Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"
Автор книги: allig_eri
Соавторы: Павел Чук,Вай Нот,Саша Токсик,Валерия Шаталова
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 348 страниц)
Мы, словно прожжённые преступники, ловко скрылись от полиции: я банально вызвала такси к ближайшему от нашего укрытия подъезду. В машине сидели максимально далеко друг от друга, насколько позволяло заднее сиденье. Каждый смотрел в своё окно, каждый был погружен в свои мысли. У меня, конечно, они всецело были заняты лордом и тем, что произошло в этот бесконечно длинный день. Слишком много неправильного случилось. Слишком много лорда Арсгорна.
Я до боли кусала зацелованные на морозе губы. Гнала от себя непрошеные мысли. А они всё лезли и лезли, погружали в тот момент, от одного воспоминания которого жар снова разливался по телу.
«Что на самом деле ты чувствуешь к Арсу?» – снова и снова спрашивала Алиса, прочно засевшая в моей бедовой голове.
Кажется, теперь всё запуталось ещё сильнее. Я в сотый раз обругала себя, уже толком не понимая за что..
Решив окончательно вытеснить из мыслей странный поцелуй, я принялась рассуждать, а из-за чего, собственно, поднялся весь кипиш в клубе. Ведь драки – явление частое, и обычно дебоширов просто выставляют вон. Но Алекс обвинил лорда в воровстве. Пришла к выводу, что в клубе ещё что-то произошло помимо драки. Насколько мне известно, полицию иной раз по несколько часов дожидаются. А тут…
В номере гостиницы я первым делом полезла отогреваться в душ. Горячие струи ласково окутывали тело, но отмороженный мозг всё время возвращал меня в сугроб за гаражами. Ну хватит уже, а! Я оделась и решительно вышла из ванной с целью снова прояснить наши отношения с Арсом. Друзья, никакой романтики. Точка.
С горячей чашкой чая он стоял у окна и глядел в ночную темноту улиц. Задумчиво-серьезный, крепкий, мощный, с коротким ёжиком русых волос…
Блин. Мысли опять свернули в неправильное русло. Дура. Я стыдливо отвела глаза.
– Кристина, иди в свою комнату, – негромко произнес Арс, даже головы не повернул в мою сторону.
Что я и сделала. Не произнося ни слова. Дверь захлопнула так, что стены содрогнулись. Перенервничала, не рассчитала силу. Следующим движением защёлкнула замок. От греха подальше. Еще бы и швабру приставила, но её не оказалось под рукой. А жаль. Было б хоть какое-то оружие, если лорд не сможет удержать себя в новеньких джинсах. На него скопище «сумасшедших проституток» так подействовало что ли? Или виски с колой? Я на всякий случай сделала ещё один оборот на дверном замке.
Сбоку вдруг что-то шмякнулось на пол.
Чёрт!
На ковролине зиял дырявым боком старый льняной мешок бабушки Аглаи. Видимо, я слишком сильно хлопнула дверью и он свалился с комода. Но самым ужасным было то, что ветхая ткань разошлась по шву, вывалив на пол большую часть содержимого. Я метнулась к окну и распахнула створку, жадно глотая ночной морозный воздух. За дверью захмелевший лорд, в адекватности которого я абсолютно не уверена, а тут ещё этот спагус! Я в очередной раз вспомнила своё поведение в сарае под влиянием одной лишь травинки. А ведь здесь их целый мешок рассыпан по полу. Главное сейчас не поддаться магии этой странной травы, иначе завтра мы с Арсом оба будем очень и очень сильно жалеть об этой ночи. Делать-то что? Долго дышать в окно не выйдет – холодно.
Сумасшедший день. Скорее бы уже вернуться…хм…домой. Да-а-а. Ампелос – вот где мой дом теперь. Я поняла это ещё там, и повторно убедилась здесь. В Орске и в правду всё какое-то злое и холодное. А там у меня магия, волшебство, говорящие камни. А ещё там Рэй. Интересно, что он сейчас делает? Спит, рыщет в библиотеке, варит какое-нибудь алхимическое зелье?
Я боязливо покосилась на мешок бабушки Аглаи. Та-а-ак, где-то у нас были пакеты от покупок. В идеале сюда бы резиновые перчатки и противогаз, но их нет.
– А жаль, – озвучила я вслух и набрала полную грудь холодного воздуха, намереваясь не дыша ликвидировать всё это безобразие.
