Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Глава 28

– Значит, все-таки узнали, – произнесла очевидное, откладывая в сторону документы и, заметив нетерпение на лице мсье Уайта, подыграла мужчине, – и что меня выдало?

– Ваш взгляд – цепкий, изучающий, с каплей превосходства, что забавное над мужчинами, – с улыбкой проговорил мсье Уайт и, кивнув на расходную книгу, продолжил, – после моего упоминания в ошибочном счете, вы меня таким взглядом припечатали, что все мои сомнения пропали.

– Хм… учту на будущее, – усмехнулась, саркастически, добавив, – впредь буду смотреть на мужскую половину взором томным и не замутненным разумом.

– У вас ничего не получится, – фыркнул мсье Уайт, но все же не выдержал и громогласно рассмеялся. Я не стала ему мешать веселиться и вновь взяла в руки документы, но, естественно, сосредоточиться на важном не получилось, хоть я и усиленно пялилась в черные столбцы цифр.

– Простите, мадемуазель Кэтрин, я был неучтив, позвольте загладить свою вину и угостить вас ужином.

– Я ценю в мужчинах настойчивость, но ненавязчивость. А также ум, внимательность и чувство меры, чем вы, несомненно, всецело обладаете. И ценю вашу заботу обо мне, но я действительно не голодна и планировала на станции поработать, – с улыбкой произнесла, пристально посмотрев на соседа, допуская, что ему не понравится мой отказ, наверняка такому не отказывают, однако мужчина не подал виду и, растянув губы в любезной улыбке, проговорил:

– Мадемуазель Кэтрин, вы не знаете, от чего отказываетесь. Хорошо прожаренный стейк и печенные на огне овощи никого не оставят равнодушными.

– Кхм… и все же я воздержусь, – с тихим смешком промолвила, слишком поспешно, на мой взгляд, прячась за бухгалтерской книгой.

Спустя пятнадцать минут поезд, наконец, остановился и мой сосед, более не настаивая о совместном ужине, покинул номер.

Оставшись в одиночестве, я некоторое время невидяще взирала в окно, за коим виднелся убогий городишка. Подумав, что, не будь у меня такого ценного багажа, я, может быть, и поужинала с этим импозантным мужчиной. Но, видимо, не в этот раз, с обреченным вздохом вновь взялась за документы. Однако, как назло, сейчас мои мысли были где угодно, но не в цифрах. В итоге, промаявшись около часа впустую, я сердито затолкала книгу в чемодан и, достав чистый лист, принялась записывать рецепты кремов и прочей косметики. Это дело пошло живей, я неожиданно увлеклась и даже не заметила появления соседа.

– Мадемуазель Кэтрин, я начинаю беспокоиться о вашем самочувствии, – донесся до меня встревоженный голос мсье Уайта, поезд тотчас дернулся и, медленно набирая обороты, покатился.

– Что? – рассеянно переспросила, быстро дописывая на листок необходимые пропорции для приготовления увлажняющего крема.

– Такое усердие, несвойственное молодым девушкам, меня пугает, – насмешливо изрек мужчина, положив на мой столик небольшой сверток, от которого умопомрачительно пахло едой.

– Я почти все, эм… потрясающий аромат, это стейк и овощи? – пробормотала, покосившись на сверток, вдруг почувствовав, что я действительно голодна.

– Цыпленок и рыба, – добавил мужчина, поставив на сиденье небольшую коробку, – я решил, что в одиночестве ужинать грустно, и прихватил все с собой. Но я не знал, что вы предпочитаете, и заказал рыбу, мясо и птицу.

– А можно все, от свертков так вкусно пахнет, что я затрудняюсь с выбором, – с улыбкой проговорила, не отводя взгляда от мсье Уайта, который ловкими движениями распаковывая коробки, добывал для нас еду.

– Хм… мы разделим пополам все, что я принес, но при одном условии.

– Вы очень смелы, мсье, – зловещим голосом произнесла, чуть поддавшись к соседу, – ставить условия голодной девушке.

