Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Быть может, он еще жив благодаря тому, что его арестовали гвардейцы Тавра? А весть об убийстве алтари – чересчур значимое событие? Еще этот чертов шнурок от его куртки! Скорее всего – ловко сняли во время его первого «оглушения». Итак, все складывается против него. Естественно, в его сказки о «великих и ужасных» воинах ордена, которого не существует уже несколько сотен лет, никто не поверит. Его делают «крайним» … Из героя он превращается в отщепенца и маргинала! «Не, тут что-то очень личное! – тряхнул головой Сергей. – Кому-то до чертиков нужно уничтожить меня морально! Убить репутацию легаты Решетова, а заодно и – Отра! Обитателей поместья объявить заговорщиками. Его сына …»

Седой заскрипел зубами. Так можно фантазировать до бесконечности, занимаясь самоедством. Делать-то что?!

Решетов вновь оценил крепость и тяжесть своих кандалов. Сверхспособности – сверхспособностями, но порвать звенья цепи из прута в пару пальцев толщиной он не мог. Скорее уж – кисть оторвется … Побег при транспортировке в королевскую тюрьму тоже маловероятен, все прекрасно себе представляют – кто он и на что способен. Остается лишь требовать к себе в камеру самого Тавра, но эта затея наверняка заведомо бесперспективна. Итак, что же еще …

Он обхватил ладонями голову, лихорадочно перебирая в голове все возможные варианты вывернуться из передряги …

Спустя какое-то время со стороны двери послышался лязг отпираемого замка. Зарешеченное окошко открылось … Последние лучи Зетро уже едва проникали в камеру, поэтому Седой прищурился, силясь разглядеть того, кто стоял по другую сторону двери. Ему был виден лишь силуэт человека, причем лицо того было закрыто глубоким капюшоном.

– Нидус? – недоброжелательно вопросил узник.

За маленьким оконцем раздался тихий смешок. Седому поначалу показалось, что женский, но незнакомец смачно схаркнул и плюнул через решетку, пытаясь попасть в Решетова. Плевок шлепнулся о стену за спиной пленника.

– У тебя прицел сбит, недоношенный, – хмуро прокомментировал Сергей.

– У палача с прицелом будет полный порядок, – ответствовала темная фигура.

Голос тонкий, неровный то ли от волнения, то ли – от ненависти.

– Ты кто, парнишка? – удивленно спросил Седой. – И какого приперся сюда?

Молодой человек в капюшоне вздохнул.

– Седой …, – вдруг мечтательно произнес он.

– Ну, Седой, – буркнул Решетов. – Дальше что?

Незнакомец тихо рассмеялся, а потом вдруг яростно прошипел:

– Завтра Седого казнят! Поместье заберет корона! А его малолетний сын будет вышвырнут на улицу.

– Ты что за ферзь такой, чтобы расписываться от имени короны? – со злым сарказмом бросил Седой в сторону двери. – Мозгами поплыл?

Посетитель с яростью вцепился тонкими изящными кистями в решетку.

– Кто я?! У тебя не будет времени для того, чтобы это узнать! Ты столько не проживешь! А жаль …

– Так чего хотел-то? – практически добродушно спросил Сергей.

– Взглянуть на твои мучения! – был резкий ответ.

– Посмотрел? Я мучаюсь неимоверно! – Седой явно издевался.

– Решетов! – вскипел незнакомец. – Я хочу, чтобы, умирая, ты знал, что твоя смерть – справедливое возмездие!

Что-то в тоне, манерах и движениях посетителя показалось Решетову до боли знакомым! А ну-ка, крутанем!

– О, как! – расхохотался он. – Целое возмездие, ни больше и ни меньше!

– Да! – не на шутку разъярился странный пришелец, брызжа сквозь прутья решетки слюной. – Если хочешь – личная месть!

Лишь на один короткий миг багровый отсвет заката осветил его лицо. И этого мига Седому с лихвой хватило!

– Когда боги Зетро вышвырнут твою танту от своих ворот и сбросят в гниющую бездну – передавай привет своему папаше!

По тому, с какой яростью взревел молодой человек, Сергей понял, что попал в десятку!

– Как ты …? – прорычал посетитель.

– Я, твою мать, волшебник, – беззаботно ответил Седой. – Кыш отсюда!

Взвыв, словно шакал, визитер поспешно удалился.

