Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

12. Ответный ход

Снова в комнате со спящей архимагессой, мать её ити, Юнолиной! Быстро пересказываю народу план принцессы, который тут же принимается с ходу. Даже менять ничего не стали, понимая, что от экспромта не обойтись всё равно, но люди все опытные – справимся.

Остался последний, самый сложный для меня момент сегодняшней ночи – объяснение с ревнивой жёнушкой, которая, уверен на все сто, видела наши с Греяной «тёрки». Вопреки ожиданиям, Фанни сидела по-турецки на кровати и размазывала слёзы по щекам… Молча!

– Ты чего? – спросил я, усевшись рядом и нежно обняв любимую. – Ну, бывает! Подумаешь, увидел голую принцессу!

– Я тоже видела… Всю! Она прекрасна! Ничего ни убавить, ни прибавить, а какие… Не то, что мои! – всхлипывая ответила Колокольчик, приложив две дули к своей груди. – Прыщииикииии! А сама я – толстая! Жру, как Парб, не останавливаясь! Сегодня на шутовском наряде пуговица отскочила, когда его застёгивала, а раньше немного велик был! Ты-то, молодец! Так ответил принцессе, что гордость за тебя взяла, только посмотри внимательно – живёшь с уродиной! Увееедёёёттт… – снова разрыдалась она, смешно оттопырив нижнюю губку.

Так! Чего-то опять не в ту степь её понесло, будто беременная от всего настроениями всякими неадекватными в разные стороны кидается. Кретин! Она ж и так беременная! Теперь понятно, откуда чё! Если Фанька и раньше тихоней не была, то теперь можно умножать всё на два, а то и на три… четыре… пять… С неё станется! Рассказывал мне Сергеич, как его жена третью дочку вынашивала – ужасть! Теперь начинаю сам ощущать в полной мере.

– Солнышко, – попытался я образумить любимую. – Ты совсем не толстая, а кушаешь много, потому что будущего ребёночка кормишь. Это не ты сладости таскаешь, а он, и оторванная пуговица тоже его рук дело – тесно стало в твоих старых одёжках. Если бы принцесса беременной была, то… Видела памятник Императору Ипрохану, накрытый большим мешком до начала Праздника Зимы?

– Ну? – резко перестав истерить, спокойно посмотрела она на меня.

– Вот такой же большой наряд Греяна носила бы, а ты пуговку пожалела!

– Допустим, но с такой грудью, как у неё, никто бы этого не заметил. Точнее, заметили бы все красотень идеальную! Их же можно вместе и по отдельности вместо Ипрохашки памятником ставить!

– А потом налетят голуби и засрут… – хихикнул я.

– Пусть! Так завидую, что даже рада буду!

– А хочешь, я тебе завтра на двух страницах перечислю, почему твоя миниатюрная намного лучше?

– Это пока не родила! Потом обвиснет – я видела такое!

– Значит, снова напишу о пользе мягкой, маленькой груди в делах семейных и утехах с мужем, но уже на трёх листах!

– Зная твою изворотливость, хоть десять листов испортишь! Соврёшь – возьмёшь недорого! Сколько с тобой общаюсь – постоянно какие-то тайны и недомолвки, о которых случайно узнаю! – стала уже зло заводиться Фаннория.

Так… Успокоил – уже хорошо! Теперь попытаемся зайти с другого боку.

– Что ж… К Греяне, так к Греяне… Не хочу от тебя никуда уходить, но если так будет лучше…

– Чегоооо?! Не пущу! – вскочив как ужаленная, жена встала передо мной, расставив руки.

– Сама ж…

– Да я! Ну да… – внезапно «сдулась» она и снова присела на кровать. – Прости, Илий. Понимаю, что глупости несу, а не могу сдержаться. Постоянно что-то плохое жизнь портит с малолетства – устала в себе носить, а тут и сама меняться стала. Знаю, что пуговица – ерундовина, и что к Греяне, хоть она уж совсем не ерундовина, ты по доброй воле в постель не залезешь, но такие страшные картинки без моего ведома в голове всплывают, что выбешиваюсь вся. Ещё раз прости – сама не знаю, чего хочу.

