срочно нужен Иван Кириллович, дело государственной важности. И я сейчас абсолютно серьёзно.

Она немного оторопела.

– Ну, если дело государственной важности, то конечно. Иван Кириллович, вас…

Через две секунды Иван выскочил в коридор, аккуратно закрыл дверь и сходу наехал:

– Коршун, ты это такими способами меня на разговор вытащить не усердствуй! Чего хотел?

– Хорунжий Соколов! Отставить ёрничанье! Иди сюда, – я подтащил ошалевшего от такого натиска Ивана к окну, разложил гуриелевские бумажки на подоконнике – смотри и слушай! Давай, Игорь, лекция номер два!

И пока Виррих, второй раз, запинаясь, объяснял значение ключевой фразы, лицо Великого князя вытягивалось прям на глазах. Когда Игорь замолчал, князь рывком повернулся ко мне и схватив за грудки проорал:

– Коршун, птица счастья ты моя! – потом троекратно расцеловал меня в щёки и убежал. Прям вот так, громыхая сапогами по коридору.

10. ВОПРОСЫ БЕЗОПАСНОСТИ

ПОСЛЕДСТВИЯ «РАЗ»

Давешняя учительница выглянула из аудитории.

– Всё нормально?

– Не извольте беспокоиться, госпожа преподавательница, у Великого князя радость большая. Он… чуть позже будет.

– Н-ну-у, хорошо, – с сомнением протянула она и закрыла дверь.

Виррих осторожно тронул меня за плечо.

– А это что сейчас было, господин хорунжий?

– А это вы внезапным образом помогли с семейным счастьем Великому князю Ивану Кирилловичу, племяннику императора. Такие вот пироги с котятами, их ешь, а они…

Но тут, совершенно неожиданно, былинный детинушка Игорь свет Фридрихович осел мне на плечо, чуть не переломив спину.

Вот только мне обмороков гигантских не хватало!

Я, с натугой извернувшись, привалил волхва к стене. Эка, бывают же такие огромадины! Как там его папа говорил? «Неудобный»? Как есть, ядрёна колупайка, неудобный!

– Игорёха! Очнись давай! – я тряхнул волхва, невольно переключаясь в далёкий от политесов боевой режим.

Без толку. Треснул его по щеке – как по камню, только руку отбил! На счастье, Игорь-таки заморгал и встал прямее.

– Господин хорунжий, вы сейчас пошутили, ну правда же?

– Какие ещё шутки? Ты ж слышал, я преподавателю сказал «дело государственной важности»? Вот оно и есть. Это было предсказание по поводу возможной невесты Великого князя. Так, в обморок мне не падать! Идём-ка братец в библиотеку, доклад развёрнутый писать будешь. С самого начала и всё как есть разложи: как ты увидел, что понял? Ясно? Мы теперь, брат, с тобой попали конкретно. Щас главное – грамотно всё изложить.

ПОСЛЕДСТВИЯ «ДВА», И «ТРИ», И СКОЛЬКО ХОТИТЕ…

А на пятничном ужине я был осчастливлен явлением уже трёх князей разом. Причём, они смотрели на мой рис и бефстроганов как на улики государственной измены. Денис под этим взглядов вначале приуныл, а потом, как-то вздрогнув, расправил плечи и уже спокойно ел свою картошку с котлетой.

Меж тем, молчание затягивалось.

Однако ж, если они хотели чего добиться, то зря они так. Я когда голодный, на психологическое давление становлюсь совершенно невосприимчивый. А так-то на эту скульптурную композицию «Три князя скорбно взирают на Коршуна» уже даже с соседних столов пялились, не стесняясь.

Наконец Серго не выдержал:

– Нет, вы посмотрите, господа! Он совершенно бессовестно ест! Какую-то кашу с говнядиной!

Я аккуратно собрал последние капли соуса корочкой хлеба. Специально, по-простому, чтоб на княжеские кислые физиомордии посмотреть.

