Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Соавторы: Павел Чук,Вай Нот,Саша Токсик,Валерия Шаталова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 166 (всего у книги 348 страниц)

Ночь прошла без сновидений, чему я возблагодарил Троицу. Может тот портал… тот мир, который мне снился… зовёт меня? Или это просто бред перегревшегося разума? Или то место принадлежит не Хоресу, а другому богу? Богам? Чему-то? Не просто же так!.. Или просто?

Тьфу. Не знаю и, признаться честно, знать не хочу. Когда откинусь, тогда и попробую это выяснить. Ну, ежели, конечно, снова там окажусь. Ха-а… на самом деле и хочется, и нет. Может проще было бы просто умереть? Что если правы те, кто говорит, что смерть – это просто бесконечный сон без сновидений? Отдых от… всего. От жизни.

Выбравшись из палатки я продрал глаза. Умудрился встать на рассвете. По небу только расплывалась кровавая полоса восходящего солнца. Лагерь уже понемногу просыпался, но пока ещё не объявили начало похода. Хорошо.

Сгибая руки и ноги, сжимая и разжимая пальцы, я ощутил, что ломота в костях и боли в мышцах почти пропали. Осталось лишь некое фантомное чувство. Не то, о чём следовало бы переживать. Напротив, мне казалось, будто бы я недавно провёл хорошую тренировку, отчего тело находилось в тонусе и готовности повторить.

– Нет, не в ближайшее время, – хмыкнул я.

Последних раненых, конечно, свалили не только на меня с Ворóнами, но нам и правда пришлось перейти за грань собственных навыков. Прыгнуть выше головы. Очень уж в плохом они были состоянии. От трупов их отличало лишь едва уловимое биение сердца. И это сыграло свою роль. Мы вытянули полумертвецов на сторону жизни.

– Осталось лишь выходить, – присел я на стул возле потухшего костра и вздохнул.

– Табаку? – раздался голос рядом. Буквально за соседними кустами лежала циновка, на которой валялся Грайс, мусоля трубку. – Тебе, лейтенант, похоже не помешает немного взбодриться. А то бормочешь под нос непонятно что. Ещё и вчера едва живой до лагеря дополз. Загонишь ведь себя. Раньше срока откинешься.

– Вот спасибо за доброту, – фыркнул я.

– Вот и пожалуйста, – улыбнулся он. – О тебе, господин офицер, забочусь ведь.

– Обо мне… – протянул я. – За это спасибо. Но от табака воздержусь. Не нравится он мне.

– Так это, нормальных сортов не пробовал просто!

– Если от них воняет также, как от тебя…

– Кто бы про вонь говорил!

– Хм, уел, – нюхнул я самого себя, а потом поморщился. – Будто бы с трупом в обнимку всю ночь пролежал.

– А на самом деле день, а? – хмыкнул сапёр, а потом поднялся с циновки и звучно крякнул. – Организуешь помывку перед отправкой, господин волшебник?

– Разве что ради тебя, – ухмыльнулся я. – Тащи таз. Но чур я первый.

– Девок можно под конец оставить, – мечтательно улыбнулся он. – Может это… чего…

– Мы в шатре будем, – мстительно произнесла Килара, чья голова показалась из палатки. Женщина осмотрелась, а потом потянулась. Ткань плотно облегла её грудь и… запястье с браслетами Оксинты. – А ты, Грайс, чего на улице забыл? Соседи выгнали?

– У костра лежал, да так и вырубился, – отмахнулся он, а потом потрогал горло. – Вроде не заболел. Иначе будет худо. Но, эй, Изен, если что…

– С этим проблем не будет, – поднялся я со стула. – Килара, сегодня…

– У тебя… – она немного замялась, поправляя растрёпанные со сна волосы, – есть силы?

– Говоришь, словно не о лечении речь, а о чём-то другом, – из палатки, за спиной капрала, выбралась Дунора. Женщины спали отдельно, друг с другом, как, впрочем, и мужчины. Исключения проходили редко и на них, по большей части, смотрели прикрыв глаза. Все всё понимали, но когда надо офицеры напоминали, что расслабиться – это одно, а любовь – другое. Последней на службе лучше избегать. В остальном же – пожалуйста!

