Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Соавторы: Павел Чук,Вай Нот,Саша Токсик,Валерия Шаталова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 171 (всего у книги 348 страниц)

Он покачал головой.

– Боюсь, что твой муж был недугом моей души…

Произнося эти слова, он направил своего великолепного белого скакуна к другой стороне столика с золотыми предметами, однако коротким движением поводьев развернул коня обратно.

– Каждый его урок, увы, причинял нам боль! Но мы научились, императрица, научились делать как он: прятать уловки в уловки, всегда думать о том, как это воспримут, прежде чем вообще начинать думать!

Милена нахмурилась и посмотрела на Косто Лоринсона, совет которого читался в полном напряжения взгляде.

«Отдай приказ, моя госпожа, – будто бы умолял он. – Прикажи убить этого змея».

Но она медлила.

– Ты всё ещё не ответил на мой вопрос, – вместо этого произнесла Мирадель.

Челефи широко ухмыльнулся.

– Напротив. Я ответил на всё, императрица.

Милена моргнула. Странная тяжесть обрушилась на неё. Лицо Челефи словно бы исказилось, а его тень дрогнула, начав жить собственной жизнью.

«Колдовство?» – прикинула женщина.

Лидер восстания поднял кулак, который застыл напротив его рта. Разжав его, он продемонстрировал небесно-голубую жемчужину, диаметром не более сантиметра. Короткое мгновение визирь смотрел на неё, а потом дунул.

Вспышка синевы. Жемчужина обратилась потоком, который стремительным облаком окутал стену – её вершину. А в следующий миг облако соединилось во множество фигур.

– «Куклы»! – выкрикнул генерал Летреч, сдавая назад.

Раздались ружейные выстрелы, а ещё звуки, слишком порывистые, слишком короткие, чтобы быть криками, свист выходящего из плоти воздуха.

«Маги? Челефи привёл колдунов⁈»

Фраус Гарбсон, новый капитан её гвардии, обхватил женщину широкими руками и заставил пригнуться.

Ветер закружился, влекомый могучей магией. В его потоках над стеной появилась она – Йишил, дочь Челефи. Лицо девушки демонстрировало Стигматы, а руки стремительно скрестились, создав воздушный взрыв, разметавший спешно собиравшихся солдат.

«Куклы» формировались будто бы из ничего. Каждая такая обладала телосложением и силой обычного, не улучшенного алхимией и магией бойца, но их было много, а нападение оказалось внезапным.

Снизу, от других всадников, среди которых находились замаскированные волшебники-кашмирцы, полетели стихийные чары, начавшие истязать камень стены́ и защищающих её солдат.

Имперские сионы, обвешанные артефактами – включая антимагические амулеты, – прыгнули вниз, но столкнулись с такими же сионами Челефи.

Нежданный бой начал набирать оборот.

Милена ощутила кровь. Прикрывающий её Гарбсон был ранен. В лучшем случае ранен.

Двое магов Империи создали вокруг императрицы барьер, поддерживая его и занимаясь тем, ради чего и были приближены к Мирадель – спасением её жизни. Боем должны заниматься другие. Во всяком случае по правилам, сформированным ещё Дэсарандесом.

Из-под груды изувеченных и искорёженных тел выполз Сарг Кюннет. По его плащу поднимался огонь, выпущенный ранее кем-то из кашмирцев под стеной. Парень ещё не заметил пламени, поднимающегося к его волосам.

– Убейте эту демоническую суку! – истошно вопил Лоринсон, указывая на Йишил. – Сраная дьяволица должна сдохнуть!

Кто-то из верных Империи солдат опрокинул загоревшегося высшего жреца на камень, грубо сдёрнув горящий плащ, который небрежно откинул в сторону. Следующим движением солдат выхватил клинок, парировав удар куклы, а подскочивший Сарг пробил ей живот кинжалом, заставив морок истаять облачком тумана.

Милена перекатилась в сторону, выбираясь из-под потерявшего сознание – или мёртвого – тела Фрауса. Во время резкого движения женщина больно ударилась головой, но лишь зашипела, а потом приподнялась на колени, заметив, как сюда уже мчится подкрепление.