Седой тяжело вздохнул. Звеня кандалами, он отполз к стене и прислонился к ней. Вот так, все ложится в масть: палари, провокации на границе и незаконнорожденный ублюдок Сетуса. Теперь понятной стала даже атака на поместье Отра. Как выразился отпрыск покойного принца – «личная месть». Решетова и его семью – в расход. Военный конфликт внесет в ситуацию нужный элемент неразберихи. Тавр болен, и в любом случае дорога у него одна – в чертоги Зетро. Не исключено, что и на стороне Эрмина у заговорщиков есть сообщники … Следовательно, «маленькая победоносная война» может оказаться лишь своеобразным фейком. И дополнительным поводом для переворота! По ее завершении сын Сетуса, словно дАртаньян (который весь в белом), торжественно водружает свой тощий зад на трон Тирантома. Как говорится – «вуаля»!

Внезапно Сергей взглянул на всю сложившуюся ситуацию со стороны и изумленно покачал головой: «Если все мои догадки верны и не являются бредом сумасшедшего, то … Уж слишком ты стал способным к аналитике, Сережа! Раньше подобного за тобой не водилось! Суметь «размотать» за один день суть сложного заговора! И это в придачу к способностям ломать кулаком лобовые кости гигантских азаро и поджигать прикосновением ладони деревянные палки. Не говоря уже о способности организма к восстановлению и регенерации. Да уж …»

Его размышления вновь свернули было в русло новообретенных способностей и участия во всем этом исчезнувшей инопланетянки, но через минуту он решительно погнал их прочь. Чего попусту голову ломать? Выкручиваться нужно как-то! В очередной раз … Необходимо поделиться своими соображениями с Тавром, а еще лучше – с Андрюхой Разумовым – уж он-то наверняка развеет все сомнения Великого лорета. К самому Решетову, после произошедшего, у правителя может возникнуть слишком много вопросов. Или вообще – без лишних разговоров на плаху. Как Сергей смог убедиться лично – Великий лорет уже не тот что прежде. Неизвестно, что за смертельная болезнь поразила сюзерена, но то, что он заметно сдает по всем фронтам, было очевидно.

Размышления Решетова прервали звуки шагов за дверью. Звон стали, извлекаемой из ножен … Скрежет открываемого окошка …

– Легата Решетов! – Суровая команда прозвучала явно из-за опущенного забрала шлема. – Переместитесь в правый дальний угол, опуститесь на колени и поднимите руки вверх, положив их на стену!

Седой вздохнул и, преодолевая тяжесть кандалов, отполз в указанное место и положил ладони на холодные каменные стены. Послышался скрип отодвигаемого засова. Сумрак, заполонивший помещение после заката, разогнал свет принесенного стражей факела. Практически мгновенно в спину опять уперлось, по всей видимости, острие копья. Еще шаги и звон оружия …Кто-то надел ему на голову светонепроницаемый мешок …

И в этот момент, совершенно неожиданно для Седого, произошло очередное «чудо» … Внезапно он увидел все происходящее со стороны. Вот, на коленях, в углу камеры стоит он. К сходящимся стенам Седого прижал копьем стражник, с ног до головы закованный в латы. Еще семь или восемь бойцов с обнаженными клинками полукругом окружили арестанта … Справа стоит еще воин, у ног которого лежат тяжелые шарообразные груза.

«Вот это панорама! – невольно восхитился Седой. – Сука, а меры-то какие беспрецедентные!» Почему-то сразу вспомнился фильм о Ганнибале Лекторе …

Сознание Седого рационально и практически молниеносно начало разрабатывать план освобождения. Резкий рывок вправо (спину оцарапает копье, но не критично). Схватить и повалить стоявшего справа воина и завладеть его мечом, рукоять которого призывно торчала из ножен. Дальше оставалось только резким рывком подняться на ноги. Ну, а потом – дело техники …

Несколько мгновений, соблазненный планом побега, Сергей уже было начал готовиться к его осуществлению – он практически незаметно подобрался, готовясь к рывку. Но что-то его остановило … Вернее не что-то, а вновь эта идиотская рациональность цивилизованного человека. Вооруженных стражников в комнате было чересчур много – придется убивать или, как минимум, тяжело калечить. И неизвестно еще – сколько их находится вне комнаты – за дверями! Будь рядом с ним разбойники или бандиты, он без раздумий реализовал бы свой план немедленно. Но «валить» воинов Тавра, исполняющих свой долг, он не хотел. И не мог …

Сергей в очередной раз попенял себе на то, что не предпринял попытку побега еще тогда – у ворот. Тогда можно еще было обойтись без крови …

Его душевные метания прервал стоявший рядом воин – кряхтя, он возился с ручными браслетами. Когда манипуляции с кандалами закончились, боец с облегчением вздохнул, а цепь резко ушла вниз. Лязгнув металлом, Седой с трудом приподнял руки – груз был весьма ощутимым. После этого началась возня с ножными браслетами.

