Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Глава 12

– Хм… и все же нет, – в пятый раз отказала мадам Клод, у которой, может, и был самый лучший салон одежды в Лимберском районе, но модный в этом сезоне розовый цвет, преобладающий в каждом ее наряде, меня уже начал раздражать, и я повторила свое требование, – кремовое, голубое или зеленое и приталенное, без оборок и кружев.

– Мадемуазель Кэтрин, в моем салоне только модные в этом сезоне фасоны, – обиженно, с заметным высокомерием ответила особа с длинным крючковатым носом, с бледной напудренной кожей на лице и черной мушкой над верхней губой. Женщину с самого начала тяготила наша встреча в домике садовника. Это было заметно по презрительно сжатым тонким, ярко накрашенным губам и надменному взгляду. А ещё мадам упрямо не доставала из с таким трудом доставленного в дом сундука, остальные наряды. Желание послать дамочку куда подальше было неимоверным, но я сама виновата, что затянула с этим вопросом.

Сразу после завтрака я отправилась в особняк Марлоу, проверить, как начались работы. Однако: «Молодой мадемуазель не по статусу заниматься непотребным делом», и мсье Оуэн благополучно и без особого сопротивления с моей стороны выпер меня из собственного дома, где уже с раннего утра, словно муравьишки трудились нанятые дворецким работники.

И чтобы зря время не терять, я отправилась в банк и спустя час беседы с приветливым молодым клерком, успешно погасила часть долга, а также договорилась о рассрочке остальных платежей. Мало того, любезный и очень симпатичный сотрудник банка, немного заикаясь от стеснения, пообещал помочь разобраться с поставщиком электроэнергии и обязался поручиться за меня как за платежеспособного клиента.

После банка я отправилась на поиск лавки с косметикой, адрес которой с трудом вспомнил мсье Оуэн. Там я пробыла недолго, выбор оказался очень скудный и в большей степени опасный для здоровья. Хозяйка лавки не знала о продаваемых продуктах совершенно ничего, а после моих настойчивых расспросов, вообще стала смотреть на меня недобрым взглядом, и мне пришлось быстро ретироваться.

Затем на моем пути повстречалась аптека, и там я проболтала с мсье Этаном, словоохотливым старичком больше двух часов, узнав много нужного для своего дела. Мне даже удалось выпросить координаты прямых поставщиков масел и трав, дав слово, что не за что не расскажу о них мадам Дипси – заклятой конкурентки мсье Этана.

И только подходя к особняку, увидев подъезжающую к воротам карету, я вспомнила о чае в компании некой мадам Патриции Берч, и теперь у меня совсем не осталось времени, чтобы перебирать портних, и придется работать с тем, кто есть.

– Мадам Клод, мне вас рекомендовали как самого лучшего модельера в Грейтауне. Модельер, что, несмотря на моду, умело подбирает для своих клиентов подходящий наряд. Тонко чувствует цвета, ткань и знает, как подчеркнуть достоинства своего заказчика, – заговорила я, добавив в голос немного патоки и притворного восхищения, – я только что прибыла в Грейтаун, сейчас в особняке Марлоу в ускоренном режиме ведется ремонт. Мебель, обои и светильники я заказала из Франбергии, ковры везут из Акебалана, а фарфор доставят из Кастелии. Буквально через месяц на прием по случаю моего возвращения будут приглашены все сливки высшего общества Вирдании, и даже САМ герцог Бердский, наверняка вы его знаете (я так точно нет, это имя пришло мне только что в голову).

– Конечно, – тут же заверила меня мадам Клод, выпятив от гордости свою впалую грудь и задрав нос так, что ее затылок теперь тянулся не к потолку, а к двери, – мсье Бердский очень уважаемый человек.

– Именно поэтому мне бы хотелось предстать перед ним в лучшем наряде от мадам Клод.

– Хм… – засомневалась портниха, вновь скептически оглядев домик садовника, пришлось поторопить ее с положительным для меня решением.

– Сегодня на послеобеденном чае у мадам Патриции Берч, я непременно сообщу, что прекрасное и изысканное платье на мне от лучшего модельера Вирдании – мадам Клод.

