Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

Глава 23

И действительно, на пороге зала появился мсье Леван с острыми, как у птицы, чертами лица и одетый в темно-синий камзол устаревшего фасона. Его лицо, испещренное оспинами, выглядело нервным, а глаза беспокойно оглядывали зал, пока не встретились с моими. В этот момент его лицо озарилось улыбкой узнавания.

– М-мадам Ф-фабер! – воскликнул он, поспешно направляясь к нам. Заикание, которым он страдал, казалось, усилилось от волнения. – К-какая р-радость видеть вас!

– Мсье Леван, – я сделала легкий реверанс. – Я тоже очень рада нашей встрече.

– В-вы п-прекрасно выглядите, – он галантно поцеловал мою руку. – С-сельский воздух, должно быть, т-творит чудеса.

Себастьян мягко направил нас к небольшому диванчику в углу зала, где можно было говорить, не перекрикивая музыку и гул голосов.

– Как ваши дела, мсье Леван? – спросила я, начиная разговор. – Я слышала, ваше предприятие процветает.

– О д-да, – он оживился. – Н-наши ткани теперь п-поставляются даже ко двору к-королевы Нордании. А н-недавно мы открыли н-новую фабрику в В-восточных провинциях.

– Восхитительно, – я выразила искренний интерес. – И, я полагаю, для расширения бизнеса нужны надежные партнеры.

Разговор потек в нужном направлении. Я мягко направляла его, подводя к теме сотрудничества с Себастьяном, попутно создавая впечатление наших прекрасных отношений с бывшим мужем.

– Себастьян так поддерживает мои начинания, – говорила я, незаметно сжимая руку бывшего мужа, чтобы он не вздумал меня перебивать. – Представляете, он подарил мне внушительную сумму на развитие коневодства в поместье Фабер. Ведь так, дорогой?

Себастьян на мгновение застыл, но быстро справился с собой и нехотя кивнул:

– Конечно. Адель всегда любила лошадей. Уверен, её предприятие будет процветать.

– О, к-как это м-мило, – мсье Леван растроганно посмотрел на нас. – Т-такие т-теплые отношения после р-развода… Это т-так р-редко встречается.

– Мы просто поняли, что нам лучше быть друзьями, чем супругами, – я улыбнулась с легкой грустью. – Иногда это единственный способ сохранить уважение друг к другу.

Мсье Леван кивал, явно впечатленный нашей «зрелостью», и постепенно расслаблялся, становясь более открытым для делового разговора. Я заметила, что его заикание уменьшалось по мере того, как росло его доверие к нам.

Когда почва была достаточно подготовлена, я искусно перевела разговор на бизнес, позволяя Себастьяну и мсье Левану углубиться в детали потенциальной сделки. Мужчины обсуждали поставки тканей, сроки, цены, и я внимательно слушала, время от времени вставляя замечания, которые, как я заметила, мсье Леван воспринимал с особым вниманием.

– А что касается новых рынков сбыта, – заметила я в подходящий момент, – мсье Леван, вы рассматривали возможность расширения в восточном направлении? В Акебалан, например?

Мсье Леван заинтересованно выпрямился:

– Это… это о-очень интересная идея, мадам Ф-фабер. Но там т-такая конкуренция…

– Именно поэтому нужен особый подход, – я наклонилась ближе, понизив голос. – Представьте: эксклюзивные ткани с особой отделкой, которых нет больше нигде. Например, с применением редких красителей из местных растений.

Глаза мсье Левана загорелись:

– В-вы имеете в виду с-создать уникальную линию?

– Именно, – я улыбнулась. – У меня есть пара идей. В поместье Фабер сохранился сад с редкими видами растений. А в библиотеке есть дневник тетушки, в котором она вела записи о свойствах растений. Некоторые из них могли бы дать удивительные оттенки для тканей.

Себастьян слушал нашу беседу с растущим удивлением, явно не ожидая, что я буду предлагать собственные деловые идеи.

– Мадам, это б-блестящая идея! – воскликнул мсье Леван. – Но разработка т-таких красителей требует в-вложений.

– Я готова инвестировать в это предприятие, – спокойно сказала я. – Скажем, пять тысяч фарингов в качестве начального капитала. В обмен на двадцать процентов прибыли от продаж новой линии.

– П-пять тысяч? – мсье Леван широко раскрыл глаза. – Но это… вы уверены?

