Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Глава 8

«Если запачкал тунику сажей, перекрась её в чёрный цвет. Это отмщение».

Диорсий, «Чудотворец из Лабиринта».

* * *

Оазис хорошо удобрили телами врагов. Впрочем, не стоило считать, что мы «отыгрались» за все свои мучения. В одном из сараев обнаружили тела Меино, Тревиса и остальных не вернувшихся разведчиков из нашего отряда. Все имели следы тщательного, вдумчивого и жестокого допроса. Смерть этих людей была очень тяжёлой. А потому месть была благочестивой и верной. Такой, которая очищала, а не пачкала.

Похоже лафтетары захватили их, а потом, не убивая, направили к своим. Конечная цель теперь была неизвестна. Да и плевать на неё. Сделанного назад не воротишь. К тому же, никто особо не стремился узнать цель пустынных разбойников. Ясно было, что они хотели как-то поживиться.

В своей праведной ярости люди не останавливались до тех пор, пока не убили вообще всех обитателей оазиса «Последняя потеря». Говорящее название! Мертвецов побросали в широкое и большое озеро – благодаря которому тут вообще возникло поселение, – отравив его трупными ядами. В воде у нас нужды не было, а потому никто не возражал.

Меино и остальных похоронили, проведя положенный обряд сожжения, а потом был объявлен день отдыха. Все бродили по поселению, искали интересное и ценное, забрали оставшихся верблюдов и кое-какую домашнюю живность. Тех, кого не получалось забрать, например, домашних птиц, убивали, разделывали и складировали в зачарованные ящики.

Купцы весьма обрадовались, обнаружив хорошие запасы разных товаров, что осели у пустынных бандитов, которые грабили караван за караваном. Чего уж, тут были даже наши вещи, сброшенные по пути и те, которые забрали люди, добровольно нас покинувшие, надеясь самостоятельно добраться до Агвана или вернуться в Ростос.

Что же, я был уверен, что у них ничего не получится и теперь получил этому подтверждение.

С появлением новых верблюдов у купцов появилась возможность довезти захваченные товары до Агвана и успешно поторговать. То есть, выполнить основную цель этого путешествия. Выходит, это и правда хорошая новость. Выжившие хотя бы получат компенсацию за все случившиеся потери.

Золото, которые также было найдено у пустынников (включая и изучение обломков двухэтажного дома старосты), было поделено между всеми нами. Конечно же разделение шло «согласно вкладу», но Дризз сумел приложить к делёжке руку, получая неплохую долю, часть которой ушла и мне с Ресом.

С учётом всего заработанного и потраченного, у меня сейчас имелось целых сорок шесть золотых монет, сто шестьдесят три серебряных и толстый мешок меди, которую я не считал. Плюс небольшой запас полезных артефактов небольшого размера – на обмен. Это были простенькие амулеты и кольца: отпугивание насекомых, защита от жары или холода, дезинфекции воды, а также три новых, сделанных с помощью книг культистов – амулеты ароматов. Что-то типа замены духoв и благовоний, позволяя носящему их человеку приятно и «вкусно» пахнуть. Я не знал, будут ли они пользоваться спросом, но рунная цепочка была достаточно простой, отчего артефакты были сделаны и заняли место в моей сумке. Думаю, так или иначе, кому-то продать (или обменять) их я сумею.

За правильное направление к Агвану никто более не переживал. Теперь, увидев Шарские кряжи, опытные купцы получили представление о том, где мы находились, так что уверенно указали дорогу до города пустынников. Последствия песчаной бури были забыты, мы получили возможность полноценно продолжить путь.

Одного дня для подготовки не хватило, а потому было решено остаться ещё на один. Впрочем, мне это было лишь на руку. Во всех смыслах. Имея крышу над головой (занял один из наиболее хорошо сохранившихся домов), я продолжил восстанавливать конечность Ресмона.

– Уже до запястья, – довольно улыбнулся он, махнув культёй. – Сколько ещё времени понадобится?

– Теперь самое сложное, – вздохнул я. – Кисть. Считаю, она одна займёт столько же времени, как и всё остальное.

