Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Глава 36

Первая неделя работы Джеймса в должности управляющего прошла на удивление гладко. Он быстро вошел в курс дел, наладил взаимодействие между различными службами поместья и даже успел представить мне детальный план подготовки к ярмарочным скачкам. Я начала думать, что мои подозрения были напрасными, что наши встречи – всего лишь череда случайностей, когда произошел первый инцидент.

Это случилось в четверг утром, когда я проверяла, как идет ремонт северного крыла дома. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я не заметила провалившуюся ступеньку и потеряла равновесие. Падение казалось неизбежным, но в последний момент сильные руки подхватили меня, прижав к себе так крепко, что я почувствовала биение чужого сердца через ткань рубашки.

– Осторожно, мадам, – прошептал Джеймс, не сразу меня отпуская.

Мы стояли так несколько секунд – слишком близко для хозяйки и управляющего, слишком долго для случайной поддержки. Я чувствовала тепло его рук на своей талии, запах мужского одеколона с нотками сандала, и почему-то не могла заставить себя отстраниться.

– Благодарю, – наконец выдохнула я, делая шаг назад.

– Нужно предупредить Филиппа об этой ступеньке, – сказал Джеймс, словно ничего не произошло.

– Да, конечно, – согласилась я, стараясь унять учащенное сердцебиение.

На следующий день произошел второй инцидент. Я работала в кабинете, когда в окно влетела огромная оса. Насекомое кружило по комнате, угрожающе жужжа, а я, панически боявшаяся ос с детства, съежилась в кресле. В этот момент дверь распахнулась, и появился Джеймс с отчетом о закупках.

– Мадам, что… – он увидел осу и тут же оценил ситуацию.

Ловким движением он набросил на насекомое полотенце, подхватил его и выбросил в окно. Затем повернулся ко мне с выражением легкой обеспокоенности.

– Вы боитесь ос, мадам?

– С детства, – призналась я, чувствуя себя глупо. – Знаю, что это несерьезно, но…

– Каждый чего-то боится, – мягко сказал он. – Это не повод для стыда.

Его понимание тронуло меня больше, чем следовало.

К субботе я уже была уверена, что Джеймс появился в поместье не случайно. Он удивительным образом появлялся рядом со мной слишком часто и всегда в нужный момент. Это было одновременно приятно и настораживающе.

– Адель, дорогая, – сказала мне мадам Мелва за завтраком в субботу, – твой новый управляющий весьма… внимательный.

– В каком смысле?

– В том смысле, что он следит за каждым твоим шагом, – свекровь деликатно намазала масло на тост. – Вчера я видела, как он трижды проходил мимо кабинета, где ты работала.

– Возможно, у него были дела поблизости.

– Возможно, – согласилась мадам Мелва с многозначительной улыбкой. – Но мужчина, который так пристально следит за женщиной, обычно имеет на то причины. И не всегда служебные.

В понедельник утром пришло письмо от градоначальника Ринкорда, мсье Лероя. Он просил о встрече для обсуждения деталей ярмарочных скачек и предлагал мне приехать в городскую ратушу в ближайшие дни.

– Поеду сегодня днем, – решила я, показывая письмо Себастьяну. – Лучше побыстрее уладить организационные вопросы.

– Мадам, – тотчас вмешался Джеймс, который как раз вошел с утренним отчетом, – если позволите, я сопровожу вас. Мне тоже нужно в Ринкорд – договориться с поставщиками кормов и заказать материалы для строительства новых конюшен.

– Хорошо. Заодно заедем на рынок, я давно хотела присмотреть новую ткань на обивку кресел, – согласилась я, мысленно отметив как всегда своевременную готовность Джеймса быть рядом со мной.

Дорога до Ринкорда заняла около часа. Джеймс правил лошадьми с профессиональным мастерством, и я не могла не любоваться его уверенными движениями. Мы ехали в основном молча – я обдумывала предстоящие переговоры, а он, казалось, был поглощен своими мыслями.

– Джеймс, – нарушила я молчание, когда показались крыши Ринкорда, – скажите честно, действительно ли вам нужно в город по делам?

Он бросил на меня быстрый взгляд:

– Мадам, я всегда говорю правду. Просто… – он помолчал, – просто не хотел, чтобы вы ехали одна. Времена неспокойные.

– Что вы имеете в виду?

– В последнее время на дорогах участились разбои. Женщина, едущая в богатом экипаже, – слишком соблазнительная цель.

