Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

В общем, все старались как могли, но это была капля в море, ведь караван был огромен. Товары павших верблюдов распределялись по остальным повозкам и телегам, что вызывало возмущение у части купцов: у кого-то по причине необоснованного «обогащения» конкурентов, у кого-то от лишней задержки, ведь телеги становились тяжелее, отчего караван замедлялся, вынужденный двигаться со скоростью самого медленного представителя. Пришлось мне дополнительно зачаровывать часть телег на облегчение веса, что опять-таки тратило моё время, пусть даже приносило доход, ибо тут речь шла не о безопасности, а о набивании собственного кошелька! Вот я и не стеснялся грести за подобное деньги.

Чего уж, в моей сумке набралось уже более десяти золотых! Весьма хорошие деньги для того, кто работает сугубо в одиночку.

– Была бы ещё от всего этого польза, – глухо ругался я, забираясь на привале под колёса очередной телеги (чей хозяин взволнованно бродил рядом), вырезая скарпелем очередную рунную цепочку.

Ощущение, что хоть занимайся я этим, хоть нет, толку было бы чуть. Масштабнее надо действовать! Масштабнее! Вон, Силс, как я уже знал, использовал почтовые шкатулки, чтобы отписать в Агван и запросить помощи наместника, дабы он прислал силы, которые помогли бы отбиться от столь многочисленных лафтетаров, пополнивших свои ряды за счёт бедняков, чьи наделы были уничтожены песчаной бурей, но суть ответа мне была неизвестна. Вот только видя, что глава каравана так ничего по этому поводу не объявил, его культурно (а может и нет) послали на хер. Если бы была возможность, я бы поставил на то, что у Агвана своих проблем выше крыши. Не удивлюсь, ежели та самая буря зацепила и их.

Впрочем, невзирая на леденящие кровь налёты, а также ожидание новых, в моменты разведки, когда я летал в виде ворона над пустыней, то поражался её красоте. Было в этом что-то… захватывающее! Незнакомое, необычное! Бескрайний песок – словно океан, манил своей первобытностью, какой-то уникальностью. Может, это потому, что я никогда ничего подобного не видел? Это моя первая пустыня… И если водные глади, проживая на Малой Гаодии, были мне вполне себе доступны, то точное такие же моря, состоящие из песка, уже нет.

Возвращаясь, привычно докладывал обстановку главному разведчику Аусту, а потом присоединялся к остальным, в попытке немного отдохнуть.

Сизиан… здесь не было насекомых, не считая странных жуков, катавших по пескам шарики навоза. В моменты мира и спокойствия наёмники смеялись над ними и называли «сборщиками дерьма». И животных тут тоже не было (даже гиены остались где-то позади), кроме стервятников, периодически кружащих в небе. Где нет воды, там нет жизни, а в Сизиане воды не было, кроме той, которую караванщики несли в своих бурдюках. Здесь казалось, будто солнце выжгло весь мир до костей. И всё же пустыня была прекрасна, словно запавший в память страшный сон, рассказанный кем-то другим.

Каждое утро, когда караван останавливался на дневной ночлег, Ресмон создавал огромный каменно-земляной котлован, который я и остальные маги заливали водой. Так было проще, чем наливать каждому по очереди. За день (пока люди спали) вся песочная муть оседала, делая воду чистой и пригодной к питью. Вечером, перед началом пути, каждый аккуратно подходил к котловану и пополнял свои бурдюки.

Вода была горячей и нагретой солнцем, но смысла холодить её не было. Нагрелась бы снова уже через час-другой. А ночью, когда мы продолжали идти, наоборот наступал холод, который охлаждал всё, включая воду.