– Абсолютно, – я протянула ему руку для рукопожатия. – У меня есть все основания полагать, что эксклюзивные ткани с растительными красителями будут пользоваться огромным спросом в Акебалане и других восточных странах. Спрос на уникальные товары там всегда высок.

Мсье Леван, не раздумывая, пожал мою руку:

– С-согласен! Мадам Ф-фабер, вы удивительная ж-женщина! Я никогда не встречал дамы с т-таким деловым чутьем!

Себастьян смотрел на нас с выражением полного недоумения:

– Адель, откуда у тебя такие знания о восточной торговле?

– Я много читаю, – пожала я плечами. – И, в отличие от многих, не считаю коммерцию недостойным занятием для образованного человека. Деньги, заработанные честным трудом и умными решениями, ничем не хуже унаследованных.

Мсье Леван восторженно закивал:

– В-великолепно сказано! О, если бы больше л-людей понимали это! Мадам, я с н-нетерпением жду начала нашего с-сотрудничества!

Как только их основной договор был обсужден, и мсье Леван и Себастьян достигли взаимопонимания, я деликатно извинилась и оставила их наедине, чувствуя, что моя миссия выполнена.

Вернувшись в главный зал, я была вновь вовлечена в водоворот светской жизни. К моему удивлению, граф Осборн и виконт Д’Эльберт по-прежнему поджидали меня, и начался настоящий конкурс за право танцевать со мной. К ним присоединился еще и пожилой барон Монтгомери, который, несмотря на свой возраст, танцевал с изяществом человека вдвое моложе.

Я заметила, как Себастьян, покончив с деловыми разговорами, стоял у колонны и наблюдал за моими танцами с выражением, которое можно было описать только как плохо скрываемое недовольство. Когда очередной кавалер подводил меня к нему после танца, его улыбка становилась все более натянутой, а комментарии – все более едкими.

– Видимо, провинциальный воздух действительно творит чудеса, – язвительно заметил он, когда барон Монтгомери откланялся. – Ты собираешь поклонников, как некая восточная принцесса.

– Ты преувеличиваешь, – спокойно ответила я, поправляя перчатку. – Это всего лишь вежливость.

– Вежливость? – он фыркнул. – Граф Осборн готов вызвать на дуэль любого, кто посмеет приблизиться к тебе. А виконт Д’Эльберт уже трижды справлялся у МОЕЙ матери, какое у тебя приданое.

– Какое это имеет значение? – я удивленно посмотрела на него. – Ты же в разводе со мной.

– Значения никакого, – резко ответил он, но его сжатые в кулаки руки говорили об обратном. – Просто неприятно видеть, как моя бывшая жена превращается в объект охоты.

Я не успела ответить, потому что герцог Ламбер снова пригласил меня на танец, а после него последовали другие кавалеры, каждый из которых стремился заполучить танец с «загадочной мадам Фабер». Я не отказывала, но и не проявляла особого энтузиазма, соблюдая ту грань вежливой отстраненности, которая не давала поводов для новых сплетен.

Особенно настойчивым оказался молодой виконт Д’Эльберт, который, несмотря на мои вежливые отказы, продолжал преследовать меня по залу, осыпая комплиментами и пытаясь добиться еще одного танца. Его настойчивость начинала раздражать, и я с облегчением увидела мадам Мелву, беседующую с группой пожилых дам у окна.

– Прошу меня извинить, виконт, – сказала я с вежливой улыбкой, – но я обещала остаток вечера провести со своей бывшей свекровью.

Не дожидаясь его ответа, я быстро направилась к мадам Мелве, которая, заметив мое приближение, тактично завершила беседу с подругами.

– Спасаешься от поклонников? – с легкой иронией спросила она.

– Скорее, от их чрезмерного энтузиазма, – вздохнула я. – Кажется, мое возвращение в общество вызвало больше интереса, чем я ожидала.

– Ты выглядишь иначе, – задумчиво произнесла мадам Мелва, оглядывая меня с головы до ног. – Более уверенной, более… настоящей. Мужчины это чувствуют, даже если не понимают, в чем дело.

– Как бы то ни было, я думаю, что мне пора, – сказала я. – Моя миссия выполнена, Себастьян и мсье Леван, похоже, достигли взаимопонимания. А завтра предстоит долгий путь домой.

Свекровь понимающе кивнула:

– Да, пожалуй, ты достаточно очаровала общество на сегодня. Я скажу Себастьяну, что мы готовы уезжать.