Впрочем, женщины в армии некогда вольных городов практически отсутствовали. Разве что сионы или редкие обособленные отряды, наподобие наших Чёрных Полос. Ныне же ситуация стала исключением. В период, когда людей не хватает, в армию брали всех и каждого. Я встречал среди солдат детей от двенадцати лет…

С другой стороны, магами мы становимся в шестнадцать, после чего зачастую идём воевать. Разница в четыре года… много или мало? Хах, смотря с какого угла посмотреть.

– А тебе бы всё опошлить, – Килара закатила глаза.

– М-м? – Дунора изобразила удивление. – Причём тут пошлос… а-а… ты подумала, что я про постель, да? – девушка широко улыбнулась. – И кто тут, по итогу, пошлый?

– Тогда о чём ты говорила? – прищурилась капрал, не позволяя сбить себя с толку.

– Ну, если я расскажу, это ведь будет неинтересно, верно?

Стук копыт прервал зарождающийся спор. В лагерь заехала знакомая лошадь и всадник.

– Ворсгол! – воскликнул успевший выбраться на улицу сержант Лотар. – Живой!

– Живой и с пополнением, – высокий ветеран мотнул головой. За его спиной ехали ещё несколько человек и небольшое стадо скота. Среди новеньких людей выделялась черноволосая девушка со значком Оксинты, висевшем поверх одежды. Она уверенно рассматривала всех вокруг. Ещё одна женщина и мальчик управляли повозкой без верха, где лежал мужчина. Он был жив и слегка постанывал. Похоже ранен.

Отчего-то внутри зародилось нежелание подниматься и узнавать подробности. Вот что бы они делали, если бы меня не было? Пусть представят! Потому что я тоже хочу отдыхать! Иногда. Хотя бы иногда… И вообще, он вроде не помирает? Имею в виду прямо сейчас. Нет? Так пусть и дальше тогда лежит! Займусь им… завтра. Да, завтра.

Внезапно для всех, девушка, которая ранее ехала за Ворсголом, замерла, а потом стремительно спешилась и направилась в сторону капрала Килары.

– У тебя есть кое-что для меня, – произнесла она.

Килара удивлённо на неё уставилась.

– А? – только и смогла выдавить женщина.

Все вокруг резко замолкли и могли лишь наблюдать за этой удивительной сценой. Даже капитан Маутнер, показавшийся из палатки, услышав голос Ворсгола, теперь замер и, прищурившись, изучал новоприбывшую.

Девушка, между тем, сблизилась с капралом и коснулась её запястья, обтянутого кольчужной рубашкой. Раздался приглушённый треск.

Килара ахнула.

Миг спустя женщина начала быстрыми и резкими движениями стаскивать с себя кольчугу. Одновременно с этим она заговорила:

– Хвала Триединству! Не знаю, кто ты, чёрт подери, но эта штука меня убивала. Клятый браслет сжимался всё туже и туже. О боги, такая боль! Ублюдочный торгаш сказал, что я не смогу их снять, что они навсегда останутся со мной. Даже Изен говорил: придётся рубить руку. А я нихера не хотела рубить руку! Потому что обратно – это ещё вопрос, а вот сразу…

– Удача, – девушка оборвала поток слов, становившийся всё бессвязнее.

Наполовину освободившись от кольчуги, Килара замерла.

– Что? – прошептала она. – Удача? Ты хочешь сказать, мне повезло?

– Всё, что произошло с тобой и мной – это результат удачи. Богиня, святая Оксинта, коснулась этого артефакта. Ныне она вступила в игру богов. Заняла своё место рядом с Хоресом, Троицей, Аммой, Маахесом и Энтесу. Все они готовятся к схватке. Каждый ищет своего избранника…

Девушка словно находилась в трансе, говоря не собственные мысли и умозаключения, а… чужие.

Да ну! Боги? Вступили в игру? Хорес – это Империя, Амма… про её культ я мало что знаю, но он очень распространён. Триединство – тут и говорить нечего, они одни из самых популярных на Гаодии. Маахес – дикий бог, покровитель варваров Тразца. Ага. Именно он сейчас ведёт войну со своими соседями, захватывая Данхолф и Рох. Энтесу… м-м… бог процветания и торговли. Если память мне не изменяет, особо популярен в… республике Аспил. Стремительно развивающейся стране, которая захватывает континент с противоположной от нас стороны. По моему она сейчас подчиняет так называемые Земли Свободы – безграничную клоаку вечной войны всех против всех.

