Текст книги ""Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Виктор Точинов

Глава 19

Я прибыл к поместью третьего принца, Андрея Алексеевича, чуть позже полудня. Величественное здание, построенное в классическом стиле, возвышалось передо мной, окруженное ухоженным садом. Фасад украшали изящные колонны, а большие окна отражали лучи вступившего в свои права нового дня.

Не успел я подойти к воротам, как дверь парадного входа распахнулась, и на пороге появился сам Андрей Алексеевич в сопровождении своего неизменного телохранителя, Владимира Сергеевича Савельева. Принц был одет в элегантный костюм темно-синего цвета, который подчеркивал его статус и в то же время не выглядел чрезмерно официальным. Савельев, как всегда, держался чуть позади, внимательно оглядывая окрестности.

Увидев меня, Андрей Алексеевич расплылся в широкой улыбке, словно моё появление было самым приятным сюрпризом за весь день. Он поднял руку, привлекая мое внимание.

– Максим Николаевич! – воскликнул он, спускаясь по ступеням мне навстречу. – Какое удивительное совпадение! Я как раз собирался на одно весьма интересное мероприятие. Вы просто обязаны присоединиться ко мне!

Я не успел даже открыть рот, чтобы объяснить цель своего визита, как принц уже вышел, подхватил меня под локоть и повел к роскошному автомобилю, стоявшему рядом. Это была настоящая жемчужина инженерного и магического искусства: блестящий корпус, плавные линии и явно магические элементы в конструкции. Я невольно поднял брови, оценив красоту и, несомненно, баснословную стоимость этого транспорта, который несколько выбивался из технических представлений моей прошлой жизни за этот же период времени – вот что значит магия.

– Впечатляет, не правда ли? – подмигнул мне Андрей Алексеевич, заметив мой интерес. – Последняя разработка наших инженеров. Сочетание магии и технологий. Садитесь, Максим Николаевич, не стесняйтесь!

Я забрался внутрь, отметив про себя, что салон автомобиля был ещё более роскошным, чем его внешний вид. Мягкая кожа сидений, отделка из редких пород дерева, и, что самое интересное, несколько небольших магических кристаллов, вмонтированных в панель управления.

– Куда мы направляемся, Ваше Высочество? – спросил я, когда Андрей Алексеевич устроился рядом со мной, а Савельев занял место рядом с водителем.

– О, сегодня открытая встреча одного из лучших имперских учёных, – с энтузиазмом ответил принц. – Тема – влияние магии на промышленность. Весьма интересно, не находите? Кстати, если не ошибаюсь, вы тоже проявляли интерес к этой области во время нашей последней шахматной партии.

Я кивнул, вспоминая наш разговор. Действительно, тогда я упомянул о возможностях применения магии в промышленных масштабах, хотя и не вдавался в подробности.

– Раз мы уже едем, полагаю, выбора у меня нет, – пожал я плечами, но не смог сдержать улыбки. – Хотя, признаюсь, тема действительно интересная.

– Знаете, Максим Николаевич, в вас есть что-то… необычное. Вы не похожи на типичного чиновника Бюро. В хорошем смысле, разумеется, – махнул рукой третий принц, глядя куда-то в окно.

Автомобиль тронулся, плавно набирая скорость. Я с интересом наблюдал за работой магических элементов – казалось, они помогали машине двигаться более ровно и быстро.

– Кстати, – продолжил принц, – позвольте рассказать вам немного о человеке, чью лекцию мы сегодня посетим. Алексей Дмитриевич Лавров – настоящий гений в области артефакторики. Именно его команда разработала принципиально новый метод гравировки на прочных металлах.

– Звучит впечатляюще, – заметил я. – Но в чем именно заключается инновация?

Глаза Андрея Алексеевича загорелись, как у ребенка, которому предложили рассказать о любимой игрушке. Я знал, что стоит поддержать эту тему, как принц и сам все в подробностях расскажет.