– Вы ополоумели, вертухаи?! – возмутился Решетов. – Я как пойду-то?!

– Ногами! – «остроумно» пошутил кто-то, и среди стражников послышались издевательские смешки.

– Прекратить смех! – скомандовал офицер и обратился к Седому. – Легата Сергей Решетов. Вы обвиняетесь в убийстве алтари Кадуса. Сейчас вы будете доставлены в королевскую тюрьму. При попытке к бегству вы будете немедленно убиты.

– Попытка к бегству?! – возмутился Сергей. – Ты в своем уме, болван?! Исходя из того как вы меня упаковали, я вообще навряд ли сдвинусь с места!

– Подъем! – ткнули ему в спину острием копья, когда манипуляции с ножной цепью были закончены.

Седой с трудом поднялся на ноги. Сопровождаемый со всех сторон нацеленной на него сталью, он был выведен из комнаты. Переставлять ноги было неимоверно тяжело, а груз, подвешенный к рукам, заставлял обода браслетов глубоко врезаться в кожу. После очередного шага гиря, катившаяся за ним следом, больно ударила его в пятку, заставив потерять равновесие. Седой свалился мешком на вымощенную камнем поверхность.

– Подъем! – вновь бездушный укол острия копья.

Матерясь себе под нос, Сергей с трудом поднялся. Конвоиры и арестант продолжили свое медленное шествие. Слава богам, идти пришлось недалеко – уже через несколько десятков метров Седого загрузили в повозку, прижав остриями мечей к жесткой деревянной спинке скамьи.

По прибытии во дворец Тавра, исполнительные конвоиры долго, беспрестанно понукая его сталью, вели его подземными коридорами. Седой уже совершенно обессилел и постоянно падал, что неизменно вызывало раздражение конвоя. Сваленный в очередной раз накатившейся на него гирей, Сергей зарычал:

– Вы хоть с ног свои приблуды снимите – и мне и вам легче будет!

– Терпи – таковы распоряжения начальника конвоя! – в свою очередь вздохнув, ответил один из воинов.

Наконец, когда казалось что прошла уже целая вечность, послышался звук несмазанных петель отворяющейся двери клетки. О, как он был знаком Седому, долгие месяцы жившему в подобной «конуре»! Его швырнули на пол, скудно посыпанный соломой. Ничего не видя перед собой из-за мешка, надетого на голову, Решетов взмолился:

– Кандалы хоть снимите, ироды! Куда я отсюда денусь?!

Ответом ему послужили несколько мгновений тишины – по всей видимости, стражники были в некотором замешательстве. Потом до боли знакомый голос снисходительно произнес:

– Освободите преступника от браслетов …

Тавр! Вот он – шанс! Не удержался – собственной персоной пришел обвинить его прямо в глаза. Оно и понятно – он лично распорядился днем о выдаче Решетову грамоты, разрешающей посещение резиденции алкад. И вполне естественно, что он явился выразить свое негодование.

Когда кандалы были сняты, а стражники, заперев дверь, покинули коридор подземелья, Великий лорет, просунув руку меж прутьев клетки, сдернул мешок с головы Сергея. Полный ярости и невыразимой боли взгляд Тавра поразил Решетова своей неотвратимостью. Вернее – неотвратимостью того, что он таил за собой. Седой перевел дыхание и, глядя правителю прямо в глаза, произнес:

– Послушай, Тавр. Я понимаю, что все выглядит сейчас не в лучшем свете. Оно и понятно – я кажусь тебе запутавшимся в своих чувствах и убитым горем человеком, пришедшим отомстить за гибель своих близких. Но, поверь мне, это не совсем так! Я не убивал Кадуса! И мне есть что сказать тебе кроме этого …

– Ни слова больше, убийца! – этот рык, напоминающий львиный, заставил Сергея вспомнить прежнего властителя Тирана – того, каким Тавр был в расцвете своих лет и сил. – Ты вероломно предал и меня, и то доверие, которое я тебе великодушно оказал! Мало того, ты обманул меня! Меня – Великого лорета Таринтома ввел в заблуждение пройдоха и преступник!

