Текст книги ""Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Игорь Михалков

– Ну, ты и натворил там! – раздался позади меня знакомый голос. – Похлеще, чем в поединке со мной!

– Ситгульвердам?! Это не Земля!

– Знаю. Мёртвый мир. Заскочили на минуточку. Хотел ещё раз напомнить, чтобы собрался при переходе. Несколько минут ты, точно, будешь частично сегодняшним собой, а дальше не знаю. По моим подсчётам, вряд ли больше. Постарайся использовать время с умом.

– Несколько минут? При прошлом перемещении я хрен знает сколько себя по кусочкам восстанавливал и то, благодаря Кортинару.

– Забудь! Первый раз всегда так! Межмирье привыкает к новому существу, раскладывает и собирает заново, делая частью себя. Сам вспоминаю свои муки: повторно ни за что не согласился бы – чуть с ума не сошёл! Теперь будет немного неприятно, но не более. И воскрешать тебя не надо – в своём здоровом теле окажешься. Ладно! Пора, пока совсем не замёрзли! Удачи, обезьянка! И помни про договор!

* * *

Лёгкий тычок в бок заставляет открыть глаза.

– Очнись! – недовольно сказал Сергеич. – Нашёл когда спать! Чуть автомат за борт не уронил!

– А? Чего? – помотал я очумевшей головой, удивляясь собственному неожиданному «залёту».

– Ничего! Вставит тебе Сергеич звездюлей по приезду – правильно сделает! Могу и от себя «отвесить в граммах»! – добавил Болт, держась за станину пулемёта, установленного в джипе. – Чтоб неповадно было! Смотри в оба – хреновая зона впереди.

Хотел ответить, но понял, что не могу – всё плывёт и подташнивает. Явно заболел или траванулся. От малярии не должен – привит. Скорее всего, алкашка местная «сдетонировала», когда оклемаюсь, то обязательно схожу в городок и Н’гомбо морду набью за торговлю откровенной дрянью.

Следующие пять минут дороги дались особенно тяжело, заставив собрать все внутренние резервы и силу воли в один кулак. Ещё не хватало на самом опасном участке отключиться. Вот и он… Раздолбанные джипы, покрытые молодой порослью, были, как пограничные столбы, напоминанием для особо беспечных.

– Стойте! – неожиданно даже для самого себя заорал я, ощутив приступ сильной паники. – Стоять! Засада!

Водила нашей головной машины ударил по тормозам, а за нами встали как вкопанные и остальные.

– Ты чего?! – набросился на меня Сергеич. – Совсем долбанулся?

– Нет… Не знаю… Засада. Там точно засада! Когда отключился, то словно в кино видел, как на фугасах подрываемся! Сразу за поворотом! Не спрашивай – сам охреневаю, но знаю, что уцелеешь только ты.

– «Голова», ответь «Первому»! – раздалось в рации. – Почему задержка?

– «Первый» у Ильи видения, что за поворотом засада. Он явно болен.

– Нет! – выхватив рацию из рук друга, стал доказывать я командиру группы. – Чертовщина? Сам так думаю, но отчего-то полностью уверен в своих словах.

– Я б проверил… – задумчиво сказал Болт. – Видел в Чечне пару раз подобное. Вначале ржали над сумасшедшими, а потом «двухсотых» грузили.

– Принято. Проверяйте!

– Не дай бог, допился до «белочки» – лично под зад коленом попру из отряда! Никакие взятки не помогут! – зло ответил Сергеич.

– Выезжаем из поворота и стопоримся! – не стал реагировать на его тон, понимая правоту. – По минам на дороге стрелять бесполезно, но я помню откуда нас во сне хреначили. Болт, ты правую сторону из пулемёта фигачишь, а остальные лево берут. Ориентиры дам. Подствольники приготовьте.

Машина тихо поехала и по моей команде остановилась на безопасном расстоянии от первого фугаса. Картинка привидевшегося боя стояла перед глазами, словно реально участвовал в нём когда-то.