Проклятье… звучит ни хера не весело.

– Я заберу твой браслет, – дополнила незнакомая девушка. – Спасибо, что сохранила его для меня.

– Пожалуйста, – криво усмехнулась Килара, высвободив руку из рукава. Браслет скатился к кисти. – Рада услужить!

– Попридержи язык, капрал, – оборвал её Лотар. – Ты позоришь нас! Просто отдай ей эту прокля́тую штуковину!

Килара осмотрелась.

– Дунора! Куда ты уже запропастилась?

– Тут я, – раздался голос рядом со мной, отчего я вздрогнул.

Килара торжествующе рассмеялась.

– Видишь это, Дунора⁈ – помахала она свободной рукой, на которой был заметен отпечаток сжимающихся колец божественного браслета. – Видишь⁈

Под взглядами всех Полос незнакомая девушка закатала рукав своей туники, а потом защёлкнула браслет чуть выше локтя. Исписанный рунами артефакт полыхнул ярким светом. Я ощутил, как воздух задрожал и нагрелся. Твою же мать!

Подскочив на ноги, приготовился использовать барьер, но… ничего не потребовалось.

Сила. Таинственная мистическая сила закружилась вокруг девушки, а потом пропала. Словно бы ничего никогда и не было. И вновь перед глазами лишь молодая миловидная девчонка, которая, судя по лицу, лишь сейчас начала осознавать, что именно только что произошло.

Ошибки быть не может. Это важный человек. Она ещё проявит себя, так или иначе.

– Это не может быть случайностью, правда, лейтенант? – тихо спросила Дунора. – Что-то должно произойти.

Я лишь коротко кивнул. Слов не требовалось.

Едва собрав лагерь, заметил, что к капитану подбежал гонец. Почти сразу Маутнер подошёл ко мне.

– Изен, у архонта Плейфан начались схватки, – пояснил он.

– Сейчас? – нахмурился я. – Рано ведь!

– А я почём знаю? – раздражённо буркнул мужчина. – Я в этих вещах разбираюсь не более чем в видах каменной кладки! Хотя… – тут он задумался, – нет, куда меньше.

Ранние схватки… может быть проблема. Но почему я?

Последний вопрос задал вслух.

– Уже забыл? – Маутнер поднял бровь. – Одним из условий присоединения архонта Плейфан и её помощи со своими придворными, была поддержка в пути. Именно со стороны наших магов-целителей.

Точно. Я вспомнил тот разговор. Один из немногих, которые были у меня с Силаной после смены личности.

– А кому ещё, – продолжил капитан, – я могу доверять в подобном вопросе, как не своему лейтенанту? Займись ею, а потом обследуй Килару. Одна лишь Троица знает, как на неё повлиял тот грёбаный браслет.

– Есть, сэр, – вытянулся я, после чего посмотрел на гонца, стоявшего чуть в стороне, но слышащего каждое слово. Он кивнул, а потом развернулся, быстрым шагом направившись между рядов палаток и шатров, которые уже начинали складывать и грузить на повозки и мулов.

Добрались мы до архонта в пределах десяти минут. Всё-таки лагерь Полос располагался близко к центру и командной ставке, от которой высшая аристократия расположилась неподалёку. Хорошо, ибо будь путь таким же долгим, как, например, до повозок с ранеными, то могли бы и не успеть.

– Целитель! – взволнованно выкрикнул какой-то мужчина, карауливший возле смутно знакомой кареты. Неужто та самая, в которой я с Силаной ехали посреди имперской армии? – Наконец-то! Госпожа внутри, немедленно займись ею!

Я кивнул, не обращая внимание на тон и непочтительность. Мужик, очевидно, был откровенно напуган. Я понимал его. Деторождение… это полностью женский процесс, который может ввести в ступор даже сурового ветерана, прошедшего несколько войн.

Внутри кареты, кроме Силаны, находилось две незнакомые женщины. Одна молодая, темноволосая, в богатой одежде. Она сжимала ладонь архонта и что-то быстро, но тихо, говорила ей. Вторая – пожилая, в потрёпанном крестьянском платье. Та копошилась у Плейфан между ног.

– Вы целитель? – тут же подлетела ко мне молодая, едва я переступил порог. Не дожидаясь ответа, она шагнула ближе и зашептала: – Что-то не так. Её срок ещё не подошёл, но начались схватки и пошла кровь.

