Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

– Понял тебя, – кратко ответил Седой. – Спасибо за оказанную помощь!

Врачеватель откланялся и поспешил на помощь собратьям, колдующим над Легатой. На Сергея же навалилась вся усталость прошедшего дня; не обошлось здесь, вероятно, и без воздействия тех лекарств, что дал ему врач: веки слипались, а тело налилось приятной тяжестью. Недолго думая Седой сбросил остатки одежды и улегся в постель, буквально проваливаясь в объятия Морфея. Уже засыпая, он успел подумать: «Нужно было приставить к Витаро охрану…»

Он проспал весь остаток дня и всю ночь, проснувшись от лучей восходящего солнца, пробивающихся сквозь щель в неплотно запахнутых шторах. Разлепив глаза, Сергей довольно потянулся, уже почти не ощущая боли в местах ожогов. Он легко поднялся с постели, распахнул шторы и, обернувшись, обнаружил на маленьком столике завтрак, состоящий из хорошо прожаренного куска мяса и аппетитно выглядевшего салата. Видимо, пока он спал, приходила горничная.

– Как нельзя кстати! – Забывшись, он довольно потер свои забинтованные ладони и скривился от боли.

Затем Решетов не преминул воспользоваться угощением.

После этого, с трудом приведя себя в порядок (боль в руках еще давала о себе знать), Сергей оделся и поспешил в хозяйское крыло замка – справиться о здоровье Легата. Тихонько постучав в двери Витаро, он осторожно проник в апартаменты хозяина дома и, кивнув сидящим у дверей охранникам, проследовал в опочивальню. Там он обнаружил дежурившего у постели больного лекаря и дремлющую в широком кресле Милану. Бросив взгляд на хозяина дома, Седой искренне его пожалел – весь перебинтованный, тяжело дышащий и время от времени издающий протяжные стоны, Легата Отра представлял собой весьма жалкое зрелище. Лекарь тут же поднялся со своего места и, приложив палец к губам, на цыпочках вывел Сергея в соседнюю комнату.

– Как он? – коротко спросил Седой. – Жить будет?

– Жить – да… – грустно ответил эскулап. – Но его раны… – Он многозначительно умолк.

– Говорите, – нетерпеливо произнес Решетов, – я не впечатлительная дамочка!

– Правый глаз он потерял… – начал перечислять доктор, – голова, плечи, спина и часть груди сильно обожжены. На лицо и затылочную часть головы требуется пересадка кожи. Что касается второго глаза, то неизвестно – будет ли он видеть…

– Да-а, – грустно протянул Сергей, – мрачный диагноз. Скажите, а вы действительно можете пересаживать кожу?

Помнится, когда Сергей лежал в госпитале, он навещал знакомого из ожогового отделения и помнил, насколько непредсказуем и труден данный процесс: кожа очень плохо приживалась и некоторым больным делали повторную пересадку.

– Да, – с гордостью ответил лекарь. – Я делал это уже несколько раз. Поначалу куски кожи приживались на новом месте весьма тяжело, а то и вовсе… Но я научился особым составом обрабатывать подготавливаемую поверхность. К тому же мазь, которой я обрабатываю швы, – выше всяких похвал! Имплантант приживается в течение пяти-шести дней.

– Склоняюсь перед вашим искусством! – уважительно поклонился Решетов. – Скажите, доктор, а когда с ним можно будет поговорить?

Эскулап беспомощно развел руками:

– На все воля богов, пришелец…

– Ясно, – сквозь зубы произнес Седой и тоном, не допускающим возражений, скомандовал: – Как только придет в себя, немедленно сообщить мне!