– Да, жаль, – тихо произнесли сзади.
Я аж подскочила от неожиданности и резко обернулась – на моей кровати вальяжно полусидел Алекс, подложив под спину подушку и закинув руку за голову. Весь заготовленный воздух вышел из меня словно из сдувшегося шарика.
– Жаль, что мы расстались, крошка.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я осипшим от волнения голосом. – Как сюда попал?!
– Соскучился. Иди ко мне, детка, – он призывно похлопал рукой по кровати, затем откинул назад свою отросшую светлую челку.
– Совсем офигел?!
– Нет, это ты офигела, Кристина, – прозвучал за спиной недовольный женский голос.
Я отшатнулась при виде розовых локонов бывшей подруги.
– Что… Что происходит?! Тебя уже отпустили?
Внутри у меня всё сжималось в мерзкий тугой ком. Вики только что здесь не было! Их обоих здесь не было!
– Арс… – хрипло позвала я, осознавая, что еле ворочаю языком, и голос не слушается.
– Твоего бугая с нами нет, крошка, – произнес Алекс. – Забей. Иди к нам.
– Да, иди к нам, – вторила ему Вика, кошкой забралась на кровать и верхом уселась на Алекса. Он тут же положил руки на её бедра.
– Арсссс… – вместо крика из меня вырвалось нечленораздельное змеиное шипение.
Грудную клетку сдавливали невидимые тиски, дышать становилось труднее и труднее. Ноги были словно чужие и почти парализованные. Сколько я ни пятилась к двери – она словно отдалялась с каждым шагом. Всё же я уткнулась голенью в комод. На нём стояло блюдце с засохшим пирожным, которое я вчера притащила из столовой. Руки были почти моими, сильно тряслись, но ещё слушались, поэтому десерт полетел прямиком в прелюбодейскую парочку, угодив в полуобнаженную спину бывшей подруги.
– Да ну тебя, – обиженно фыркнула Вика и рассеялась по кровати розовым туманом.
– Еда-а-а, – раздалось вдруг низкое рычание.
Цветочковые обои над изголовьем кровати треснули, лопнули и обвисли рваными лохмотьями. А из дыры вылезла огромная мохнатая лапа и сжала когтями плечо Алекса, оставляя под собой четыре стремительно алеющие борозды. Но парень этого словно не замечал и продолжал гаденько улыбаться. Зато я ощутила пронизывающую тягучую боль в своем собственном плече.
Следом за лапой из стены полезла адова пасть оборотня. По комнате моментально разнеслось тухлое зловоние, забивающее ноздри мерзким трупным запахом, и сковывающее сознание липким страхом. Длинное мгновение на меня смотрел вертикальный зрачок желтого глаза. Затем монстр не спеша разинул клыкастую пасть и легко откусил голову Алекса. Тело парня рухнуло с кровати, из среза на шее, словно фонтан крови, появились клубы красного тумана. То, что осталось от Алекса, медленно растаяло в воздухе.
Обои окончательно полопались, взрываясь пылью штукатурки и кирпичной крошкой – все, стены за кроватью больше не было. Только темная пещера, свод которой подперт деревянными, поросшими белой плесенью столбами. Зверь скалился, жевал, похрустывал костями добычи, между зубами у него застряла переросшая челка Алекса…
Помимо дикого, сковывающего страха, бешеного стука собственного сердца и тошнотворной вони, добавилось ещё и ощущение влаги на лице. Мысли в голове крутанулись, как в калейдоскопе, отчего затошнило с утроенной силой. Перед глазами возник образ плачущей жёлтовласой девочки, её слезы ручьём стекали на пол и образовывали бескрайнее море. В воде судорожно плюхал лапками белый кролик в шляпе, а в большой стеклянной банке плыл фиолетовый чеширский кот. Он улыбался, обнажая белые зубы. Слишком острые, слишком опасные, в которых застряла какая-то блондинистая мотня.
– Едаааа, – прорычал уже не кот, но оборотень. Моря вокруг не было. Только зверь, стоящий на кровати. Меня душили боль в груди и рвотные спазмы, а едкое зловоние вытеснило весь воздух из комнаты.
– Рэй, – едва слышно прошептала я онемевшими губами. – Не надо, Рэй.