– Я люблю рисковать, – рассмеялся мсье Уайт, откидывая крышку, под которой находился ещё дымящий огромный стейк, – так что, согласны?

– Смотря какие, мсье Уайт, вы выставите требования. Никогда не согласовываю сделки, предварительно не ознакомившись со всеми пунктами договора, – насмешливо изрекла, вопросительно посмотрев на смеющегося мужчину.

– Уверяю, мое условие вас не обременит. Зовите меня Дерек, а мне позвольте обращаться к вам Кэтрин.

– Что ж, твои условия мне подходят, Дерек, – торжественно проговорила, с трудом сохраняя серьезное выражение лица, по-хозяйски подтягивая к себе тарелку с мясом.

– Уверен, наше сотрудничество будет успешным, Кэтрин, – не скрывая улыбки, произнес мужчина, наконец устраиваясь на свое сиденье, и, ловким движением фокусника, достав из-за спины небольшую коробочку, проговорил, – не знаю, нравятся ли тебе сладкое, но я решил принести пирожное.

– Предпочитаю мясо, но и от десерта не откажусь… тебе, с какой стороны отрезать?

– Эту часть, – неожиданно ласково промолвил Дерек, отодвинув на край стола пирожное, принялся быстро распаковывать остальные свертки.

Следующие полчаса мы, перебрасываясь ничего не значащими фразами, наслаждались вкусным ужином, разделив каждое блюдо пополам. И только когда очередь дошла до десерта и кофе, Дерек, бросив на меня задумчивый взгляд, заговорил:

– Я должен признаться, Кэтрин. Я выяснил о тебе все. Впрочем, не я один, на каждого приближенного к Ее и Его Величествам, собирается досье.

– Вот как, настоящее досье, – с усмешкой произнесла, ничуть не обеспокоясь, услышав такое от Дерека, – представляю, как тебе было скучно читать о моей жизни.

– До определенного времени, – не стал лукавить мужчина и, чуть помедлив, проговорил, – как такая умная девушка, могла попасть в такую неприятную историю?

– Даже умные порой совершают ошибки, – с грустью ответила, сразу догадавшись, о чем говорит мсье Уайт, – эта стала для меня хорошим уроком – доверять никому нельзя. И раз мы вдруг дошли до стадии откровенности, я тоже хочу задать тебе вопрос.

– Какой? – чуть напрягся сосед, пристально на меня посмотрев.

– Что тебе от меня нужно? Я сразу не поверила в жалостливую историю о поломке в автомобиле. А твоя настойчивость была слишком подозрительна, от тебя я ожидала более опытного лицедейства, – с горестной усмешкой проговорила, с сожалением убеждаясь в своей правоте. Дерек мне понравился, и, если бы не его обман, я бы с удовольствием продолжила с ним общение.

– Хм… ты невероятная, – восхищенно выдохнул сосед, откидываясь на спинку сиденья, – и ты права, я здесь не просто так, а чтобы поговорить с тобой без свидетелей.

– Слушаю тебя.

– Сразу к делу, хорошо, – ухмыльнулся Дерек, вновь принимая вертикальное положение в кресле, – мне надо, чтобы Ее Величество лоббировала один из моих проектов.

– Я при дворе совсем недавно, однако знаю, что Ее Величество помогает женщинам. Уверена, ты осведомлен об этом важном требовании.

– Да, поэтому мой проект до сих пор не попал к Ее Величеству на рассмотрении. Герцогиня Милтон так и не может простить моего отца в отказе сочетаться с ней браком и всячески препятствует делу.

– Допустим, но чем я могу тебе помочь? И с чего ты решил, что захочу?

– Ее Величество прислушивается к тебе, и все заинтересованные лица об этом знаю. Что касается проекта… мне нужно лишь получить разрешение на строительство здания на улице Лестрит и оформить документы на пансион, указав в них, что он находится под патронажем Ее Величества.

