Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Соавторы: Александр Арсентьев,Алекс Келин,Юлия Арниева,Кирилл Малышев,Игорь Лахов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 357 страниц)

– Ну не настолько же он глуп, – хмыкнул мужчина, быстро расправляясь с пирогом, – после твоего предупреждения он каждый свой шаг с тобой согласовывает.

– И правильно, он едва не закупил партию плитки для бассейна, – тут же подхватила я, вспомнив жуткий цвет того кошмара, – сэкономить решил.

– Прекрасный цвет, – усмехнулся Кип, который, увидев тёмно-коричневое нечто, с трудом сдержал громогласный хохот на складе и только в карете дал волю своей истерике.

– Ну да, полное погружение в испра…

– К Мэтью присоединился Крейг Брикман, – сообщил секретарь, прерывая моё едва не вырвавшееся ругательство.

– Сефтон вышел, значит, скоро появится и Николас, – прокомментировала я, залпом допивая кофе, – ну всё, я пошла.

– Удачи, Дель, – пожелал Кип, единственный мужчина в этом мире, которому я стала хоть немного доверять.

Дорогие друзья!

Большое спасибо за комментарии,

я все читаю и очень благодарна вам за поддержку.

Посемейным обстоятельствам пока не могу всем ответить, но обязательно это сделаю.

Хорошего всем дня и отличного настроения!

С уважением, Юлия!

Глава 46

Глава 46

– Значит, решено. Поднимаем внешние стены и закрываем в этом году объект до наступления тепла и возобновления строительства. Мэтью закажет мебель – эскизы я предоставлю, за мной производство горок, – подытожила наш разговор, собирая в стопку разложенные на столе бумаги, – мсье Крейг, вы как-то обмолвились об оранжерее в Грейтауне, можете сделать там заказ? Нам потребуется много растений, чтобы создать в банном комплексе иллюзию тёплого уголка и сказочного леса.

– Конечно, мадам Делия, я запрошу каталог, вы можете выбрать подходящие.

– Отлично, ну… вроде бы всё. Полагаю, в ближайшее время встречи назначать не имеет смысла, если возникнут вопросы, я готова их обсудить, – проговорила, вежливо улыбнувшись сразу троим мужчинам, добавила, – до свидания, мсье.

– До свидания, мадам Делия, – хором попрощались партнёры, одновременно поднимаясь следом за мной из-за стола.

Едва заметно кивнув, я подхватила сумочку и поспешила к выходу. На улице с каждой секундой становилось всё мрачнее, того и гляди хлынет дождь, и я торопилась укрыться в карете. Но стоило мне только забраться в её тёмное нутро, а Кипу начать закрывать дверцу, в щель просунули ногу, а следом в карету пролез мсье Николас собственной персоной.

– Мадам Делия, нам нужно поговорить, – заявил наглец, без дозволения усаживаясь на сиденье.

– Выкинуть его отсюда? – меланхоличным голосом спросил Кип, кивком указав на самодовольно ухмыляющегося мужчину. И надо сказать, первым моим желанием было именно так и сделать, но любопытство, как говорится, и кошку сгубило, поэтому я произнесла:

– Не нужно, у мсье Николаса, наверное, очень важный разговор, раз он забыл о приличиях.

– Вы правы, – хмыкнул наглец, забросил ногу на ногу, отвалился на спинку сиденья, стряхнул невидимую пылинку с пальто, явно выдерживая паузу. Но поддаваться провокации я не собиралась, пусть дальше выделывается. Я, конечно, терпением не отличалась, но если требовалось, могла и подождать.

– Кип, скажи извозчику, пусть трогает, – распорядилась, с трудом сдержав довольную улыбку, услышав барабанную дробь дождя по крыше. Насколько мне известно, свой автомобиль Николас предпочитал водить сам и, со слов моего помощника, был первоклассным водителем. И сейчас его авто было припарковано у ресторана, а это значит, что наглецу придётся топать ножками под проливным осенним дождём. Что ж, это не самая сладкая мстя, но даже она самую малость грела мою душу.