– Рэ-э-эй? Рэ-э-эй? – переспросила тварь и заржала словно гиена, сквозь этот леденящий душу хохот проскальзывал визгливый женский голос.
– Жа… Жа…
– Жа-а-а… Ага… Еда-а-а…
Зверю до меня осталось каких-то пара метров. Если бы он хотел, то в полпрыжка покрыл это расстояние. Но он не спешил. Словно играл с добычей, словно знал, что бежать некуда.
Я же с невероятным трудом переместила негнущуюся, ставшую чужой ногу в сторону, этот шаг позволил, наконец, достичь неуловимой двери. Глядя в глаза надвигающемуся оборотню, я пыталась крутить замок за спиной одеревеневшими пальцами, но заветные щелчки не раздавались. Рук я уже почти не чувствовала.
Снова калейдоскоп завертелся. Перед глазами всё ещё была зловещая пещера, только вот вокруг толпились зелёные сундуки, доверху набитые золотом и дорогими тканями, а рядом метался нарядный мужик в чалме с возгласами: «горох открой дверь, овес открой дверь, ячмень…»
– Сим-сим, – хрипло прошептала я, – сим-сим, открой дверь.
Ничего. Теперь даже не было слышно стука сердца. Похоже, оно не выдержало, похоже, я уже умерла. Дерьмо. Гадина, достала-таки. Долбанная тварь! Долбанная дверь! Если бы только она открылась, Арс бы помог! Если бы только! Жардина, сволочь! Её пасть уже была прямо перед моим лицом, скалилась, подхихикивала и утробно порыкивала, истинно наслаждаясь моим страхом.
– Да чтоб тебя блохи в аду сгрызли, тварь! – почти беззвучно послала я оборотню проклятие, преисполненное злобным отчаянием.
За спиной раздался треск, словно сотни рук раздирают на лоскуты хлопчатобумажную ткань. Зверь в этот же миг дернулся вперед, а я инстинктивно вжалась лопатками в дверное полотно, но его там… не было. По инерции я просто вывалилась в гостиную, будто куль с мукой. Перед глазами все поплыло, завертелось, и больше я не могла сдерживать тошноту.
– Кристина! Кристина, отпусти!
Звучал вдали знакомый голос, а в ушах у меня словно застряла тонна ваты, хлопка и зловонной шерсти.
– Выброси, говорю! Кристина! Твою-то мать!
Резкая простреливающая боль пронзила плечо, локоть, кисть.
– Аа-а-а! – я с трудом осознала, что пытаюсь орать.
А потом всё схлынуло. Мерзкий тугой ком внутри лопнул, тиски разжались, пропуская воздух в легкие, вонь исчезла, потолок и пол вернулись на свои места, не было больше ни рычания, ни гиеньего хохота, ни оборотня – только пустая комната с кроватью, виднеющаяся сквозь проём. А вся дверь, вернее то, что от неё осталось, щепками и трухой валялась вокруг.
– Вот выпей. Давай-давай, – Арс поднёс мне к губам стакан холодной воды. Стало легче.
– Я так рада видеть вас, лорд Ливарелл! – прошептала я, уткнулась в его мощную грудь и разревелась.
А потом пришла сильная боль в руке. Нет, не та резкая, а медленная, нарастающая и жгучая, словно мою кисть неторопливо варили в котле с кипящим маслом. Я взглянула на свою руку – через всю ладонь проходила розово-красная полоса, а в середине с трудом можно было разобрать надпись: «МНЦЦ1-50».
– Цена ложки рубль пятьдесят, – хрипло озвучила я.
– Нет, Кристина, теперь эта ложка стоит в тысячи раз больше.
Глава 10Лорд отнёс меня в ванну и прямо в одежде посадил под струи тёплого душа, смывая рвоту, сопли, слёзы и кровь из носа. Меня лихорадило, боль в руке не унималась.
– Извини, пришлось вывернуть тебе руку, – лорд помассировал мне плечо. – Иначе ты не выпустила бы ложку.
– Да что не так с этой ложкой, чёрт бы её побрал! – я потрясла горящей ладонью.
– С ней всё нормально… Было. А вот не так как раз-таки с тобой, Кристина.
– А точнее можно?! Давайте без ваших интриг и недомолвок обойдемся, пожалуйста, – здоровой рукой я вцепилась в его широкую ладонь и жалобно заглянула в холодные голубые глаза. – Просто объясните, что, блин, это было?!