– Думаешь? – нахмурился парень. – Дерьмо. Но хотя бы так.

Поужинали не дожидаясь Хродбера. Да и зачем было его ждать? Что, без него не поедим? Или он без нас не сможет? Пф-ф…

Отправив Ресмона создать воды для людей (как всегда один большой каменный «котёл»), нашёл приличных размеров жестяной таз, который и решил использовать для собственного омовения. Давно пора привести себя в порядок: как следует пошоркать кожу, постричь волосы, ногти и прочее, но не было ни времени, ни сил.

Для начала применил немного производственной магии, чтобы изменить форму не столь уж большой ёмкости, дабы не приходилось поджимать ноги. Очень пригодились уже не раз упоминаемые мной новые книги. Всё-таки одна из них была посвящена именно производственной магии, в которой я был не так чтобы сильно хорош. В Третьей магической не было никакого желания развивать её. Наверное тогда во мне играли отголоски Моргрима… Сейчас… став Анс-Моргримом, я ощутил, как важен комфорт, а потому приступил к освоению этих навыков со всем своим тщанием.

Жаль только, что всю магию сразу охватить не удастся! Мне одновременно нужна артефакторика, производственная и стихийная. Оборотничество тоже нужно нагонять, а ещё не мешало бы в должной степени уделить время барьерам и целительству. Кошмар, как всё это совмещать⁈ Ох, не зря наставники разбивают учеников на категории, иначе попросту ничего бы не смогли… Я бы, откровенно говоря, алхимию и кузнечество тоже попробовал бы освоить. А там и друидизм бы пришёлся в пору. Может, за некромантию взялся? При должном изучении целительства, да хорошей практики, я мог бы попытаться вырастить себе новые глаза, после их потери.

– Ладно, помечтали и хватит, – фыркнул я и приступил к делу.

После изменения формы лохани, увеличил высоту стенок, добившись того, чтобы они доходили мне до плеч в сидячем состоянии. В заключении, достав из сумки красивое перо, нарисовал руну теплоты на внешнем борту.

– Чернил мало, – проворчал я, осматривая свой запас. Проблемно… Неужели придётся писать кровью, как в легенде о Золотом легионе? – мысленно хмыкнул. Даже одна только мысль о принадлежности к чему-то столь великому звучала кощунственной.

Впрочем, если прижмёт нужда, то что остаётся?

Закончив с тазом, который теперь начал напоминать именно что ванну, приступил к наполнению ёмкости водой. Делал её сразу горячей, такой, чтобы шёл пар. Но не чрезмерно, конечно же. Я ведь не хотел свариться?

Взглянув на своё отражение в воде, заметил впавшие глаза, которые приобрели колючий прищур, и плотно сжатые тонкие губы. С лёгким удивлением рассмотрел щетину на подбородке и шее.

– Надо же… – провёл по ней рукой. – И правда…

Достав острый кинжал, который ныне всегда носил с собой, приступил к процессу «чистки» своего подбородка и верхней губы. Вот не ожидал, что столь внезапно обзаведусь растительностью на лице, вместо привычного уже «пушка»! Обыденное дело, но… за время похода по Сизиану об этом как-то не задумывался.

Острое лезвие успешно исполняло свою роль, но, разумеется, сделать всё идеально не получилось.

– Троица тебя побери! – выругался я, вылечивая порез. Капелька крови упала вниз, на сухие, скрипучие и расшатанные доски пола. Благо, что поселившись в этом месте, я тут же разместил в комнате амулеты: световой и от насекомых. Без них мне трудно продолжать жить в подобных местах.

Взглянув на кровь, которая окрасила пол деревенского дома в новые цвета, с лёгким удивлением, а потом и паникой заметил… чей-то глаз, который наблюдал за мной откуда-то снизу.

Создание динамичного защитного барьера произошло само собой, лишь потом я немного успокоился, опустился на колени и посмотрел сквозь щель. Глаз моргнул. Это был человек, который прятался внизу. Какое… интересное решение! Действительно, почему мы решили, что убили абсолютно всех⁈

– И кто ты? – спросил я, но неизвестный по ту сторону не реагировал, только продолжал смотреть.