– Вот и не правда, прекрасный рис и не менее прекрасный бефстроганов! Чем обязан такой внушительной делегации? Я опять кого-то обидел, недолил «зелья удачи», – я сделал руками неопределённое движение, – вовремя коврик не постелил или там свечку не подержал? Я, господа, серьёзно разозлён. У меня ТАКИЕ проблемы из-за конкретно вас, – я ткнул в Петра и Ивана, – нарисовались, что ваше нависание над столом только разжигает аппетит. Опасаюсь, в ссылке так не будут кормить. Это ежели я до неё доеду ещё.

– В какой ссылке? – Иван переглянулся с Петром.

– Обычной, куда там у нас посылают? В Сибирь?.. А! Я ж там живу! Ну, тогда на ласковые берега моря этих, как их… а! Лаптевых…

– Так, стоп! – Сокол выставил ладонь. – Давай по порядку. Ты почему с нами ехать не хочешь?

– Куда ещё опять ехать?

Они снова все переглянулись. Что за театр марионеток, пень горелый?

Иван нахмурился:

– Ты мою записку у Семёныча забрал?

– Нет. Никакой записки не получал, не читал, в глаза не видел! – я отложил в сторону салфетку и в упор уставился на Великого князя: – Дальше?

– А чего дальше? Всё, приехали. Ты где был после занятий?

Иван сел за стол, а Пётр и Серго пристроились у него за плечами.

– Желаете отчёт, ваше императорское высочество?

– Да перестань уже! – Иван раздражённо взмахнул рукой. – В самом деле, ну?

Я сердито сложил на груди руки:

– На занятии магонаучного общества по вооружению. Где, собственно, по расписанию быть обязан. Тем более сегодня. Там же, где сейчас находится Хаген, присматривая за особо ярыми энтузиастами. Это на случай, если вам вдруг интересно, куда дойча дели.

Иван, как командир шагохода, невольно сбился со своей темы и не смог не спросить:

– Ну и чего там? Какие новости?

Мне, со своей стороны, тоже хотелось кому-то похвастаться, и я не утерпел:

– Они там на саблю артефакт навесили, она теперь сталь почти как масло режет. Правда недолго, и энергию при этом жрёт, как слон. Думать буду про накопители.

– А клевец?

– А что клевец? Простой, как я их и предупреждал, может в броне застрять. Не верили, пришлось натурным способом доказывать! Я и говорю: вот, господа, мы лупим неподвижную мишень. А ежли я на скорости в сотню такой конфуз словлю? Да не успеет он отщелкнуться? Как вы полагаете, здорово меня размотает?

– Н-да.

– Но отказываться совсем не стали. Обещают этакую дивную штучку к нему присобачить, я даже рассказывать пока не стану.

– Чтоб не сглазить? – хохотнул Петя, подсаживаясь на свободное место.

– Типа того. Такие вот новости. Да, и ещё попутно пришлось драку разнимать.

– Драку? – оживился Серго. – С этого момента поподробнее!

– Да какие там подробности! Умора. Битва интеллектуалов, – я фыркнул. – Сторонники чисто ствольной артиллерии и ракет не сошлись во мнениях со сторонниками стандартной комплектации. «А! Ваши клевцы, мечи и сабли – это вчерашний век! Да ежели пулемет, или там пушка…»

Иван аж лицом вытянулся:

– А если закончится боеприпас, чего делать прикажешь? Бежать с поля боя?

– А это ты перечислил аргументы их противников. Да ты не нервничай, у них впереди целый год, «Саранча» под боком, а там Хаген особо дебильные предложения отклонит. Ну и, опять же, я рядом. Это если меня в кандальники не сошлют.

– Какие, едрит твою налево, кандальники⁈ Ты меня не сбивай! Да ежели «Воевода» щитом прикроется, да если пилот старший – маг, то ты в него весь короб можешь высадить, а он потом подойдёт и всё, что торчит, поотрубает! Ага! Тем самым бесполезным мечом, – не мог успокоиться Сокол.

Ну ещё бы! У него-то в Сирии основное оружие и было – меч. И владел он им виртуозно. Слабо́летящую в тебя ракету разрубить? А я раз такой фокус в его исполнении видел. Отбил и дальше побежал, как так и надо было.