– Пансион? – растерянно переспросила, признаться, не ожидая услышать такое от мужчины, – там, где воспитывают девиц на выданье?

– Нет, в нём будут жить одинокие дамы с детьми, которые лишились крова до тех пор, пока не найдут подходящую работу и жилье.

– Удивил, – честно призналась соседу, не ожидая от него такого великодушия и, не утерпев, спросила, – почему? И зачем тебе это?

– Моя мать и старший брат, до того, как отец женился на ней, жила почти месяц на улице. Об этом открыто при дворе не говорят, опасаясь гнева моего отца, но в кулуарах время от времени обсуждают… возможно, мама расскажет свою историю, когда узнает тебя поближе.

– Кхм… боюсь я, пока не готова знакомиться с твоей семьей, да и я не совсем свободна.

– Я знаю, – самодовольно заявил Дерек, вновь возвращая на свое лицо самоуверенную улыбку, вот только его взгляд оставался серьезным и задумчивым.

Глава 29

Со дня похорон мадам Жанет прошло чуть больше недели. На Грейтаун обрушился холодный циклон, и город стремительно превращался в Венецию. Промозглый ветер и проливной дождь заставили большинство жителей спрятаться под крышами теплых зданий, и на улицах можно было встретить лишь редких прохожих, спешащих на службу, да дворников, которым вменили чистить немногочисленные водостоки.

С мсье Уайтом мы пересеклись за эти восемь дней всего однажды, на одном из приемов по случаю какого-то знаменательного события хозяев вечера. Вполне мило побеседовали и станцевали три танца, что не осталось незамеченным, и старые сплетницы вдоволь нашептались. Судя по их презрительным ухмылкам, до дамочек уже дошли вести из Этбурга о моем «позоре», и некоторые молодые особы теперь меня сторонились. Так что, встреча с Дереком на этом скучном приеме оказалась для меня весьма удачной. Тем более мужчина больше не упоминал о нашем разговоре в поезде. А я решила пока не спешить и прежде выяснить о мсье Уайте и о его проекте более подробно.

От констеблей, коим я оставила заявление о пропаже некоторых ценных бумаг и заявление об исчезновении управляющего, ранее служащего у матушки, информации не поступало. И я предполагала, что спустя пару месяцев это дело будет закрыто по причине отсутствия улик.

Ее Величество, спасаясь от холода и сырости, со слов мадам Патриции, несколько дней назад отбыла на горячие источники и пробудет там не менее месяца. Женский совет последовал ее примеру, и большинство дам разъехались по загородным домам. Так что, эту неделю я была совершенна свободна от светских и королевских обязательств и погрузилась в создание косметики.

Поэтому вот уже третий день я не покидала своей крохотной лаборатории и выползала оттуда только к полуночи, сопровождаемая неодобрительными взорами мсье Оуэна и Эмона. Сегодня я тоже задержалась, однако, прежде чем покинуть свой закуток, чуть приоткрыла дверь и проверила коридор. Не обнаружив там сурового старика, рванула в сторону своей комнаты, но на лестничной площадке едва не сбила с ног дворецкого.

– Мадемуазель Кэтрин, – протянул Эмон, укоризненно покачав головой, – у вас на носу белая пыль, а щека измазана маслом.

– Угу… а ты чего здесь ходишь так поздно? – напала на мужчину, сердито подбоченясь, на самом деле пряча испачканные руки в складках домашнего платья.

– Только что прибыл ваш кэб, – сообщил радостную весть Эмон, важным голосом продолжив, – я все осмотрел, замечаний нет. Патрик тоже ознакомился с экипажем и завтра готов приступить к службе.

– Отлично, в десять выезжаем, – распорядилась и устремилась вверх по лестнице, пока дворецкий не вспомнил и не начал занудствовать о приличиях и здоровье молодых леди.

Очутившись в покоях, я в первую очередь прошла в ванную комнату и открыла вентиль, пустив воду в ванну. Затем стащила порядком испачканное платье, разобрала узел из волос на затылке, высыпала в воду соль с ароматом лаванды и с тихим стоном в нее погрузилась.