– Чай у мадам Патриции Берч… – вполголоса, будто размышляя, протянула портниха, наконец, покосившись на сундук, – герцогиня не любит чрезмерно блеклые цвета и излишества в крое… думаю, я смогу вам подобрать подходящий наряд.

– Я не сомневалась в вашем профессионализме, – проговорила я, с трудом сдерживая торжествующую улыбку. С нескрываемым предвкушением, наблюдая, как две молоденьких девушки-помощницы достают из сундука приталенное, с чуть расклёшенными рукавами платье – цвета марсала.

– Оно будет вам немного велико в талии, но мои девочки устранят это досадное недоразумение в течение часа, – с торжествующей улыбкой проговорила мадам Клод, довольная произведенным эффектом.

– Оно чудесно, – восторженно выдохнула я, подыгрывая женщине, хотя, признаться, платье и правда было отличным.

– К нему подойдет нитка жемчуга или брильянты, – вдруг произнесла мадам Клод, вперившись в меня пытливым взглядом, продолжая меня экзаменовать: достойна ли я носить ее одежду.

Я же, мысленно похвалив себя за предусмотрительность, подошла к тахте, возле которого стоял мой дорожный чемодан, и, прикрыв спиной свои действия, потянула за веревочку и вытащила из небольшого отверстия в подкладе нитку жемчуга, единственное украшение, что я взяла с собой.

– Уверена, это подойдет, – произнесла, прикладывая к груди перламутровую нить, и только после этого, заносчивая мадам подала незаметный знак девочкам, которые, будто два воробушка, вспорхнув с места, залетали вокруг меня.

Спустя оговорённый час платье было готово. Едва сдерживая зубовный скрежет, заплатила за него сумму, равную годовой задолженности по налогам за особняк. Я проводила мадам Клод до ворот и, заверив, на мой взгляд, чрезмерно высокомерную особу, в том, что я обязательно сообщу мадам Патриции, в чьем наряде прибыла на чай. Вскоре практически бежала к домику садовника, понимая, что каждая минута промедления чревата нехорошими последствиями.

Но мои опасения были напрасны: платье было надето быстро, застежки просты и не потребовали усилий. Копну непослушных, густых волос удалось укротить в течение десяти минут, а макияж мне не требовался. Так что спустя еще полчаса я устраивалась в кэб вызванный мсье Оуэном. Так как, опять же, если верить его словам, произнесенным назидательным тоном – идти, пусть и всего мимо трех домов, было не по статусу мадемуазель Марлоу. Я, подав знак извозчику, вскоре смотрела в окно на проплывающие деревья, невысокие заборы, увитые девичьим виноградом и небольшие особняки, думая о том, что ожидает меня на этом странном чаепитии и как меня встретит влиятельная в высших кругах мадам Патриция Берч…

Дорогие читатели!

Большое спасибо за поддержку, пожелания и доверие.

Возвращаемся к истории Кэтрин, девушке пока относительно везёт, но скоро её ждут занятные встречи, которые непонятно к чему приведут!

Желаю всем отличного дня и самого лучшего настроения)

С уважением, Юлия!

Глава 13

– Я рада, что внучка моей подруги, наконец, прибыла в Грейтаун, – с неожиданно ласковой улыбкой и очень радушно встретила меня мадам Патриция, степенно поднимаясь с дивана.

– Благодарю за приглашение, мадам, – чуть склонила голову, я украдкой и с восхищением смотрела на стройную и ухоженную женщину. Каждое ее движение было плавным, речь неторопливой, а взгляд был ясный и цепкий. Им она в один миг меня оценила, от него, казалось, ничего не могло ускользнуть. Но на изрешечённым морщинами лице не дрогнул ни один мускул.

– Ты похожа на нее, тот же озорной взгляд и чувственные губы, которые сводили с ума мужчин, – промолвила мадам Патриция, жестом пригласив меня присесть на диван, – в молодости я и Маргарет разбили немало мужских сердец.

– Не сомневаюсь в этом, уверена, и сейчас от вашей благосклонной улыбки начинают учащённо биться мужские сердца.

– Да, есть мужчины, которые были бы рады завладеть мной, – кокетливо улыбнулась старушка, подав знак, замершему у дверей дворецкому, – но в моем возрасте слушать брюзжание древнего зануды, вредно для здоровья, да и цвет лица ужасно портится.