Оглянувшись, оглядел пол, но ничего не заметил. Где-то здесь должен быть люк вниз, в подпол… Может, снаружи дома? Хм… попробую вначале поискать тут.

Поиск занял почти целый час, но по итогу, под большим сундуком, стоящим на самотканом коврике, я нашёл заветный люк.

– Кто-то спрятал его, – осознал я. – Загнал человека вниз, а потом накрыл люк ковром и притащил сундук. Кто-то…

Почесав затылок, отодвинул сундук (тяжёлый!) в сторону и открыл люк, направив вниз маленький шарик огня – сугубо для освещения. Высота была небольшой, так что, отменив огонь и создав вместо него динамический барьер, прыгнул в подпол.

Темнота внизу первые несколько секунд не позволяла увидеть ничего, но потом глаза привыкли и оказалось, что небольшого артефактного светильника, оставшегося наверху, чей свет проходил сквозь щели пола, было вполне достаточно.

Я рассматривал небольшой погреб, повторяющий размер верхней комнаты, но высотой всего в полтора метра. Приходилось пригибаться, однако это не стало проблемой. Почти сразу я обнаружил искомую цель. Даже цели: парень, лет четырнадцати на вид, и девочка, который было от шести до восьми. В ладони мальчишка зажимал нож, но рука дрожала так сильно, что вызывала лишь смех. Даже без магии он не представлял никакой угрозы. Девочка и вовсе лежала почти без движений. Это её глаз я заметил в щель досок.

И что мне с ними делать?

В задумчивости почесал снова гладкий подбородок.

Убить? Самое простое решение, которое не вызовет никаких вопросов ни у Ресмона, ни у каравана. Обнаружил очередных будущих лафтетаров. Однако, с другой стороны, можно проявить снисхождение. Всё-таки они ещё не успели сделать мне (и кому-либо ещё) никакого вреда. Но то сейчас. Понятно ведь, что если притвориться, что ничего не заметил и уйти завтра с караваном, то вскоре они, так или иначе, выберутся наружу и станут продолжать тут жить. Может помрут от отравления, потребляя трупную воду в загаженном озере, может не сумеют организовать себе еды, ведь мы заберём всё, что только сможем. Какой итог? Смерть, но более жестокая и страшная.

Хотя… парень уже достаточно взрослый, чтобы понимать основы жизни. К тому же, мы наверняка что-то да упустим. Какие-то аналогичные этому тайные погреба, где точно будет находиться запас провизии. Следовательно, заморить их голодом точно не выйдет. А рано или поздно они или очистят озеро и восстановят хозяйство, или, что более вероятно, это место найдут другие люди: лафтетары или представители Агвана и официальной власти Сизиана. В любом случае им помогут, ведь не будут иметь цель благородной мести. Максимум – возьмут в рабство.

Так что же сделать мне?

Размышлениям помешал шум наверху. Открылась входная дверь.

– Ресмон, посмотри что я нашёл! – выкрикнул я, надеясь, что с появлением второй головы станет чуточку понятнее. Всё-таки люди – существа социальные, а деревенский придурок хоть и обделён умом, но может натолкнуть меня на правильную мысль. Да и вообще, всегда надо смотреть на ситуацию с разных сторон! Мало ли что придёт в голову?

Вот только шаги были слишком лёгкими, проворными и… не знаю… пружинистыми?

Слишком поздно я осознал, что здесь проживает ещё один человек, помимо меня и Ресмона. Ровно в момент, когда в подпол спустился Дризз.

– Лафтетарские отродья, – безразличным голосом произнёс он, сходу приметив парочку. – И что ты хочешь с ними сделать?

Сука, конечно же Хродбер спросил именно то, чего я не знаю!

– У нас много вариантов? – хмыкнул я, но был полностью проигнорирован. Дризз не желал тратить драгоценные слова лишний раз, только молча смотрел на меня и давление его взгляда ощущалось также, как и в любой другой момент. Вне зависимости от того, как сильно изменит меня жизнь, я всё равно ощущал его доминирование. Это… трудно объяснить. Трудно, но не невозможно. – Убить, – всё-таки ответил я, раздув крылья носа.