– Ничего! Будем вместе и всё преодолеем. Разберёмся в твоих желаниях! Вот, что ты хочешь сейчас? – обнял Фаннечку, надеясь на бурное постельное примирение.

– Да… Лучше не спрашивай! – смутилась жена.

– Ну же!

– Ток не смейся! Укусить…

– Ещё раз, не понял?

– Прямо челюсти сводит, как укусить хочу.

– На!

Я шутливо протянул ей руку, и Колокольчик тут же вцепилась в неё хваткой бультерьера.

– Блин! Ты реально хотела?! – спросил, виновато вжавшую плечи супругу, рассматривая след от её зубов, по которому опытный стоматолог может легко составить полную картину кусательно-жевательных приспособлений одной странной особы.

– Извини…

– Ладно! Сам виноват! Полегчало хоть?

– Немного есть.

– Что?! Ещё?!

– Ну…

– Печеньем откупиться можно?

– Попробуй. Всей вазочкой! А пуговицы потом все перешью!

Слава Творцам, приступ каннибализма после половины умятых сладостей отпустил новоявленную хатшу. Через некоторое время довольная жена сидела на кровати и, болтая ножками, интересовалась с набитым ртом:

– Фкафи, Ивий! А я пфафда кфасивая?

– Я ж тебе каждый день это твержу!

– Хащу сефодня, уфлысать.

– Самая наипрекраснейшая в двух мирах! – честно ответил ей, убирая крошку с покрасневшего от недавнего рёва носа.

– Ага… Ещё и самая кусачая! – уже нормальным голосом добавила она, проглотив очередную конфету.

– И это меня радует.

– Ты нормальный, муж?

– Конечно! Представь, что сейчас выходишь в коридор и цапаешь гвардейца на посту за его мускулистую, волосатую руку.

– Прекрати! Тошнит!

– Переела?

– Не дождёшься! От чужого гвардейца волосатого!

– Получается, что я для тебя самый родной, самый сладенький и любимый!

– Самый себялюбивый, ты хотел сказать?

– Тебялюбивый!

– Уже лучше! Уговорил, демон хитрющий, гаси свет и … Пусть ещё чего-нибудь пожевать принесут, а то, не дай Творцы, опять грызнуть тебя захочется, а тут уже противоядие на тумбочке у кровати дожидается. Обещаю громко не чавкать! – хитро подмигнув, предложила Колокольчик.

Судя по пустой посуде и крошкам на кровати с утра, я избежал страшной гибели, а улыбающаяся Фанни крепко спала, видимо, устав всю ночь «бороться» за мою жизнь. Пуговицы – фигня! Чую, пора заказывать ей несколько новых одежд «на вырост»!

Аудиенция у Ипрохана случилась лишь во второй половине дня, так как Владыка был не в настроении и не хотел никого видеть под страхом смертной казни. В такие моменты хандры никто не смел его тревожить, если, конечно, не искал верного способа самоубийства за казённый счёт.

Я и все главные члены экспедиции в Харию сидели у королевских покоев, слушая стоны новых фрейлин, пришедших «порелаксировать» венценосную голову. Вот три бабёнки важно вышли и посмотрели на нас такими же брезгливыми взглядами, как и их предшественницы, выпнутые большим гвардейским сапогом из дворца, смотрели до этого. Каждый раз задаюсь одним и тем же вопросом: где Ипрохан себе таких потасканных находит? Дамы, пусть только и по названию, но благородные, а выглядят, словно дешёвые шалавы рыночные. Что эти, что прежние… Ладно! Чужие вкусы обсуждать не стоит, пока не тронули твои – сейчас, главное, хорошо с корольком отыграть, а не о его пассиях философствовать!

– Чё приперлись? – хмуро спросил Владыка, сидя на кровати с бокалом вина. – Везде от вас покоя нет.

– Важное и очень тревожное дело, господин! – выступил вперёд Сыч. – Ваша безопасность!

– Чего? – побледнел король. – Опять покушаются?!

– Нет, но есть нехорошие предпосылки. Может, начать по порядку?

– Приказываю!