– Доверюсь вашему опыту, – проговорила, ощутив себя удивительно легко, общаясь с забавной леди. После вводных данных о мадам Патриции от мсье Оуэна и подобострастного поклонения надменной портнихи, я, признаться, ожидала увидеть высокомерную особу.

– Теперь все, формальные любезности соблюдены, – вдруг всплеснула руками мадам Патриция и, лукаво улыбнувшись, произнесла, – чай нам сейчас подадут, и мы сможем поговорить без свидетелей.

Ошарашив меня этой странной фразой, старушка позвонила в колокольчик и через секунду в небольшой зал прошла невысокая, хрупкая девушка в белоснежном переднике и ловко расставила на столике всё для церемонии чаепития. И так же быстро и практически бесшумно исчезла. Следом за ней комнату покинул чопорный дворецкий, и стоило двери с тихим щелчком закрыться, степенная старушка, чуть подавшись ко мне, произнесла:

– И что ты планируешь делать?

– Кхм… – поперхнулась от столь резкой перемены, невольно отпрянув от мадам Патриции, – о чем вы?

– Чем собираешься заниматься в Грейтауне? Почему прибыла одна? Где твой муж… кажется, его имя Джон Марсон.

– Я не замужем, – заговорила, осознавая, что допроса мне не избежать, и, тщательно подбирая слова, продолжила, – в Этбурге моя лучшая подруга, которой я доверяла, меня предала. На приеме в ее доме она напоила меня какой-то дрянью и, когда я отключилась, в мою кровать забрался незнаком…

– Мужчина⁈ – возмущенно воскликнула старушка, от возбуждения подпрыгнув в кресле. Такая разительная перемена в женщине, от царственной особы до задорной сплетницы – меня откровенно пугала.

– Даа, – протянула, сомневаясь, стоит ли рассказывать дальше, но Этбург находится не слишком далеко от Грейтауна, и рано или поздно общие знакомые донесут историю на свой манер, так что пусть мадам Патриция услышит ее из первых уст, – да, но на этом она не остановилась и привела в ту злосчастную комнату моего жениха…

– Вот стервь, – выругалась женщина, залпом осушив наверняка ещё горячий напиток, – однажды моя старая знакомая попала в аналогичную ситуацию, правда, там был муж. Такой скандал был в свете, бедняжка не могла высунуть нос из комнаты. А уж что творится в кулуарах дворца, однако тебе ещё рано о таком слышать, эм… он же над тобой не надругался?

– О, нет, что вы, конечно, нет, – поспешила заверить женщину, торопливо продолжив, – выставив зрителей и подкупленного наглеца из комнаты, я привела себя в порядок и покинула прием. Дома матушка меня отчитала, обвинив меня в неблаговидном поступке. А стоило мне выйти на улицу, сочувствующие спешили утешить меня, это мне изрядно надоело, и я, случайно узнав, что бабушка оставила мне в наследство особняк, собрала вещи и в тот же день покинула Этбург.

– Ты смелая и решительная, как Маргарет, – заявила старушка, ободряюще меня похлопав по руке, – я полагала увидеть копию Жанет, но ты меня удивила. В Грейтауне слабые, нежные фиалки не выживут, и твоя история скоро достигнет ушей местных сплетниц. Здесь люди пресытились и смаковать, разбирать по косточкам твой позор будут долго, нам надо обернуть это в твою пользу.

– Нам? – переспросила, изумленно взирая на деятельную мадам Патрицию.

– Я обещала Маргарет тебе помочь, но с условием, – хмыкнула старушка, подливая в свою чашку чай, к своей я так и не притронулась.

– С каким?

– Ты должна была мне понравиться, терпеть не могу притворщиц, – рассмеялась мадам Патриция, изящно пригубив остывший чай.

Я тоже взяла чашку и даже сделал глоток, совершенно не ощутив вкуса напитка. Мои мысли лихорадочно метались, а предчувствие оглушительной сиреной орало, предупреждая об опасности. Но явных причин я не видела, старушка была мила, дружба с бабушкой многое объясняло, и всё же какая-то часть меня сопротивлялась предложению женщины.

