Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Глава 4

Спустя несколько дней, вечером, Сергей сидел возле камина, полностью погрузившись безжизненным взглядом в танец языков пламени. В руке его была чаша с вином, но, налив, он так и не пригубил напиток …

Все прошедшее с похорон время он, словно призрак, бродил по поместью. Чтобы хоть как-то вернуть себя к жизни Решетов решил было поучаствовать в руководстве возведения стеной, но там уже все было налажено и без него – рабочие возили из карьера грубо обработанные камни, а каменщики замешивали раствор и аккуратно выкладывали будущую нерушимую преграду.

На какое-то время он задержался у оружейника, проверяя, как тот справляется с изготовлением нового арбалета. На этот раз Сергей заказал себе более миниатюрную и облегченную модель – для того дела, что он задумал, ни к чему был тяжелый экземпляр с недюжинной убойной силой.

Он буквально не знал – куда себя деть, как спрятаться от скорбных размышлений и от … буквально выжигающих его душу ненависти и жажды мести. Его все еще тяготили заживающие раны, удерживающие его от путешествия в Тиран. Да, именно в Тиран! Седой был уверен в том, что только в столице Тирантома он найдет убийц и, главное, – организатора чудовищного преступления.

Чтобы хоть как-то отвлечься, а заодно и восстановить форму, долгими часами Решетов, закрывшись в своих комнатах, упражнялся с верным мечом. И это действительно помогало – от ощущения послушной смертоносной стали, которую направляет твоя рука, все без исключения мысли уходили куда-то в сторону – оставалось лишь действие, не обремененной какими-либо условностями или сомнениями.

Тем временем, организм его боролся с нанесенными увечьями такими темпами, что лекарь, качая головой, с каким-то суеверным страхом однажды взглянул на него:

– Легата, я не понимаю – что происходит … Я много повидал в своей жизни, но то, что происходит с вами … Это выше всякого разумения!

Он застыл с бинтами в руке – больше они были не нужны. Раны полностью затянулись, и лишь розовые следы напоминали о том, что лишь несколько дней назад в этих местах тело было пробито смертоносными наконечниками стрел.

В ответ Решетов грустно улыбнулся и тихо ответил:

– Старик, не забивай себе голову. Я и сам теряюсь в догадках. Хотя …

Перед его мысленным взором немедленно возник образ инопланетянки с огромными, излучающими пульсирующее сияние глазами …

Решетов оторвал взгляд от огня, рассеянно взглянул на чашу с вином и уже было поднес ее к губам …

– Легата! – взволнованный голос Мэтиса, появившегося в покоях без единого звука.

Сергей невольно вздрогнул. Вино пролилось на рубаху.

– Да, – он повернул голову и недовольно взглянул на нежданного гостя, – Ты как кот, мля …

– Сергей …, – смущенно произнес парень, припоминая данные ему наставления, и вновь умолк.

Следует заметить, что Седой, отнюдь не кичившийся титулом, который любезно даровал ему Тавр, не только не требовал от челяди подобающего отношения, но и тяготился им. Он при каждом удобном случае напоминал жителям поместья о том, что к нему следует обращаться просто по имени. Ему, простому воину, было чуждо стремление к почестям и славе. Да и предшествующая его появлению на этой планете деятельность на далекой Земле не терпела излишней помпезности вокруг его личности. Ликвидатор – он и есть ликвидатор.

– Ну, говори же! – нетерпеливо проворчал он.

– Легата Отра очнулся и требует тебя к себе! – взволнованно ответил Мэтис.

– Ну, слава богам! – выдохнул Решетов и тут же, исполненная боли мысль пронзила его сознание: «Старик не знает … Еще одна навеки потерянная дочь».

– Он спрашивал о …, – Седой сглотнул ком в груди, – о Милане?

– Да, – опустил голову молодой лекарь. – Восстановив в памяти произошедшее, Витаро немедленно поинтересовался судьбой госпожи …

– И что ты ответил? – нахмурив брови, спросил Сергей.