Не знаю, сколько времени я провела в ванне, слушая журчание текущей из крана воды, но отдохнула и расслабилась прекрасно. С трудом я заставила себя покинуть уютную, но мокрую колыбель и переместиться в не менее удобную кровать. И едва моя голова коснулась подушки, я тут же уснула.

День не задался с раннего утра. Сначала я больно ударилась мизинцем ноги об угол кровати. Затем прикусила щеку за завтраком. Наступила в лужу, пока забиралась в собственный новенький кэб. В банке мне выставили неверный счет, и я потратила час, разбираясь с клерком. И наконец, добравшись до порта, где отгрузили мой заказ, тот, что окольными путями для меня раздобыл Эди – тот самый контрабандист, с которым после личной беседы мы вполне неплохо поладили – я вот уже битых полчаса ругалась на носильщиков, чьи руки точно росли из того самого места.

– Ну куда ты ее тащишь? Аккуратно, там стекло! Патрик, скажи им, чтобы не трясли ящики!

– Госпожа, мы тихонько, – промямлил тощий как жердь мужчина, подбросив ящик в руках так, что бутылки в нем жалобно звякнули, и все-таки не удержав его, уронил на каменную мостовую.

– Да чтоб тебя… – витиевато выругалась, красочно пообещав косорукому все кары небесные, отчего тот в ужасе от меня отпрянул.

– Госпожа, я мигом… целехонько все, – пробормотал носильщик, торопливо поднимая ящик, – доставим как надо.

– Иди уж… – недоговорила я, краем глаза заметив приближающуюся ко мне девушку. Та явно намеревалась со мной побеседовать, и я в ожидании замерла.

– Доброго дня, мадемуазель. Простите за беспокойство, я впервые в Грейтауне, не подскажете хорошую гостиницу, где безопасно разместиться одинокой девушке? – протараторила незнакомка, растянув губы в приветливой улыбке.

– Доброго… здесь таких немного. Если ищете что подешевле, то вам лучше к «Марте».

– Мне в ту, что подороже, – с улыбкой ответила мадемуазель и, чуть приподняв чемодан, пояснила, – люблю путешествовать налегке.

– Минутку… – произнесла, взмахом руки показав на застывших немыми истуканами носильщиков, – Патрик, проследи, чтобы не разбили больше ни одного флакона, иначе из твоего жалования вычту, – и вновь обратив свой взор на незнакомку, проговорила, – простите, мадемуазель…

– Мисс Александра Пембертон, я из Амевера.

– Мадемуазель Кэтрин Марлоу, – представилась я в ответ и, проводив внимательным взглядом носильщиков, тащивших такой ценный и редкий груз, продолжая сомневаться, все же произнесла, – мисс Александра, я сейчас возвращаюсь в город, могу вас подвезти к приличной гостинице.

– Спасибо, – не стала отказываться девушка, зябко поежившись.

– Тогда идемте, – скомандовала, первой направившись в нужную нам сторону.

В кэбе по сравнению с улицей было тепло. Эмон позаботился о моем комфорте и поставил у сиденья две железных грелки, наполненные горячей водой. Их непрезентабельный вид здесь прятали в деревянных ящиках, к ним-то мисс Александра сразу же и прижала свои озябшие ладони и блаженно улыбнулась.

– В Амевере теплее? – спросила, тоже, присоединившись к девушке.

– Да, теплее, солнечно и не так мокро.

– Что привело вас в Вирданию в сезон дождей?

– Дела и кхм… встреча с родственниками. Семья Уилсон, может, слышали о такой? Кажется, они живут на улице Вандор.

– Если вы о мсье Севарде Уилсон и его супруге мадам Холли Уилсон, то о таких знаю, но лично незнакома. Я могу вас подвезти к их особняку, мне как раз в ту же сторону.

