Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"
Автор книги: allig_eri
Соавторы: Павел Чук,Вай Нот,Саша Токсик,Валерия Шаталова
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 39 (всего у книги 348 страниц)
Высокий крепкий мужчина аккуратно пригладил свои длинные волнистые волосы, немного потоптался на пороге и толкнул рукой массивную дубовую дверь. Знойное солнце освещало поляну вокруг его бара.
Столько лет он прятался в тени, жмурясь от колкой боли, приносимой яркими лучами небесного светила. Но не теперь. Удивительные ощущения. Удивительные и давно позабытые.
Поляна сегодня выглядела не сочно-зеленой (хотя он уже и позабыл, когда в последний открыто разглядывал её такой), густой ковёр трав скорее отдавал легкой желтизной, словно подсох от ежедневной жары.
Лорд Рэйсгорн Ливарелл улыбнулся краешками губ, поправил тёмные очки, на душке которых едва заметно стояла маркировка «Polaroid» и бодро зашагал по узкой тропинке.
* * *
– Я не виновата! – верещала девица, со всех ног драпая по высоким Орским сугробам.
– Дрянь! – злобно произнёс прокуренный голос за ее спиной. – Я у тебя навсегда отобью охоту ложиться в постель к чужим мужьям!
– Не трогайте меня!
Розовые волосы липли на лицо, невысокие сапожки черпали снег, холодили открытые лодыжки.
– Да больно надо тебя трогать, пусть теперь тобой в терминале занимаются.
Милена, конечно, осознавала, что эту пустоголовую снова вернут на Землю. Ну и что с того, теперь расхлёбывать будет новый транспортировщик. Помнится, она долго возилась с этой розовой, убеждая её в галлюцинациях на фоне обморока. Но это теперь не её проблема. Вот такой прощальный подарочек этим ублюдкам. Она взмахнула своим кинжалом в последний раз.
– Скатертью дорожка, дрянь. Что ж, теперь можно и на пенсию.
* * *
– Но папа!
– Келси, я всё сказал! Ты продолжаешь учёбу и точка! Никаких переводов! Где это слыхано, чтобы уважаемый род Сибон опускался до Третьей академии!
– Леменс, – вкрадчиво позвала аккуратная, но слегка полноватая женщина. – Наша дочь чуть не погибла. Не лучше ли…
– Не вмешивайся, Ития. Я не позволю ей навлечь на семью такой позор. Всего лишь нелепое покушение.
– Нелепое?! Папа! – Келси не могла сдержать обидных слёз.
– Ничего плохого не случилось. Не реви! Мазь из календулы скоро излечит твои синяки, не останется и следа. А перевод… Хм… Я позволю тебе его только в одном случае, если он будет в Первую академию. В Пер-ву-ю. Запомни.
– Мама… – всхлипнула длинновласка.
Ития с любовью обняла Келси, в глубине души она была на стороне дочери, но никогда, никогда она не пошла бы против слова мужа. Материнскому сердцу оставалось только надеяться, что всё случившееся действительно было нелепой случайностью.
* * *
Хрупкая на вид девушка млела на алых простынях. Она лежала на животе, сложив руки под подбородком. Жар её тела плавил кубик льда, которой неторопливо катал вдоль её позвоночника лежащий рядом студент третьего курса.
– М-м-м, приятно.
– Я знаю, как сделать вам ещё приятнее, леди де Лейн.
Он властным движением перевернул худощавое, но спортивное тело на спину, прошёлся кубиком льда вокруг её пупка и начал спускаться ниже, оставляя влажную дорожку.
– Ай! Не так быстро, – Ками перехватила его руку и вернула на свой живот.
– Устала?
– Не дождёшься, – девушка запустила пальцы в его взлохмаченные волосы. – У нас бывали марафоны и подлиннее. Просто я так и не сказала тебе спасибо.
– Да перестань! Сущий пустяк – передать письмо лорду Ливареллу. Любой поступил бы так же, – он собрал губами холодную влагу с её кожи, – особенно когда ты так просишь. И особенно если знаешь, какая награда ждёт впереди.
