Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Глава 31

– Куда дальше едем, госпожа? – спросил Патрик, стоило мне только приблизиться к кэбу.

– В особняк, – проговорила, в изнеможении рухнув, словно подкошенная, на сиденье, чувствуя безграничную усталость в ногах от долгого стояния и неприятную тянущую боль в спине, которая отдавала в затылок.

– Как прикажете, мадемуазель, – важно отозвался Патрик, осторожно прикрыл дверь, и вскоре экипаж, слегка дернувшись, шустро покатил по мощенной камнем дороге.

Дома все было спокойно и размеренно. Эмон, приняв мое пальто, кратко сообщил последние новости. Мсье Оуэн отчитался о ежемесячных тратах на особняк и предложил нанять приходящего садовника, чтобы наконец навести порядок во дворе и саду.

Согласившись с доводами старика, я, сменив парадное платье на домашнее, быстро поужинала и поспешила проверить доставленный с доков заказ. Как я и предполагала, пять бутылок были разбиты вдребезги, а с остальных пришлось стирать жирную субстанцию. Увлекшись необременительной работой, в которой не требовалось применять мыслительный процесс, я не заметила, как отмыла всю лабораторию.

Работать с маслами, натуральными красителями и прочими пачкающимися средствами мне не захотелось, поэтому решила – пусть хотя бы одну ночь помещение побудет в почти идеальной чистоте. Я впервые за много дней отправилась в свою комнату раньше, чем обычно, и, естественно, встретила в холле беседующих мсье Оуэна и Эмона. Те, конечно, промолчали, но выглядели изумленными и задумчивыми, кажется, я их снова удивила.

Остаток дня я посвятила себе. Неспешно приняла ванну, нанесла увлажняющую маску, не требующую смывания, на лицо и даже открыла книгу, взятую из дома мадам Жанет. Но на пятнадцатой странице, в которой нежная фиалка страдала от неразделенной любви, я, прекратив бессмысленную борьбу со сном, захлопнула книгу и тотчас отключилась…

– Доброе утро, мадемуазель Кэтрин, – поприветствовал меня Эмон, положив на стол свежую прессу и поставив передо мной чашку с кофе.

– Доброе, что пишут?

– Ничего важного, мадемуазель, – отчитался мужчина и, развернув газету на второй странице, добавил, – мсье Коннор выкупил у графа Лорсана дом.

– Хм… интересно, зачем ему третий дом на этой улице?

– Ходили слухи, мадемуазель Кэтрин, что мсье Коннор Берч имеет пагубное пристрастие к особам легкого поведения.

– Ну это не слухи, так оно и есть, – хмыкнула, узнав об этом лично от самого обсуждаемого, которого, впрочем, это ничуть не беспокоило.

– На этой улице стоят дома, где, кхм… девушки предлагают свои услуги, – чуть запнувшись, пояснил дворецкий, все еще не привыкнув к тому, что меня такие разговоры не смущают и в истерику я тоже не впадаю.

– Вот как, интересно, – задумчиво протянула я, поставив мысленную зарубку выяснить детали у самого Коннора, и, допив остатки кофе, произнесла, – Эмон, я буду поздно.

В лавке меня так рано не ждали. Энни хоть и физически бодрствовала, но мозг наверняка ещё спал, и от девушки толку было мало. Чтоб без дела не сидела, я отправила сонную барышню расставлять на полках новый товар. Сама же, оккупировав расходные книги, приступила к их проверке. В этот раз никто не путался у меня под ногами и не ойкал, когда цифры не сходились, так что управилась я буквально за час…

– А это куда? – остановила меня у выхода Энни, держа в руках один из бутыльков с шампунем.

– На нижнюю полку, к мылу. Все, я ушла, с остальным сама разберешься, – ответила и поспешила покинуть лавку. Время подходило к открытию магазина, а мне сегодня не хотелось встречаться с покупателями. Отдав Патрику приказ двигаться в сторону гостинцы, я быстро взобралась в кэб и предвкушающе улыбнулась…

– Добрый день! Погода нам благоволит, и с утра Грейтаун посетило солнце, – поприветствовала я Алекс, едва не сбив девушку с ног у входа в гостиницу, – я сегодня не завтракала, с семи утра проверяла товар, так что, если ты не против, мы можем заехать в ресторан, где подают самый вкусный кофе.