– Ваше Величество! Несколько дней назад мы, вот с этими господами, – с поклоном продолжил глава «серых», показав на нас, – отправились в Харию, чтобы на месте осмотреть будущую Школу Шутов. По прибытии в замок все ужаснулись страшной картине – ни одного живого человека в округе, а только трупы. Уважаемый архимаг Кортинар провёл осмотр, но ничего не нашёл, кроме одного – раньше Харию окружала защита, очень похожая на ту, что бездушный сам помогал делать – на защиту Босвинда!

– Чего?! – вскочил Ипрохан. – Срочно Гвардию туда! Если принцесса пропадёт…

– Нормально всё с ней! – успокоил я. – Лично видел – сидит спокойно.

– Ты? Как?

– После того, что поведал архимаг, мы с Сычом сразу подумали о том, что если Хария, являющаяся оплотом предателей, была умерщвлена вся, несмотря на защиту, то подобное может ожидать и в Босвинде. А то и ещё хуже – похищение принцессы, как ты правильно заметил, Владыка. Поэтому, посовещавшись, мы решили на время скрыть преступление в Харии, переместившись с помощью возможностей архимага к стенам, где содержится твоя дочь. Слава Творцам, непоправимого ещё не произошло, и Греяна находится в относительной безопасности, но то, как я легко прошёл через все кордоны прямо до кабинета принцессы – это ужас! Успел даже переговорить с ней немножко – очень серьёзная особа!

– Кто тебе позволял, дурак, соваться в те места, куда не следует?! – зло ощерился король, – О чём вы с ней говорили?!

– Говорили? Да особо и не о чём – познакомились. Она сказала, что не верит, будто бы я шут. А разрешение разве не ты мне сам своей владетельный рукой дал недавно? Там про то, что в Босвинд соваться нельзя – ни строчки. Тем более, момент был критический и пришлось рисковать ради королевства.

– Прощён. Дальше.

– А дальше уже стало совсем смешно, Великий! В комнату заходит красотка из архимагов, что следят за Босвиндом! Так я, мало того, что её обезвредил, так ещё и из замка выкрал! Понимаю, что магии не поддаюсь, но кто так бездарно руководит остальной охраной? Сегодня вынесли архимагессу, а завтра принцессы недосчитаемся?

– Веблия… Сука! – шибанул Ипрохан по спинке кровати. – Предала!

– Ни в коем случае! – возразил Сыч. – Скорее, её любовник Пириасс выведал у неё кое-какие секреты и с помощью островных магов построил защиту вокруг Харии. А немагическое прикрытие Босвинда… Тут к ней, конечно, претензий много, но не стоит забывать о том, что Первая Советница разбирается хорошо только в магии, а военное дело – не её абсолютно. Скорее, мы все недоглядели, отдавая такое важное дело в одни руки.

– Да… Прав ты, Сыч! Вы все недоглядели! И что теперь? Так… Доставить Греяну во дворец! Пора с ней кончать – и так слишком долго тянул.

Вот ведь выверт, но… Только не для нас! Хорошо знает барышня своего папашу, поэтому сразу поняла, чего ему захочется в первую очередь.

– Будет сделано, Ваше Величество! – вытянулся по струнке Глава Тайной Стражи. – Хотя есть вариант поинтереснее!

– Ну?

– Незаметно полностью изменить защиту Босвинда и ждать гостей в него! Уверен, что будут слетаться, как мухи на липкое! Советницу Веблию, конечно, к такому подпускать не стоит – захочет реабилитироваться перед тобой за промах и от чрезмерного энтузиазма может опять ошибок наделать, но у вас есть я, у вас будет в скором будущем «три Ш», также два архимага – Кортинар и Юнолина, которые разбираются в системе старой магической защиты и смогут создать новую.

– Если надо проверить – всегда готов! – подал голос и я. – По мне, мысль стоящая. А если пустить слушок, что туда легко пробраться, то телегами вывозить шпионов будем, пока во всей Маллии не закончатся! Юнолина эта, кстати, и во дворец была тайком протащена мною! Делай выводы, Владыка! Везде «решето», а гвардейцы только смотрятся красиво, так как им на поле боя мечом махать самое то, а не караульную службу нести – расслабляются они на ней без постоянного чувства опасности. Здесь «серые» шустрить должны, а красавцев и роты достаточно для церемоний!

– Все вон! – задумчиво буркнул Ипрохан, не поднимая взгляда.