– Кристина из Орска, – Арс потер переносицу и тяжело выдохнул, – ты – артефактор.
– Это как? В смысле, артефактор? – я всё старалась удержать его за руку, но он отстранился и вышел из ванной.
– Сделаю нам чай.
Все те минуты, что я пыталась привести себя в порядок в ванной, в голове вертелось это слово – артефактор. Человек, создающий артефакты. Как такое возможно?
– Они же вымерли! – обмотанная в полотенце я ворвалась в гостиную, – Профессор Ялинская на лекции рассказывала, что артефакторов больше не существует.
– Это верно, – лорд подал мне чашку горячего чая и усадил на диван. – Поэтому сами артефакты очень высоко ценятся. Сколько их есть, столько и есть. Предметы, усиливающие магию, не производились уже более двух веков, с тех пор как умер последний артефактор – старик ди Манльерос. До сегодняшнего дня.
– Но почему я?!
– Откуда мне знать? Выясним, когда вернемся. У нас большой провыв в твоём деле, Кристина. Так что беру свои слова обратно, не зря дед затеял эту командировку. Но никому, слышишь, никому не рассказывай о своих способностях. Иначе жить тебе до конца дней в исследовательском институте и производить магические предметы во благо страны и на потеху богатеньким пижонам. Артефакторы ведь не сами по себе вымерли. История такие подробности умалчивает, но по неофициальным источникам их замучили до смерти, требуя всё больше и больше волшебных игрушек.
– А что делает моя игрушка? – указала я здоровой рукой в сторону ложки, лежащей перед нами на журнальном столике.
– Очевидно, ломает двери, – небрежно кивнул он на щепки в проёме. – Ты что, забыла, как замки открывать? Заклинило? Почему меня не позвала?
– Я звала. Но кричать не получалось. У меня внутри всё сдавило. Не знаю, как описать. Было плохо, больно, страшно. Словно парализовало. А потом видения начались. Сначала пришли Алекс и Вика, потом Жардина в образе зверя, – при упоминании о матери Самиры по лицу лорда пробежала тень. Меня ещё потряхивало, но я продолжила. – Всё смешалось с фрагментами детских сказок, но было настолько реалистично и очень-очень жутко. Какой-то невыносимый страшный бред. Глюки. Даже не помню, как брала ложку. Я словно сошла с ума.
– Та-а-ак, завтра, как вернемся, покажем тебя Марио о’Касти. Только про тайну, естественно ему не скажем.
– Не скажем и он, ничего не поняв, пропишет мне мятные настойки.
– Марио – толковый лекарь, обязательно разберется, в чем причина твоих видений.
Я задумалась… Бли-и-ин.
– Долбаный спагус! – поймав проницательный Ливарелловский взгляд, тут же добавила. – Мешок упал и порвался, но я его даже не трогала и, вообще, старалась не дышать. Честно!
Лорд заглянул в мою комнату.
– А сейчас ты что-то чувствуешь? – спросил он, шурша пакетами.
– Трясет. То холодно, то жарко. Во рту будто пустыня с кактусами. Зато мы узнали мою аномалию. – Я попыталась внести нотку вялого позитива, но тело снова пробила дрожь.
– Узнать-то узнали, но вопросов прибавилось, Кристина. Ты – артефактор, ты создала артефакт в мире, где почти нет магии всего лишь надышавшись травой. Мы разберёмся с этим. Хотя бы теперь знаем, в каком направлении двигаться.
Арс принёс из спальни покрывало, заботливо укрыл до меня, подоткнул с краёв, уселся рядом и дважды повторил предостережение о неразглашении. Затем стал осторожно выпытывать подробности видений. Дрожь усиливалась, я стучала зубами, но описала все подробности кошмара. Ну как, пробовала описать. А он спрашивал каждую мелочь, словно пытался отыскать что-то, уловить какой-то момент.
– Хватит! Не могу больше об этом говорить. Спросите напрямую. Что вам надо, я же вижу! Не хочу снова и снова вспоминать все это.
– Заклинание.
– Какое заклинание?
– То самое, что ты заложила в артефакт.
– Я ничего такого не делала!
– Но что-то ты же сказала, вливая в ложку свою магию. Вспоминай, без активирующего заклинания артефакт не имеет смысла.