Возникло ощущение, что иду на чужом поводу. В каком-то роде Хродбер заставлял меня быть жёстче одним своим видом. Там, где я сомневался, он делал. Вот и сейчас, когда я столкнулся с дилеммой, один его взгляд заставил сразу же определиться с итогом.

– Тогда убивай, – только и ответил он.

Посмотрев на парочку, ощутил, что не так уж и хотел этого. Откровенно – совсем не хотел. Парень казался загнанным в угол, словно крыса, а девочка – полностью и ко всему безразличной. Похоже, она ослабла от голода и жажды (малый возраст делал её уязвимой, так что хватило и столь малого срока), отчего теперь могла лишь молчаливо наблюдать за нашими действиями.

Облизнув губы приподнял руку, уже готовясь ударить «каплей», но тут дверь наверху снова открылась. Вот теперь это был Ресмон.

– Мы здесь! – крикнул я, получая ещё одну отсрочку. Короткую, но всё-таки. Может, здоровяк всё-таки даст мне какую-то подсказку? Ха-ха-ха! Да, Кирин, как же низко ты пал! Уже надеешься на этого скудоумного скотоложца!

– О, нашли новую комнату? – заинтересовался он, не слишком уверенно – из-за руки, – спускаясь вниз. – Там есть чего пожрать?

Ну да, о чём ещё здоровяк мог подумать?..

– Можно и так сказать, – выдавил я улыбку, стараясь абстрагироваться от взгляда Дризза. Наблюдатель будто бы понял, чего я добиваюсь, а потому мертвенно смотрел на меня, даже не мигая. От такого было откровенно неприятно, но приходилось изображать, что ничего не замечаю.

Сука, какого хера⁈ Я – потомок самого герцога! Кхм… в каком-то роде. Но всё равно… не мне терпеть такое отношение… – мысли всё больше путались, а взгляд Хродбера, казалось, жёг саму душу.

– Твою же мать, – выругался Ресмон, чьи глаза привыкли к полумраку, заметив парочку. – И чего с ними делать?

Отлично, третий…

– Есть мысли? – деланно незаинтересованно спросил я.

– Эм-м, – парень покосился на Дризза. – Да мне как-то всё равно. Будь здесь лафтетары, то точно убил бы, а их дети… – он почесал заросший затылок. – Хотя вон тот, – кивнул на парня, – уже вполне взрослый. Щуплый только. И нож держит явно не для того, чтобы нас поблагодарить. Точно к остальным нелюдям присоединится. А может уже и сам в налётах участвовал? Кто же его знает!

Скосив глаза на юнца, я мысленно кивнул и, не давая себе возможности передумать, сформировал тонкий водяной жгут, который резко вытянул вперёд, пронзая ему грудь.

– Кх-хра-а!.. – нож выпал из его рук, а сам паренёк повис на длинном водяном копье.

– Девчонку можно оставить, – сказал я и посмотрел на Хродбера. – У нас хватит еды. Доведём её до Агвана.

Я постарался, чтобы эти слова звучали уверенно, как решение, которое я принял и которое не собираюсь менять.

– В качестве кого? – проскрежетал Дризз, а потом спокойным и размеренным шагом пошёл вперёд. Мы с Ресом наблюдали, как смотритель, не испытывая никаких моральных сомнений или тревог, перерезал глотку слабо сопротивляющейся и пытающейся что-то сказать девчонке. Далее, не дожидаясь даже окончания предсмертных судорог, обтёр нож об её одежду и столь же спокойно направился обратно, пройдя мимо нас.

Ресмон передёрнулся и покосился на Хродбера:

– Жуткий тип, – едва слышно прошептал парень, а потом пожал плечами и оглядел подпол. – А еды тут нет, – вздохнул он и направился к лестнице. – Не заморачивайся телами, Кирин, – бросил Рес мне напоследок. – За ночь не успеют завонять, а утром мы направимся к Агвану.

Им плевать, – понял я. Почему тогда сам об этом думаю?

