Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Далее – магия исцеления. Настоящее чудо, ради которого даже я, скрепя сердце, признаю пользу низменных версов. Любые травмы и повреждения тела покинут доброго слугу Хореса, если ими займётся маг-лекарь. А императорские целители и вовсе творят чудеса, продлевая жизнь Дэсарандеса уже какую сотню лет.

Жаль только, что подобным секретам – увеличению продолжительности жизни – обучают строго в одном-единственном месте: императорской академии целителей. Другие магические лекари способны лишь лечить, но даже этого зачастую хватает, стоит вспомнить того же Гораса.

Ещё одна уникальная сфера магии – друидизм. Его можно применять как для сражений, так и для мирных дел: увеличение плодородности полей, отпугивание вредителей, контроль животных… Ну и обращаться в разных тварей, само собой. Хотя последнее вроде как относится к отдельному разделу – оборотничеству.

И, наконец, некромантия – управление мертвецами, а также возможность видеть их глазами и даже изучать последнюю память мёртвого тела. Правда, лишь у достаточно опытных колдунов и у свежих трупов. Но это не мешает сыскному ведомству Тайной полиции цеплять их двумя руками.

У некромантии есть лишь один «маленький» недостаток. Для лучшего понимания возможностей колдуна, вставшего на этот путь, обычно ослепляют. Когда нет собственных глаз, то магия, словно живая, сама тянется к возможности вернуть зрение, отчего некроманты в сверхбыстрые сроки обретают возможность видеть мир чужими глазами и контролировать то, что находится в пределах их видимости.

Позднее, конечно, глаза можно восстановить, обратившись к целителям, но в таком случае большинство некромантов начинало испытывать трудности в подключении к зрению мёртвых, а потому, ради упрощения ситуации, глаза никому не возвращали. Два года – слишком малый срок, чтобы колдун полноценно освоил такое направление, обладая собственным зрением.

Собственно, всё это – примеры обычной, доступной для обучения магии. Даже их, кажется, весьма много! А исходящая от колдунов опасность просто зашкаливает. До сих пор, несмотря на пушки, сионов и инсурии, волшебники считаются наиболее опасными. И это речь об общедоступной магии! Что говорить про ультимы? Например, сегодняшний побег ренегатов точно был итогом применения одной из уникальных способностей.

Хех, иногда я представляю, как буду владеть чем-то подобным. Да хотя бы обычной магией… в виде артефакта, само собой. Например, сапоги хождения по ветру, посох создания лучей Хореса или хотя бы парочка Огненных сфер на обе руки!

Ничего… всё будет. Когда-нибудь – так точно.

Тем временем Кастис поведал о случившемся с нами происшествии всем собравшимся, не забыв и про свои выводы касательно побега волшебников. Гости неизменно кривились на этом моменте. Магов, которые раскрыли так называемое «истинное волшебство», то есть ультиму, крайне мало. А уж чтобы эта сила оказалась полезной – вообще считаные единицы.

– Лучше бы отправились на войну, поддержали Дарственного Отца, чем играли здесь в свои игры, – с хорошо заметным гневом высказался Дирчлет, поправляя монокль.

Механически посмотрев на него, я не обнаружил в глазах толстяка ни единого сомнения собственной правоты, отчего подавил вздох.

Иногда мне кажется, что далеко не все аристократы умнее и сильнее простолюдинов. Некоторые, видимо, отвыкают думать по мере жизни, а силу даже и не планируют развивать. Зачем, ха-ха, преобразовывать себя в сиона, тратя огромные деньги и время, если можно… ничего не делать? И этот человек – один из таких. Неужели он ни разу не задумывался, что магам незачем поддерживать императора, незачем делать хоть что-то, так как срок их жизни и без всяких там войн преступно мал? Для того, чтобы насладиться комфортом, нужно его заполучить. Для того, чтобы потратить деньги, нужно их заработать. Как, если даже маг-дворянин вынужден добавлять к фамилии мерзкую приставку «Анс», с ходу показывающую, что перед тобой отброс, которому не повезло?