– О, так вы не читали? Видите ли, процесс создания артефактов всегда был сложным и трудоемким. Нужно не только нанести правильные символы, но и сделать это с невероятной точностью. Малейшая ошибка – и весь артефакт испорчен. А теперь представьте, что вы работаете с особо прочными металлами, которые практически невозможно поцарапать обычными инструментами.

Я кивнул, начиная понимать масштаб проблемы.

– И тут появляется Лавров со своим методом, – продолжил принц. – Он разработал способ использования направленных потоков маны для создания микроскопических гравировок. Представляете? Теперь можно создавать артефакты из самых прочных материалов, которые раньше считались непригодными для этого!

– Впечатляет, – искренне сказал я. – Это, действительно, может изменить многое в производстве артефактов.

– Именно! – воскликнул Андрей Алексеевич. – И не только в производстве артефактов. Подумайте о возможностях для промышленности в целом. Более прочные механизмы, более эффективные инструменты… Потенциал просто огромен! И все это без видимого нанесения гравировки, что уменьшает степень ее повреждения.

Мы продолжили обсуждать возможные применения новой технологии, и я не мог не отметить, насколько увлечен был третий принц этой темой. Его знания в области науки и техники были впечатляющими, особенно для человека его возраста и положения. Причем все это было не хвастовство, а на самом деле увлеченность темой и глубокое погружение в нее.

Наконец, автомобиль остановился перед величественным зданием Императорской Академии Наук. Это было монументальное сооружение из белого мрамора, украшенное колоннами и статуями. У входа толпились люди – судя по всему, участники и гости предстоящей лекции.

Мы вышли из автомобиля, и я сразу почувствовал на себе любопытные взгляды. Еще бы – появиться в компании третьего принца было равносильно тому, чтобы выйти на сцену под свет прожекторов. Андрей Алексеевич, казалось, не замечал этого внимания, или, возможно, просто привык к нему.

У входа стояли охранники, проверяющие пропуска у прибывающих. Однако, увидев принца, они тут же расступились, отвесив глубокие поклоны. Мы прошли внутрь без каких-либо проверок – еще одно преимущество высокого положения.

Внутреннее убранство Академии поражало своей роскошью и в то же время строгой элегантностью. Высокие потолки, украшенные фресками, изображающими великие научные открытия прошлого. Мраморные полы, начищенные до блеска. Стены, увешанные портретами выдающихся ученых и магов. Впрочем, я абсолютно никого не знал.

Мы прошли через несколько коридоров и оказались в огромном лекционном зале. Здесь уже собралось немало народу, я узнавал лица некоторых влиятельных промышленников, политиков и ученых, которых видел в документах Бюро. Атмосфера была наэлектризована ожиданием, чувствовалось, что все присутствующие с нетерпением ждали начала лекции.

Андрей Алексеевич уверенно шел через толпу, обмениваясь короткими приветствиями с многочисленными знакомыми. Я не мог не заметить, что большинство людей в его окружении были либо магами, либо учеными – интеллектуальная элита империи.

– Ваше Высочество! – раздался вдруг голос, и к нам подошел мужчина лет пятидесяти с аккуратно подстриженной бородой и живыми, умными глазами.

– Алексей Дмитриевич! – с искренней радостью воскликнул принц. – Рад вас видеть! Надеюсь, сегодня мы услышим что-нибудь, действительно, интересное.

Лавров поклонился, но в его поклоне не было подобострастия – скорее, искреннее уважение.

– Я польщен вашим присутствием, Андрей Алексеевич. Уверяю вас, сегодняшняя лекция не разочарует.

Внезапно третий принц повернулся ко мне.

– Позвольте представить вам Максима Николаевича Темникова. Талантливый маг и сотрудник Судебного Бюро. К тому же, человек с весьма интересными идеями в области применения магии в промышленности, думаю, вы могли бы найти общий язык, если уделите как-нибудь ему время.

Я пожал протянутую руку Лаврова, отметив про себя, что его рукопожатие было крепким и уверенным.

