Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Глава 2

«…там нашёл его „забытый“ и убил уколом отравленной иглы в шею за ухом. Весть об этом разошлась по всей империи, и населявшие её народы с глубочайшим удивлением узнали, что великого императора Хранстона Ирраксеса можно лишить жизни в его собственном саду. За какую-то пару недель гнусное убийство сделалось исполнением пророчества, и никаких действий против гильдии предпринято не было. Весь мир хотел, чтобы история эта быстрее стёрлась из памяти».

Анналы Венстонской империи.

* * *

– Граф Моргрим? – с лёгкой улыбкой, но максимально серьёзным тоном, не допускающим и намёка на насмешку, спросил я. – Как вы себя чувствуете?

– Как будто бы глыба льда раздавила мои ноги, яйца и нижнюю часть живота. А, постой-ка, это ведь и в самом деле было, – поддержав мой тон, ответил отец.

Редкий случай поражения стихией льда! Впрочем, её эффект сравним с камнем, а в случае Тэдреха речь шла о неудачном попадании огромного куска льда, летящего с бешеной скоростью. Отвлёкшийся высший сион не успел увернуться. Амулет антимагии, конечно, развеял глыбу, но она летела с такой скоростью, что успела здорово его помять. Отца спасли лишь зачарованные вещи, но и они оказались не всесильны.

Похоже у противника имеется опасный стихийник. Или имелся? Хорошо бы, чтобы он сдох! Проблема только в том, что часть колдунов Мобаса сумела сбежать, отчего есть риск, что этот уникум оказался в их числе.

– Всё восстановлено, – кивнул я, бросив короткий взгляд на некогда пострадавшую часть его тела, ныне скрытую тонким покрывалом. Впрочем, смотреть там уже не на что – всё доведено до прежнего состояния.

Чего уж, ради графа, да ещё и сиона, пришлось собрать одного алхимика и целых четырёх хороших целителей, в число которых, к моему непомерному удивлению, вошёл и я. Пф-ф… даже пришлось сказать остальным, что так-то, являюсь сыном этого человека! То есть, могу от волнения чего-то там неправильно сделать. Однако, это лишь углубило желание остальных остановить свой выбор именно на мне. Дескать: раз родич, то и работать будешь качественнее!

И ведь, собаки, не ошиблись… Выложился я так, что тело натурально пылало огнём. Провёл через него, наверное, рекордное количество магии…

Может, сам Хорес хотел этого? Имею в виду, что все обстоятельства сложились так, что мы с Тэдрехом встретились именно тут. Вдобавок я знал, как работать с сионами, хоть и не досконально. Пришлось обучаться некоторым хитростям чуть ли не на ходу, да и другие колдуны тоже клювом не щёлкали, объясняя мне непонятные моменты и прямо посреди процесса исцеления пополняли багаж моих знаний новыми приёмами целительной магии. Я, в свою очередь, делился своим опытом, который тоже был немалым. Вышло, в каком-то роде, занимательно и полезно. Во всяком случае для меня.

– Сколько я пробыл без сознания? – уточнил отец, подняв руку и рассматривая ладонь, словно впервые её увидел.

– Всего день, – пожал я плечами. – Нападение произошло вчера.

И мы встали лагерем фактически на поле трупов. Замечательно! Но более ничего интересного не случилось.

– Сколько целителей вынуждены были заниматься мной, обрекая на смерть остальных? – с долей недовольства спросил он.

Столько, сколько было нужно! – заскрежетал я зубами. Какая разница⁈

– Ты – высший сион и граф, отец, – часть недовольства, как бы я его не скрывал, всё равно просочилось в голос. – Если не тебя, то кого ещё нам было спасать? Уверяю, среди погибших по вине целителей нет тех, кто был бы выше тебя статусом.

– Вот оно как, – усмехнулся Тэдрех. – Ты и правда изменился, но иногда в тебе просыпаются элементы воспитания Моргримов.

– Приму за комплимент, – сухо ответил я. – Снаружи шатра ожидают посетители. Я сообщу, что ты очнулся.