– Кхм… проверим. Жители Амевера уверены, что у них кофе самый лучший.

– В Амевере не была, но у тебя будет возможность сравнить напитки, – со смехом проговорила, но едва мы вышли из здания, надо же было нам столкнуться с мадам Люсиндой и ее подругами. Те, конечно же, не преминули окинуть меня презрительным взглядом и с брезгливой ухмылкой что-то чуть слышно буркнуть. Это, по -видимому, не осталось незамеченным Алекс, и девушка громко заговорила:

– А ещё в Амевере женщины следят за своей внешностью и строго придерживаются правила, чтобы люди, а особенно мужья, не видели их сморщенных от недовольства лиц. Таких дамочек считают пуба – то есть, убогими. И мужчина вправе отказаться от жены, сдав её в дом умалишённых!

– Надо непременно рассказать об этом замечательном правиле всем знакомым – уверена, мужчинам Вирдании надоело смотреть на своих вечно недовольных жён, – с благодарной улыбкой подхватила я, первой забираясь в кэб. Следом за мной поднялась Алекс, и, только отъехав от гостиницы на приличное расстояние, мы одновременно рассмеялись.

– Ты об этом вчера говорила? Да, дамы странные, – промолвила девушка, невольно передернув плечами.

– Подруги моей будущей свекрови. Чёрт с ними! Я давно не обращаю на них внимания! Здорово ты их, теперь у дамочек будет новая тема для обсуждения.

– Надеюсь, я хуже не сделала? Не выношу снобов.

– Ты в столице Вирдании, Алекс. Грейтаун полон таких снобов, – с горьким смешком бросила, тотчас громко объявив, – не будем портить отличный день, сначала завтрак, а после – прогулка по лучшим местам этого города. Затем посетим пару интересных магазинов и потом заедем ко мне в лавку, я подберу для тебя подходящую косметику.

– Отличный план, – тут же согласилась Алекс, на мгновение на ее лице мелькнула грусть, но девушка быстро вернула улыбку и, лукаво мне подмигнув, заявила, – покажем этим дамочкам, что значит настоящее веселье!

Завтрак в полюбившемся мне небольшом кафе был, как всегда, восхитительным. Кофе – потрясающе вкусным, Алекс оценила. Беседа – увлекательной, а компания – невероятной. Казалось, что Алекс я знаю давно. Построение фраз, едкие замечания, открытый смех, отсутствие жеманности, свобода от предрассудков – все это удивляло и восхищало меня. Я чувствовала себя рядом с ней живой, легкой и без багажа странностей, которые со мной произошли. Как будто мы в прошлой жизни в кафе с подругами обсуждаем покупки и мужчин… как дома.

Покинув уютное заведение и милого хозяина, Петро, прихватив с собой коробочку с десертом и бутылку вина, мы отправились в сквер Ледрон и там у старого вяза лакомились невероятно нежным пирожным, запивая воздушную сладость терпким вином. Проехали по главной улице столицы. По дороге я поведала Алекс о знаменитых и не очень местах города, рассказала о, на мой взгляд, забавных традициях и показала установленную у центрального фонтана статую полуголого мраморного красавца, чье причинное место пользовалось особой популярностью у незамужних дам.

Затем мы прогулялись по площади, зашли в магазин одежды, где устроили примерку нарядов – в итоге Алекс приобрела модный в этом сезоне костюм, пальто и шляпку. Заглянули в лавку часов, которая славилась своими дорогими товарами и редкостями. И снова гуляли по улочкам, много болтали, смеялись и объедались жареными орехами…

В особняк я вернулась ближе к полуночи, так как, проходя вдоль знаменитого своими скандальными выступлениями театра, увидев заманчивую вывеску, мы вдруг решили приобщиться к опере, что оказалось для нас обеих внове. А после не могли пройти мимо ресторанчика, из распахнутых дверей которого шёл дивный аромат жаренного на углях мяса.