– Послушай, Тавр! – Седой молитвенно сжал поднятые ладони. – В империи зреет заговор …

– Ты считаешь меня глупцом?! – Тавр расхохотался, и было в этом смехе что-то такое, что отдавало сумасшествием. – Однажды я уже повелся на речи, которые породило твое изворотливое сознание. Тогда тебе удалось избежать немедленной казни, но, поверь мне, подобного не произойдет вновь! Зетро, я своими руками выдал убийце грамоту на совершение страшного преступления! Будь ты проклят со своим лживым языком!

Несмотря на безнадежность своего положения, Решетов почувствовал, как в душе его зреет ярость и отчуждение по отношению к этому человеку. Да что там говорить, даже ненависть. Даже если учесть то, что когда-то между ними установились дружеские (после известных событий) отношения, Седому уже никогда не забыть сотни плетей окованным сталью кнутом, после которых он едва не отдал свою душу богам Зетро. Не забыть долгих месяцев в ипостаси смертобоя, когда каждый его выход на арену забирал у него часть души. Не забыть бесконечные реки крови, уносившие в неведомую даль все, что делало его человеком. Да, однажды Тавр все-таки освободил его … Но сделал он это лишь после смерти своего брата-изувера! Вдобавок, после своего освобождения Седой в буквальном смысле спас империю, да что там империю – всю планету от нашествия зомби, пожирающих жизненные силы людей.

Тогда, после удачного разрешения операции по уничтожения монстров, Сергей позволил своему сознанию забыть про все то зло, что причинил ему правитель, убаюкав себя мыслью о том, что лорет осознал свою вину и обрел человеческие качества. Теперь же он вновь видел перед собой бездушного тирана, не способного не только к диалогу, но даже к тому, чтобы выслушать вести об угрозе его жизни. Вдобавок ко всему, сознание властелина было отравлено смертельной болезнью …

Седой сделал последнюю попытку. Он несколько мгновений выждал и проникновенно произнес:

– Тавр, прошу, выслушай меня. Твоя империя, жизнь и жизни близких тебе людей в опасности …

Великий лорет вновь по-сатанински рассмеялся, прервав речь Сергея. После этого Решетов рассвирепел. Несмотря ни на что, ни о чем умолять это полусумасшедшее создание он не собирался!

– Тебе смешно?! – ощерился Седой в ответ в хищной усмешке. – Ну так слушай меня, безумный лорет, все еще мнящий себя великим правителем! Если тебе не дорога собственная жизнь, уже отравленная страшной болезнью, то хотя бы задумайся о жизнях близких тебе людей – жены и дочерей! Мне было бы плевать на то, кто именно будет править Тирантомом, но меня очень заботит судьба моего сына. Как, впрочем и тебя должны беспокоить судьбы твоих детей! Да и подданных, кстати, тоже – если ты до сих пор считаешь себя властителем великой империи. Твое бездействие в данный момент убивает все это! И если ты немедленно не предпримешь необходимых мер, то Тирантом в ближайшее же время рухнет, словно замок, построенный из песка. И произойдет это когда к власти придет кровавый деспот, подобный твоему незабвенному братцу!

Кровь Тавра Кендро вскипела. Его лицо со впавшими щеками побагровело, а руки, вцепившиеся в толстые прутья клетки извела страшная судорога. Подобно дикому зверю, он оскалил свои пожелтевшие зубы и по-змеиному прошипел:

– Дерзкий легата, которому я по недоразумению присвоил этот титул! Как смеешь ты обращаться в подобном тоне к Великому лорету, в жилах которого течет кровь великой династии?! Жалкий червь, недостойный грязи с моих сапог! Завтра же поутру ты будешь казнен. И поверь, за остаток ночи я придумаю смерть, достойную твоей неслыханной наглости!

– Пошел ты со своими титулами! – сказал, словно плюнул, Седой. – Можешь себе засунуть их в …, вместе с домом!

– Жди утра, убийца и святотатец! – взревел лорет. – Жди, и пусть оставшиеся часы станут для тебя вечностью ужаса и безысходности!

