Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Глава 16

«Опять столица, опять приём в честь Императора. Прям как примерно полгода назад», – думал я, подъезжая к гостевому дому. В этот раз обошлось без спешки и это меня радовало. Надеялся, что будет время осмотреть достопримечательности, погулять по городу и встретиться с немногочисленными знакомыми. Хотел всё-таки выполнить своё обещание, отыскать и посетить дом энца Роилы. Ведь именно ему я обязан, что попал именно в гвардию, а не в войска линейного строя. Не знаю, как бы тогда повернулась судьба. Поставили бы в первый или второй линейный строй и отдали приказ: «Вперёд!» и всё. Тут не помогут ни навыки, ни умения, только везение, что в тебя не попадёт шрапнель, не дрогнет фланг и не именно на тебя пойдёт клин конницы противника.

– О чём задумались, лейтенант? – спросил сопровождавший капитан Лу́нсин.

– Совсем недавно здесь был. Кажется, что и не уезжал. Ничего не изменилось.

– Хм. Странно. По-моему изменений много. Людей прибавилось и не только из-за того, что вся Империя ожидает, кто взойдёт на Императорский престол, но просто людей в столице прибавилось.

– Беженцы? – спросил, не удержался. В дороге мне так и не удалось поговорить с капитаном, узнать настроения и чаяния столичных жителей о войне, а у кого ещё спрашивать реальное положение дел, как не у столичного жителя, тем более офицера? Придворные и те, кто не знает истинного состояния на фронтах только и будут говорить, что вперёд, всех победим!!! Понятно, что активные боевые действия зимой не ведутся, но пообщавшись с ранеными, понял, что положение на фронтах близко к критическому, но понимают ли это в столице?

– Кто? – переспросил капитан.

– Мирные жители, кто бежит от войны, – странно, что офицер не знает, кто такие беженцы.

– Про них не знаю. Но мастеровых и купцов прибавилось. Цены на продукты подросли, но так зима. Все зимой стараются быть ближе к городам. Ладно, вот твоя комната, располагайся. Об обеде предупредят. Советую сегодня не покидать территорию дворца. Через три дня коронация, но до этого с тобой, как и с каждым поговорит распорядитель. Не знаю когда, но лучше будь на месте, а мне необходимо доложить начальству о выполнении задания. Кстати, не забудь о моём предложении, замолвлю о тебе словечко, если надумаешь остаться.

С благодарностью кивнул, не отвечая.

Дорога была утомительная, и я намеревался немного отдохнуть, но в дверь постучали.

– Лейтенант Мирони? Вас приглашает господин Досантин – главный распорядитель мероприятия.

Удивился, что так быстро меня вызывают на разговор. Понятно, что в прошлый раз всё происходило наскоком, а сейчас времени для подготовки много и в этот раз не хотят отступлений от протокола. Меня провели в большой, просторный зал, где уже находилось множество народа – все офицеры.

– Так, все собрались? Рассказываю один раз, господа офицеры, – говорил немолодой, но статный мужчина с залысиной на голове, – церемония коронации назначена на завтра, – по залу пробежал редкий шёпот, – да, я не ошибся, именно на завтра. Так что, давайте не терять времени. Император прибудет в этот зал после возложения короны и вручения регалий…

– Кто будет Императором? – прервал офицер в чине полковника. Видимо он выражал общее мнение, потому что в зале сразу воцарилась тишина. Все замерли, ожидая раскрытия сокровенной тайны.

