Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Соавторы: Павел Чук,Вай Нот,Саша Токсик,Валерия Шаталова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 291 (всего у книги 348 страниц)

Мне же тоже не с руки сейчас воевать с таким многочисленным и сильным кланом, как Веласко. Количество их членов уходит далеко за тысячу.

Разумеется, количество не значит качество. Но даже на то, чтобы всех их перебить мне понадобится целая прорва времени и куча ресурсов. Да и такое событие не останется незамеченным среди великих кланов.

И война станет бесконечной. Не то, чтобы я против. Но сейчас гораздо выгодней просто заставить Веласко работать в одном со мной направлении.

Убедив ящерку в том, что ей тоже это выгодно, я приобрету своего агента влияния на самом верху. Остальные и опомниться не успеют, как по собственной воле начнут служить Рихтерам.

А человеческий ресурс – один из самых ценных даже для некромантов.

Пока мы ехали к офису Веласко, то не слишком много говорили. Зато, после того как под удивлёнными взглядами служащих, поднялись с ней наверх, в её кабинет, Белла сразу же погрузилась в чтение моей претензии.

Прочитав несколько страниц, она нахмурилась и спросила:

– Тебе что, действительно нужна эта помойка? Мы можем рассмотреть и другие варианты компенсации. У клана Веласко много земли и недвижимости.

– Какая удивительная забота, – усмехнулся я, – уверен, что дело именно в этом, а не в том проекте, ради которого вы скупили эти земли.

– Даже если так, – Белла решила тоже больше не притворяться, – тебе, что так критично владеть именно этой землёй? Я и правда могу предложить участки гораздо перспективнее. Только скажи, какова цель приобретения.

Я решил сказать ей часть правды.

– Эта родовая земля Рихтеров. Она принадлежала нам раньше, и мы будем владеть ей снова. Лучше скажи, что именно вы хотели на ней построить?

Изабелла пожала плечами.

– Честно говоря, я не сильно в курсе дел этого города. Обычно я живу и работаю в другом регионе. Но мы можем позвать исполнителей сюда. Они расскажут, а заодно тоже примут участие в обсуждении.

– Как хочешь, – любезно согласился я.

И уже через несколько минут, в кабинете у Изабеллы образовалось небольшое, почти стихийное собрание.

– Мы никак не можем отдать эту землю, – сразу начал возражать очень серьёзный очкарик неопределённого возраста.

На вид ему могло быть сколько угодно, от пятнадцати и до тридцати пяти. Хотя, энергетическая аура выдавала в нём адепта и подсказывала, что, скорее всего, ему уже под семьдесят. Он продолжил:

– Мы уже два года, как запланировали там проект завода по переработке очаговых монстров. И место подходит просто идеально. Достаточно отдалённое от приличных районов столицы и пользуется не лучшей репутацией. По многим причинам, – многозначительно добавил он.

Изабелла нахмурилась. Журчащий голос докладчика не смог её обмануть. Похоже, в бизнесе она разбиралась лучше, чем в войне.

– Тогда почему за два года строительство так и не сдвинулось с мёртвой точки?

Очкарик замялся и разом растерял всю свою уверенность. Но вынужден был продолжить:

– Дело в том, что при постройке завода мы координировали свои действия с «Молотом» и его владельцами Диккенсами. Это фирма, занимающаяся очисткой очагов, – пояснил он, – Наши традиционные партнёры. Мы ждали, когда они освоят местный рынок и будут в состоянии снабжать нас большими партиями благодати. По прямому договору, заключённому исключительно с нами, – гордо закончил он.

Я же не смог сдержать смех.

– Белла, похоже, я только что спас вас от разорения. Этот ваш… эксперт, – я перевёл многозначительный взгляд на очкарика, – забыл упомянуть, что Молот недавно полностью обанкротился, а всё их имущество скоро уйдёт с торгов. Диккенсы… ну, с ними тоже вряд ли уже получится договориться. Разве что вы обратитесь к медиумам.

Все присутствующие на совещании экономисты, вместе с их главным оратором, разом начали нервно переглядываться.

– С этим мы разберёмся, – суетливо проблеял очкарик. – Мы уже работаем в этом направлении.

– И насколько успешно? – нахмурилась Белла.