– Погоди, Кирин, – остановил он меня, заставив оглянуться на половине пути. Глаза отца пристально изучали моё лицо. Мы будто столкнулись взглядами, начав странную форму борьбы, которую, случись она раньше, я бы точно проиграл. По нескольким причинам, одна из которых – желание ему угодить. Остальные – неопытность и собственная слабость.

Сейчас же я не спешил разрывать наш контакт, невольно сравнивая взор отца с другими людьми, с кем успел встретиться за время своего путешествия. И не находил в Тэдрехе ничего, что могло бы пугать или напрягать.

– Спасибо тебе, – спустя почти десять секунд произнёс он. – Я горжусь тобой, Кирин.

Повтори это на моей могиле, – едва не вырвалось из меня. Не по природной злобности и не из-за некой, мнимой обиды. Нет. Просто констатация факта. Несмотря на то, что я мог прожить всего полтора года, я не боялся смерти. Чего уж, я был к ней готов.

– Это мог долг, – чуть пафоснее, чем собирался, ответил ему и развернулся на выход.

Снаружи (для раненого графа поставили целый отдельный шатёр) ожидало достаточно много людей, которые негромко переговаривались друг с другом. Присутствовала здесь и стража, которая мрачно зыркала на любого подозрительного человека поблизости. И на животных. А то мало ли? Очередной маг-оборотень может легко завершить дело, добив Тэдреха.

– Очнулся, – коротко произнёс я, покинув шатёр графа Моргрима. На мне тут же скрестилось множество взглядов, а потом подлетели мои ближайшие родичи: Лиам и Анселма.

– Какие прогнозы? – деловито уточнил наследник.

– Всё хорошо? – по-простому спросила сестра.

– Лечение прошло штатно, без неожиданностей, – приврал я, натянув слабую улыбку.

Почти невозможно провести столь серьёзную операцию как-либо «стандартно». Тем более, ему в прямом смысле этого слова уничтожило половину тела! Я даже не знаю, что было бы хуже: если бы ему её отрезало, либо как сейчас. Уф… одно дело – выращивать с нуля, другое – брать за основу куски имеющегося и пытаться как-то «надуть» всё обратно, одновременно вычищая из плоти осколки костей, правя мышцы, восстанавливая нервы, вены, артерии и прочие сосуды. Потом ещё кожу…

Ох, до чего же заморочено!

Я от одних воспоминаниях об этом трудовом подвиге едва не вздрогнул, что уж говорить о чём-то ещё? Ха-а… так вымотался, что вчера, уже ночью, после завершения исцеления, в палатку меня тащила Силана – чуть ли не волоком. Благо, что девчонка отделалась лёгкими царапинами и синяками, которые даже не стала лечить. Дура! Утром её обработал, подлечив все эти мелочи.

Было… достаточно интимно. Всё-таки для лечения нужно раздеться. И хоть Плейфан не обнажилась до гола, оставив нижнее бельё, я всё равно касался её тела…

Раскраснелся, будто прыщавый девственник, впервые увидевший женщину. Аж к самому себе отвращение испытал. А потом ещё и сбежал, под предлогом проверки отца. Проверил, вот…

– Он уже в сознании и не испытывает боли. Можете навестить его, – кивнул я на шатёр.

Лиам тут же вошёл внутрь, а Анселма задержалась.

– Пойдёшь с нами? – зачем-то поинтересовалась она.

– Я только что оттуда, – закатил я глаза. – Иди уже.

– Колючка, – фыркнула девушка. – А ещё говорил, что сильно изменился.

Молчаливо отмахнулся от неё, а потом направился обратно – к палатке Силаны. Увы, некогда великолепный шатёр, взятый из закромов дворца архонта Монхарба, оказался уничтожен одной из магических атак. Не спасли даже мои руны – только снизили проникающий эффект. Теперь он представлял из себя не горящие лоскуты, а «всего лишь» дуршлаг.

Пришлось обходиться офицерской палаткой, которая была выдана интендантом. Благо ещё, что я свою сумку носил с собой, потому бoльшая часть вещей не пострадала, а те, которые находились снаружи… хер с ними, новое добуду.