– Не знаю, – быстро заговорил распорядитель. Было видно, что этот вопрос ему задавали неоднократно, и он говорил с явным раздражением, – в мои обязанности не входит организация церемонии возложения символов императорской власти, но я буду очень рад, если…

Распорядитель говорил-говорил, а мне всё больше становилось непонятно, почему такая тайна с именем будущего Императора. Сделал предположение, что это из-за войны. Его сейчас везут, хотя, скорее всего, привезли в столицу тайными тропами откуда-нибудь издалека. И чтобы сохранить все эти передвижения окутали имя будущего Императора тайной, но сейчас-то зачем скрывать? Если бы его не было в столице, во дворце, то не назначили бы на завтра церемонию. Не изменили бы дату церемонии на два дня ранее объявленной. Этот ход мне понятен. Нечего врагу знать о таком важном событии, а что на церемонии будет присутствовать много народа, так не надо быть провидцем, и безопасность императорской жизни здесь во главе всего. Как говорится, кто не успел прибыть – тот опоздал.

– …стойте здесь, пока не подам знак. Потом идёте к трону, останавливаетесь возле вот этой черты и ждёте, пока вас представят…

Тренировка продолжалась до позднего вечера. Нас – офицеров, гоняли как молодых солдат. Как же мне в прошлый раз повезло, избавив от этих нудных занятий!

Почему-то ночью плохо спал. Мысли путались, выхватывая обрывки воспоминаний как из прошлой жизни на Земле, так и первых шагов на новом месте. Но проснувшись, ничего внятного толком вспомнить не смог. Так бывает, когда мысли-образы сновидений скачут от одного ряда к другому, не останавливаясь, и сознание не успевает ухватиться за какой-то один момент. Чем плохо, что не только не запоминаешь сновидение, но и на утро чувствуешь себя разбитым и словно не в своей тарелке.

Как только успел привести себя в порядок, в дверь постучали и настойчиво поторопили прибыть в дворцовый зал, занять закреплённое за мной место. Такая спешка не понравилась. По местным меркам сейчас очень рано – около восьми утра, а начало церемонии назначено на одиннадцать. И это только первая часть, которая будет проходить в другом зале, где представят нового Императора, возложат на него императорские регалии и только потом новоиспечённый монарх прибудет в зал, где будем ожидать его мы – офицеры, при первой в его жизни церемонии награждения.

– Что-то нас, как солдат подняли с самого утра, – бурчал стоявший рядом со мной рядом офицер в чине капитана.

– Известно, кто взойдёт на престол? – поддержал разговор другой офицер.

– Я узнавал, но если кто и знает, то не говорит. Все свои связи поднял, но молчат, хранят, словно великую тайну, – ответил другой офицер в чине полковника.

Мы стояли, ожидая церемонии в полупустом зале. Распорядитель то начинал вновь рассказывать порядок проведения церемонии, то требовал провести очередную тренировку, но его быстро поставили на место. Всё-таки не дети малые, а офицеры и как ни странно, я среди всего этого цвета армии был не самым младшим по званию, но меня почему-то поставили в первый ряд вместе с высшими чинами и, согласно протоколу, я оказался вторым, которого представят Императору. Не знаю, сыграла в этом роль, что я второй раз представал под очи венценосной особы или ещё какая злая шутка, но мне придётся выходить вторым к Императору.

Время тянулось мучительно долго. Я умудрился стоя вздремнуть немного, но послышался шум и в зал стали входить гражданские.

– Скоро начнётся. Вот и зрители подтянулись, – прокомментировал кто-то из офицеров.

Целых два часа ещё тянулись, становились вдоль противоположной стены гражданские. Я с надеждой осматривал лица, стараясь узреть кого из знакомых. Думал, что уж если в прошлый раз прибыл на большой прём энц Роила, то такое мероприятие, как коронацию монарха он не пропустит. Но люди стояли в четыре ряда, и мои попытки увидеть знакомые лица не увенчались успехом. Как же я хотел после официальной церемонии подойти к энцу, поблагодарить его и… ещё раз увидеть его спутницу. Такую чистую, такую…

– Странно, – из раздумий вывел разговор стоявшего рядом полковника, – я тут смог поговорить со своими знакомыми, кто сейчас пришёл в зал, но и они не знают, кого буквально час назад возвели на трон. Их, оказывается, держали в другом зале.