Ещё раз взглянув на кровь и трупы, поморщился и торопливо направился наверх. Там ждал таз горячей воды и я собирался как следует себя отшоркать, смывая не только телесную грязь, но и душевную, в которой только что измазался по самую макушку.

– Долбаный слабак, трус, – буркнул себе под нос, до последнего не осознавая, про кого именно говорю эти слова. Может, про того мальчишку? Или Дризза? Ресмона? Или… или… – непроизвольный фырк прозвучал сам собой, я сбросил одежду, чуть ли не падая в горячую воду, а потом прикрыл глаза и, не давая себе время на размышления, погрузился в неё с головой.

Лицо обожгло, но я не закрывал глаза и не выныривал, продолжая наблюдать за старым, слабо освещённым потолком. Смотрел вверх, лёжа без движения. Смотрел до тех пор, пока лёгкие не начали гореть огнём. До тех пор, пока в глазах не потемнело.

Я вынырнул лишь тогда, ощущая, что стало капельку легче. Вода очищает, а я ей повелеваю.

Этой ночью меня мучили кошмары, в которых переплелось сразу всё: поход по пустыне, Люмия, уничтожение и осквернение оазиса, и два мертвеца из подвала. Я старался не думать о том, что мы спим в доме, в погребе которого лежат трупы бывших хозяев. Старался…

Люмия во сне смотрела на меня и улыбалась. Как раньше. Как было до… до пустыни. Как было в начале похода, в момент, когда мы только вошли сюда и предавались любви в зачарованной палатке. Наслаждались друг другом, молодостью и отведённым Хоресом сроком. Ценен каждый миг и каждый момент.

Верно. Нужно верить в лучшее, несмотря ни на что. Верить, иначе просто не выжить.

Утром проснулся с головной болью, а потому и без настроения. Впервые за долгое время, выйдя на улицу, встал на колени, взглянув в сторону восходящего солнца и искренне помолился Хоресу, прося его позаботиться о Люмии и не дать ей пропасть. Слёзы выступили на глазах в этот момент, а люди, постепенно вылезающие из домов местных жителей, перешёптывались, глядя на меня. Однако делали это достаточно тихо, чтобы не отвлекать в такой важный миг.

Сам не заметил, как ко мне присоединился десяток человек, каждый из которых осветил себя знаком Хореса. Люди бормотали молитвы и благодарили бога за возможность жить, за то, что он не позволил им умереть и уберёг от всех бед несмотря ни на что.

Рес и Дризз не присоединились, лишь смотрели, хотя взгляд последнего мне максимально не понравился. Он будто бы обдумывал, как будет сподручнее всадить клинок мне в брюхо, если представится такая возможность.

Смешно, что разумом я знаю: Хродбер будет одним из тех, кто станет защищать меня несмотря ни на что. Но не из-за дружбы или любви, а из чувства долга. Патриот до мозга костей, верный своему императору. Как, впрочем, и любой другой настоящий житель Империи Пяти Солнц.

Верно… нечего киснуть, Кирин! Ты – аристократ в тяжёлой ситуации, так не позволяй внешним обстоятельствам стать тем, что изменит тебя. Ты должен сам стать тем, кто меняет эти обстоятельства!

Закончив с молитвой, собрал сумку, все артефакты, кое-какие ценности и золото, которые удалось обнаружить в доме, да покинул его, оставив открытой дверь. На сегодня с меня хватит «Последней потери».

Караван сытых и довольных людей выстроился рано. Привычно создав людям воды, занялся лечением Ресмона, засев в одной из специально оставленных под лазарет и аналогичные нужды повозке, пока остальные навьючивали верблюдов и телеги. Последние снова приобрели тот вид, который имели первоначально: набитые всевозможными товарами и запасами.

– До Агвана отсюда порядка трёх недель пути, плюс-минус, – сообщил мне Эбербаш, когда я поинтересовался сроками. – И я очень рассчитываю, что вторая часть нашей дороги обойдётся без таких сложностей, как первая, – его лицо обрело хмурое выражение, а сам новоизбранный глава каравана (хоть с его властью периодически спорил совет купцов) сплюнул в песок.