– Согласна с вами, я тоже предпочитаю откровенность и открытость в общении, поэтому сразу рассказала вам о своей истории. Что ж, благодарю вас за чай и увлекательную беседу, но мне, к сожалению, пора, – проговорила, вернув чашку, подражая старушке, неторопливо поднялась, – как только особняк отремонтируют я вышлю вам ответное приглашение.

– Уверена, мы увидимся намного раньше, нам столько предстоит с тобой сделать, – голосом, не терпящим возражения, изрекла мадам Патриция, вернув на лице дежурную улыбку и плавность движений, она коротким рывком позвонила в колокольчик.

– Буду рада, – кривя душой, ответила, натянуто улыбнувшись. Беседа с наверняка главной притворщицей Грейтауна меня стала тяготить, а внутренний голос ехидно указывал на излишнюю мою болтливость. Но логика убеждала, что, так или иначе, постыдный случай в Этбурге с мадемуазель Марлоу дойдет до местных кумушек. И если невозможно это предотвратить, необходимо возглавить этот хаос и обернуть его себе на пользу. Как ни прискорбно, но здесь я с мадам Патрицией согласна…

– Мне потребуется время, чтобы подумать, как обернуть твою историю в нашу пользу, – прервала мои мысли женщина, переводя взгляд за мою спину, – Том проводи мадемуазель Кэтрин.

Попрощавшись с «царственной» особой, я поспешила покинуть странный дом и его не менее странную хозяйку. Но, видимо, вселенная решила, что на сегодня испытаний, выпавших на мою долю недостаточно. Дверь распахнулась, и в холл на ходу снимая перчатки, явно чувствуя себя хозяином в этом доме, вошел тот самый настырный незнакомец с вокзала.

– Мадемуазель Кэтрин? Какая приятная встреча! – воскликнул мужчина, прямиком направляясь в мою сторону, но, заметив сумочку у меня в руках, притворно расстроенным голосом промолвил, – неужели вы снова меня покидаете?

– Добрый день, мсье Коннор, – поприветствовала вошедшего, вернув на лицо приветливую улыбку и проигнорировав вопрос, произнесла дежурную фразу, – рада встречи.

– Неправда, – усмехнулся мужчина, встав ко мне слишком близко, чем требует того приличия, – вы совсем не рады.

– Мне пора, мсье Коннор, – вновь не отреагировала на откровенную наглость и, обойдя мужчину, наконец выбралась на улицу. И, более не задерживаясь, устремилась к особняку Марлоу, пролетев мимо ожидающего меня кэба…

Глава 14

– И этот испорчен, – обреченно пробормотала, устало, отодвигая от себя баночку с прокисшим кремом. Это был уже третий опытный образец, и второй неудачный, еще один, ожидающий, когда я отвинчу крышку с баночки, сейчас с укором на меня взирал, а я все никак не решалась к нему прикоснуться, – ну же, все верно сделала и пропорции соблюла. Миндальное масло было отличного качества, кокосовое – свежее, пчелиный воск отменный. Что, опять не так?

– Мадемуазель Кэтрин, вам нужен отдых, – промолвил дворецкий, с сочувствием на меня поглядывая, – вы не отходите от этого стола вторую неделю. От обеда отказываетесь, спать ложитесь за полночь и практически не покидаете дом.

– Да, мсье Оуэн, мне действительно надо прогуляться, – рассеянно кивнула, соглашаясь со стариком, – я выйду в сад.

– А я пока приготовлю тосты с сыром и согрею воду для чая, – обрадовался дворецкий моей покорности, всю прошлую неделю безрезультатно меня выгоняя на улицу.

– Хорошо, – с улыбкой произнесла и, стараясь не смотреть на манящую меня баночку с последним экспериментальным кремом, я, подхватив жакет, вышла в сад.

Со дня знакомства с мадам Патрицией Берч прошло почти три недели. За это время от странной старушки ни разу не было вестей, мсье Коннор тоже не появлялся. И это, признаться, меня радовало, не представляю, что было на уме у старой интриганки, но пока я не готова выходить в свет и знакомиться с местным бомондом.