– Болт! Ориентир – сухое дерево! У нас – камень и метров десять вокруг него. Начинаем, пока не опомнились гады! Бьём по площадям, не жалея патронов!

Взрывы и треск очередей разорвали относительную тишину джунглей, заставив умолкнуть птиц. Не знаю, насколько парни поверили мне, но лупили от души. Ответный огонь! Пули стали рикошетить от джипа! Ойкнув, схватился за плечо Лёха, но, перехватив поудобнее «калаш», забыл о ране до поры до времени.

– Назад! – кричит Сергеич водиле, а потом в рацию. – «Первый»…

– Слышу! Отход! Разворачиваемся и на прииск! В бой не вступать!

Мы неслись, не разбирая дороги, и несколько раз чуть не вылетели на поворотах, так как даже в них скорость машины не сбавляли. Никто за такое нарушение ПДД в претензиях не был – всем очень хотелось жить и оказаться как можно быстрее в защищённом месте.

– Вещий, мля, сон-то у тебя, Илюха, был! Я сразу просёк! – слегка подхихикивая от бушевавшего адреналина, громко сказал Болт. – Кто у смерти в списках давно числится, те в потустороннее верят!

Хотел ему ответить шуткой, но не смог – мир перевернулся вверх ногами и темнота…

Последнее, что помню перед тем, как потерять сознание – милое личико незнакомой девушки с длинными волосами снежно-белого цвета… Прикольная! Я с такой бы «замутил»!

Игорь Лахов
Королевский шут-2

1. Сумасшедший

Списан подчистую… Теперь не то, что в серьёзную контору не устроиться, но и охранником на автостоянку не возьмут. Всё началось с того последнего странного боя. Хоть мы и вырвались из засады, но как добрались до базы, не помню – вырубило ещё на полпути. Сергеич потом рассказывал, что лежал холодный весь, практически без пульса, ни на что не реагируя, и, если бы не повторял постоянно в бреду странную фразу «Момент истины пройден! Время выживать!», то можно было бы смело в пластиковый мешок упаковывать.

Может, лучше бы подох тогда… Не знаю, какую заразу подхватил я в джунглях, но три месяца провёл по больницам и госпиталям, где врачи самых разных мастей морщили умные лбы, но не находили причину, отчего валяюсь «овощем» с частотой сердечного ритма, скачущего от пятнадцати ударов в минуту до двухсот, и не умираю, а лишь страшно кричу в забытье, пугая соседей по палате. Судя по медицинской карте, проверили всё, вплоть до волос – никаких патологий и вирусов, кроме вырезанного в детстве аппендикса! Здоров! Несколько раз пытались ввести в медикаментозную кому, но и тут «облом» – препараты не действовали. В конце концов, медики сдались и оставили в покое, заняв выжидательную позицию, которая оправдала себя.

Открываю глаза, пытаясь понять, где нахожусь. Капельница и специфический запах сразу объяснили – больница. Почему? Вроде, только что в джипе от «лихих людей» улепётывал, а тут такие перемены. Неужели ранен? Прислушался к себе – кажись, ничего не болит. Глаза потихоньку привыкают к яркому свету. Кто-то в белом халате, нагнувшись стоит спиной ко мне, отклячив аппетитный зад. Пытаюсь позвать, но только хрип вырывается из горла, привлекая внимание чем-то занятой барышни.

– Ой! – раздаётся звонкий девичий голосок. – Очнулся!

Медсестра склоняется надо мной. Сквозь маску лица не разглядеть, но глазки яркие. Пофлиртовать не удалось – она, пощупав пульс, снова ойкнула и стремглав выбежала из палаты. Вскоре появился врач. Осматривал долго, что-то бубнил и поначалу пытался задавать вопросы, но видя, что могу только хрипеть, «забил» на диалог и ушёл, вернувшись через некоторое время со сворой своих коллег. Почти неделю меня терзали анализами и какими-то непонятными процедурами. Речь восстановилась, и я смог выяснить, как попал сюда. Странная история! Ни с того, ни с сего угодить в такую задницу! Слава Творцам, что выжил! Творцам? Каким Творцам? Никогда так не говорил, но словечко привычное, будто частенько поминал их… Неважно!