Выйдя в пустыню, очень быстро осознали, как же приятно было находиться даже у загрязнённого источника воды. Трупы там только начали разбухать и гнить, а потому от воды шла приятная прохлада, а многочисленные деревья, между которыми располагались дома пустынников, создавали блаженную тень. Теперь всё это осталось позади, а мы снова месили песок, который моментально проник под всю одежду, даже несмотря на её зачарование.

Однако, дорога хотя бы позволяла не думать о том, что произошло в том злополучном подполе. Проклятье, мне и правда было жаль ту девочку! Ей не было даже десяти, а Дризз просто порезал её ножом, как кусок мяса. Ублюдок.

Мотнул головой, отгоняя мысли, что так было правильно. Да, правильно! Потому что какое будущее бы ждало её? Пить трупную воду? Искать другие источники воды? Положим… нашли бы. Хорошо. А дальше? И еду бы нашли? А ещё дальше?

Ха-ха-ха! С каждым следующим «что дальше» я оставлял им всё меньше шансов на выживание. Стоит просто применить логику и сразу становится понятно, что возможность обнаружить альтернативный источник воды крайне мал. Зачем кому-то держать запас воды, когда рядом располагался запас воды? Это всё равно, что находясь в пустыне, беспокоиться о том, где взять песка.

Может, этой парочке хватило бы влаги из растений? Не, бред. Даже овцы, козы и коровы, питающиеся травой, регулярно пьют воду. Но опять же, чисто гипотетически… Ладно, давай по новой: какой шанс, что эти двое нашли бы альтернативный источник воды? Маленький. Ну… одна пятая? То есть, двадцать процентов. Ха-а… пусть будет. Идём дальше. Шанс нахождения пищи? Тут побольше, но запас точно имел бы лимит и ограниченный объём. Плевать, пусть… м-м… сорок процентов. Уверен, мы что-то упустили, вопрос лишь в том, сумела бы эта парочка найти то, что мы пропустили. Впрочем, при тщательном поиске – скорее всего да. Значит, им нужно надеяться на Хореса (или в кого они там верят?), что им повезёт первый раз, а потом, что повезёт второй. Далее этим детям нужно придумать, что делать потом: уходить или дожидаться прихода новых людей? Хех, а ресурсов дождаться-то хватит? Вот и ещё один вопрос… И кто даст гарантию, что новые люди просто не прикончат их особо жестоким образом? Может, найдётся любитель маленьких девочек? Или мальчиков?

Выходит, Хродбер оказал им услугу? Или он просто жестокий придурок? А что я? Я убил бы? Ведь был готов… Сука… Не знаю. Раньше – наверное да. Но потом… учёба и моё вынужденное путешествие заставило меня по другому начать смотреть на мир вокруг. Он оказался удивительно сложным, совсем не тем, чем выглядел со стороны аристократического сноба. Ха-ха, может, такой «поход» нужно выполнять всем детям знати? Это привело бы к тому, что они начали лучше понимать мир! Лучше видеть нужду простого человека! Тогда на свете было бы куда меньше дерьма… или больше.

И всё же, несмотря на периодически поднимающиеся – будто уровень воды по весне – мысли, я, закончив на сегодня с Ресмоном, смиренно шёл вперёд, прикрывая голову от солнца тонким капюшоном. Температура тела контролировалась амулетом, а потому идти было почти комфортно. Мешал лишь песок и собственные думы. Нет покоя этим костям…

Следующая стоянка должна была быть вечером, но меня сдёрнули куда как быстрее.

– Живот и понос, – произнёс Паульс, доверенный воин и слуга в одном лице, работающий на Лейсона Шнольфа, одного из самых влиятельных купцов, выживших в этом переходе.

– Ел что-то новое? – нахмурился я. – Может, пил из того оазиса, куда мы кидали трупы?

– Говорит, что нет, – неуверенно ответил Паульс. – Не думаю, что господин Шнольф стал бы врать. Да и не дурак он, чтобы так глупо поступать.