Забираясь на высокую кровать и кутаясь в тёплое одеяло, я с улыбкой вспоминала прошедший день, проведённый с подругой…

Глава 32

– Мадемуазель Кэтрин, утренняя пресса, письмо от Томаса из Этбурга и записка из лавки, – проговорил Эмон, поставив передо мной, наверное, пятую чашку с кофе. После вчерашней прогулки с Алекс я проснулась только ближе к обеду, чем безмерно удивила и встревожила дворецкого и управляющего. И так как чувствовала я себя не слишком хорошо, решила побыть дома, чем снова изумила обоих моих надзирателей.

Однако, чтобы не тратить попусту время, я вздумала проверить счета, что делать не любила и часто это нудное занятие откладывала. Но, как оказалась, я была слишком самонадеянна и вот уже час невидяще взирала на бумаги, пытаясь собраться с мыслями.

– Мадам Патриция пригласила вас сегодня на чай, – продолжил Эмон, положив передо мной карточку, – завтра у вас прием у мадам Эстель.

– Черт! – громко выругалась, тут же пожалев об этом, так как виски тотчас прострелила острая боль и давящей отдалась в затылке. Я, просительно взглянув на мужчину, произнесла, – нельзя отказаться?

– Нет, мадемуазель, уже неприлично поздно.

– Совершенно нет желания слушать ее бесконечные жалобы на мужа.

– Приемы расширят ваш круг покупателей. Реклама необходима для развития дела, – процитировал мои слова Эмон, ехидно улыбнувшись.

– Не скажешь, почему я все ещё тебя терплю? – задумчиво протянула, делая глоток вкусного напитка.

– Я варю отменный кофе, а еще вы сказали, что я лучший, – важным тоном ответил мужчина, его лицо ни на миг не дрогнуло, а взгляд был высокомерным.

– Точно я так сказала? – уточнила, подозрительно прищурившись и чуть подавшись вперед.

– Не сомневайтесь, – уверенно заявил дворецкий, но через секунду все же не выдержал и довольно улыбнулся.

– Ладно, что там в записке? – обречено выдохнула, взяв со стола небольшой, криво разорванный листок.

– Товар почти закончился, Энни пишет, что все крема разобрали, а покупательницы требуют продать какой-то тон, помаду и тушь.

– Как разобрали? Быть такого не может… или, – запнулась я, боясь поверить такой удаче. Перевоплощая мадемуазель Роуз, я, конечно, рассчитывала, что после этого в моей лавке станет чуть живее, но не настолько же. А помаду, пудру и тушь я еще не запускала в массовое производство, сделала только пробную партию и успела опробовать лишь на себе, Пауле, Энни, ну и мадемуазель Роуз.

– Если в лавке пусто… – потрясенно продолжила, только что осознав надвигающиеся проблемы, – в лаборатории почти ничего не осталось, я не успею быстро приготовить такое количество. Хотя…

– Что? – обеспокоенно пробормотал дворецкий, проникнувшись моей тревогой.

– Косметика элитная, дорогая, создана из лучших масел, которые поставляют для меня из Кастелии и Франбергии, – вполголоса произнесла, довольно улыбаясь такому раскладу, – пусть вносят предоплату, оставляют заказ… да, отлично!

Радостным возгласом закончила я, рывком поднимаясь с кресла, и, подхватив со стола письмо от Томаса, устремилась к двери, на ходу проговорив:

– Эмон, девочек освободи от уборки в доме, пусть приступают к смешиванию без меня. И вообще найми новых горничных, этих я заберу себе на производство. Пора нам расширяться!

– Как прикажете, мадемуазель Кэтрин, – ошарашенно промолвил дворецкий, всё ещё не привыкнув к моим неожиданным решениям и беседам с самой собой.