Вновь расхохотавшись, издавая звуки, похожие на карканье подыхающего ворона, Великий лорет удалился восвояси …

Вздохнув, Седой долго смотрел вслед удаляющемуся правителю. Из груди его так и рвался немой вопль … Нет, не о прощении! О возможности поведать об угрозе, нависшей над короной! Но кто его будет слушать? Всё на данный момент против него: улики, свидетели; верующие, которых он якобы оставил без пастыря; сам лорет, которого он смертельно оскорбил …

Решетов отошел к противоположной от входа стене клетки и устало опустился на солому – прошедший день совершенно вымотал его. Кажется, на этот раз он «попал» … И, судя по тому, какие меры предпринимались конвоем при его транспортировке, сбежать ему уже не удастся. Если взбесившийся правитель и правда «сочинит» ему к утру достойную его дерзости казнь, то …

Конечно, существует ничтожно вероятная возможность того, что лорет, вследствие своей болезни подвержен резким перепадам настроения и, возможно, отложит казнь или вовсе ее отменит, но такой шанс был настолько мизерным, что не стоило его вообще принимать к расчету.

Мятущаяся душа Седого медленно, словно в вязкое болото, погружалась в пучину безысходности и печали. Тяжелые мысли о судьбе сына, о неотмщенных Милане и Наташе – ну, хоть волком вой! Тем не менее, вскоре веки его медленно опустились, и на какое-то время он забылся беспокойным сном …

Он, с трудом переставляя вязнувшие в незримой субстанции ноги, медленно брел по каким-то мрачным подземным коридорам. Его верный меч по самую гарду был залит подсохшей кровью, а арбалет за ненадобностью был закинут за плечо – колчан для болтов был абсолютно пуст. В неровном свете редких факелов, укрепленных на стенах, были заметны темные фигуры, которые, словно сгустки самой Тьмы, изредка мелькали в поле его зрения. Интуитивно Седой чувствовал, что эти зловещие силуэты его медленно окружают – на перекрестках коридоров они проявлялись все ближе. Было непонятно – были то люди из крови и плоти, или бесплотные духи, материализовавшиеся из древних легенд. И от этого чувства неопределенности становилось не по себе.

Вот, словно коснувшись его своей холодной безжизненной дланью, мимо пронесся один из призраков. Боли не было – была лишь кровь, хлынувшая из разорванной плоти. Нежить исчезла, словно не существовала вовсе. Но уже через несколько мгновений ее место занял следующий бесплотный дух, в странном и диком танце дергаясь в воздухе прямо перед ним. Скрипнув зубами, Сергей взмахнул клинком. Окровавленная сталь рассекла лишь воздух … А во тьме, потушив мерцающий впереди факел, раздался тихий шелестящий смех. В ту же секунду Седой ощутил как что-то холодное, словно лед, рассекает его спину. Закричав от страшной боли, он рухнул на колени, ощущая как вязкая субстанция, льющаяся из раны, заливает поясницу …

Беспросветный мрак, обступивший его со всех сторон, уже, казалось, дотянулся своими липкими лапами до самого горла … Воздуха не хватало настолько, что Решетов уже не мог расправить свои легкие. Новый, обжигающий неземным холодом удар, на этот раз – прямо в грудь, в область сердца. Тело Сергея онемело, и он повалился на склизкий каменный пол, ощущая что неотвратимо гибнет, и уже ничто не способно спасти его …

Когда душа его уже практически рассталась с телом, где-то неподалеку забрезжил пляшущий своими отсветами на стенах неровный свет. Седой с трудом поднял голову … Там, далеко впереди, в кромешной тьме появился слабый огонек, освещавший фигуру в длинном плаще. Она медленно приближалась, разгоняя вокруг тьму и тени, мечущиеся в ней. Ближе … Ближе …

– Сережа …, – слабый голос Миланы. – Сережа, ты должен подняться! Пойдем со мной …

Седой изо всех сил напряг свои слабеющие мышцы и попытался встать. Руки скользили по каменным стенам. Медленно … Чудовищно медленно он поднялся на ноги … и осознал, что стоит на полусогнутых ногах в своей клетке, держась за толстые прутья решетки. А рядом, по всей видимости – женская, фигура, легкой рукой взъерошившая его волосы …

– Сергей! – тихий шепот. – Сережа! Седой!!!