– Я к тебе потом загляну, слышишь, Кирин⁈ – крикнула Анселма мне в спину, на что, не оборачиваясь, просто приподнял правую руку, показав, что услышал.

Угу… правда радости особой не испытал. Хотя… чего бы и нет? Пусть приходит. У меня не так чтобы сильно много разных друзей или знакомых. Не успел ещё в должной мере проникнуться местной, ха-ха, культурой!

Нет, причина и правда максимально проста: я оказался вдали от коллектива. То есть, тот же Ресмон (здоровяк не пострадал, я видел его с отрядом других колдунов – как одного из тех, кто начинал освоение стихий с земли, он чинил дорогу, уничтоженную несколькими мощными чарами нападавших) был погружён в группу боевых магов, с которыми и проводил бoльшую часть времени. А я… ну-у… С какой-то стороны мне повезло, но оказавшись на войне, нельзя ожидать, что будешь в безопасности даже в относительном тылу.

Надеюсь, в будущем такого же не повторится? Имею в виду, меня же не бросят на штурм Мобаса, когда мы до него доберёмся? Я, так-то, охрана важного лица!

Ухмыльнувшись про себя, шёл по буеракам и грязи, в которую превратилась стоянка – слишком уж активно велись бои, отчего на землю то и дело падало всякое разное: вода, огонь, молнии, лёд, куски камня… И ведь, сука, иного решения, кроме как расположиться прямо тут, и правда не было! Войско оказалось не в состоянии единовременно «отодвинуться» на пару километров и разместиться в стороне. Во-первых потому, что по краям располагались достаточно густые леса, во-вторых, потому что нас было до хера (порядка трёхсот тысяч человек), в-третьих, потому что армия временно оказалась парализована. Высшее командование спешно перестраивало свои важные тактические планы и обсуждало, каким это образом вообще сумели пропустить магическую атаку. Низшее командование наводило порядок, пытаясь понять, сколько людей погибло, где взять замену убитым лошадям, уничтоженным пушкам, инсуриям, телегам и прочему имуществу. Нужно было подсчитать траты провианта, заменить убитых офицеров, чтобы не допустить разброда и шатания, восстановить упавший боевой дух и прочее-прочее.

Ух, даже боюсь представить себе бесконечный список этих дел!

Вот они и скомандовали привал прямо на месте. Логичный поступок, хоть и не без своих минусов, по одному из которых я сейчас иду.

– Зараза, – сплюнул я, оглядев сапоги, с которых аж спадали жирные куски грязи. – Для полного счастья не хватает только дождя.

Закуток Силаны, где трое выживших слуг (один из магических ударов попал в нашу карету, отчего взрывной волной перебило приличную часть находящихся поблизости людей, включая переводчика, Баера Фёртаса) смогли наладить какой-никакой быт, порадовал меня своей тишиной. Признаться, даже голова начала болеть от криков и шума лагеря, который ни на секунду не переставал галдеть. Даже ночью!

– Надеюсь, завтра уже продолжим путь, – буркнул я, остановившись возле нашей с девушкой палатки (их не хватало, так что выдали одну на двоих) и соскребая грязь с подошв. – И так прилично задержались. Что получается, ценой жизни нескольких десятков магов, Мобас умудрился задержать нападение на пару дней? Что это, глупость или подвиг?

Я вздохнул. Всё зависит от того, кто победит и кто будет о подобном говорить. Уверен, в научных трудах Империи – которые наверняка появятся, стоит только компании по подчинению вольных городов закончиться, – станут утверждаться о бездарности вражеского командования, которые, вместо того, чтобы организовать «точечные уколы» или сформировать «единый кулак», растратили невосполнимый ресурс версов на то, чтобы слить их, столкнув с объединённой имперской армией. А вот наши противники, например республика Аспил, вполне себе могут написать, что таким образом Мобас уничтожил у нас немало командиров, припасов и различных ценностей, при этом задержав армию на несколько дней, что привело к ещё бoльшим проблемам с продовольствием и усложнило ситуацию на родине. Ведь пока мы здесь возимся, тот же Челефи захватывает один город за другим. Или осаждает их, в попытках захвата. В общем, не сидит на месте, это уж точно.