– Мадам Делия, – наконец заговорил Николас, так и не дождавшись, когда я попрошу его начать беседу, – сегодня у меня состоялась встреча с мсье Сефтоном Доуманом…

Мужчина снова сделал паузу, возможно, хотел увидеть моё удивление, но желания подыгрывать у меня не было, и я промолчала.

– Кхм… Сефтон сделал мне очень заманчивое предложение, – продолжил Эдингтон, растянув губы в очаровательной улыбке, – он готов продать мне часть его акций одной интересной мне фабрики, но в обмен просит, чтобы я вас соблазнил…

И снова пауза. На этот раз мне было трудно сдержать свои эмоции, но всё же я справилась. И насмешливо подняв бровь, лениво осведомилась:

– И вы, конечно же, согласились?

– Я не мог отказаться от столь заманчивого предложения. Признаться, мадам Делия, вы давно мне нравитесь, и я не оставляю надежды на взаимность.

– Мне ничуть не жаль сообщать вам это – но вы зря тратите своё, а главное, моё время. Я вам уже говорила, что между нами ничего не может быть… Николас, вы не в моём вкусе.

– Вы жестоки, мадам, – воскликнул мужчина, притворно схватившись за то место, где должно находиться сердце, и в отчаянии прокричав, – вы раните меня!

– Могу добить, чтобы не мучились, – вкрадчивым голосом проговорила, ласково оскалившись.

– Выкинуть? – вновь спросил Кип, но без особого желания – кажется, ему пришлось по нраву это представление.

– Ещё немного проедем, чтобы ему идти было дольше, – проговорила, окинув шута заботливым взором, – полагаю, холодный дождь пойдёт мсье Николасу на пользу.

– А если серьёзно, Делия, Сефтон правда предложил мне такую сделку, и я действительно согласился, – вдруг прекратил балаган Николас Эдингтнон, с его лица исчезла самодовольная ухмылка, а взгляд стал задумчивым.

– Уверена, мсье Сефтон не предполагал, что вы тут же расскажете о сделке мне. Мсье Николас, считаете, что, сообщив о ней, вы завоюете меня?

– Нет, я просто хотел тебя предупредить и согласился лишь потому, что Сефтон, получив мой отказ, пойдёт искать более сговорчивого исполнителя, а он не будет таким же благородным и честным как я, – не смог не похвалиться мужчина, но уже через секунду, снова став серьёзным, заговорил, – Доуман уверял меня, что ты приревновала Фрэнка, застав его с девицей в вашей постели, и по этой причине подала на развод. И по его плану, опорочив тебя в свете, что должен сделать я, ты станешь более покладистой и простишь мужа. Вернёшься в любящую семью и родишь минимум двоих маленьких Доуманов.

– Отличный план, – задумчиво протянула, невидяще уставившись перед собой. Чтобы опорочить замужнюю женщину в это время, недостаточно застать её наедине с мужчиной в алькове ресторана или за колонной на званом вечере. Здесь требуется существенное действие, а значит, свёкор, если называть всё своими именами, заказал затащить меня в постель в буквальном смысле, и непросто затащить…

– Я решил, что тебе лучше быть в курсе планов твоего родственника. Насколько я тебя узнал, этим мадам Делию не вернуть, да и причина развода здесь явно другая, но почему-то Сефтон уверен в своей афере.

«Почему-то… Сефтон всё ещё считает, что я всего лишь заигравшаяся девочка. Кэри невольно проговорился на днях, что многие мужчины уверены, что проект „Банный комплекс“ принадлежит трём мсье, а я всего лишь приобрела крохотный процент акций. Что кирпичный завод держится на плаву только благодаря сделке с мсье Ходжезом. И что я начиталась любовных романов некой Мерид Молс и всего-навсего копирую её выдуманных героинь. И только небольшая часть мужчин Ранье, а это, если я верно поняла, белые фигуры, знают правду. Но не кричать же на каждом углу, что это мои проекты и мои идеи…» – глубоко задумалась, мысленно расчленив и закопав мужскую половину Доуманов.

– Делия, вы согласны с моим предложением?

– Простите, я не расслышала, – проговорила, наконец сфокусировав взгляд на мужчине, – какое предложение?