– Сайто…
– Леди де Лейн, – возвестил он учтиво-вежливым тоном, – скажи слово «спасибо», на этом покончим с формальностями и перейдём к десерту.
С этими словами он бросил лёд обратно в ведёрко, навис сверху, медленно покрывая шею девушки поцелуями.
– Ну?
– Спасибо… – томно выдохнула Камила, раскинула руки в стороны и смяла пальцами алую ткань.
* * *
Русая девчушка с двумя косичками распахнула дверь и тут же уткнулась носом в пышный букет сиреневых цветов. Ирисы, лаванда, мазасцеры…
– Это тебе, Пироженка.
– Ну, Лакриш! Я уже давно никакая не «пироженка». Я не маленькая!
Девочка попыталась нахмуриться, но аромат цветов вытеснил все негативные мысли, и прошлые, и грядущие. Самире нравилось здесь и сейчас вдыхать сладковатые запахи, словно они могли стереть всё плохое, оградить благоухающей стеной от всех переживаний.
– Как скажете, леди Самира…кхм…
Кудрявый мужчина замялся – пожалел, что решил подыграть девочке.
– Леди Самира де Фонтин, – гордо объявила девочка, демонстративно задрав крупный носик. – Спасибо за букет, Лакриш, пойду поставлю в вазу.
Мужчина одарил девочку лучезарной улыбкой, которая сползла с его лица, стоило только Самире уйти из гостиной. Кудрявый Аполлон знал дом Арса как собственный и потому без труда отыскал лорда Ливарелла в его кабинете.
– Таки де Фонтин? – сокрушенно покачал головой Лакриш вместо приветствия.
– Таки да. Проходи, друг. Вина? – Арс отложил в сторону стопку бумаг, подошел к буфету с напитками.
– Лучше давай по стопке эля. Виноградного. Никак не идёт на контакт наша Пироженка?
– Лакриш, я не силен в воспитании детей, ты же знаешь. И как проломить этот барьер между нами – ума не приложу.
– А я тебе всегда говорил, что не стоило этот барьер создавать, идти на поводу у Адрианы и скрывать своё отцовство от ребёнка. Эта горделивая старуха столько жизней поломала. Эх, – махнул рукой Лакриш, – чего уж теперь. Надо исправлять то, что есть. Самире сейчас сложно.
– Я знаю, – мрачно отозвался Арс. – Но, сам понимаешь, всей правды я ей никогда не расскажу.
– А мне? Мне расскажешь?
– И тебе. Ты же знаешь. Министерство, безопасность, тайны, чёрт бы их побрал!
– Да всё я понимаю, – кивнул здоровяк, – сходи с Самирой в шатёр, что ли. Девочки любят представления, особенно если им до четырнадцати вход без сопровождения взрослых воспрещен.
– Лакриш, не надо развращать мою дочь.
– Да что за ерунда! Арс, я же не в дом утех на экскурсию приглашаю. Не может она тебя принять как отца, так постарайся стать ей другом. Для начала. Тем человеком, кому она сможет доверять, с кем может поговорить, да чёрт с ним – даже похулиганить. Ей это сейчас нужно. Поверь, я в таких вещах разбираюсь.
– Ладно, – Арсгорн отпил из бокала и покатал на языке глоток эля. – Шатёр так шатёр.
– Я был бы рад услышать однажды от нее: «Я – леди Самира Ливарелл».
– Я тоже, друг, я тоже.
– Значит решено. Начинаешь с представления. А я потом целый список развлечений составлю. Кстати, о развлечениях, как там моя императрица поживает? Передашь ей, что я все ещё жду её императорское величество в гости. Даже розмариновую ванну приготовлю по такому случаю.
– Лакриш! – неожиданно для самого себя рявкнул Арс и уже тише добавил: – не стоит этого делать.
– Опа! – собеседник со скрипом пододвинул стул, уселся и приготовился внимательно слушать. – А чего это ты так напрягся, друг?
– Да ничего.