Но не успели мы покинуть королевский этаж, как были повёрнуты обратно, запыхавшимся от бега слугой.

– Значит, так! – Владыка обвёл всех серьёзным взглядом. – Веблия отодвигается от Босвинда совсем. Сыч в течение нескольких месяцев разрабатывает не только новую систему безопасности в нём, но и во дворце, плавно заменяя гвардейцев на своих людей! Архимаги Кортинар и Юнолина передаются мною в ведомство Тайной… Хотя нет! Илий Король Шутов! И колдун, и ведьма на тебе! Ты магии не поддаёшься – угробишь легко обоих, если предательство почувствуешь. Также, по окончании Праздника Середины Зимы переезжаешь в Босвинд личным телохранителем принцессы Греяны… ну, или НЕ телохранителем – какой приказ дам! Понял?

– Я …Э… – такого я точно не ожидал.

– Что морду скривил? – хмыкнул король. – Не навсегда. Как только безопасность Босвинда и магическая, и войсковая будет восстановлена – вернёшься во дворец!

– Я готов, Великий! А жену с собой взять можно?

– Обойдёшься! Потом наразвлекаешься – будет тебе стимул быстрее там все дела уладить.

Я выходил из королевских покоев с чётким ощущением того, что Греяна в своём технически точном, эмоционально выверенном плане сознательно упустила один «малюсенький» момент – решение о моём переезде в Босвинд. Что ж, её игры с шутом продолжаются, и этот ход за ней…

13. Как сделать праздник

Праздник Середины Зимы… Первое впечатление от него у меня сложилось, как от земного Нового Года, но это было в корне неверно, тем более, год в Маллии начинался с первым днём весны и вообще никак не праздновался. Праздник Зимы – это, скорее, праздник веры в лучшее, когда люди пережили половину суровой погоды и уже начинают отсчитывать время, приближающее их к теплу. Такой вот преодолённый эмоциональный этап. Я в начале подготовки хотел серьёзно «оседлать» Санима Бельжского и его архивариусов на предмет сбора полной инфы по традициям, истории и празднованию Середины Зимы, но получил лишь историческую выписку, в каком году какой Владыка его основал.

– Ну, а что ты хотел? – развёл руками казначей, видя моё непонимание. – Праздник есть – достаточно! Каждый празднует его, как хочет. Кто может – пьёт в кабаках, кто не может – ложится спать. Большинство спят, так как денег и продуктов на гулянку нет – тут бы до весны дотянуть. Дворцовые приёмы все стандартны, хотя после проведённого тобой Праздника Молодого Вина, думаю, кое-что поменяется, точно.

Вот тут-то у меня просто зачесались руки! Это же какой коктейль из известных мне гуляний можно сварганить! Тем более, никак не укладывалось в голове, что на зимнем празднике нет родного новогоднего настроения, без которого просто не кайфово делать очередную попойку! Надо привлекать массы! Хорошо сказал, но как это сделать? Деньги-то не у меня, а в казначействе хранятся. Поэтому я, втайне даже от Фанни, стал кропотливо, ориентируясь на те или иные цены, поднимая различные мифы и легенды Маллии, составлять план мероприятий с введением новых идей не только во дворце, но и по всему Гархему.

Когда, наконец-то, мой труд был готов, я предоставил его на рассмотрение Саниму.

Он долго его изучал, вчитываясь в каждую строчку, потом не менее долго рассматривал мою сосредоточенную морду и лишь затем с чувством изрёк:

– А ты же мне раньше нравился…

– Чего не так-то?

– Всё, Илий! Начнём с эээ… Детских подарков. Ты предлагаешь просто так раздавать на улицах молочные орехи, пяток которых стоит четверть медной монеты! Теперь давай посчитаем сколько в столице детей. По моим сведениям, наберётся тысяч десять-двенадцать минимум. Это какие же деньги, если перевести в золотые!