В каком-то роде правыми окажутся обе эти точки зрения. Потому что истина находится ровно посередине. Ха-ха, как писал святитель Холгук: «Храбрость в Аду невозможна, а на Небесах не нужна. Лишь герои в полной мере принадлежат сему Миру». Это легко можно переложить на нашу ситуацию, в которой правды попросту не сыскать. Однако, что я знаю точно: ни один человек не станет действовать во вред себе. А если подобное происходит, то он либо сумасшедший, либо мы просто не знаем его истинного плана. И Ралтор Броннусворд, архонт Мобаса, очевидно считает смерть львиной доли своих колдунов приемлемой ценой за нашу задержку.

Хмыкнув, уставился на прилипчивую грязь, которая отказывалась покидать мои сапоги и лишь сейчас сообразил, что я, так-то, волшебник! Первым делом хотел было смыть её водой, но я ведь не какой-то новичок, земля тоже покоряется мне, хоть и куда как меньше…

– Во-о-от, – довольно закивал я, наблюдая, как обувь очищается от всего налипшего мусора. – Ха-ха!

Давно не тренировал стихии и лучи, – поскреблась мысль на краю сознания. И она была чертовски верной! Я будто бы сосредоточился на всём, кроме искусства боя. Всё артефакторика, да лечение, а ведь давно бы уже мог попытаться «добить» землю до идеала, чтобы в бою совмещать обе стихии, став весьма опасным противником. В конце концов, у каждой стихии есть свои сильные и слабые стороны, и если я сумею комбинировать две из них, то смогу прикрывать слабости одной сильными сторонами второй.

Например, земля хороша в защите и ловушках: каменная броня, ямы, земляные колья, взрывы и прочее. Огонь наоборот, хорош в атаке и в делах, когда нужно быстро уничтожить огромную массу противника, либо какие-то сооружения. Объединив две эти стихии, можно получить колдуна, одинаково уверенно чувствующего себя и в обороне, и в нападении. Что уж говорить об остальных? Тот же ветер даст манёвренность и всё в таком же духе. Здорово? Ещё как!

Вот только времени ни хера нет.

Вздохнув, почесал затылок, а потом заглянул в палатку. Хоть и офицерская, но она всё равно была довольно маленькой: три на три метра и четыре спальных места. Но тут проживали лишь мы с Силаной. Вообще, получив палатку, планировалось, что девушка будет проживать в карете – которую уже успешно починили (и даже не я!) маги-производственники; осталось лишь внимательно изучить все руны, чтобы ничего не попортилось или не стёрлось, – но Плейфан ответила, что до смерти задолбалась ехать в этой грёбаной «телеге». И я, с какой-то стороны, её понимал. Поэтому теперь мы проживали в палатке. Вдвоём.

Романтика! Аха-ха-ха! Нет… скорее новые заморочки. Эта… аристократка, оказалась столь неприспособленной к реальному миру, что мне приходилось натурально обучать её даже самым незначительным мелочам. А ещё ухаживать, словно за домашним питомцем.

– Надеюсь, ты одета? – произнёс я, когда забрался внутрь. Признаться, после того случая, с лечением, я ни разу не видел её хоть частично оголённой. И… это хорошо. Я не хотел того, что может у нас произойти. Не хотел и всё тут. Не потому, что Силана некрасивая. Красивая, ещё как. Дело в том, что это не пойдёт никому из нас на пользу. Я уже не представитель знати, а потому за подобное деяние явно окажусь в немилости. И это мягко сказано! Казнить не казнят, всё-таки я волшебник, но сошлют куда подальше, на самую неприятную и тяжёлую работу. В армии такая – штрафной отряд, с которым обращаются на уровне заключённых и затыкают их силами самые тяжёлые направления. М-да… местечко, где моя печень крайне быстро познакомится с наточенной сталью. Её же… ну-с, скорее всего лишат даже формальной независимости и управления Монхарбом. А ещё возникнут проблемы с супругом, ведь нужен не первый попавшийся, а аристократ. Но кто из верхушки позарится на порченую девку? Это же неуважение! Целители, конечно, всё восстановят, но слухи уже пойдут в народ, а потому «правителем» города или будет пятый сын какого-то средней руки лорда, либо тот, на кого надавят, вручая подобную «честь». Он же, в свою очередь, за подобную неудачу, обвинит именно Силану.