– Ничего? Уж мне-то не лги. Мы с тобой знакомы с детства, поверь, за это время я научился считывать твои эмоции. Нравится тебе эта леди?
– Не имеет значения.
– Отчего ж? Она весьма интересна.
– Оттого. – Арс залпом осушил бокал. – Рэй…
– Вот тебе раз, – после недолгой паузы озвучил Лакриш, прицыкнув. – Рэй? Опять?!
– Опять.
– В мире полно хороших девушек, как же вас так угораздило?!
– Откуда мне знать?
– И что ты намерен делать? – Лакриш бил словами в самую душу.
– Абсолютно ничего. Я не имею права. Там всё сложно у них с Рэем. И Кристина должна сама разобраться в своих чувствах. Давить на неё было бы нечестно.
– Или ты просто боишься снова всё потерять, друг.
– Или боюсь. Мне кажется, ты выбрал не ту профессию. Надо было тебе в лекари идти, Лакриш. Вот и лечил бы людям тело и душу.
– Так я этим и занимаюсь, друг. Каждая женщина выходит из моей сиреневой комнаты удовлетворенная, окрыленная и полная надежд.
* * *
– Тебе идет, – коснулась я рукой душки очков на лице Рэя. Непривычно было видеть, как солнце играет в его тёмных волосах, придавая им легкий оттенок горького шоколада. – Как ощущения?
– Странные, – он перехватил мою руку, – я восемь лет прятался в тени. Восемь долгих лет. Сложно представить, что изобретения низшего мира, смогли так запросто решить мою проблему.
– Это всё специальное полароидное покрытие, оно не пропускает ультрафиолетовые лучи.
Мужчина так и не выпустил моей руки, он поднес её к губам и мягко поцеловал.
– Рэй…
– Спасибо. Просто хотел сказать тебе спасибо, Крис.
Мы шли по тренировочному полю, держались за руки и наверняка со стороны напоминали влюбленных подростков. Но это не так. Между нами всё было не так. Я привычно чувствовала притяжение к нему. Иногда замедляла шаг, через силу отгоняла от себя навязчивое желание коснуться его губ своими и упасть в его объятиях на зелёный ковёр душистого клевера. Старалась контролировать себя, но не могла до конца разобраться в чувствах, отделить ложное от настоящего. А вот Рэй. Он всё решил сам. А оттого на душе стало ещё тоскливее.
* * *
[где-то во Фрио]
Во главе длинного каменного стола горделиво восседал мужчина, от которого исходили невидимые волны силы, власти и недовольства. Строгую линию висков, добиваясь которой был казнён далеко не один цирюльник, уже затронуло возрастное серебро, нос хранил упрямую горбинку, а взгляд… Тяжёлый и гнетущий он заставлял всех присутствующих сидеть с неестественно прямыми спинами. Всех, кроме женоподобного, испещренного россыпью мелких морщин существа в белых, ниспадающих до самого гранитного пола, одеяниях.
– Оракул Ксулоть что скажет? – обратился глава к Белой.
– Ксулоть полагает, крайние меры будут оправданы, император Фредерик Фриойский, – звонким голосом юной девушки, так не вяжущимся с внешним обликом, сообщила Белая. – Публичная казнь бунтовщиков усмирит прочих несогласных. 87 % положительного исхода.
– Почему не сто?
– Иные пути дают меньше гарантий, иные сокрыты в тумане, – певуче протянула Оракул будничную фразу.
– Мэтр Ирн Кобье, – властелин вперил взгляд в сухонького старичка, тот немедля сел ещё прямее, – готовьте эшафоты.
– Будет исполнено, величество император Фредерик Фриойский.
– Тех двоих нелегалов ампелосских туда же.
– Слушаюсь, величество император Фредерик Фриойский.
– При всём уважении, – вновь рассыпалась звоном Белая, – Ксулоть желает сохранить девицу.
– Желание или гарантия? – повёл бровью император.