– Действительно странно, – не удержался, поддержал разговор. Всё это время я старался ни с кем не общаться, только прислушивался к разговорам, пытаясь понять, какое в армии настроение среди офицеров, кого они желают видеть на престоле, но мнения разделились. Хорошо, что не дошло до дуэли. Хотя, может после завершения церемонии, и состоятся несколько выяснений отношений. Но меня волновал другой вопрос. Слишком окутано тайной имя нового Императора. По логике, после восшествия на престол, после церемонии возложения императорских регалий по всей стране должны объявить имя нового Императора, а даже стоявшие в этом зале гражданские не знали, кого буквально полчаса, час назад возвели на престол, и это выглядело подозрительно. Слишком высокая секретность, не свойственная времени. Тогда выходило, что новый Император не имеет поддержки среди дворянства, своего народа, или того хуже, не имеет законного права на трон.

Ожидание затянулось. Зал оказался забит до отказа, но церемония награждения так и не начиналась. Все ждали появления нового Императора и гадали, кто буквально некоторое время назад им стал. Мне надоело прислушиваться к разговорам. Зачем гадать? Через час, может меньше, узнаем. Меня больше интересовало отсутствие энца Роилы. Я все глаза проглядел, ища знакомое лицо, но не находил. Не думал, что его пригласили на церемонию коронации, но хоть на церемонию награждения должны были допустить. И его отсутствие меня заставляло нервничать. Лезли невероятные мысли, одна страшнее другой. Что его отправили на фронт, что он впал в опалу и его отправили обратно в имение, что… много вариантов рисовало моё воображение, что могло случиться, но главное, я вновь хотел увидеть его спутницу, поинтересоваться, когда свадьба и ждать ли приглашение…

Громкий сигнал фанфар возвестил о начале церемонии. Двери медленно распахивались и взоры тысяч пар глаз сосредоточились на одной фигуре, медленно, величественно входящей в зал.

– Так это ж эну Доанна, – сквозь парадный бой барабанов прорезался чей-то голос.

Процессия во главе с Императрицей, а что именно её возвели на императорский трон, сомнений не было. На голове вдовы Императора Страниса Первого корона, в руках символы императорской власти и длинный шлейф накидки однозначно указывал, что именно она стала первой женщиной, взошедшей на Императорский трон Великой Канторийской Империи.

Послышались робкие радостные возгласы, а я стоял, замерев. Как-то сразу до меня дошло понимание, почему так тщательно скрывали имя будущего Императора, точнее Императрицы. Многие, в том числе и среди офицерского состава открыто высказывались против женщины на престоле. Ну, не готово пока общество к главенству слабого пола и тут такой поворот.

Процессия описала полукруг и остановилась возле постамента, где возвышался трон. Музыка стихла. Императрица взошла, уселась. Всё это время стояла тишина, что можно было услышать биение своего сердца.

– Императрица Доанна Первая в честь восшествия на престол своей милостью и во славу Империи награждает отличившихся в боях солдат и офицеров. Первым удостаивается чести… – вещал распорядитель. На его лице ни один мускул не дёрнулся, при виде царственной особы. Знал, наверно, но хранил молчание, а подобрался, так как следующим по протоколу следовало идти мне.

– Лейб-лейтенант его Величества Императорской гвардии – Валео Мирони, – когда я выходил к помосту, объявлял меня распорядитель, – за доблесть и героизм, проявленный при выполнении особо важного задания награждается орденом «Воинской славы» третьей степени с присвоением очередного звания: «лейб-капитан».

Я остановился у постамента, замерев. Императрица сидела в своём троне, и было видно, что она нервничает. Слишком она теребила в руках полученную из рук своего помощника коробочку с наградой. По протоколу она должна передать её распорядителю, который и вручит мне, но пауза затягивалась. По залу зашептались. Что говорят, я не слышал, но и для меня такая заминка показалась недопустимой. Но Императрица никак не могла совладать с собой, наверно сказывалось нервное напряжение, и я сделал шаг вперёд. Хотел подойти поближе, чтобы получить награду из рук вошедшей в ступор Императрицы, но меня остановили, преградив дорогу.