Императрица всё ещё оставалась в пределах защитного купола, но тут Йишил вытащила из кармана платок, в который была завёрнута Слеза. Сильнейший антимагический амулет решительным движением полетел в двойной купол, моментально его схлопнув.

Один из волшебников замешкался и поймал артефакт. Его коровий взгляд уставился на Слезу, забыв обо всём вокруг. Второй оказался расторопнее и, вопреки всему, атаковал. Прямо в тот самый миг, когда атаковала Йишил.

Режущие потоки ветра от кашмирской колдуньи врезались в электрические молнии имперца, но прямо в полёте обратились «куклами». Это одновременно прикрыло Йишил и позволило атаковать – не все «куклы» оказались уничтожены молниями. Часть успешно выжили и пробили тело волшебника клинками с двух сторон.

Струи крови обагрили лицо и тело Милены.

– Убейте же её! – надрывался Лоринсон, отступая назад и указывая пальцем, похожим на розовую сосиску, прямо на дочь Челефи, которая смеялась, глядя на хаос, образовавшийся по её воле.

Мирадель увидела тело Фрауса Гарбсона и дыру в его груди. Увидела ошеломлённого Дэбельбафа, который стоял соляной статуей, пока два сиона силились одолеть десяток «кукол». Видела пребывающих солдат, которые сошлись в бою на узких каменных лестницах, которые надёжно блокировал враг. Увидела, как все её советники, гвардия и маги оказались связаны боем.

«Всего одна волшебница с ультимой, – подумала Милена. – Всего одна. И мы проиграли».

Кашмирка плавно опустилась на окровавленную каменную стену, прямо напротив Мирадель. Императрица отступила, едва не поскользнувшись на крови, но сумела устоять на ногах.

Она всё ещё не испытывала страха.

Последний имперский маг, наконец, собрался с мыслями и отбросил Слезу. Сразу после этого он поднял поток воды, закружив его вокруг себя. Йишил, в противовес, оседлала воздух и снова взлетела, запустив в юнца ветряной разрез.

Императрица механически смотрела на схватку. В её сознании та заняла минуты, но прошли лишь короткие мгновения. Ультима Йишил лишала бой смысла, ведь фактически она сражалась не одна, а с целой армией преданных воинов.

Это означало, что последний из её самых близких – физически – защитников погиб.

«Моё упрямство погубило всех!»

Милена подобрала Слезу. В этом не было особого смысла, ведь у неё имелась своя – на шее. Однако вместе с ней она взяла и меч, брошенный кем-то из убитых гвардейцев. Сталь не несла следов крови, ведь применялась, вероятнее всего, против бесплотных «кукол».

Между тем имперский маг оказался на грани смерти. Левая рука была отрублена эффектным ударом одной из «кукол», а следом за ней, потерявшего концентрацию юнца нашинковали острые потоки ветра.

Мирадель обернулась и лоб в лоб столкнулась с ещё одной «куклой». Удар мечом едва коснулся её кожи, как «кукла» обратилась туманом. Магия не могла сработать на носителя столь сильного антимагического амулета, даже ультима.

Йишил снова встала перед императрицей и широко усмехнулась. Женщина ощутила, как резко и стремительно бьётся её сердце, после чего подняла руку с зажатой в ней Слезой.

– Госпожа Мирадель, – на таскольском, хоть и с ощутимым акцентом, произнесла Йишил. – Для меня будет честью оборвать вашу жизнь, – её руки коснулись Стигматов. – Как вы видите, Метки уже затронули меня. Скоро придётся предстать перед Троицей. И я надеюсь, что мои заслуги в деле убийства, пусть не императора, но его ближайшей сторонницы и жены, зачтутся пред ними.

Вокруг кашмирской колдуньи начали появляться новые «куклы». Короткий взгляд Милены показал, что имперские войска почти продавили их на лестницах и вот-вот прорвутся сюда, однако…

– Мы успеем, – холодно улыбнулась Йишил, а потом подняла в воздух десятки камней, мечей, обломков и разного мусора. Стихия ветра проще всего позволяла такие трюки. – Вы ещё успеете сказать последнее слово, императрица.

Мирадель подбросила Слезу в руке и прищурилась.

– Хотите попасть ею в меня? – поняла её Йишил. – Бесполезно. Бросайте – и тут же окажитесь пронзены со всех сторон.