– Очень приятно познакомиться, Алексей Дмитриевич, – сказал я. – Наслышан о ваших достижениях. Особенно интересен ваш метод гравировки на прочных металлах.

Глаза Лаврова загорелись энтузиазмом.

– О, вы интересуетесь этой темой? Это, в самом деле, увлекательная область исследований. Если у вас будет время после лекции, я с удовольствием обсужу с вами некоторые детали.

– Буду рад такой возможности, – искренне ответил я, даже не ожидая, что ученый захочет поговорить с представленным ему человеком, по сути, со стороны.

Лавров произвел на меня впечатление, действительно, приятного человека – в нем чувствовались ум, энергия и искренняя увлеченность своим делом. Такие люди всегда вызывали у меня уважение, независимо от их статуса или положения.

Когда все расселись, и в зале воцарилась тишина, Лавров начал свою лекцию. Я устроился поудобнее, готовясь к долгому монологу о тонкостях магической промышленности. Однако, несмотря на всю важность темы, мои мысли то и дело уплывали в сторону. Возможно, сказывалась усталость после напряженных дней расследования, а может, просто сухой технарский стиль изложения не совпадал с моим гуманитарным складом ума.

Тем не менее, я старался уловить ключевые моменты, понимая, что эта информация может оказаться полезной в будущем. Особенно меня зацепил раздел о взаимодействии различных типов магической энергии с молекулярной структурой металлов. Лавров упомянул, что определенные комбинации истинных слов могут не только изменять физические свойства материала, но и влиять на его магическую проводимость. Это открывало интересные перспективы для создания более эффективных артефактов и устройств на их основе.

Выходит, один и тот же предмет мог хорошо принимать одни Истинные Слова, но отторгать другие.

Второй момент, который я отметил для себя, касался возможности использования новой технологии гравировки для создания миниатюрных магических схем. Лавров вскользь упомянул о потенциале создания таких артефактов, которые способны выполнять сложные заклинания в автоматическом режиме. Мой разум тут же начал прокручивать возможности применения такой технологии, пытаясь провести аналогию с моим миром.

– А теперь, – голос Лаврова вывел меня из задумчивости, – позвольте продемонстрировать вам результаты наших последних расчетов. Эти данные показывают, как изменение угла наклона магического потока при гравировке влияет на эффективность передачи энергии через созданный узор. Юрий, будьте добры, покажите наши расчеты.

На сцену вышел молодой человек лет двадцати, высокий и подтянутый, с умным взглядом и уверенными движениями. Он повернул большую доску, на которой были изображены сложные графики и формулы, которые тем не менее были многим присутствующим понятны.

Я не смог сдержать улыбки. Судьба, похоже, решила сыграть мне на руку. Этот юноша был не кто иной, как Юрий Григорьевич Орлицын, сын человека, которого я искал. Я планировал добраться до него через связи Андрея Алексеевича, зная, что он активно работает в Академии наук, но все сложилось даже лучше, чем я мог предположить.

Оставшаяся часть лекции прошла для меня как в тумане. Я внимательно наблюдал за Юрием, отмечая его реакции на различные части выступления Лаврова. Было очевидно, что молодой человек глубоко увлечен темой и гордится своей работой.

Когда лекция наконец закончилась, зал наполнился гулом голосов. Люди вставали, обменивались впечатлениями, образовывали небольшие группы для обсуждения услышанного.

– Что ж, – сказал Андрей Алексеевич, поворачиваясь ко мне, – если честно, я ожидал большего. Но, полагаю, нельзя каждый день получать прорывные открытия, не так ли?

– Действительно, – кивнул я. – Хотя некоторые идеи показались мне весьма перспективными.

В этот момент к нам подошел Лавров, и они с принцем отошли в сторону, погрузившись в оживленную беседу. Я воспользовался этим моментом, чтобы приблизиться к Юрию, который как раз складывал свои заметки в папку.