– Это повитуха? – кивнул я на старуху.

– Одна из лучших, как говорят, – женщина пожала плечами.

– Кейна! – закричала Силана. – Кейна!

Женщина тут же упорхнула, схватила Плейфан за руку и быстро заговорила что-то успокаивающее.

Кейна? – осознал я. – Это же любовница Маутнера! А я её и не узнал даже… Хотя, я её видел всего несколько раз, так что не удивительно… Да и какая разница? Хоть любовница, хоть жена или дочь. Сейчас не до этого.

Я подошёл ближе и закатал рукава, после чего приподнял платье Силаны, осматривая предстоящий процесс работы.

– В первую очередь нужно остановить кровотечение, – произнёс я, а потом взглянул на повитуху. – Ты знаешь, что происходит?

– Прех-ждевх-ременные роды, – прошамкала старуха. – Вх-оля Троицы. Раз уж ребх-ёнок решил выйти рх-аньше, то нельзя останх-авливать. Да и не получх-ится, будь тх-ы хоть маг, хоть сам Монх-ос.

Монос… бог-создатель из Троицы. Логично, что именно его поминают в такие моменты.

Положив руку на живот девушки, направил импульс изучения. Управлять эмоциями получилось с трудом. Меня распирали совершенно разные чувства. И всё же, волшебник должен быть выше этого. Очистить сознание! Иначе толку от меня будет меньше, чем от суетливо бегающего юнца, кем я, по сути, сейчас и являлся.

Чары из категории целебной магии собрали нужную мне информацию, сообщив причины возникновения кровотечения и ситуации внутри тела девушки, с которой я однажды разделил постель. Один единственный раз… и вот…

Закрыв глаза, я приложил усилия, чтобы отстраниться от эмоций и сосредоточиться на сути. Так… кровотечение однозначно перекрываем. Сам ребёнок шевелился и ёрзал, но… я не мог понять, что именно он делал. Не эксперт я в подобном вопросе!

– Ты уверена, что иначе не получится? – спросил я повитуху. – Вроде бы недоношенные дети редко выживают.

– Обх-ратно его ужх-е не засунуть, – ухмыльнулась старуха. – Вх-ремя пришло.

– Позови ещё целителя! – обратился я к Кейне. – Лучше всего из клана Серых Ворóн. Передай им, что просил лейтенант Изен. И побыстрее!

Женщина бодро подскочила и выпрыгнула из кареты.

– Изен, – хриплым голосом произнесла Силана. – Это ты? Что со мной?

– Что бы ни случилось, но ты выживешь, архонт, – криво улыбнулся я. – Поверь мне. Вчера удалось поднять на ноги солдата, у которого одна половина тела сгнила, а вторая сгорела. По сравнению с ним, ты выглядишь на удивление бодро и активно.

– Вот уж спасибо! – ядовито бросила она, даже, кажется, забыв про собственное состояние. – Но меня как-то больше волнует ребёнок.

– Тут у меня опыта меньше, – пожал я плечами. – Поэтому позвал подмогу. Но знаешь, хороший целитель может и труп на ноги поднять.

– Особенно если он при этом некромант, – саркастично заметила Силана, отчего я рассмеялся.

Боги! Как же давно я не слышал её колкостей!

Плейфан замолчала, а потом покосилась на меня. Девушка смотрела точно мне в глаза, а я – в её. Секунда, две…

– Ай! – дёрнулась Плейфан. – Сделай что-нибудь!

Подавив желание сплюнуть, приложил руки к её животу и прикрыл глаза.

– Какие… знакомые… ощущения, – едва слышно прошептала она. – Изен…

Я вздрогнул, но сдержался. Предстояла не самая простая и лёгкая, к тому же, совершенно незнакомая процедура. Но может Даника или…

– Охо-хо, мои бедные колени! – раздался знакомый голос. В карету заглянул потеющий толстяк Зилгард, за которым мелькнул силуэт Кейны. – Милая девочка, – тут же обратился он к Силане, – ты выглядишь уставшей.

– Правда⁈ – возмущённо крикнула она. – Я бы посмотрела, как ты будешь вести себя, когда из твоего тела начнёт вылазить новый человек!