Вот только если с драгоценной влагой проблем не возникало, то еда резко стала весьма ценной. Понимали это немногие, лишь те, кто имел в голове мозги. «Почему?» – возникал вполне простой вопрос, если караван знал, куда идёт и знал, что тут нет возможности поохотиться? Ответ прост: оазисы, на которые делались ставки, были полны не только водой, но и пищей. По пути должны были попасться по меньшей мере пять больших оазисов, а это не маленькие пятачки с пробитой из песка скважиной, это огромные озёра или выходящие на поверхность подземные реки, которые создавали вокруг себя приличных размеров области, полные зелени и жизни. В воде плавала рыба, в траве мелькали животные, от малых до крупных, в небе летали птицы, отличные от стервятников.

А самое главное – в наиболее больших из них проживали люди. Что-то типа деревенек, домов на двадцать-тридцать (а когда и больше), если брать на манер Империи. Эти люди выращивали пищу, держали свою, пустынную скотину, которую могли обменять или продать. Часть запаса еды традиционно бралась из таких вот поселений, которых, за время пути до Агвана, должно было встретиться сразу несколько. И не меньше десятка более маленьких источников воды и зелени, где тоже можно было отдохнуть в относительном покое.

Вот только сейчас все оазисы – как минимум ближайшие, – оказались погребены песком. Требуется весьма большое время, чтобы человек или природа исправили ситуацию. Время, которого у каравана не было, ведь как уже неоднократно упоминал, часть местных жителей, от отчаяния или голода, подалась в лафтетары, присоединяясь к большим скоплениям пустынных кочевников, ныне преследующие нас.

Причём эти ублюдки не гнушались пользоваться любыми преимуществами, а потому травили на нашем пути то, что смогло избежать песка! Ослабляли, так сказать, перед тем, как окончательно добить.

Сами лафтетары, очевидно, имели какие-то скрытые базы: тайные оазисы, пещеры, может даже созданные магами земли, отчего ощущали себя вполне комфортно.

Ещё одним фактором возникновения проблем с едой был тот, что… мы потерялись. Нет, проводники заверяли, что несмотря на полностью сменившуюся местность, они уверены, что ведут караван в верную сторону, но лица тех людей неизменно были задумчивыми, а сами они регулярно спорили, как друг с другом, так и с теми купцами, которые имели опыт хождения по Сизиану. Да и ко мне (как и остальным оборотням, способным летать) подходили после каждого полёта, спрашивая о самых разных ориентирах. И мне это очень не нравилось. Возникло ощущение, что мы могли невольно отклониться от конечной точки маршрута и теперь идём куда-то совсем не туда.

Ухудшалась ситуация и тем, что небо последние ночи не радовало нас звёздами, которые скрывали пыльные облака. Приходилось полагаться лишь на ориентиры и собственное чутьё.

Видимо в этом и крылась причина, почему с сегодняшнего дня вся пища оказалась поделена на порции, в соответствии со статусом. Было объявлено, что всякого, кто будет прятать или превышать паёк, сурово накажут.

Вскоре по каравану разошёлся слух, что мы направляемся не в Агван, а в оазис «Лонруб», который был слишком велик, чтобы его могло полностью засыпать или отравить. Причина проста: он хоть и находился в стороне от основных путей, но размещался гораздо ближе, чем город пустынников.

Конечно, это вызвало взрыв недовольства. Часть купцов и вовсе потребовало отделиться, на что Силс, по итогу пошёл, разрешив почти трём сотням человек двинуться прочь, направившись в столицу Сизиана, по прежнему пути. Как по мне – самый дурацкий поступок.

– Их же просто перебьют, – высказался я в нашем маленьком кругу, – лафтетары обойдут их, а потом загонят.

– Ты слышал их план, – мрачно произнёс Дризз. – Они считают, что у нас много тех, кто замедляет караван, а сами они двинутся намного быстрее. Кроме того, эти люди уверены, что Силс окончательно запутался и ведёт группу в неправильную сторону, а верный путь известен лишь им.

– Глупо, – хмыкнул я в ответ.

– Люди глупы, – согласился Хродбер. – Поэтому я остался здесь, а не потащил вас следом за ними.