Его объяснение звучало разумно, но я снова отметила про себя, как хорошо он осведомлен о местной обстановке для человека, живущего в поместье всего несколько недель.

Ринкорд встретил нас обычной провинциальной суетой. На центральной площади шла торговля, местные жители спешили по своим делам, дети играли возле фонтана. Мы остановились у ратуши – внушительного двухэтажного здания из светло-серого камня с башней и часами.

– Встретимся здесь через час? – предложил Джеймс, помогая мне выйти из экипажа.

– Договорились, – кивнула я.

Мсье Лерой встретил меня в своем кабинете с подобающими почестями. Следующие полчаса мы обсуждали детали организации скачек – количество участников, призовой фонд, размещение зрителей, обеспечение безопасности.

– Мадам Фабер, – говорил градоначальник, просматривая списки, – мы ожидаем участников из пяти соседних графств. Это будут самые масштабные скачки в истории Ринкорда!

– Прекрасно, – ответила я. – Но нужно обеспечить достойный уровень организации. Участники должны остаться довольными.

– Разумеется! Мы уже заказали дополнительные трибуны, договорились с местными трактирщиками о размещении гостей…

Мы обсудили еще множество деталей, и к концу встречи я была удовлетворена уровнем подготовки. Мсье Лерой явно серьезно отнесся к организации соревнований.

– Благодарю за продуктивную беседу, – сказала я поднимаясь. – Думаю, скачки пройдут успешно.

– Уверен в этом, мадам! – градоначальник проводил меня до дверей ратуши.

Я вышла на ступени здания, щурясь от яркого солнца, и огляделась в поисках Джеймса. Его нигде не было видно, но это не удивило – до назначенного времени оставалось еще двадцать минут, и я решила прогуляться. Спускаясь по ступеням, с улыбкой наблюдая за детьми, играющими на площади у фонта, я услышала крики. Затем раздался грохот, будто кто опрокинул деревянные бочки.

Резко обернувшись, я увидела мчащийся прямо на меня тяжелый воз, запряженный парой гнедых лошадей. Возница отчаянно тянул поводья, но животные были в панике и не слушались. И всего через несколько секунд они должны были сбить меня.

Воз приближался с пугающей скоростью, я уже видела пену на губах лошадей, слышала грохот колес по булыжнику…

И вдруг чьи-то руки обхватили меня, рывком отбросив в сторону. И продолжая сжимать в крепких объятиях, Джеймс, а это был снова он, прикрыл меня собой, защищая от летящих камней и грязи, пока воз не промчался мимо, едва нас не задев.

Несколько секунд мы лежали неподвижно. Я чувствовала тяжесть его тела, слышала его прерывистое дыхание у самого уха. А мое сердце бешено колотилось в груди – от испуга, от близости, от осознания того, что он спас мне жизнь.

– Вы не ушиблись? – хрипло спросил мужчина, приподнимаясь.

– Нет… кажется, нет. Спасибо.

Он помог мне встать, бережно поддерживая за руку. Вокруг уже собралась толпа любопытных, кто-то кричал, что нужно поймать возницу. Джеймс отвел меня к нашему экипажу, подальше от толпы. Его лицо было серьезным, а в глазах читалась тревога.

– Как вы оказались так близко именно в нужный момент? – спросила я, когда мы отошли от людей.

– Я видел, что лошади ведут себя беспокойно, – ответил он. – И решил подойти ближе. На всякий случай.

– Джеймс, – я остановилась и повернулась к нему лицом, – кто вы такой на самом деле?

Он замер, словно не ожидая такого прямого вопроса.

– Мадам?

– Вы всегда оказываетесь рядом именно тогда, когда мне нужна помощь, – я говорила тихо. – Слишком часто, чтобы это было совпадением. И ваши навыки… даже для бывшего кавалерийского капитана вы чересчур бдительны.

Он молчал, борясь с собой. В его глазах читалась борьба – желание сказать правду и необходимость молчать.

– Джеймс, – мягче произнесла я, – я благодарна вам за спасение. Но у меня есть право знать, кто находится рядом со мной.

Он глубоко вздохнул:

– Мадам, меня зовут Риган.

– Риган, – повторила я. – И зачем было скрывать настоящее имя?

– Это все, что я могу вам сейчас рассказать, – он посмотрел мне в глаза. – Но клянусь вам – я никогда не причиню вам вреда. Никогда. Вам не о чем беспокоиться.

В его голосе звучала такая искренность, что я почти поверила. Почти.