– Оставьте! – прозвучал холодный голос Доанны Первой, и она медленно поднялась со своего трона. Распорядитель было кинулся к ней, но она властным жестом его остановила. – Герои должны получать награды из рук монарха! С сего дня и пока я буду жива, все кто достоин вручения наград в Императорском дворце будут принимать её из моих рук! – голос её изменился, стал властным, но одновременно оставался холодным. Она пришла в себя от минутного ступора и спускалась с постамента. Охрана освободила дорогу, а боковым зрением я видел на лице распорядителя первое проявление эмоций – растерянность. Своей волей Императрица поменяла протокол мероприятия, и ему оставалось только смириться. М-да, ему сейчас не позавидуешь.

Доанна Первая подошла ко мне. Нас разделяла вытянутая рука. Она смотрела на меня холодно, но одновременно заинтересованно. Что там про неё говорили? Любит молоденьких, но я в этот разряд не подхожу, не намного младше её.

– Капитан, мы с вами вроде встречались, лицо знакомо, – заговорила Императрица, так, чтобы слышали только приближённые.

– На большом приёме, Ваше Величество. Мне вручали…

– Да, вспомнила, вы тогда произвели фурор на званом обеде. Знаете, ваша идея поминать павших, прижилась. Ещё мой благоверный супруг, да будет сон его спокоен, не раз вспоминал о лихом лейтенанте. Но мы отвлеклись. Возьмите и носите с гордостью во славу Империи, – Доанна протянула мне коробочку с орденом и капитанские знаки различия.

– Служу Империи!!! – ответил, отдав честь.

Церемония затянулась. Доанна стояла возле постамента и вручала награды лично каждому офицеру. Изредка разговаривала с каждым и вместо отведённых трёх часов церемония закончилась далеко за полдень. К счастью званого обеда не запланировали, а то б опять до утра бодрствовать. Посидев с офицерами некоторое время в гостевом доме, где накрыли столы, отпраздновал получение награды, но усталость от переезда и бессонная прошлая ночь дали знать и я, откланявшись, пошёл в свою комнату.

Ноги гудели от непривычно долгого стояния и старые раны заныли. Распорядился, чтобы мне принесли таз с тёплой водой и, не раздеваясь, лёг на кровать, только скинул сапоги.

Вновь в голову лезли всякие мысли, но не успел погрузиться в размышления, как в дверь постучали:

– Войдите! Воду поставьте подле стула и можете быть свободным.

– Извините, какую воду? – из прихожей послышался удивлённый голос.

Я подскочил с кровати и натянул сапоги, вышел. В прихожей стоял энц Роила. С последнего раза он изменился – повзрослел, улетучилась юношеская горячность и, кажется, немного пополнел.

– Энц!

– Валео!!! Друг! Я уже не думал, что тебя увижу! В прошлый раз ты так внезапно покинул нас, а я ждал тебя…

– Так получилось, не суди строго. Смотрю, ты в форме, но не пойму, что за принадлежность?

– Государственная служба, – ухмыльнулся энц, – сижу, бумаги с одного места в другое перекладываю и всё благодаря тебе.

– Не преувеличивай, давай присядем. Как сам, как дела семейные? Женился?

– Нет, не женился. А дела у меня хорошо. Видишь, остался в столице. Должность хоть и невысокая, но с перспективами…

Энц Роила рассказывал и рассказывал, а у меня не было сил остановить его и спросить, что с его спутницей, может что случилось или…

В дверь вновь постучали.

– Теперь точно воду принесли, извини, сейчас распоряжусь… – остановил монолог Роилы, – Войдите! Пойдёмте, покажу куда поставить, – не удосужившись удостовериться, кто вошёл, проследовал в малую комнату, но строгий голос меня остановил на полушаге.

– Лейб-капитан Мирони, вас требует Императрица!!!