– Что … Что по этому поводу ему лучше поговорить с вами. После моих слов легата не на шутку разозлился и отправил меня за вами … тобой.

– Ладно, ступай, – отпустил его Сергей, поднялся и поставил чашу на стол.

Он тяжело вздохнул и на минуту задумался. После этого решительно вышел из комнаты.

Укутанный теплым одеялом, Витаро возлежал на своем ложе. И хотя кожа его была бледна, а дыхание прерывисто, его единственный глаз, горящий нетерпением и тревогой, требовательно воззрился на Решетова.

– Рассказывай! – прохрипел он и закашлялся.

Принимая решение, Сергей пристально посмотрел на тестя. Возможно, сообщение о смерти единственной (после гибели Киры) дочери окончательно добьет его, но … Врать в данный момент Седой не мог.

– Витаро, – тихо произнес он. – Мы потеряли ее …

В единственном глазу легаты промелькнула такая вселенская боль, что у Решетова сжалось сердце. Потом веко опустилось, а по щеке сбежала слеза.

– Бедная моя девочка …, – едва слышно слетело с его губ.

«Держись, старик», – проникновенно взглянул на него Решетов.

– Ваня?! – очнулся Отра от морока, с еще большей тревогой посмотрев на Сергея.

– С парнем все будет в порядке! – заверил его Решетов. – Но, Наташа …

После этого он долго и в подробностях рассказывал Витаро о том, что в тот роковой день произошло в поместье. Не прерывая, легата Отра слушал его внимательно, не упуская деталей, лишь изредка срываясь в приступе кашля.

Закончив повествование, Сергей легко положил ладонь на плечо владельца замка.

– Витаро, ты устал.

Старик почти что с гневом дернул плечом, пытаясь сбросить руку зятя.

– О какой усталости ты говоришь?! – просипел он. – Подлые убийцы забрали у меня Милану! Убили Наташу! Едва не лишили жизни тебя и моего внука! У меня нет времени на усталость, пока эти твари топчут поверхность Лэйне!

После этой гневной тирады старик, с хрипами в груди, обессиленно откинулся на подушки. Сергей взял со стола чашу с травяным настоем и поднес ее к посиневшим губам легаты. С трудом сделав несколько глотков, Отра тихим голосом продолжил:

– Сегодня же я направлю гонцов к лорету Кендро. И пусть Тавр оправдает то прозвище, которое дал ему народ – «Справедливый».

Сергей с жалостью взглянул на него. Однажды этот покалеченный человек в полной мере испытал на себе «справедливость» властителя великой империи. Преследуемый гонениями со стороны брата Великого лорета, он был вынужден покинуть столицу, укрывшись в своем уединенном поместье. После этого хайры (как здесь именовали бандитов и разбойников) во главе с сумасшедшим принцем способствовали гибели его старшей дочери, буквально загнав ее ночью в лапы свирепых квахо. После этого было покушение на самого Витаро.

Тогда Сергею пришлось отправиться в Тиран. Нет, не с целью поиска справедливости – он хотел ликвидировать безумного отпрыска великой династии. В итоге – преданный, он оказался в плену, и лишь природой данная изворотливость позволила ему избежать немедленной казни. После этого были тяжелые месяцы боев на арене, где он забирал, одну за другой, жизни противников … И лишь благодаря нечаянной смерти Сетуса он смог выбраться из этой кровавой и казавшейся бесконечной карусели. И этот человек до сих пор верит в справедливость правителей?! «Бля, ну прям как у нас!» – с горечью подумал Решетов. Он пристально посмотрел прямо на Витаро.

– Нет, легата, – тихо, но твердо ответил он. – В Тиран я поеду сам. Один.

– Не будет этого! – упрямо захрипел Отра. – У меня забрали практически все! Я не хочу потерять еще и тебя … К тому же, здесь твой сын – ты просто обязан защитить его!