Ещё месяц провёл в больнице, восстанавливая силы после длительного лежания и внутривенного питания, и вот в один прекрасный летний день, худой, но довольный жизнью, наконец-то, оказался на воле, вдыхая запах свободы. Купил билет на самолёт и через несколько часов перелёта, взяв такси, добрался до родной съёмной квартиры. Хорошо, что оплачивал её всегда на год вперёд, а то бы бомжевать пришлось! Внутри чистенько… Не зря Сергеичу ключ оставил – следил друг за моей «берлогой», хотя, скорее всего, не сам, а кого-то из троих дочерей напряг. Надо позвонить ему – надеюсь, не на контракте сейчас. Так и поступил.

Повезло! Он был в городе, и вечером мы устроили замечательный банкет по случаю моего чудесного выздоровления. Правда, банкетик был безалкогольный – мне врачи категорически запретили даже нюхать спиртное, а Сергеич не стал смущать новоявленного трезвенника, поэтому ничего «тяжелее» кваса на столе не было. Тогда он и поведал мне, что и как произошло.

– Как только мы вырвались из засады, ты, Илюха, мёртвым лёг. Тормошим – нифига! Только бредишь странными словами! Лёха тоже от потери крови «рубанулся». Влетаем на прииск и командир сразу радиограмму на базу отбил. Такая буча началась! Целая войсковая операция развернулась – всех «под ружьё» месье Реверди поставил! Даже несколько «вертушек» прислали! Говорят, что повязали наших обидчиков, несколько дней гоняя по джунглям. После этого спокойно вернулись и мы. Тебя с Лёхой тут же эвакуировали, а я, недолго думая, расторг контракт.

– Расторг?! На тебя это не похоже! – удивился я.

– Понимаешь… Не было никаких камушков – французы нас в своих играх с конкурентами, как «живца» использовали. Прошла инфа, что готовится акция, но никто не знал, где и когда, поэтому пустили слушок, будто бы мы везём охренеть сколько алмазов, вынудив противника начать действовать. Тот конвой должен был стать последним для нас – перестреляли бы, не случись твоей «шизы»! Вот так! Я и решил, что с меня хватит. Теперь устроился начальником службы охраны при птицефабрике – знакомый там хозяин. Деньги нормальные и жена с дочерьми спокойны. Хочешь, тебя к себе возьму? Соглашайся, морпех! Не век же «пушечным мясом» быть! Лёха с Болтом уже под моим началом работают.

– Хорошая компания! – улыбаясь, ответил ему, разливая чай по чашкам. – Дай немного в себя прийти и жирком обрасти после казённых харчей, а по осени готов приступить к боевой вахте.

Но этим планам не суждено было сбыться….Началось всё через несколько дней. Проснувшись, я с удивлением понял, что нахожусь не у себя дома. Оделся, нацепив на голову шутовской колпак и, открыв дверь комнаты, вышел в длинный коридор, оформленный в вычурном стиле. Идя по дворцу, отчего-то был уверен, что знаю, каждый его поворот. Очередная дверь… Тронный зал.

– Молодой человек! Молодой человек! – голос из ниоткуда заставил прийти в себя.

Блин! Стою в одних трусах рядом с родной многоэтажкой, а какая-то старушка теребит меня за руку.

– Молодой человек! – продолжает она. – С вами всё хорошо?

– А? Эээ…

Отталкиваю сердобольную бабулю и скачками вбегаю в подъезд, слыша в спину:

– Наркоман проклятущий!

Дома включаю холодный душ, пытаясь очухаться и успокоить сильно бьющееся сердце. Что это было?! Выйти почти голым на улицу – это… Какой дворец?! Может, лунатиком стал? Творцы! А если «крышняк поехал»? Опять какие-то Творцы… Шутовской колпак… Всё очень настораживает.