Похоже, она уже доверяет мне больше, чем своим прислужникам. Это хороший знак.

Я усмехнулся,

– Прямо сейчас у вас больше нет никакого делового партнёра. Но какая удача, что появился я, – на моих губах расплылась торжествующая улыбка, – у меня как раз есть собственная фирма по зачистке очагов. И я готов обсудить постройку завода на моей, – со значением выделил я это слово, – земле. И мы вполне можем заключить долгосрочный контракт, при котором часть мощностей моего, – я снова сделал на этом акцент, – завода всегда будет зарезервирована именно под нужды вашего клана.

* * *

– Разумеется, мы можем включить в этот контракт те средства, что вы уже вложили в строительство, и те, что вложите ещё. Таким образом, вы почти ничего не потеряете…

Удивительно, но разумный голос Макса теперь успокаивал Изабеллу.

Хотя сначала она едва снова не взорвалась, благо, её энергия восстанавливалась очень быстро.

Эти бездари из столичного офиса ничего не могут сделать как надо. Они даже не пытались отрицать ту информацию, которую, словно козырь, вытащил Рихтер и тем самым перекрыл все их аргументы.

Дорогостоящий проект непременно стал бы зияющей дырой в бюджете клана, если бы не её вмешательство. Эти тупицы поставили всё на одного партнёра. Мало того, что затягивали из-за него строительство, так ещё и дождались, блин, того, что все договорённости больше не имеют смысла.

А понимая, что их задницы подгорают, не нашли ничего лучше, чем скрывать провал до последнего.

Но теперь… теперь она сможет вернуться в главный офис победительницей.

Конечно, в этих глупых стычках с Рихтером, они потерпели несколько досадных поражений. Но это тоже можно объяснить, если подать под нужным соусом. Тем, в котором виноват в сложившейся ситуации окажется кто-то другой… кто-то из этих местных бездарностей.

Изабелла же всех спасёт. Уже спасла. Пускай даже завод будет принадлежать не Веласко, какая разница, если он будет выполнять свои задачи?

Так даже лучше. Им не придётся беспокоиться насчёт его обслуживания и рисковать своей репутацией среди других благородных домов, да и черни тоже.

Держать собственную переработку, считалось делом хлопотным и рискованным. Слишком много проверок, социальных норм, профессиональных травм у неодарённых работников…

Да и этот Макс… теперь Изабелла поняла. Договор с ним – это вклад в будущее.

Он необычайно силён. В этом она только что убедилась сама. И столь же умён. Крайне опасное и интригующее сочетание.

«А ещё он ужасно хорош собой», – прошептал внутренний голос, заставив Беллу вновь покрыться мурашками".

Она мотнула головой. Не время об этом думать.

А Макс тем временем заканчивал свою речь:

– Если нет вопросов, то моё присутствие здесь больше не требуется. Для обсуждения всех нюансов и окончательной проработки договора я пришлю своих людей. У меня есть эксперты во всех сферах, необходимых для этого проекта. А, когда всё будет готово, мы с мисс Изабеллой окончательно всё обсудим за чашкой кофе.

Снова этот кофе… но почему-то в этот раз Изабелла была совсем не против.

Глава 3

В этот раз Веласко затягивать с переговорами уже не стали.

Когда я уходил, то заметил, каким жёстким стал взгляд Изабеллы. Учитывая, как взвинчена из-за меня она была до этого, полагаю, разнос своим подчинённым она устроила знатный.

Что, в общем-то, подтвердила и Линда. Хватило буквально пары дней, чтобы черновой вариант договора уже подготовили. Мне лично оставалось только его заверить.

– Хосе просто умолял меня, чтобы я не затягивала до завтра, и вы успели ознакомиться с документами уже сегодня, – сообщила мой юрист, протягивая мне папку.

Хосе – это тот самый очкарик, который рассказывал о проекте на совещании. Отстранить его не отстранили, но, думаю, что от гнева Беллы он пострадал больше всех.

Мы сидели в моей любимой кофейне. И кроме Линды, здесь был и её муж, также вернувшийся с переговоров, а со мной приехала Ольга.

– Что ж, я тоже не вижу смысла тянуть время. Чем раньше мы придём к согласию, тем лучше.