– Изобразить, что вы благосклонно принимаете мои ухаживания. Мы время от времени будем встречаться в ресторане у всех на виду. Посетим театр, скоро представление даёт Несравненная Бэтт. Нам надо показать Сефтону, что мне удалось увлечь вас собой, и тогда он не будет искать другого кандидата.

– Нет, – ответила резче, чем следовало, но чуть сбавив тон, продолжила, – спасибо за предупреждение и вашу самоотверженную помощь, но я не нуждаюсь в благотворительности, тем более такого рода.

– Но, Дель…

– Мсье Николас, я не припоминаю, когда мы с вами перешли на ты? – оборвала мужчину, бросив на него раздражённый взгляд. Доверия к этому мужчине у меня не было: кто знает, а не ведёт ли он свою игру, и самое верное – это держаться от него подальше. Интуиция кричала истошной сиреной, стоило Николасу Эдингтону подойти ко мне на расстояние ближе пяти шагов.

– Между нами столько всего было, я решил, что мы стали близки, – Николас снова натянул маску шута и ловеласа, проникновенным голосом продолжив, – прошу прощения, мадам Делия, что позволил себе некие вольности.

– Прощаю и надеюсь, мы больше не вернёмся к этой неприятной теме разговора, – вымученно улыбнулась и, обернувшись, к натянутому как струна Кипу, проговорила, – мы же недалеко отъехали от ресторана?

– Сделали второй круг. Я прикажу остановиться, до автомобиля мсье Николаса недалеко, – ответил секретарь, как всегда, понимая меня с полуслова, дважды ударив по стене, и уже через минуту карета остановилась.

– Мсье Николас, извините, я была слишком резка, но сами понимаете, услышать такое… – смущённо проговорила, решив немного сгладить завершение нашей беседы. Как бы то ни было, мне не хотелось наживать себе ещё одного недруга, предпочитаю просто держаться от таких людей подальше.

– Я понимаю, мадам Делия, будь я на вашем месте, давно бы одарил пощёчиной нахала, – в своей обычной манере усмехнулся мужчина, наконец толкая дверь от себя, выпрыгивая, и на ходу проговорил, – буду искренне рад, если вы передумаете и согласитесь на моё предложение.

– До свидания, мсье.

– До свидания, мадам Делия, – наконец попрощался Николас и устремился к своему автомобилю. Я же, коротко кивнув Кипу, приказала возвращаться домой.

Долго я искала подходящий арт для Глена, не совсем то конечно, но сходство есть)

Глава 47

Глава 47

– Что будешь делать? – вполголоса, будто размышляя, спросил Кип спустя несколько минут гнетущей тишины.

– С кем? С Николасом Эдингтоном? Или Доуманом? – усмехнулась, мечтая лишь об одном – чтобы оба провались куда-нибудь поглубже.

– С Сефтоном.

– Наказать. Его неистовое желание вернуть меня в лоно семьи уже набило оскомину. А появление «папеньки» почему-то подстегнуло его к решительным действиям, правда, не очень умным, – задумчиво протянула, мысленно расставляя фигуры для очередной партии, наконец заговорила, – Сефтон объявил о продаже пятидесяти процентов акций своей фабрики. Условия торга – пять процентов в одни руки. Собери мне приличных людей для сделки.

– Ты хочешь выкупить половину его фабрики⁈ – оторопело воскликнул мужчина, неверующе уставившись на меня, – на те деньги, что он тебе перечислил?

– Уверена, что деньги не его, а Ормана, – усмехнулась, зная, что в последнее время у Сефтона дела идут неважно. Кинутые им партнёры словно коршуны разрывают на куски его бизнес, и таких сумм у него в наличии теперь точно нет, все в недвижимости или вложены в дело. Хорошо дружить с управляющим банка, особенно с тем, у которого увлечение – следить за счетами своих знакомых.

– Допустим, но зачем?

– Перепродам Николасу, раз ему так нужна эта фабрика, – довольно оскалилась, предвкушая очередную игру, – с условием, что мне товар будет продавать по себестоимости.

– Десять человек значит надо?

– Угу, найдёшь приличных на вид?

– Найду, у некоторых уже имеется опыт в покупке и продаже кирпича, – рассмеялся Кип, напомнив о махинации с партией залежавшихся на складе кирпичей.