– Нелегалка – не уроженка Ампелоса, – позволила себе проигнорировать вопрос Оракул. – Она пришла в наш высший мир из среднего, но в средней попала из низшего.
На лицах присутствующих мельком проступило подобие интереса, и тут же скрылось за сухими официальными масками.
– Она даст нам сведения по миру Земля.
– Так заберите их сегодня, а завтра отправьте на эшафот, – нотки раздражения уже проникали в голос главы.
– Ксулоть не может. Девица всего лишь в четвёртом ранге силы. Она умрёт раньше, чем отдаст свои знания. В её случае необходимо время и добровольное сотрудничество.
Император презрительно сморщился, словно его прихватила горловая жаба. В конце стола, на свой страх и риск, издал невразумительное покашливание мэтр казны Гибериус Кайн.
– Говорите, – небрежно кивнул ему глава.
– Величество император Фредерик Фриойский, знания девицы могут сократить расходы в направлении изучения этого огромного техногенного мира. С позволения светлейшей из Белых я бы предложил временно определить девицу в Гротье.
– Ксулоть не может позволить или отрицать позволение, – откликнулся Орапкул. – Магии в девице только на четвёрку – посему её будущее не откликается. Туман. Но Гротье дало бы нам время.
– Сколько? – глава вперил тяжёлый взгляд в Белую, но та с легкостью его выдержала.
– Пять-шесть месяцев, возможно.
– Оставим их на семь. Как раз до отбора.
«Обоих?» – вертелся вопрос у каждого присутствующего, среагировавших на оговорку «их», но так остался не высказанным.
– Отправляйте. Пусть остаются на равных с остальными абитуриентами, на отборе всё равно пойдут в расход.
– А если нет? Если смогут пройти? – осмелел мэтр Кайн, – казнить их позже, величество император Фредерик Фриойский?
– Если сумеют пройти вступительные отборы, значит достойны. Фриойский университет Гротье примет их, как всех прочих студентов. Мы жестоки, но справедливы.
– Мы жестоки, но справедливы, – хором повторили члены совета.
Глава 16Учебные будни затягивали в свои хваткие объятия. Новые предметы давалась не просто, но бессонные ночи и занятый сложными формулами мозг периодически отключали меня от реальности и позволяли забыть. Но это только периодически.
Комната № 308 день ото дня отзывалась неуютной пустотой. Лишь Шиша привычно заползал мне на шею и помогал зубрить материал, ментально посылая яркие ассоциативные картинки.
За целый семестр Академия пережила много событий. Скандал за скандалом, решение министерства о закрытии и расформировании всей академии, отзыв этого решения, штрафы, постоянное присутствие всевозможных комиссий, отстранение ректора, выборы нового. Последнее особенно отразилось на студентах. Как оказалось, выборы зависят не от величины магического потенциала, а от умения организовать учебный процесс, багажа теоретических знаний и много чего ещё. Среди кандидатов на должность проводилось… эм-м-м… по-земному я бы применила такие слова как тестирование, тендер и конкурс на лучший бизнес-план. Таким образом, у власти теперь оказалась леди Клинелла. Та самая вредная старушенция из библиотеки. Мы подавленно ожидали тирании, деспотии и множественных отчислений студентов. Да, старушка с гулькой на голове действовала строго, сварливо ворчала, но, к превеликому удивлению, её реформы всем шли только на пользу.
Пока леди Клинелла вершила дела академии, министерство вершило свои. Точнее наши. Я постоянно получала приглашения «на ковёр» для разбора произошедшего, допроса, дачи одних и тех же ненавистных мне показаний. На каждое такое заседание сопровождал меня лорд Арсгорн, тем самым внушая спокойствие и поддержку. В его присутствии меня трясло ощутимо меньше. И каждый раз, выходя из министерства, лорд снимал мой стресс в уютной таверне: откармливал вкусными блюдами, отпаивал лёгким вином и подбадривал непринужденными беседами. Так что по возвращению в академию я чувствовала себя лишь слегка уставшей, но уж точно не разбитой и измученной. За что была от всей души благодарна Арсу.