Решетов вздохнул, с минуту, собираясь с мыслями, молча смотрел в одну точку. Потом он поднял взгляд на собеседника.

– Витаро, выслушай меня и не перебивай. Я не смогу спокойно жить дальше, не отомстив за смерть жены. Жить, зная, что в любой момент неведомый противник вновь направит сюда убийц. На посмертном костре своих жены и воспитанницы, перед всеми жителями поместья я поклялся в том, что их убийство будет отмщено. И решение мое с тех пор не изменилось. О Ване, да и о безопасности всех твоих людей позаботятся твои воины – мы с Осаном уже подробно обсудили охрану поместья до тех пор, пока не будет возведена крепостная стена. Твой посыльный не найдет справедливости в Тиране. Если Тавр и пойдет навстречу, то только мне. Ввиду памятных событий, он мне кое-чем обязан. Если же этого не произойдет, то мне придется действовать самому …

Прикрыв глаз, легата Отра на какое-то время впал в тягостные размышления. Решетов молча смотрел на него – бледное изможденное лицо не выдавало никаких эмоций, лишь подергивавшаяся жилка на щеке выдавала всю силу внутренней борьбы тяжело раненого человека. Наконец, Витаро прерывисто вздохнул и взглянул на него.

– Когда едешь? – губы старика дрожали.

– Завтра, с утра, – коротко ответил Сергей.

– Пусть боги Зетро хранят тебя!

– Пусть будут боги, – с грустью улыбнулся Седой. – Хотя у меня больше надежды на удачу.

Утром Сергей, отдав последние распоряжения, снарядил в дальнюю дорогу своего верного кайсана – Тайла. Этот скакун, подаренный самим лоретом Тирантома, верно послужил ему в те времена, когда Седому пришлось сражаться с армией зомби, культивированной на удаленном клочке болотистой местности его земляками. Тогда, приблизившись к полосе болот, ему пришлось оставить выносливого кайсана у какого-то старика, жившего в убогой лачуге. После грандиозной победы он не забыл о своем питомце и забрал, щедро отблагодарив старца.

Водрузив на скакуна дорожные сумки и приторочив к его седлу новый арбалет, Решетов ласково потрепал его холку.

– Вот мы и снова в деле, зверюга!

В ответ Тайл, как будто понимал суть происходящего, громко заржал.

После этого Седой направился навестить сына.

– Уа-а! Папка! – под возмущенным взглядом Мэтиса Ванька вскочил на постели и запрыгнул Сергею на руки.

Седой ласково потрепал волосы мальчугана и заглянул в его глаза – в них плескалась сама Жизнь. В очередной раз Сергей подивился тому, как дети легко переносят тяжелые утраты. Нет, естественно Ванька необычайно тосковал по матери. Но жизнь в нем, не в пример взрослому человеку, брала свое.

– Как его нога? – через ванькино плечо спросил он Мэтиса.

– Легата …Ммм, Сергей, – вдохновлено ответил молодой лекарь. – Вы … ты не представляешь – все полностью зажило! И лишь из соображений безопасности …

– Почему не представляю? Прекрасно представляю! – улыбнулся Седой.

– А … Ну, да, – смущенно спохватился Мэтис, мгновенно сообразив, что разговаривает с человеком, чудесное исцеление которого произошло прямо у него на глазах.

– Гены! – многозначительно произнес Сергей непонятное для врачевателя слово.

– Ну …или так, – уклончиво ответил молодой человек, чем весьма позабавил Седого.

– Пап, я выздоовел! Когда мне можно погулять?!

– Молодец, что выздоровел! – улыбнулся Решетов, а потом взгляд его стал серьезным. – А вот насчет погулять … Отныне, пока дяди каменщики не построят стену и пока не вернусь я, ты во всем будешь слушаться Осана. То же касается прогулок. Уяснил?

Видя, что парень обиженно оттопырил губу, он добавил:

– Ты же не хочешь, чтобы с тобой вновь произошло то, что случилось у реки?