Немного приведя мысли в порядок, нашёл визитку своего последнего лечащего врача и позвонил ему. Алексей Степанович, выслушав мой сбивчивый, торопливый рассказ, попытался успокоить:

– Илья! Вполне вероятно, что длительное пребывание без сознания, как-то повлияло на Ваш мозг. Надеюсь, это временное явление. Будут повторения – звоните мне снова или, ещё лучше, приезжайте.

Повесив трубку, я слегка расслабился… Зря. Через неделю угодил в психушку, выйдя вечером за хлебом в «Пятёрочку». Бродил вдоль стеллажей, пополняя корзинку не такими уж и нужными, но привлекательными скидочными ценами продуктами. Консервированные овощи… Пригодятся! Внезапно между зелёным горошком и маринованными огурцами появилась морда и со страшным, пробирающим от ужаса звуком «хатшшш», кинулась в мою сторону! Огромная тварь, помесь кенгуру и гориллы, оказалась не одна! Не знаю, откуда они здесь, но ещё с десяток существ попытались напасть, больше никого не трогая в магазине! Я отбивался, уворачивался, бегая по всей «Пятёрочке» швыряя в чудовищ всё, что подвернётся под руку. В какой-то момент, загнанный в угол, схватил чью-то тележку и стал отмахиваться, понимая, что это конец. Твари всё прибывали! Погребённый под их извивающимися телами, мысленно попрощался с жизнью перед тем, как тяжёлая лапа ударом по голове погасила сознание.

Холодно, воняет и всё болит… Открываю заплывший глаз – второй не получается и осматриваюсь. Наручники… Решётка…

– Очнулся, падла? – раздаётся из-за неё злой голос.

– Что случилось?

– «Случилось» разгромленный магазин и нападение на сотрудников полиции!

– А твари где?

– Тварь тут только одна – ты, «торчок» вонючий! Четырёх наших ребят на больничный отправил! Прибить бы, да свидетелей много было! Ничего! Следующую «дозу» не скоро получишь – лет через десять после отсидки!

– Правда? – не мог я поверить в происходящее.

– Кривда, мля! Если бы охранником магазина и грузчиком не прикрывался, то на месте «маслину» получил в лоб, а не тут сидел!

…Суд признал невменяемым, отправив в закрытую психиатрическую лечебницу. Там тоже у меня случилось несколько приступов, повторяющихся всё чаще и чаще. То я дрался с кем-то, то устраивал идиотские представления, расшатывая и так нестойкую психику своих сокамерников. Ночами же стал во сне появляться ещё один персонаж – странный здоровенный чёрт.

– Илий! – говорил он мне. – Свои дела в этом мире ты закончил – пора вспоминать, пока совсем не потерялся!

Вначале пытался прогнать его, крестя и выкрикивая обрывки молитв, что каким-то чудом засели в моей голове, но он лишь смеялся в ответ, обзывая глупой обезьяной. Потом, видя, что мои потуги не приносят никаких плодов, я сдался и вступил в контакт. Сит или Ситгульвердам оказался словоохотлив, рассказывая сказки про то, что я странник между мирами, что подрабатываю королевским шутом и что у меня с ним договор. Я слушал внимательно, ожидая того момента, когда демон начнёт выклянчивать мою душу, но ничего подобного не происходило. Через какое-то время он стал казаться мне настолько реальным, что засыпая, я уже ждал его появления, как ждут старого приятеля в гости. Хоть с кем-то поговорить! В психушке больные или «косящие» держались от меня подальше.

Сегодня Сит назвал имя – Фанни Колокольчик.

– Белые волосы! – внезапно всплыл в голове образ.

– Верно! Жена твоя! Вспоминаешь?

– Нет… Только это.

– Жаль… – расстроился искуситель. – А Парб Скала? Штих Хитрован? Архимаг Кортинар? Веблия?

При последнем имени в душе поднялась сильная ненависть.

– Сука! Убью! И её, и любовничка ведьминого – Пириасса! Стоп… Откуда я это знаю?

– У тебя к ним должок серьёзный! Давай, Илий! Напрягись!