Две недели назад меня снова вызывали в министерство. В этот раз не для дачи показаний, а для оглашения приговора. Нелепые обвинения предыдущей комиссии против нас с Алисой были сочтены необоснованными. Нас наконец-то решили оставить в покое. Самих же Наеров приговорили к лишению магии и депортации в низший мир Иллию, без права возврата и в тот же день привели в исполнение.
Как бы я хотела поделиться этой радостной новостью с подругой, но её не было. Ее, чёрт возьми, до сих пор не было! Часто на меня накатывала тягучая тоска по рыжей. Шли дни, и грусть сменялась злостью, злость – тревогой, тревога – грустью.
Относительно Алисы велись переговоры с властями Фрио, но каких-то конкретных результатов до сих пор не добились. Ампелосским послам не давали продвинуться дальше фриойского терминала и либо разворачивали обратно, либо предлагали остаться, но навсегда.
Оборотня из подвала академии перевезли в отдельное заведение и изучали вдоль и поперёк. Опыты, которым его подвергли маги, были жёсткими и жестокими. Время, проведённое в лаборатории Рэя, который искал к зверю гуманный и в основном теоретический подход, казалось михганору отпуском. Зверь из высшего мира обладал богатыми знаниями. Тогда-то у Рэя и появилась эта безумная мысль.
Он заключил сделку с михганором.
В деле были Арс и Ювальд. Последний был справедлив и признавал, что если б не поддался на провокации Наеров, то студентка Йохансен была сейчас здесь. Также он признавал неэффективность переговоров с фриойцами, которые якобы чувствовали себя оскорбленными из-за разрыва былых контрактов и прекращении программы обмена студентами. Они выдвигали различные условия, в том числе и о возобновлении контрактов. На что Ампелос ответил отказом, полагая, что это приведёт лишь к очередному оттоку светлых умов из этого мира, здраво рассудив, что потеря иномирной студентки Элис Йохансен и беглого преступника Троя Нандерея – меньшее из зол.
Рэя же включили в новый состав лаборантов, изучающих михганора. Но он постоянно высказывал мне подозрения, что это не он занимается исследованиями, а наблюдают за ним самим и за его связью с оборотнем. Собственно, и сами проводимые исследования мужчине претили по морально-этическим соображениям. Медленно, но верно созрело радикальное решение.
Мы с Рэем часто гуляли по лесу рука об руку. Внешне оставаясь спокойными, нас обоих разрывало изнутри. Такие прогулки сильно отдавали мазохизмом. Но мы упорно надеялись перешагнуть тот порог, отпустить боль, заглушить лживую страсть, накатывающую едва терпимыми волнами. В такие моменты мы оба замирали, до боли стискивая переплетенные в замок пальцы.
Рэй верил михганору. То ли потому, что столько лет провели вместе, то ли была между ними какая-то незримая связь. Но Рэй ему верил. А потому из объяснений зверя выходило, что период гона закончится лишь с беременностью самки. Только войдя в нормальное состояние Рэй смог бы истинно оценить свои чувства ко мне, отделить их от инстинктов. Но эта стадия оставалась недосягаемой. Беременеть мне было нельзя, ибо такой залёт равносилен смерти. Михганор долго давился своим гиеньим хохотом, когда узнал, что после каждой нашей интимной встречи с Рэем я пила капли из синего пузырька.
* * *
Сегодня мы снова держались за руки. Оба знали, что это в последний раз. Оба ждали лордов. Я не выдержала растущего напряжения, развернулась к Рэю и упёрлась лбом в его грудь.
– Часто ловлю себя на мысли, – едва слышно проговорила я, – что, если Арс и Ювальд провалятся, весь план лопнет ко всем чёртям и ты останешься.
– И это будет ошибкой, моя леди, – он крепко обнял меня и зарылся подбородком в мои волосы. – Я не могу с тобой так поступить. С нами. Корю себя за то, что не сдержался и подошёл к тебе тогда.