Лекарь удивленно воззрился на собеседника, но тотчас послушно кивнул седой головой. В этот момент, видимо разбуженная голосами, в комнату вошла Милана. Не задумываясь, что может подумать лекарь, она в слезах бросилась Сергею на грудь. Сраженный происходящим, доктор тактично опустил взгляд и чересчур поспешно вернулся к больному. Прижимая к себе рыдающую Милану, Сергей старался подобрать какие-то утешительные слова, но в голову лезла лишь пошлая заезженная ерунда, поэтому он еще крепче прижал девушку к себе и почти на ухо ей прошептал:

– Любимая, твой отец жив, а это – главное!

– Но он… он… – Милана страшилась даже слов о состоянии отца.

– Он поправится, – продолжил Решетов. – Да, он уже не будет таким, как раньше, – этого не изменить, но Витаро по-прежнему останется твоим любящим отцом! Прости, я не умею утешать, но я видел людей, оказавшихся в более тяжелом положении и тем не менее находивших в себе силы успешно жить дальше. Твой отец – один из таких людей!

– Но кому понадобилась его смерть?!

– С этим, милая, мы вскоре разберемся. Непосредственные участники покушения вскоре будут наказаны. Что же касается заказчика… – Седой почесал переносицу и скривился, задев место ожога, – то, думаю, что мы вычислим и его. Постарайся сейчас принять все как есть и попробуй успокоиться. Знай одно – я всем сердцем с тобой! А сейчас, прости, мне нужно действовать.

Решетов нежно поцеловал Милану в щеку, усадил на широкий диван и покинул покои Легаты.

Выйдя во двор, он не затратил много времени на то, чтобы узнать, где находятся плененные алкады. Спускаясь глубоко под землю в мрачный подвал, Сергей еще издали услышал душераздирающие стоны, доносившиеся снизу. Когда он наконец достиг подвального помещения и огляделся, то даже его – много повидавшего на своем веку – передернуло от зрелища, представшего пред ним. Допрос, по всей видимости, был уже закончен, потому что Осан и двое его подручных чистили кожаные фартуки и оттирали лужи крови с каменного пола. На семи тяжелых металлических креслах, обмотанные цепями, сидели… нет, уже не люди. Это были страшные, насколько только можно себе представить, подобия людей: с отрезанными ушами и носами, утыканные гвоздями, со свисающими клочьями кожи… Несмотря на производимую уборку, на полу все еще валялись части тел допрашиваемых. Решетов, едва не поскользнувшись на чьем-то ухе, стал внимательней смотреть себе под ноги. В воздухе повис тошнотворный запах крови. Кроме того, алкады во время допроса, видимо, еще и обделались. Стоны, издаваемые жертвами, становились все более нестерпимыми, поэтому Осан раздраженно приказал мускулистому верзиле:

– Церба, ради богов Зетро, заткни им рты!

Исполнительный великан тут же извлек из большого ящика семь корнеплодов и с размаху вбил каждому из жрецов в беззубые рты по крупному овощу. Громкость стенаний тут же уменьшилась, и Сергей, тяжело вздохнув, смог спросить:

– Парни, вы тут не чересчур жестко поработали?

Осан обернулся на голос и горько усмехнулся:

– Ты думаешь – мне это в радость?! – Он недобро глянул Седому в глаза, но тут же, смягчившись, махнул рукой в сторону алкадов. – Эти засранцы словно проглотили свои поганые языки. Лишь двоих из них удалось разговорить, да и то лишь когда Церба начал отрезать им члены. Тьфу, ненавижу заниматься подобными делами… Мне по душе честный бой!

– Понимаю, – кивнул Сергей, – и сочувствую, что тебе пришлось это сделать, но нужно же было узнать, чья рука направляла их…

– О да! – воскликнул Осан. – И теперь, когда я узнал, кто руководил ими, совесть не будет меня мучить по поводу содеянного.

– Кто? – мгновенно откликнулся Седой.

– Как я и подозревал, ими управлял Сетус. Это чудовище знало о каждом нашем шаге благодаря семерке этих наушников, ведь они частенько наведывались в Тиран. Якобы для посещения резиденции верховного алкада.