– Надеюсь никогда не познать сей опыт, любезная архонт, – улыбнулся Зилгард, утирая лоб.

– Я рассчитывал, что подойдёт кто-то разбирающийся в теме, – пробормотал я, на миг отвлёкшись от контроля.

– Увы, все заняты, – пожал он плечами. – Играют в кости! Я же, по какой-то чудовищно надуманной причине, оказался отстранён от их забав.

– Он был первым, кого я нашла, – произнесла Кейна. – Он сказал, что маг и владеет лечением.

– Что же, – осмотрел я толстяка, – посмотрим, что сможет твой гениальный разум и ловкие руки, Зилгард.

Глава 1

«Вдохновлять собственным примером, когда у тебя за спиной полдюжины солдат, – одно дело. Когда же их десять тысяч – совсем другое».

Берриан Сулнис, военачальник из далёкого прошлого.

* * *

Окрестности Сауды, взгляд со стороны

Солнце быстро уходило за горизонт, забирая с собой дневной свет. Грязная равнина, на которую недавно выпал снег, представляла собой отвратительную местность, что для пешей, что для конной прогулки.

Но Ворсгол выбрался сюда не в качестве отдыха. Мужчина скакал в ближайшее поселение – Вьюны, чтобы предупредить крестьян о надвигающейся армии противника.

«Хотя раз эти упрямцы проигнорировали указ архонта, что смогу сделать я?» – размышлял всадник, и всё равно скакал. Потому что так было надо.

Впереди раскинулся овраг, вода и грязь в котором превратили его в подобие болота. Когда ветеран подъехал ближе, из укрытия за ближайшим холмом поднялись две фигуры с заряженными ружьями в руках. Ругаясь вполголоса, Ворсгол придержал коня и поднял обе руки ладонями вперёд.

– Я из наших, парни! – крикнул он им. – Из сайнадов! Родом из Калишина!

– Ближе подъезжай, – произнёс один из ратников. – И руки, чтобы я видел.

Ворсгол легонько поддал коня одними пятками, а потом коленями направил в нужную сторону – к краю оврага.

– О, действительно, наш, – ухмыльнулся первый.

– А чего без формы? – нахмурился второй. – Разведка?

– Я из диверсантов, которых сюда ещё до вторжения заслали, – слабо улыбнулся Ворсгол. – Ездил со своими, пока в бойне у реки весь взвод, на хер, не подох. Теперь гоняют меня, как какого-то мальчишку, – и демонстративно сплюнул.

– Да? – второй всё ещё выглядел хмуро, но ружьё уже отпустил, как и его товарищ. – И что за задание?

– Людей ищу, – Ворсгол пожал плечами.

– И мы, – хмыкнул первый. – Разделишь с нами трапезу?

– Это я с удовольствием, – согласился ветеран.

Он спешился и направился за парочкой ратников, чьё снаряжение, так-то, тоже носило лишь элементы стандартной формы. Парочка куда больше напоминала простых бандитов или мародёров, которые рыскали по захваченным землям, выискивая наживу.

– Вы недавно от основного войска откололись? – спросил Ворсгол. – Я, со времён бойни у реки, своих не видел. Отправляю сообщения почтовой шкатулкой и даже ответ не каждый раз получаю. То ли офицер сменился, то ли опять какая-то херня случилась.

Первый ратник, настроенный более позитивно, усмехнулся ветерану, сверкнув немногочисленными зубами. Его напарник начал разряжать ружьё – оружие, вне потенциального боя, заряженным не держали. Слишком часто это приводило к печальным последствиям.

– «Бойня»? Не стоит впадать в трагичность. Наши потери лишь немногим превысили потери Нанва. Эти скоты умирали даже слишком легко.

– Говорю то, в чём участвовал, – притворно нахмурился Ворсгол. – Может со стороны или со слухов и казалось, что непобедимое войско царя Велеса, не зная поражения, стремительно мчится вперёд, но я знаю, что видел. Нам крепко ударили по носу. Конечно, эти потери ничтожны и мы всё равно победим, но мне неприятно, что младший воевода Зарни оказался столь посредственным командиром. Защитники же сделали что надо.

Ветеран, ведя за собой коня, вместе с парочкой ратников добрался до их лагеря, разбитого в низине, дабы никто не сумел обнаружить, просто глянув поверх горизонта. Впрочем, Ворсгол заметил, что это было единственным преимуществом. В остальным лагерь был разбит весьма небрежно. Придурки натаскали столько розжига, что если разожгут костёр, то их не спасёт даже низина – будут видны на сотню километров.