– Не надо, Рэй. Я не жалею. Нет. Я терзалась загадками, недопониманием, вопросами, но ни разу не пожалела о тех моментах, что у нас были. Плевать, что в основе лишь голые инстинкты и страсть.
– И спагус.
– И он – злая насмешка судьбы.
– То, что было между нами… Крис, ты ведь понимаешь.
– Понимаю. Рэй, чёрт возьми! Конечно, я понимаю! Но это больно! – я всхлипнула. Зараза! Не хотела же плакать. И вот.
– Не надо, моя леди. Не надо, – лорд бережно прикоснулся к моим щекам и смахнул слёзы. – Время, расстояние. Всё пройдет. У тебя всё впереди…
– А у тебя? – оборвала я его слова, не приносящие и капли облегчения.
Мы молчали. Прощальные прикосновения были громче глупых пустых слов.
Они пришли. Запыхавшиеся, грязные.
– Как всё прошло? – спросил Рэй, не выпуская меня из объятий.
– Сложно, но продуктивно, – лорд Кзавинский достал из-за пояса обёрнутый в тряпицу кинжал. – Артефакт у нас.
– Пора, – озвучил Арс.
Я смяла в пальцах футболку Рэя.
Не пущу. Нет.
Он сомкнул ладони на моих запястьях.
– Крис.
– Рэй.
Глава 17Содеянного не воротишь. Рэю в Ампелос теперь не вернуться, ибо он объявлен вне закона. Они с Арсом пробрались в лаборатории, освободили михганора. Тот в свою очередь сообщил лорду нужное заклинание для транспортировки, и с помощью кинжала Арс переправил зверя и брата во Фрио. В преступлении засветился только Рэй. На него и повесили всю вину. Но так и было запланировано. Почему просто не записали Рэя в послы и не отправили в высший мир легально, да потому что в министерстве ответили на эту просьбу отказом в виду истиной сущности Рэя. Конечно, он ведь нужен был здесь, в лабораториях. Полумаг, полумихганор. Так что, по сути, Рэй сбежал не только от навязанной инстинктами страсти, но и от жадных до научных открытий магов.
Мы всё сделали правильно. Так лучше для всех. Но тот день… Наш последний день снова и снова всплывал в памяти.
Рэй мягко отвёл мои руки и подтолкнул к Ювальду. Последние прикосновения тёплых ладоней. Последний взгляд миндально-карих глаз…
Два удаляющихся силуэта – два брата, примерившихся после долгой вражды.
Горячие слёзы жгли щёки. Крепкие руки Ювальда сдерживали мои порывы броситься следом, догнать, обнять, не отпускать…
Рэй так и не обернулся.
Теперь я часто смотрю в небо, словно жду, что пространство разорвётся и покажет мне его… Верю, желаю, надеюсь, что у Рэй найдёт в новом мире своё место… и Алису. Возможно, вернёт мне рыжую подругу или отправит весточку. И как бы не претила мне мысль, но я также желала, чтобы Рэй смог в высшем мире приспособиться лучше, чем здесь, и найти… найти… более подходящую «его леди».
* * *
[где-то во Фрио]
– С возвращением, михганор Вериус. Это радостное событие для нас всех.
– Для нас честь…
– Оставьте эти расшаркивания для другого раза, я от них несколько отвык, – оборвал хвалебные дифирамбы Вериус. – Михганора Серинда, найдите моему вассалу годную самку.
– Организовать отбор? – вскинула длинные шерстяные брови Серинда.
– Нет. Только временная самка. Рэйсу нужно сбросить гон.
– О, так он в фазе? – удивилась Клерра.
– То-то на нас так пялится, – подхватила Серинда. – Я всё сделаю, михганор Вериус. И примите мои поздравления, вассалы из стихийных магов – большая редкость.
– Знаю. Поэтому относитесь к нему с должным почтением. Когда острая фаза спадет, необходимо будет провести с ним высшие беседы, ведь маги Ампелоса очень скудно осведомлены о нашей жизни. Но прежде закажите у фриойцев речевую адаптацию. Рэйз даже языка не понимает.