– На чай к мадам Патриции прибуду, сообщи ей об этом. Вернусь поздно, буду в лавке, – проговорила, уже находясь на середине лестницы, спеша сменить домашний наряд на выходной…

В лавке творился форменный кошмар, бедняжка Энни, укрывшись за прилавком с ужасом взирала на распалившихся дам разных возрастов и статусов и, кажется, вот-вот грохнется в обморок. В небольшом помещении и так не было места для маневра, а сейчас к прилавку сквозь плотный строй разгневанных мадам я и подавно не пробьюсь, поэтому решение было только таким…

– Дамы! – с трудом перекрикнула стоящий в лавке ор, перетянув внимание истеричных особ на себя и, не дав им сказать ни слова, быстро заговорила, – доброго дня, дамы. Моя косметика создана из редчайших масел. Требуется время для созревания кремов и прочих уходовых средств. Я понимаю ваше желание приобрести средство, которое избавит вас от незначительных несовершенств на вашем лице. Но, повторю: моя косметика уникальна и редка, ее количество ограничено. Однако я не могу оставить своих постоянных клиенток без ухода, поэтому вы сейчас по очереди подходите к Энни и вносите небольшой задаток, это будет лишь гарантией того, что вы непременно заберете свой заказ. Она составит на каждую из вас карточку, в которой запишет все ваши пожелания, а я создам для вас индивидуальное средство. Имейте в виду, это разовая акция, и только избранные, то есть вы, получат желаемое лично от меня.

– Мадемуазель Кэтрин, я не собираюсь рассказывать этой девчонке о себе! – тут же вспылила дама гренадерского сложения и, расталкивая товарок, рванула ко мне.

– И я! Я требую вашего личного участия! Мне сообщили, что вы сделали из девки красотку, – поддержала ее следующая, тонкая, как тростинка, и высокая, как телебашня.

Именно в тот момент я поняла важное – с такими я работать точно не буду. Если я хочу действительно добиться признания в высшем обществе, мне необходимо тщательно выбирать клиентуру. И нет, я не сноб, я просто хочу поднять уровень моего магазина до таких высот, что в него не будет зазорно прийти самой королеве, а из-за хамоватых крикуний все покупательницы попросту разбегутся. Так что, окинув двух наглых особ внимательным взглядом, я оценила их яркие наряды, дешевые украшения, которые они навесили на себя в огромном количестве, напомнив мне новогоднюю елку, дождалась, когда дамы приблизятся к выходу, и громко, чтобы услышали все, проговорила:

– Я работаю только с теми, кого выбираю сама. Я готова выделить из своего плотного графика время, чтобы лично изготовить для каждого индивидуальные средства для ухода. Для этого вам необходимо оставить о себе краткую информацию у Энни, конфиденциальность я вам гарантирую. А если вас, мадам, что-то не устраивает, вы можете покинуть мой магазин.

– Да что ты о себе…! Знаешь, кто мой муж? Он… – загомонила та, что покрупней, но была резко оборвана одной из дам, что находилась у прилавка.

– Долорес, прекрати! Все знают, что твой муж торгует сигарами! Мадемуазель Кэтрин, прошу нас простить за устроенный здесь шум. Просто до нас дошли слухи о ваших чудодейственных средствах, а увидев пустые полки, все слегка расстроились.

– Немного терпения, и каждая получит желаемое, – с дружелюбной улыбкой произнесла, игнорируя недовольное сопение крикуньи. Я без особого труда добралась до прилавка и, положив перед Энни блокнот и карандаш, шепнула, – начинай.

Организовать очередь, напоить уставших мадам чаем, побеседовать с некоторыми из них; убедить, что такой тон помады рыжеволосой девушке совершенно не подойдет; снова проигнорировать крикунью, которая внезапно оказалась одной из подруг мадам Жанет – на всё это ушло больше четырех часов. Время неумолимо приближалось к чаепитию у мадам Патриции, и, дождавшись, когда к Энни подойдет последняя из клиенток, я, попрощавшись с обеими, покинула лавку.

Уже находясь в кэбе, устало закинув ноги на противоположное сиденье, я довольно выдохнула. Сейчас о моей косметике узнали дамы из среднего класса. Аристократия пока настороженно и с долей скептицизма поглядывала на мой товар. Ее Величество хоть и изъявила желание увидеть то, что я предлагаю, но энтузиазма не проявила, что было сейчас же отмечено ее фрейлинами. И если я все же хочу добиться признания в высшем свете, мне срочна нужна жертва рекламы из их круга. А ее мне может предоставить мадам Патриция, так что ее приглашение на чай было очень кстати…

Глава 33

Мадам Патриция встретила меня в холле. После бал-маскарада женщина сделала верный вывод и решила, что со мной лучше дружить, и теперь часто звала меня на вечернее чаепитие, чтобы посплетничать. Я не всегда принимала приглашения, ссылаясь на дела, но сегодня мне потребуется совет опытной в интригах дамы.