– Ты мне за императорскую власть тут не агитируй! Я как раз учёный и битый неоднократно. Разнял я ту драку, а потом три часа в службе безопасности сидел…

– За участие в драке? – удивился Витгенштейн.

– Не-е, за участие в ней меня как раз поблагодарили. Там же не драка была, а так – пара затрещин, тут господа магонаучники все и кончились. И даже без синяков обошлось. Они потом передо мной даже расшаркивались, потому как в результате драки не сломали ничего. А в ихнем кружке этакие прецеденты иной раз случались. Нервные люди. Дикари-с!

Все три князя разом хрюкнули. Но спускать им свалившиеся на меня казни Египетские я не собирался!

– А вот потом, – я поочерёдно ткнул пальцем в Ивана и Петра, – мне три… ТРИ!!! ЧАСА!!! вынимали мозг на предмет недопустимости магохимического влияния на особ княжеской крови. Ага⁈ А всё потому, что у кого-то… Даже не знаю у кого? – я картинно развёл руками. – Столько предположений! У кого-то тёплая вода в жопе не держится!!! Чтоб ты знал, – я ткнул пальцем в Ивана, – это НЕ «зелье удачи». Это мне матушка с собой передала, для лучшего усвоения знаний. Лично для меня! Сибирские травки подобраны, уж своего сына-то матушка знает! Я тебе в чай сколько накапал? Капель пять? И тебе столько же, – я ткнул в Петра. – И таких мензурок у меня ещё сорок штук… Было! Забрали безопасники ваши на исследование! Вдруг я отравить князей вздумал? Ну а хрена ли мне? А? Делать-то больше нечего! Дай думаю, князей, дружков своих, отравлю!

Я помолчал, успокаиваясь.

– Так, что господа князья, я даже рад, что какую-то там бумажку у Семёныча не прочитал. Чтоб вы меня ещё во что втравили? Увольте-с! Спокойно сидим, – я кивнул на Панкратова, испуганно в ответ моргнувшего, – едим. Ели, – поправился я, – вкусную еду. И никаких… внимание! – я поднял палец: – Никаких!!! опасных приключений на мою задницу. И даже извиняться за армейский лексикон не буду!

– Да я, знаешь, сам на нём совершенно спокойно могу! – Иван выставил локти на стол и опёрся о ладони. – Чувствую, мне нужно, во-первых, извиниться перед тобой за всех нас. Короче, извини нас Коршун! Просто ты, со свойственной тебе грацией слона в посудной лавке, умудрился решить все трёхлетние проблемы между нашими родами, – он кивнул на Петра. – Прикинь, все! Теперь тишь да благодать! Папаня при последнем разговоре даже смеялся: мол, не направить ли тебя на Урал с особым поручением, разрубить, так сказать, гордиев узел с уральскими концессиями. Это конечно шутки… Я надеюсь… – Иван с некоторым сомнением потёр затылок. – Во-о-от. А по сегодняшнему вечеру – мы тебе у Семёныча оставили приглашение на небольшой междусобойчик, в охотничьем домике, – он кивнул на Петра. – У Витгенштейнов охотничьи угодья есть, тут не очень далеко. Выпили бы, закусили…

– Я такой шашлык замариновал, – эмоционально вклинился Серго, – а ты кашу ешь!

– Вот! – продолжил Иван. – Сидим, ждём тебя, как дураки, у проходной. Полчаса. Час. Потом не выдержали и пришли сюда. А ты с рисом тут!

– Ну простите, что не вышло соответствовать великим ожиданиям!

– Да понятно всё, я же уже извинился! Порешаем всё с безопасниками. Поехали, разговор серьёзный есть. – Иван обвёл здание столовой взглядом: – Денис, без обид, это не про тебя. Но тут всюду уши. Даже в стенах.

– А в той зимовьюхе их нет?

Серго вопросительно выгнул бровь:

– Как? Зи-мо-вью-хе? – по частям произнёс он.