Для тех, кто уже видит свою смерть, зачастую не существует авторитета. А значит, играть нужно тоньше. Магов контролируют, просто не оставляя им права выбора. Академия же и вовсе старательно отучает думать, вместо этого вбивая железную дисциплину. И подобная практика работает, пусть и не со всеми. Однако… мозг большинства людей в этом возрасте весьма незрел, особенно если речь о детях крестьян или горожан – свыше девяти десятых поступающих колдунов.

Чего уж, ха-ха, он незрел даже у взрослых! Привет, граф Дирчлет.

Впрочем, не о нём речь. Навязывание правил, незнание другой жизни и множество иных тонкостей являются теми крючками, которые не дают большинству молодняка сбежать и прожигать остатки собственной жизни лишь на себя, не жалея её, когда сталкиваются со стражей, Тайной полицией, сионами или инсуриями. К сожалению, всегда находятся исключения, оставшееся время для которых – лишь игра, и каждый день как бросок монеты. Аверс или реверс. Ставка принята.

Дождавшись, когда к нашему сборищу подойдут хозяева поместья, обменялся с ними приветствиями, произнеся все предусмотренные правилами этикета слова. Всё это время я разрывался на три части: следил за братом, чтобы не упустить подходящего момента, периодически смотрел на собственную невесту – Миреллу, а также наблюдал за мерзким земляным червём, который слонялся вдоль стен, поглядывая то на гостей, то на столы, то в окна.

Кем же заняться в первую очередь?

Короткий взгляд на Кастиса: успел пригубить вина (пока ещё преступно мало!), обхаживая всех, кого только мог достать его длинный язык. О, направился поприветствовать баронессу Саурент, отчего окружающие её шакалы тут же поджали хвосты.

Подавил смешок. Мало что доставляло столь же большое удовольствие, как унижение других перед родом Моргримов.

– Скоро так будет и предо мной, – специально произношу эти слова вслух, однако прошедший в нескольких метрах виконт Долабелл никак не отреагировал на лёгкую провокацию. Может, пропустил мимо ушей или банально прослушал, погружённый в собственные мысли? Жаль, ведь ранее он был известным любителем поиздеваться над теми, кто не мог дать ему отпор. Неужели вправили мозги? Какая потеря для высшего света! Хах, нам было бы достаточно обменяться лишь несколькими словами, как брат прибежал бы «на помощь». Одним действием я бы оторвал его от женщины и заставил расхлёбывать ситуацию с Муагерисом, который, так-то, как сион гораздо сильнее, хоть и не обладает столь же высокой знатностью.

Но раз не сработало, так и ладно. У меня есть беспроигрышная цель.

Взяв бокал вина, поправил цепочку Слезы и направился в сторону ранее замеченного мага. Не прятал улыбки превосходства, когда столкнулся глазами с той самой женщиной-сионом, изображающей слугу. О, она верно поняла меня, а также выставленный на обозрение антимагический артефакт, отчего как бы случайно двинулась следом.

– Скажи, верс, – открыто обратился я к колдуну, подойдя на подходящую для общения дистанцию. – Почему ты вздумал оскорблять своих хозяев в их собственном доме?

– Господин? – парень недоуменно посмотрел на меня.

– Ты не отводишь взгляд, – делаю рукой изящный, тренируемый дома жест. – Ты не кланяешься и проявляешь непочтение одним своим видом. Своим поведением. Даже своим дыханием.

Странно, что никто из хозяйских слуг ещё не сделал ему замечания или не увёл в другой зал. Может, специально? В упор не вижу причины!

– Я… – он растерянно оглянулся, будто в поисках помощи. И, кажется, он её получит, ведь краем глаза я замечаю движение. Тц… слишком быстро, я ещё не успел вдоволь его спровоцировать.

Вино из бокала выплёскивается в сторону женщины-сиона, которую я «не заметил», а я уже делаю шаг вперёд, с силой толкая мага, отчего он падает, не ожидая столь примитивного поступка.