– Вы шпион? – прямо спросила я.

– Нет, мадам. Не в том смысле, как вы думаете.

– Тогда в каком?

– Мадам, – он помолчал, – я не могу сейчас объяснить. Но скоро, очень скоро все станет ясно. Прошу вас, доверьтесь мне еще немного.

Люди начали расходиться, инцидент исчерпал себя. Возницу поймали – оказалось, что лошади понесли из-за пса, который выбежал на дорогу и напугал их.

– Поедем домой? – предложил Риган.

Я кивнула, все еще обдумывая его слова. Риган. Не Джеймс. Еще одна ложь в череде полуправд и недомолвок.

Дорога обратно прошла в молчании. Я смотрела на мелькающие за окном поля и рощи, а мысли мои крутились вокруг загадочного мужчины, сидящего рядом. Кем бы он ни был, он спас мне жизнь. Это должно было что-то значить.

– Мадам, – нарушил он молчание, когда показались ворота поместья, – прошу прощения за то, что скрывал свое настоящее имя. Но у меня были причины.

– Какие причины?

– Личные, – коротко ответил он. – Надеюсь, со временем смогу все объяснить.

Вечером, готовясь ко сну, я долго стояла у окна, глядя на темный сад. Где-то там, в тени деревьев, мог находиться Риган – человек, который стал моей загадкой и моей защитой одновременно.

Оставалось только выяснить, можно ли ему доверять. И какую цену придется заплатить за его защиту.

Последняя мысль перед сном была о том, как он прижал меня к себе на площади у ратуши. О тепле его рук, о биении его сердца и о том непривычном чувстве безопасности, которое я испытала в его объятиях.

Глава 37

Утро понедельника встретило меня дождём, барабанящим по окнам моей спальни. Я проснулась с тяжёлой головой – вторая неделя пребывания мадам Мелвы в доме давала о себе знать. За окном небо затянули серые тучи, и весь мир казался мрачным и неприветливым.

Спустившись к завтраку, я обнаружила мадам Мелву уже восседающей за столом с видом человека, который встал на час раньше всех остальных специально для того, чтобы продемонстрировать свою безупречную организованность. А перед креслом на столе, где я обычно сижу, стояла чашка с остывшим кофе и тарелка с нетронутыми булочками – признак того, что свекровь уже успела покритиковать Марту за что-то незначительное.

– Доброе утро, мадам Мелва, – поприветствовала я её, стараясь скрыть раздражение.

– Адель, дорогая, – она окинула меня оценивающим взглядом, – ты выглядишь ужасно. Круги под глазами, лицо осунулось…

Я машинально поправила волосы и села за стол, налив себе свежего кофе из серебряного кофейника.

– Честно говоря, – продолжила свекровь, элегантно намазывая масло на краешек булочки, – я начинаю думать, что планы его высочества изменились. Прошло уже две недели, а никаких вестей. Возможно, у него образовались более важные дела в столице.

Я кивнула, отпивая глоток кофе. Действительно, две недели мы ждали визита принца Александра, а он так и не появился.

– К тому же – мадам Мелва отложила нож и серьёзно посмотрела на меня, – мне необходимо вернуться в столицу. Кто знает, что творится в особняке под присмотром молоденькой жены Себастьяна. Герцогиня Изабелла, при всех своих достоинствах, слишком молода и неопытна для управления таким хозяйством. А слуги, почувствовав слабину…

Моё сердце екнуло от радости, но я постаралась сохранить нейтральное выражение лица.

– Когда вы планируете отъезд? – спросила я как можно равнодушнее.

– Завтра утром, – решительно заявила мадам Мелва. – Графиня Монпарнас устраивает музыкальный вечер, который я не могу пропустить. Да и вообще, пора возвращаться к цивилизованной жизни.

Она произнесла последние слова с таким видом, словно жизнь в поместье была каторгой.

– Но до отъезда, – продолжила свекровь, – мы должны обсудить правила приличия, которые ты, видимо, забыла за годы жизни в провинции. Во-первых, если принц всё же соизволит нанести визит, ты не можешь оставаться с ним наедине. Даже на минуту. Это будет истолковано как неприличное поведение. Во-вторых, ты должна обращаться к нему исключительно «ваше высочество», никаких фамильярностей. В-третьих, ты не должна предлагать ему еду или напитки, это прерогатива слуг.

Список продолжался ещё минут десять, и с каждым пунктом я чувствовала себя всё более утомлённой. Мадам Мелва явно наслаждалась возможностью поучать меня правилам, которые я, по её мнению, безнадёжно забыла.