И всё же, несмотря на наличие воды и пока ещё имеющуюся пищу, люди выбивались из сил и теряли надежду. Кто-то бросил часть своих товаров, облегчая животным ношу. Кто-то остался возле отравленных оазисов, ожидая, пока их убьют или захватят в плен, либо, что вероятнее, имея какой-то собственный план – какой? Часть купцов, наплевав на приказы и крики, развернули верблюдов, бросаясь обратно, в сторону Кашмира, причём делая это днём, надеясь таким образом обмануть лафтетаров и успеть добраться до Ростоса.

Остальные провожали их взглядом, смотря как на смертников. Поздно мы заметили, что сбежавшие, несмотря на сравнительно малое число, прихватили с собой едва ли не половину всех запасов пищи, обрекая караван на голод. И тогда вой оставшихся людей разнёсся до небес. Стольких проклятий я не слышал даже в момент нападения Челефи на Морбо.

– В этом и состояла цель лафтетаров, – хмуро поведал Мариус, восседая вечером возле нашего костра. – Разбить караван изнутри, посеять панику, разделить и перессорить. Не удивлюсь, если лидеры пустынных бандитов, а то и сам Музгаш Чёрный, задумали свой план уже давно, а также заранее поместили в наш караван своих людей, подстрекателей, которые должны будут подрывать боевой дух всей группы и гадить по мелочам.

– Но как они могли предсказать пылевую бурю? – спросил я. – Думаю, если бы подобное было возможно, то и Силс не повёл бы караван в такой момент.

– Может случайность, а может я чего-то не знаю или у лафтетаров был другой план, который они поменяли прямо на ходу, – Лорон пожал плечами. – Обычно здесь ходят караваны куда меньшего размера, а лафтетаров, этих падальщиков, собралось весьма и весьма много. Они вполне могли планировать захватить один из небольших караванов целиком и полностью – резким и решительным ударом, но потом увидели нас и сразу передумали, стали играть иначе. Более… грязно.

Теорий ходило много, а тема стала одной из любимых, хоть и неизменно трагичной. Благо, хотя бы не дошло до мятежа и попытки «сбросить власть» в виде Шимара Силса. Может, причиной был остаток здравого смысла, а может и знакомство главы каравана с Перро Толмейном, возглавлявшим поредевших числом наёмников, которые полностью поддерживали нынешнего главу (во всяком случае на словах).

На следующую ночь пайки сократили ещё больше. Часть верблюдов была принесена в жертву голоду, чтобы позволить группе насытиться, хоть при этом и побросав вещи. Начались дискуссии, что делать с пешими? Таких стало появляться всё больше и больше. Они уже не вмещались в повозки и телеги.

– Как тут вообще раньше ходили? – ныл Каратон, как будто бы его самого запрягли заместо верблюда. – Не верю, что всегда было столько проблем!

– Армия Дэсарандеса, по пути к вольным городам, объела оазисы и поселения. После их ухода увеличилось количество пустынных разбойников, – поведал всё тот же Мариус. – Но ранее они не собирались в такие большие группы…

– Очевидно, что причина в мятежнике Челефи, – прервал его Дризз, находящийся поблизости. – Когда Кашмир разгорелся новым восстанием, потеряв Морбо, остальные задумались: «Чем мы хуже?»

– Таким темпом вся Империя начнёт полыхать, – вздрогнула Люмия.

– Только до возвращения императора, – слабо улыбнулся я. – Дарственный отец вернётся и наведёт порядок, а страна расширится ещё на один приличных размеров кусок земли.

Ресмон лишь криво усмехнулся, но ничего не сказал, промолчав как и всегда в последние дни, после той самой публичной порки.

Купцы, тем временем, обсуждали перспективы, подсчитывая, что выгоднее: бросить пеших или вынужденно придерживаться их скорости.

– Тогда проще будет сесть на задницу и ждать лафтетаров, – сурово произнёс массивный и весьма толстый Туэк Тулс, торговец пряностями.

– Я не собираюсь прямо или косвенно убивать своих слуг! – гневливо возразил ему Лейсон Шнольф, купец, поднявшийся на продаже дорогих и редких вин.

– Тогда оставайся вместе с ними, – расхохотался толстяк.