В лагере не было пусто. Ещё несколько человек лениво занимались своими делами, лишь бросив на них короткие взгляды.

«И вот, я в окружении», – подумал ветеран.

Услышав характерный шум, мужчина огляделся и обнаружил нескольких коров, которых согнали под небольшой навес. Похоже забрали отставших от стада, которое перегоняли беженцы, либо уже успели разорить деревню-другую.

«Может даже ту, которую я ехал предупреждать», – мысленно ругнулся Ворсгол.

Ему хотели дать парочку помощников, но ветеран отказался. Не потому, что считал себя неуязвимым, а из-за неудобности поддержки маскировки. Снова использовать грязь? Сейчас такая погода, что всё время то дожди, то мокрый снег. Кроме того, если в прошлый раз у Полос попросту не было выбора, то сейчас он был. Ворсгол поехал один, чтобы при столкновении с сайнадами, имелся шанс решить ситуацию миром.

Как сейчас.

– «Сделали что надо»? – повторив слова самого Ворсгола, переспросил первый, в котором ветеран Чёрных Полос признал главного. Это читалось по его жестам, поведению и тому, как на него смотрел второй. – Всё, что они сделали как надо – это передохли. Народу в Нанве практически не осталось, за редким исключением…

Его товарищ глухо захохотал.

– … деревни пустые, – продолжал главарь. – Города тоже. Эта местность уже не восстановится. А нам, как ты и сам знаешь, давно нужна новая земля. Набеги постоянно приносят новых людей, рабство процветает, плодится, требует больше еды… – он поморщился. – Ты же не юнец, всё понимаешь.

Ворсгол задумчиво кивнул.

Ратник бросил ему фляжку с вином, из которой ветеран сделал хороший глоток.

«Кашмирское, – узнал он характерные приторно-сладкие нотки. – Похоже забрали из брошенных повозок. Хотя могли поживиться какими-то беженцами или деревенскими. Небось и скотину оттуда же взяли».

Они разместились на холодных циновках, брошенных не на голую землю, а на остатки прелой полугнилой листвы, которую собрали в кучу. Но даже это не спасало от осенне-зимней прохлады. Ворсгол порадовался зачарованию своей одежды на поддержку оптимальной температуры, которую сделал Изен.

– Я бы предпочёл, чтобы деревни и города были полны народа, – произнёс представитель Чёрных Полос. – Какая разница, что у нас много населения? Лишних рабов можно продать. Хоть бы той же Империи. Она наверняка купит людей, а потом тут же освободит их и завербует в армию. Бессмертному ублюдку понадобятся солдаты, после того, как просрал здесь всех своих.

Парочка мародёров рассмеялась.

– Просрал там, где мы победили! – воскликнул второй и тоже приложился к фляжке.

– Но-но, – погрозил Ворсгол пальцем. – Рано говорить о победе. Небось имперцы тоже так думали. А сейчас что? Вот-вот столицу потеряют.

– А чего бы и не радоваться? – фыркнул главарь. – Все города за нашей спиной, – махнул он на запад, – уже захвачены. Монхарб, Кииз-Дар, Мобас и даже хвалёный Фирнадан. Всё в руках воеводы Кердгара Дэйтуса и младшего воеводы Пилекса Зарни. Сауда и Олсмос на очереди, но зуб даю, они сдадутся также, как и предыдущие. Или, что куда вернее, просто сбегут. Что останется? Магбур! Но и там уже сидит Сепарий. Что выходит? Их главный, этот Логвуд, бежит, поджав хвост, при этом тянет за собой неподъёмный мешок – тысячи беженцев, которые умоляют о защите, но при этом гадят ему же самому.

– Ошибка, – буркнул Ворсгол.

– И весьма серьёзная! Ему надо было наплевать на них. Позволить разбежаться, чтобы войска Зарни разделились, пытаясь поймать себе новых рабов или постельных грелок. Глядишь, сумел бы подловить нас, уничтожая небольшие отряды один за другим. Но нет, кретин тащит их за собой, как черепаха панцирь. Вот только черепахе он хотя бы даёт защиту, а тут наоборот! – ратник расхохотался. – Небось думает, что совершает благое дело!