– Да я даже не помню, как ложку эту брала! Тарелку кидала, да. А ложку не-пом-ню! И вообще, разве артефакты – это не кинжалы?
– Кинжалы предпочтительнее, выглядят солиднее и в те времена… Так, ладно, не уходи от темы. Любой предмет может быть артефактом. Что ты говорила? Что-то сильное, идущее из глубины души. Вспоминай.
– Арсссс, – повторила я, шипя как тогда. – Арссссс.
– Не то.
– Эм-м-м… Может: сим-сим, открой дверь.
– Что за сим-сим? Хотя не важно, всё равно не то.
Я призадумалась, а потом снизошло озарение, я нервно хихикнула:
– Бли-ин!
– Тоже не то.
– Знаю, что не то. Но я вспомнила, – и тут мне пришла в голову неплохая, но коварная мысль.
– И?!
– Скажу, только если вы потом честно ответите на мой вопрос.
– Шантаж? А что, просто так спросить не можешь?
– Могу, но вы, скорее всего, не ответите. А я хочу знать.
– Идет. Говори заклинание, – лорд Ливарелл усмехнулся. Я начала подозревать, что в голове у него вертятся какие-то пошлые мысли, что я спрошу, например, о поцелуе за гаражами или о его женщинах или ещё о чём-то интимном. Но я готовила ему иную пакость.
– Да чтоб тебя блохи в аду сгрызли, тварь!
Не успел Арс как следует офигеть от такого набора слов, как на ложке вспыхнули светящиеся зеленые символы. Лорд подхватил артефакт и махнул им в сторону двери в его спальню – она пошла мелкими трещинами с характерным хрустом и обратилась в щепки.
– Работает.
– Работает, – повторила я за лордом и резко скривилась от стреляющей боли, которая пульсирующими рывками расползалась от плеча по телу и в итоге сконцентрировалась где-то под лобной костью. Я начала растирать виски. – Голова болит.
– Сейчас, у Марины были таблетки, – потянулся Арс к сумочке, которую мы прихватили из клуба. – Не лордское это дело – шарить в дамском ридикюле, но чего не сделаешь ради друга.
Последнее слово он произнес с нажимом, явно расставляя акценты на том, что произошедшее за гаражами всё-таки стоит считать нелепой случайностью. Лорд вытряхнул содержимое рядом со мной на диван.
Косметика, кошелёк, ручки, две расчески, визитки, влажные салфетки… Стандартный женский набор. Но кусок арматурного прута слегка озадачил, как и две коробочки с таблетками. Странно.
– Сейчас-сейчас, – лорд уже извлёк голубую пилюлю.
– Вы что делаете? Стоп! Стоп! – замахала я рукой, созерцая на упаковке кружок со стрелочкой – символ мужского начала.
– Чтобы голова не болела. Марина мне давала.
– У-у-у.
– Бери. Сейчас воды налью.
– Не надо. Это не от головы, лорд Ливарелл. Это чтоб ху-у…у-уже не будет, если вы сами прочитаете инструкцию, – торопливо сунула я ему бумажку в руки.
А сама взялась за упаковку второго препарата:
– … В качестве снотворного средства… Побочное действие…тошнота, рвота…
Вспышками мелькала улыбчивая брюнетка, всё время протягивающая мне кофе, то у катка, то в машине, то в офисе.
Ну трындец! Чёртова клофелинщица! Запала на иностранного красавца с фирменным взглядом и…и… и это всё объясняет. Повышенное либидо лорда и мою постоянную тошноту. Да я места себе не находила, думала, что залетела, а тут такая подстава. Устранение конкурентки, соблазнение крутого мужика. А дальше-то что. Будет беременность разыгрывать и проситься замуж. С неё станется. Бо-о-оже.
– Ну и дрянь!
– Знаешь, чего думаю, Кристина из Орска? – Арсгорн злобно отшвырнул от себя блистер с голубыми пилюлями.
– Мм?
– Возможно, ваш мир назван Земля, потому что его когда-то населяли маги земли. Таблетки, травы, отвары – это же всё по твоей стихии. Адаптированное, так сказать, зельеварение. Но так как уровень магии здесь ничтожно мал, люди отклонились от магического пути в пользу технического прогресса.
– Звучит очень круто, – в мыслях стремительно рушилась теория Дарвина.