По тому, как увлажнились глаза мальчишки он, понял, что невольно напомнил Ване о гибели матери. Спохватившись, он тут же перевел разговор в другое русло.

– Хоть в той стычке ты и показал себя настоящим гетаро, но предосторожность все же не помешает.

В ответ парень лишь сурово кивнул. К слову, несмотря на горечь потери, отныне он чувствовал себя истинным воином, принявшим участие в настоящей битве, а это дорогого стоит!

– Ну, вот и договорились! – с облегчением произнес Седой. – Я ненадолго отъеду, а когда вернусь, то думаю, все будет в порядке и с твоими прогулками не возникнет больше проблем.

Ванька удовлетворенно кинул и крепко прижался к отцу.

– Ты только не задерживайся …

– Да я быстро, Вань: одна нога здесь, другая – там! – от переполнявших его чувств Сергей весьма подозрительно шмыгнул носом.

Вскоре, легко ударив Тайла каблуками в бока, Седой покинул осиротевшее поместье: один легата, тяжело больной, лежал в постели; другой же – направился в полное опасностей путешествие с весьма непредсказуемым исходом …

По дороге в столицу Тирантома Решетов был полностью погружен в тяжкие раздумья. Слишком много неизвестных было в нарисованном судьбой уравнении … Сергея одновременно терзали и неведомая для него доселе ярость по отношению ко всем служителям культа Зетро, и опасения совершить, поддавшись чувствам, роковую ошибку, обрушив свой гнев на всех, без исключения, представителей религиозной конфессии.

Седой прекрасно отдавал себе отчет в том, что нельзя винить в смерти Миланы и Наташи всю эту, как он ее именовал, – «богадельню». Без сомнения, многие из проповедников несли своей пастве мир и добро, убаюкивая страждущие души елейными речами о смирении, всепрощении и благодати, ожидающей истово верующих в чертогах Зетро. Посмертно …

Себя Решетов никогда не ассоциировал с верой, как таковой. Да, возможно, что где-то в неведомых далях или измерениях и существовала некая сила, каким-то образом влияющая на реальность. Но верить в придуманные людьми мифы, причем – придуманные с определенной целью, разум Седого категорически отказывался. Это там – на далекой Земле …Что же касается «богов Зетро», то после знакомства с Аанс Сергей получил шанс воочию убедиться в том – чего на самом деле стоят многотомные откровения местных святош. Все божественные проявления сводились к присутствию на Лэйне инопланетного куратора, мягко корректирующего жизнедеятельность подопечных. Вполне возможно, что и на Земле орудовал коллега инопланетянки …

Если бы ему довелось оказаться в Главной резиденции алкад еще несколько дней назад, после вероломного нападения и похорон дорогих людей, то Решетов, без сомнения, обрушил бы на лэйнских монахов всю силу своего гнева. Но, прошло время, и рассудок убитого горем мужа слегка остыл, позволив тонким росткам рациональности приглушить зов отмщения. Вдобавок, весьма немаловажным нюансом был загадочный черный круг на золотом плаще …

Завидев впереди крепостную стену великого древнего города, Седой натянул поводья и остановил Тайла. Следует заметить, что Решетов давно уже отказался от метода управления скакунами, которым издревле пользовались аборигены – держась за их изящные тонкие гора. Специально для него кожевник смастерил упряжь. Тайл поначалу воспринял это нововведение в штыки, но вскоре покорился непреклонной воле наездника. Вот и сейчас, едва Сергей натянул поводья, Тайл возмущенно заржал, но совершенно по иной причине – там, впереди его ждали кормежка и отдых! Лучи заходящего Зетро окрасили стену и видневшиеся за ней роскошные здания в кроваво-алый цвет.

«Весьма символично, учитывая цель, с которой я прибыл сюда!» – недобро улыбнулся Решетов. «Делай что должно, и будь что будет!» – словно в ответ на его минутное замешательство, пришло на ум распространенное на Земле изречение. Седой ударил Тайла каблуками и направил его в сторону городских ворот.