Вокруг Милены сформировались десятки «кукол» – сразу с обнажёнными клинками. Они встали перед женщиной тесным кругом – с бесстрастными лицами близнецов, создающих ощущение чего-то бездушного и инородного.

«Она не знает, что это не моя Слеза», – осознала Мирадель, которая так и не сняла свою с шеи.

– Прощайте, – сказала Йишил, заметившая, что «кукол» на лестницах уже уничтожили. Сторонников Челефи, как и его самого, также оттесняли от стен. Она осталась практически одна. Значит пора поспешить.

«Это конец, – осознала Милена. – Даже если я отсрочу свою смерть на короткий миг, то ни одна Слеза не позволит мне спастись от сугубо физических атак!»

Очередное поражение. Мирадель грустно улыбнулась. Она начала привыкать к ним.

И всё же, женщина не собиралась так просто сдаваться, а потому бросила в волшебницу Слезу. Йишил усмехнулась. Послушные её воле «куклы» в тот же миг ударили мечами, стремясь оборвать жизнь императрицы и… испарились.

Йишил осознала это уже в последний момент. А потом Слеза прилетела в неё, стукнув по лбу. Болезненное, но совершенно не опасное столкновение… Которое привело к тому, что вся магия волшебницы на краткий миг перестала действовать. Оставшиеся «куклы», мешающие сионам и солдатам Империи, попросту испарились, а все физические предметы, подготовленные для убиения «неуязвимой к магии» жертвы, упали вниз.

Понимание случившегося поздно дошло до Йишил. Лишь в момент, когда её тело пробило три ружейные пули, попавшие в грудь, шею и правый бок. Солдаты, не успевающие прикрыть Милену, атаковали её противницу, которую более не защищали ни потоки ветра, ни воздушный щит, ни тела «кукол».

Сила удара отбросила колдунью назад. Споткнувшись о битый камень, она исчезла за краем стены…

…и прочертив в воздухе дугу, рухнула на землю, уже усыпанную телами кашмирских всадников, не успевших вывести своих лошадей за пределы досягаемости пуль имперских стрелков.

Правительница Империи Пяти Солнц проводила её падение взглядом, опустошённая и изумлённая.

– Наша императрица! – завопил Сарг Кюннет высоким и пронзительным голосом, умудрившись обойтись даже без заиканий. – Божественная императрица спасла нас!

Столик, как и прежде, стоял нетронутым в десяти метрах от стен. Совершенно естественный ветер теребил кисти и бахрому, загибал их внутрь – в сторону холмов и континента, подальше от залива и самого Таскола.

А кашмирские горны продолжали звучать вдоль всего горизонта.

* * *

Колонна беженцев, взгляд со стороны

– Я, безусловно, благодарна за помощь, но мы могли бы справиться сами, – сказала Ариана, глядя на то, как Ворсгол закончил с ремонтом колеса телеги. На ней лежала недавно заболевшая Чалди, а также её сын – Парсел. Истощение, некачественная вода и малый запас еды сыграли свою роль. Вначале они ослабли, а потом вынужденно оказались на телеге.

К счастью, капитан Джардок был успешно исцелён ещё на моменте прибытия, хоть ему и пришлось обменять часть собственного имущества, ради получения услуг целителя. Он не был военным (на тот момент ещё не вступил на службу к коменданту Логвуду) и не имел «угрожающих жизни» травм, отчего занятые маги-лекари даже и не подумали бы браться за подобную работу.

Сейчас ситуация изменилась. Восстановившийся на службе Джардок направился договариваться и искать старых друзей, способных ему помочь. Ворсгол, который ещё в пути нашёл общий язык с Арианой, самовольно прибыл подсобить семейству.

– Не зря ведь я вас тогда спасал? – буркнул ветеран, закончив с ремонтом.

Девушка слабо улыбнулась. Она не была против этого мужчины. Во всех смыслах. Ариана никогда не походила на хрупкий домашний цветок. Это была свободолюбивая и боевитая девушка, многое умевшая и способная за себя постоять. К тому же, браслет богини Оксинты блестел на её правом плече, даруя уверенность в себе и собственных силах.

Удача. Будет ли она ей сопутствовать?

«Покажет лишь время», – подумала Ариана.