– И наконец, – заключила мадам Мелва, – твоя осанка просто ужасна. Ты сидишь как крестьянка, а не как дама благородного происхождения. Выпрями спину, подними подбородок, не сутулься!

Я невольно выпрямилась, больше от раздражения, чем от желания следовать её указаниям.

– Вот так лучше, – одобрительно кивнула свекровь. – А теперь давай обсудим твой гардероб на случай, если принц всё же появится. То платье, которое ты надела вчера на ужин, совершенно неподходящее для приёма высокого гостя.

– Что в нём не так? – спросила я, хотя мне было всё равно.

– Во-первых, слишком яркий цвет. Во-вторых, слишком простой фасон. В-третьих, оно больше подходит для работы в саду, чем для приёма высокого гостя, – перечислила мадам Мелва, загибая пальцы.

Следующий час прошёл в детальном разборе моего гардероба. Мадам Мелва нашла недостатки в каждом платье – одно было слишком ярким, другое чересчур простым, третье имело «неподходящий вырез». В конце концов мы остановились на тёмно-зелёном платье из шёлка с высоким воротником и длинными рукавами.

– И никаких драгоценностей, кроме простых серёжек, – заключила свекровь. – Излишняя роскошь неуместна при дневном приёме.

После завтрака мадам Мелва объявила о своём намерении осмотреть весь дом, чтобы убедиться в его готовности к возможному приёму принца. Новость о предстоящей инспекции распространилась по поместью со скоростью лесного пожара.

Я наблюдала из окна кабинета, как начался настоящий исход. Джеймс, заметив приближающуюся к конюшням фигуру мадам Мелвы, быстро седлал лошадь, видимо, внезапно вспомнив о срочном поручении в соседней деревне. Жак и Сэм, обычно неразлучная парочка, которая всегда крутилась под ногами в надежде получить какое-нибудь поручение, вдруг исчезли, предварительно сообщив дворецкому, что их родители нуждаются в срочной помощи.

Пьер с сыновьями, завидев мадам Мелву издали, поспешно скрылись в дальнем углу сада, где можно было притвориться полностью поглощёнными обрезкой живой изгороди. Даже стойкий дворецкий нашёл повод отлучиться в город за «неотложными покупками».

Но не всем удалось избежать встречи с грозной свекровью. Бедняжка Мари, одна из сестёр-близняшек, вышла из прачечной с огромной стопкой свежевыглаженного белья в руках как раз в тот момент, когда мадам Мелва проходила мимо. Девушка замерла как кролик перед удавом, не в силах ни убежать, ни спрятаться.

– Стой! – властно воскликнула мадам Мелва, направляясь к перепуганной горничной. – Покажи-ка мне это бельё.

Мари дрожащими руками протянула верхнюю простыню. Мадам Мелва развернула её, придирчиво осматривая каждый сантиметр ткани.

– Безобразие! – объявила она после тщательного изучения. – Видишь эти складки? А эти неровности? Это называется глажкой? В моё время горничные умели обращаться с утюгом!

Бедная Мари побледнела ещё больше, если это было возможно.

– Прошу прощения, мадам, – пролепетала она. – Я… я старалась…

– Старалась! – фыркнула мадам Мелва. – Если бы принц увидел такое бельё, он подумал бы, что попал в крестьянскую избу! Слушай внимательно – утюг должен быть достаточно горячим, но не настолько, чтобы оставлять жёлтые пятна. Движения должны быть плавными, от центра к краям. Никаких резких поворотов! И запомни – хорошо выглаженное бельё не имеет ни единой складочки!

Лекция продолжалась добрых пятнадцать минут, пока мадам Мелва подробно объясняла все тонкости правильной глажки – от температурного режима до техники складывания. Мари стояла неподвижно, кивая и пытаясь запомнить каждое слово, хотя её лицо выражало полное отчаяние.

– А теперь возвращайся и перегладь всё заново, – распорядилась мадам Мелва. – И помни – если я найду хоть одну складку, ты будешь гладить всё ещё раз!

Мари, едва удерживая слёзы, поспешила обратно в прачечную с той же стопкой белья, которая минуту назад казалась ей идеально выглаженной.

Тем временем мадам Мелва продолжила свой обход. В большой гостиной она нашла пыль на карнизе, в столовой – неправильно сложенные салфетки, в холле – недостаточно начищенную медную вазу. Каждая мелочь становилась поводом для подробной лекции о том, как должен выглядеть дом, готовый к приёму принца.