– Нет, спасибо, мы давно не виделись, а если точнее – никогда, и с моей стороны будет не слишком вежливо прибыть к ним с чемоданом, – с тихим смешком ответила мисс Александра, убирая ладошки с ящика.

– Согласна, – не удержалась, вспомнив нервную особу, и тщательно подбирая слова, проговорила, – мадам Холли, насколько я наслышана, ревностно следит за правилами приличия и не стоит начинать знакомство таким образом. Значит, гостиница?

– Да, и спасибо вам, мадемуазель Кэтрин.

– Можно просто Кэтрин, – предложила новой знакомой, до конца не понимая, что меня в ней так привлекло.

– Тогда Алекс, и можно на ты.

– Договорились, – ответила, неожиданно для самой себя вдруг подав руку для мужского рукопожатия. Алекс не растерялась и с тихим смешком сжала мою ладонь. Скрепив наше необычное соглашение, мы ненадолго замолчали.

Я, почувствовав некоторую неловкость из-за вынужденной паузы, чуть отдернув штору, смотрела на проплывающие мимо нас, серые из-за пелены вновь зарядившего дождя, здания. Алекс, пододвинув поближе к ящику с грелкой ноги, пыталась их согреть. Понаблюдав некоторое время за девушкой, я все же не вытерпела:

– Сними обувь и поставь ноги на ящик, так они быстрее согреются.

– Да, так будет лучше, спасибо, – поблагодарила попутчица и вдруг, лукаво мне улыбнувшись, спросила, – эм… Кэтрин, можно узнать, что такого тащили грузчики? На вид ящики были тяжелыми.

– Оу… – загадочно протянула я и, чуть подавшись к Алекс, заговорщическим голосом прошептала, – никому не расскажешь?

– Не-е-ет.

– Контрабанда, там акулий жир, – ошарашила девушку, откидываясь назад.

– Хм, и зачем тебе столько? – с недоумением уточнила Алекс, невольно затронув мою любимую тему, о которой я могла говорить бесконечно, что я тут же и сделала:

– Для изготовления кремов. У меня пока небольшое производство косметики и крохотная лавка, но скоро я открою магазин. Для этого и закупаю ингредиенты, нужно наполнить прилавки качественным товаром.

– Здорово! Правда, отлично! Скажи адрес своей лавки, я непременно туда зайду.

– Вместе съездим, – ответила и тут же торжественно объявила, – раз ты впервые в Грейтауне, то я приглашаю тебя на экскурсию по городу, но, разумеется, не сегодня. Ты наверняка устала с дороги… ой, прости, у тебя, скорее всего, свои планы?

– Планы есть, но пару дней они точно подождут, – заверила меня Алекс, вдруг радостно улыбнувшись.

– Отлично, тогда завтра утром я за тобой заеду и… по-моему, мы приехали… да, точно, вот и гостиница. Уверена, что тебе нужна именно дорогая?

– Да, так надо для дела.

– Для дела… понимаю, – со смехом произнесла я, внезапно осознав, что с новой знакомой я ощущаю себя свободной и не стараюсь контролировать каждую свою фразу, и едва слышно продолжила, – спасибо тебе, Алекс, я давно так ни с кем не говорила.

– Как?

– Без презрительных ухмылочек, надменных взглядов и смешков за спиной, – зло высказалась, тут же виновато проговорив, – прости, ты только приехала, впервые меня видишь, и я тут со своими… просто мы чем-то с тобой похожи… глупо, да?

– Нет, ты права, мы и правда чем-то похожи. И я рада нашему знакомству.

– И я. Значит, до завтра, в десять?

– Да, – ответила Алекс и, махнув мне рукой на прощание, покинула кэб и устремилась к гостинице, спасаясь от вновь припустившего дождя…

Глава 30

Проводив задумчивым взглядом убегающую девушку, пока та не скрылась за массивной дверью гостиницы, я, с силой стукнув по стене кабины, распорядилась:

– Патрик, едем в лавку.

– В вашу, госпожа?