– Скоро станут профессионалами, и мы возьмем их на постоянной основе – присоединилась к веселью, ощущая, как скованность и напряженность меня наконец покидают, спустя пару минут проговорила, – у отца был домик у озера Им, небольшой, скрытый за ивами… интересно, он еще стоит?

– Хочешь, съезжу проверю?

– Проверь, – не стала отказываться, чувствуя усталость и желание укрыться подальше от всех в уединённом месте, – может быть, выберемся туда с Дареном.

– Слышал, там хорошая рыбалка, – так мечтательно протянул Кип, что я невольно поддалась его настроению.

– Костерок на берегу, уха в котелке и песни под гитару…

– Не думал, что мадам Делия отдыхала на природе без слуг, – поддел меня мужчина, тут же получив болезненный удар по ноге, – Ай! За что⁈

– Не будешь наговаривать… черт! Опять он, – витиевато выругалась, неосознанно вспомнив некоторые словечки дяди Толи, охранника в моем офисе, восхитив своего секретаря специфическими знаниями.

– Сефтона не вижу, в дом его не пустили бы, значит Орман приехал один, – проговорил Кип, сразу как пришел в себя, – опять по улице гулять будешь?

– В дом не поведу, нечего ему там делать, – буркнула, борясь с желанием, громко гикнув, рвануть галопом мимо ворот, чтобы только не вести беседы с новым родственником. Но к моему великому сожалению, это будет выглядеть глупо и по-детски, так что, обреченно вздохнув, я приготовилась к очередному странному и выматывающему разговору.

Выбиралась из кареты неторопливо, впервые пожалев, что сейчас на небе ни облачка и солнце не по-осеннему жаркое, а другой причины отказать в разговоре не нашлось. Но как бы я ни медлила, все же пришлось, натянув улыбку, поприветствовать ожидающего меня у ворот «папеньку»:

– Добрый день, мсье Орман.

– Хм… добрый день, Делия, – скривился новоявленный отец, было заметно, что он надеялся услышать от меня «папа», но как по мне – странное ожидание.

– В моем доме всё ещё ремонт, я готовлюсь к празднованию дня рождения, так что извините, но пригласить вас я не могу.

– Какие могут быть между родными неловкости, – отмахнулся мсье Орман, явно желая наведаться в мое поместье, но я упорно не хотела подпускать его близко к своей семье.

– Я полагаю, вы хотели поговорить со мной, погода чудесная, может прогуляемся?

– Твой секретарь будет с нами?

– Кип всегда рядом со мной, с некоторых пор я беспокоюсь о своей безопасности, – ответила, успев увидеть едва заметное дерганье носом, будто в воздухе потянуло неприятным запахом.

– Я хотел тебе рассказать о маме и о нас, полагаю, это личное, и твоему секретарю не стоит это слышать… да и тебе рядом со мной нечего опасаться.

Упираться и продолжать настаивать на своем было бы с моей стороны недальновидно. И Орман прав, по крайней мере сейчас он мне ничего не сделает, но всё же я буду держаться от «папеньки» на расстоянии, в моей памяти всё ещё свежи воспоминания о свекрови, которая уколола меня какой-то дрянью.

– Конечно, – выдавила из себя, натянуто улыбнувшись, и первой направилась к тропинке.

– Мы познакомились на балу, – начал Орман, стоило нам отойти от ворот метров на десять, – она была самой красивой, умной и веселой… она привлекала к себе внимание всех мужчин, и я тоже не смог устоять перед ее очарованием. После бала мы не виделись несколько недель я думал, с ума сойду от тоски. Как я бежал на встречу к ней, Делия… мы были молоды, влюблены и не думали о последствиях. В тот день я пришел к отцу сказать, что люблю и хочу жениться, он… твой дед был жестоким, властным человеком и не терпел неповиновения…

Мсье Орман замолчал, невидяще уставившись перед собой. Мы давно остановились у небольшого куста с облетевшей листвой. После трёхдневного беспрерывного проливного дождя под ногами противно хлюпало, а на ботинки налипло столько грязи, что они едва поднимались от тяжести.