– Тихо! – сердито хлопнул ладонями Шимар. – Для чего мы здесь собрались?

– Решить, что делать с пешими, – с долей ехидства «подсказал» Мариус.

– Чтобы заработать денег, – проигнорировав его, постановил глава каравана. – Верблюды могут тащить повозки или с людьми, или с товарами. Выбор предельно прост. Решайте, что вам больше по нраву: спасти жизнь слугам или оказаться с набитым кошельком. И помните – никого силком в караван не тащили! Вы сами пришли ко мне, умоляя взять вас с собой. Каждый скидывался на наём охраны, каждый оплатил своё место. И если теперь, когда караван пойдёт вперёд, кто-то отстанет, то это не моя вина. У всех была возможность получше подготовиться…

– Ты обещал защиту! – воскликнул Лейсон. – Иначе я бы нанял себе больше охраны и взял больше верблюдов!

– И откуда бы ты их взял? – прищурился Туэк.

– Из твоей жирной задницы! – завопил Шнольф. – Какая тебе разница⁈

Собрание переросло в отвратительную склоку всех со всеми, но итог оказался именно тем, который продавил Силс: караван не стал замедляться, подстраиваясь под пеших. Кто-то с руганью избавлялся от товара, сажая людей в телеги или на верблюдов, кто-то бросал своих, приказывая «держать темп», не отставая от движения основной массы. Некоторые вполне имели такую возможность и хорошую физическую форму, отчего какое-то время честно шли наравне со всеми, но спустя три или четыре часа даже самые стойкие отставали, превращаясь в тёмные точки на горизонте. Люди падали без сил, умоляя спасти их или поменяться с кем-то местами, чтобы иметь возможность отдохнуть в повозке, но мало кто соглашался на такой обмен. Большинство лишь угрюмо смотрели на то, как они терялись в песочных барханах, становясь неизбежной жертвой усталости, голода и вскоре взошедшего солнца. Либо встречая свою смерть (а может и рабство) от лафтетаров, которые продолжали кружить вокруг нас.

Глава 7

'Змейка-змейка, быстрый взгляд,

Змейка-змейка, быстрый яд,

Змейка-змейка, как найти

Твои тайные пути,

Чтобы с них скорей сойти,

Чтобы жизнь свою спасти?

Но бежать – напрасный труд,

Всё равно ты тут как тут'.

Детская песня королевства Гарон.

* * *

– Караван должен выжить, – ближе к утру громогласно заявил Шимар, решив выступить не только перед именитыми купцами, но вообще перед всеми. – Мы должны спастись! Сизиан стал ловушкой, но уже поздно что-то менять. Мы попались. А значит, есть лишь три пути: выжить и получить максимум выгоды, умереть или лишиться всех своих товаров. Я смогу вывести вас, друзья мои. Сумею это сделать! Но в этом путешествии, как и в торговле, нужно быть жёсткими и закалить свою душу. Как не может разбогатеть тот, кто поддастся мольбам бедняка и продаст ему товар ниже закупочной стоимости, так и не сумеет выжить тот, кто пожалеет своего работника, посадив его на верблюда вместо себя. Раз теперь он сидит на хозяйском месте, то и торговать будет вместо вас! Как и возлежать с вашей женой, как и растить ваших детей!

Речь произвела эффект, хоть и подняла ропот у «низших каст». Простые работяги, возницы, конюхи, грузчики и носильщики едва не похватались за оружие, но наёмники, сионы и мы, маги, остудили горячие головы. Показательные зуботычины заставили людей понять, что лучше бы им продолжать делать вид, что всё хорошо, а в свободное время изо всех сил умасливать своих хозяев. Может, таким образом получится сохранить сидячее место.

Благо, что на нас, волшебников, подобные ограничения не распространялись. Мало того, что колдуны были едва ли не сильнейшей боевой единицей в принципе, так ещё и создавали воду. Если бы не мы, то вместо голода людей мучила бы жажда, которая убила бы караван куда надёжнее и быстрее.