Ворсгол ещё раз оглядел телегу и окинул взором лагерь. Он не знал, сумеет ли Джардок договориться об исцелении и помощи. Сам бы ветеран попросил Изена, но Маутнер приказал не трогать лейтенанта, так как ночью им предстоит серьёзная заварушка.

Оглянувшись на Ариану, мужчина заметил, что она затягивала ремни бурдюков с водой, прикреплённых к правой стороне повозки. Упакованную пищу, купленную вчера по завышенной цене, накрыли старыми палатками и прикрепили к другой стороне, отчего телега выглядела широкой и раздутой.

Ветеран прибыл не только ради помощи в ремонте. Узнав о бедственном положении спасённого семейства (они были вынуждены продать своих лошадей ради исцеления Джардока и шли пешком, вместе с остальными беженцами, пока Чалди и Парсел не заболели), Ворсгол потратил своё жалованье и прикупил пару лошадей по заоблачным ценам у Диких Гусей – наёмников и вспомогательного отряда Первой армии, которые выглядели на удивление бестолковыми.

Гуси даже рядились в лохмотья, которые никак не вязались с военным делом, зато отлично согласовывались с названием отряда.

Купленные кони были едва объезжены, толстоногие, но высокие. Гуси называли эту породу своей собственной – выведенной из имперских боевых, кашмирских тягловых и сайнадских ломовых, что в совокупности дало крупных, упрямых и злых животных с удивительно широкими спинами, отчего ехать на них верхом было сплошным удовольствием.

– Если они тебе руку не откусят, – добавил во время сделки наёмник с неровными зубами, вытягивая вшей из длинных, слипшихся прядей у себя на голове и отправляя в рот. Говорить ему это не мешало.

Ворсгол вздохнул, смутно расстроенный этим воспоминанием, и осторожно подошёл к лошадям.

Кони могли быть близнецами – одинаково медно-рыжие, с нестрижеными гривами и густыми хвостами, усаженными репьём и семенами трав. Сёдла были имперскими – несомненно военные трофеи со времён осады Фирнадана, а вот толстые попоны под ними – местные.

Животные внимательно следили за ветераном, а потом один жеребец качнул крестцом в сторону мужчины. Тот остановился и выругался себе под нос.

– Возьми морковку, – отозвалась Ариана из-за повозки. – Подкупи их. У нас тут немного есть.

– Вознаградить их за плохое поведение? Нет уж.

Ворсгол кружил на расстоянии. Кони были привязаны к колышку навеса, что позволяло им повторять его движения. Три шага навстречу – и мужчина получил бы копытом по лбу. Он выругался чуть громче, затем попросил:

– Ариана, помоги передвинуть повозку, чтобы перекрыть их с другой стороны. Тогда мы окажемся прямо между теми двумя телегами, возле которых и приткнулись. Это позволит снизить им пространство для манёвра. А если не сработает, – он сплюнул, – найди мне молоток.

Девушка, ухмыляясь, размяла руки, а потом они вдвоём перекрыли коням возможность кружить дальше.

Ворсгол поспешил обойти их так, чтобы повозка находилась между ним и животными.

– Значит, пусть лучше укусит, чем лягнёт, – заметила Ариана, глядя, как недавний знакомый подошёл к повозке, взобрался наверх, переступил через беспокойно спящих Чалди и Парсела, после чего остановился от коней на расстоянии вытянутой руки.

Животные туго натянули привязь, отступив как можно дальше и дёргали колышек. Однако это был крепкий колышек, рассчитанный на ожидаемые перегрузки, к тому же глубоко вбитый в утоптанную землю, отчего даже не шелохнулся.

Затянутая в кожаную перчатку рука Ворсгола протянулась и схватила одну из привязей. Он спрыгнул с повозки и резко дёрнул. Конь, храпя, шагнул в его сторону. Второй встревоженно отшатнулся.

Ветеран снял поводья с седла, всё ещё удерживая привязь другой рукой, пригнул голову жеребца к земле и медленно двинулся к его плечу. Вставил сапог в стремя и одним движением взлетел в седло.

Конь попытался ускользнуть из-под его веса, прижался боком к своему товарищу, зажав ногу Ворсгола между ними. Мужчина закряхтел, но удержал поводья.