– Не парься, это наше сибирское название. Ежели ты зимой, в минус сорок пять наткнёшься на домик в лесу, ты так счастлив будешь, что хоть зимней дачей, хоть апартаментами, хоть особняком его звать будешь. На целых десять огромных квадратных метров! А внутри и печка, и дрова сухие. Да ещё лежанка! Обрадуешься больше, чем дворцу.

– Да понятно, о чём ты! – Иван прихлопнул по столу. – Так ты едешь? Или тебе официальное приглашение нужно?

– А у меня теперь свидетель есть, что я не сам на все ваши безобразие подписался! Денис, свидетелем будешь?

– Э-э-э, свидетелем против князей? – проблеял Панкратов.

Сокол ободряюще хлопнул его по плечу:

– Не тушуйся, это Коршун так шутит! Он же у нас изрядный шутник, как оказалось! – Иван немного подался вперёд: – Денис Панкратов!

– Я! – совершенно по-военному вскочил Денис и вытянулся перед Великим князем.

– Слушай мой приказ! Сопровождать Илью Коршунова на встречу с нами, в охотничий домик князя Витгенштейна, – он ткнул пальцем в Петра. – Следить за тем, чтоб всё было благопристойно, и всеми силами охранять Илью от любых посягательств!

– Есть!

Что за, ядрён корень, цирк тут происходит?

– Отлично! Приказ получен, прилюдно, – Великий князь оглядел столовую, – и двояких толкований быть не может! Поехали, Коршун.

Я пожал плечами. Не считая того, что никакого формального права отдавать приказы Панкратову у Ивана не было…

– Ну поехали, так поехали… Куда хоть?

– А я и сам не знаю, – легкомысленно развёл руками Сокол. – Тут всем Петро рулит. Ну почти всем, – поправился он. – Мясом и вином – Серго.

ЭТО, ЧТО ЛИ, ВАША ДАЧА?

Этой толпой мы дошли до домика КПП, за которым стоял забавный грузовичок на больших дутых колёсах. Вместо кузова была примострячена коробка маленького домика, навроде будочки охранника. Даже с окнами по бокам и печной трубой сзади. Оглядев сие чудо, я не удержался и подколол Витгенштейна:

– Это, что ли, твой охотничий домик? Ну всё, Денис мы пришли. Прям тут охотится будем.

– Чего ты? Мы что, до домика на лошадях добираться должны? Или пешедралом? – судя по всему Петро обиделся на пренебрежение грузовичком. – Между прочим, этот вот экспериментальный аппарат повышенной проходимости сейчас проходит испытания для внедрения в нашу армию…

– Конкретно вот этот? Прям проходит? – я похлопал по капоту.

Пётр немного смутился.

– Ну, конкретно этот – нет, это для папеньки собрали. Из тестовой серии. Рассаживайтесь давайте! Сколько можно зубы скалить? – и залез на место водителя.

– Правда, давай садись Коршун, – Серго приглашающе распахнул дверцу. – Мы-то, в отличие от вас, не ели!

А потом мы тряслись в грузовичке. Поначалу, пока по дорогам ехали, ещё нормально было. А как на просёлок выкатили – вообще труба. Внутри маленькой будки оказались два топчана, столик и действительно маленькая металлическая печка. В принципе, для небольшой компании, да на охоту – милое дело. Но, Гос-споди! Как же его трясло! Скакали на каждой кочке, как горошины в молотилке. Да лучше б я на «Саранче» до домика добирался…

Наконец прибыли на место. Охотничий домик в моём понимании должен был бы быть небольшим… э-э-э… домиком, а не трёхэтажной каменной громадиной.

Мы выбрались из грузовичка и, пока разминали ноги, я слегка поддел Витгенштейна:

– Петя, а что домик-то такой махонький? Всего три этажа? Прям сама скромность и аскеза!

Тот покосился на меня и убедился, что я его подкалываю.

– Я бы мог сказать, что князю меньше не полагается. Но на самом деле избушка казённая. От прежнего командующего Новосибирским военным округом перешла.

Серго тоже разглядывал дом критически:

– Я, конечно, против камня ничего не имею, но когда вокруг такой лес…

– Говорят, – поделился Петя, – три предыдущих сожгли по пьяни. Вот прежний командующий и психанул.