Голова резко взорвалась оглушительной болью. Я завыл и потерял сознание. Странно, но именно так всё и было – обморок во сне.

Шесть недель принудиловки. Сегодня дюжий санитар с пропитым лицом, осторожно приблизился ко мне и заявил:

– Золин! К тебе посетитель.

Скамейка и небрежно сваренная решётка – очередные в моей жизни. Сергеич сидит по ту сторону, отчего-то с виноватым видом.

– Здорово, брат… – стараясь не встречаться взглядом, улыбнулся он. – Ты как?

– Здорово… Посещения вроде только родственникам разрешены.

– Дурень. Хотя кому это говорю? Сидящему в дурке? «Подмазал» немного – вот и здесь.

– Зачем пришёл?

– Своих не бросаем. Парни тебе привет передавали.

– Им передавай тоже. Жаль, что сам не могу.

– Лечат?

– Пытаются. Но, между нами, лучше чего-то не становится. Рассчитываю через годик-другой выбраться, только сам чувствую, как «жёлтый дом» родными стенами становится. Видения одолевают. То чёрт, то странный мир перед глазами плывёт… Болен я.

– Мир? Короче! – немного напрягся Сергеич, озираясь по сторонам. – Эскулапам, конечно, видней, только не совсем это ты! Никому не говори, чтобы в соседнюю палату не определили, но изменился сильно. Сколько раз я с тобой до той проклятой засады общался? Дохренища! После неё всего пару раз, но ощущение другого человека! Раньше больше огрызался и гнул свою линию, а теперь над каждым словом задумываешься… Говоришь, будто бы русский для тебя неродной! Словечки вставляешь между прочим, которых нет ни в одном словаре – проверял! Слушай! А может, реально куда-то попал, пока в джипе тряслись? Болт говорит, что такое возможно! Он много подобной литературы читал.

– Словечки? – усмехнулся я. – И что я там говорил? Только давай без Болта: ему шляпу с дерьмом покажи – начнёт доказывать, что инопланетяне баловались! Мистик хренов!

– И такое возможно… – не стал спорить друг. – Минеариа… В отключке постоянно повторял. Фаниминеария.

– Фанни Колокольчик! Чего тут…

Очередной приступ головной боли. На этот раз быстро справился с ним, уставившись, как баран на Сергеича.

– Дошло? – спросил он. – Чуешь, к чему клоню? И твой вещий сон, спасший нам всем тогда жизнь, из этой же серии.

– Ещё ко мне чёрт или демон приходит, говорит, что должен себя вспомнить…

– Послушай его, Илюх… Правда или нет, но послушай! Нутро всё переворачивает, только не верю, что ты сумасшедший!

– Скажу, чтобы готовили палату рядом.

– Свидание окончено! – раздался равнодушный голос то ли санитара, то ли конвоира.

Сергеич послушно встал, но отойдя на пару метров, внезапно повернулся и крикнул:

– Мы верим в тебя!

Это свидание оставило неизгладимый отпечаток в душе. Не один! Ребята помнят! А я? Что я?! Не может быть всё это правдой!

Ночь… Опять явился Сит.

– Ну что? – спросил он. – Вспоминается?

– Бывает. Чушь полнейшая, но заставляет задуматься.

– Вот и думай, Илий! Время поджимает! Завтра или послезавтра, если не возьмёшь себя прошлого в руки, то потеряешь шанс!

– Кто такая Фанни?

– Самка твоя. У вас, людей, подобная связь любовью называется. Тебя убили, когда ты спасал её. Вспомни тот день!

– Она… Светловолосая и маленькая?

– Именно. А ещё носит твоего ребёнка.

– Ты врёшь, демон!

– Демовилур! Следующей ночью приду за тобой! Не вспомнишь – называй как хочешь, так как мне будет уже всё равно.

Я шлялся из угла в угол своей палаты-камеры. Вначале Сергеич, а потом вымышленный Сит, всплывали в голове, в унисон твердя одно тоже – этот мир уже не мой. Чей? Где мой?