– А может, – вклинился его сосед, – просто боится архонтов и знати, которые уже, небось, давно сидят в Магбуре.

– Этим дуракам недолго осталась, – отмахнулся главарь.

– Что если у Логвуда есть какой-то план? – серьёзно спросил Ворсгол.

– Может и есть, – пожал ратник плечами. – Но таким образом он его не реализует. Скоро, очень скоро найдёт он свою смерть. И будет она медленной и жестокой. «Скользкая койка» покажется милостью Троицы! В этом Пилекс Зарни уже успел прилюдно поклясться.

– На всё воля богов, – мрачно осенил себя ветеран знаком Триединства. Остальные повторили, а потом снова приложились к фляжкам.

Некоторое время стояла тишина. Второй ратник начал бить огнивом, разжигая костёр. Поближе подтянулось ещё двое сайнадов, усевшись на циновки рядом.

– Хороший у тебя конь, диверсант, – сменил тему главарь.

– Хороший, – кивнул Ворсгол. – И верный. Хозяина сразу чует, а чужакам никогда не даётся, – он посчитал, что слова несли должный намёк и предупреждение.

Его собеседник облизнулся и криво ухмыльнулся.

– Ну, хорошая дрессура любого укротить позволит.

Ветеран поджал губы и нехотя отложил фляжку. Ладонь его коснулась рукояти клинка.

– Вы дезертиры, что ли? – поинтересовался он. – Или уже забыли, что я был направлен сюда командованием? Людей ищу, отчёты пишу. И лошадь мне для дела нужна. Отдавать не планирую.

Парочка застыла и быстро переглянулась. Разгорающийся костёр начал потрескивать, пожирая многочисленный, но не очень сухой валежник и хворост. Спустя несколько ударов сердца главарь сплюнул и скривился.

– Я ведь просто похвалил его! Экий ты… подозрительный, – и покачал головой. – Мы же одна нация! Сайнады своих не грабят и не убивают. У нас для этого есть весь остальной мир, – обвёл он рукой территорию вокруг. – Разумеется конь твой. Никто не посягает на него. Впрочем… – ратник притворно поскрёб щетину на шее, – положим, у меня найдётся немного тилнов. Золотых тилнов…

– Даже если много, – прервал его Ворсгол. – Мой ответ не изменится. Я серьёзно отношусь к делу.

– Да ты даже не дослушал! – возмутился главарь.

– А что, ты собирался предложить нечто иное? – ухмыльнулся ветеран. – Не золото? – и тут же, словно потеряв интерес, протяжно вздохнул. – Даже если бы ты предложил мне толпу рабынь, хороший дом, землю и собственные виноградники, я бы отказался. Мы на войне и здесь нет личных желаний. Я обязан следовать приказу. Для этого я направился на службу.

– Ладно, – отступил его собеседник. – Я тебя понимаю. Замнём тему.

После этого мужчина поднял флягу и повторно протянул её Ворсголу. Тот, немного подумав, взял её, но теперь лишь притворился, что пьёт.

– Тёмные настали дни, – протянул ратник. – Доверие ныне – роскошь. Даже родичи могут враждовать. А мы ведь, – ударил он себя в грудь, – тоже служить пошли не ради своего кармана! Ради всего царства. Ради жён, детей и родителей. И все мы столкнулись с одним и тем же противником. Его, а не друг друга, должны мы ненавидеть. Его, а не друг друга, ставить на колени.

– Отличные слова, – улыбнулся Ворсгол. – И правда, с каждым годом всё хуже, но если народ сплотится, то ему всё будет по плечу, – правда в этот момент ветеран думал не о сайнадах, а о своих настоящих товарищах.

– Так и есть, – рассмеялся главарь. – А теперь ты отдашь мне своего коня и этот прекрасный клинок, который я вижу у тебя за поясом.

Ветеран поддержал смех ратника, но отчего-то его голос прозвучал весьма зловеще, особенно в столь отвратительную и пасмурную погоду. От мужчины будто бы потянуло холодом.

– Вас тут всего шестеро, если я, конечно, верно посчитал, – начал говорить Ворсгол. – Четверо предо мной, ещё двое где-то за спиной. Но звука, с которым заряжают ружьё, я не слышал, значит хотите попытать счастье в ближнем бою, – он замолчал, вперившись в глаза собеседника, которые, казалось, подсвечивались пламенем костра. – Безусловно, это будет опасно, но я очень постараюсь. Во всяком случае тебя, «друг мой», точно прикончу первым.