– Славный будет синяк, – отметила Ариана.

– Продолжай говорить мне приятные вещи, почему бы нет? – процедил Ворсгол сквозь стиснутые зубы. – Теперь подойди и отвяжи его. Только осторожно. Над нами кружит одинокий стервятник, и он полон надежды.

Девушка посмотрел в небо, вгляделась, затем прошипела:

– Хорошо, я купилась, хватит злорадствовать, – и перевалилась через спинку сиденья.

Ворсгол наблюдал, как она мягко спрыгнула на землю и осторожно подошла к колышку.

– Если подумать, может, стоило принести мне молоток, – пробормотал мужчина.

– Уже поздно, друг дней моих суровых, – хмыкнула Ариана, развязав узел.

Конь отпрянул на несколько шагов и встал на дыбы.

На взгляд Арианы, Ворсгол сделал заднее сальто с почти поэтической грацией. Он искусно приземлился на ноги и тут же отшатнулся назад, чтобы избежать удара двух копыт, который мог бы раздробить ему грудь. В конечном итоге мужчина был успешен, хоть и с грохотом отлетел на несколько шагов.

Жеребец ускакал, радостно взбрыкивая.

Некоторое время Ворсгол лежал неподвижно, глядя в небо.

– Всё в порядке? – спросила Ариана.

– Дай мне аркан. И немного морковки, лучше послаще.

– Я бы предложила молоток, – хохотнула она, – но ты сам знаешь, что делаешь.

Раздался далёкий рёв горнов.

– Твою же мать, – поморщился ветеран. – Побудка. Как же быстро, – он медленно сел. – Надо поспешить, если не хотим отстать и оказаться в окружении клятых сайнадов.

– Почти уверена, что отец договорится, и Чалди с Парселом переместят в повозку к раненым, – сказала Ариана. – В крайнем случае, раз ты уже решил нам помочь, можно вернуть лошадей обратно Диким Гусям, забрать деньги и попросту купить себе место у кого-то ещё. Думаю, средств точно хватит на несколько дней, а там они поправятся.

– Надеяться на Джардока можно, но я предпочту перестраховаться, – Ворсгол поднялся с болезненным выражением лица. – Или ты считаешь, что теперь удача всегда будет повёрнута к тебе лицом?

Девушка беспечно пожала плечами, но ветеран знал, что это напускное.

– Кроме того, – с неохотой добавил он, – тот наёмник сказал, что товар возврату не подлежит.

Ариана искоса посмотрела на спутника.

– Вот как? И это не вызвало у тебя никаких подозрений?

– Молчи.

– Но…

– Хочешь правду? Этот человек был настолько жалок, что я пожалел его, поняла? Теперь прекрати мямлить и давай с этим покончим.

Ариана закатила глаза.

– Троица! Я ведь уже знаю, сколько стоят лошади в этой треклятой колонне! Ты заплатил огромные деньги, Ворсгол. Я безумно благодарна и…

– Довольно, – рыкнул раздражённый мужчина. – Ты права. Я заплатил целое состояние за право убить грёбаных зверюг или тебя. Что выбираешь?

– Ты не можешь их убить…

– Ещё одно слово, и на этом холме вырастет курган из камней для одной чересчур везучей девки, после чего мы проверим, как долго твоя удача, если она вообще есть, будет помогать уворачиваться от булыжников. Поняла меня? Хорошо. Теперь передай аркан и сладкую морковку. Начнём с того, который ещё тут.

– А может, стоит погнаться…

– Ариана, – предупреждающе проговорил Ворсгол.

– Прости. Камни выбирай полегче, пожалуйста.

* * *

Глубоко вздохнув, казалось, что я ощутил всю нашу колонну. На языке появился вкус соли – соли человеческого тела – слизанной с кожи мертвеца.

Подавив желание сплюнуть, посмотрел на Килару.

– Погоди, дай разобраться, – медленно произнёс я. – Сержант Лотар и Грайс избрали себя официальными представителями всей Первой армии для аудиенции с герцогом? Лотар? Грайс?

Полноценно выздоровевший Фолторн, стоявший за спиной, подавился смешком, заслужив мой негодующий взгляд.