Не хочется принимать приглашения, не имея возможности пригласить в ответ. Уверена, посещение домика садовника не добавит моей репутации плюсов. А в особняке все ещё шел ремонт, и, судя по его состоянию, обнаруженному под слоем грязи, пыли и нанесенных ветром листьев, конца ему не будет. Сначала я хотела привести в порядок только часть жилых комнат, гостиную, холл и кухню, но плесень на стенах и сквозные дыры внесли свои коррективы.

И деньги на моем счету в банке стали уменьшаться с катастрофической скоростью. Хотя мсье Оуэн старался максимально сэкономить и вообще оказался дотошным и строгим прорабом и ценнейшим сотрудником. И мне не пришлось заниматься этой пыльной и грязной работой, а посвятить время созданию косметики. Но к концу второй недели, когда дворецкий сообщил, что пора покупать обои для моей спальни в особняке, я поняла – вопрос с финансами стал очень остро и требовал скорых решений.

Ко всему прочему ещё и с косметикой пока ничего не получается. Первую неделю я вспоминала рецепты, записывая, вычеркивая и снова записывая в многострадальный блокнот составы и пропорции. Было непросто откапать в хаосе воспоминаний моих и Кэтрин нужные и верные названия. Частенько я путала буквы местами, а один раз вообще написала не то слово и полдня потратила, вспоминая, где этот ингредиент теперь найти в природе.

Это в моем современном мире через интернет у проверенных поставщиков можно заказать все, что требуется. А здесь я обошла больше семи аптек и только в пятой нашла масло ши, один из важных ингредиентов во многих косметических средствах. Которое, кстати, обошлось мне в четверть от суммы платья мадам Клод, но оно того стоило. И вот когда из-за непонятных пока мне причин твое изделие портится, а в него, между прочим, вложено немало средств и труда, было очень обидно и как-то демотивируя, что ли.

А ещё требовалось отдельное, просторное и стерильное помещение. Холодильник, колбы, мензурки, пипетки, точные весы, плита и многое, многое другое, дорогостоящее и необходимое для приготовления косметических средств. И снова всё упирается в деньги, которые утекают, словно вода в песок…

– Мадемуазель Кэтрин, вы забыли плащ, сегодня в саду прохладно и сыро после дождя, – прервал мои гнетущие мысли заботливый дворецкий, неся на вытянутых руках свою старую накидку. Забрать из дома мадам Жанет теплую одежду, принадлежавшую Кэтрин, я, спешно убегая, не догадалась.

– Спасибо, мсье Оуэн, – поблагодарила старика, только сейчас почувствовав, что действительно продрогла.

– Чай готов, может, выпьем его в беседке?

– Было бы отлично, – приняла приглашение дворецкого, зябко кутаясь в теплую накидку, – и я бы с удовольствием съела горячий тост.

– Мадемуазель Кэтрин… я могу продать статуэтки, некоторые из них редкие работы знаменитых скульпторов, – вдруг смущено проговорил старик, бросая на меня косые взгляды.

– Хм… спасибо, мсье Оуэн, это очень великодушно с вашей стороны, но я не могу вам этого позволить. Вы упоминали о не ком господине, который работает с подложными документами…

– Да, если он в городе, я его приглашу, – тотчас оживился старик, явно поддерживая мое решение, – завтра утром схожу в контору Мортимер.

– Посмотрим, что из этого выйдет, – задумчиво протянула, неспешно направляясь к покосившейся беседке, увитой плющом.

Остаток дня прошел лениво, я пила чай, читала обнаруженную в закромах старика, книгу. Приготовила блинчики, заслужив одновременно восхищенный и укоризненный взгляд дворецкого. Еще раз прочла утреннюю газету, но ничего интересного для себя не обнаружила. И когда небо заволокло серыми тучами, а солнце скрылось за горизонт, с удобством устроилась на широкой кровати, доставленной и установленной вместо тахты чудо-дворецким. И только уплывая в чернильную пустоту, на краю сознания, в голове промелькнула мысль, что баночку с последним кремом я так и не открыла.

Глава 15

Пробуждение было бодрым и шумным. В дверь с грохотом заколотили, так что в комнате зазвенели стекла в оконных рамах, а с улицы донесся истеричный крик маман.

– Всё-таки заявилась, – сонно пробормотала я, лениво потянувшись в кровати. Мадам Жанет я ожидала увидеть гораздо раньше, поэтому не была удивлена ее приездом.