– Кэтрин, рада, что ты пришла, – проворковала старушка, нетерпеливо поглядывая на дворецкого, который, по ее мнению, был не слишком расторопен и долго снимал с меня пальто. Судя по всему, у мадам Патриции были для меня новости, и ей не терпелось мне о них поведать.

– Вы прекрасно выглядите, мадам Патриция, – промолвила я, окинув женщину беглым взглядом. Темно-зеленая ткань и приталенное платье ей удивительно шли, якобы небрежно собранная прическа придавала игривости, а щеки украшал легкий румянец, значит, старушка все же вняла моему совету и отказалась от пудры.

– Твой крем творит чудеса, кожа невероятно нежная, – довольно протянула женщина, тотчас, обеспокоенно нахмурив брови, произнесла, – а вот ты выглядишь усталой, тебе непременно надо отдохнуть и пофлиртовать.

– Пофлиртовать? – деланно удивилась, не ожидая услышать такое от мадам, мы вроде бы обсудили некоторые недопонимания, возникшие между нами, и старушка оставила свои намерения на мой счет.

– Идем в зал, я сейчас все тебе расскажу, – взволнованно проговорила мадам Патриция, знаком показав дворецкому, что пора подавать чай, первой устремилась к распахнутым настежь дверям. Но, еще не успев устроится в своем любимом кресле, старушка, круто развернувшись, быстро заговорила, – на завтрашний прием приглашен твой жених. Эстель намерено его позвала, узнав вашу историю от этой дурнушки Мелани. Большинство приглашенных предвкушают скандал.

– Вот как, не ожидала от мадам Эстель такой подлости, что ж не буду ее разочаровывать, – зловещим голосом произнесла, чем очень порадовала мадам Патрицию.

– Ты права, отказываться от приема – это проявить слабость. Я уже договорилась с Конором, он сказал, что не оставит тебя. Ему тоже отправили приглашение, но ты же его знаешь, он не любит такие мероприятия.

– Хм… спасибо, но я справлюсь, – усмехнулась, невольно восхищаясь кипучей деятельностью мадам, – тем более нам делить нечего. Я не собираюсь выходить за него замуж, он не хочет видеть меня своей женой. Мы, два разумных человека, уверена, осудив за чашкой кофе сложившуюся ситуацию, найдем способ ее решения.

– Я его видела однажды: мсье Джон показался мне упрямым мужчиной, – с сомнением в голосе промолвила мадам Патриция, бросив на меня украдкой взгляд.

– Ему же хуже, – неопределенно ответила, действительно, не видя причин нервничать, а уж тем более ждать представления, я перевела разговор на нужную мне тему, – мадам Патриция, мне необходим ваш совет…

Как я и предполагала, старушка быстро подобрала для меня несколько кандидаток и даже пообещала каждую пригласить к себе на чай, чтобы я могла, так сказать, оценить товар лицом, прежде чем вести беседу о преображении. Кстати, эта авантюра мадам очень увлекла и, кажется, я ко всему прочему нашла себе пиарщика.

Спустя два часа, попрощавшись со старушкой, выслушав ее заверения, что завтра она будет зорко следить за наглецом Джоном, я наконец, покинула особняк Берч.

– Мадемуазель Кэтрин, платье к завтрашнему приему доставили, – сообщил Эмон, принимая мое пальто и шляпку, – вы сегодня рано распорядится подать ужин?

– Да, буду ужинать в спальне, – не стала отказываться и, более, не задерживаясь в холле, поспешила в свои покои. Там, переодевшись в халат, я распахнула дверцы шкафа и, скептически прищурившись, принялась рассматривать свои немногочисленные наряды. Мысленно оправдываясь, что обязана выглядеть прекрасно, так как являюсь создателем косметических средств, которые несут всему женскому полу красоту.

От созерцания меня отвлек стук в дверь. Эмон если и удивился развешанной одежде на всех свободных поверхностях моей комнаты, то не подал виду. Молча поставил на стол ужин и быстро ретировался. Я же, наскоро перекусив, занялась подготовкой к завтрашнему приему…

– Это новый фасон? Ты великолепно выглядишь, – прошептала мадам Патриция, второй после хозяйки вечера, встретив меня в зале.