Глава 17

Всю ночь перед церемонией Доанна провела в приготовлениях. Завтра наступит долгожданный день, когда она станет Императрицей и уже никто не сможет помешать её планам. Долгие приготовления, встречи, уговоры не прошли даром, и основные дворянские дома поддержали её восхождение на Императорский престол. Сколько потрачено сил, сколько дано обещаний, но цель достигнута, и завтра на неё возложат Императорскую корону и вручат символы императорской власти.

– Не спите, Ваше Величество?

Доанна обернулась.

– Ты льстишь мне Ингар. Только с возложения короны можно именоваться монархом.

– Отнюдь. Но рад, что хорошо изучили монархический Закон.

– На это были причины. К завтрашней церемонии всё готово?

– Готово, осталось уточнить детали. Главный распорядитель сбился с ног, когда узнал о переносе церемонии.

– Ничего, пусть побегает. Не хочу тянуть. Что за детали?

– Когда объявлять имя нового монарха.

– Ты же сам советовал, что после церемонии.

– Именно так, но я пришёл уточнить, не изменились ли планы.

– Ничего не изменилось. Всё, иди! – резко бросила Доанна. Надо ещё много сделать, чтобы завтрашняя церемония прошла согласно регламенту, и никто не смог бы её упрекнуть в нарушении законов Империи.

Рано утром с помощью служанок Доанна облачилась в церемониальный наряд, но когда главный распорядитель возвестил, что пора прибыть в коронационный зал, она замешкалась. Осталось сделать всего лишь шаг, но он самый трудный.

– Что с вами? Вам нездоровится? – спросила служанка.

– Со мной всё хорошо, – холодно, по слогам ответила Доанна, и шагнула в раскрытые двери.

Зал полон приглашённых. Все не раз проверены и заранее присягнули на верность, от чего появление бывшей супруги Императора не вызвало удивления.

По залу разносилась величественная музыка, приглушая цоканье каблуков по полу. Доанна шла через весь зал, высоко подняв голову, и остановилась у возвышения, где стояли члены императорского Совета. Глашатай возвестил:

– Эну Доанна, согласно закону о престолонаследии, готовы принять на себя обязанность править по чести и совести Великой Канторийской Империей?

– Согласна! – чуть не сорвавшись на фальцет, ответила Доанна.

– Есть те, – продолжал глашатай, – кто не согласен с претенденткой на престол? Кто желает оспорить или желает отказать в восшествии на трон эну Доанны, достойнейшей из императорской семьи? Согласны вручить знаки монаршей власти эну Доанне, от имени дворянства, ваш ответ.

– Согласны, – ответил пожилой дворянин.

– От имени высших чинов армии и флота?

– Согласны, – ответил совсем ещё молодой штабс-генерал.

– От имени дворового люда, купцов и прочих подданных Империи?

– Согласны, – чуть помедлив, ответил пожилой купец с длинной бородой. Именно по наличию бороды можно отличить, к какому сословию относится человек. Дворянам, военным и служащим запрещалось носить бороду, а по уложению купечества, наоборот, наличие бороды приветствовалось.

Доанна затаила дыхание, ожидая прописанных в положении о церемонии возведения на трон формальных фраз. Ей пришлось сместить предыдущего командующего армией и флотом, но удалось это сделать без шума и волнений. Беспокойство усилилось, когда от имени купцов, знатный представитель торгового люда, выдержал паузу, но обошлось.

– Есть в зале тот, кто желает оспорить право эну Доанны взойти на престол?

Повисла тишина. Эну Доанна с замиранием сердца, прислушиваясь к каждому шороху, пристально смотрела на глашатая. Тот чинно обводил взглядом заполненный зал. Вроде все нюансы и неожиданности предусмотрены, – думала эну Доанна, – но вдруг, кто-то всё-таки прошёл в зал и крикнет: «Не достойна!!!».

– Таковых нет! – возвестил глашатай и Доанна с облегчением выдохнула. – Подойдите ближе и склоните голову.