– Сделаем. А дом для него? – в разговор вступил ещё один представитель высшей расы – Доурнес.
– Выделю на своих территориях.
– Щедро, – восхитилась Клерра.
– Справедливо, – кивнул Вериус и обратился к Доурнесу, – так, когда у нас будут улажены формальности с фриойцами?
– Делаем всё возможное. Но по местным законам… кхм… нелегалы обязательно проверяются оракулами.
– Старые белёсые кошелки! А что Фредерик Фриойский? Это так он встречает уважаемых гостей?
– Я все улажу, михганор Вериус, – учтиво склонил голову Доурнес, – сейчас же закажу аудиенцию у императора.
* * *
[где-то во Фрио]
– Пусти, ублюдок, – злобно шипела Алиса.
Она безуспешно пыталась затылком разбить нос Трою. Но бывший парень держал крепко в захвате, прижав к стене. Лицо его было расцарапано, а на футболке красовались горелые проплешины.
– Элис, выдыхай. Говоря о непристойном предложении я имел в виду вовсе не секс. Хотя… Одно другому не мешает, – шептал Трой почти в самое ухо, а потом легонько прикусил мочку.
– Drittsekk! Bomp mot!Dra til helvette din stygge faen!
– Детка, повтори ещё раз. Это чертовски заводит. И не вздумай покупать местную речевую адаптацию. Только ради возможности услышать как ты ругаешься на своём землянском стоило попасть во Фрио.
– Это норвежский, кусок ты дерьма!
– Какая грубая леди, – ехидничал парень, – и всё же, я к тебе по делу. Нам с тобой нужен симбиоз. Опыт взаимовыгодных отношений у нас с тобой богатый.
– Ты ещё не понял, – Алиса попыталась лягнуться, – никаких нас больше нет и не будет никогда.
– Нас точно не будет, если мы не объединимся на вступительных отборах. Ты же видела остальных. Наша магия по сравнению с их – пшик. Единственный шанс поступить в университет Гротье – действовать сообща.
– Убери с меня свои лапы! Да я лучше провалю этот долбанный отбор, чем доверюсь тебе!
– Детка, у таких как мы есть только два пути: или Гротье, или эшафот. Ты не знала? Фриойцы, как оказалось, те ещё любители рубить головы.
– Не пори чушь! Фрио – высший мир, никто здесь не будет махать топорами, словно варвары!
– Топорами-то не будут, – позади неожиданно раздался женский голос, – а вот магическая удавка отделяет голову от тела за треть секунды.
Трой резко отпустил Алису и отошёл на два шага. Оба буравили тяжелыми взглядами девушку – обладательницу коротких лазурно-зелёных волос. А незнакомка продолжила:
– Но не стоит беспокоиться. Ваши шансы оказаться на эшафоте ничтожно малы.
– Вот и отлично, – холодно произнесла Алиса.
– Да, отлично, – подтвердила лазурная. – Потому что вы – мясо. На отборе по вашим головам пойдут остальные.
– Совсем офигела? – вскинулась рыжая.
– Я лишь констатирую факт, опираясь на ваш довольно низкий уровень магии. Убедительно прошу, не поубивайте друг друга до начала испытаний. Чем больше мяса на поле, тем выше шансы у нас.
Девушка резко повернулась и ушла, оставив Алису негодующе выплевывать норвежские ругательства.
– Именно это я и пытался тебе сказать, – вздохнул Трой.
– Ты пытался меня лапать…
– Ой, да чего я там не щупал-то? Элис, не начинай. Мы с тобой в полной заднице. Не веришь – прогуляйся после ужина на центральную площадь. Почему, по-твоему, она называется «последний закат»? – Он подошёл к девушке, будто собирался взять её за руку. Но Алиса снова ругнулась, отступив на шаг. – У тебя нет выбора, крошка. Я собираю особую группу и предлагаю тебе присоединиться.
– Мм, Тройственный союз? И что будете делать? Запускать Троянского коня в стан врага?