Тем временем, несмотря на снижение рациона, еда всё быстрее подходила к концу. Очень сильный удар нанёс тот факт, что сбежавшие в Ростос забрали почти половину запасов, которые, скорее всего, ныне достались лафтетарам. Всё больше верблюдов вынужденно пускали под нож: их всё равно нечем было кормить. И хоть они были весьма выносливы, но у всего есть предел. Вслед за верблюдами бросались телеги и товары, а купцы с плачем и воем оставались одни, в окружении своих молчаливых людей.

Угу, всё упиралось именно в верблюдов. Эти млекопитающие хорошо приспособлены к жизни в суровой и безводной местности. Как мне рассказал тот же Мариус, у верблюдов имеются грудные, запястные, локтевые и наколенные мозоли. Этими частями тела верблюд соприкасается с землёй во время лежания и мозоли позволяют ему ложиться на раскалённую почву. Густой мех предназначен для защиты от дневного зноя и ночного холода. Пальцы верблюдов соединены между собой и образуют общую двупалую и очень широкую подошву – для передвижения по сыпучим пескам или мелким камням. Верблюды не потеют и теряют малое количество жидкости с испражнениями. Влага, при дыхании выделяемая из ноздрей, собирается в особой складке и попадает в рот. Верблюд подолгу может обходиться без воды, теряя при этом до половины веса тела.

– Однажды я проверял, сколь долго верблюд мог бы продержаться без воды, – хмыкнул Лорон. – Держал восемь дней и скотина похудела на сотню килограмм! А потом он за раз выпил целую бочку за сотню литров, сразу возместив всю потерю массы!

Звучало, как сказка, но… почему бы и нет?

Верблюд и правда был создан для пустыни, ведь мог спокойно питаться жёсткой травой и пить даже солёную, морскую воду. Всё это переходило ему в горб, который сохранял запас жира и постепенно расходовался по мере голода и жажды.

– Их кровь всегда жидкая, даже если долго не пьют, – продолжал Мариус. – А друзья рассказывали, что их скотина может жить без воды до двух недель, а без пищи до месяца.

И вроде бы идеально для перехода, но не всё складывалось столь идеально. Разумеется никто не резал здоровых и полных сил верблюдов! Выбирали раненых лафтетарами или наиболее слабых, которые умудрились истощить свои горбы или начать хромать.

Что ни говори, но слова «может прожить без еды до месяца» не являлись гарантией, что всё это время верблюд будет радостно и энергично скакать! Нет, животина слабела, начинала идти медленнее и с трудом. Рацион их питания, который несли с собой, быстро истощался, а иногда выбрасывался, ради сохранения каких-то «более ценных вещей».

Всё это приводило к тому, что есть сейчас: мы теряли собственный транспорт и с каждым днём становились уязвимее и слабее. Дошло до того, что караван мечтал об очередном нападении лафтетаров, желая завладеть их верблюдами, чтобы устроить пир. Но ублюдки словно знали это, отчего затаились, позволив солнцу и самой пустыне сделать свой ход.

Кто-то выкупал себе место на повозках более удачливых конкурентов, обменивая самый ценный товар на менее ценный, находящийся в сумках торговцев, сохранивших верблюдов. Кто-то надеялся на волшебные руны, облегчающие вес, которые я к этому моменту успел нанести на все оставшиеся телеги.

– Я же не Хорес! – выкрикнул я, когда очередной торговец уговаривал «что-то придумать». – Я не могу заставить твою повозку взлететь и перемещаться по воздуху, как император! Будь это так просто, то уже весь мир бы поселился в небе!

Но таких же неадекватных предложений становилось лишь больше.

Следующим днём группа заговорщиков (которая, как ни странно, состояла не только из слуг, но даже купцов) попыталась убить Силса, но была своевременно поймана бдительной стражей. Они утверждали, что необходимо сместить главу каравана, передав власть выборному представителю, а остатки еды поровну поделить между всеми людьми, вне зависимости от их статуса.