– Теперь многое становится понятным… – задумчиво произнес Решетов, вспоминая беседы с Витаро. – Но на кой черт вы вообще взяли их с собой из Тирана?

Осан саркастично усмехнулся и со злобой ответил:

– Как же – «взяли»! Нам их навязали верховные алкады, и Витаро беспрекословно повиновался. А уж после того, как эти негодяи здесь освоились, с ними плотно поработал Сетус.

– Как скоро в Тиране узнают об их отсутствии? Сколько у нас времени, Осан?

– Ну, я думаю… – почесал бороду Осан, – около майсана – примерно с такой периодичностью они навещали столицу.

«Месяц! – напряженно раздумывал Сергей и одновременно составлял план дальнейших действий. – Только бы Витаро быстрей очнулся, один я не могу что-либо предпринять».

– Только бы хозяин поскорее пришел в норму, – словно читая его мысли, произнес Осан и, заметив удивленный взгляд Решетова, пояснил: – Он породнится с Мэйти, и мы будем под защитой Байтрана.

– Я так не думаю! – мрачно ответил Сергей и с вызовом взглянул на Осана.

– Это еще почему? – вытаращил глаза бородач.

Решетов секунду подумал, подошел к Осану вплотную и тихо проговорил:

– Не знаю, правильно ли делаю, что доверяюсь тебе, но мы с Миланой любим друг друга, и на днях я сам хотел просить ее руки.

Старый вояка присвистнул и в изумлении опустился на табурет. Он покачал лохматой головой и с большим сомнением в голосе произнес:

– Сергей, после всего случившегося ты мне как брат, поэтому скажу тебе честно: я не думаю, что у тебя что-то получится. Без прикрытия Байтрана Сетус сживет нас со свету. Витаро очень надеялся на этот брак, и вопрос был практически решен.

– Я что-нибудь придумаю! – подмигнул Седой старому вояке. – Скажи мне, пока Витаро не очнулся, кто управляет домом и людьми?

– Конечно Милана! – удивленно ответил Осан. – А зачем это тебе?

– Потом объясню, если возникнет необходимость. – Сергей покинул мрачные стены подземелья.

Пепел мести

Придя в свою комнату, Седой уселся было обедать, но рой мыслей, кружащий в его голове, отбил всякий аппетит. Нужно что-то делать, и делать быстро, иначе он навеки потеряет Милану! Ради спасения своего дома Витаро выдаст ее за Мэйти. Теперь, после казни алкадов, против дома Отра восстанет и религиозная верхушка Зетро, а это весьма опасный враг. Хотя, конечно, тут еще как карта ляжет – есть множество свидетелей, что алкады хотели убить Легату Отра. Еще эти треклятые квахо… Нужно как-то склонить Витаро на свою сторону относительно свадьбы с Миланой, а для этого ему, подобно Гераклу, нужно совершить немало подвигов…

Обхватив седую голову руками и отчаянно пытаясь составить план действий, Решетов только на третий раз услышал, что в дверь стучат, вернее, уже барабанят.

– Да, кто там?! – раздраженно рявкнул он.

В комнату, извинившись за вторжение, вошел Керт и без обиняков перешел прямо к делу:

– Сергей, если ты решил все вопросы с алкадами, то, памятуя наставления Витаро, я хотел бы приступить к обучению тебя стрельбе из лука.

«Черт, еще и это! На то, чтобы научиться сносно стрелять из лука, понадобится не одна неделя! А времени совсем нет! А без стрелкового оружия мне никак! А если…»

Решетов широко улыбнулся и произнес:

– Боюсь, Керт, этим нам придется заняться позже. Но на данный момент ты можешь мне помочь! – Керт вопросительно поднял брови. – Мне нужен колчан стрел с узким оперением, длиной полметра… тьфу (Решет быстро произвел расчет)… половину леста, но без наконечников. И давай без вопросов. Сможешь? – Керт кивнул. – Хорошо, а теперь отведи меня к вашему кузнецу, идет?