– Поня-я-ятно, – протянули мы хором.

– Помощники-то будут? – Серго кивнул на доставленный провиант.

– Нету никого, – обрадовал нас Витгенштейн. – так-то обычно тут две семьи егерей живут. Но сегодня я специально просил…

– И куда подевались? – удивился я.

– Так у них же ещё у каждого дом есть, тут рядом, в деревне. Они нам баню натопили, припасов оставили на два дня, да и уехали, чтоб не мешаться. Потом обратно вернутся.

– Ясно море… Ну что, братушки? Тогда схватили да потащили?

Мы помогли Серго вытащить два здоровенных бака с мясом и ящики с вином. Как сказал Пётр, «остальное нас уже дожидается».

Внутри дом показался еще громаднее, чем снаружи. Зала так вообще с потолками под пять метров. Здоровенная пасть камина. На закопченных балках стен рога и головы звериные приделаны. Что сказать – атмосферно. С размахом. Но мне наше зимовье на Ангаре больше нравилось. Тут просто чтоб чего-то достать идти надо. А там, протянул руку – и вот оно. А по утрам (иногда, после вчерашнего) это прям многое решает.

Но внушает, конечно.

Серго разложил прямо в камине дрова и хлопнул в них огнь малый. Зачем? Вон же спички на полочке. Но их, князей, не понять. Дрова занялись, и мы принялись насаживать благоухающие куски мяса на шампуры.

– У нас в семье не увлекаются большим количеством специй, – почти торжественно пояснял Серго. – Просто мясо нужно свежее, да черного перца молотого, кориандра, ну и соли ещё.

– А это что? – я достал из бака кольцо лука.

– Лук. Что ты дурака валяешь? Там его совсем немного.

К слову сказать, Серго сегодня был на удивление немногословен. И обниматься не лез. Как папаня говаривал – «мыслю катает». Глядишь, обкатает – поделится. Зачем-то же они меня сюда вытащили? Да ещё и Дениса, этот-то вообще случайно влетел. Вон, сидит, обалдело оглядывается. Ему из глухой деревушки в подобное место попасть – это как мне во дворец, наверное.

– Сейчас угли белым пеплом покроются, жарить будем. Давайте пока выпьем, – Серго стоял у камина и разливал из бутылки красное:

– Выпьем за то, чтоб наши дела решались к нашей пользе!

– И чтоб нам за это ничего не было! – энергично подхватил Иван.

– Да!

Мы чокнулись, и я с наслаждением глотнул вина. Красное, терпкое, вкусное, у-ух! Щас ещё мяском заполируем, вообще благодать. А там, глядишь и истинная причина приглашения наружу вылезет. Как ни крути, не верится мне, что просто так князюшки в дремучий лес выехали. Оно, конечно, возможно, но вряд ли. Я, вообще, так думаю, что князья наперегонки должны детей делать и к свадьбе готовиться. А не это вот тут.

11. НАКОРМИ, НАПОИ, СПАТЬ УЛОЖИ…

НЕ КАЖДЫЙ ДЕНЬ КНЯЗЬЯ ПО КУХНЕ ДЕЖУРЯТ

Пока мясо готовилось, Пётр с Иваном накрыли на стол. Уехавшие егеря действительно оставили на леднике кучу разнообразной еды и всё это гастрономическое великолепие князья – лично! собственноручно! – разложили на огромном столе. Нет, всё-таки гигантомания в чистом виде. Хотя, ежели подумать, когда папа-князь Витгенштейн на охоту изволят выехать, тут же не только он один. Там, небось, такой табор собирается, что этот деревянный плац, по недоразумению столом прикинувшийся, ещё и маленьким, и тесным окажется.

Но в нашем случае все блюда были составлены с одного краю и к нему же были подтащены стулья. Вот как раз стулья передвигать доверили нам с Денисом. Хотя, к слову сказать, и не стулья это были вовсе. Прям троны. И ещё и рога к верху спинок присобачили. Зачем?

Наконец Багратион объявил, что первая порция мяса готова. И выложил на блюдо шампуры.