Их казнь была быстрой и безжалостной, без суда или собрания. Никто уже не думал о том, что это чрезмерно жестоко, озлобленность начала набирать свой оборот слишком большим темпом.

Своими действиями Шимар показал, что в решающие моменты не готов делиться властью и рисковать собой. Почти сразу он вызвал Дризза и предложил, за хорошие деньги, ему и нам стать его личными телохранителями.

– Мне нужно защитное снаряжение, – перечислял Силс. – А также постоянный присмотр. Я знаю, вы сейчас размещаетесь возле Мариуса, но я бы желал, чтобы это изменилось и вы стали проживать в непосредственной близости от меня.

Хродбер согласился, хоть и содрал с купца хороший навар. Благо, часть средств оказалась и в наших карманах. Я же, как артефактор, затребовал двойную долю.

– А кто ещё будет обеспечивать ему безопасность? – прищурился я, глядя в неподвижные, как у мертвеца, глаза Дризза. – Охрана – это хорошо, но вот артефакты сами собой на нём не появятся. Так что либо рисуйте сами, либо платите мне дополнительно, иначе получается несправедливо.

– Каждый из колдунов имеет свои сильные и слабые стороны, – глухо ответил его голос. – Ты – в рунах, Каратон – в лечении и так далее. Лишь объединившись, прикрывая слабости друг друга, мы можем не просто выживать, но и успешно существовать. Пока ты будешь создавать руны, остальные будут заниматься своими, не менее важными делами.

– Вот только их работу может сделать кто-то другой, а мою – нет, – возразил я. – Так что будет правильнее доплатить мне.

– Не хочешь создавать руны – не делай их. Но если заказчик погибнет в момент, когда зачарованная одежда или индивидуальный барьер могли бы его спасти, то вина будет на тебе, – прищурился Хродбер. – И спрос тоже.

– Я не отказываюсь от факта создания артефактов, – не стал соглашаться я на эти условия, – просто хочу за них оплату!

– Я всё сказал, – поднялся он на ноги. – Делай или не делай.

Скрипнув зубами я, конечно же, подготовил Шимару «походный» набор: используя чернила и краску, которую мне даже предоставили. Какая щедрость!

Этим же вечером Эбербаш направил отряд разведки, кому в усиление передали Тревиса, одного из троицы магов – чтобы в случае возникновения проблем, группа могла отбиться от нападения лафтетаров, в котором никто уже даже не сомневался. Цель вылазки заключалась в том, чтобы как можно быстрее добрались до оазиса «Лонруб», где они обменяли или набили бы дополнительный запас пищи, который позволил бы истощённым людям добраться до него с минимальными потерями и наконец набраться вдоволь сил, получив возможность сделать марш-бросок до Агвана.

Ситуация осложнилась тем, что Грюстор, второй походный маг Силса, признался о скором появлении «Стигматов Хореса».

– Я из Тиана, – рассказал Грюстор, когда у него стали спрашивать точный срок. – В момент моего рождения там всегда приходил южный морской ветер. Но здесь, в пустыне, я этого не знаю. Может, пара недель, может, месяц.

Замечательные новости! И ведь колдун предупреждал Шимара, но тот всё равно взял его «на последнее дело». Как бы и правда не последнее… для всех нас.

Разведчики, собирающиеся в путь, тоже были не слишком рады озвученному приказу. И дело даже не в пустынных разбойниках.

– Дорога наугад, – прокомментировал Меино, главный разведчик небольшого отряда из двух десятков всадников на верблюдах, включая и мага – смуглокожего кашмирского юнца Тревиса. – В отличие от наших направляющих, – скептично покосился он на них, – у меня нет уверенности в выбранном пути. Предлагаю поймать нескольких лафтетаров, да как следует допросить…

Вот только беда была в том, что Перро так уже делал, но в набегах участвовали столь же мало знающие, как и мы сами. То были ведомые, которых посылали в бой и которыми прикрывались. Вчерашние крестьяне, натасканные на пару простейших ударов и поймавшие воинский кураж лёгких побед, а также активных «следов», состоящих из брошенного товара и оставшихся умирать людей. Подобное заставляло их поверить, будто бы караван находится на последней стадии истощения и готовится издохнуть, словно собака, уползшая в кусты.