Запах гари и вой пожарной сигнализации отвлёк от тяжёлых раздумий. Щёлкнули затворы дверей и обеспокоенные сотрудники ФСИН стали выводить нас из камер.

Мой конвоир внезапно осел, держась за окровавленный бок. Чьи-то руки затянули за угол. «Индеец»! Жилистый сутулый мужик, явно «косивший» под невменяемого, стоял в окружении подобных ему личностей, держа меня за отворот робы.

– Илюх! «Срываемся»! Больше такого шанса не представится! Ты с нами? Шнырь ключи надыбал!

Хотел было откинуть его, татуированную зековскими наколками, руку, но остановился. А если реально в бега? Понимал, что используют как массовку для отвлечения внимания, только возможность вырваться на свободу манила. Мотнул согласно головой, ожидая, что будет дальше. Всей группой двинулись в чёрный дым, валивший из нескольких камер.

– Сука! – раздался голос Шныря. – Заперто изнутри! Засов!

– Ломаем! – приказал Индеец. – Назад ходу нет!

Дверь была сработана на совесть. Минут пять долбили её, используя подручные материалы. Огонь подступал сзади, отрезая путь к отступлению. Ещё немного и – хана! Наконец, кашляя и матерясь, сломали преграду, очутившись в следующем отсеке психушки.

– Помогите! – проорал кто-то сзади, явно попавший в огненный плен.

– Не судьба, брателло! – сплюнул Индеец сквозь зубы, махнув нам рукой, явно приглашая к дальнейшему «квесту». – Охрану валим! Братва сказала, что рядом лес – уходим врассыпную!

Дёрнулся вместе со всеми, но неожиданно для себя остановился. Там человек погибает! Псих или нет – неважно! Не дам ему умереть страшной смертью! Как Фанни, он сейчас в плену! Страшно бедолаге! Хочется жить! Я не тварь Харийская, чтобы вот так поступать! Ринулся в огонь, накинув на голову робу. Жар сворачивал волосы, но я шёл на слабеющий голос. Паренёк лет двадцати… Не дышит! Хотел уже подойти и закинуть его на плечо, как вдруг огненный шквал прокатился по коридору, отбросив в стену! Не дам! Демоны всех вас загрызи! Дюжину хатшей вам в глотку! Не дам! Гон пережил – пожар, тем более! Ползу, обгоревшими пальцами цепляясь за вздыбленный паркет. Ору, перекрикивая ревущее пламя! Потерпи! Я рядом!

Перед лицом появилась довольная морда Сита.

– Вспомнил! – удовлетворённо произнёс он и …

* * *

– Пап! У тебя всё хорошо? – спросила средняя дочура Юлька, ставя на стол чашку с чаем, – Смотришь в одну точку и молчишь.

– Нормально, дорогая. Дай мне пульт от телевизора.

Сергеич включил «зомбоящик», бездумно щёлкая кнопкой. Местный канал. Женщина с хорошо уложенной причёской и в красивой униформе тревожно вещала:

– Сегодня в закрытой психиатрической клинике нашего района случился пожар. Все силы МЧС были присланы на место бедствия. По оперативным данным, погибших четверо – трое из медицинского персонала и один пациент клиники. Пользуясь неразберихой, шестеро пациентов совершили массовый побег. На данный момент задержаны пятеро, ещё один находится в розыске. Запомните его приметы: Илья Семёнович Золин тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года рождения. Брюнет. Рост около ста восьмидесяти девяти сантиметров. Глаза серые. Физически развит. При обнаружении не пытайтесь вступать в контакт – очень опасен. Звоните по телефону…

Тут на весь экран возникла чёрно-белая фотография мужчины, которого разыскивает вся милиция. Поперхнувшись чаем, Сергеич посмотрел на такое знакомое лицо, встал со стула и, пройдя на кухню, достал из холодильника бутылку початой водки. Отхлебнул прямо из горлышка и, глядя в окно, пробормотал:

– А ведь правы мы с Болтом… Счастливого пути тебе, Илюха! Хрен они найдут! Прощай, морпех! Надо же…