На нас обратили внимание, но смотрели не слишком пристально и заинтересованно, больше ожидая развязки, чем удовлетворяясь видом чьих-то унижений. Причина? Моргримам позволительно больше в силу положения и близости к трону. И этим нужно пользоваться! В чём смысл иметь права, но игнорировать их? Так дойдёт до того, что мы сами будем считать деньги и выращивать себе пропитание.

Глаза парня, который был практически моего возраста, загорелись злобой. Он вскочил на ноги и… тут же попал в захват женщины-сиона, чья форма была в красных пятнах вина. Она судорожным движением согнула юнца в поклон. Кажется, я слышал хруст его позвонков?..

– Прошу простить его, великодушный господин. – Женщина и сама согнулась, едва не падая на колени. – Мы оба нижайше просим вас проявить сострадание и готовы на всё, лишь бы вы забыли об этом ужасном инциденте.

– Так-так, – провёл я пальцем по губам. – Ты просишь меня о чём-то, желая получить милость, но что можешь предложить взамен? Ты ведь… – улыбаюсь, – всего лишь служанка.

– Всё что угодно, – твёрдо повторила она.

Моя улыбка стала шире.

– Господин Моргрим, – послышался звонкий девичий голос, полный довольства. – А я вас повсюду ищу.

Мирелла. Как же… несвоевременно. Хотя… стоило ожидать. Она точно видела меня и следила за развитием событий. Подошла «помочь» слугам?

– Как мало нам нужно, чтобы вновь ощутить тепло солнца, – я изменил выражение лица, подходя к ней ближе и галантно поклонившись.

– Кирин, – улыбнулась она, не реагируя на столь лёгкий укол. – Ожидала вас с братом раньше. Проблемы по пути?

Будто бы ты не в курсе!

Она на правах невесты мягко обхватила мой локоть, разворачивая в сторону и одновременно махнув рукой провинившимся слугам, которые тут же стремительно покинули нас. Позволяю ей это сделать. Не дело охотиться за зайцем, когда на горизонте появляется лань.

– Смутьяны обнаглели до того, что объявились возле дворцовой площади. – Во время произнесения этих слов я не смог подавить вспышку гнева. – Куда вообще смотрит стража и особенно Леверетт⁈ – Возмущение было непритворным.

Хотелось добавить и про императрицу Милену – ведь Тайная полиция по её указке уже несколько лет лютует по крупным городам Малой Гаодии, но особого толку что-то не вижу. Как встречались почитатели чужих богов, отрицающих великого Хореса, так и продолжают встречаться. Как проходят разные неурядицы – то от людей лорда Челефи, то от иностранных шпионов – так и продолжают ходить.

Но, конечно же, подобные мысли я не озвучил. Чревато. Кровавая императрица в отсутствие мужа является высшей властью, а потому даже случайно сказанное слово, в теории, может доставить бед. А я ведь не такой, как Кастис?

– Пойдём, – быстро оглянулась девушка и направилась к одному из выходов.

Молча последовал за ней, хоть и тоже оглянулся напоследок. Наш уход заметил лишь Кастис, но его взгляд расшифровать я не сумел. Не в этот раз.

Дорога была быстрой и достаточно знакомой. Я знал, куда и зачем мы шли, знала это и Мирелла. Кажется, мои действия по отношению к слугам, а также вспышка гнева от истории, которую она не могла не услышать, показались ей достаточной причиной, чтобы попытаться поднять мне настроение. И я полностью её поддерживаю!

Поднявшись на второй этаж по величественной широкой лестнице, мы свернули в сторону, вскоре добравшись до крыла магов, которых у Кольшеров было всего четверо. У нас – десять, среди которых половина целители. Что уж, имелся и безглазый некромант. Это уже превратилось в какую-то традицию… как и моё желание бросать в него яблочными огрызками, когда тщедушный верс проходил под окнами, патрулируя территорию. Не он лично смотрел, само собой, а с помощью мертвецов.

Кретин всегда забавно вскрикивал, а его трупы начинали усиленно оглядываться, отчего я неизменно не мог сдержать хохота. Хорес, до чего же у него было глупое лицо с этими чёрными провалами глаз!