В этот момент я увидела, как Себастьян и мсье Леван выходят из укромного уголка, где они беседовали. Судя по довольному выражению лица моего бывшего мужа, переговоры прошли успешно. Он заметил нас и направился в нашу сторону, на ходу пряча какой-то документ во внутренний карман фрака.

– Мадам, – он обратился к матери, – Адель, – кивнул мне, – если вы готовы, мы можем ехать.

– Более чем готовы, – ответила за нас обеих мадам Мелва. – Я уже не в том возрасте, чтобы проводить всю ночь в танцах.

Мы попрощались с хозяйкой вечера, которая выразила надежду, что я буду чаще посещать Грейтаун, и направились к выходу. По пути нам пришлось еще несколько раз остановиться для коротких прощаний со знакомыми, но наконец мы оказались в карете, движущейся по ночным улицам города.

Себастьян был явно доволен, он откинулся на спинку сиденья с выражением удовлетворения на лице. Договор, который он предусмотрительно захватил с собой на прием, был подписан.

– Всё прошло даже лучше, чем я ожидал, – заметил он, когда карета тронулась. – Мсье Леван был в таком восторге от наших «теплых отношений», что согласился на все условия без единого возражения.

– Рада, что смогла помочь, – сдержанно ответила я.

– Ты была убедительна, – он бросил на меня оценивающий взгляд. – Настолько, что даже я на мгновение поверил в эту историю о моем «подарке» для твоего коневодческого предприятия. А твоя собственная сделка с Леваном… Откуда у тебя такие идеи о восточной торговле?

– Не забывай, что это не просто история, – напомнила я. – Компенсация, которую ты перевел на мой счет, действительно пойдет на развитие конюшен в поместье Фабер. А что касается торговли, я действительно много читаю.

– И на этих лошадей, которых ты купила у Ламбера, – хмыкнул Себастьян. – Весь город только и говорит о том, как герцогиня Эшфорд стала деловой женщиной.

– Бывшая герцогиня, – мягко поправила я. – И да, я использую эти средства с умом. Что, кстати, не должно тебя беспокоить, учитывая, что это мои деньги.

Мадам Мелва, до этого молча наблюдавшая за нашим обменом репликами, неожиданно рассмеялась:

– Боже мой, вы двое! Кто бы мог подумать, что развод сделает ваше общение таким оживленным.

Себастьян бросил на мать недовольный взгляд, но промолчал. Остаток пути мы провели в относительной тишине, каждый погруженный в свои мысли.

Когда карета остановилась у гостиницы, Себастьян, к моему удивлению, вышел вместе со мной, чтобы проводить меня до дверей.

– Спасибо за сегодняшний вечер, – сказал он, когда мы поднимались по ступеням. – Ты превзошла все ожидания.

– Надеюсь, это комплимент, – улыбнулась я.

– Определенно, – он на мгновение замялся, что было совершенно на него не похоже. – Знаешь, ты могла бы останавливаться в моем доме, когда приезжаешь в Грейтаун. Там достаточно места, и это было бы удобнее.

Я с удивлением посмотрела на него. Это предложение было неожиданным и, признаться, немного сбивало с толку.

– Благодарю за предложение, но я предпочитаю независимость, – ответила я. – К тому же, не думаю, что буду часто бывать в городе. Моя жизнь теперь в поместье Фабер.

– Конечно, – он кивнул, без видимого разочарования принимая мой отказ. – Но предложение остается в силе. На случай, если ты передумаешь.

– Я запомню, – я слегка присела в реверансе. – Доброй ночи, Себастьян. И передай мою благодарность мадам Мелве за компанию.

– Доброй ночи, Адель, – с этими словами он развернулся и направился к карете, где его ждала мать.

В гостиничном номере меня ждала Люси, готовая помочь с вечерним туалетом. Её заботливые руки расстегивали крючки платья и распускали тугую прическу.

– Как прошел вечер, госпожа? – спросила она, аккуратно укладывая лавандовое платье в специальный чехол.

– Лучше, чем я ожидала, – честно ответила я, опускаясь в теплую ванну, которую она успела приготовить. – Себастьян получил свой контракт, а я получила подтверждение, что моё решение начать новую жизнь было правильным. И заключила собственную выгодную сделку.

– Вы выглядите уставшей, но довольной, – заметила девушка, подавая мне полотенце.