Я погрузился в чтение документов, а Линда пока объясняла остальным самое основное:

– На мой взгляд, условия отличные. На запуск завода даётся полгода. Далее он должен поставлять клану Веласко не меньше пятисот килограммов очищенной благодати в месяц. При этом Веласко оплатят запланированный объём благодати на год вперёд по фиксированной цене, тем самым субсидируют строительство.

Я отвлёкся от бумаг:

– Это даже слишком хорошо. В чём подвох? Они готовы работать себе в убыток?

Ответил мне Игнат.

Среди нас он был единственным, кто по настоящему разбирался в переработке материалов, содержащих скверну. Ведь он проработал на таком заводе всю свою жизнь.

– Это вряд ли, – пояснил он. – Веласко совсем не дураки. Основные расходы при производстве ложаться не на покупку оборудования, а на персонал и обеспечение безопасности. К тому же цены на благодать постоянно растут. Причём в последние лет пять едва ли не на тридцать процентов стоимости каждый год.

– Такой серьёзный спрос? – нахмурился я.

Не слишком-то приятно это слышать, зная, какая это отрава. Пусть даже мне это сейчас и выгодно.

– Ещё какой! – снова отозвался Игнат, – по моим прикидкам, сейчас уже чуть ли не каждое второе производство использует в своей работе благодать. Так что спрос не просто серьёзный. Он бешеный.

– К тому же, – дополнила Линда, – согласно контракту, хоть цена и будет пересматриваться каждый год, но только один раз, что тоже выгодно для покупателя, а не производителя.

– А какой срок у этого контракта? – внезапно заинтересовалась Ольга.

Она уже несколько минут сидела и изучала меню. Мне даже показалось, что ей этот разговор совсем не интересен, а оказалось, что внучка тоже слушала и вникала.

– Пять лет, – ответила Линда.

– А не слишком ли жирно? Что-то эта… эти ящерицы слишком много хотят, – буркнула она. Причём, судя по взгляду, Ольга имела в виду одну конкретную ящерицу. Одобрения моей родственницы Белла Веласко явно не заслужила.

– Не будь жадиной, – засмеялся я. – Своими силами мы такой завод быстро построить не сможем. А добычу с очагов гораздо выгодней обрабатывать самим. Сейчас мы на этом теряем чуть ли не половину цены.

– Так много? – удивилась Ольга.

– Ты бы это знала, если бы больше интересовалась финансовыми делами, – мягко пожурил её я.

На внучку у меня были большие планы. И я рассчитывал, что она будет вовлечена во все дела клана. Тем более что потенциал у неё имеется. И не только боевой.

– Ох… – смутилась она, но быстро выкрутилась, – ну вот я и пытаюсь! Разве не лучше продавить пересмотр цены хотя бы на раз в полгода? Да и мне кажется, что, даже если строительство немного замедлится, но при этом мы будем меньше должны Веласко, то в конечном итоге, выиграем больше.

– Если не спешить, то, в конце концов, какую-то дополнительную копейку мы на этом заработаем, – ответил я. – Но вопреки рассуждениям всяких придурков, называющих себя экономистами, коин сегодня – это лучше, чем два коина завтра.

– Но почему? – снова удивилась Ольга, – все эксперты, наоборот, советуют не гнаться за сиюминутной прибылью…

– Всё просто, – подмигнул я ей, – до завтра можно и не дожить.

Внучка сначала опешила, а потом, смеясь, развела руками.

– С этой логикой трудно поспорить.

– К тому же, – продолжил я, – уже сегодня может подвернуться проект поинтересней. И заработанный коин мы можем пустить на новое дело. А завтрашнего у нас ещё нет.

– Поняла, – серьёзно кивнула Ольга.

И мы все вновь вернулись к обсуждению деталей строительства.

Объяснения Игната позволили перевести сложные расчёты в понятные всем цифры.

Например, для того, чтобы выдавать те самые пятьсот кило благодати, нам нужно зачищать примерно пятьдесят «альф» в месяц, что, конечно, много. Либо десять «гамм», что тоже прилично.

Но как официально зарегистрированный клан, мы теперь сможем скупать сырьё и у других фирм чистильщиков. Может быть, даже с соседних городов. Думая об этом, я сразу же приказал Линде заняться анализом информации вместе с Лифэнь.