– Впечатляющая работа, – сказал я, подходя к нему. – Особенно заинтересовала часть о влиянии угла наклона магического потока на эффективность передачи энергии. Не думаю, что кто-то ранее рассматривал этот аспект в контексте гравировки Истинных Слов.

Юрий поднял на меня удивленный взгляд, явно не ожидав такого конкретного комментария.

– Спасибо, – ответил он, и в его голосе прозвучала нотка гордости. – Действительно, это довольно новый аспект исследований. А вы, судя по всему, хорошо разбираетесь в теме?

Я позволил себе легкую улыбку. Хоть я и не был экспертом в этой области, годы юридической практики научили меня умело манипулировать информацией, создавая впечатление глубокого понимания предмета, даже если прошелся лишь по вершкам. Тут главное – быть убедительным и люди тебе поверят.

– Скажем так, я интересуюсь практическим применением подобных разработок, – ответил я. – Кстати, не представился. Максим Николаевич Темников, – я протянул руку.

– Юрий Григорьевич Орлицын, – ответил он, пожимая мою руку. – Приятно встретить кого-то, кто, в самом деле, понимает суть нашей работы. Большинство гостей обычно интересуются только потенциальной прибылью от внедрения технологии. Увы, это неизбежно, если мы хотим получать и дальше деньги на исследования.

– О, я думаю, что истинная ценность научных открытий выходит далеко за рамки простой финансовой выгоды, – сказал я, заметив, как загорелись глаза Юрия. – Например, ваши исследования в области автоматизации магических артефактов могут произвести настоящую революцию.

– Именно! – Юрий кивнул с энтузиазмом. – Вы правы, потенциал этой технологии огромен. Но, знаете, что меня действительно интригует? Возможность создания самонастраивающихся узоров. Представьте артефакт, способный адаптироваться к изменяющимся магическим полям! Пусть и в ограниченных пределах, но тем не менее!

Я внимательно слушал, отмечая про себя, что попал в точку. Юрий явно был страстно увлечен своей работой и рад возможности обсудить ее с кем-то, кто проявляет искренний интерес.

– Звучит невероятно, – сказал я. – Кстати, я очень заинтересовался новым методом гравировки артефактов. Не подскажете, где можно узнать об этом подробнее или, может быть, даже заказать такой артефакт?

– Ну, на самом деле, эта технология уже используется несколькими известными родами артефакторов. Например, Черновы. Качество их артефактов на высоте, они не раз зарекомендовали себя перед империей, поэтому одни из первых получили от Академии эту разработку. Они уже принимают заказы на артефакты, созданные по новой технологии, и отрабатывают ее на практике, отдавая нам обратную связь по результатам, что позволяет дополнять саму теорию.

Я мысленно отметил эту фамилию. На этот счет у меня тоже были планы.

– Спасибо за информацию, Юрий Григорьевич. Вы мне очень помогли.

Я уже собирался попрощаться, в этом деле важно быть ненавязчивым и подгадать правильный момент. Но я не ожидал, что Юрий сам мне поможет.

– Простите за нескромный вопрос, – наконец произнес он, – но вы, случайно, не внук Владимира Федоровича Темникова?

Я удивленно поднял бровь. Не ожидал, что мой дед настолько известен в научных кругах.

– Да, это так, – ответил я. – А в чем вопрос?

– Я много слышал о нем, – Юрий смущенно улыбнулся. – Он ведь известный шахматист, не так ли? Вы… вы тоже играете в шахматы?

Я не смог сдержать улыбки. Похоже, я встретил еще одного любителя этой игры, как и Андрей Алексеевич. Судьба, кажется, решила подбросить мне еще один козырь в моих последующих планах.

– Играю, – ответил я. – Хотя, конечно, до уровня деда мне далеко. А что, вы тоже увлекаетесь шахматами?

– Очень! – глаза Юрия загорелись энтузиазмом. – Знаете, может быть, мы могли бы как-нибудь сыграть партию?

Я сделал вид, что задумался на мгновение, хотя внутренне уже торжествовал. План складывался просто идеально.