– Так, специально для тебя Денис: говорим запросто, величать не надо. Ясно?

Денис судорожно кивнул Ивану. Багратион хлопнул бывшего крестьянина по плечу и весело произнёс:

– Да ты не тушуйся. Мы сейчас поедим немного, вообще в баню пойдём. И что ты к моей волосатой заднице будешь на «вы» обращаться? – о! Серго пару кусков мяса сожрал, повеселел. А то прям напрягает, когда рядом грустный волколак.

– Я стараюсь. Очень стараюсь, но всё так стремительно меняется, с тех пор как у меня дар нашли… Я никак в себя прийти не могу. Сижу, пью, ем с князьями! Да мне же никто не поверит!

– Ага, а нам кто верить будет?

– Вы о чём?

– Сказано же! Пока мы тут, узким кругом, не «вы», а «ты»!

– Извините… извини.

– О! Можешь, когда хочешь! – Пётр приобнял Дениса. – А мы тут сидим и выпиваем в присутствии, возможно, величайшего геомага будущего. Я на днях почитал твоё дело – ты уж извини, папаня заставил. Там та-акое! Это же ты на поляков овраг схлопнул? Полтыщи солдат как корова языком? А⁈

– Нормально! Уважаю! – Иван обмакнул в соус и закинул в рот кусок шашлыка. – А то в университете одни барышни нежные, и это я не только про девушек. На фоне этаких красавцев! Приятно слышать, я вам скажу, господа! – Великий князь ткнул рукой в меня: – Этот вот отморозок шагоход у англов подрезал. А этот, – он поворотился к Серго, – у турок три тыщи! Три тыщи!!! Овец угнал. Прям из снабжения армии. Кушать он хотел сильно, блин.

Мы посмеялись.

– Один я никчемная особь получаюсь! Можно я поплачу в углу? – Пётр, несмотря на смысл слов, плакать не собирался, а наоборот – увлеченно хрустел огурцами.

– Как говорит отсутствующая Софья – балаболка. А кто франкского посла до цугундера довёл? И главное, ты представляешь Денис, так вежливо, обходительно и дипломатично оскорблять целый час. Бедолага посол даже убежать никуда не мог.

– Ну это ж не боевые подвиги…

– Так кто на что учился! Кстати, Денис, а тебе учёбу же Уральская горнорудная оплатила? – Иван первым закинул удочку.

Денис кивнул. Просто рот занят был. Он, по-моему, впервые в жизни фаршированную щуку ел. Надеюсь я сам так комично не выгляжу. Сидит жует, а у самого взгляд внутрь, к ощущениям обалдевшего языка прислушивается…

– Я к чему спрашиваю, если ты от УГРК, то почему с Морозовой Дашкой не общаешься?

Денис крупно сглотнул протолкнув в желудок рыбу, запил вином и ответил:

– Ну так она же дочь самого… – он ткнул пальцем вверх, – вся в бриллиантах ходит. А я крестьянин. Бывший, но…

– Совет хочешь? Совершенно бесплатный, – Сокол вальяжно развалился в своём троне, прям аллегория винопития и обжорства. В одной руке вилка с куском мяса, в другой бокал вина. – Только от тебя сейчас зависит – будешь ты вечно на побегушках или сможешь чего сам достичь. Вот смотри на Коршуна, учись у него!

А потом совершенно без перерыва:

– Ладно, Багратион, давай колись! Зачем ты нас сюда притащил? Я знаю, что притащил ты, – он ладонью остановил взметнувшегося Витгенштейна, – но по его просьбе? Так? Да ещё чтоб непременно Илья был. Дениса-то случайно зацепило. Давай рассказывай!

– Щас прожую, – невнятно пробасил Серго. Потом хлебнул вина и выдал: – Господа, помогите родителей сломить! Сил уже никаких нет!

– Чего?

– Зачем?

Он помолчал.

– У вас теперь всё на мази, месяц-второй-третий и свадьбы одна за другой. А у меня упёрлись когтями. Говорят: нельзя, неровня она тебе! – Серго с горечью выплюнул слово: – Мезальянс!