Ох, это конечно только мои предположения, ибо может за Монхарб просто передерутся все представители власти, но… не думаю. Очень далёкая от Малой Гаодии территория. Помощи, при нужде, дождаться будет сложно. Высокая автономия, но налоги никто не отменял, как и законы Империи. Проверяющие точно будут приходить каждые пару лет. Следовательно – особо не забалуешь. А ещё город восстанавливать, территорию вокруг… Это же сколько проблем!

Надо оно привычным к развлечениям столицы представителям высшего общества? Сомневаюсь. Но на кого-то такое удовольствие всё-таки повесят. И я не хочу усложнять жизнь Силаны тем, что ей ещё будут регулярно ставить в укор факт лишения девственности до брака.

За этим, так-то, сам Дэсарандес присматривает! – подумал я, пока глаза привыкали к полумраку палатки.

– Я найти мертвец, – чуть дрожащим голосом сообщила Плейфан, сбивая меня с толку.

– Чего? – нахмурился я. Может, она неправильно что-то произнесла?

– Тело… – повторила юная наследница Монхарба. – Похоже, его забыть. Не убрать. Наверное не нашли.

Её акцент понемногу пропадал, но всё равно звучал достаточно заметно. Впрочем, это дело практики. Уверен, ещё месяц-другой и будет говорить почти без ошибок.

– Где оно? – покрутил я головой, а потом заметил нечто в самом углу, возле лежанки Силаны, которая как раз расположилась на небольшом бугорке. Бугорке… ага…

Подойдя ближе, я заметил, что кусок ткани был грубо порезан – и кто это чинить будет⁈ – и из-под него пялится чей-то мёртвый белесый глаз.

– Надо позвать слуг, чтобы они убрали его, – произнёс я. – А потом чинить палатку, – не удержавшись, добавил ворчливым, стариковским тоном.

Вот про это я и говорил! Неприспособленная девчонка! Даже я, тоже, так-то, аристократ не из последних, осознаю и понимаю такие вещи. А эта!.. Эта…

Подавил желание сплюнуть.

– Тебя не волноваться по этот повод? – сбилась она на ещё более сильный акцент, кивнув на труп.

– Разве мы ещё не насмотрелись на мертвецов? – нахмурился я. – Ты, я думаю, видела их немногим меньше, если не больше, моего.

Всё-таки она, как я знаю, присутствовала при осаде крепости Карсо-Анс. А там, по слухам, была редкостная бойня.

Плейфан задумчиво кивнула моим словам. Её взгляд не отрывался от виднеющегося в прорехе мёртвого тела. Отсюда было даже непонятно, отчего он погиб. И вообще, Триединый этих слуг побери, как получилось, что палатку поставили на мертвеца⁈ Не заметили? Или он был запорошен землёй?

– Нечего тут торчать, – поморщился я, – труп с каждым днём становится лишь более пахучим, ведь представляет собой натуральный кусок мяса и потрохов. Ещё и дерьма в кишечнике, небось, было до хрена и больше. Подумай, как всё это завоняет, если мы упустим момент, – аккуратно взял я её за локоть и потянул на выход.

– Да… – опустила она взгляд. – Да… ты правда.

Выбравшись наружу, я взял дело в свои руки и троица слуг сноровисто перетащила палатку. По старой памяти, всколыхнувшейся после встречи с семьёй, я обругал их за тот факт, что придурки не заметили мертвеца.

– Не тебе указы раздавать, – к моему удивлению, высказал один из них. – Ты сам как слуга, всего лишь волшебник. Лишь госпожа…

Водный хлыст рассёк его кожу, да так, что образовалась кровавая полоса, перечеркнувшая лицо мужчины пополам, одновременно ко всем чертям смяв его нос. Гнусавый и очень громкий визг резанул по ушам. Силана дёрнулась, с удивлением и долей испуга посмотрев на эту картину.