Помню, когда впервые встретил некроманта, ещё будучи пятилетним мальчишкой, то заставил его опуститься на колени и засовывал в глазницы пальцы. Благо Слеза уже висела на моей груди. Впрочем, его мертвецы всё равно стояли поблизости и в теории могли успеть разорвать меня, если бы не отец и прочие стражи.

Трупы для некромантов готовились Моргримами заранее, и в отдельно построенном для сих дел склепе их было почти шесть сотен. Более половины представляли собой выбеленные кости, изрезанные рунами, в дорогих артефактных доспехах и с изукрашенными клинками за поясом. Такие мертвецы способны без особых проблем победить сиона средней руки. Кроме того, это выгодно. Маг умирает, не оставляя наследия. Но вот некромант, в отличие от обычного верса, оставляет после себя материальный след: своих созданий, которых можно передать другому! И нет ни одного служителя смерти, который бы оставил их без внимания, не удосужившись поднять новых мертвецов или как-то усилить уже имеющихся. Таким образом коллекция по-настоящему опасных тварей лишь росла.

Не зря имперских некромантов так хвалят, ведь мы и правда можем гораздо больше, чем наши соседи.

– Здесь не должно быть никого… – Мирелла заглянула в комнату, найдя её пустой, после чего деловито посмотрела в мою сторону.

Не теряя времени, развязал подвязки штанов, приспуская их. Девушка аккуратно присела, чтобы не помять пышное платье, нежные губы дотронулись до крайней плоти, медленно обхватывая её. Моя рука аккуратно касается высокой, тщательно уложенной причёски.

Миг близости был недолог. Излился почти сразу, ведь мало того, что искренне ждал этого момента, так ещё и девушка постепенно совершенствовала навыки. Ведь уже два года мы занимаемся такими «играми».

Утираясь платком, Мирелла заметила мой задумчивый взгляд.

– Родители прибьют меня, если узнают, так что ничего более такой малости дать не могу, – её улыбка едва уловимо дрогнула. – Подождём до свадьбы. У тебя именины через две недели, а там, всего через месяц, нас сочетают браком.

Кивнул. Всё снова упирается в шестнадцать лет. Проклятая дата!

Разумеется, я признавал, что начинать ту же подготовку в сиона до получения сведений, являешься ты магом или нет, просто нерационально. Колдун погибнет слишком быстро, не успевая в должной мере раскрыть свой потенциал или довести трансформацию до конечного результата. То же самое относится и к браку. Стать вдовцом или вдовой в столь молодом возрасте – верх глупости.

Подавил вздох. Понимать понимаю, но как же это раздражает!

Как ни в чём ни бывало вернулись в зал. С ходу подметил, что Кастис уже куда-то пропал, как и тот мерзкий верс. Благо, что маг не вернулся, иначе я точно сорвался бы. Причём это было бы не продуманное действие, а моя собственная слабость. Тц…

Мирелла, как хозяйка приёма, останавливалась почти возле каждого гостя, постепенно вгоняя меня в скуку. Отказавшись от предложенного вина, не мог не обратить внимания на смуглый цвет кожи этой служанки.

– Не многовато ли кашмирцев? – спросил невесту. – Как их плебейская раса умудрилась подняться столь высоко?

– Тебе они не нравятся? – удивилась она. – Хотя… глупый вопрос.

– Как быстро ты это поняла, – снова не удержался от небольшой шпильки.

– Они наняты управляющим, который служит уже десять лет, – Мирелла пожала плечами. – Не думаю, что он специально подыгрывал их народу. Всё-таки Кирк Лонмо – урождённый имперец. Хотя в чём-то ты, безусловно, прав. Такое засилье кашмирцев может ложно убедить гостей, что мы являемся одними из тех, кто не поддерживает репрессии, применённые императором по отношению к ним.

– Или что у вас кончились деньги на найм более профессиональных слуг, – добавил я, отчего девушка забавно округлила глаза, едва не заставив меня рассмеяться. – Может, этот ваш Кирк Лонмо сложил разницу себе в карман?

Мирелла задумчиво промолчала, что являлось ответом само по себе.

– Поговори об этом с отцом, – кивнул ей, заканчивая эту тему.