– Ничего не понял, но называй, как хочешь. У нас есть план. В этом сезоне Гротье будет нашим, детка. А вместе с ним и возможности. Слышал, тебе неоднократно отказали в отправке письма в Ампелос. Сейчас ты никто, но перед фриойской адепткой Элис Йохансен откроются многие двери. И одна из них – почтовая. Сможешь, наконец, написать своей зелёной курице.
* * *
[где-то во Фрио]
– Михганора Серинда, вы решили проблему моего вассала? – Вериус восседал за массивным столом, утопающим в стопках скопившихся за его отсутствие бумаг и свитков. Один из таких свитков михганор разодрал на мелкие кусочки, которые тут же истончились до пылинок и вовсе растаяли в воздухе.
– Мы в процессе, – произнесла переминающаяся с ноги на ногу женщина. – Языковой барьер сняли, императорская канцелярия Фредерика Фриойского подписала разрешение на дом в их владениях. Но…
– Что, но?
– На перемещение в Стреланд разрешения пока нет.
– Так добудьте!
– Да, михганор Вериус. Михганор Доурнес занимается этим вопросом. Думаю, уже в ближай…
– Что с гоном? – перебил хозяин кабинета.
– Лерна делает всё возможное. Острая фаза скоро спадёт.
– Почему так долго? Если эта не может, так подберите ему другую самку.
– Нет, нет. Лерна – прекрасно подходит ему по совместимости. Но прошлое не спешит отпускать Рейса. Он много думает о своём мире и о женщине, что осталась там.
– Значит, проблема в его голове? Эта ампелосская девка едва тянула на шестёрку! О чём там вообще думать?! Так, заканчивайте побыстрее с острой фазой. Хотя… Пусть твоя Леарна и займется просвещением Рэйза. Мой вассал должен знать наши порядки, устои и жизнь в целом.
– Да, михганор Вериус. Это хорошая мысль. Я велю Лерне совмещать приятное с полезным.
* * *
[всё ещё во Фрио]
– Рэйз… – шёпотом позвала девушка и приподнялась на локтях, нависая над лордом. Её длинные серебристые волосы оттенка молодой луны разметались по подушке, по постели, по Рэйсгорну Ливареллу. – Чем заняты твои мысли?
На его лицо набежала тень, тёмные глаза заволокло грустью.
– Расскажи мне, Рэйз. Отпусти свою печаль, – она прижалась к мужскому телу обнажённой грудью. – Думаешь о ней, верно? О той, что осталась в среднем мире?
Лорд кивнул.
– Какая она?
– Сильная. Упрямая. Она… – мужчина замолчал, на его губах застыла мягкая улыбка, а мысли унеслись далеко в другой мир. Туда, где пахло кориандром и книгами, где волнистые каштановые волосы струились меж его пальцев, где её робкие прикосновения обретали силу с каждым глубоким вздохом, где пылкие поцелуи сводили с ума, где его плечи ныли от укусов её зубов…
– Я тоже сильная, Рэйз. И упрямая, очень упрямая.
– Укуси меня, – тихо попросил лорд.
Лерна невесомо примкнула своими губами к его, провела языком, нарочито медленно углубляя поцелуй. Рэй неторопливо отвечал, ощущая, как откликается его тело, как разносятся искры возбуждения, порожденные мягким поцелуем. Он провёл ладонями по светлой коже девушки, задержался на крутых бёдрах, легонько сжал, подстраиваясь под нежные ласки… Резкая боль вспышкой разрезала сознание, во рту появился металлический привкус крови. Лорд попытался отстраниться – безуспешно. Хрупкая светлая девушка держала его жёсткой хваткой – обвила руками его шею, стиснула своими бёдрами. Она чувствовала кровь из его прокушенной губы, но не позволила оборвать поцелуй. Рэй зарычал. Настоящим глухим рычанием, исходящим из самых потаённых глубин его души. Внутренний зверь рвался на свободу, жаждал повалить эту самку на белые простыни, хотел завоеваний и победы. Лорд Рэйсгорн Ливарелл не стал его сдерживать.