Его прозвище прозвучало чуть громче имени, поэтому Решетов окончательно стряхнул с себя остатки тяжелого и вязкого, словно патока, сна. Он покачал головой и изумленно уставился на девушку, лицо которой закрывал надвинутый капюшон. Издав тихий звон, таинственная незнакомка достала связку ключей и принялась возиться с замком клетки.

– Кто ты?! – с долей подозрения спросил Сергей.

– Тссс, – девушка приложила указательный палец к губам, скрытым тенью капюшона и продолжила заниматься замком.

Тем временем, через ее спину Седой взглянул на коридор – в том месте, где раньше дежурил стражник, на полу лежало неподвижное тело. Стало быть, она …

В это время, отбросив замок в сторону, его спасительница уже отодвигала засов. Вскоре дверь клетки, придерживаемая тонкой изящной ладонью, медленно приоткрылась.

– А теперь быстро! За мной! – скомандовала загадочная ночная визитерша.

И Решетов беспрекословно последовал за гибкой фигурой, следовавшей в полумраке впереди. А что еще ему оставалось, когда на утро были уже достаточно недвусмысленно обрисованы все его перспективы. При этом помощи ожидать было совершенно не откуда. Какое-то время Сергей смутно надеялся на то, что какое-то участие во всем этом примет Разумов. Но, во тьме коридора так никто и не появился … Кроме этой нежданной избавительницы! Кто же она?!

Тем временем, прихватив по пути горящий факел, незнакомка свернула в темный коридор. На миг она обернулась, повелительным жестом призывая Решетова вслед за собой. Седой молча кивнул и вновь устремился за ней. В полной тишине они долгое время следовали вдоль извилистых коридоров, уровень которых, судя по всему, неуклонно понижался. Вскоре, повернув на очередном повороте, девушка остановилась. Уже особо не таясь, она произнесла в полный голос:

– Сергей, перед тобой – последний перед выходом за пределы замка коридор. Свернуть и потеряться здесь уже невозможно. Ты должен как можно скорее покинуть дворец лорета! На утро уже назначена твоя казнь, так что на твоем месте я бы поторопилась!

Девушка уже развернулась и собралась было покинуть его, как Седой легко, но твердо ухватил ее за руку.

– Постой. Кто ты и почему мне помогаешь?

Девушка повернулась к нему лицом. На миг она, словно в раздумье, склонила голову к плечу, а потом решительно сбросила с головы капюшон.

– Лилис! – шумно выдохнул Решетов.

Она, довольная произведенным эффектом, улыбаясь, открыто смотрела на него. Вот уж кого не ожидал увидеть! Вздорная принцесса, которую раньше он считал настоящим сорванцом в юбке, сегодня превратилась в очаровательную девушку.

Огромные, цвета сапфира, глаза, так похожие на очи лорета, только в отличие от него – исполненные женственности, но женственности не томной и загадочной, а искренней, горящей самой Жизнью. Проникновенный, чувственный взгляд казалось, прорывался в самое сердце. Изящная линия чуть полноватых губ. Да и вообще, весь ее облик создавал впечатление прекрасного демона, вырвавшегося из тесного плена и наслаждавшегося жизнью.

– Узнал меня, Седой? – сверкнув белозубой улыбкой, она вновь бесцеремонно взъерошила его волосы.

– Узнал принцесса, – вздохнул Решетов. – Прости, но я теряюсь в догадках – за каким чертом ты влезла в это дело? Нет, я, конечно, безмерно благодарен тебе, но ты можешь навлечь на себя гнев своего отца!

– Так, Седой …, – уверенно произнесла она. – Сейчас не время и не место для великосветских бесед. Ты должен идти. Ступай, позже я найду тебя …

– Ты найдешь меня? – усмехнулся Сергей, которого ее наивность позабавила.

– Будь в этом уверен, – не моргнув глазом, твердо ответила она. – И мы в спокойной обстановке обо всем поговорим.

Почему-то Седому больше не хотелось иронизировать по поводу ее излишней самоуверенности. Было в ее словах и тоне что-то такое …Он коснулся пальцами ее ладони, серьезно взглянул прямо в глаза и тихо произнес:

– Спасибо тебе, Лилис.

Она вновь улыбнулась, на этот раз – с оттенком грусти, и ответила:

– Давай, беги уже … Наговоримся еще.

Седой коротко кивнул и легко устремился прямо по коридору