– Мелкий тоже на это подписался, – невинным тоном добавила капрал. – Так что их трое пошло, я так думаю. Может, ещё парочка.

– Ох, разбирайтесь с этим сами. Нет, найдите Маутнера, пусть он разбирается, – закрыл я глаза ладонью, не в силах хоть что-то добавить.

– Но ведь капитан тоже отправляется в нашу вылазку, – напомнил мне Фолторн, отчего я глухо застонал.

– Тогда сообщите бригадиру Гаюсу или Лоджу, – постановил я. – И вообще, откуда в Нанве мог взяться герцог? Сбежал из Империи?

– Может остался после разгрома их армии? – предположила Килара. – Хотя лично я больше склонна верить в обман. А значит, той троицы хватит. Сами справятся.

Почесав лоб, я пожал плечами, а потом махнул рукой, направившись в сторону точки сбора. Только что объявили остановку на ночь, а значит пора.

Сегодня наша группа из восьми человек отправится уничтожать на первый взгляд мелкого, но чертовски неприятного врага, командующего постоянными кровопролитными налётами на всю колонну. Зарни, небось, ссытся от счастья, что под его рукой «расцвёл» столь ядовитый шипастый цветок.

Свора клановых собак, следующих за Серыми Ворóнами, которая дралась за что-то невидимое в грязной, пожелтевшей и покрытой инеем траве, отвлеклась от своего занятия, когда мы с Фолторном прошли в десяти метрах. Прищурившись, я внимательно осмотрел жилистых, пятнистых псов.

– Лучше не пялься так сильно, лейтенант, – пробормотал мой ученик. – Ты не один из клана и они это знают.

– Интересно, что они там едят? – проигнорировал я его.

– Нам лучше не знать.

– Ходили слухи о разрытых детских могилах, – припомнил я.

– Послушай моего совета, Изен, – серьёзно сказал он, обогнав меня и посмотрев в глаза, – нам лучше не знать.

– А ведь некоторые беженцы вызвались сторожить эти могилы, – хмуро ответил я.

– И очень пожалеют об этом, – скривился Фолторн. – Попомни мои слова, эти псы – само воплощение Кохрана.

Едва мы прошли мимо, как провожавшие нас глазами собаки снова начали шумно драться.

В лагере горели костры. Последняя линия защитников охраняла периметр. У круглых кожаных шатров старики и дети смотрели на проходящих мимо с тем же мрачным, немного угрожающим вниманием, что и собаки.

– Что-то мне кажется, – мрачно улыбнулся я, – желание защищать беженцев среди рядов наших солдат понемногу гаснет.

Фолторн согласно, но молчаливо кивнул.

Мы шагали дальше, петляя среди шатров. В воздухе висел густой дым, запах конской мочи и варёных костей – едкий, но странно сладковатый. На глаза мне попалась старуха, которая возилась с одним из железных котлов с костями. То, что в нём кипело, явно состояло не только из воды. Плоской деревянной лопаткой женщина собирала густой жир и костный мозг с поверхности и запихивала в кишку, которую затем перекрутят и превратят в сосиски.

Старуха заметила нас и протянула деревянную лопатку – будто предлагала несмышлёному малышу дочиста её вылизать. В жире виднелись кусочки полыни – эту приправу я когда-то любил, но теперь возненавидел, поскольку, кроме неё поблизости ничего не росло и, соответственно, ныне полынь добавляли везде, куда можно.

Улыбнувшись, я отказался от угощения, после чего мы продолжили дорогу.

– Это знак уважения, лейтенант, – негромко произнёс Фолторн, когда немного отошли. – Тебя здесь знают. Помнят патрули и помощь, которую оказываешь людям. Та старуха не предложила бы еду кому попало – мне уж точно нет.

– У тебя возможностей не меньше моего, – пожал я плечами. – Думаешь, раз не умеешь лечить, так бесполезен? Колдуны везде нужны, а производственной магией ты худо-бедно владеешь. Плюс можешь создать воды. Одно это уже ставит тебя на вершину.

– Извини, Изен, но я не столь… – парень замялся, подбирая слова, – вынослив, что ли. Дневной переход и постоянные дёрганья по разной ерунде от офицеров выматывают меня вусмерть. На привалах только жру, справляю нужду и отдыхаю.