Логика проста. Даже местные Веласко вряд ли настолько глупы, чтобы планировать действительно убыточный проект. Они просчитались с партнёрами, это да. Но наверняка просчитывали возможности столицы по объёму добычи из очагов. Так что надо просто сделать за ними «работу над ошибками» и направить эти потоки на собственное производство.

– Скорее всего, так и есть, – кивнула Линда, – до завтра мы соберём информацию обо всех «чистильщиках» и о том, куда они поставляют свою добычу.

Я одобрительно кивнул. Благодаря Игнату я теперь понимал все принципы и технологии переработки продукции, которую добывали из очагов.

В моё время, мы таким образом скверну не использовали. Так что для меня это было совершенно новое знание.

Теперь мне стало ясно, отчего помимо самоцветов, чистильщики вывозят из очагов всё, что только могут утащить.

В дело идёт абсолютно вся биомасса. С помощью специального оборудования, она дегидрируется, то есть полностью высушивается. Потом всё оставшееся дробится в мелкий порошок. А затем, с помощью особых артефактных чаш перерабатывается в ещё более концентрированную смесь, которая и зовётся «благодатью».

Дальше её фасуют по специальным контейнерам и отправляют на самое различное производство.

Она используется буквально везде. Электроника, медицина, косметология… хорошо хоть в еду пока не добавляют. Но Игнат слышал, что такие эксперименты уже тоже ведутся. Особенно среди производителей энергетиков. Те хотят выпустить особый напиток для магов.

Ну, и, разумеется, наркотик.

Неочищенная «благодать» мощнейшим образом подпитывает энергетику организма мага. То, на что естественным путём уходили десятилетия, сейчас укладывается в месяцы. Но сам организм мага мутирует и требует постоянной подпитки.

Официально продажа частным лицам «благодати» была вне закона. Фактически, ею пользовались все, от абитуриентов перед экзаменами до высших боевых магов.

За то время, пока Игнат всё это рассказывал, я как раз успел досконально изучить документы, которые принесла мне Линда. И, вернув ей папку, я подвёл итог всему разговору:

– Мне всё нравится. Но давай пересмотрим пару моментов? Я хочу сократить срок запуска с полугода до трёх месяцев, а количество проданной благодати увеличить с пятисот килограмм до одной тонны.

– Вы… вы серьёзно? – с ужасом взглянул на меня Игнат, – так быстро организовать столь высокий уровень выработки – почти невозможно! Я не уверен, что могу это обещать… при всём уважении.

Мы уже предварительно договорились о том, что именно Игнат в будущем возглавит завод.

Несмотря на то что он отлично справлялся сейчас на стройке, у меня пока не было другого специалиста, который бы лучше подошёл на эту роль.

Так что теперь старший Астер испугался по совершенно определённой и понятной причине, решив, что всё это упадёт на его плечи.

– Игнат, – с улыбкой обратился я к нему, – ты всё ещё подходишь к вопросу с привычной тебе позиции. Вспоминая то, как обстояли дела на твоём старом месте работы. Но ты забыл, что у тебя теперь будут лучшие работники в мире. Которым не нужен отдых. Они не болеют и не капризничают. И даже не ошибаются. К тому же как минимум часть из них мы ещё и усилим.

– В смысле? – уточнил Игнат.

Мы с ним никогда не углублялись в вопрос прокачки энергии, так что ничего удивительного, что он не сразу понял.

– Думаю, ты уже заметил, что Фред гораздо более сильный и ловкий, чем те парни, что работают у тебя на стройке?

Он кивнул, и я продолжил:

– Но это не потому, что он при жизни был таким особенным. Или то, что он какое-то необычное умертвие. Нет, всё дело в количестве энергии, которое я в него влил. Благодаря этому, его уровень повысился. Представь, если у тебя в подчинении будет несколько таких Фредов? Образно говоря.

Игнат представил, и его глаза сразу же загорелись предвкушением.

– Прошу прощения… – заёрзал он от нетерпения, – а когда вы планируете так улучшить наших работников? Только когда завод откроется, или во время его постройки тоже?

– Я не просто так, предложил уменьшить сроки строительства. Конечно же, я займусь этим в самое ближайшее время.