– Так и есть, – я улыбнулась. – Устала от светских условностей, от пристальных взглядов и перешептываний за спиной. Но довольна, что выдержала это испытание и теперь могу с чистой совестью вернуться домой.

Домой. Это слово теперь отзывалось в моем сердце образами старого, но возрождающегося поместья, зеленых лугов, конюшен, где скоро поселятся новые питомцы, и людей, которые за короткое время стали для меня ближе, чем все светские знакомые.

Глава 24

Дорога домой в поместье Фабер показалась мне короче обычного, несмотря на те же три дня пути. Возможно, дело было в предвкушении встречи с домом или в том, что мысли мои были заняты планами на будущее, а не тревогами о предстоящих испытаниях. Лошади чувствовали мое настроение и шли бодрее, а возница, которого я наняла в Грейтауне, оказался приятным собеседником, знающим множество историй о местных достопримечательностях.

Мастер Жером всю дорогу не скрывал волнения. Он то и дело доставал из кармана письмо от своего брата Анри с подробным отчетом о подготовке конюшен, перечитывал его в который раз и довольно кряхтел. Покупка трех породистых кобыл явно вернула ему былой энтузиазм и веру в будущее.

– Госпожа, – сказал он, когда мы остановились на постоялом дворе в последний вечер перед прибытием, – я всю жизнь мечтал о таком начинании. Думал, что время упущено, что мне остается только доживать свой век с Фалько и Беллой. А теперь… – он развел руками, не находя слов.

– Мастер Жером, – улыбнулась я, – это только начало. Если наш план удастся, через несколько лет поместье Фабер станет известно своими скакунами.

Люси, сидевшая рядом со мной в экипаже, была не менее взволнована предстоящим возвращением. За время нашего отсутствия девушка успела полюбить поместье не меньше меня, и теперь с нетерпением ждала встречи с матерью и двоюродными сестрами.

– Интересно, что они успели сделать за наше отсутствие? – размышляла она вслух, выглядывая в окно кареты. – Мама обещала закончить с ремонтом кухни, а мастер Пьер хотел разбить новые грядки в огороде.

– Уверена, нас ждут приятные сюрпризы, – ответила я, любуясь знакомыми пейзажами.

Наконец, к вечеру третьего дня мы свернули с большой дороги на узкую аллею, ведущую к поместью. Деревья по обеим сторонам были подстрижены и прорежены, дорожка очищена от камней и выбоин. Уже по этим мелочам было видно, что работы продолжались и в мое отсутствие.

Когда экипаж выехал на открытое пространство перед домом, я невольно вскрикнула от удивления. Поместье преобразилось до неузнаваемости! Фасад здания сиял свежей краской, все окна были застеклены и сверкали в лучах заходящего солнца. Крыша больше не зияла дырами, а была покрыта новой черепицей ровными рядами. Даже колонны у входа были отреставрированы и побелены.

Сад перед домом тоже изменился – дорожки расчищены и посыпаны гравием, клумбы разбиты заново, а молодая поросль деревьев и кустарников обещала в будущем стать прекрасным парком. У входа в дом красовались два больших вазона с цветами, а ступени крыльца были вымыты до белизны.

Но самое удивительное зрелище ожидало меня у самого крыльца. Вся моя «семья» – Марта с племянницами Кларой и Мари, Пьер с сыновьями, Себастьян, Анри, Жак и Сэм – выстроилась встречать меня, словно я была королевой, возвращающейся из дальнего похода.

– Госпожа! – воскликнула Марта, первой бросившись ко мне, когда я выходила из экипажа. – Наконец-то вы дома! Мы так волновались!

– Мама! – радостно откликнулась Люси, обнимая свою мать, пока та приветствовала меня.

– Добро пожаловать, мадам, – степенно произнес Себастьян, но даже его обычно невозмутимое лицо светилось от радости. – Надеюсь, поездка прошла успешно?

– Более чем успешно, – улыбнулась я, оглядывая собравшихся. – Но расскажите лучше о ваших успехах! Поместье выглядит просто великолепно!

Жак и Сэм подскочили ко мне, наперебой начиная рассказывать о проделанной работе:

– Мы помогали Филиппу с крышей! – выпалил Жак. – И носили кирпичи для печки!

– А я научился класть черепицу! – не отставал Сэм. – Филипп сказал, у меня настоящий талант!