Массивные, окованные сталью створки огромных ворот уже готовили к закрытию. Седой ударил кайсана ладонью по крупу, заставив ускориться. Трое стражников на входе профессиональными взглядами прошлись по силуэту одинокого всадника. Один из них – розовощекий молодой детина устремился навстречу путнику. Двое других, скрестив на груди руки, снисходительно наблюдали за проверкой. Седой невесело усмехнулся: сразу видно – «обкатка» молодого рекрута в деле. Он извлек из сумки верительную грамоту и дежурным жестом протянул ее стражнику. Тот повернулся спиной к лучам заходящего светила и, важно нахмурив брови, прочел:

– Так … Легата Сергей Решетов … Ага …Так. – Он поднял пронзительный (как вероятно ему казалось) взгляд на всадника. – С какой целью гетаро прибыл в Тиран?!

– Надо. – Сухо ответил Седой.

Парень мгновенно растерялся – нечасто воины ворот, слывшие элитой городской стражи, слышали подобные пренебрежительные ответы. Даже от знати. Его румяные щеки еще больше зарделись и, брызнув слюной, он воскликнул:

– Позвольте! Меня не устроит подобное объяснение! Будьте добры объяснить цель своего визита.

Сергей холодно взглянул стражнику в глаза и промолчал.

В этот момент поспешно приблизился один из «старших товарищей». Воин выхватил у подчиненного грамоту и бегло прочел ее. После этого он протянул документ Решетову и кивнул:

– Проезжайте, легата. Добро пожаловать в Тиран!

Он приобнял стажера за плечи и повел в сторону, что-то горячо шепча тому на ухо. До слуха Сергея донеслось сказанное чуть громче слово «Седой». Он оглянулся и успел поймать нацеленный на него изумленный взгляд молодого стражника.

На улицах уже совсем стемнело, когда Решетов достиг своей «резиденции». Запоздалые фонарщики неторопливо сновали по улицам с факелами, освещая центральные районы города.

Что и говорить, Тавр не поскупился на подарок – шикарный трехэтажный дом в самом престижном районе столицы. Поначалу Решетов, за долгие годы привыкший к убогому пространству своей земной «хрущевки», оторопел – это куда же столько комнат?! Их, кроме мебели, на этой планете и заставить-то было нечем. Впрочем, Милана, привыкшая к роскошным апартаментам, довольно быстро сориентировалась, и дом исполнился мебели из ценных пород дерева, ковров и прочей утвари и изысков, характерных для жилищ местного дворянства.

Но оба они, и Милана, и Сергей лишь несколько раз наведывались в столицу, и то – лишь по делам, Пару раз его приглашал сам Тавр, а еще раз – Андрей Разумов, состоявший в военном совете Великого лорета. В отсутствие четы Решетовых дом навещала приходящая прислуга. Постоянно же в резиденции Сергея находился лишь сторож.

Следует отметить, что правитель по достоинству оценил своего нового советника – Андрея Разумова. Пришелец с другой планеты внес весьма ощутимый вклад в организацию служб воинских подразделений Тирантома. Полковник, помимо того, что был специалистом взрывного дела, оказался отменным рукопашником, стратегом и тактиком.

Обговорив с Тавром основные этапы реформирования армии, Разумов принялся за дело. Вскоре войска Тирантома вышли на совершенно иной уровень. Отныне даже Эрмин, с которым со времен Десятилетней войны Тирантом поддерживал весьма своеобразные «дружеские» отношения, напоминавшие «холодную войну», стал заметно осторожнее в притязаниях по тем или иным внешнеполитическим вопросам.

Однажды Разумов по секрету поделился с Сергеем своими планами по изготовлению в промышленных масштабах пороха, литью пушек, а по возможности – и разработке стрелкового оружия.