Ратник явно ощутил себя не в своей тарелке. Поведение ветерана оказалось совершенно нехарактерным. Словно бы у него имелось преимущество, а не наоборот.

«Надеюсь он посчитает меня сионом, – подумал Ворсгол. – Хотя сионы, даже низшего ранга, в качестве разведки не ездят…»

– Совсем ты шуток не понимаешь! – притворно захохотал главарь. – Похоже тебе и правда изрядно досталось во время битвы на реке, раз отвык от солдатских розыгрышей, верно, парни?

Ворчание вокруг звучало насторожено, но в принципе одобрительно. Ворсгол хмыкнул.

– Жрать не хочешь? – тем временем продолжил его собеседник. – Мы тут недавно местных пощипали. Сумели раздобыть хороший запас провизии, включая мясо и выпивку! Ну и скотину, само собой, – кивнул он на навес. – Завтра снова пойдём, – ратник облизнулся. – У них ведь ещё кое-что осталось. Бабы, например.

– У меня задание, – мрачно произнёс Ворсгол. – Мне нужно искать…

– Так это люди и есть! – главарь развёл руками. – Как раз с нами сможешь на дело сходить!

– А какой смысл? Эти земли и так вот-вот станут нашими. Вы же до сих пор ведёте себя, как при обычном набеге. Шире надо мыслить! Если каждый день «на дело» ходить, да высиживать у костра, ожидая непонятно чего, можно и к воротам Магбура опоздать, – строго сказал ветеран. – Для Пилекса Зарни важен каждый солдат. Уж я-то знаю. И как закончу задание, сразу направлюсь к нему, не отвлекаясь ни чтобы пограбить, ни чтобы «пощипать баб».

– Мы желаем того же! – горячо возразил ратник. – Войти в распахнутые ворота Магбура! И грабим не для собственной наживы, а чтобы помочь армии с припасами. Вон, ту же скотину для этого отловили. Так зачем же тогда отпускать местных, ещё и с телегами? Всё пойдёт нашим братьям!

– Они никуда не денутся, – Ворсгол пожал плечами. – Куда им идти? Позади мы, а впереди лишь Магбур. Плюс у вас теперь их скотина.

«Что значит „распахнутые ворота Магбура“? – между тем задумался ветеран. – Ранее ублюдок также сказал, что в городе „сидит Сепарий“. Что это значит? „Сепарий“… Это ведь не имя, что-то иное… какое-то незнакомое словечко… Сайнадское? Нет, я сайнадский диалект хорошо знаю, да и мало он от нашего отличается. Имперское?»

Глава местной банды – а по другому назвать их у Ворсгола не получалось – был не слишком рад услышать слова ветерана.

– Мы выступим в темноте. На конях. Ты с нами, диверсант? – голос звучал жёстко.

– В какой они стороне? – со вздохом спросил мужчина.

– Юго-запад, – на миг призадумавшись и оглядевшись, ответил его собеседник. – Пара километров отсюда. И вряд ли они в состоянии далеко уйти. В крайнем случае отыщем по следам телег. В такой грязи их будет трудно не заметить.

– Деревня, которую я хотел найти, должна быть где-то там, – прикинул Ворсгол. – Хорошо. Раз нам по пути, я составлю вам компанию.

– Вот это отлично! – главарь потёр ладони друг о друга.

– Но насилие к женщинам – это последнее дело, – недовольно проговорил он.

– Конечно последнее, – согласился ратник. – Вначале надо перебить их охрану, а потом как следует обездвижить.

Догонять местных отравились ночью, в самой глухой темноте. В лагере остался лишь один ратник – присмотреть за скотиной и награбленным. С Ворсголом поехало пятеро. Каждый нёс ружьё, но пуль и пороха ветеран особо не заметил. У каждого бойца было лишь по одному полупустому коробку. Выходит, что максимум на один-два выстрела.

Главарь, которого звали Аксун, по пути поведал Ворсголу, что беженцев всего четверо – мужчина, две женщины и мальчишка. К тому же, он считал, что мужчину ранили в прошлой стычке, так что никакого сопротивления и быть не могло.