– Да, – коротко ответила парню, устало откидываясь на спинку сиденья. До конца дня еще было далеко, и я успевала провести ревизию товара.

В лавке сегодня было на удивление людно – видимо, зарядивший на неделю дождь всем надоел, и дамы решили прогуляться. Но не мокнуть же им на улице, и, скорее всего, они не нашли ничего лучше, как собраться в моей крохотной лавке. Сделав себе мысленную зарубку в следующем магазине предусмотреть место для посиделок, я прошла за прилавок и едва слышно поинтересовалась:

– Энни, давно они здесь?

– Добрый день, мадемуазель Кэтрин. Больше часа уже, ничего не покупают, лишь баночки рассматривают, – грустно вздохнула девушка, аккуратно показав на одну тощую особу, – только эта спрашивала что-нибудь от прыщей, но брать отказалась.

– Ясно, – предвкушающе пробормотала и, растянув губы в приветливой улыбке, направилась к первой жертве.

Мое появление не осталось незамеченным, дамы враз замолчали и с любопытством на меня уставились. Я же, пройдя двух мадам довольно упитанного телосложения, которые вдвоем занимали половину зала для посетителей, подошла к вдруг засмущавшейся особе, ее тотчас заалевшие щеки не скрыл даже толстый слой белой свинцовой пудры.

– Мадемуазель… я хозяйка этой лавки, мадемуазель Кэтрин, а также создатель лучшей косметики в Вирдании. Все, что выставлено на прилавках, изготовлено мной. Качество и пользу представленного я вам гарантирую. Если позволите, я лично вам подберу правильную уходовую косметику, которая сделает вашу прекрасную кожу нежной и гладкой, словно шелковая ткань.

– Эм… мадемуазель Роуз, – представилась девушка, на вид лет семнадцати, с вполне милой внешностью, но волосы, собранные на затылке в жутко тугую прическу, стянули кожу, и густые брови терялись где-то в районе висков. Свинцовая пудра, коей здесь ещё повально увлекались, с трудом скрывала воспаленные нарывы на лбу и скулах. А тонкие губы, вымазанные модной в этом сезоне «вишней», и черная обводка вокруг глаз делали из нее подружку Дракулы.

– У меня нет столько… – замялась девушка, покосившись на застывших и внимательно слушающих нас дам.

– Скажем, это будет мой подарок, но при одном условии: вы прямо сейчас пройдете со мной в кабинет, и я вам наглядно покажу, как ее использовать. Уверяю, вы станете ещё прекрасней.

– Эээ… хорошо, – нерешительно кивнула девушка, и я, пока она не передумала, подхватила ее под руку и быстро повела за прилавок. Мадемуазель Роуз мой напор немного испугал, но все же она сдержалась и смело проследовала за мной.

– Та-а-ак, начнем с того, что вы смоете с лица всю эту гадость. Но вот этим мылом, оно не будет сушить вашу кожу, и с помощью этой тряпочки, – подав девушке брусок нужного средства, я быстро налила в миску теплой воды.

– Здесь? – удивленно переспросила моя первая ходячая реклама и, заметив мой кивок, торопливо утопила тряпицу.

За один раз отмыть двухмиллиметровый слой пудры нам не удалось. Помада тоже оказалась едкой, а тушь больше десяти минут не желала расставаться с кожей мадемуазель Роуз. Но все же спустя двадцать минут мы добрались до первозданной красоты девушки.

– Никогда больше не используйте эту пудру. Она сушит кожу, количество прыщей из-за этого будут только увеличиваться. В вашем случае необходим бережный уход и увлажнение, – произнесла, показывая на баночку с нужным кремом, – наносить необходимо утром и вечером, прежде умыться.

– Но… без этой пудры будут видны… – недоговорила девушка, смущенно потупив взор.

– Я подарю вам другую пудру, а еще новую тушь и помаду, кстати, вишневый цвет вам совсем не подходит.