Слушая грустную историю о любви в исполнении мсье Ормана, я почему-то была уверена, что всё это было ложью. Все эти красивые слова, печальные вздохи и отсутствующий взгляд казались мне притворством. Невольно отметив в себе некий цинизм к чужим чувствам, мне отчего-то стало немного страшно. Решив подумать над неприятным открытием позже, я поторопила продолжить:

– Ваш отец не позволил жениться на моей маме?

– Он отослал меня из Вирдании на год. Когда я вернулся, Винтер была замужем за Алтоном, нашим счетоводом. Отец, узнав, что твоя мама в положении и ребенок мой, быстро организовал их свадьбу… Твой дед не хотел, чтобы об этом узнали наши знакомые, он подкупил Алтона. Передал часть нашей земли в Ранье молодой семье, попросил его величество наградить Алтона Рейна титулом и выслал их подальше от столицы.

– Ясно, но вы приезжали?

– Да, отец попытался от меня скрыть сведения, но я нашел свою любимую. И приезжал к Винтер так часто, как мог. Видел тебя… ты росла очень умной и послушной девочкой.

– Кхм… – ухо царапнуло брошенное вскользь слово «послушная», но раз я взялась выяснить у «папеньки» подробности, пришлось терпеть, – а как ваше появление воспринимал Алтон Рейн?

– Он знал, что я и Винтер любим друг друга, и уезжал из поместья. Алтон, имея деньги моего отца, исполнил свою мечту – отправился в путешествие. Он был лишь ширмой, Делия, твой отец – я.

– А родители мамы? Где они? – не стала спорить, кто на самом деле был отцом Дель. Из воспоминаний девушки, Алтон был любящим, заботливым человеком и да, часто отсутствовал, но всегда, когда был в поместье, каждую минуту проводил с малышкой Дель. А вот мсье Ормана, как я ни пыталась, не могла вспомнить. Нет, туманный образ какого-то незнакомца всплывал в памяти, но и только.

– Ее растила тетка, родители умерли от болезни… многих тогда унесла эта страшная эпидемия. Сестёр и братьев у Винтер не было, а тетка была одинокой и вот уже десять лет как почила.

– Десять, а до этого? Почему не виделась со своей, получается, единственной родственницей?

– Мадам Жослин была очень строгих правил и отказалась от племянницы, узнав о ее положении, – поморщился мужчина, якобы не одобряя поступок тетки.

– А другие? Дальние родственники?

– Я понимаю, Делия, твое желание найти родных, но у тебя, кроме меня, никого нет, – печально вздохнул мсье Орман, ласково мне улыбнувшись, – у меня тоже никого. Моя навязанная отцом жена так и не смогла родить мне сына – наследника и продолжателя рода Орман. Пять выкидышей… она была слабой и болезненной женщиной, шестой Адель не пережила. Больше я не женился, вернувшись в Вирданию, поспешил к Винтер, но узнал, что моя любимая погибла вместе с Алтоном, ты вышла замуж за Фрэнка, родила мне внука и заболела. Сефтон отвез меня к тебе, ты никого не узнавала… Делия, я пробыл с тобой несколько дней, но ты так и не пришла в себя. Забрать в столицу я тебя тоже не мог, ты бы не перенесла дорогу, и я надеялся, что тебе станет лучше, так и вышло.

– Это случилось не благодаря мсье Сефтону, – проговорила, посмотрев прямо в глаза мужчине.

– Делия… я потребовал объяснения. Доуман дал мне микстуру, которой поили тебя, несколько часов назад пришёл ответ от лекаря. Она безопасна, ей невозможно убить… Делия, Сефтон желает тебе и твоему сыну только добра. Он был лучшим другом твоего отца и частым гостем в вашем доме. В тебе говорит обида… я знаю, что это такое, когда мы молоды, поддаемся чувствам и многое не видим, – мягко проговорил мсье Орман, снисходительно улыбаясь.