– Ладно, это лишь болтовня. Ждём до утра, если явится Марина… кхм… лучше б ей не появляться. В общем, поспим немного, а после завтрака поедем к леди Милене, пусть возвращает нас обратно. Здесь нам больше делать нечего.
– Хорошо. А почему вы сами не можете отправить нас в Ампелос. – Уж очень не хотелось мне вновь встречаться с озлобленной женщиной. – Вы же транспортировщик.
– Потому что моя сабля-хвачгарджи может разорвать межмирное пространство из Ампелоса, но не обратно.
– Работаете на экспорт, лорд?
– Такие уж свойства – только в одну сторону. Поэтому у нас везде есть свои агенты. У тебя ещё будет впереди курс лекций о межмирных перемещениях.
– А мы можем к кому-то другому обратиться, а не к леди Милене.
– Можем, но это намного дальше. А у нас даже теплой одежды больше нет, – Арс и себе налил чай, затем вольготно расположился на другом конце дивана. – Задавай лучше свой вопрос, Кристина из Орска.
Я под покрывалом подтянула колени к груди, набрала полные лёгкие воздуха и стремительно выпалила:
– Что произошло между вами и лордом Рэйсгорном? Почему вы в ссоре?
Арс сразу помрачнел, от расслабленной позы не осталось и следа.
– Вы обещали мне честный ответ.
– Ты была права, в другой ситуации я бы тебе не ответил, – он помедлил и всё же добавил, – из-за женщины.
Глава 11– Она стояла на пороге нашего имения, светлое, насквозь мокрое платье прилипло к телу, повторяя все изгибы её фигуры, с белоснежных волос стекали струи дождевой воды. Именно такой я увидел её впервые. Помню, как она игриво передёрнула плечами, мол ливень, что поделать, и проскользнула мимо меня в дом, обдав флёром сладких духов. Она привычно взбежала по лестнице наверх и скрылась в комнате Рэя. Как и всегда делала на протяжении предыдущих десяти лет, с тех пор как они с братом оказались в одной школе. Но в тот день в этой мелкой, вечно хохочущей шмакодявке я впервые разглядел девушку. Юную, милую, красивую, немного ветреную, под стать её стихии.
Арс слегка улыбнулся нежному воспоминанию и продолжил:
– Рэй всегда был чересчур умным и потому стал единственным из Ливареллов, кому удалось поступить в первую академию стихий. Вся остальная наша семья испокон веков получала дипломы во второй академии. Может, будь Рэй немного глупее, всё сложилось бы иначе. Но он уехал. А я остался. И Жардина осталась.
– Жардина?! – я аж дышать перестала. То естькак Жардина?! Та самая?!
– Ей было семнадцать, мне – двадцать один. Как-то незаметно всё закрутилось. Она снова стала приходить в наш дом, только теперь в мою комнату, и не для того, чтобы корпеть над учебниками. А на каникулах вернулся Рэй. Тогда мы впервые серьёзно подрались. Нет, и раньше между нами возникали стычки, но чтобы так по-взрослому – никогда до того дня. Наверное, разнесли бы наш подлвал, если бы дед не разнял. Ты знаешь, Кристина из Орска, я тогда почти победил. Я всегда побеждал Рэя в наших потасовках. И эта не стала бы исключением. Брат блистал умом, я – силой.
– С тех пор вы перестали нормально общаться?
Я с удивлением отметила, как дрогнул мой голос, а к головной боли добавилось ещё и неприятное злое чувство пополам с неясной обидой. Будь здесь Алиса, наверное, она бы сказала, что это ревность. Рэй и Жардина. Подумать только! Но рыжей рядом не было, я продолжала злиться, а лорд-таки ответил на вопрос:
– Нет. Было сложно первое время. Но Жардина никогда никаких обещаний брату не давала и всегда относилась к нему только как к другу.
– Но Рэй-то к ней – нет, – я скрипнула зубами, но постаралась взять себя в руки. – У нас это называется фрэндзона.
– Да плевать, как называется. Жардина даже не знала, что он был в неё влюблен. Рэю пришлось принять это. Так уж вышло. Постепенно всё устаканилось. Мы были счастливы с Жардиной. Брат учился в другой Академии. На следующие каникулы он вернулся уже не один, а с девушкой. И мы окончательно расслабились. Вот только время шло, а у Рэя быстро разладилось с… с… той девушкой.
– С Ками.
Арс смерил меня внимательным взглядом и хмыкнул.