Тут я расслабился, так как Саним ухватил сразу то, что я хотел, и к этому вопросу подготовился, как студент к одному-единственному билету. К слову, об этих молочных орехах. Маленький такой кокосик величиной с яблоко, а внутри у него… слегка разбавленное сгущённое молоко! Понимаю, что ненастоящее, но сладкое и неотличимое от той же самой «Коровки из Кореновки»! Я частенько покупал молочные орехи и ностальгически выпивал по несколько штук. Кроме молока внутри содержалось мягкое ядрышко бесподобного вкуса. У всего этого великолепия был всего один маленький минус, не дающий ореху превратится в героя кухонь – несмотря на долгое хранение, после вскрытия скорлупы молоко скисало и обесцвечивалось через пару минут, а ядро становилось твёрже камня, поэтому их если и покупали, то только, как сиюминутное, несерьёзное лакомство. А сами торговцы брали на реализацию мало и неохотно, так как среди знати, которая могла закупать их оптом, молочные орехи считались десертом простолюдинов. Росли они в основном в лесах Толлии, находившейся по соседству от Нагорного королевства, и из-за этого неудачного расположения, захваченной Ипроханом первой.

– Удивляюсь тебе, господин казначей! Дальше собственного носа не видишь! Не посмотрел КТО и КАК их будет раздавать.

– Всё я вижу, молодой человек! «Серые», а также солдаты подразделений, переодетые в костюмы весёлых помощников Творцов – фифулей! Орехи должны вручаться со словами: «Молодец! Творцы довольны тобой! Будешь хорошим ребёнком – жди гостинца следующей зимой!» Ничего не путаю? Кстати! Костюмы тоже денег стоят немалых!

– Да, что вы говорите! – всплеснул я руками. – По моим сведеньям фифуль носит мешок с дырками для головы и рук, перепоясан верёвочкой и на башке у него шапка, вывернутая наизнанку. Такие костюмы служивый народ сам себе без ущерба за пять минут сделает. Да! Щёки пусть не забудут красным намазать, чтобы совсем сходство было!

– Ладно! Но орехи! – не сдавался жадный казначей, торгуясь не хуже демовилура Сита.

– Про инвестиции слышали?

– А ты, шут, про шутки?

– Понял! Раз слышали, то молочные орехи эти – дно золотое, если правильно к делу подойти! Я посмотрел – можем их скупить большим оптом по цене не двадцать штук за медяк, а шесьдесят! Уверен, что продадут, так как слишком много их в Толлии! Дальше… Всего один орешек попадает в руки ребёнка не от какого-то там простого мужика, а от сказочного фифуля, который ещё обещает и на следующий год прислать такой же за хорошее поведение. Саним! У тебя три дочери! Что они, когда были маленькие, сделали бы на следующий Праздник Середины Зимы? Уверен, что печень бы тебе выели вопросом, где молочный орех. А ты бы что? Побежал покупать, как миленький, лишь бы не слушать их нытья, и тихонечко бы подкинул каждой в комнату, говоря, что пока детишки спали, волшебные фифули им подарочки в шкаф или под подушку положили. Так?

– Ну…

– Другие родители не лучше! И получается, что каждый бесплатный орех сегодня, обернётся покупками его сотоварищей каждую зиму, превратившись в ритуал, от которого уже не отвертеться взрослым! Вначале только в столице, а потом и дальше развернётся зимнее ореховое безумие.

– Подожди-ка, Илий! Если торговый дом при казначействе издаст указ о том, что торговать орехами можно только ему, то… Слушай! – расплылся в улыбке Саним, явно просчитав в своей математической голове уровень доходов от моей авантюры. – Хватит тебе шутом притворятся – иди ко мне работать!

– Мне и так хорошо! Продолжим?

– Как знаешь! Бочки с вином… Это понятно – в честь Империи Ипрохан как бы проставляется. Но вино разбавим, чтобы не упились! Согласен и с народными развлечениями, типа, достань сапоги с шеста – дёшево и весело! А вот печь зачем на Дворцовой площади ставить?

– Не просто печь, а разукрашенную всякими поделками! В ней мы будем сжигать… грязный снег, как символ того плохого, что было в прошлой доимперской жизни. Пойми, людям надежда на хорошее нужна, а тут, если сам Император Ипрохан Основатель так с Творцами договаривается, то, может, дома стоит печь или камин украсить и кинуть в него снежок олицетворяющий все беды и неудачи прошлого? Авось, поможет! И ведь у кого-то время до следующей зимы действительно сложится удачно, о чём и будет растрезвонено счастливчиками на каждом шагу, подтверждая новое поверье. Люди семьями начнут украшать печи, создавая настоящий праздник в доме и на время забывая о трудностях. Главное – на украшения не скупиться, чтобы Творцы оценили.