И как же было сложно сдержать себя и не послать Ормана с его добрым Доуманом куда подальше. Заставить себя слушать этот бред, выуживать из потока лживых слов важное для себя. Но я терпеливо слушала, запоминала и ждала…

– Я много раз приезжал в Ранье, когда ты лечилась в Диншопе, – продолжил лить неприятную, затягивающую, словно паук в свои сети, патоку мужчина, – Дарен – умный и прилежный мальчик. Пока ты болела, Сефтон воспитывал его, нанял лучшего гувернера… Делия, я понимаю, что ты болела и не могла находиться рядом с сыном, но мальчика пора отдать в школу. Он должен вырасти мужчиной и достойным наследником рода Орман.

– Он Доуман и Рейн, – напомнила «папеньке», который, видимо, позабыл, что сам отказался от своей любимой.

– Об этом не волнуйся, я уже подал прошение его величеству и собрал все свидетельства, которые подтвердят, что ты моя дочь. Жаль, мы не нашли соглашение, подписанное моим отцом и Алтоном, где были указаны оговоренные условия. Этого было бы достаточно, чтобы доказать его величеству, что Делия Рейн – Орман. Но уверен, ты подтвердишь перед королем моё прошение.

– Я продрогла, – пробормотала, притворно ежась и вздрагивая, не собираясь отвечать на вопрос «отца», – пора возвращаться.

– Конечно, Делия, – покладисто согласился Орман, заботливо на меня поглядывая, с тихим смешком укорив, – это поместье требует не просто ремонта, такую развалюху проще снести и построить новый дом. Но зачем, если тебе и Дарену будет лучше в столице? Для мальчика там все условия.

– Это дом моей мамы, где она и я были счастливы, и он очень мне дорог, – произнесла, невольно ускоряя свой шаг, спеша остаться одной и хорошенько подумать.

– Ты права, это твой дом, здесь ты выросла, – не стал спорить Орман, не отставая от меня ни на шаг. Я же продолжила свой практически забег, остановившись только у ворот, и смущенно улыбнувшись, быстро проговорила:

– Мне пора, до свидания, мсье Орман.

– Надеюсь, что скоро ты назовешь меня папой, а Дарен – дедом, – ласково проговорил мужчина, не дожидаясь, когда я направлюсь в дом, устремился к автомобилю и, судя по довольной улыбке, находился в благодушном состоянии.

Я тоже не стала наблюдать за отъездом «отца», рванув к зданию, и сцепив руки в кулак и сжав челюсти до зубовного скрежета, с трудом сдерживалась, чтобы истошно не заорать.

Глава 48

Глава 48

– Что он хотел? – спросил секретарь, стоило мне только зайти в свои покои. Мужчина в ожидании меня с удобством разместился за моим столом и что-то читал.

– Не знаю, Кип, я уже ничего не понимаю, – пробормотала, устало опустилась на диван и, схватившись за голову, едва слышно простонала. Затылок немилосердно разрывало, а давящая боль не позволяла сосредоточиться.

– Дель… – окликнул мужчина, не выдержав десятиминутного безмолвия, быстро пересек разделявшее нас расстояние и обеспокоенно проговорил, – позвать лекаря?

– Нет, у меня остался отвар, просто надо немного отдохнуть, – невнятно пробормотала, благодарно улыбнувшись Кипу, – пройдет.

– Я давно тебя такой не видел… только там, в Диншопе – растерянная, но полная решимости. Сейчас ты тоже растеряна, Дель, но напугана. Что тебе Орман сказал?

– Кип… кажется, он хочет забрать у меня Дарена, – глухим голосом произнесла, огласив то, в чем так боялась признаться даже самой себе, – ему нужен наследник. Он уже и прошение подал королю, чтобы меня признали его дочерью… вот только я ему не нужна, а вот послушный внук – да! Кип! Я уверена, он и Доуман заодно! Они поили меня дрянью, чтобы я была невменяемой до поры до времени…

– По закону Вирдании… по новому закону, которому всего пять лет, – уточнил мужчина, устраиваясь недалеко от меня, – ребенком занимается мать. Но, когда ребенку исполняется семь лет, сына забирает отец, чтобы воспитать из него мужчину. А девочки остаются с матерью. Дарену шесть с половиной?

– Да, – коротко ответила, впервые ощутив, как что-то жуткое сжимает мое сердце в тиски, дышать становится всё труднее, а паника захлестывает, будто огромная волна бушующего океана.

– Хм… – поперхнулся секретарь, задумчиво перебирая в руках краешекпледа.