– Почему бы и нет? – ответил я. – Было бы интересно проверить свои силы.

– Отлично! – воскликнул Юрий. – Может, завтра? Я обычно не выхожу никуда, кроме Академии – отец у меня довольно строг. Но если вы не против посетить поместье Орлицыных, я был бы благодарен.

– С удовольствием, – кивнул я. – Завтра меня вполне устраивает.

Когда Юрий ушел, я не смог сдержать довольной усмешки. План по проникновению в дом Орлицына сложился сам собой, без каких-либо усилий с моей стороны. Теперь оставалось только правильно воспользоваться этой возможностью.

Я оглянулся на Андрея Алексеевича, который все еще был погружен в беседу с Лавровым. Однако не стоит обманываться, это лишь треть того, что я себе наметил. Самое сложное будет тогда, когда я войду в поместье Орлицыных. Нужно быть весьма осторожным.

Глава 20

Следующее утро встретило меня, как обычно, рано. Солнце еще только-только начинало окрашивать горизонт в нежные розовые тона, а я уже стоял у окна своей спальни, наблюдая, как первые лучи света играют на свежевыпавшем снегу. Ночью, должно быть, прошел небольшой снегопад, укутав мир в белоснежное одеяло. Картина была поистине волшебной, но я не мог позволить себе долго любоваться этим зрелищем. День обещал быть насыщенным, и мне нужно было к нему основательно подготовиться.

Спустившись в столовую, я обнаружил, что утренний чай уже ждет меня. Я невольно улыбнулся, вдыхая терпкий аромат. Который раз моя новая служанка умудрилась удивить меня новым вкусом, идеально подходящим к настроению и планам на день.

Все же есть что-то в том, чтобы быть аристократом и иметь возможность соответствовать финансово своему статусу. С учетом же, с какими личностями я общаюсь, мне просто никуда без штата слуг – делать все самому отнимет слишком много времени.

– Доброе утро, Максим Николаевич, – приветствовала меня Василиса с легким поклоном. – Надеюсь, чай придется вам по вкусу. Сегодня я добавила немного мяты и лимонника – это должно взбодрить вас и настроить на продуктивный день.

Я сделал глоток и почувствовал, как по телу разливается приятное тепло. Вкус был действительно необычным – свежим, с легкой кислинкой и едва уловимой сладостью.

– Василиса, ты просто волшебница, – искренне похвалил я. – Не перестаю удивляться твоему таланту. Как тебе удается каждый раз угадывать, что именно мне нужно?

Девушка слегка зарделась от комплимента, но быстро взяла себя в руки. Все же ее обучали в специализированном заведении, и даже вот это смущение могло быть отчасти игрой, если бы того требовала ситуация. Вот только тут я чувствовал искренность в поступках девушки.

– Это мой долг – заботиться о вашем комфорте, господин, – ответила она. – К тому же, я просто внимательно наблюдаю за вами и стараюсь предугадать ваши потребности, чтобы еще лучше служить вам.

Я кивнул, отметив про себя, что нужно быть осторожнее. Если она настолько наблюдательна, то может заметить и то, что мне не хотелось бы афишировать. Впрочем, это качество могло быть и полезным при правильном подходе и при определенном уровне доверия, которое еще надо заслужить.

Быстро допив чай, я поблагодарил Василису и направился к выходу. Увы, завтрак снова приходится пропустить, но кулинарные способности своего повара я обязательно успею изучить. А пока день обещал быть интересным, и я не хотел терять ни минуты.

Центр Санкт-Петербурга встретил меня привычной суетой. Несмотря на ранний час, улицы уже были полны людей, спешащих по своим делам. Я направился к небольшому букинистическому кафе, где должен был встретиться с Наталией Лисовецкой.

Кафе оказалось уютным местечком, наполненным ароматом разных чаев и старых книг. Посетители сидели за небольшими столиками, тихо переговариваясь или погрузившись в чтение. Я с интересом отметил, что книги здесь подавали так же, как и еду – по заказу. Эта идея показалась мне забавной и в то же время весьма практичной.