Эну Доанна сделала шаг вперёд и чуть склонила голову. Представители Совета возложили корону на голову.

– А теперь, встаньте рядом и примите символы императорской власти…

Церемония затягивалась. Но эну Доанна была довольна. Сидя на императорском троне, она принимала поздравления и официальную присягу от представителей всех сословий, а потом глашатай возвестил:

– Подданные Великой Канторийской Империи, радуйтесь! Сегодня на трон взошла Доанна Первая! Да будут её дни долгими, а правление спокойным!

Официальная часть церемонии коронации подошла к концу, но теперь предстояло самое сложное для Доанны испытание – церемония награждения отличившихся в боях военных, а с ними Доанна так и не нашла общий язык. Соглядатаи неоднократно докладывали, что военные могут не принять её на троне. Принятые меры: смена высшего военного руководства Империи не способствовало повышению авторитета, но иного выбора ей не оставили. Не хватало ещё военного бунта. Высшие офицеры, кто открыто высказывались против неё на троне или отправлены в отставку, или отправлены подальше от столицы в самые дальние гарнизоны, или прямо на фронт, но верных людей среди военных не хватало. Назначенный главнокомандующим штабс-генерал, хоть и обладал боевым опытом, но не имел авторитета среди широкого круга и главный его недостаток – отсутствие опыта стратегического руководства. Умудрённые опытом военные смотрели на него с нескрываемым раздражением, но ничего поделать не могли. За открытый конфликт с назначенным главнокомандующим Доанне пришлось разжаловать ряд офицеров, что также не способствовало повышению авторитета, но что сделано, то сделано. Пути назад нет.

Двери распахнулись, и Доанна вошла в зал ожидающих начала церемонии награждения военных. Для неё это первое испытание в роли монарха. По совету окружения в зал также пригласили верных ей гражданских чинов и дворян, но всё-таки основную массу составляли военные и она сильно нервничала. Фанфары затихли, и она уселась на трон.

Награждение первого представшего офицера для Доанны прошло как в тумане. Машинально, сотни раз повторенными движениями, она вручила награду и заученными фразами выразила своё восхищение храбростью и героизмом младшего офицера. Когда перед ней предстал второй офицер, Доанна выдержала паузу. Этот лейтенант ей показался знаком. На прошлом большом приёме именно на него обратил внимание её благоверный супруг, и Доанна забеспокоилась, крепко сжав в руках коробочку с наградой. Только когда путь шагнувшему вперёд офицеру преградила личная гвардия, Доанна взяла себя в руки и поднялась с трона. Идя к за́мершему офицеру Доанна сама себя успокаивала, настраивая: «Надо произвести хорошее впечатление на военных. Без них на троне долго не удержаться. Нужно хоть немного времени, чтобы поставить везде своих людей. Если отойду от протокола и буду лично вручать награду – это мне поможет завоевать авторитет, покажет, что я ценю каждого, а не как мой муж, только избранных»…

Церемония коронации, награждения сильно вымотали Доанну Первую, но предстоял ещё званый ужин для избранных дворян.

– Хорошо придумали, Ваше Величество, – во время одной из смен блюд подошёл к Доанне Ингар.

– Ты о чём?

– О личном вручении наград.

– Как-то спонтанно получилось. Надо же поднимать авторитет в армии.

– Да?! Я-то думал, что хотела лично отблагодарить офицера.

– За что? Он солдат Императорской армии и…

– Мне тут сообщили, – перебил Ингар и шёпотом продолжил, – в госпитале, где проходил восстановление после тяжёлого ранения тот лейтенант, кому первому лично вручила награду, произошёл инцидент с одним из штабных офицеров. Потом была дуэль.

– Что здесь необычного? Небось, девку какую не поделили.

– Не знаю, Ваше Величество, если Императрицу называть «девкой»…

– Что?! Как ты смеешь?!

– Это не я, Ваше Величество, – с ухмылкой продолжил Ингар, – дуэль была из-за тогда ещё супруги Императора. Мне по секрету сообщил об этом один из присутствовавших на дуэли офицеров. Я его осматривал, так как намеревается просить позволения принять его в Императорскую гвардию.