– А «правильные» украшения опять будут у имперского казначейства! Гениально! – зааплодировал Саним. – Если ещё с хорошим призом смотрины через годик-другой провести на лучшее оформление печи, то за один Праздник Зимы заработаем, как за весь сезон! И это только начало!

– Задумок много и, поверь, все мои идеи, если не принесут доход, то и не разорят казну. На остальные праздники тоже устроим свои ритуалы, на которых можно подзаработать.

– Поверю! Теперь поверю, но и проверю каждую не один раз! – тепло улыбнувшись, пообещал казначей, вставая и протягивая мне руку.

На том и расстались, оба довольные конструктивными переговорами.

С Главой Тайной Стражи и архимагом Кортинаром всё прошло ещё спокойнее, так как они давно сработанная пара и поучаствовали в таких заварушках в столице, что сразу понимали, где и какая опасность может грозить гуляющим. Их дельные советы пригодились очень, внеся серьёзные коррективы в мой план.

На удивление, не заладилось именно с тем человеком, на которого я надеялся больше всего и ждал как «манну небесную» – с Магистром Замрудом Хохотуном. Причём, не заладилось сразу и жёстко. Все мои идеи были отвергнуты им без объяснения причин, как идиотские. Мол, так не делается, всё не по канонам, конкурсы ненужные, сценки несмешные, не тому он нас учил и не позволит позорить шутовскую братию. Доводы даже не выслушивались, и учитель, с упорством разгневанной пенсионерки, докопавшейся насчёт повышения цен до бесправной кассирши в гипермаркете, твердил одно и то же, выплёскивая непонятный негатив на меня и начисто игнорируя здравый смысл.

На выручку пришёл Сум Ручей, объяснив ситуацию.

– Понимаешь, – сказал он после очередного «закидона» Хохотуна. – Ревнует старик сильно. Он столько лет мечтал с триумфом вернуться во дворец, показав, что отставка главного шута страны была незаслуженной, а тут ты со своими передовыми идеями, крутыми связями и прочим затмил его полностью. Вся мечта насмарку у человека! Ещё и для Школы вместо полусгнившей деревушки целый замок оттяпал, значимость её поднял, а с ней и финансирование, в то время как Замруд десятки лет еле-еле сводил концы с концами, постоянно урезая то одно, то другое. Вот снова и получается, что ты везде молодец, а он зря прожил последние годы. «Потерялся» Магистр… В себе разуверился. Ты б поговорил с ним по душам? Он хоть и злится на тебя, но никого другого слушать не станет.

Тем же вечером, взяв кувшинчик лёгкого вина, явился к учителю в комнату. Тот хмуро исподлобья посмотрел на меня и неприветливо спросил:

– Чего тебе ещё?

– Ничего. Просто узнать хотел, как тут при тебе всё было. Я же попал во дворец сразу и резко, без каких-либо прошлых заслуг, опыта и прочего. Словно дали чистый лист и приказали нарисовать на нём шута, которого раньше и в глаза не видел.

– Значит, плохо учился в моей Школе, если так ничего и не понял!

– Нет. Хорошо учился – иначе здесь бы не выжил. Спасибо тебе за науку. Тут другое… Я опираюсь только на свой дворцовый опыт, а у тебя в своё время было много примеров других королевских шутов. Про них не спрашиваю, но, может, расскажешь, как ты тут выкручивался?

– Это уже никому ненужно!

– Ладно… Не хочешь – имеешь на это полное право. Хотя меня всегда интересовало, как ты в одиночку справлялся с дворцовой сворой, и кто был самым опасным в ней. Извини, что потревожил.

С этими словами я встал и направился к двери.

– Дворцовые дамы… – раздался голос в спину.

– Дамы?! Да ладно, Замруд! Тогда ещё Веблия во власти не была!