По пути в кузницу Седой снова обратился к спутнику:

– Чуть не забыл, еще мне нужна тетива: немного короче, чем для лука, но толще и прочней. Кстати, из чего вы их делаете?

– Из волоса кайсана, – ответил Керт. – Он очень тонкий и прочный, поэтому мы скручиваем его прядями, каждую прядь смолим, а потом скрепляем пряди воедино.

– Ясно, – задумчиво произнес Сергей, попутно в уме высчитывая что-то.

Следует упомянуть, что кайсаны – прекрасные, грациозные животные – использовались местными жителями для верховой езды и различных перевозок. Размером чуть крупнее земной лошади, своим видом они напоминали лань с роскошной гривой и пышным хвостом. Вот только их тонкие рога росли не вверх, а в стороны, поэтому аборигенам была не нужна узда – они управляли кайсанами, держась за рога.

Керт проводил Седого в кузницу, так и не спросив о причине всех этих приготовлений, хотя было заметно, что парня распирает любопытство. «Ладно, потом удивлю», – улыбнулся Сергей. У кузнеца Решетов застрял надолго, он подробно объяснял, что именно ему нужно, рисовал чертежи плеч, колодки, стремени и направляющей. Отдельно были оговорены наконечники для болтов и простейший спусковой механизм. Рычаг для натягивания тетивы опытный кузнец, которого звали Летором, изготовил прямо при Сергее. Инструменты в его опытных руках летали, словно сами по себе, поэтому Решетов безоговорочно поверил тому, что его заказ будет готов к полудню следующего дня.

Покинув кузнеца, он отправился к мастеру по дереву, где договорился об изготовлении ложа для будущего оружия.

Далее путь Решетова лежал в мастерскую по различным горючим материалам, где со стариком Эттсом они долго болтали о составах горючих смесей. Наконец, придя к консенсусу, Сергей получил заверение, что через день он получит сотню бутылей с зажигательной смесью.

Помня о своем обещании Витаро уничтожить деревни квахо там, где погибла Кира, Решетов развернул подготовку к наступательной кампании полным ходом. Он вновь посетил покои Легаты, где еще раз справился о состоянии хозяина дома. Узнав от лекаря, что Отра до сих пор находился в бредовом состоянии, а после пересадки лоскута кожи с груди на лицо на данный момент спит под воздействием наркотических снадобий, Сергей направился в покои Миланы.

Девушка уже немного пришла в себя и пыталась заняться вышиванием, но нитка и иголка постоянно попадали не туда, куда нужно, а стежки выходили кривыми. В сердцах Милана бросила свое рукоделие на пол и села у окна, глядя на происходящее во дворе, но не видя ничего, кроме образа забинтованного, стонущего отца. Как первый луч света озаряет покрытую мраком землю, так мир снова обрел краски при появлении Сергея – неслышно войдя в комнату, он тихо подошел к ней и обнял за хрупкие плечи. Она вздрогнула, но, повернувшись и увидев любимого, устало улыбнулась и без всяких слов спрятала лицо у него на груди. Он ласково гладил ее шелковистые волосы и шептал на ухо всякую нежную ерунду. Наконец девушка высвободилась, словно проснувшись, и тихо спросила:

– Ты заходил к отцу? – Сергей кивнул. – Как он? – Предательская слеза сбежала по ее щеке.

– Врач сказал, что операция прошла успешно, сейчас больной спит! – оптимистично ответил Седой, пытаясь приободрить девушку.

– Это хорошо, – тихо ответила она.

– Послушай, Милана, – решился наконец Решетов, – перед всеми этими трагическими событиями Витаро хотел уничтожить деревню квахо. Поскольку твой отец сейчас не в состоянии осуществить свой план, то, получив разрешение от его дочери, этой акцией можем заняться мы с Осаном и еще несколькими людьми.

– Да, – твердо кивнула девушка, – эти нелюди должны быть уничтожены.