– И согласно тем же изменениям, – с горькой усмешкой заговорила, вспомнив прочитанный месяц назад свод, – если женщина является единственной наследницей своего имущества, без права передачи его мужу, в случае ее скоропостижной смерти, имущество наследуют ее дети, но только после достижения ими семи лет. Если детям нет семи, все имущество переходит короне, до опять же наступления детям указанного возраста. Почему семь?

– С этого возраста дети несут ответственность за свои поступки и могут понести наказание.

– Какой же это бред… Кип, значит им нужен не Дарен, они хотят мое наследство, мой сын всего лишь ключ, чтобы продолжить им пользоваться. Что с моим наследством не так? Ну не кирпичный же завод им понадобился? Получается, Орман и Доуман убили моих родителей, меня наивную выдали замуж за Фрэнка и благополучно травили, чтобы под ногами не мешалась, и да, «папенька» прав, убивать меня не собирались… пока. А теперь, когда я очухалась и смешала им все планы, они выжидают время… Кип, у меня есть полгода, всего лишь полгода.

– Боюсь, Дель, ты права, – пробормотал мужчина, невидяще вперившись перед собой, – Алтон Рейн, составив такое завещание, и обезопасил тебя, и подставил под удар. Если я верно помню, ты даже никому передать не можешь свое имущество, только короне. И лишь после твоей смерти оно перейдет твоим детям, а вот на них условия завещания уже не распространяются. Однако, пока жив Фрэнк, только отец может заявить о своих правах… после – Сефтон. Когда Орман получит у его величества согласие на свое прошение, то и он. Но, Дель, от тебя потребуется подтверждение, если, конечно, у Ормана нет иных доказательств.

– Орман говорил о каком-то письменном соглашении между Алтоном Рейном и отцом Ормана, но они его не нашли. И да, он уверен, что я подтвержу перед его величеством, что он мой отец. Значит, я могу просто отказаться, а Доуманы… – чуть запнулась, все же решительно проговорив, – им пора исчезнуть. Я не отдам им своего сына!

– Дель, прости, но есть множество способов вынудить тебя дать согласие.

– Значит, и Орману пора исчезнуть…

– С ним будет непросто, – покачал головой мужчина, – он неглуп и не попадется в ловушку.

– Тогда придется побыть любимой дочерью, которая счастлива найти такого замечательного отца, – сквозь зубы процедила, стиснув кулаки так, что побелели костяшки.

– Да, – вполголоса, будто размышляя, согласился Кип, откидываясь на спинку дивана. Некоторое время мы молчали, каждый погруженный в свои мысли. Не знаю, о чем думал друг – да, Кип стал мне больше, чем просто помощник. Мои же мысли крутились только в кровожадном направлении. В конце концов, осознав, что сегодня я не могу связно мыслись, я поднялась и направилась в ванную комнату.

– Аманда вернулась?

– Да, когда я ее последний раз видел, она присоединилась к Глену и Дарену.

– Отлично, значит сегодня все дома, – произнесла, опершись о край тумбы, и принялась разглядывать себя в отражении. Усталый, измученный вид, темные тени под глазами, серый цвет лица и потухший взгляд. Картина удручала, но больше всего беспокоил охвативший меня неконтролируемый страх потери ребенка, который затмил мой разум, не позволяя адекватно рассуждать.

– Мне нужен отдых, просто хороший отдых, – наконец пробормотала, повернув вентиль, набрала полные ладони прохладной воды и брызнула себе в лицо.

Только спустя, наверное, полчаса я выбралась из ванной комнаты, мокрая до пояса, но головная боль немного прошла и стало чуть легче дышать. В покоях Кипа уже не было, и я, переодевшись в домашний наряд, собрала волосы в косу. Посчитав, что сегодня мучить себя, ища способы решения, бессмысленно – всё равно в голове стоит гул, и ничего путного я не придумаю, отправилась на поиски сына. Только рядом с ним мне становилось легче, упаднические мысли исчезали, а его доверчивый взгляд, полный непоколебимой веры в меня, придавал сил.

– Мам, смотри как я умею! – прокричал счастливый ребенок, которого я нашла в зале, обустроенном для тренировок, – Глен меня научил ходить на руках!