– А ты кого выбрал?

– Княже, ну не трепи нервы! Знаешь же!

– Что я знаю, это вообще к делу не относится! Мне твоя твёрдая декларация намерений требуется. Чтоб знать и планировать, как и за кого мы будем бороться!

Я осторожно спросил:

– А прям так необходимо бороться?

– Ты моих родичей не знаешь, – вздохнул Багратион.

– Ну, ты с моей маман тоже не знаком.

– А вот и нет! – Серго неожиданно улыбнулся. – Представляешь, виделись однажды…

– Да ну! – подорвался Петро. – А что, ни разу не рассказывал?

– А что там рассказывать? Я ж до недавнего времени и не знал, что легендарная травница Евдокия Максимовна вовсе по фамилии – Коршунова, и вообще мать вот его, – он ткнул пальцем в меня, все с интересом уставились уже в мою сторону, – восемь лет назад это было. У Багратионов у всех трудно подростковый период проходит. Гормональная ломка, да еще во втором облике… Боли очень сильные, некоторые не выдерживают, с ума сходят. Отсюда и все эти легенды о кровожадности. Одну тварь не успеешь отследить, и потом на века кровавых легенд.

– А вы, простите?.. – не выдержал Денис. Серго хлопнул его по плечу и усмехнулся:

– Оборотни мы. Вся семья, кто волк, кто медведь, а прапрадедушка вообще горный барс.

– Был? – Дениса, по-моему, совершенно ничего не пугало. У него похоже уже способность удивляться заклинило. Сидит в загородном доме. В компании князей, меня не считая. Ест мясо, которое приготовил один из князей. А если этот князь ещё и волколак – а и ладно, с кем не бывает?

– Почему «был»? Вепхо Бадриевич жив-здоров, чтоб нам такими в его возрасте быть! Давайте выпьем за это!

И выпили.

Но с Петра так просто не слезешь, и не успел он проглотить свой бокал, как тут же:

– Ты давай рассказывай, что там дальше было?

– А что рассказывать? Привезли меня в Иркутск, дирижаблем прилетели, а там прям на поле взлётном в двуколке женщина сидит. Красивая такая, – он стрельнул в меня взглядом, – а я лежу наполовину волк, наполовину человек, ни туда, ни сюда…

– И что?

– Что, что? Сунула она мне в пасть деревяшку какую-то и влила зелье. Никто даже возразить дёрнуться не успел. Горечь несусветная! Ужас! Мрак просто! Я как вспомню, меня до сих пор блевать тянет, вы уж извините.

– Ну, нас рассказами о блевантине не напугать, – уверил его Иван, – и от твоего мяса не отвратить, даже не мечтай! Дальше что было?

– А что было? Выкинуло меня в волчий облик, стою, лапы подламываются, а она меня так чуть приобняла, как собаку какую, и говорит на ухо: «Ты запомни горечь эту! И если не сможешь перекинуться – вспоминай, поможет. Ну а если не поможет, приезжай, ещё напою!» Так меня в человека сразу как перевернёт! А она подошла, слюну с лица тряпкой влажной вытерла и говорит: «Хороший волчок! Мне нравится!» Меня с тех пор от этой фразы прям сразу в человека выносит. Деда сказал – психология! Наши ещё потом пару раз ей пациентов привозили, племянника Вахтанга и Этери, двоюродная сестрёнка, лиса она. Вот. А теперь я с Коршуном учусь вместе. Представляешь, мир маленький!

– Да-а, дела, – глубокомысленно протянул Иван. Потом помолчал и продолжил: – А может, на твою родню матушку Коршуна натравить? Я так думаю, они ещё с первого раза прониклись.

– Зачем сразу так-то? Давай сначала дипломатией попробуем, а?

– Да, Илюха, судя по рассказам Серго, маман у тебя – огонь!

– И внешность и внутреннее содержание! – горячо подтвердил Багратион.