– Наказание за нарушение приказа, – коротко пояснил я ей. – Он не умрёт. Я прослежу за этим.

– Он из Монхарба… – пробормотала брюнетка.

– И имеет все шансы вернуться обратно, но уже более послушным, – хмыкнул в ответ, не обращая на подобное особого внимания. Слуга должен быть слугой. И когда он наглеет, то его нужно наказать. Вопрос – кому? Силана – женщина и она не сион. Какой-то стражи у неё нет, лишь имперские солдаты. Ранее кто-то был (я не узнавал, из Монхарба ли они или поставлены приказом кого-то из командования), но сейчас, во всяком случае пока, никого нет. Получается, это ноша, как и её охрана, временно возлагается на меня.

Благо, девочка не была совсем уж тупой, а потому восприняла случившееся как данность, особенно когда двое других слуг, под моим «добрым и всепрощающим» взглядом, подтвердили мою правоту.

Чего уж, к нам, на крики, даже прибежало несколько стражников, но узнав в чём дело, лишь поворчали, да вернулись обратно.

Раненого я пинками погнал самолично вытаскивать труп, а потом на своём горбу тащить его в сторону общих погребальных костров, куда до сих пор стаскивали мёртвых.

– Обратишься к лекарям, – сказал я ему, повелительно махнув рукой (жест получился будто бы сам по себе), – может, они не откажут тебе в лечении. Если же откажут, то… – хмыкнул, – придумай что-нибудь. Думаю, подойдёт качественная повязка.

Конечно же я знал, что рано или поздно именно мне придётся заняться его лечением. У придурка кровища хлестала так, что руки дрожали! Какая уж тут работа по переноске трупа? Самому бы не упасть! Поэтому дал ему в пару ещё одного слугу, негромко сказав присмотреть за раненым и, ежели что, тащить обратно. Подлечу, куда я денусь?

Всё-таки лицо, по которому я попал – это то место, где очень много маленьких, но важных кровеносных сосудов. Плевать, что зацепить: губу, висок, лоб, бровь, ухо или нос – кровить будет так, что мало не покажется.

– Ицо, маре ис буолсо курл’мир, Аримандиус, энцо сёто. Норчом карадоло… – начала бормотать Плейфан, глядя на мертвеца, которого потащили слуги, в то время как последний оставшийся занимался нашей палаткой.

И вроде бы обычная болтовня на грёбаном мунтосе, но… кое-что резануло мне ухо. Аримандиус. Это ведь бог-хранитель из Триединства!

– Проклятая дура… – сплюнул я, а потом быстро покосился по сторонам. Но лишних ушей, вроде как, не было.

Дождавшись, пока Силана дочитает молитву, аккуратно взял её за локоток и отвёл в сторону.

– Что? – спросила она, очевидно рассмотрев хмурое выражение моего лица.

– Триединство запрещено в Империи, – ответил я ей. – И это важно. Ты можешь не верить в Хореса, не посещать его храм, – я опустил тот момент, что за такое поведение ей ой как больно прилетит! В Империи положено посещать храм, хотя бы изредка. – Но ты не должна открыто молиться другим богам. Узнают – проблем не оберёшься.

Не зря ведь подобное запрещено законом. И даже собственный статус не остановит «самых праведных людей». Может, на первый раз, ещё ограничатся внушением. Но повтор… хех… удавят тихонько, вот и весь «правитель-еретик».

– Нет ничего проще, чем критиковать богов, в которых верят другие, когда сам находишься на стороне победителей! – неожиданно чисто заявила Силана. – Ты считаешь, что Хорес существует, потому что Триединство проиграло. А значит, либо наши боги ложные, либо слабые.

– Нет, – прищурившись, возразил я. – Здесь я в таком же положении, как и ты, ведь верю в Хореса только на основании того, что утверждают другие. Вот только суть в том, что о существовании моего бога говорит живой пророк – император Дэсарандес Мирадель, чьи способности нельзя объяснить ничем иным, кроме как божественной волей. У вас, как и у остальных религий, подобного нет. Следовательно, моя правота очевидна.

Стоит ли говорить, что мы снова поссорились?