– Жаль, – сухо ответил я. – Когда-нибудь подобное может спасти жизнь. Впрочем, хер бы с ним, я делаю это, потому что могу.

– Ты старше меня, – пробормотал он. – И опытнее.

– Опытнее – тут трудно спорить.

Жизнь и правда помотала меня. До уровня, когда даже такой темп, как сейчас, позволял находить время и силы, чтобы и пообщаться со взводом, по мере возможностей решая их проблемы (я всё-таки лейтенант!), и Силану навестить, и пройтись вдоль рядов палаток беженцев, и даже посещать собрания у Логвуда.

Вскоре мы подошли к самому крайнему костру, возле которого расположились остальные диверсанты. Этот костёр отличался от всех остальных тем, что над ним не висел котёл и не вялилось на распорках мясо. В небольшом очаге из камней горел набранный хворост и лошадиный навоз, который всё чаще использовали как топливо. У костра сидели Маутнер и Нарана. Последняя несколько удивила меня. Не помню, чтобы она отличалась особо серьёзными боевыми умениями. Скорее я ожидал увидеть здесь Ворсгола. Да и сам Маутнер… капитан не часто выходил на серьёзные операции – разве что в крайних случаях. Но на эту он отправился лично. Показатель.

Неподалёку на корточках сидели ещё четверо: Даника, Галентос и двое незнакомцев. Похоже из Гусей. Все, в ожидании нас, проверяли своё оружие и снаряжение. Я заметил, что каждый нёс с собой маленький мушкет в дополнение к обычному арсеналу.

– Как понимаю, – озвучил я. – Это на самый крайний случай? – и кивнул на оружие. – Шум ведь будет.

– Я нанесла руны тишины, – улыбнулась Даника. – Никакого шума.

Троица! Это же гениально!

– Не пялься так, – хмыкнул Маутнер, заметив изменение выражения моего лица. – Как говорится: всё гениальное просто.

Мотнув головой, я согласно кивнул.

– Жаль, что нельзя стать невидимым, – произнёс незнакомый мне мужчина. – Пуф! И всё.

– Увы, нужную рунную вязь для подобного ещё не придумали, – хмыкнул Галентос. – А может кто и придумал, но никому не рассказал.

– Приходится чернить доспехи, а потом ещё и посыпать пылью, чтобы не блестели, – пожаловалась Нарана. – Зато вроде незаметно… Издали.

– Почти как невидимость, красавица, – гулко засмеялся второй незнакомец.

Более детально их рассмотрев, я осознал, что это закалённые бойцы, очевидно, ветераны многих столкновений: экономные движения, профессиональная подготовка, никакой спешки или признаков волнения. Похоже Гралкий Дуф предоставил нам весьма умелых воинов.

Обоим было уже за тридцать, лёгкая щетина, короткие волосы, чётко очерченные мускулы на худощавых телах. Зоркие и внимательные глаза, несколько слабозаметных шрамов и, как ни странно, полный комплект зубов. Значит достаточно обеспечены, чтобы использовать услуги целителей.

– Я – Изен, – не отводя глаз, произнёс в их сторону. – Лейтенант Чёрных Полос и волшебник. Специализация: вода, земля, лечение и артефакторика. Есть форма вóрона. Неплох в барьерах, в том числе и маскировочном. По мелочи знаю остальные стихии и производственную магию. Самые основы некромантии и друидизма.

Первый Гусь присвистнул, второй лишь кивнул.

– Странно, что ты не из Серых Ворóн, – пробормотал он. – Талантов, словно живёшь уже вторую жизнь.

– Я быстро учусь, – покрутил рукой. – А это – мой ученик Фолторн. Пока хорош лишь в воде, но даже это позволяет очень и очень многое, вы уж поверьте.

– Верим. Меня зовут Дутус Клаврог, а это, – махнул на товарища – Морс Жвайг. Скажем так: есть опыт в скрытном проникновении и убийстве.

– Он не любит хвастать, – хохотнул Морс. – Я поддержу.

– Ночь обещает быть холодной, – сказал Галентос, сосредоточив на себе всеобщее внимание. – Мы выяснили лишь примерное местоположение цели. Возможно искомого вождя прикрывают колдуны сайнадов. Конкретику реально будет сказать лишь подобравшись поближе.