Иногда даже посетитель не выбирал что-то конкретное, а просто просил подобрать под определенное настроение или исходя из того, что им нравилось до этого. Такого я еще не видел, и это мне даже понравилось.

Я устроился за столиком у окна, ожидая появления Наталии. Она не заставила себя долго ждать. Буквально через несколько минут дверь кафе распахнулась, впуская внутрь порыв холодного воздуха и изящную фигуру в роскошной шубке.

Наталия легким движением стряхнула снежинки с плеч и огляделась. Заметив меня, она улыбнулась и направилась к моему столику. Я невольно залюбовался ею. Даже в простой обстановке кафе она выглядела как настоящая аристократка – изящная, утонченная, с легким румянцем на щеках от мороза.

– Доброе утро, Максим Николаевич, – поприветствовала она меня, снимая перчатки. – Надеюсь, я не заставила вас долго ждать?

– Доброе утро, Наталия Александровна, – ответил я, поднимаясь, чтобы помочь ей снять шубу и отодвинуть для нее стул. – Вы как раз вовремя. Я только думал, что бы заказать. Что будете вы?

– Пожалуй, тогда, чашку горячего шоколада, – ответила она, устраиваясь напротив меня. – И, может быть, одно из тех восхитительных пирожных с малиной, что я вижу на соседнем столике.

Я сделал заказ, и мы погрузились в непринужденную беседу. Наталия, как я и ожидал, очень быстро перешла к теме, которая ее так волновала – моему сборнику стихов.

– Максим Николаевич, – начала она, сделав глоток горячего шоколада, – я просто не могу перестать думать о вашем сборнике. Это настоящее сокровище, которое должно быть доступно не только в пределах нашей империи, но и за ее границами!

Я невольно усмехнулся. Ее энтузиазм был поистине заразительным.

– Наталия, вы преувеличиваете, – попытался я отмахнуться, хотя внутренне понимал, что так оно и есть.

– Нет-нет, вы не понимаете! – воскликнула девушка, ее глаза загорелись. – Ваши стихи… они особенные. В них есть что-то… необычное, что-то, чего я никогда раньше не встречала в поэзии. Я уверена, что они должны быть переведены на другие языки. И я… я хотела бы лично заняться этим, если вы позволите.

– Вы владеете иностранными языками? – спросил я, удивленно подняв бровь, хотя уже догадывался об ответе.

Лисовецкая слегка смутилась, но быстро взяла себя в руки.

– Да, французский и английский входят в мою программу обучения, – ответила она. – Я думаю, что смогла бы сделать достойный перевод ваших стихотворений. И у меня есть знакомые, которые могут проверить его качество.

Я задумался. С одной стороны, идея распространения стихов великих поэтов моего мира казалась заманчивой. С другой – я не был уверен, что имею право присваивать себе чужое творчество. Но разве не будет огромным упущением, если этот мир не узнает о таких шедеврах? Тем более, я все равно с этим уже засветился перед высшим сословием империи и теперь от этого так просто не откажешься.

– Знаете, Наталия, – наконец сказал я, – ваше предложение звучит очень заманчиво. Но я не уверен, что оно того стоит.

– О, поверьте, очень даже стоит! – горячо возразила она. – Максим Николаевич. Осмысленное творчество заставляет задуматься, чувствовать, переосмыслить многое. Разве это не то, к чему должно стремиться настоящее искусство?

Я не мог не согласиться с ее словами. В конце концов, разве не для этого создавались эти стихи в моем мире? Чтобы менять людей, делать их лучше?

– Хорошо, – наконец сказал я. – Когда я буду готов, мы вместе посетим издательство вашего отца. Я хочу лично убедиться, что все будет сделано наилучшим образом.

– Конечно! – просияла девушка. – Я буду счастлива показать вам наше издательство. Вы не пожалеете, обещаю!