Разговор особо не клеился, что я не старался исправлять. К счастью, повезло услышать про игорную комнату на втором этаже (знал про неё ранее, но как-то подзабыл), отчего я сразу догадался, куда пропал Кастис.

– Дорогая, – я улыбнулся, – мне нужно навестить брата, пока он не проиграл слишком много.

Она засмеялась, словно услышала лучшую шутку за весь вечер, что, безусловно, было не так. Но я позволил ей заблуждаться, считая, что мне не под силу увидеть её истинную натуру за посредственной актёрской игрой. Будто бы я не осознаю, что её родители давно подталкивают нас к браку, поощряя частые встречи, причём даже наедине. Ни за что не поверю, что Джулия, её старшая сестра, не в курсе, как мы периодически «играем». А раз знает она, то знают и остальные.

Поднявшись на второй этаж, заметил, что большинство гостей разбились на небольшие группки по интересам, а кое-кто и по комнатам. Думаю, та же баронесса Саурент успешно заняла гостевые покои с мягкой кроватью и каким-то везунчиком.

Зайдя в задымлённое от курева помещение, на миг прищурился, пытаясь рассмотреть нужную мне цель. Ага, вон он – за широким столом вместе с шестью другими высокородными играет в карты.

Мне хватило лишь взгляда, чтобы понять, как сильно Кастис проигрывает. Выражение его лица отражало тщательно подавляемый гнев наряду с досадой и нежеланием признавать очевидное. И когда он уже поймёт собственную дефектность?

Судя по объёму выпитого, которое брат совершенно не контролирует в такие моменты, он как никогда близок к взрыву.

Скрестив руки, прислонился к косяку, снова оглядывая помещение, полное людей, табачного дыма и алкоголя. Идеальная комбинация! Ведь одно дело – приструнить неучтивого слугу своей невесты, что при некоторой сноровке можно даже выставить в положительном свете, а другое – разругаться с другим знатным домом. Не думаю, что отец по возвращении оценит такой подарок.

– Как и сумму проигрыша, – едва слышно прошептал я.

Прежде чем действовать, подождал почти десять минут, дожидаясь, пока Кастис в пух и прах проиграет ещё один раунд. Заодно оценил его поведение, находя брата едва удерживающимся на грани приличия. Выпив ещё вина, он рявкнул на слугу, который хотел было убрать со стола переполненную пепельницу, отчего бедолага просыпал часть на пол, но, к сожалению, не попал ни на чьи ноги. Жаль, это был бы настоящий подарок судьбы! Мне бы и делать тогда ничего не пришлось. Зато в голове начал появляться план.

Но для начала…

– Уважаемые господа, – подошёл я к столу. – Желаю всем удачной игры, и пусть никто не уйдёт обиженным, – мягкая улыбка появилась на губах.

– Кирин, присоединишься? – лукаво подмигнул баронет Фицрих Бойце. Несмотря на скромный статус, молодой мужчина был весьма богат благодаря дяде и отцу, сколотившим целое состояние на грамотной торговле с провинциями.

– Уверен, брат справится за двоих. – Двусмысленная фраза и кристально честное лицо, не позволяющее понять, имеется ли в словах издевка. Всё как я люблю!

Мужчины переглянулись. Кто-то негромко хмыкнул.

– Юный Моргрим, – прошелестел уже виденный мною ранее старик Горас, также участвующий в игре. – Помню-помню, я присутствовал на твоих первых именинах, а также на похоронах Эдиса. Такое горе! Сколько ему было?

Ностальгия – единственное, что остаётся в таком возрасте. Всё прочее уходит, теряясь в веках.

– Семь, – с той же улыбкой ответил я. – Брат, – взглянул на Кастиса, – тебе что-нибудь нужно?

– Чтобы мне дали сосредоточиться, – злобно прошипел он.

О, отличная кондиция!

– Тогда оставлю вас, – махнул я рукой, – но буду неподалёку. Только не проиграй наше имение, брат, – уколол его напоследок. Но чуть-чуть, мягонько. Кажется, я различил скрежет его зубов? Хах, может, и так, а может – мне просто показалось. Зато смех остальных игроков за столом оказался совершенно реальным.