Заглянув в повозку-лазарет, куда «раненого» уже успели закинуть (только недавно закончил там с Ресмоном!) ощутил сладковатый и удушливый запах пота, а ещё жидкого дерьма. Вся нижняя часть формы купца была прямо-таки измазана поносом.

Скривился, но в меру. Видывал и похуже. Вот они – последствия моего путешествия! Получил бы я такой опыт, находясь в Тасколе?

Хотя… полезен ли опыт потери друзей и любимой?..

Лейсон находился уже в том состоянии, когда перестаёшь уделять внимание тому, как выглядишь. Что было… странно. Имею в виду – такое быстрое развитие болезни. Больше смахивало на яд. Но кому это такое нужно? Серьёзно, звучало как бред!

С горем пополам удалось разобрать кое-какие симптомы: озноб, колики, тошнота. Тело мужчины покрылось воспалёнными красными пятнами. Звучало и выглядело максимально неприятно.

Работу начал с промывки желудка, выводя из него все остатки пищи. В процессе дважды поблагодарил Хореса за идею в должной мере зачаровать одежду, используя новые руны, почерпнутые из книг культистов Амма. Тут были занимательные штуки, такие как непромокаемость. О, очень удобно, теперь даже если меня обольют водой, то одежда останется сухой. Аналогично к ней не лип пот, ведь он жидкий. Грязь, правда, всё ещё цеплялась. Я не успел во время начального, «спокойного» перехода, довести эту рунную цепочку до ума, ведь вынужден был отвлечься на «заработок денег»: зачарование всего и вся за звонкую монету. Потом начались нападения лафтетаров и все прочие проблемы… М-да, не до одежды, в общем, было.

Единственная проблема у моей нынешней формы – невозможность стирки. Приходится проводить чистку посредством производственной магии, заодно обновляя ткань и прочее-прочее. С какой-то стороны это даже правильнее, а с другой, я ещё доведу рунную цепочку до финала, превращая в «вечную» одежду: весьма дорогую и исключительно ценную вещь, не подверженную времени. То есть, имеющую должный запас прочности и немаркую основу, на которую попросту не липнет грязь и не действует влага.

Кхм, весь этот экскурс был лишь с одной целью: очистка желудка Шнольфа никоим образом не зацепила меня, оставляя чистым, пусть и провонявшим. Но нет худа без добра, мужик даже начал улыбаться! Всего-то, хе-хе, стоило облегчить боль.

Вот только моя основная работа лишь началась. Неизвестная дрянь, проникнувшая в его тело, успела распространиться по всему организму. Нужно было очищать кровь и ключевые органы, надеясь лишь на то, что она не самовоспроизводящаяся, а то читал я про такое… Сразу можно погребальный костёр собирать.

Хах, разумеется способы с этим бороться были! Как не быть? Но тут у меня, что называется, «руки коротковаты». Не целитель я! Не целитель! Понахватался основ, хороших, не спорю, но именно что основ. Тут бы не помешало профильное образование или долгая, вдумчивая практика, которой – вот поворот! – мне особо и не откуда взять. А до того, что обычно показывают учителя, приходится додумываться самому, методом проб и ошибок.

На работу с Лейсоном ушёл почти весь день. Как же хорошо, что у каравана теперь вдоволь верблюдов! Иначе больного проще было бы бросить. Серьёзно, восемьдесят человек не будет ждать одного, хоть каким бы важным тот не был. Но… повезло.

А мне нет.

– Кирин! – в повозку забрался взволнованный Ресмон. – Там ещё отравившиеся!

Караван встал, а я, словно мессия, ходил по людям в порядке их важности (Шнольфа успел подлатать в должной мере, чтобы не беспокоиться за его жизнь) и заставлял опорожнять кишечник. Конечно же начались вопросы, которые сразу же коснулись того, что они ели. Ревизия, которую проводили под присмотром Дризза (даже его взволновала ситуация!) привела к неутешительным итогам: часть мяса испортилась.

– Ящики, на которые были нанесены руны сохранности! – возмущался Туэк Тулс. – Зачем это было нужно, если руна банально стёрлась и часть запаса успела протухнуть⁈

Жаркое солнце моментально обратила сырое мясо в откровенную тухлятину.