– Это она тебе рассказала? Что, её ты тоже шантажировала?
Я лишь неопределенно пожала плечами и сделала глоток остывшего чая.
– Ну да не в этом суть. – Махнул рукой лорд Ливарелл. – Мы с Жардиной быстро переросли конфетно-букетный период и начали сильно ссориться. Зато мирились мы ещё сильнее, и в этом была особая изюминка наших отношений.
Арс ненадолго замолк. Лицо его стало сосредоточенным и хмурым.
– В одну из таких ссор рядом с Жардиной оказался Рэй, – голос лорда прозвучал сухо, а глаза сверкнули холодом ненависти, – Она пришла к нему как к другу, выговориться… Это стало фатальной ошибкой. Я не знаю и знать не хочу, что там было и как, но брат её утешил. Сама понимаешь как, не маленькая.
Арс поднялся с дивана, стукнул чашкой о столик, расплескал так и не выпитый чай встал у окна и задумчиво вгляделся в темноту ночи.
– Ками хотела быть с Рэем, Рэй с Жардиной, Жардина со мной, а я не смог им этого простить. Ни ему, ни ей. Вот так мы с Ками стали друзьями… кхм… Сначала по несчастью, а потом просто хорошими друзьями. – Арс резким движением задернул тёмно-синюю штору. – Ну что, я удовлетворил твое любопытство, Кристина из Орска?
– Извините, я не думала, что все так… – не знала, что нужно говорить в таких случаях. Выказать жалость? Но лорд не из тех, кто любит, чтобы его жалели. Я ограничилась легким кивком.
– Хмм. Быстро же ты сдалась. А ведь это ещё не конец истории.
– Да? А что было дальше?
– Расскажу, если ты мне потом тоже честно ответишь на один вопрос.
– Шантаж – не лордское дело! – воззвала я к его совести.
Но попытка провалилась:
– А на Земле я и не лорд, я просто… Сеня. К тому же есть с кого пример брать. – Арс красноречиво повёл светлой бровью, глядя на меня. – Так что, Кристина, принимаешь сделку?
Любопытство взяло вверх, и я с опаской кивнула:
– Ну допустим. Хорошо. Я согласна.
Арс подошёл и накрыл своей ладонью мою руку, сжимавшую чашку. Я вздрогнула от странного прикосновения. Это, конечно, от него не укрылось.
– Что вы… – Мой голос звучал хриплым шёпотом. Я запнулась, откашлялась, прочищая горло.
А лорд взял со стола чайник и стал наполнять мою почти опустевшую чашку.
Чёрт! Чувство неловкости усилилось.
Арс медлил. Тонкая струйка чая неторопливо журчала. Тёплой ладонью лорд уверенно обхватывал мою кисть, тем самым придерживая чашку. Он тянул с ответом. Или давал мне время передумать. И, судя по странной интимности момента, во мне действительно крепло желание отказаться от сделки.
Я облизнула пересохшие губы, собираясь высказать возражения. Но не успела. Чашка наконец заполнилась, а лорд заговорил.
– Спустя какое-то время к нам в имение приехала леди Адриана де Фонтин. – Арс отставил чайник на стол и сел на другой конец дивана. – Как выяснилось, своим поступком Рэй не только разрушил наше счастье, но и уронил честь всего рода Ливареллов. Жардина была беременна. До замужества это само по себе пятно на репутации, а в сложившейся ситуации ещё и непонятным было отцовство.
– Но Самира – ваша копия! Не лорда Рэйсгорна, а именно ваша!
– Да, сейчас это очевидно. А тогда, в животе… Адриана де Фонтин – леди гордая, отказалась от материальной поддержки нашего дома. Также отказалась выдавать дочь за Рэя, хоть он был бы и рад принять Жардину. Но она сама к нему не пошла, потому что не любила. К тому же дед ведь выгнал Рэя из семьи, забрал титул и имя. Последнее, правда, только на словах, сказанных в гневе.
Так вот откуда все эти заморочки: «Не называй меня лордом Ливареллом. Я – Рэй. Просто Рэй». Теперь ясно. Арс тем временем откинулся на спинку дивана и продолжил:
– За меня замуж Жардина тоже не пошла, понимала, что даже если я и женюсь на ней из благородства, никогда мы не будем относиться друг к другу как прежде. Между нами появилась пропасть. Я винил её, она винила себя. Да и если бы впоследствии оказалось, что ребёнок от Рэя… Брак стал бы для нас мукой, мазохизмом. Жардина укрылась в своём золотом замке под защитой у матери. На этом наши пути разошлись и с ней, и с братом.