– Андрюха, вот нафига тебе это?! – поморщился Седой. – Живут люди тихо, мирно. Нахера им твоя артиллерия, мины, ружья и прочие приблуды? Я и так скаялся уже, что притащил в этот мир конструкцию арбалета! Глобальных военных конфликтов здесь, как я понял, нет со времен Десятилетней войны, произошедшей несколько сотен лет назад. Все вопросы решаются с помощью дипломатии. Зачем их вооружать?

– Вот, на случай подобной Десятилетней войны и пригодится. Впрок, так сказать! – с жаром ответил Разумов. – Никогда не помешает иметь несколько козырей в рукаве!

– И ты, конечно, уже поделился с сюзереном громадьем своих планов?! – саркастично вопросил Седой и сплюнул.

– Ну … Так – кое-что …, – уклончиво ответил Андрей.

– Тьфу! – снова сплюнул Сергей. – Ты же, маза фака, совсем недавно выбрался из мясорубки, устроенной здесь земными любителями ноу-хау! И лишь чудом удалось предотвратить зомби-апокалипсис! И опять туда же! Эх, была бы здесь Аанс! Она бы тебя быстро экстрадировала на историческую родину!

– Серег, – Андрей нахмурил лоб и опустил глаза. – Ты меня совсем-то за шовиниста отмороженного не держи! Сказано тебе – до исключительного случая разработки не получат применения! Я все сказал!

– Смотри, полковник, – вздохнул Решетов. – Поверю пока … Нам, Андрюха, жить теперь на этой земле. Не хотелось бы превратить ее в аналог нашей Земли со всеми вытекающими.

Сейчас, припомнив этот давний разговор, Сергей с сомнением покачал головой – сдержал ли полковник свое слово?

Он спешился, провел пальцами по прутьям кованой изгороди и обомлел …Газоны вокруг его «фазенды» были сплошь усеяны роскошными цветами, а вдоль изгороди были высажены аккуратно подстриженные карликовые деревца хвойной породы.

– Фигассе! – пробормотал он себе под нос и толкнул скрипнувшую в ответ створку ворот.

Не успел он подойти к входной двери, как она медленно приоткрылась. Из проема плавно «вытек» поджарый мускулистый человек с обнаженным клинком. На один короткий миг мышцы Седого напряглись, а рука потянулась за спину – к рукояти меча. Но уже в следующее мгновение он расслабился и негромко произнес:

– Орасо, свои.

Впрочем, предупреждение было уже не нужно – привратник узнал своего легату и вложил меч в ножны.

С этим парнем Седой познакомился еще будучи смертобоем, их клетки стояли рядом и иногда они перекидывались парой-тройкой дежурных фраз, а потом и вовсе между двумя бойцами-смертниками возникло что-то, напоминающее дружбу. Сергею нравился этот немногословный человек – никакого кича, понтов и прочего, чего с избытком хватало среди собранных в лагере воинов арены висельников, извращенцев, предателей и прочего сброда.

Когда-то Орасо был простым солдатом. Но все изменилось в одночасье, когда он плашмя огрел мечом не в меру раздухарившегося пьяного офицера по заднице. Естественно, никто не стал докапываться до сути произошедшего – на следующий же день солдат был приговорен к смертной казни. А ввиду того, что к этому времени Тавр уже объявил полномасштабную вербовку смертников в ряды смертобоев, Орасо предпочел казни смерть на арене. И, судя по тому, что он выжил в этой кровавой мясорубке, – мечником он был отменным.

Однажды, уже после того, как была уничтожена армия мутировавших зомби, Решетов не спеша брел по широкому проспекту Тирана. И тут ему навстречу попался его былой соратник! Оказывается, он провел несколько фееричных поединков, чем очаровал Тавра Справедливого, за что тот великодушно даровал ему свободу.

Не имевший семьи, потерявший службу, экс-боец армии Тирантома уже подумывал было податься в наемники, как совсем неожиданно судьба столкнула его с Решетовым. Естественно, Сергей с ходу предложил ему за приличную оплату присматривать за домом, в который он наведывался даст Бог пару раз в году. Отныне Седой мог не беспокоиться за сохранность своего имущества, да и было в случае чего с кем распить бутыль вина и поговорить о жизни.