– Ладно, идея спустить на них маму Коршуна не катит! Не звери же мы… Оставим это на крайний случай, – Сокол как всегда подвёл итог дискуссии. – А если ты думал, что я не заметил твою попытку свильнуть от моего прямого вопроса, так и знай – не получилось! Кто? Что? И какие планы на предстоящую кампанию?

Багратион обмакнул последний кусок шашлыка в соус, закинул в рот зелень, медленно пережевал и выдал ответ:

– Дарья Морозова, да вы и сами это знаете. Женился бы прям завтра. Только родня… У меня не матерных слов не осталось. Готов на всё, но в разумных пределах. Хотелось бы титул отстоять и возможности общения с родными не утратить… – Он помолчал. – Но это не главное! Дашка – моя! Ясно⁈

– Ты глазами на нас не сверкай! Мы её у тебя забирать не собираемся, тут бы самим с Гуриели разобраться, – Петя задумчиво подпёр щёку: – Слушай… раньше ведь проблема по-другому звучала? Что, дескать, у отца-Морозова дворянство личное, ненаследное, так? А теперь-то Дарья за «Красную Аиду» сама наследное получила. На сей раз в чём проблема?

Серго горестно заломил густые брови:

– А вот как посмеешь ты отцу сказать, что вместо Гуриели выбрал нетитулованную дворянку – так и наслушаешься всего, что я счастье имел… – он глухо зарычал. – Дворянства больше недостаточно. На мою голову, к планам на мою женитьбу подключились тётушки, промыли папе мозг. Теперь их и не всякая княжна или графиня устроят. Мы, говорят, тебе из грузинского древнего рода нашли невесту, и даже не смей нос воротить, проклянём и из рода вышвырнем!

Ох ты ж, ядрёна колупайка, какие страсти…

Баргатион эмоционально воздел руки к потолку:

– «Ради рода! Ради матери!» Что «ради матери»? Меньше внуков она любить будет или что⁈ И тётки эти! Они, видите ли, уже договариваться начали! Неудобно на попятную идти. А меня кто спросил⁈ Если та девочка из знатного рода меня даже не знает и согласна – какая ей разница, с кем в постель ложиться⁈

Витгенштейн посмотрел на Серго, на Ивана – и неожиданно выдал:

– А что мы тут сидим? Первую партию съели, слегка червячка заморили, пока не отяжелели, да и не напились. Самое время в баню идти.

Иван бодро подскочил:

– В баню! В баню!

Вот же жуки, явно же надеются, что проблема Багратиона как-нибудь без их княжеского усердия сама собой решится! Я прищурился:

– Сокол, вот чего ты орёшь? В баню, так в баню. Чего ажитацию наводить? Я только, убей – не пойму: как я могу вам помочь? Про Дениса вообще молчу.

– А вот не надо ля-ля тут! – потряс воздетым пальцем Великий князь. – Нам помог? Помог! Значит и Серго можешь чего посоветовать.

– Зелья удачи ему накапать? – криво усмехнулся я. – Обратитесь в вашу собственную службу безопасности.

– Ты это… Ты давай не это тут… – слегка стушевался Иван. И сразу же, убеждая сам себя подбодрился: – Дашку отстоять надо? Надо! А если не получится, значит плохо старались! Слабаки!

– Ты за всех не говори, я за Дашу зубами грызть буду! – вскинулся Серго и осёкся: – Но не родню же…

А глаза-то, глянь, жёлтые стали!

– Так, успокойся, порешаем всё, – я положил ему руку на плечо и… Серго глубоко вздохнув успокоился. Глаза медленно вернулись к своему родному зелёному цвету.

– Другой разговор, генацвеле! – с какой-то внутренней уверенностью сказал он. – Раз уж ты в это дело впрягаешься – буду спокоен. Ты сказал, я услышал.

Опа! Это что – это я Багратиону нечаянно успел пообещать Морозову сосватать? Ах ты ж ядрёна колупайка, лучше бы молчал…

– Так, господа! Всё это, конечно, здорово, но в голове у меня от всех ваших свадебных планов винегрет. Давайте-ка последуем совету бабы Яги, – все четверо уставились на меня в недоумении. – Что? Утро вечера мудренее. А сперва баня, поесть и выспаться.