– И конюшни готовы! – добавил мастер Жером, его глаза светились гордостью. – Анри проделал великолепную работу.

Пьер подошел ближе, снял шляпу и поклонился с достоинством старого слуги:

– Рады видеть вас дома, госпожа. Теперь все встанет на свои места.

– Пьер прав, – согласилась Клара, одна из племянниц Марты. – Дом был красивый, но какой-то пустой без вас.

– Мы каждый день говорили: «Вот бы госпожа это видела!» – подхватила ее сестра Мари.

– Ну что же, – сказала я, – проводите меня в дом. Хочу увидеть все своими глазами. А после ужина, Себастьян, – я обратилась к дворецкому, – прошу вас отчитаться о проделанной работе. Хочу знать все до мелочей.

– Конечно, мадам, – он поклонился. – Я приготовил подробный отчет обо всех работах и расходах. Думаю, вы останетесь довольны результатами.

Экскурсия по обновленному дому заняла почти час. Каждая комната была приведена в порядок и отремонтирована. В гостиной заново оштукатурили стены и покрыли их свежей краской нежно-голубого цвета. Библиотека избавилась от затхлого запаха сырости, книги были очищены от пыли и расставлены по полкам. В столовой отполировали до блеска старинный стол и заменили прогнившие половицы.

Но больше всего меня поразили мои собственные покои. Спальня была полностью обновлена – новые шторы из тонкого шелка, покрывало с тонкой вышивкой, свежие цветы в вазе на туалетном столике. Кто-то даже позаботился о том, чтобы разложить на кровати новое белье и расставить по комнате несколько книг из библиотеки.

– Это Марта постаралась, – тихо пояснил Себастьян, заметив мой удивленный взгляд. – Она сказала, что госпожа должна вернуться в комнату, достойную ее положения.

Ужин прошел за большим столом в обновленной столовой. Марта превзошла себя, приготовив настоящий пир в честь моего возвращения: жаркое из утки с яблоками, свежие овощи с собственного огорода, пироги с разными начинками. Даже появилась медная чайная ваза, которую я заметила на кухне, торжественно установленная на специальном столике.

А после, за чашкой кофе я рассказывала о поездке: о великолепных лошадях герцога Ламбера, о приеме у мадам Элен, о том, как удалось заключить выгодную сделку с мсье Леваном. Конечно, я опускала некоторые подробности, особенно касающиеся моих отношений с Себастьяном, но в целом рассказ получился занимательным.

– Значит, скоро у нас будут новые лошади? – с восторгом спросил Жак. – Настоящие породистые?

– Через неделю, – кивнула я. – Три прекрасные кобылы. А мастер Жером будет обучать всех желающих уходу за ними.

– А можно будет на них ездить верхом? – не удержался Сэм.

– Когда научитесь правильно держаться в седле, – улыбнулся мастер Жером. – Эти лошади не для новичков. Но я обещаю, что научу вас всему необходимому.

Уже вечером, когда все разошлись по своим делам, я прошла с Себастьяном Морицем в кабинет. Дворецкий принес толстую папку с документами и расположился напротив меня за письменным столом.

– Итак, – сказала я, – расскажите обо всем по порядку.

– С удовольствием, мадам, – он открыл папку и достал первый лист. – Начну с ремонтных работ. Как вы видели, удалось полностью восстановить крышу главного здания. Филипп и Жан проделали превосходную работу. Общая стоимость материалов составила сто двадцать фарингов, включая черепицу, балки и гвозди.

Он методично перечислял каждую статью расходов, показывая соответствующие счета и расписки. Остекление окон – восемьдесят фарингов. Краска и штукатурка – пятьдесят. Новая мебель для кухни и столовой – сто пятьдесят. Семена и саженцы для сада – тридцать. Каждая трата была обоснована и документально подтверждена.

– Чайная ваза обошлась в двадцать пять фарингов, – продолжал он. – Марта настояла на ее покупке, сказав, что в приличном доме должна быть чайная ваза. Надеюсь, вы одобряете эту трату?

– Разумеется, – улыбнулась я. – Что касается текущих расходов?

– Зарплата всем работникам выплачена полностью и в срок. Продукты и прочие необходимые припасы закупались еженедельно. Марта ведет подробный учет кухонных расходов. – Он протянул мне еще одну тетрадь. – Как видите, в среднем выходит двенадцать фарингов в неделю на всех.