– У меня уже практически все для этого готово. День-два – и Кира будет отомщена.

– Я даю согласие, только, ради богов Зетро, береги себя. Я не переживу, если что-нибудь случится еще и с тобой!

– Даже не думай беспокоиться, я все придумал так, что никто из нас не должен пострадать.

– Буду надеяться, что это не просто утешение ради моего спокойствия, – вновь грустно улыбнулась Милана. – Иди, мой воин, готовься. А я, как подобает достойной дочери, пойду к больному отцу.

Решетов легко коснулся ее губ своими и направился на поиски Осана. Сурового бородача он нашел в небольшом питейном заведении, располагавшемся рядом с тренировочной поляной. Осан был уже в изрядном подпитии и залихватски брякнул большой кружкой по столу:

– Присаживайся, брат, выпьем!

Хотя Сергею и нужна была светлая голова, он заказал себе бокал легкого вина и сел рядом с Осаном.

– Задница Зетро! – выругался старый воин. – Никак не могу выветрить из ноздрей запах крови, мочи и дерьма этих ублюдков. Больше никогда не возьмусь за подобное дело!

– Где сейчас находятся эти негодяи?

– Их головы выставлены на кольях на заднем дворе, а тела сожжены в мусорной яме! – ухмыльнулся Осан.

Решетов согласно кивнул головой и придвинулся к собеседнику поближе:

– Я пришел от имени госпожи Миланы предложить тебе дело, которое выбьет всю эту мерзость из твоей головы.

– Брат, ты не представляешь, как я об этом мечтаю! Что нужно делать?

– Для начала – протрезветь. Послезавтра мы идем мстить за гибель Киры. Деревня квахо будет уничтожена. В подробности плана посвящу тебя завтра, и мне нужна помощь в подборе нескольких отважных воинов, которые пойдут с нами.

– Вот это – дело по мне! – довольно откликнулся Осан и швырнул кружку в угол комнаты. – Все, иду спать. До завтра, Сергей!

– До завтра, брат! – ответил Седой и отправился к себе, оставив вино нетронутым.

…На следующий день Сергей забрал у мастера по дереву ложе для будущего арбалета; оценив искусную работу парня, горячо поблагодарил его и тут же направился в кузницу. У входа его встретил усталый, но довольный Летор.

– Надеюсь, мой заказ готов? – ткнув кулак кузнеца, спросил Седой.

– Я работал всю ночь и думаю, что постарался на славу! – гордо ответил Летор. – Ну что, Сергей, приступим к сборке твоего диковинного оружия?

Кузнец действительно поработал на славу – все части оружия легли на свое место, словно влитые. Решетов довольно потер руки. Эх, еще бы оптику! В это время к кузнице подошел Керт, и некоторое время вся троица занималась тем, что прилаживала острия болтов. Покончив с этой нудной работой, Сергей радостно вздохнул: ну вот, теперь и он при оружии. Помнится, во времена своей службы он частенько посещал стрелковый тир, где немалое время уделял стрельбе из арбалета.

– Ну, парни, – весело произнес Решетов, – айда на полигон! Надеюсь, что не забыл былых навыков.

На площадке для стрельбы Седой, немного волнуясь, вставил ногу в стремя, рычагом натянул тетиву, зафиксировав ее спусковым механизмом, и поместил болт в прекрасно выглаженную направляющую. Подняв это грозное оружие, он прицелился в деревянную мишень в виде круга с крестом посередине и через мгновение спустил курок. Результат превзошел все его ожидания! Болт вонзился точно в середину круга с такой силой, что деревянная мишень, не рассчитанная на подобные удары, лопнула пополам. Присутствующие удивленно вскрикнули. Решетов заметил, что Летор и мастер по дереву довольно ткнулись кулаками. Один лишь Керт с неожиданной ревностью заметил:

– Да, убойная сила поражает, но в скорострельности твоя штука ни за что не сравнится с моим верным луком!