На каком-то этапе Плейфан начала ругаться на чистом мунтосе, отчего мне оставалось лишь скрестить руки на груди, ожидая, пока этот поток прервётся.

Прервался. Слезами. Сграбастал её, прижав к груди. Вырвалась. Ударила по плечу. Больно ударила. И сбежала.

– Дура, – прошипел я. Было и правда больно.

Вернулся в поставленную палатку, восстановил дыру – зачем вообще её колупала?.. – вытащил из сумки амулет отпугивания насекомых, расположив ровно в центре. Уничтожил появившуюся стайку мелкой живности (офицерская палатка была не новой…), потом ещё раз почистил ткань (очищая следы сдохшей живности), далее чернилами вывел короткую рунную цепочку регуляции температуры, которой хватит на какое-то время, и направился проверять карету. День ещё в самом разгаре…

В процессе работы пришлось отвлечься на раненого слугу, которого едва ли не волоком притащил второй. Подлечил. Наказал следить за языком. Получил клятвенные заверения, что он будет во всём слушаться «молодого господина», но судя по его взгляду, лучше бы мне на ночь не снимать зачарованной одежды. Да и амулет определения ядов обратно нацепить.

Сука! Так и захотелось его кипятком обварить, да так, чтобы кожа заживо облезла, а сам придурок охрип от криков. Но убивать слуг своей формальной госпожи я не мог. Да и не хотел. Силана сама разберётся. А этот… что же, буду осторожнее, но если реально заподозрю чего неладное, так самолично его прикончу! Сугубо на всякий случай.

Отчего-то припомнился Дризз. Вот кто навёл бы здесь порядок! Уверен, ему бы и намёка хватило, чтобы… Хм, он бы убил его ещё тогда. М-да… Может, нужно было поступить также? Или Хродбер – не тот человек, которого стоит взять целью подражания?

Хорес, дай мне знак! Мне и правда это нужно! Я не знаю, как правильно себя вести. Так, как раньше – не вариант, ведь я уже не отношусь к знати. Соответственно, модель поведения отца и братьев, которую я копировал (со своими дополнениями, но да не о них речь), теперь невозможна. Поступать как император – не хватает навыков и сил. Как Тёмный принц – слишком… слишком… пафосно? Не могу сформулировать, но у него все ситуации, как будто бы сами собой, складывались так, что всё получалось решить или возвышенной речью, или дуэлью, или лихим кавалерийским налётом.

Бред… В жизни всё не так. Не так! Тогда что остаётся? Неужели и правда поступать, как Дризз? Стать бездушной копией этого ублюдка? Убивать по подвалам детей⁈ Резать людей из-за малейшего подозрения⁈

Вздохнул, так ничего и не решив, и вернулся к прерванному занятию – проверке кареты. Да уж, Силана… дура! И моё ей подчинение нельзя назвать никак иначе, чем блажь моей родни. Имею в виду, в ином случае девчонке просто зачаровали бы кое-какие вещи: пару амулетов, может палатку и ту же карету, да и всё. Никто не стал бы давать ей в пользование целого мага-артефактора. Мы, как бы, элита. Уверен, даже армейские дуболомы это понимали. Хотя бы офицеры, которые точно берегли бы меня, как зеницу ока, направляя в бой лишь в самом крайнем случае. А значит что? В безопасности был бы! Ну-у… надеюсь.

Неважно. Мне нравится моё нынешнее место. Не пыльное, хоть и замороченное. Дура… говорю же, дура!

Постоянные мысли мешали концентрации, но я не был новичком, а потому работа всё равно шла и шла вполне успешно. Обновил парочку рунных цепочек, кое-что поправил, кое-где заменил, отчего собственная работа стала по настоящему меня радовать. Я вообще полюбил работать с деревом и металлом. С шитьём – не очень. Но ничего не поделать, на него у меня тоже имелись планы.

Закончив с каретой, ушёл в пустую палатку, где принялся заниматься сапогами. С обувью вообще работать было проблемно, особенно той, которая должна быть непромокаемой.