– Легата! Какими судьбами? – в сумерках блеснула открытая и добродушная улыбка привратника.

Болезненная гримаса исказила лицо Седого, и он, хлопнув былого соратника по плечу, грустно ответил:

– Пойдем в дом, брат. Устал я с дороги. Там и поговорим. И, будь добр – накорми и пристрой моего скакуна.

Орасо молча кивнул. И тут Решетов неожиданно широко улыбнулся и повел вокруг рукой:

– Слушай, я буквально теряюсь в догадках – откуда все это? – спросил он, имея ввиду роскошные клумбы и аккуратно постриженные экзотические деревца. – Насколько я помню – садовника я не нанимал!

– Ну, – смущенно ответствовал привратник. – Особых дел у меня здесь нет – кто же осмелится напасть на дом самого великого смертобоя Тирана?! Вот я и решился заняться этим на досуге – благо, знакомый садовник у меня есть – научил кое-чему. А потом оказалось, что мне это даже по душе.

Орасо умолк, с грустной улыбкой смущенно растирая ступней пыль перед собой.

– А знаешь, в этом что-то есть! – Седой хлопнул его по плечу. – Бывший солдат, бывший смертобой, ныне – ландшафтный дизайнер. Эволюция, брат! Лады, веди меня в дом!

Привратнику видимо очень понравилось звание «ландшафтного дизайнера» – довольный, он приоткрыл дверь, пропуская Сергея вперед.

Утром, облачившись в свой лучший камзол, Решетов накинул поверх него темный плащ из дорогого сукна и задумчиво взглянул на ножны с мечом – туда, куда он собрался, с оружием все равно не пропустят.

– Легата, тебя сопроводить? – Орасо слегка прищурил свои карие глаза. – Ввиду того, что ты мне рассказал накануне, наличие лишнего клинка не помешает.

– Нет, дружище, – покачал головой Сергей. – Я еще сам не знаю – как сложится сегодняшний день. Побудь здесь, но на всякий случай будь готов к любому повороту событий.

Орасо с пониманием кивнул, а Сергей, мягко прикрыв за собой дверь, вышел на залитую лучами утреннего Зетро улицу.

Поначалу он решил пройтись пешком – благо, и дворец лорета и Верховная резиденция алкад находились неподалеку. Но потом, осознав, что вид богато одетого всадника на роскошном скакуне произведет более благообразный вид, все же снарядил Тайла для прогулки. Выстраивая маршрут следования, он до последнего момента сомневался – куда сначала ему направиться, а потом взмахнул рукой и пошел в сторону Главной «богадельни».

Ранее Сергей никогда с пристрастием не анализировал подходы к «святая святых» и организацию охраны этого объекта. Теперь же, подойдя к высоченной кованой ограде, покрытой позолотой и увенчанной остроконечными шпилями, он со вздохом констатировал тот факт, что просто так к снующим по огромному зданию людям в золотистых плащах не подберешься. Единственные ворота охранял патруль гвардейцев лорета, а по периметру, в ключевых точках, несли свою службу часовые. Похоже, что никто из самих алкад не принимал участие в организации охраны резиденции, что, похоже, подтверждало догадку о том, что среди монахов не было воинов.

Решетов достиг ворот и вежливо поинтересовался у одного из гвардейцев:

– Воин, будь так любезен – сообщи мне имя человека, заправляющего здесь всем. Я не силен в тонкостях иерархической лестницы алкад, но мне очень нужно поговорить с главным.

По тому, с каким безмерным удивлением взглянул на него часовой, Сергей мгновенно понял, что при обращении нарушил все мыслимые и немыслимые нормы морали и этики, царящие в этом закрытом мирке. Он тут же поспешил исправить положение.