– Но у меня есть еще одно условие, – добавил я с хитрой улыбкой после небольшой паузы.

– Какое же? – Наталия удивленно посмотрела на меня.

– Я хочу еще одно свидание, – сказал я, наслаждаясь тем, как ее щеки слегка порозовели. – Только в следующий раз мы будем говорить не о делах, а о чем-то более приятном. Как вам такое предложение?

Наталия на мгновение замерла, явно не ожидав такого поворота. Но затем ее лицо озарила улыбка.

– Я… я согласна, – ответила девушка, слегка запинаясь. – Хотя, признаюсь, я согласилась бы и без этих условий.

Я не смог сдержать довольной улыбки. Эта девушка определенно была особенной.

Мы еще немного поболтали о литературе и искусстве, Наталия удивила меня своим, действительно, широким кругозором и очень необыкновенным складом ума, после чего я проводил ее до экипажа. Попрощавшись с ней, я направился к своей следующей цели – поместью Орлицыных.

* * *

Поместье Орлицыных оказалось настоящей крепостью, замаскированной под роскошный особняк. Высокие стены, окружающие территорию, были украшены с особой изысканностью, но я не мог не заметить, как искусно в этот декор были вплетены защитные руны. Каждый камень, каждая статуя в саду, казалось, излучала слабое магическое поле.

Подъезжая к воротам, я отметил необычайно высокую концентрацию охраны. Вооруженные люди патрулировали периметр, их движения были четкими и слаженными, выдавая профессиональную подготовку. Но что действительно привлекло мое внимание, так это обилие магических артефактов.

Я заметил, как охранники переговариваются друг с другом с помощью каких-то небольших устройств, похожих на медальоны. Мысленно я присвистнул – похоже, в этом мире уже изобрели что-то вроде магической рации. Впечатляюще.

Глядя на все это, я невольно задумался о безопасности собственного поместья. Пожалуй, стоит озаботиться приобретением подобных артефактов и для себя. Виктор, конечно, профессионал своего дела и, я уверен, собрал точно таких же людей, но дополнительная защита никогда не помешает. Да и, если честно, интересно посмотреть, что же такое создали на стыке магии и технологий.

Когда мой экипаж остановился у парадного входа, меня встретил дворецкий – высокий, худощавый мужчина с безупречной осанкой и внимательным взглядом. Он проводил меня в просторный холл, где меня уже ждал Юрий Григорьевич.

– Максим Николаевич! – воскликнул парень, шагая мне навстречу с широкой улыбкой. – Я так рад, что вы смогли прийти. Добро пожаловать в наше скромное жилище.

Я окинул взглядом «скромное жилище» – мраморные полы, хрустальные люстры, картины, которые наверняка стоили целое состояние. Да уж, если это скромность, то я даже боюсь представить, как выглядит роскошь.

– Юрий Григорьевич, – сказал я, пожимая его руку, – должен признать, я впечатлен. Не ожидал, что вы живете в таком… величественном месте. Полагаю, ваш отец занимает весьма высокий пост в империи? Признаться, я даже не стал узнавать этот момент…

Юрий заметно напрягся, его улыбка стала немного натянутой.

– Да-а, отец… он действительно занимает важную должность, – ответил он уклончиво, явно чувствуя себя неловко. – Но давайте не будем об этом. Я подготовил шахматную доску в библиотеке. Не желаете пройти туда?

Я кивнул, отметив про себя эту реакцию. Похоже, отношения между отцом и сыном были далеко не безоблачными. Это могло оказаться полезной информацией.

– С удовольствием, – ответил я, следуя за Юрием Григорьевичем. – Надеюсь, вы готовы к достойному поединку. Я не привык щадить соперников за шахматной доской.

Юрий рассмеялся, но в его смехе мне послышалась нотка нервозности.

– О, поверьте, Максим Николаевич, я тоже не привык сдаваться без боя. Думаю, нас ждет интересная партия.