– Подробней, – подобралась Доанна…

С большим трудом Императрица ожидала окончания званого ужина. Но ничего не поделаешь, таково бремя власти. Приватные беседы, обсуждение новых назначений и… поздравления, поздравления, поздравления. Она смотрела на расшаркивающихся перед ней дворян и едва сдерживалась, чтобы не поморщиться. Буквально несколько недель назад все они воротили нос, отказывались от встречи с ней, но стоило своей властью, пусть и при помощи Совета, настоять на выдворении из столицы одного из дворян по крови, так отношение к ней изменилось. А сейчас, будучи официально наделённая властью, она с пренебрежением смотрела на извивающихся, словно уж на сковородке, дворян.

– Ваше Величество, какие будут распоряжения? – как только Императрица вошла в свои покои, поинтересовался слуга.

– Переодеться и отдыхать… Хотя, нет. Пригласи ко мне того молоденького лейтенанта, первым получившим награду из моих рук. Как его зовут?

– Лейб-капитан Мирони, Ваше Величество.

– Ах, да. Он теперь капитан. И вот ещё что, пригласи командира личной императорской гвардии.

– Слушаюсь, – с поклоном ответил слуга и удалился, а помощницы принялись помогать разоблачаться из церемониального одеяния. Одной такой пышный, многослойный наряд не снять, вот и приходилось прибегать к помощи слуг-помощниц. Кое-где пришлось распарывать сшитые места, развязывать множество завязок и шнурков, но к этому Доанна привычна. Сколько раз ей во время приёмов почившего супруга приходилось менять наряд уже и не упомнишь.

– Разрешите войти, Ваше Величество?

– Входи, – коротко ответила Императрица, так как по голосу узнала, что к ней прибыл лейб-полковник личной императорской гвардии Тринтос. Первым, ещё неделю назад, именно командира личной императорской гвардии она сменила на своём посту и назначила верного и показавшего с лучшей стороны командира своей личной охраны. – Как настроение в гвардии?

– Ваше Величество! – вытянулся офицер, – все, кто каким-либо образом выказывал недовольство, отправлены в действующую армию, но…

– Это хорошо, – перебила Императрица, – сейчас прибудет офицер, присмотрись к нему. Если он подойдёт, то зачисли к себе. Знаю, что хотел сказать – верных офицеров не хватает. Так что если он меня не разочарует, будет тебе помощник.

Офицер успел только кивнуть, как в дверь вошёл слуга с докладом:

– Ваше Величество, лейб-капитан Мирони.

– Впусти, – произнесла Императрица и поднялась из-за кофейного столика. В личные покои вошёл высокий, статный офицер. Он чуть прихрамывал на одну ногу, что для Императрицы оказалось неожиданностью, так как во время церемонии награждения она этого не заметила.

– Лейб-капитан Мирони по…

– Капитан! Почему хромаете?! Что, любите щекотать свои нервы на дуэлях, а не в бою с проклятыми сенарцами?!

– Никак нет! Последствия ранения, точнее плена.

– Вот как?! – удивилась Императрица. – О плене я не знала. Что там произошло, расскажите. Думаю, и полковнику будет интересно послушать.

Мирони рассказывал сухо, без возвышенных эпитетов, не так, как вёл бы свой рассказ кто из приближённых дворян, что и неудивительно. Он всего лишь простой солдат. Не дворянин, не потомственный офицер, но богатый словарный запас чувствовался, а что привыкшая к превосходным и красочным эпитетам Императрица не услышала страдальческую историю, а сухое повествование, ещё больше укрепило мнение Доанны об этом офицере, как смелом и храбром солдате.

– Вот видите, полковник, какие кадры я вам вручаю, – после завершения рассказа произнесла Доанна, – капитан, поступаешь в личную императорскую гвардию. Перед тобой твой новый командир – лейб-полковник Тринтос.