Услышав это, Игнат расплылся в довольной улыбке.

* * *

Наше небольшое собрание закончилось. А мои мысли обратились к другим делам. Точнее, к одной неразрешённой проблеме, которая преследовала меня буквально с самого первого дня пробуждения.

Электроника. Из-за особенностей работы моей энергетической системы, которая моментально выкачивает скверну из любого предмета, я не могу пользоваться никакой современной техникой.

В отличие от человеческих тел, к которым приходится прилагать усилия, эти заряды поглощаются сами собой, автоматически. К тому же я совсем не уверен, что хочу с этой реакцией как-то бороться.

Вся моя сущность протестовала против того, чтобы принять эту отраву как символ прогресса и действительно начать ей пользоваться.

Но были в этом и серьёзные неудобства. Когда весь мир пользуется сотовой связью, а я не могу, это доставляет определённые трудности.

Я уже думал о том, чтобы создать что-то вроде химерофонов. Но пользоваться ими смогут только мои подчинённые. Причём, вероятно, что даже не все, а лишь те, в ком есть хотя бы крупица дара некроманта.

И стоит ли прибегать к таким костылям, если сфера их применения будет настолько ограничена?

Это можно использовать лишь в качестве дополнительного средства связи. Ведь разговор по химерофонам никто не сумеет перехватить.

Но идеальным решением проблемы стало бы создание устройства, которое сможет работать со всеми современными технологиями, не вытягивая из них энергию.

И я собирался активно этим заняться.

Это помогло бы решить и ещё одну проблему. Наблюдательная сеть. Сейчас у меня есть лишь один теневой разведчик и несколько птиц-наблюдателей.

Но с каждым днём я восстанавливал всё больше энергии, и мои интересы начали выходить за пределы собственного района и Чистилища.

А значит, шпионов и наблюдателей уже катастрофически не хватало.

И нет никакой проблемы в том, чтобы рассадить своих птиц чуть ли не по всему городу. Но сейчас у такой сети был и существенный изъян.

Она полностью замыкалась на мне.

Все сигналы, вся информация, полезная и не очень, всё это бесконечными уведомлениями шло прямо мне в мозг.

И если бы я обращал внимание на каждое, то уже давно бы сошёл с ума. Так что пришлось сократить количество сообщений до тех, которые оповещают исключительно о прямой угрозе.

Но мне эта вынужденная мера совсем не нравилась. Потому что так теряется очень много другой, тоже, возможно, полезной информации.

Раньше за сетью разведчиков день и ночь следили специально-обученные клановые некроманты.

Они посменно вели дежурство, записывали всё, что могло пригодиться роду, и предоставляли отчёт капитанам разведки Рихтеров. Которые, в свою очередь, уже тоже решали, какая информация должна дойти до высшего руководства клана и до меня лично.

Сейчас же, в моём распоряжении есть только три одарённых некроманта. Ольга, Алина и Игнат.

И потенциально ещё четверо. Прохор, Алан, Брэндон и Константин. Все бойцы чистилища, которые носят мою метку.

Насчёт первых двоих я был уже практически уверен. Хотя их дар и нельзя назвать большим. Но вот со вторыми я взаимодействовал напрямую гораздо реже, так что желательно окончательно всё проверить. На всякий случай.

Но, в любом случае, искать потенциальных некромантов среди чистильщиков – идея хорошая. Другие в этой сфере попросту надолго не задерживаются. Большинство из них просто подводит организм, неспособный даже на минимальное сопротивление скверне. Они начинают болеть и даже мутировать. Соответственно, либо вовремя увольняются, либо становятся инвалидами.

Но погибнуть можно не только от болезни, а ещё в бою. И здесь тоже дар некроманта как нельзя кстати. Ведь он делает человека несколько менее привлекательным для тварей очага.

Некроманты в их глазах выглядят словно чуть-чуть «мертвее», даже без всех тех фокусов, что я использовал сам, когда замедлял все биологические процессы в своём теле, чтобы полностью исчезнуть с их радаров.

Так что если рядом окажется простой неодарённый или скрытый некромант, твари первым атакуют первого. И вторым, тоже его. И вообще, будут пытаться его убить, и только после этого переключатся на носителя дара.