– Понятно, – неловко протянула я.
– Чего тебе понятно? Через два года судьба снова столкнула нас лбами на поле боя во время вторжения оборотней. Знаешь, что такое прорыв? Окна из Стреланда? Они открывались повсюду в радиусе ста километров. Эти твари по терминалам не ходят. Они просто вывалились в наш мир через дыры в межмирном пространстве.
– Как мы на Землю? – вспомнила я своё приземление лицом в сугроб.
– Примерно так. Маги вышестоящих миров ходят в нижние как попало, а вот низшие к высшим могут попасть только через терминал. Отсюда понятно, что Стреланд стоит выше нас по уровню магии, а твоя Земля – ниже. В общем, Ампелос к такому вторжению готов не был, и мобилизовал всех, включая недипломированных пятикурсников, а значит и Жардину, и Рэя. У нашей стороны не было ни стратегии, ни толкового плана, одна лишь цель – убить оборотней, не отдавать им магов. Мы отбивали атаку за атакой, но несли потери несмотря на то, что соседние государства постепенно приходили на поддержку, врывались в бой. С трудом в этом хаосе я нашёл группу Жардины. Затем появился и Рэй. На время сражения мы оставили наши разногласия, но это не помогло справиться с тварями. Схватка была яростной, не успели мы завалить одного оборотня, как из пространственного окна на нас вывалился следующий, а за ним и третий. Они в два счета проломили нашу огненную стену. Мы объединяли файерболы с виндболами, увеличили радиус поражения. Заклятия, алхимические составы, зелья, щиты, шары – всё смешалось. Непонятно было где право, где лево. Крики, визги, рычанье, взрывы и вонь паленой шерсти.
Арсгорн сморщился, словно и сейчас ощущал этот запах. Кажется, даже я его почувствовала, невольно воскресив в памяти пещерную вонь и свои недавние глюки.
– В конце концов, я оказался парализован ядом когтей и мог лишь наблюдать, как наших рвали на части, как вгрызались острые зубы в плоть лорда Зейна – сына профессора Гарвиша, как вываливались кишки из распоротого живота леди Цулины… Как упала хрупкая фигурка Жардины, она смотрела на меня полными ужаса глазами и не двигалась, на неё опустилась когтистая лапа и поволокла прочь из зоны моей видимости. Обдирая лицо о камни, понял, что пришла и моя очередь отправляться на Стреланд. Последней мыслью было – и умерли они в один день. А потом была возня, хрипы, рычанье, мерзкая горелая вонь сменилась ещё более мерзкой, аммиачно-кислотной. Меня вмяло в землю чем-то тяжёлым, как выяснилось позже – Рэем. Брат отстоял брата. Вот так всё было, Кристина из Орска. Если бы не Рэй – я бы сейчас не рассказывал тебе всё это.
Я была поражена. Сердце щемило от тяжёлой истории. И в то же время меня наполняла гордость за моего Рэя. Такие противоречивые чувства и эмоции! Неясным оставался один момент.
– Но вы же всё равно в ссоре, лорд Ливарелл. Так и не простили?
– Простил. Да и мы не в ссоре уже. Скорее это называется взаимная непереносимость. Если внезапно что-то случится, мы друг за друга будем насмерть стоять – это я знаю. Но в обычное время – общаться как в детстве мы уже не можем.
Лорд оставил тему брата и полностью переключился на воспоминания о хрупкой девушке со звонким смехом… Душу рвало на части, потому что я искренне пыталась изгнать из сердца ненависть, ревность и пожалеть ту хорошую Жардину, девушку, которая просто один раз ошиблась и которая погибла в тот день на войне. Но не то, чем она стала на самом деле.
Я была молчаливым слушателем, потому что до меня, наконец, дошло, что Арсгорн просто хотел выговориться. Почему бы нет. К тому же теперь нас связывает далеко не одна тайна. Одним откровением больше, одним меньше. Ещё подумалось, что сейчас в его руках хорошо бы смотрелась сигара. Тяжёлые воспоминания, твёрдый голос с оттенком грусти и стали, терпкий дым…