– Мсье Оуэн, не торопитесь, – остановила старика, услышав характерный скрип пружин его кровати, рывком сев и, широко зевнув, добавила, – я сама встречу родительницу.

– Как прикажете мадемуазель Кэтрин, – отозвался дворецкий, кровать снова жалобно простонала под тяжестью тела. А мне как бы ни хотелось понежится, пришлось покинуть теплую и уютную постель.

Но я не спешила на встречу с родней, под радующие меня восклицания и стенания неуравновешенной женщины, я надела свое рабочее и местами в жирных пятнах платье. Собрала волосы в небрежный хвост и, не умываясь, неторопливым шагом направилась к выходу.

Резко распахнутая дверь и моё неожиданное появление, в одно мгновение заткнули рот маман, но, к сожалению, ненадолго.

– Что за вид⁈ Ты позоришь семью Марлоу!

– И тебе доброго дня, мама. Мадам Ирма, что вас привело в мой дом? – с ленцой проговорила, не скрывая, широко зевнула и, невольно поежившись от утренней прохлады, назидательным тоном, продолжила, – ещё и неприлично рано для визитов, о котором не соизволили предупредить.

– Да как ты… – задохнулась от возмущения мадам Жанет, все ещё наивно полагая, что сможет продолжить управлять своей запуганной дочерью, – Ирма скажи ей!

– Кэтрин, ты говорила, что хочешь какое-то время побыть у подруги, чтобы прийти в себя…

– Я? Разве я так сказала? – деланно вскинула бровь, выжидающе посмотрев на тётушку. Я с искренним интересом наблюдала за мыслительным процессом компаньонки маман, но женщина так и не вспомнила нашу последнюю беседу, и я была вынуждена пояснить, – это вы решили, что я хочу погостить у подруги. Я же прямо сообщила, что теперь буду жить одна.

– Но… – растерянно протянула мадам Ирма и попыталась даже что-то сказать, однако мадам Жанет не дала ей продолжить, зло взвизгнув, – и это здесь ты живешь? В домике садовника? Твой отец…

– В гробу бы перевернулся, узнав, как вы профукали все, чего он с таким трудом добился, – прервала женщину, грозно сдвинув брови и, чуть поддавшись вперед, чеканя каждое слово, проговорила, – в Этбург не вернусь. Жить с вами в одном доме не буду. Денег не дам.

– Ты сошла с ума, – с шумом выдохнула маман, испугано от меня отпрянув, тут же ласковым голосом протянув, – мадам Лиззи верно сказала, ты больна, недаром она видела тебя в аптеках Грейтауна. Детка, я приглашу семейного доктора, он поможет…

– Не старайтесь, мадам Жанет, я уже совершеннолетняя и вам не удастся обставить все так, будто я умалишенная. Все необходимые справки я уже подготовила, – блефовала я, сразу же пресекая любые попытки маман меня упечь в богадельню, сейчас же, предупредив, – советую не рисковать подлогом документов, выяснить об их подделке будет просто.

– Что⁈ Да как ты смеешь⁈ – снова перешла на визг мадам Жанет, позабыв, что только что притворялась заботливой мамочкой, – я столько для тебя сделала: ночи не спала; невыносимую боль испытала; потеряла былую красоту… неблагодарная…

– Не позорьтесь, мадам Жанет, на этой улице живут приличные и влиятельные люди Грейтауна, – остановила очередные жалобные обвинения, которыми женщина в основном и помыкала Кэтрин, умело манипулируя девушкой, – повторю, от меня вы больше ничего не получите, в Этбург не вернусь.

– А как же твой жених? Мсье Джон Марсон? Ты о нем подумала? – язвительным тоном заговорила матушка, прежде окинув меня презрительным взглядом. Женщина знала, что ее дочь безответно влюблена в этого напыщенного индюка, и решила воспользоваться очередным рычагом давления, – только благодаря мне, он великодушно простил тебя и все ещё готов на тебе женится.

– Жаль, – коротко бросила, удивив своим ответом и искренним равнодушием не только маман, но и ее компаньонку. Мысленно и витиевато выругавшись, ведь я, признаться, рассчитывала на откупные и уже давно их распределила по важным направлениям для развития моей будущей корпорации.