Будет настоящим преступлением не воспользоваться данной ситуацией!

– Ты, – останавливаю проходящего мимо слугу. – Почему у его светлости Моргрима, – кивок в сторону Кастиса, – стоят два пустых стакана? Убрать лишний, подлить в оставшийся! А ещё, – на мгновение задумался, – весь пол в мусоре. Похоже, кто-то рассыпал пепельницу. Приберись, чтобы благородные не сидели как в свинарнике.

– Сию минуту, достопочтенный господин, – торопливо поклонился он, – только отнесу поднос и сразу возьму совок и веник!

Прямо на моих глазах паренёк помчался вперёд, ускоряясь, словно сион.

А я остался наблюдать за ожидаемым представлением. Азартные игры, малая чаша терпения, досада от проигрыша и алкоголь в крови – что может быть лучшей комбинацией?

Оглядевшись, щелчком пальцев заставил очередную группку слуг подтащить кресло, занимая позицию, чтобы оставаться одновременно и не впритык к столу брата, но с полным на него обзором. Замечательно!

Едва уселся, как моментально подошедшая ближе девушка-кашмирка, из слуг, молча поставила рядом наполненный бокал. Кивнул, почти не обращая на неё внимания. Я наблюдал…

– Долго ещё будешь думать? – Как раз шёл ход Кастиса, который размышлял, стоит ли принять ставку. И, кажется, скромной «чашей терпения» владел не он один. Граф Фосли раздражённо посматривал на него, нервно постукивая пальцами по столу.

Я не много о нём знал. Лишь то, что у него был старый конфликт с Силием Коэматусом, жалким барончиком, что на первый взгляд ничего из себя не представлял. Ага. А на второй являлся бригадиром армии императора, в отставке. А на третий – внуком Мигары Герфенур. А род Герфенур – побочная ветвь Вентуриоса Мираделя, герцога Севера, одного из четырёх высших государственных лиц, идущих сразу за Дэсарандесом.

И тут следовало бы сказать «упс». Вот Фосли и сказал, но было поздно. Впал в немилость. Точнее, его просто оттёрли от всех кормушек, заставив вернуться в собственный феод и навещать столицу лишь на какие-то крупные мероприятия либо к старым знакомым.

Но нервничает граф явно не из-за этого. История это старая, ей уже лет десять, не меньше. Я скорее думаю, что у него попались плохие карты. Это что, брат может отыграться?

– А ты не торопи меня, любезный, – ответил ему Кастис, сердито посмотрев на своего оппонента. – И так всю игру торопишь. Куда-то спешишь?

Я прямо ощущал, как он изо всех сил сдерживается, чтобы не перейти на грубости.

– Какой усердный молодой человек, – прокряхтел Горас. – А Тэдрех, помню, говорил, что учителя постоянно на него жаловались…

– Ладно вам, Витхам, – улыбнулся барон Гланкасс, выдыхая большое облако дыма, – ставка – это святое.

– И верно, ставить-то не мне, – хохотнул старик.

Показался ранее проинструктированный мною слуга, подливая Кастису выпивки, доверху наполняя бокал. Брат, словно загипнотизированный, наблюдал за его рукой, ожидая, пока юнец закончит и отойдёт.

Дождавшись, совершил хороший, мощный глоток, а потом двинул вперёд монеты, ещё глубже загоняя себя в эту ловушку.

А деньги-то неплохие, – сумел оценить я. – Можно целую деревню купить. Надо будет не забыть отразить это в письме отцу. Совершенно мимоходом и даже как-то между строк! А потом, через управляющего Эсмонда, уже с конкретными цифрами.

– Вот так, – вновь высказался Илси Гланкасс, комментируя действия брата. – И мы продолжаем игру!

– Хватит уже, – обернулся Кастис в его сторону. – Ты когда-нибудь вообще закрываешь свой рот? И дым свой пускай в другую сторону!