Приходилось идти на хитрость и вырезать из кожи тонкие стельки, на которых и вышивать нужные рунные комбинации, а потом аккуратно соединять их, закрепляя внутри. Для гарантии капнул немного клейкой смолы, чтобы точно не выскочили из сапог, а потом поставил сушиться возле огня – на достаточном расстоянии, чтобы быть уверенным, что сапоги именно что высохнут, а не начнут тлеть и гореть.

Теперь, благодаря рунным стелькам, моя обувка стала крепче, получила возможность контролировать температуру, а ещё, что самое важное, теперь к ней не липнет грязь! Настоящий артефакт, достойный императора!

Настроение бодро поползло вверх, а потому, к вечеру, направившись за ужином, договорился с поваром, который, за пару лишних монет, предоставил мне две порции пищи для аристократов, которые ныне оказались не в состоянии вкусить столь великолепную вещь, как вырезка ягнёнка, молодой картофель и жареная фасоль, по причине своей смерти в недавнем налёте колдунов Мобаса. Не пропадать же теперь добру?

Вернувшись обратно, приказал слугам вытащить стол, после чего разместил на нём блюда и достал припрятанную бутылку вина, дожидаясь одну дерзкую девчонку. Нужно будет полноценно помириться, а то, как-никак, спим вместе. Просто спим!

– Хм, – слабо улыбнулся я. Иного и правда периодически хотелось, однако же – нет и нет. Проблемно! Проще будет сходить к шлюхам, хоть на них и выстраивается, периодически, настоящая очередь.

Вскоре Силана и правда пришла (мне пришлось дважды подогревать еду!), только… под конвоем стражи, с синяком под глазом, порванным воротником, помятым видом и в кровь разбитых кулаках.

– Чего не проследил, защитник? – ухмыльнулся офицер, контролирующий четверых солдат. – Подопечная твоя драку со жрецом устроила! Еле отбили её у толпы, которая уже хотела растерзать эту фурию.

– Дура-а-а, – протянул я, опустив голову и прикрыв ладонью глаза.

Повезло, что собственный статус её спас. Но, как и предполагал, внушение этой бунтарке сделали. Неприятно. Пришлось лечить. Потом молчаливо ужинали. Я опасался, что если открою рот, то как следует пройдусь по всей случившейся ситуации, а потому благоразумно молчал. Она тоже.

Так и закончили, заодно прикончив бутылку не самого плохого вина. Думал, что оно развяжет Плейфан язык, но нет – словно воды в рот набрала. Я тоже держал язык за зубами. Особенно когда в голову отдала приятная мягкость и лёгкая слабость. Хорошо…

Улыбка сама появилась на лице, но не настолько, чтобы я перестал себя контролировать.

Мы молчаливо оставили стол слугам, которые сноровисто убрали тарелки и бодро утащили его куда-то вдаль. Мы же забрались в палатку. Я уложил сонную и вымотанную девчонку спать, а сам принялся чистить, ремонтировать и прибирать свою и её одежду. Производственная магия мне в помощь, но… Я что, нянька? Похоже нянька.

– Как ребёнок маленький, ну в самом-то деле, – ворчал я, комментируя уже сладко спящую Силану, а в заключении вздохнув, принялся дочитывать книгу магии, вытащив светильник, чтобы было видно буквы.

Хоть мы весь вечер продолжали молчать, под конец Силана смотрела на меня уже не как на врага, а… скорее извиняюще, что ли? Так смотрят дети, которых наругали за пакость, а они, в свою очередь, смертельно обиделись на родителей, обвинив тех во всех грехах. Но время проходит, страсти успевают улечься, а мысли… они не отпускают, продолжая крутиться в голове. Тогда они возвращаются, но всё ещё не могут сказать этих простых слов: «Извини меня».

Дети не умеют так делать. Не умеют искренне вкладываться в эти слова. Их извинения либо отработаны, как механизм и за ними ничего не стоит, либо его нет вовсе.

Силана, судя по виду, из второй категории, что меня радует. Враньё я не терплю. Однако, молчание немногим лучше. Посмотрим, как она будет вести себя дальше. И если Плейфан надеется, что я, как и она, буду изображать, что ничего не случилось, она ошибается.