– Это вполне разумно, – кивнула я, пробегая глазами по записям Марты. Ее почерк был аккуратным, а учет – педантично точным.

– Теперь о доходах, – Себастьян перелистнул несколько страниц. – Продажа излишков овощей с огорода принесла восемь фарингов. Марта также продает свою выпечку в городе по воскресеньям – еще пятнадцать фарингов за время вашего отсутствия. Я надеюсь, вы не возражаете против подобной деятельности?

– Напротив, одобряю, – заверила я. – Поместье должно приносить доход, пусть и небольшой поначалу.

– Что касается предстоящих трат, – дворецкий достал еще один список, – конюшни практически готовы, но потребуются дополнительные расходы на корма для новых лошадей. Мастер Жером подсчитал, что содержание трех кобыл обойдется примерно в сорок фарингов в месяц.

– Приемлемо, – согласилась я. – У нас есть достаточно средств. А там, надеюсь, начнут поступать доходы от разведения.

– Еще один момент, мадам, – Себастьян слегка помялся. – К нам обращался мсье Дюран, хозяин бакалейной лавки в городе. Он предлагает заключить договор на регулярные поставки круп и муки. Цены довольно выгодные.

– Отличная идея, – обрадовалась я. – Обсудите детали с Пьером и Мартой.

Мы проговорили еще час, обсуждая различные аспекты хозяйства. Себастьян показал себя не только ответственным дворецким, но и толковым управляющим. За время моего отсутствия он не только организовал ремонтные работы, но и наладил связи с местными торговцами и даже сумел немного сэкономить на расходах.

– Я должна сказать, Себастьян, что вы превзошли все мои ожидания, – искренне поблагодарила я его, когда мы закончили с документами. – Поместье не просто сохранилось в мое отсутствие, оно расцвело.

– Благодарю за доверие, мадам, – он поклонился с видимым удовольствием. – Для меня большая честь служить в этом доме.

– Что касается вашего жалованья, – добавила я, – считаю справедливым увеличить его до сорока фарингов в месяц, учитывая дополнительные обязанности по управлению хозяйством.

Глаза дворецкого на мгновение расширились от удивления и благодарности:

– Мадам, это… это очень щедро с вашей стороны.

– Просто справедливо, – поправила я. – Хорошая работа должна быть хорошо оплачена. А теперь, думаю, нам обоим пора отдыхать. День был долгий.

Постепенно все стали расходиться по своим комнатам. Мужчины ушли во флигель, где им были выделены помещения, женщины – на второй этаж дома. Мальчишки, живущие в городе, попрощались и отправились домой, пообещав прийти завтра с утра.

Оставшись одна в кабинете, я еще некоторое время перебирала документы, любуясь аккуратностью записей и продуманностью всех решений. Себастьян действительно оказался находкой – с таким управляющим можно было спокойно отлучаться из поместья, зная, что все дела будут в надежных руках.

Поднявшись в свою спальню, я с удовольствием обнаружила, что Люси уже приготовила все для ночи – расстелила постель, налила воду в умывальник, зажгла несколько свечей. На прикроватном столике лежала ночная рубашка из тонкого льна, а на подушке – веточка лаванды.

– Спокойной ночи, госпожа, – тихо сказала девушка, заглянув в комнату. – Если что-то понадобится, я в соседней комнате.

– Спокойной ночи, Люси. И передай матери мою благодарность за прекрасный ужин.

Когда дверь закрылась, я подошла к окну и распахнула его настежь. Теплый вечерний воздух тут же наполнил комнату ароматами сада. Где-то вдалеке в конюшне тихо заржал Фалько, а из пруда доносилось кваканье лягушек.

Переодевшись в ночную рубашку, я забралась в постель и блаженно потянулась на свежих простынях. Какое счастье – снова спать в собственной кровати, в собственном доме! В голове еще роились впечатления от поездки, планы на будущее, удовлетворение от отчета Себастьяна о проделанной работе.

Завтра нужно будет проверить счета, обсудить с мастером Жеромом детали подготовки к прибытию новых лошадей. Но сейчас все это казалось далеким и неважным. Сейчас я была дома, в безопасности, в окружении людей, которые стали мне дорогими.

За окном стихали последние звуки дня. Где-то в саду пела соловей, его трели сливались с мягким шепотом листвы. Я закрыла глаза и позволила этим звукам убаюкать себя, чувствуя, как усталость от долгой дороги наконец берет свое.