– Ты молодец! Здорово получается! – похвалила довольного сынишку, который только что продемонстрировал свое умение, – Аманда, а ты так умеешь?

– Куда мне, – рассмеялась девушка, но в ее взгляде застыл немой вопрос и беспокойство, – Глен сказал, что я необучаемая.

– Неправда, я сказал, что вам, мадмуазель, придется много потрудиться, чтобы вы смогли так встать, – возразил парень, озорно улыбаясь.

Кип же, усевшись в углу зала, задумчиво смотрел перед собой и, по-моему, медитировал, не обращая внимания на шумный спор, тут же устроенный Амандой с Гленом. И судя по потрясающей физической форме девушки, она сейчас выиграет этот спор.

Дарен, хихикая, тут же рванул ко мне поближе, и мы, с удобством разместившись на одном из ковров, с комментариями и смехом наблюдали за цирковым представлением, устроенным Амандой и Гленом.

– Мама, Роско сегодня поймал огромную крысу в коридоре.

– Крысу⁈ Здесь? Жуть какая! Надеюсь, вы ее выбросили? – невольно передернулась, отвлекаясь от зрелища.

– Натиша и Нел бегали по всему поместью за Роско, – заливисто рассмеялся сын, – пока Лудо не пришел, Роско слушается Лудо.

– А тебя слушается?

– Не всегда. Глен сказал, в моем голосе нет твердости, – печально вздохнул ребенок.

– Появится, дай время, – проговорила, обняв прильнувшего ко мне сына.

Общение с ребенком, с близкими мне людьми и совместный ужин помогли немного прийти в себя, но стоило только остаться одной, страхи вновь накинулись на меня будто изголодавшие звери. Мысли о скорой потере сына, о слишком коротком сроке мнимого спокойствия набатом забили в моей голове.

Тщательно закрыв дверь и окна на засов, я, не раздеваясь и едва передвигая ноги, шаркающей походкой добралась до кровати. Буквально вползла под теплое и тяжелое одеяло и, укутавшись в него, попыталась отрешиться от гнетущих мыслей и уснуть. То и дело всхлипывая, борясь с прорывающимися рыданиями. Но сон, как назло, не шел, а мысли с каждой минутой становились всё страшнее. Прислушиваясь ко всякому шороху и звуку, я тем не менее испуганно вздрогнула, услышав тихий стук в окно…

– Черт! – громко выругалась, спускаясь с кровати, и заметив за стеклом знакомый плащ, отодвинув щеколду, проговорила, – я тебя сегодня не ждала.

– Я знаю, – ответил мужчина, бесшумно проскальзывая в покои, но к креслу не прошел. Сразу остановившись всего в метре от моей кровати, куда я уже вернулась и заворачивалась в одеяло, почувствовав озноб, спросил, – ты заболела?

– Просто холодно, – неопределенно пожала плечами, откидываясь на подушки, – ты же не за этим пришел? Узнать о моем самочувствии?

– А если да? – с вызовом в голосе сказал мужчина, усаживаясь на край кровати, – что, если меня беспокоит твое состояние? Я переживаю как ты.

– Хм… нормально, правда, сегодня мне совсем не до разговоров, – хмыкнула, устало закрыв глаза, вновь ощутив подступающий к горлу ком, невнятно пробормотала, – завтра приду в себя и все расскажу.

– Отдыхай, – неожиданно заботливо прошептал мужчина. Кровать на мгновение поднялась и снова прогнулась под тяжестью тела, а через минуту я почувствовала, как крепкие руки прижимают меня к себе. И тут же широкая, мозолистая ладонь ласково погладила меня по голове, словно маленького ребенка. Сил, да и желания возражать и спорить у меня не было. Задыхаясь от жалости к себе, давясь непролитыми слезами, я с тихим вздохом уткнулась в грудь мужчины и позорно разрыдалась. Выплакивая страх, боль и неимоверную усталость…

Не знаю, сколько мы так просидели, но наконец сон всё же взял свое, затягивая меня в черный омут кошмаров. И только знакомый голос всего лишь единственной фразой развеял мои жуткие сновидения.