– И что? – оглянулся я на него. – Мне нужно было тратить на каждый ящик по несколько дней, как делают в гильдиях артефакторов? – тон мой был столь ядовит, что одной капли хватило бы уложить весь караван. – В своём уме⁈ Сами не проследили, так нечего теперь перекладывать вину!

Разумеется всё свелось к грязной ругани. На моей стороне выступило немало людей, но и на стороне недовольных было много. Самое смешное – всё это ни к чему не привело. Я знал это ещё до начала конфликта.

– Я не ответственен за все проблемы мира! – откровенно вышел я из себя, потому что от постоянных криков «под рукой», успел трижды сорвать чары лечения. Благо, что я припомнил тактику работы с магией, когда не уверен в успехе: перекрывать канал поступления энергии извне. В таком случае чары не успевают напитаться магией и происходит безвредный пшик. Но когда это произошло в третий раз подряд… – Если завтра сдохнет какой-то верблюд, то я не буду в этом виноват! Если завтра кто-то из вас решит, что нажраться песка – здравая идея, то я не виноват в засоре кишечника! Точно также моей вины нет в том, что вы, не заметив, что ящик перестал морозить мясо, решили его взять. Уверен, оно воняло падалью на десяток метров, но всем было плевать. А раз так, то какие ко мне могут быть вопросы⁈

Кирин-Кирин… – мысленно обратился я к себе. Ну и кого ты хотел переубедить? Увы, мир не работает таким образом, что два спорящих друг с другом человека приходят к какому-то общему решению. Это всегда или компромисс, когда каждый получает лишь часть желаемого, или кто-то продавливает свою позицию. Иного варианта нет. Разве что остаться при своих, но то тоже форма некого компромисса. К сожалению, люди не идеальны, а потому не могут относиться к чужому мнению с должным уровнем уважения. Исключения не в счёт. Может, правильно говорил Гильем Кауец, что нужно просто не тратить своё время на споры? Делать так, как считаешь нужным, лишь принимая иное мнение к сведению? Мудрый человек…

Благо, что в спор вмешался сам Ауст Эбербаш, под чьим командованием всё ещё оставалось одиннадцать солдат. Причём это число по прежнему играло роль. Хоть ныне каждый вокруг заимел собственное ружьё или хотя бы что-то для ближнего боя, но кто из людей умел в должной степени работать с этим оружием? Единицы! Остальные махали им, словно палкой, а из ружья могли попасть лишь себе в яйца.

Впрочем, с огнестрелом сейчас всё было достаточно плохо. Тот же Ресмон говорил мне вчера, что ему притащили два мушкета с просьбой «починить». На вопрос: «Что именно?» только пожимали плечами, утверждая, дескать: «Что-то не работает». Потом и вовсе заявили: «Ты же маг!» – вот и весь ответ. Тупицы…

Вообще, логично, что ружья прекратили свою работу. Ответ максимально прост: песок и дерьмовые условия эксплуатации. Ещё раз подчеркну: мир не совершенен. Оружие имеет свойство забиваться и ломаться. За ним нужен уход. И защищать надо не только от влаги, но и от сухости: смазывать, прочищать, регулярно разбирать и проверять внутренние детали, ведь велик шанс, что какая-то из них решит треснуть или погнуться. Этому солдат в Империи учат в обязательном порядке. Даже крестьяне, на второй год службы, начинают мастерски разбираться в оружии. Но то солдаты в армии Дэсарандеса. Здесь речь шла о наёмниках в колонии. Как можно судить об их профпригодности?

Дризз, когда я спросил его об этом, лишь презрительно поморщился.

– Люди Ауста, по большей части, компетентны, – соизволил ответить он (что случалось не часто), – хотя кое-кого из них я бы заменил, – добавил Хродбер откровенности. – Караванщики же простые обыватели, озлобившиеся в должной степени, чтобы взять дело в свои руки. – На этом моменте наблюдатель подался вперёд. – А вот ты, Кирин, явно утратил свою жёсткость и размяк.