– Керт, в этом нет никаких сомнений! – весело ответил Сергей. – Смотри, сколько действий мне нужно произвести для зарядки и выстрела!

Тело, даже спустя столько лет, отлично помнило малейшие нюансы стрельбы. Быстрыми, отточенными до совершенства движениями Решетов зарядил арбалет и выстрелил еще пять раз, разнеся две соседние мишени в щепки.

– Вот это я понимаю – стрельба! – раздался позади восхищенный возглас подошедшего Осана.

– Мой лук все равно быстрее, – надулся Керт.

– Дружище, да говорю же тебе – в этом никто и не сомневается! – расхохотался Седой, довольный испытанием своего оружия, и добавил уже серьезным тоном: – И завтра ты это всем докажешь!

– Сколько нас будет, Сергей? – деловым тоном поинтересовался Осан.

– А вот это мы сейчас и прикинем, – озадаченно ответил Решет. – Скажи мне, квахо испытывают страх? – Он помотал головой. – Вернее, способны ли они на бегство?

– Никогда о подобном не слышал, – с уверенностью ответил бородач. – Это зверье всегда идет напролом, как будто у них отсутствует инстинкт выживания. А тут еще – нужно защитить своих баб и зверенышей. Нет, они не отступят!

– Это весьма радует! – довольно воспринял его слова Седой и пояснил в ответ на удивленные и вопросительные взгляды: – Нам не нужно рассредоточиваться. Мы займем позицию на возвышении (я знаю – где) и, когда все начнется, попросту расстреляем их, словно на тренировке.

– Что начнется? – послышалось сразу несколько голосов.

– Скоро объясню, – загадочно пообещал Сергей. – Осан, нам потребуется человек десять, отлично стреляющих из лука, и пять, хорошо владеющих мечом, – это на случай ближнего боя.

– Понял тебя, – сурово проронил старый воин, – а не маловато?

– В самый раз! – подмигнул ему Седой.

Осан кивнул и, почесывая затылок, направился к домикам, в которых со своими семьями проживали воины.

Седой, весь в нетерпении, навестил старого Эттса, который весьма порадовал его тем, что «гранаты» будут готовы уже к вечеру. Старик даже продемонстрировал ему качество «продукта» – он отвел Сергея в угол, весь обшитый листами металла, и налил в маленькую чарку тягучей жидкости. Затем они отошли в сторону. Эттс зажег спичку и метко бросил ее в чашку. Содержимое маленького сосуда тут же вспыхнуло и взорвалось снопом искр, которые, попав на металлические стены, не гасли, а продолжали гореть, медленно стекая вниз.

– Ну, ты шаман! – восхищенно по-русски прошептал Седой и, схватив старика за плечи, радостно воскликнул: – Ты ж напалм изготовил! Да, старик, с тобой, я вижу, шутки плохи.

Эттс, ни черта не понявший из сказанного собеседником, лишь довольно улыбался.

После обеда Сергей посвятил воинов в детали плана по предстоящему истреблению квахо и, тщательно проинструктировав их о тонкостях применения зажигательных зарядов, отправил всех отсыпаться. Сам же вновь обратился к Осану:

– Ты же был тогда там, когда спасли меня?

– Конечно! – был ответ. – Я всегда сопровождал Витаро.

– Тогда скажи, когда нам следует выдвинуться, чтобы прибыть на место в предрассветный час.

Бородач почесал затылок, что-то прикинул в уме и с уверенностью ответил:

– На закате.

– Тогда все вопросы решены. Идем спать, а в назначенный тобой час выдвигаемся.