Именно поэтому непроявившиеся одарённые считаются более везучими и задерживаются в этом бизнесе дольше.

Вот только, боюсь, что искать среди них кого-то, кто мог бы стать оператором моих шпионов – бесполезно.

Скорее всего, те, чей дар такое позволяет, идут в лекари. Вот как Ольга или Алина.

Но даже они на текущем уровне своего развития смогут принимать и обрабатывать информацию разве что неподалёку от себя.

Другие же части города по-прежнему останутся на мне. Что меня совсем не устраивало.

Зато у людей существует прекрасная система компьютерной обработки данных, к которой я всё чаще возвращался в своих мыслях.

Я всё ещё не хотел работать со скверной напрямую. Но если взглянуть на вопрос чисто технически, скверна – это просто источник энергии. Не самый чистый, что уж тут говорить. Но тем не менее.

А значит, скорее всего, все эти устройства могут работать и на другой энергии. Как артефакты, созданные на стыке технологии и магии. Нужно только придумать, как их запитать от других батареек.

Пожалуй, самое время обсудить это с кем-то, кто гораздо лучше разбирается в современных технологиях, чем я или даже Ольга. Например, с Лифэнь.

* * *

Значит, он договорился с Веласко…

Эмре Демир машинально барабанил костяшками пальцев по столу.

Он любил цифры и вероятности.

Любил наблюдать, как крохотный процент прибыли превращает бедных людей в богатых. Как точно просчитанные риски обеспечивают стабильный рост.

Год за годом. Столетие за столетием.

Он ненавидел случайности, более того – боялся их.

Али, его племянник, отлично справлялся с возложенной на него задачей и ненавязчиво, издалека, продолжал наблюдать за Рихтером. Точнее, даже за людьми, которые его окружали.

А события развивались стремительно.

Гораздо быстрее, чем Демир ожидал даже от Рихтера.

Привычное течение жизни в столице неумолимо менялось под воздействием новой бесконтрольной силы.

Прямо у всех под носом начинался настоящий ураган, который пока никто, кроме него, не замечает. Но потом станет слишком поздно.

Опаснейший хищник уже почувствовал запах крови, и никто не может встать у него на пути, пока он пробует свои силы.

В привычную картину мира вплетались странные события, и все они вели к одной личности.

У Эмре не было доказательств, но какое-то шестое чувство подсказывало ему, что это именно Рихтер бросил вызов Вийонам в той частной клинике.

И он же наверняка устроил взрыв в небоскрёбе, принадлежащем Веласко, которых теперь превратил в своих союзников.

Да даже в большом недавнем пожаре на дачах за городом, возможно, виноват тоже Рихтер.

Демир теперь везде видел его след. Но всё равно считал, что шанс, что он прав, гораздо выше шанса, что у него развивается паранойя.

А ведь были ещё и факты, не нуждающиеся в проверке. Как, например, три выигранные войны и попутно, как бы случайно, уничтоженные конкуренты в бизнесе очистки очагов.

И, пока он тут раздумывает, не зная, как поступить, новый хищник укрепляет логово и создаёт армию.

Пусть даже пока он слишком слаб, чтобы бросить открытый вызов своим истинным врагам. Но это ненадолго.

И эта скорость, с которой растут его влияние, ресурсы и он сам… она чудовищно пугала.

И торопила. Эмре, как и его клан, должны сделать выбор. Возможно, главный выбор за всё их существование.

Помочь хищнику сейчас в расчёте на то, что в случае победы, род Демир возвысится вместе с ним?

Но при этом ввязаться в войну с великими кланами, где не будет пощады?

Или же, наоборот, сообщить о Рихтере его врагам, чтобы те уничтожили его сейчас, пока на это есть ещё хоть какой-то шанс?

Но что, если они проиграют? Ответ очевиден. Хищник придёт и за ним.

И каждая минута, которую Эмре тратил на размышления, делает Рихтера всё сильнее.

Но как же сложно сделать этот выбор…

Вот только, хотя Демир и медлил, он понимал, что когда Рихтер покончит со своими врагами, то спросит и с тех, кто что-то знал о нём, и о том, что случилось с его родом. Знал, но всё это время стоял в стороне.