– Не наугад, как понимаю? – прищурился я. – Насколько «примерно» придётся идти?

– Я направила насекомых, – произнесла Даника. – Мух. Они сейчас везде, на них не обращают внимание. Они дают мне направление и обозначат цель.

– Мы однозначно найдём его, – заверил Галентос, а потом хмуро усмехнулся. – За последние месяцы этого перехода я кое-что понял, Изен.

– Что же это?

– Грамотно обученный профессиональный солдат – самое смертоносное оружие, какое мне доводилось видеть. Если бы у Логвуда было три армии, а не три пятых одной, он бы покончил с этим вторжением ещё до конца зимы. И настолько исчерпывающе, что Велес более никогда не посмотрел бы в нашу сторону. Даже его сыновья и внуки бы не посмотрели.

Юноша развёл руками.

– Думаю, комендант мог бы разгромить Пилекса Зарни даже сейчас… если бы не беженцы, которых мы поклялись защищать.

Я раздражённо поморщился. В этих словах было много правды. Беженцы сковали нас по руками и ногам, словно тяжёлый сундук без наличия волов: бросить жалко, но и тащить за собой не представляется возможным.

И всё же, Логвуд их тащит. Он, другие генералы и офицеры. Все мы работаем как единый механизм, чтобы спасти полсотни тысяч человек от уготованной судьбы.

Дойти до Магбура… Сколько в этом правды?

В звуках лагеря, расположенного со спины, звучала приглушённая иллюзия обыденности, она окружала меня со всех сторон и выводила из равновесия. Похоже я начинаю терять возможность просто расслабиться.

Подобрав с земли деревянный брусок, я бросил его в костёр, но выставленная рука Даники перехватила деревяшку в воздухе.

– Не эту, – сказала она.

Лишь после этого я рассмотрел на бруске небольшую, едва заметную цепочку рун.

Галентос сплюнул в костёр, но шипения не последовало. Когда маг подался вперёд, я увидел, что его запястья покрывали рунные шрамы тянущиеся куда-то вверх, скрытые рукавами туники.

Похоже кто-то реализовал мой старый план по покрытию рунами собственной кожи, но за неимением татуировок использовал лезвие. Возможно мне следовало поступить также?

Даника убрала брусок в сумку, а я задумался, покрыла ли она своё тело аналогичными шрамами? Пока что у меня ещё не было возможности увидеть её без одежды.

Будет ли в будущем?

Поймав мой взгляд, девушка улыбнулась, будто бы читала мысли. Впрочем, я бы не удивился, узнав, что среди сотен способностей, которые она получила от своих предшественников, имелась и эта. Почему нет?

– Выступаем? – спросил Маутнер.

– Мы готовы, – кивнул Галентос.

Капитан повёл наш маленький отряд из восьми человек. Караульные не смотрели нам в след, что поначалу удивило меня, но потом дало понимание: это не небрежное равнодушие, а уважение, которое проявлялось в отсутствии сомнений успеха отряда. Они демонстрировали своё отношение в том, что считали нашу операцию обыденной, простой и лёгкой. Дескать: «Ну в самом-то деле, какие могут быть волнения и сомнения в успехе⁈»

Усмехнувшись, я приподнял голову.

И правда. Какие могут быть сомнения, когда на дело выдвигаются четыре колдуна и четыре хороших солдата? Пусть не сиона, но в должной мере подготовленные к ожидаемому сопротивлению.

– Самое время, чтобы узнать план, – произнёс я, посмотрев на Маутнера.

Шли мы пешком, обойдясь без лошадей. Наверное это правильно, но меня не покидает сомнение – сколько займёт дорога?

– Мы подберёмся в тумане, – сказал капитан, коротко покосившись на клановых магов. – Наша вылазка будет совмещена с нападением кавалерии, вооружённой взрывными сюрпризами.

– Неужто сапёры сумели пополнить запас? – улыбнулся я.

– Куда они денутся? – Маутнер криво усмехнулся. – Помаленьку и понемножку, но выкручиваются. Где алхимики помогут, где по старым рецептам что-то соберут.

– А капитана сапёров-то разыскать сумели? – уточнил я. – Или как всегда, озвучивали приказы всей их роте?