…Уже под утро, когда до восхода Зетро оставалось не более часа, маленький отряд Сергея приблизился к деревне квахо. Они привязали кайсанов неподалеку, чтобы, не дай бог, не разбудили вурдалаков своим курлыканьем. Бойцы, прихватив с собой несколько мешков, наполненных небольшими круглыми глиняными бутылями с зажигательной смесью, бесшумными тенями скользили среди деревьев к тому месту, где со скалы Решетов впервые увидел поселение отвратительных существ… и то, что осталось от несчастной девушки. Поднявшись на возвышение, Сергей убедился, что ни один вурдалак не бродит между мерзкими домами-норами. Дикая ненависть охватила его при виде этого мирно дремлющего царства демонов. Решетов махнул рукой, и почти мгновенно воины Витаро заняли свои заранее оговоренные позиции. Каждый бесшумно готовился к предстоящей атаке: бойцы раскладывали перед собой заряды; луки и стрелы располагали в непосредственной близости, чтобы начать стрельбу немедленно, когда это потребуется. Седой любовно погладил свой арбалет, прошептал: «Не подведи меня», сноровисто его зарядив, положил справа от себя. Чтобы не затрачивать лишнего времени на поджигание фитилей, каждый поставил возле себя плошку с маслом, горящим бесцветным, практически незаметным, но устойчивым пламенем.

Седой взял бутыль, поджег фитиль и высоко поднял руку – через секунду еще шестнадцать огоньков взметнулись вверх. Чуть выждав, Решетов скомандовал:

– Залп!

И семнадцать смертоносных снарядов устремились к жилищам тварей. Сергей моментально поджег вторую бутыль и швырнул ее вслед за первой, крикнув:

– Кидать без команды!

Забросив в деревню третью «гранату», он с удовольствием отметил тот умопомрачительный эффект, который производила бомбардировка адского поселка. Бутыли не разбивались, а буквально взрывались, разнося вокруг места своего падения волны жаркого, липкого огня, который выжигал буквально все вокруг себя: глину, толстые бревна, а главное – отвратительные тела проснувшихся квахо. Нужно отдать должное бесстрашию (или – безумию) вурдалаков: узрев позицию атакующих, они, даже полностью охваченные огнем, неслись навстречу противнику. Большинство из них падали, не преодолев и нескольких метров, но попадались и такие (видимо, огонь не так сильно зацепил их), которые погибали практически в нескольких метрах от атакующих. Продолжая швырять в кипящий котел огня заряды, Решетов скомандовал:

– Керт, Лейн, Тубор – луки! – Седой помнил, что поляна была около четырехсот метров диаметром и не все заряды смогут долететь до крайних домов. Он знал, что, не имея достаточно мозгов для того, чтобы пойти в обход, лесные черти не замедлят броситься в атаку, даже несмотря на стену огня, преграждающую им путь. Поэтому, забросив в атакующих еще несколько бомб, сам взялся за арбалет, одного за другим истребляя охваченных пламенем чудовищ, уже грозивших прорвать оборону. Через несколько минут этих пылающих прыгунов стало так много, что он, перекрывая своим криком рев огня, вой женских особей и плач малолетних вурдалаков, скомандовал:

– Осан, Тэус, Кирт и Элло – продолжать метать заряды! Остальным – стрелять без команды!