– Ты… ты, – вновь задохнулась от возмущения маман, но не успела я, теперь уже в грубой форме выставить ее из своей усадьбы. Как из-за раскидистого куста, на вычищенную мсье Оуэном от сорняков дорожку, вышел чопорный дворецкий мадам Патриции. И всего в три шага преодолев разделявшее нас расстояние, он, почтительно склонив передо мной голову, игнорируя замерших незваных гостий, и степенно проговорил:

– Мадемуазель Кэтрин, мадам Патриция приглашает вас сегодня к себе на обед.

– Благодарю, передайте мадам Патриции Берч, что я приняла ее приглашение, – торжественным тоном произнесла, с трудом сдерживая улыбку, такой обиженный вид был у мадам Жанет.

– Я передам, – ответил мужчина и, более ни слова не сказав, вскоре скрылся за кустом.

– Надо же, а я не была удостоена такой чести быть приглашенной на обед к этой старой стерве, – злобно прошипела маман, не отводя свой полный ненависти взгляд от розового куста, за которым исчез дворецкий.

– Разве вы не должны гордиться своей дочерью, мадам Жанет? – ехидно проговорила, окинув женщину насмешливым взглядом, тотчас добавив, – полагаю, на этом нашу милую беседу стоит завершить. У меня появились неотложные дела, а вам я рекомендую поспешить с приобретением билета назад в Этбург.

– Я сообщу Бриджет, где ты остановилась, – процедила сквозь зубы маман, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на истеричный крик, но неожиданное появление дворецкого влиятельной особы поумерил ее пыл, и, глубоко вздохнув, женщина продолжила, – мне говорили, что девицы порой ведут себя непотребно и не прислушиваются к советам своих родителей. Надеюсь, твоей подруге Бриджет удастся тебя вразумить.

– Сегодня же прикажу заменить забор и установить замок на ворота, – проговорила, растянув губы в самой любезной улыбке, – в этом доме мадемуазель Бриджет не рады.

– Ты…

– Идем, Жанет, – остановила очередной всплеск истерики мадам Ирма, потянув за руку, покрасневшую лицом маман и напоследок бросив на меня укоризненный взгляд, изрекла, – Кэтрин, ты груба и забыла о воспитании.

– Ошибаетесь, я, мадам Ирма, отлично помню все наставления матушки, – с усмешкой произнесла и, не дожидаясь ответа, не прощаясь с новоиспечённой родней, зашла в дом. И только там, в относительной безопасности, перевела дух, осознавая, что всего лишь одержала победу в небольшом сражении и битва все ещё не окончена.

– Мадемуазель Кэтрин, не стоило вам выходить к мадам Жанет, – заговорил дворецкий, заботливо подав мне чашку горячего кофе, – я мог сообщить, что вас здесь нет и не было.

– Не нужно, мсье Оуэн, рано или поздно она бы догадалась, где я нахожусь. И чем скорее она поймет, что ей в моей жизни больше нет места, тем будет лучше для меня.

– Возможно, вы правы, но мадам Жанет очень упорная женщина и не перед чем не остановится, когда вопрос стоит в деньгах.

– Да, поэтому мне нужен тот ваш человек, что разбирается в документах.

– После завтрака схожу, я бы давно ушел, но мадам Жанет…

– Смешала нам все планы, – закончила за старика, наконец, сделав большой глоток ароматного напитка, – кстати, из дома Берч, снова принесли приглашение для меня на сегодняшний обед. Но, боюсь. я не могу позволить себе покупку платья у мадам Клод, возможно, в Грейтауне найдется приличный салон, в котором графине Марлоу будет не стыдно приобрести наряд?

– Если только лавка мадам Глории на пятой Донной, – задумчиво проговорил старик, тут же добавив, – и салон мсье Герни, что в конце переулка Лизет.

– Спасибо, надеюсь, до обеда я успею подобрать себе подходящий фасон, – поблагодарила старика, залпом осушив кофе, подумав, что после такого веселого утра мне бы не помешало выпить чего покрепче, я устремилась к тазу для умывания. До обеда оставалось всего шесть часов, а с нынешней модой на розовое и рюши, покупка платья будет непростым делом.