– Да, вчера доставили, – ответила, не вдаваясь в подробности, ведь платье, что сегодня на мне было надето, я собрала из трех разных нарядов, я беглым взглядом осмотрелась. В зале было уже много гостей, я не любила приходить в числе первых и обычно слегка задерживалась. Мое появление оживило приглашенных, дамы постарше тут же зашептались, девицы, что помоложе, словно стайка испуганных воробьев, слетелись к мамкам и дуэньям, а мужчины с интересом меня осмотрели.

– Он уже пришел, – донесла мадам Патриция, поймав проходящего недалеко от нас официанта, – шампанское?

– Не помешает, – одними губами ответила, поднимая бокал, – празднование уже началось? Или мы ждем кого-то ещё?

– Сейчас объявят, мне кажется, все ждали только тебя, – хихикнула старушка, взглядом показав на свободный диванчик.

Не обращая внимания на провожающие нас взоры, мы неспешно прошли к колонне в центре зала и, с удобством разместившись на диванчике, принялись ждать объявления о начале вечера. Но не прошло и минуты, как за нашей спиной раздались мужские голоса, а мадам Патриция, озорно мне подмигнув и затаив дыхание, замерла в ожидании.

– Эстель наивна, если рассчитывает развлечься за мой счет. Знай я, что Кэтрин будет на этом приеме, меня бы здесь не было. Но раз так, я не собираюсь к ней приближаться, а уж тем более вести беседы с этой недалекой особой.

– Недалекой? Ты говоришь о Кэтрин Марлоу? – у собеседника моего женишка в голосе явственно слышалось удивление, – я наслышан о ней, как об умной и интересной собеседнице, а ещё она невероятно красива.

– Кхм… Кэтрин? Тебе нужно обратится к аптекарю, он выпишет тебе очки, – рассмеялся Джон и что-то невнятно добавил.

Я, больше не желая, находится в столь неудобном положении, рывком поднялась и, припечатав мадам Патрицию многозначительным взглядом, не оборачиваясь, направилась к мадам Эстель, чтобы передать свое восхищение о столь шикарном приеме…

– Кэтрин, – не полпути остановил меня знакомый голос, и вскоре его обладатель предстал передо мной, – не ожидал тебя здесь видеть. В последнее время ты отказывалась от приглашений, ссылаясь на занятость.

– Вы следите за мной, мсье Дерек, – с улыбкой промолвила, тут же добавив, – вы тоже нечастый гость.

– Вы правы, мадемуазель, но сегодня я был уверен, что увижу вас здесь, – подыграл мне мужчина, галантно подав свою руку.

– Откуда такая уверенность?

– Сегодняшний прием ожидается жарким, а зная вас, я был уверен, что такие мелочи вас не напугают.

– И ты уже наслышан? – усмехнулась, мысленно расчленив Эстель и утопив ее в вонючей реке Грейтауна.

– Об этом судачит весь город, попасть на этом прием желающих было очень много, и только избранные были удостоены такой чести.

– Занятно… каковы ставки? Ты поставил на Джона?

– Как я могу, конечно, на тебя, – лукаво улыбнулся Дерек, и, чуть ко мне подавшись, едва слышно добавил, – если победа останется за тобой, в чем я не сомневаюсь, мой счет пополнится на приличную сумму.

– Я тоже хочу поучаствовать, – ошарашила своими словами мужчину, возмущенно заявив, – что? Мне нужны деньги на развитие бизнеса.

– Кхм… сколько ты хочешь… – недоговорил Дерек, его взор устремился куда-то за мою спину, а через секунду раздался глубокий бархатный голос:

– Мсье Дерек, вы не представите меня своей даме.

– С удовольствием, – оскалился мужчина, торжественно заговорив, – мадемуазель Кэтрин Марлоу, позвольте вам представить мсье Джона Марсона.

Медленно развернувшись лицом к жениху, я в полной мере насладилась его вытянутой от удивления мордой и, добавив томности в свой голос, промолвила, – добрый вечер, мсье Джон…