И всё же, разведка направилась вперёд, сократив наш магический потенциал на одну седьмую часть.

На следующую ночь еды почти не осталось. Даже нам, волшебникам, пришлось догрызать чёрствые сухари. Вот уже вторую неделю мы крайне прилично ограничивали наш рацион. Все успели похудеть, а кожа, казалось, начала походить на пергамент. Кажется, именно в этот момент я наконец по-настоящему посмотрел на это место как на то, где вполне себе реально можно умереть. До сего мига всё вокруг казалось не более чем фоном, который прикрывал мою привычную деятельность: зачарование, руны, чтение книг, работа, посиделки с Люмией…

В чём-то мне даже нравилось всё происходящее! Проблемы слуг не трогали меня вообще: эти люди не вызывали абсолютно никакого интереса, даже когда Мариус был вынужден прогнать трёх своих, отчего последние два дня сидел с мрачным видом, а к утру самолично ухаживал за верблюдами.

Не трогали меня и заморочки торговцев, которые проклинали весь мир, выбрасывая свои товары или даже оставляли целые телеги. Бросали за спиной своих товарищей и плевали на тех, кто осмеливался в чём-то им перечить.

Меня развлекали стычки наёмников Силса и лафтетаров. Битвы были для меня поводом немного размяться и атаковать врага издали, оставаясь вне пределов их досягаемости и под защитой артефактов. Это было просто, пусть и не без потерь со стороны караванных войск.

Однако сегодня, когда весь паёк оказался одним куском сухого хлеба… И это с учётом переезда к Силсу!

Я пристально посмотрел на охранника главы каравана, который выдал пищу, а потом поднялся на ноги, посмотрев ему в глаза.

– Значит вот как Шимар заботится о своих колдунах? – тон мой был ровным, но веки прищурились, а стражник, ответственный за распределение еды (слуг к этому моменту почти не осталось), ощутимо заволновался.

– Кирин, оставь его, – почти сразу подскочила Люмия, положив руку мне на плечо. – Это ведь не его вина.

– Какая разница? – покосился я на неё. – Они что, не понимают, что без нас караван не проживёт и недели? И я даже не о воде! Каждое нападение забирает чьи-то жизни и колдуны всё активнее в них участвуют!

Это было так. Если поначалу мне хватало ленивого полёта над головами пустынных бандитов и «стрельбы каплями», то в последний раз, прошедший четыре дня назад (с тех пор нас временно оставили в покое), пришлось использовать «Взгляд Хореса», очищая горизонт от распределившихся врагов, обстреливающих нас издалека. Лафтетары наглели всё больше и больше, видя, что сопротивление скоро будет сломлено.

К сожалению, до открытого демарша не дошло – Дризз запретил, сказав, что Силс и без моих слов всё понимает. Поэтому придётся ещё сильнее затянуть пояса.

И он, конечно же, оказался прав. Бежать всё равно было некуда, а все верблюды давно пересчитаны и на их мясо уже образовалась голодная очередь.

Этим днём я, в виде ворона, летал по небу и выискивал возможность для пропитания: хоть сбить «каплей» того же стервятника! Плевать, что это падальщики и жрут разные отходы, это всё равно мясо!

Но не было ничего. Ни затаившихся за гребнем холма лафтетаров, ни птиц, ни животных. Пустыня, ха-ха, была пустынна! Лишь солнце и раскалённый песок.

Опустившись на землю, утёр пятернёй пот со лба, да покосился на ближайшего верблюда. Может, отрезать от него мясо и залечить? А не сойдёт ли тварь с ума от такого? Хотя, можно усыпить… Но сколько так реально будет срезать и вылечить?.. Даже работая вместе с Каратоном и Люмией не получится кормить всех! Разве что малое количество людей… совсем-совсем малое…

И всё же, это был план, с которым я пошёл к Шимару. Попробовать решили в тот же миг.