Марта, застигнутая врасплох на кухне, выслушала получасовое поучение о правильной подаче чая. Оказалось, что сахар должен подаваться именно в такой сахарнице, ложечки должны лежать именно под таким углом, а печенье должно быть разложено на тарелке в строго определённом порядке.

– И запомни, – строго сказала мадам Мелва напоследок, – если принц попросит чай, ты не должна спрашивать, какой именно. Принцу подают только лучший чай, без вариантов!

К полудню атмосфера в доме напоминала военное положение. Те слуги, которым не удалось скрыться, передвигались на цыпочках, боясь привлечь внимание грозной гостьи. В воздухе витало напряжение, и каждый звук – скрип половицы, звон посуды, хлопанье двери – казался оглушительным.

Клара, сестра пострадавшей Мари, нашла убежище в погребе, притворившись, что проверяет запасы. Люси заперлась в чулане и делала вид, что перебирает бельё. Даже кот, обычно невозмутимо разгуливавший по дому, спрятался под лестницей и не показывался на глаза.

За обедом мадам Мелва продолжила свои наставления, на этот раз сосредоточившись на том, как правильно принимать высокого гостя.

– Помни, – объясняла она, изящно управляясь с серебряными приборами, – даже если принц не приедет завтра или послезавтра, это не значит, что можно расслабляться. Принцы непредсказуемы, и он может появиться в любой момент. Поэтому дом всегда должен быть готов к его приёму.

– Понимаю, – кивнула я, втайне радуясь тому, что завтра мадам Мелва уедет, и я, наконец, смогу вздохнуть свободно.

После обеда мы отправились в конюшни, где мадам Мелва критически осмотрела каждый денник, каждую деталь. К её удивлению, она нашла лишь незначительные недостатки – пыль на одной из перекладин и слегка помятое сено в углу.

– В целом неплохо, – снисходительно заметила она. – Принц увидит, что здесь поддерживается порядок.

Мастер Жером встретил нас с плохо скрываемой настороженностью. За недели пребывания мадам Мелвы в поместье он успел испытать на себе её критику и теперь старался лишний раз не попадаться ей на глаза.

– Мастер Жером, – обратилась к нему мадам Мелва с видом генерала, осматривающего войска, – я надеюсь, вы помните всё, что мы обсуждали относительно приёма высокого гостя?

– Разумеется, мадам, – почтительно ответил старый коневод. – Все лошади в отличной форме, денники вычищены, сбруя начищена.

– И вы понимаете, – продолжила мадам Мелва, – что принц крови требует особого обращения? Никаких фамильярностей, только «ваше высочество». И без излишней болтливости – отвечайте на вопросы коротко и по существу.

Мастер Жером кивнул, хотя я видела, как дёрнулась его щека. Он явно не был в восторге от этих наставлений.

– А теперь покажите мне Ветра, – распорядилась мадам Мелва. – Принц, несомненно, захочет осмотреть нашего знаменитого скакуна.

Когда мы подошли к деннику Ветра, мадам Мелва даже на мгновение смягчилась, любуясь красотой жеребца.

– Действительно прекрасный конь, – признала она. – Но помните – никаких восторженных речей о его достоинствах. Принц сам всё увидит, если разбирается в лошадях.

– А если не разбирается? – не удержался от вопроса мастер Жером.

– Тогда тем более не стоит утомлять его лекциями, – отрезала мадам Мелва. – Дилетанты не любят, когда им демонстрируют их же невежество.

Остаток дня прошёл в подобном духе. Мадам Мелва находила недостатки везде, где только можно было их найти, и давала подробные инструкции по их устранению. К вечеру весь персонал поместья выглядел измождённым, а я чувствовала себя так, словно провела день на минном поле.

– Завтра я отправлюсь в столицу первым же экипажем, – объявила мадам Мелва за ужином.– И помни, если что-то случится, сразу пиши мне. Я всегда готова приехать и помочь тебе справиться с любыми трудностями.

– Обязательно, – кивнула я и уже мысленно представляла себе завтрашний день – тихий, спокойный, без постоянного напряжения и критики, когда в дверь малой гостиной постучали.

– Войдите, – позвала я.

– Мадам, – на пороге появился Себастьян, слегка запыхавшийся, – к вам прибыла дама. Мадам Делия де Виан Рейн. Она просит принять её по важному делу.