Опешивший барон проглотил оскорбление под переглядывания остальных мужчин. Судя по виду, хоть никто из них и не оценил изящества моего брата (а ведь он ещё старался сдерживаться; слышал я, как Кастис, бывало, крыл бранью), но ситуация их больше веселила, чем напрягала.

Кое-кто даже открыто ухмылялся, как, например, Фосли. Может, его нервозность была напускной? Всё-таки на поведение оппонента в игре нужно обращать внимание как бы не больше, чем на собственные карты.

Казалось, на миг стол охватило напряжение, словно натянутая тетива лука перед отправкой в полёт стрелы. И именно этот момент, будто читая мои мысли, выбрал уже упомянутый слуга, чтобы, взяв щётку и совок, полезть под стол собирать пепел и разный мусор.

Я прикрыл рот ладонью, пряча полную довольства улыбку.

– А ты чего делаешь⁈ – возмущённо вскочил брат.

– Кастис, – поднялся я, подходя ближе и придавая лицу оттенок волнения, – успокойся, ты чего?

– Кирин, – глянул он на меня, – я ведь уже сказал, чтобы ты не отвлекал меня!

– Это обычное волнение, – я постарался сделать улыбку мягкой и естественной. – Вижу ведь, что… – оставляю фразу недосказанной.

– И ты прав! Я тут, сука, проигрываю! – брат словно бы начал оправдываться. – А этот кретин всё лезет и лезет под руку, отвлекая в самый важный момент!

– Простите, простите, я просто хотел убрать мусор, – успевший подняться слуга тут же упал на колени.

– Зачем⁈ – Кастис едва не отбросил карты. – Почему сейчас⁈ Оставь всё где лежит!

Остальные игроки снова переглянулись. Лица у большинства перестали отображать улыбки, а, наоборот, стали хмуриться. И немудрено, даже я не ожидал, что провокация получится ТАК хорошо. Чего уж, сам всего пару раз видел брата в таком раздражении.

Это же сколько он успел проиграть, что столь перенервничал? К сожалению, короткий взгляд на стол не дал мне конкретики.

Тем временем на Кастиса смотрели уже не только игроки собственного стола, но и остальных. Замечаю, как пара сионов-слуг как бы случайно подошли ближе, а несколько человек выскочили из зала: очевидно, позвать помощь в виде хозяев приёма или хотя бы стражи.

Брат поднял руку, сжимая кулак так, что, казалось, заскрипела кожа. Похоже, он применил свою силу сиона.

– Вот скажи, Кирин, – притворно спокойно спросил он, отчего я ощутил, как спина покрылась потом. Неужели догадался, что это я подговорил слугу⁈ – Откуда Кольшеры берут таких идиотов? Твоя ведь невеста! – фраза прозвучала как невысказанное обвинение. – Ты должен знать, что у неё на уме!

Разумеется, я ничего не ответил. Вопрос и не требовал этого.

Между тем Кастис схватил слугу за шею, приподнимая над головой и вызывая громкий испуганный взвизг.

– Хочется убрать мусор? А моего разрешения на это ты спросил? Может, я люблю этот грёбаный мусор⁈ – громкость постепенно повышалась. – Может, я живу в мусоре, сплю в кучах мусора, засовываю мусор себе в карманы, чтобы потом они воняли, как промежность твоей матери-шлюхи⁈

Вот такое отец ему точно не простит. Не факт неприкрытой брани, а оскорбление собственного дома. Ещё и при свидетелях! Ха-ха, кажется, Кастис попросту не может остановиться, даже понимая, что идёт откровенно не туда.

Невольно облизнул губы, широко открытыми глазами ожидая продолжения. И оно было!

Свободной рукой брат схватил со стола пепельницу и перевернул её на голову бледному слуге, который, казалось, вот-вот потеряет сознание. Через миг она полетела в стену, разлетясь на осколки.

– Кастис! Ты не в себе! – грозно выкрикнул Горас. – Немедленно прекрати этот балаган!

Старик также поднялся на ноги и, хоть являлся совершенно обычным человеком, бесстрашно двинулся вперёд. Меня обдало винным духом, когда Витхам прошёл мимо. Даже удивительно, как он умудряется оставаться в адекватном состоянии после такого возлияния. Богатый опыт?