– Ее подарил мне мой жених, – ответила мадемуазель Роуз, ее личико тотчас озарила мечтательная улыбка, а взгляд заблестел.

– И все же этот оттенок вам не подходит… а теперь потерпите, будет немного больно. Но надо срочно что-то решать с вашими бровями.

– Мадемуазель Кэтрин, вам что-нибудь нужно? – заглянула в мой кабинет Энни, явно не затем, чтобы действительно позаботиться обо мне, скорее, сгорая от любопытства разузнать, что здесь происходит.

– Подай мне и мадемуазель Роуз чай, – ответила, не отвлекаясь от важного занятия, – те дамы все ещё в лавке?

– Да и, по-моему, пока не намерены ее покидать.

– Отлично, им тоже подай чай и предложи присесть. Нам с мадемуазель потребуется чуть больше времени.

– Хорошо, – с недоумением протянула Энни, скрываясь за дверью.

– Здесь я закончила, далее приступаем к нанесению крема…

Мы провели в кабинете больше часа. Мадемуазель Роуз, возможно, и боялась моих действий, но смело выдержала все экзекуции.

Терпеливо вынесла прореживание бровей. Ни разу не чихнула, когда я наносила на ее кожу рисовую пудру. Над этой пудрой я билась дольше всего: тщательно промывала крупу, замачивала, перетирала в ступе, снова замачивала, сушила и снова перетирала, и мне все же удалось добиться нужной консистенции. Рисовая пудра идеально подходила для любого типа кожи: обладала прекрасными матирующими и абсорбирующими свойствами, очищала поры и заживляла мелкие повреждения кожного покрова, что отлично подходило для моей первой клиентки. А чтобы состав пудры имел натуральный оттенок, я добавила в нее голубую, желтую и красную глину, которой в Вирдании оказалось предостаточно.

Мадемуазель Роуз даже спокойно отреагировала на мои манипуляции с волосами. Теперь ее взгляд не был раскосым, а брови не достигали середины висков. Последние штрихи, кажется, ей понравились больше всего – на ресницы нанесли немного туши, изготовленной из древесного угля, пчелиного воска, желатина и миндального масла, и растушевали помаду алого оттенка, чтобы придать губам немного цвета и яркости.

– Каплю розового масла, и вы готовы, – торжественно объявила я, чуть отступив, чтобы со стороны оглядеть результат, – мадемуазель Роуз, вы прекрасны.

– Спасибо, я… я не знаю, как вас отблагодарить, мадемуазель Кэтрин, – сиплым голосом пробормотала девушка, не сводя взгляд со своего отражения в зеркале.

– Лучшая благодарность – это рассказать о моих чудо-средствах всем знакомым, родственницам и подругам. Для каждого Энни подберет подходящее их коже и проблеме средство.

– Конечно, я всем расскажу, – пообещала девушка, прижимая к груди сверток с подарками, будто это была величайшая ценность.

– Ну что, готовы к своему первому выходу в новом образе? – озорно подмигнула вдруг стушевавшейся девушке, распахивая дверь.

– Да, мадемуазель Кэтрин, – уверенно заявила счастливая клиентка, решительно шагнув вперед.

Наш выход произвел фурор. К двум особам присоединились еще три, так что на мадемуазель Роуз уставились сразу пять пар изумлённых, завистливых глаз. Но девушка не подвела и, расправив узкие плечики, вздернув подбородок, гордо проплыла в зал. Однако, прежде чем выйти из лавки, вдруг радостно помахала мне рукой и устремилась к стоящему неподалеку кэбу.

В этот день лавка закрылась гораздо позже обычного, а продажи увеличились втрое. К концу второго часа я и Энни, выпроводив за дверь последнюю покупательницу, с трудом ворочая языком, попрощались и разошлись в разные стороны. Только подъезжая к дому, я вспомнила, что ревизию товара так и не провела. А судя по количеству проданного сегодня, завтра с раннего утра мне придется снова ехать в лавку, чтобы пополнить прилавки новым товаром.