– А хорошо ты придумал, Кирин, – ворчал Каратон. – Я даже сразу и не понял… на чьи плечи взвалится основная работа.

– Ты мяса хочешь, друг мой любезный? – неприязненно взглянул я на него. – Если нет, то милости прошу на выход, мы с Люмией и без тебя справимся…

– Без меня вы даже со шкурой не разберётесь, – буркнул целитель. – Тут надо проверку вначале проводить, да и резать не всё подряд, а те места, где будет проще всего вылечить. И это не брюхо… И тем более не ногу. Её вообще хер вырастишь – заморочено. Возможно, но до-о-олго. С боков надо срезать, чтобы потом нарастить без особых усилий…

Беспрерывно ворча, Каратон несколькими точечными чарами обследовал тушу спящего верблюда (вешали они порядка семи-восьми сотен килограмм), а потом указал место, с которым мы и начали работать. Для начала осторожно разрезали шкуру, а там принялись срезать, стараясь не трогать кости, жилы и прочие, сложные в восстановлении вещи.

На первый раз взяли порядка десяти кило, выскребая мышцы и плоть, которые сразу погружали в переносной зачарованный на холод контейнер. После «изъятия массы» приступили к лечению.

В каком-то роде полученную травму можно сравнить с укусом волка или чего-то аналогичного. Только, ха-ха, аккуратным укусом! Который старался действовать осторожно и не нанести слишком много вреда. Вот только «отгрыз», сволочь, с хорошим таким запасом…

Энергии на восстановление уходило много и процесс неожиданно затянулся. Всё-таки это не подлечить колотую рану и не залатать дыру в кишечнике. Тем более, ни Каратон, ни мы, не имел подобного необычного опыта. Шло тяжко.

Закончили через три часа, вымотались вусмерть, но когда начали перепроверять, обнаружили, что перепутали часть соединений мышц, да ещё и плоть от костей отслаивалась, не в силах удержаться!

С матами и руганью, обвиняя друг друга, вновь принялись за дело. Весь, сука, день (отсыпной!) возились с верблюдом. Для остальных Силс объявил, что мы занимаемся захворавшей животинкой, что, по факту, было правдой.

К новости отнеслись настороженно: у нас осталось меньше сотни верблюдов, так что люди переживали за каждого. И пусть они не кричали напрямую, чтобы показали процесс лечения, но волновались, что маги просто «разбирают скотину на части», которая потом пойдёт в тарелки только избранной верхушке.

Однако, к вечеру мы закончили, смыли кровь, разбудили вялого верблюда, которого и продемонстрировали остальным.

– Разрыв внутренних органов, – компетентно постановил Каратон, про которого уже все знали: профессиональный целитель. – Восстановили, но нужно будет пригля-а-а… – зевнул он прямо посреди слова, – … дывать.

Благо, работали мы старательно, а потому верблюд ощущал себя вполне хорошо, я же, улёгшись спать в повозку (прямо во время пути) и прижав к боку уставшую Люмию, задумался о том, почему с помощью лечения нельзя насытить самого себя. То есть, энергия ведь каким-то образом восстанавливает утерянную плоть, так? Упрощённо говоря, маг получает некую «силу извне» – что-то из ничего. И именно это самое «что-то» является универсальной вещью, которую, при желании и умении, можно преобразовать во всё что угодно. Например: в воду, огонь, землю и… ключевое, чужую плоть! Да, мы ведь нарастили мяса этому верблюду, восстановив всё, что ранее срезали. Следовательно, что мешает таким же образом создавать сразу готовое мясо? Типа… лечить уже вырезанную плоть, увеличивая её объём?

Мысль захватила меня, заставила крутиться и вертеться, то прижимаясь к Люмии, то отстраняясь от неё.

– Кирин… я спать хочу, – негромко шепнула мне девушка, сонно приоткрыв глаза. – Давай попозже, а?

Она что, подумала, будто бы я так заигрываю⁈