– Ваше Величество, разрешите убыть на фронт.

– Что?! – тут Доанна не удержалась, закричала, срываясь на крик. Впервые ей стали перечить, а она уже Императрица! Монарх Великой державы, а какой-то офицер смеет отказываться от её милости. Что ждёт офицера на фронте? Хорошо, если убьют сразу, а если покалечат. Есть, конечно, пенсия и немалая, но без ноги, или без руки всё равно жизнь не станет прежней.

– Разрешите убыть на фронт, в свою часть, – повторил капитан.

– Смеешь перечить воле Императрицы? – делая шаг вперёд, вмешался до этого внимательно слушавший разговор полковник.

– Тринтос, подожди. Капитан, вы отказываетесь подчиниться воле Императрицы? Тогда почему вступились за меня и рисковали своей жизнью на дуэли?

– Ваше Величество, в то время вы были супругой Императора. И я не терплю, когда в моём присутствии оскорбляют женщину-мать. Считаю, что для офицера это последнее дело оскорблять тех, кого до́лжно защищать.

Доанна смотрела на молодого человека и в её душе всё смешалось. Будь он немного ниже ростом и чуть моложе, то без колебаний бы приблизила к себе, а слова о женщине-матери всколыхнули забытые инстинкты материнства. Последние месяцы она со своими дочерьми виделась всего несколько раз и то мельком. В основном воспитанием занимаются гувернёры и гувернантки, а ей остаётся только роль вовремя спросить у них, как прошёл день, а то и неделя, месяц.

Императрица прошлась по комнате.

– Капитан Мирони, я ценю вашу верность присяге, но как вижу, строевая часть теперь вам не под силу, а оставаться в тылу, при штабе, как понимаю, вы не пожелаете. Что вы хотите, чтобы принять моё предложение о переводе в личную гвардию? – Императрица говорила медленно, тщательно подбирая слова. Долгий опыт переговоров научили её вести торг, а не бросаться разъярённой фурией на противников. И теперь она думала, что капитан выторгует себе повышенное жалование, или должность, и тогда назревающий конфликт будет исчерпан.

– Ваше Величество, – недолго думая, ответил Мирони, – прошу запретить дуэли с участием офицеров. Смерть или ранение кого из участников будет на руку только противнику, а сейчас идёт война и каждый солдат на счету, – чётко проговорил свою просьбу офицер.

Бровь Доанны непроизвольно поползла вверх от удивления, не такой просьбы она ожидала, но приведённые доводы её удовлетворили. И так мало верных кадров оказалось в армии, а если каждого, кто её поддержал, будут вызывать на дуэль, что тогда?

– Совет рассмотрит и вынесет свои рекомендации, – немедленно ответила Императрица, – что-то ещё?

– Нет, Ваше Величество.

– Значит, капитан, вы согласны?

– На всё воля Императрицы, а я как верный слуга Империи, готов принять её волю.

– Красиво сказано. Всё, ступайте.

* * *

Затянувшийся день не закончился разговором с Императрицей. После того, как вышли из покоев императорской особы, меня к себе пригласил лейб-полковник. Мы долго разговаривали, он задавал много вопросов и я уже боялся, что засыплюсь на мелочах, но кажется, пронесло. Оставлять меня в столице полковник не пожелал. Выдал предписание через пару дней отправиться в отдалённый гарнизон, где предстоит принять на себя командование личной императорской охранной гвардейской ротой. Ох, не к этому я стремился! Но отказываться было безрассудством. Тешило только одно, что главные поставленные почти год назад цели для себя достиг: легализовался в новом для себя мире, крепко закрепился в обществе, получил награды, а главное, мне в скором времени должны были присвоить дворянский титул, правда, не передающийся по наследству, но об этом ещё рано думать.

Сейчас я трясся в крытой повозке, следуя в какой-то отдалённый городишько, где предстоит наладить караульную службу и охранять принадлежащий императорской семье загородный дом.