Мгновенно шеренга стрелков буквально засыпала стрелами тлеющих и горящих жарким пламенем квахо. Количество атакующих заметно поредело, хотя твари были весьма живучими и, чтобы убить их, даже пожираемых огнем, требовалось два-три метких попадания. Среди осатаневших квахо, атакующих склон скалы, стали появляться даже такие, которых огонь не тронул вовсе, поэтому Седой приказал метателям зарядов удвоить усилия. Сам же он, без устали заряжая свой верный арбалет, валил одну тварь за другой. Убойная сила болтов была такова, что нападавшие, словно подкошенные, падали, поднимая снопы искр. Наконец наступил момент, когда зажигательные снаряды закончились, и теперь уже все воины взялись за луки. Но и количество обгоревших зверей, стремившихся во что бы то ни стало атаковать противника, заметно поубавилось. Планируя операцию, Седой даже не предполагал, что монстров окажется настолько много, причем – взрослых и мужского пола. Стрелы были практически на исходе, но и в озере напалма маячили лишь четыре-пять охваченных огнем кенгуру. Керт, тщательно прицелившись, спустил тетиву, и смертоносная стрела насквозь пробила череп ближайшего квахо. Стрелок, словно подзадоривая, взглянул на Сергея: «Ну, а что можешь ты?» Седой усмехнулся, взвел арбалет, вложил болт и, взглянув на Керта, весь похолодел… Сзади, целясь своими когтями в спину стрелка, несся совершенно нетронутый огнем квахо… Откуда он тут взялся – времени размышлять не было. Сергей тщательно прицелился и, увидев испуганные глаза Керта, крикнул: «Ложись!!!» – что атакуемый немедленно исполнил. Седой плавно спустил курок. Болт насквозь прошил череп вурдалака, который умер мгновенно, но по инерции пролетел вперед и накрыл своим тяжелым телом Керта. Решетов помог испуганному стрелку выбраться из-под отвратительной туши и, тщательно оглядевшись вокруг, с облегчением вздохнул: «Все!»

На месте поселка вурдалаков бушевало пламя, а на склоне скалы и подступах к ней, нашпигованные стрелами, валялись тлеющие останки грозных тварей…

Взглянув на пробивавшиеся сквозь листву лучи Зетро, Осан вопросительно посмотрел на Сергея:

– Дело сделано! Уходим?

– Нет, – покачал головой Седой. – Дождемся, пока угаснет огонь, и произведем зачистку. Там могли остаться раненые и те, кто сумел найти укрытие от пламени. Я не хочу, чтобы хотя бы одна тварь из этого мерзкого поселения выжила после сегодняшнего дня!

Когда огонь полностью угас, а свежий утренний ветерок разогнал жар над сгоревшим поселком, воины, обнажив свои клинки, направились к огромному пепелищу. Осторожно, обходя еще тлеющие участки земли, цепь истребителей квахо продвигалась среди дымящихся останков домиков вурдалаков. Решетов убедился в том, что зачистка действительно необходима, когда из недр нетронутого огнем домика практически прямо на него вылетела разъяренная вурдалачиха. Стремительный взмах меча – и ее все еще рычащая голова отлетела на несколько метров, подняв клубы пепла.

– Всем быть начеку, проверять каждое уцелевшее жилище! – тихо скомандовал Седой и, завидев впереди лишь слегка обгоревшую «хатку», осторожно подкрался к ней и заглянул в проем входа. Пусто…

Как Решетов и предсказывал, то слева, то справа раздавалась ругань, которая сопровождала «контрольные» удары по раненым и умирающим квахо обоих полов. Уже на самом краю деревни Сергей заметил полностью уцелевший домик и плавно устремился к нему. Из входного проема раздавалось утробное рычание взрослой твари и едва слышное попискивание зверенышей. Седой осторожно заглянул внутрь и увидел в дальнем углу особь женского пола, за спиной которой возились четверо зверенышей. Он осторожно вошел, держа меч наготове, и, едва нелюдь бросилась на него, мощным ударом разнес ей череп. Затем переступил через подергивающееся тело и застыл в замешательстве – четверо еще пушистых малышей, жалобно попискивая и едва переставляя неокрепшие лапки, копошились в темном углу, пытаясь отыскать внезапно исчезнувшую мать. Рука не поднималась тронуть эти пока еще безвинные создания…

Сзади кто-то вошел в домик.

– Проблемы? – усмехнулся Осан. – Я тут нашел кое-что. – Он протянул Сергею изящный медальон на тонкой цепочке из светлого металла. – Эта вещь принадлежала Кире – отдай Витаро или Милане…

– Никаких проблем! – катнул желваки Седой, и его клинок смертоносным танцем обрушился на зверенышей…

Через полчаса, оседлав кайсанов, вдохновленные победой воины покинули место славной битвы.