– Пожалуйста, господин, я больше не буду мешать вашей игре! – проскулил слуга.

Рык брата сопровождался сжатием руки, которая сломала шею безымянному юнцу. Тело было с силой брошено в окно, разбивая стекло и падая вниз. Забавно, что за миг до этого стоящие поблизости сионы обменялись несколькими жестами и… остались стоять.

Ну вот, а ведь всё могло завершиться ещё более интересно!

– Милорд Моргрим! – В комнату чуть ли не залетел Хайрем Кольшер, отец моей невесты, за которым, стараясь сделать это максимально незаметно, чуть ли не на цыпочках, начали заходить инсурии.

Я не сдержал хохот, наконец отпуская его наружу. Хорес, до чего же всё нелепо!

* * *

Особняк Кольшеров, Крыло магов, взгляд со стороны

– Сам догадаешься или мне разжевать? – Женщина осмотрела свою залитую вином форму, а потом стянула её, начиная ковыряться в ящике с бельём.

– Прости, Нимлот, я едва не поддался гневу, – юный маг отвёл глаза, не желая смущать временную союзницу, однако нет-нет да поглядывал, пусть и украдкой.

– Шанс ещё представится. – Сион нашла подходящую чистую одежду.

– Угу, – коротко согласился он.

– Давай лучше обработаю ссадину, – поправив складки формы, Нимлот обернулась к нему, доставая небольшую коробочку.

– Это мелочи, побереги силы, – принялся отказываться волшебник.

– Я не настолько слаба, чтобы утомиться от подобного. – Женщина ехидно приподняла бровь, заставив своего собеседника смутиться.

– И всё же… – пожал тот плечами, позволяя Нимлот обработать царапину на локте, полученную в результате неудачного падения. – У многих аристократов амулеты защиты от магии или даже Слёзы. Сионам придётся взять их на себя.

– Справимся, – спокойно высказалась она.

– Да… знаю, – юный колдун вздохнул, проведя рукой по взъерошенным волосам.

Есть злоба, которая заставляет отдельных людей перерезать другим глотки, а есть злоба, которая заставляет браться за меч целые народы. Смуглокожие выходцы королевства Кашмир уже дважды страдали от собственной гордыни. В первый раз их государство было завоёвано Дэсарандесом, а потом, при попытке восстания, Господин Вечности вырезал все старинные рода, демонстративно проводя казни на площади бывшей столицы их королевства – Родении. Уцелели немногие, но такие были. И ответ они планировали в точно таком же стиле: безжалостный и нанесённый по аристократии.

Ныне, словно знамя, униженный народ возглавил лорд Челефи, который, будто разбойник в ночи, бродил по границам колоний, одним своим появлением вызывая панику у губернатора и глав городов. Его явление, даже без каких-то военных действий или открытых нападений, заставляло кашмирцев верить в светлое будущее и сжимать кулаки, не позволяя позору забыться. Лелея его, как мать дитя.

Однако, как бы ни были хороши кашмирцы в скрытности, как бы много у них ни осталось запрятанного по тайникам золота, но без помощи Сайнадской шпионской сети, культа Амма, республики Аспил и множества других недоброжелателей Империи ничего бы не получилось. Благо для них – противники Империи были многочисленны и каждый имел своих осведомителей, почитателей или сочувствующих. Благо для Империи – враги были разрозненны и зачастую действовали обособленно, не доверяя друг другу.

Ныне, благодаря очередному блистательному ходу лорда Челефи, группа диверсантов сумела заручиться поддержкой ренегатов. Более того: план находился на финальном этапе осуществления, а потому нынешняя парочка терпеливо ожидала сигнала, время от времени перебрасываясь отдельными словами. В общий зал никто не спешил, как и не планировал продолжать патрулирование. В последнем уже не было никакого смысла. Вот-вот всё будет решено. Хоть Феро пару раз порывался вернуться обратно, но Нимлот мудро запрещала ему, справедливо замечая, что он успел привлечь внимание необычным поведением.