– А тут и без неё змей всегда хватало. При прошлом Владыке народ, конечно, был во дворце намного лучше, но приближённые к трону дамочки всегда были отдельной головной болью. Если мужчины могли с помощью доблести или деловой хватки сыскать себе расположение короля, то что оставалось делать женщинам-немагессам, у которых были большие амбиции и никчёмные мужья? Интриговать, продвигая своего бездаря вперёд по карьерной лестнице. Как понимаешь, до дворца добирались лишь самые умные, стервозные и беспринципные особы, готовые на всё ради высокого положения в обществе. И попробуй такую зацепи шуткой! Мне маг Кортинар, тогда ещё просто хороший приятель с широкой душой, даже парочку защитных амулетов сделал, после очередного, почти удавшегося покушения.

– Ого! А ты им какую-то ответочку присылал?

– Ну, не без этого…

Вот так, слово за слово, наша беседа растянулась до самого утра. Замруд незаметно погрузился в годы своего расцвета, с жаром рассказывая всё тому, кто лучше всех поймёт «подводные камни» дворцовой жизни – королевскому шуту. И реально было, чему мне у него поучиться! Дальше он поведал о временах, когда к власти пришёл Ипрохан, а Веблия захватила души магов. О предательствах, казалось бы, верных друзей; о незнакомцах, которые с риском для жизни вставали на его защиту; о том, как практически сбежал в Школу Шутов ночью, за несколько часов до этого выклянчив себе назначение в неё Магистром. Как содержалась Школа Шутов – отдельный разговор. Оказывается, денег, выделяемых Ипроханом, хватало лишь на несколько месяцев полуголодного питания и все преподаватели вместе с начальником охраны Буртом, вкладывали свои собственные средства и «левача» любыми способами на стороне, когда у самих стало в кубышках пусто.

О, как! Я вспомнил своё знакомство с командиром Буртом, когда обозвал его псом, наедающим морду за казённый счёт. Как же сейчас стыдно стало за свои слова! Теперь понятно и его винное скупердяйство – действительно, от сердца последнее отрывал.

Наконец, устав, Магистр умолк, расслабленно глядя на огонь в камине. Я тоже не торопился заводить разговор, переваривая услышанное. Потом встал и, поклонившись, искренне сказал:

– Магистр Замруд Хохотун Лембийский! Вы – великий человек! И я горд, что встретил Вас на своём пути!

– Всё величие в прошлом, – невесело усмехнулся он, – Теперь я, как ты говоришь, пятое колесо в телеге.

– Говорю, но не про Вас! С таким жизненным опытом да с телом, полным сил, Вы только жить начинаете! Кто, кроме Вашей команды, может поднять новую Школу Шутов, которые уже и не совсем шуты? К кому мы можем обратиться за консультацией и советом? Только к учителю Замруду!

– Не льсти, уж… И сами без меня справляетесь.

– Конечно, школа-то правильная за плечами, но все наши ребята ждали Вашего прибытия, потому что как слепые котята иногда тычемся по углам, совершая ошибки. Да и дела затеваются… Как бы Замрудово «пятое колесо» в боевую колесницу не превратилось!

– Что-то ты развыкался – на тебя не похоже. Говори прямо, чего надо.

– Всего! Вы… Ладно! Ты только, Магистр, сам определись, чего хочешь, но учти, что мы, молодые и наглые, просто так в сторону не отойдём, как и ты в своё время, пытаясь построить судьбу собственными руками. Хочешь – игнорируй нас, а ещё лучше – становись рядом! Помнишь, как в одном строю хатшей рубили, Школу и жизни отстаивая? Круто было! Тут примерно то же самое происходит!

– Помню… Всё помню… Иди уже – на улице светло совсем. Спасибо, что терпеливо выслушал старика – никогда столько и сразу про себя не рассказывал… И как отоспишься, то принеси мне ваш план праздника – посмотрю ещё раз на досуге.

После той ночи Магистр, вновь поверив в себя, преобразился и с азартным блеском в глазах включился в работу, на радость всем.

К чему мне всё это вдруг вспомнилось? К тому, что Праздник Середины Зимы и провозглашение Империи послезавтра, а у нас тут «неразорвавшаяся бомба» спит в виде бездушной архимагессы Юнолины. Пора будить и поговорить, но страшновато. Кто знает, чего от неё ожидать можно?