– Послушайте, мне право неудобно, но я уже много лет не посещал столицу. Провинция, знаете ли …

Гвардеец практически с презрением взглянул на него и проворчал:

– Кто ты? И почему интересуешься такими вещами? Документы!

Последнее слово было произнесено явно в приказном порядке.

Решетов почувствовал, как в крови закипает адреналин. Он скрипнул зубами и довольно небрежно протянул солдафону свою грамоту. Тот внимательно прочел документ, вернул его владельцу и с каменным лицом задал совершенно идиотский вопрос:

– Что вы хотите, легата?

Едва сдерживая негодование, Сергей негромко ответил:

– Я уже сказал – мне нужно переговорить с главным алкадом.

– Это невозможно, – был короткий ответ.

Сергей нервно переступил с ноги на ногу, приблизился к стражу и прошептал:

– Кто твой командир, болван?!

– Информация не подлежит разглашению, – без малейшей эмоции, словно робот ответил тот.

Седой тихо зарычал и взглянул на остальных стражников. У одного из них он заметил золотистый лоскут, повязанный выше локтя. По всей видимости, так здесь отмечали старших караула.

– Эй! – взмахнул он рукой, привлекая внимание воина.

Тот размеренной походкой приблизился к участникам инцидента. Колючие серые глаза «ощупали» фигуру утреннего визитера.

– Что здесь происходит? – угрюмо поинтересовался старший.

– Еще раз объясняю, – терпеливо произнес Решетов. – Я прибыл сюда для серьезного разговора с верховным алкадом. Сообщите ему о моем приходе, я подожду ответа здесь.

– Мы не имеем полномочий обращаться к алтари Кадусу, равно как и к его ближайшим приближенным, – монотонно произнес начальник караула.

Сергей в очередной раз задержал дыхание, терпеливо досчитал в уме до десяти и вновь обратился к гвардейцу:

– А у кого, мать твою, имеются такие полномочия?! – естественно, выражение «мать твою» было оформлено на русском языке.

– Вы можете оставить письменный запрос на аудиенцию, который мы передадим по цепочке. Оставьте свой адрес и в течение десяти-пятнадцати дней, возможно, вам доставят ответ.

Терпение лопнуло. Едва сдерживая желание расшвырять по сторонам этих бездушных остолопов, Решетов прорычал, мешая язык Тирантома с русскими матами:

– Сука, запрос, да?! Я, бля, устрою тебе запрос! Через несколько часов я вернусь сюда с убойным документом и этим самым документом нахлопаю по твоему исполнительному хлебалу! Пардоньте за мой французский, но иначе с вами, дегенератами, не пристало разговаривать адекватным людям!

Не поняв и половины из произнесенного странным собеседником, гвардеец на всякий случай вытянулся по стойке «смирно» и отдал честь экспрессивному легате.

Решетов плюнул ему под ноги, вскочил в седло и устремился в сторону дворца лорета …

Хвала богам Зетро, во дворце Великого лорета его знали достаточно неплохо. По распоряжению начальника караула исполнительный слуга тут же принял у Седого поводья Тайла, а коридорный немедленно препроводил к покоям самого лорета, предупредив его однако по пути:

– Легата, какое-то время вам придется ожидать приема. Разумеется, только пока я доложу о вашем прибытии. Великий лорет проводит военный совет именно в это самое время, поэтому неизвестно – сможет ли он принять вас немедленно.

– Обожаю военные советы! – сквозь зубы пробормотал Решетов. – Передай лорету, что я непрочь поучаствовать в этом грандиозном событии.

Время шло, а Сергей так ни на шаг и не приблизился к своей цели. Сначала болваны на страже «богадельни», теперь вот – военный совет, который может затянуться на неопределенное время! Вынужденное бездействие, обусловленное бюрократическими препонами, выводило его из себя!

Тем не менее, взяв себя в руки, Решетов покорно присел на какую-то вычурную, излишне мягкую и крайне неудобную скамеечку в ожидании аудиенции.