Мы направились в библиотеку, и я не мог не отметить, как Орлицын то и дело бросал настороженные взгляды по сторонам, словно опасаясь чего-то. Или кого-то. Интересно, что же заставляет его так нервничать в собственном доме?

Библиотека поместья Орлицыных оказалась именно такой, какой я ее себе и представлял – огромной, величественной и пропитанной духом старины. Высокие потолки терялись где-то в полумраке, а бесконечные ряды книжных полок, казалось, хранили в себе много секретов. Хотя, признаться, после того, что я увидел у сестры императора – эта библиотека, возможно, была и не такой уж величественной. Впрочем, все это порождает желание и самому создать что-то подобное – все же в моей прошлой жизни такого почтения к книгам я ни у кого не видел, а здесь их собранием даже гордились.

Воздух был наполнен ароматом старых фолиантов и дорогой кожи, которой были обтянуты кресла и диваны.

Юрий провел меня к небольшому столику у окна, где уже была расставлена шахматная доска. Фигуры, вырезанные из слоновой кости и черного дерева, блестели в лучах утреннего солнца, проникающих сквозь витражные окна.

– Прошу вас, Максим Николаевич, – сказал Юрий Григорьевич, жестом приглашая меня сесть. – Надеюсь, вам будет удобно.

Я опустился в кресло, наслаждаясь его мягкостью. Орлицын занял место напротив, его лицо выражало смесь волнения и предвкушения.

– Итак, – начал я непринужденно, – белые или черные?

– О, давайте определим это случайным образом, – предложил Юрий, доставая из кармана монету. – Орел или решка?

– Решка, – ответил я, наблюдая, как монета взлетает в воздух.

Она упала на стол, звонко подпрыгнув, и замерла решкой вверх.

– Похоже, удача на вашей стороне, Максим Николаевич, – улыбнулся Юрий Григорьевич. – Выбирайте цвет.

– Пожалуй, возьму черные, – сказал я. – Люблю неожиданности.

Юрий кивнул и сделал первый ход, передвинув пешку на d4. Классическое начало, подумал я, отвечая конем на f6. Игра началась.

Пока мы делали первые ходы, я решил немного расслабить атмосферу и заговорил о работе Орлицына:

– Знаете, Юрий Григорьевич, я был впечатлен вашим выступлением на лекции. Особенно заинтересовала часть о влиянии угла наклона магического потока на эффективность передачи энергии. Это ваша собственная разработка?

Мой собеседник заметно оживился, его глаза загорелись энтузиазмом.

– Да, это результат моих последних исследований, – ответил он, делая следующий ход. – То есть, конечно же, разработка полностью принадлежит Лаврову. Я, как его помощник, лишь сделал некоторые уточнения в математических формулах, и, скажем так, улучшил проект.

Я кивнул, делая вид, что полностью поглощен его словами, хотя на самом деле мой мозг уже просчитывал следующие ходы – как в шахматах, так и в нашем разговоре. Пешка на е4 от белых, на е6 от черных, далее Юрий решил вывести коня на с3, и тут я решил показать ему, что игра не будет идти так, как ему хотелось бы.

– Удивительно, – сказал я, передвигая слона на b4. – Не стоит принижать свой вклад, думаю, вы сделали очень многое. А как вы пришли к этой идее?

Молодой аристократ на мгновение замер, удивленный моим неожиданным ходом. Он явно не думал, что увидит такое развитие событий на доске.

– Ну, это долгая история, – начал он, обдумывая свой ответный ход. – Все началось с одного эксперимента, который мы проводили в лаборатории…

Пока Юрий рассказывал о своих исследованиях, я внимательно слушал, параллельно анализируя его игру. Он был неплохим шахматистом, но его стратегия была слишком прямолинейной, слишком… академической. Орлицын явно привык действовать по правилам и схемам, что в науке, возможно, и было преимуществом, но в шахматах могло стать серьезным недостатком. А в жизни и вовсе угрозой для существования. Парень совершенно не умел импровизировать и подстраиваться под ситуацию.